ДОМА

Впервые – «Новое время», 1887, № 3958, 7 марта, стр. 2, отдел «Субботники». Подпись: Ан. Чехов.

Включено в сборник «В сумерках». СПб., 1887; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.

Напечатано в сборнике «Детвора. Рассказы Антона Чехова». СПб., 1889; перепечатывалось во 2-м и 3-м изданиях сборника.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту:Чехов, т. III, стр. 244–255.

Время завершения рассказа устанавливается по письму Чехова к брату Александру от 22 или 23 февраля 1887 г.: «<…> завтра посылаю субботник. Субботние очень „вумный“! В нем много не ума, а „вума“».

При переизданиях рассказ почти не перерабатывался. Готовя его для сборника «В сумерках», Чехов исправил опечатки, бывшие в «Новом времени»; внес небольшие поправки во 2-е, 3-е и 9-е издания. В сборнике «Детвора» рассказ набирался, очевидно, по 2-му изданию «В сумерках», но в текст вкрались опечатки. При подготовке собрания сочинений многие погрешности были устранены.

Современники в связи с рассказом «Дома» единодушно отмечали умение Чехова проникнуть в глубины детской психологии. 7 марта 1887 г. В. В. Билибин сообщал автору: «Сегодня читал Ваш субботник.ДетиВам всегда очень удаются» (ГБЛ). М. В. Киселева в письме от 8–9 сентября 1887 г. останавливалась на этом свойстве чеховского таланта: «<…> знаете, что Вам особенно удается? – это дети. Они выходят у Вас необыкновенно живые, рельефные и забавно, но мило глупые. Их всех хочется любить, а Сережа (куритель) мне особенно мил» (ГБЛ). О знании Чеховым «тончайших проявлений» человеческой психики, обнаружившемся в этом рассказе, писал Д. В. Григорович (см. примеч. к рассказу «Верочка», стр. 638). Та же мысль содержится и в письме к Чехову В. А. Тихонова от 8 марта 1890 г.: «Психолог и „На пути“ и „Дома“ проследит за каждым извивом души человеческой» (Записки ГБЛ, вып. 8, 1941, стр. 67). И. Л. Леонтьев (Щеглов) в письме к Чехову от 25 марта 1890 г. называя «Дома» в числе тех его произведений, которые, благодаря верности натуре, описаниям природы, искренности, навсегда останутся «перлами» (ГБЛ).

И. И. Горбунов-Посадов расценил рассказ «Дома» как «один из серьезнейших» «по мысли» и просил в письме от 16 мая 1893 г. дать его для предполагавшегося в издании «Посредник» сборника рассказов Чехова «Действительность». Он видел мастерство автора в противопоставлении двух мировоззрений: «Встреча этих двух миров – детского, чистого, человечного, и нашего, спутанного, искалеченного, лицемерного – изображена в маленькой простенькой вещице превосходно» (ГБЛ) М. Ветковская желала включить сказку о царе и его сыне в свой детский рассказ «Папироска», предназначавшийся для «Иллюстрированной хрестоматии» (письмо к Чехову от 20 февраля 1894 г. –ГБЛ).

В журнале «Наблюдатель» «Дома» охарактеризован как рассказ, отличающийся «сжатостью и типичностью» («Наблюдатель», 1887, № 12, стр. 68).

К. К. Арсеньев обратил внимание на глубокое знание Чеховым детской психология: «<…> в этой области г. Чехов также чувствует себя как дома». Лучшим из «детских» рассказов по заключенной в нем идее Арсеньев считал «Дома»: «Автору удалась здесь не только фигура Сережи, но и фигура отца, блуждающего в потемках педагогии и торжествующего там, где всего меньше ожидал победы. Все усилия Быковскогодоказатьсемилетнему мальчику вред и безнравственность куренья остаются тщетными – но к желанной цели внезапно приводит сказка, самому рассказчику казавшаяся наивною и смешною…» Критик подчеркнул своеобразный характер лирических отступлений у Чехова: они «…проникнуты почти всегда тем же настроением, как и самый рассказ, и не режут слух читателей». Процитировав отрывок о «легких и расплывчатых мыслях», Арсеньев заключал: «Это подмечено столь же верно, как и мило выражено» («Вестник Европы», 1887, № 12, стр. 773, 774, 775).

Определяя Чехова как писателя аполитичного, П. Перцов считал, что его рассказы о детях, где не требуется социального анализа, «поникания сложной <…> общественной жизни», лучше его рассказов о взрослых: «…чтобы войти в детский мир в качестве верного и понимающего наблюдателя, в качестве „своего человека“, и вынести оттуда цельные и законченные впечатления, достаточно быть тонким психологом». «Дома» Перцов называл одним из «прелестных» детских рассказов Чехова, стоящих «в первом ряду этой отрасли нашей литературы» («Русское богатство», 1893, № 1, стр. 49).

Критика видела в рассказе отражение одного из основных моментов мировоззрения писателя. В. А. Гольцев по этому поводу замечал: «…встречаются у него картины общественной жизни, полные глубокого смысла, вызывающие у автора скорбные мысли. Прокурор, например, в рассказе „Дома“ <…> не может не признать, что наказание очень часто приносит гораздо больше зла, чем само преступление» («Русская мысль», 1894, № 5, стр. 48). Это положение развито в статье Ф. Е. Пактовского: Чехов «дает понять современному читателю, что с этой душой <душой ребенка> надо обращаться умеючи, что только серьезное знание детской души, разумная любовь к ребенку могут воспитать в нем все добрые начала, а потому воспитание детей должно явиться одною из самых важных обязанностей родителей, которые должны подготовляться к этому делу едва ли менее, чем к обязанностям прокурора, судьи, доктора и т. д. Если во всякой работе требуется любовь к делу, то в педагогической любовь к детям является основанием всего дела; нигде сухой педантизм и формализм <…> не принесут столько вреда, как в деле воспитания.

Рассказ Чехова „Дома“ всего ярче выдает взгляд автора на указанный вопрос. <…> Мысль, что „наказание очень часто приносит гораздо больше зла, чем само преступление“ <…> для нашего писателя не является случайной. Он развивает ее в целом ряде своих рассказов, взятых прямо из действительности» (Ф. Е.Пактовский, стр. 28, 33).

Толстой отнес рассказ «Дома» к рассказам «1-го сорта» (см. т. III Сочинений, стр. 537).

А. С. Лазарев (Грузинский) находил, что рассказ «Дома» «плох. Он растянут» (письмо к Н. М. Ежову от 3 апреля 1887 г. –ЦГАЛИ, ф. 189, оп. 1, ед. хр. 19, л. 196).

В письме к И. Я. Павловскому от 5 декабря 1894 г. Чехов назвал «Дома» в числе произведений, «наиболее» подходящих «для французского читателя» («Вопросы литературы», 1960, № 8, стр. 145).

При жизни Чехова рассказ был переведен на английский, болгарский, венгерский, датский, немецкий, сербскохорватский, словацкий, французский и чешский языки.

В 1899 г. Е. Г. Бекетова перевела «Дома» на французский язык (см. ее письмо к Чехову от 15 января 1899 г. –ГБЛ).