Крещением естественное бытие человека участвует в Христовой смерти и воскресении. Это буквально рождение вновь во Христе и в этом смысле — новое творение человека. Однако это — приведение в бытие уже не из ничего и не из наличествующей биологической жизни (как при творении первого человека), а из существующего уже биологического человеческого существа.

Мы уже говорили о том, что человеческое существо вне Христа, или биологический человек, — лишь»бесформенная материя»без»вида и имени». Золото и медь, объясняет Кавасила, сперва очищают в печи от примесей, а затем наливают в формы, чтобы они приняли вид статуи, или монеты, или перстня и стали тем, чем им назначено быть. Только тогда они получают особое именование, тогда как прежде назывались по общему имени составляющего их вещества. Подобно и человек»веществом безвидным и не имеющим образа»сходит в воды крещения, и»силою купели… пересозидает и преобразовывает его Сам Возлюбленный»и отпечатлевает на сердце»Сам Себя Самого», даруя»вдруг сей прекрасный вид» [66]. Поэтому»креститься значит родиться во Христе и получить самое бытие и существование тем, кои еще не существуют», и купель»начертывает некоторый вид и напечатлевает образ на душах наших, являя их сообразными смерти и воскресению Спасителя» [67].

Человеческая природа приемлет форму — то есть структуру и образ бытия — обоженной человеческой природы Христа. Ведь Христос Своим воплощением»не свет только воссиял»,«но и глаз приготовил»для принятия этого света; не только наполнил все благоуханием божества,«но и чувства даровал»для его восприятия. Это значит, что в воспринятом Им на Себя человеческом естестве Он»приготовил новый образ и новые члены», необходимые для усвоения божественной жизни [68]. В крещении же каждый получает эти духовные чувства Христовы, и они становятся его:«священная сия купель усвояет омываемым сии чувства и силы» [69]. Таким образом,«выходя из воды, мы Самого Спасителя несем в наших душах, в голове, в очах, в самых внутренностях, во всех членах, чистого от греха, свободного от всякого тления, каким Он воскрес и являлся ученикам и вознесся, каким и придет опять, обратно требуя от нас сего сокровища» [70].

Такое соединение и последующее ему»превращение»человеческих сил и качеств в духовные силы тела Христова предполагает не уничтожение, а преображение первых. Христос»проникает в наши души»буквально теми же»входами жизни», тем же естественным путем — через пищу и дыхание — каким мы поддерживаем жизнь тела. Эти самые функции тела Он соделывает Своими («усваивает»их).«Ибо мы и вдыхаем Его, и пищею бывает Он для нас, и таким образом, всячески внедряя Себя в нас и соединяя Себя с нами, соделывает нас Своим Телом», неизменно и неслитно, но при этом нераздельно и совершенно реально соединяясь со всецелым душевно–телесным человеческим составом [71], и в этом таинственном соединении, под всесильным воздействием Его воскресшей плоти, происходит преображение, перерождение и обновление всех сил человеческого естества, которые становятся силами Его воскресшего тела.«Ибо большие силы не позволяют меньшим оставаться тем же, когда соединятся с ними, и железо ничего железного не сохраняет, сходясь с огнем, и земля и вода, будучи подвержены действию огня, переменяют свои свойства в свойства огня. Если в однородных силах лучшие так действуют на худшие, что должно думать об оной вышеестественной силе? Ясно, что, когда изливается в нас Христос и соединяет с нами Себя Самого, Он переменяет и в Себя преобразует нас, как бы малую каплю воды, влитую в беспредельное море мира» [72]. Кавасила настаивает на том, что именно благодаря тому, что Он»соделывает нас Своим Телом и бывает для нас тем же, чем и глава для членов», мы приобщаемся и»всех благ в Нем»:«ибо Он глава, а принадлежащее голове необходимо переходит и в тело» [73]. Мы»становимся единым с Ним духом», и это всецело преображает наше бытие:«ибо и душа, и тело, и все силы тотчас становятся духовными, потому что душа смешивается с душою, тело с телом и кровь с кровью. И что же от сего? Лучшее осиливает слабейшее и Божественное овладевает человеческим, и, как говорит Павел о воскресении, пожерто бывает мертвенное животом (2 Кор. 5,4), и еще: живу же не ктому аз, но живет во мне Христос (Гал. 2, 20).

Особое ударение, которое делает Кавасила на последнем апостольском утверждении, призвано подчеркнуть, что возрождение человека в купели крещения — есть не только преображение его природы, его естественных свойств и качеств, но и возрождение человеческой личности. Всецелое бытие человека -как личности и как природы — получает новое рождение и в этом смысле творится вновь. Человек духовно рождается, как и Христос,«не от крови… не от похоти мужа, но от Бога Святаго Духа», ибо надлежит членам родиться таким же рождением, как и главе. Во–телесением Христу естественное бытие обретает свою подлинную духовную ипостась.

Тварная человеческая природа, в которой водворяется и без которой немыслима человеческая личность, воипостазируется Христом и находит истину, полноту и цельность, находит правильный для себя образ действия, простирающийся в бесконечность. Также и тварная человеческая личность, в которой конкретизируется и без которой немыслима человеческая природа, воипостазируется Христом и обретает свой подлинный и вечный модус бытия»по Христу», составляющий уникальное достоинство бытия человеческого. Таким образом, без всякого преувеличения можно говорить о том, что Христос буквально становится»вторым я»человека.

Действие крещения многообразно. Оно очищает от личных грехов и освобождает от неразрешимых для всего человечества уз первородного греха — но этого мало: оно воипостазирует человека во Христе. И именно это является причиной всех прочих даруемых этим таинством благословений. Крещение онтологически значимо для крещаемого: оно перестраивает и восполняет его тварное бытие. Поэтому в нем — отправная точка всякого православного подхода к проблеме онтологии человека. И поэтому в нем же — корень, источник и основание духовной жизни.