Прошедшей беседою нашей с вами, братие мои, могло бы окончиться чтение повествований Евангельских о рождении Спасителя нашего, ибо все, что сказуют нам евангелисты о сем преславном событии, и важнейшая часть о нем же преданий церковных, изведены нами на среду и представлены вниманию вашему. Но простите, если мы, подобно земледельцам, хотим воспоминанием оградить посеянное и, собрав воедино все главные впечатления, предать их на сохранение уму и сердцу вашему. Может быть, и для вас, подобно путникам при окончании своего поприща, приятно будет обратить взор назад, еще раз вгзлянуть на пройденное, привести на память, что было слышано, и извлечь из того для себя запас на путь дальнейший. Ибо, хотя мы с окончанием настоящих празднеств не будем продолжать чтений Евангельских, а обратимся к другому роду собеседований, но вы не оставите, без сомнения, следовать чистой мыслью за деяниями Господа, и по примеру того, как поступали мы с вами в продолжение настоящих дней, сами будете при празднествах в честь Его, рассматривать событие празднуемое, углубляться в его смысл и цель, и таким образом извлекать из каждого празднества духовную пищу для своего ума и сердца.

Что же мы видели и чему научились? Видели тяжкие искушения, коим Пресвятая Матерь Господа со святым Иосифом подвергались перед рождением Господа, во время рождения и после того, до самого возвращения из Египта. И научились не страшиться искушений, не почитать их чем-либо чуждым для тех, кои работают Господеви, но взирать на страдания и лишения, как на неизбежных спутников жизни истинно благочестивой, которая, состоя в самоотвержении и борьбе с плотью и кровью, потому самому питается и поддерживается верою и упованием благ грядущих, а не блаженством и утехами в настоящем.

Видели мы Божественное Отроча от самого явления на свет, и еще прежде, окруженное всеми видами земных уничижений, смиренно вписывающим достопокланяемое имя Свое в число подданных кесаря, не имущим где подклонить главу, возлежащим в вертепе и яслях; и поучились: богатые и знатные - не ставить за великое ни своей славы, ни своего богатства, а, напротив, взирать на них с опасением, яко на искушения и опасные соблазны для долу преклонной природы нашей; бедные и худородные - не малодушествовать от своего худородства и убожества, а, напротив, пользоваться ими, яко естественными проводниками к той драгоценной нищете духа, коей обещано царствие.

Видели мы смиренных пастырей Вифлеемских, по гласу Ангела текущих в Вифлеем, и первыми наслаждающихся лицезрением Спасителя мира; и уразумели, что никакое состояние недалеко от спасения, что раб верный, где бы ни стоял, нигде не будет забыт Домовладыкою, и что посему долг каждого истинного христианина думать не о том, какова стража, на коей стоит он, велика или мала, а о том, чтобы с верностью и без дремания стоять на сей страже, предоставляя временную и вечную судьбу свою Господу.

Видели мудрецов восточных с их познаниями и дарами у ног новорожденного Царя Израилева; и поняли, что Начальник и Совершитель веры нашей нисколько не отвергает познаний человеческих, когда они не выходят из пределов веры и смирения и не посягают безрассудно на тайны Его премудрости; что Он, напротив, Сам любит обнаруживать Себя в знамениях пред теми, кои, не полагаясь на свою мудрость, возводят очи горе и ожидают озарения свыше.

Видели младенцев Вифлеемских, яко первые весенние цветы, внезапно пожатых мечом Ирода; и с благоговением приметили, что земная жизнь наша не имеет сама по себе цены безусловной; что лишение ее не зло, коль скоро происходит по воле Божией, как, напротив, и продолжение ее не составляет благословения, когда самая жизнь не употребляется на дела благие.

Видели безумство и жестокость Ирода, отъемлющего бесчеловечно жизнь у невинных младенцев и покушающегося на убиение Самого Сына Божия; и с ужасом познали, в какую бездну зла и ожесточения повергают человека неверие и страсти; как еще в сей жизни, переходя от беззакония к беззаконию, при нераскаянности, можно ниспасть до состояния духов отверженных.

Видели, как жители Иерусалима и весь народ Еврейский, живя под сенью закона Моисеева и питаясь всегда словами пророческими, не умели возрасти в надлежащую меру веры и любви к обетованному Избавителю, не уразумели времени своего посещения, упустили драгоценный случай встретить восходящее Солнце правды; и восприяли правило – не полагаться на то, что мы - христиане, не почивать беспечно на обрядах и Таинствах, а показывать веру свою от дел, обнаруживать свое христианство нравами благими и жизнью чистою, без чего и мы, подобно Иудеям, будем отринуты в то время, егда паки Господь приидет.

Вот что мы видели, и не могли не видеть; ибо все это лежит, так сказать, на самой поверхности у яслей Спасителя нашего. Если бы кто решился остаться у сих яслей более, обратить внимание на все, их окружающее, тот, без сомнения, нашел еще более предметов и для удивления, и для поучения. Такому и мы можем указать, прежде всего, на чудное сочетание в лице Богочеловека величия с уничижением, вследствие чего постоянно виден в Нем и Сын Божий, славословимый Ангелами, возвещаемый звездою на востоке, поклоняемый мудрецами, и Сын Человеческий, почивающий в яслях, спасающийся бегством в Египет. Может указать на удивительное согласие пророчеств с исполнением, без всякого нарушения свободы человеческой. Каждый действует по своему произволу. Иосиф, например, поспешает в Вифлеем, а волхвы - в Иерусалим; и каждый, между тем, своим действием выполняет то, что предусмотрено и предвозвещено за несколько веков, выполняет, нисколько не думая о том. Бешенство самого Ирода давно предсказано и уже оплакано у пророка. Можем указать на примечательное отношение к рождению Спасителя мира самых главных современных событий в тогдашнем мире человеческом. Все, например, совокупилось тогда под единоначальством Августа кесаря, как бы в знамение того, как замечается в одном песнопении церковном, что с явлением Вождя и Главы с неба должно престатьмногоначалие человеков. Храм бога брани в Риме, бывший столь долгое время отверстым, в это именно время был заключен, как бы в доказательство того, что действительно, как воспевали Ангелы, явилсяна земли мир. Но что всего важнее, - душа верующая, которая знает, что Сын Божий для того вселился во утробу Девы, дабы потом верою вселиться в душу и сердце каждого последователя Своего, нигде не найдет лучшего поучения о том, как человек со своей стороны должен послужить сему благодатному вселению, кроме примера Сей же Пресвятой Девы. Характер Ее и святого Иосифа есть наилучший образец для душ, вожделевающих таинственного соединения с Господом.

Размышляйте убо, братие мои, сами поучайтесь, питайтесь духом, наслаждайтесь сердцем! Ибо что может быть благотворнее для христианина, как следовать чистой мыслью и чувством по всем следам жизни и деяний Господа и Спасителя своего? Тем паче, когда Он явился среди нас, жил и действовал яко един от нас, именно для того, дабы подать нам пример, да последуем стопам Его. А мы, оканчивая наши собеседования с вами о рождении по плоти Господа нашего, чувствуем нужду повергнуться в духе пред Божественным Младенцем, и возблагодарить Его благость за то, что она допустила нас, недостойных, принести к яслям Его убогое размышление наше о чудесах, сопровождавших Его рождение. Тот, Кто имеет слугами Ангелов и Архангелов, Кто воздвигает пророков и апостолов, Коего небеса поведают славу и вся Церковь гласит хвалу, не имеет нужды в нашем слабом слове и проповеди. Но мы, вещая о Нем, тем самым освящаем мысли и уста свои. О, если бы, как теперь предстояли мы с вами яслям и пеленам Господа нашего, дано было некогда вместе с вами же предстать и престолу славы Его! Тогда вместо всякого слова, мы пали бы к подножию Его, и гласом святых старцев, виденных Тайновидцем, воскликнули бы:Достоин еси Господи прияти славу и честь и силу, якоприял еси на Себя естество наше иискупил еси Богови нас кровию Своею!..(Откр. 4; 2, 5, 9, 12). Аминь.