Как мы уже говорили, древнееврейский языкБиблиичасто использует смысловую игру слов через повторы однокоренных слов. Для наглядности мы возьмем один пример из Библии, который позволит увидеть, как древнееврейский язык зашифровывает пророчество оРождении Христачерез эту самую игру слов.

У Авраама и Сарры долгое время не было детей, хотя Бог неоднократно говорил Аврааму, что от него произойдет бесчисленный народ. Сарра полагает, что это обетование не сможет произойти, если она не пойдет на крайний поступок: отдать служанку свою Агарь Аврааму, чтобы от них родился тот самый бесчисленный народ. От этого соития рождается Исмаил. Однако Бог не через него желает сделать Свое обетование. Поэтому Бог вновь говорит Аврааму о рождении множества народа, но на что Авраам, как говорится в русском синодальном переводе,«рассмеялся и сказал сам в себе: неужели от столетнего будет сын?»(Быт 17:17). Далее в явлении трех Ангелов Господь говорит, что Сарра через год родит сама. На это предсказание Сарра «внутренне рассмеялась». Но в итоге действительно через год у Сарры рождается сын, которого Авраам нарекает по имени Исаак» значение которого раскрывается в следующих словах Сарры: «ṣḥōqсделал мне Бог, всякий, кто услышит обо мне,yiṣḥaqобо мне». Обычно данные однокоренные еврейские слова на русский язык переводятся как «смех»: «смех сделал мне Бог», «кто услышит обо мне, будет смеяться надо мною».

Если мы подытожим сказанное, то получается следующая картина: Авраам рассмеялся, по-еврейски:цахак; далее он нарекает сына своего по именийицках; Сарра внутренне рассмеялась, по-еврейскицахка; когда у нее рождается сын, она говорит:цэхоксделал мне Бог, а всякий, кто услышит обо мнейицках. Таким образом, пять раз в одной истории используется еврейского слово, образованное от корняцхк,что тем самым должно нас навлечь на мысль о каком-то скрытом послании, зашифрованном в этом библейском слове.

Итак, о смехе ли здесь идет речь или о радости? Это принципиально важный вопрос. Нередко у русскоязычного читателя во всей истории Авраама и Сарры складывается впечатление, что речь идет именно о смехе сомнения и самоиронии. Однако такое понимание будет неверным, и это подтверждается словами Самого Христа Спасителя, Который, вспоминая тот самый смех Авраама, сказал:«Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался»(Ин 8:56). Это означает, что Авраам не от сомнения и горя рассмеялся об очередном обетовании множества народа, но от радости увиденного дня Господа нашего Иисуса Христа. Бог открыл глаза Авраама и показал ему, что от его семени, то есть потомства его родится Мессия. Об этом же свидетельствует исвященномученик Ириней Лионский, который говорит: «Ибо радость Авраама нисходит от него на его потомков, бодрствующих, видящих Христа и верующих Ему». Поэтому все сказанное говорит нам, что Авраам смехом возрадовался об увиденном Дне Господнем, когда родился у него сын, он нарек его по имени «Смех радости о Дне Господнем», Сарра сначала сомневалась, но, когда через год у нее родился сын, она поверила, что ее сын является предком будущего Мессии, а всякий, кто услышит о ее сыне, должен радоваться о рождении через него Христа Спасителя. Все сказанное, таким образом, говорит о вере Авраама и Сарры, что в потомстве их сына должен родиться Мессия. И от этого они имеют смех радости, и само имя Исаак заключает в себе эту мессианскую идею.

Однако библейская история не останавливается здесь на игре смыслов. Для того чтобы придать этому законченную мысль, Библия вспоминает конфликт между Саррой и Агарью. Как мы помним, Сарра после рождения Исаака выгнала Агарь и ее сына Исмаила из дома своего. Поводом послужило обстоятельство, когда Исмаил насмехается над сыном Сарры Исааком. Здесь опять же используется слово, образованное от корняцхк, но в глагольной форме, выражающей не простое действие, а так называемое интенсивное действие, то есть Исмаил не просто смеется над Исааком, а он сильно смеется, он насмехается над ним. Чаще всего русскоязычный читатель усматривает в этом конфликте обычную женскую ревность, когда Сарра решила наконец-то отомстить своей сопернице Агари, выгнав ее и ее сына из дома своего. Но такое понимание будет совершенно неверным. Ибо, учитывая вышесказанное значение имени Исаака, заключающего в себе идею радости об увиденном Дне Господнем, мы можем заключить, что Агарь и Исмаил не просто смеялись над ее сыном Исааком, но они надсмеялись и поругали саму идею, заключенную в этом имени Исаак, они надсмеялись над мессианским пророчеством. Подытоживая сказанное, теперь мы должны понять, что древнееврейский язык помогает выразить мессианское пророчество через смысловую игру со словом «смех». Итак, Библия представляет собой зашифрованный код.