ИСТОРИЯ ПЕТРА

При жизни Пушкина напечатано не было.

Мысль о написании истории Петра Великого возникла у Пушкина еще в 1827 году. Так, А. Н. Вульф в своем дневнике, относящемся к тому времени, отметил сказанные ему слова поэта: «Я непременно напишу историю Петра I». В июле 1831 г. поэт просил о допущении в архивы с целью «со временем исполнить давнишнее желание — написать историю Петра Великого и его наследников до государя Петра III». На это последовала резолюция Николая I, записанная А. X. Бенкендорфом: «Написать гр. Нессельроде, что государь велел его принять в Иностранную коллегию с позволением рыться в старых архивах для написания истории Петра Первого». Современники поэта восприняли этот факт, как назначение Пушкина историографом Петра I.

В следующем, 1832 году в марте Пушкин, получив специальное разрешение, занимался в библиотеке Вольтера, хранившейся тогда в Эрмитаже, специально для ознакомления с «разными редкими книгами и рукописями, доставленными ему (т. е. Вольтеру) Шуваловым для составления его Истории Петра Великого». Но прошло еще почти 2 года прежде, чем поэт приступил к своему труду о Петре; в этот промежуток времени Пушкин был занят работой над «Историей Пугачева» и «Капитанской дочкой» (см. тт. VI и VIII). Первоначально он предполагал привлечь к работе над историей Петра М. П. Погодина, но сотрудничество это не состоялось. На запрос Погодина Пушкин отвечал ему в начале апреля 1834 г. из Петербурга: «К Петру приступаю со страхом и трепетом, как вы к исторической кафедре». Вплотную к изучению истории Петра Пушкин подошел лишь в самом конце 1834 года. Востоковед В. В. Григорьев, например, вспоминает, что именно в это время он впервые увидел в доме П. А. Плетнева историка К. И. Арсеньева, беседующего с Пушкиным «о лицах и событиях времен Петра Великого, историю которого собирался тогда писать великий поэт». Действительно, именно в начале 1835 года Пушкин и приступил к конспектированию 9-ти томов основного тогда труда по истории Петра, написанного И. И Голиковым, под заглавием: «Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России» (издание Н. И. Новикова 1788—1797 гг.).[56]Свои усиленные занятия над Голиковым поэт кратко отметил в дневнике от февраля 1835 года: «С генваря очень я занят Петром». В тетради, озаглавленной «Извлечение из Введения. Штралленберг», находится подтверждающая вышеприведенную дневниковую запись дата Пушкина 1835 года: «Января 16—111/2ч.». Этим определяется начало записей. Затем датирована тетрадь с изложением событий царствования Петра «до 1700 г.»: «25 января». Последние даты стоят в последней тетради с конспектом исторических событий за 1725 год: «14 декабря» в начале ее и «15 декабря» в конце ее.

Таким образом, основной, дошедший до нас, материал по истории Петра написан был Пушкиным в течение 1835 года. Затем его интенсивная работа приостановилась. О С. Павлищева в своем письме к мужу от 6 декабря 1835 г. свидетельствует, что Пушкин намеревался ехать в Москву «на два месяца или более». «Он уверяет, — добавляет она, — что должен туда поехать, чтобы рыться в архивах. Ты знаешь, он пишет историю Петра Великого». Но поездка в Москву тогда не состоялась, сложные обстоятельства жизни Пушкина в течение всего 1836 года не располагали к работе. Несмотря на это, в свой приезд в Москву в мае 1836 г. поэт продолжал свои исторические разыскания, посещая московские архивы. Об этом он сообщал жене 14 мая: «В Архивах я был и принужден буду опять в них зарыться месяцев на шесть», но последнее предположение не осуществилось. П. Я. Чаадаев в письме из Москвы к А. И. Тургеневу от 25 мая 1836 г. писал: «У нас здесь Пушкин. Он очень занят своим Петром Великим. Его книга придется как раз кстати, когда будет разрушено всё дело Петра Великого: она явится надгробным словом ему».

Пушкин, несмотря на лестные отзывы современников, сознавал, что до окончания работы над историей Петра еще далеко. В ответ на присланный ему лицейским его товарищем М. А. Корфом список преимущественно иностранной литературы о Петре, сохранившийся в бумагах поэта, Пушкин писал 14 октября 1836 г., что «прочитав эту номенклатуру», он «испугался и устыдился»; «большая часть цитованных книг» оказалась неизвестной ему. В январе 1837 г., за три недели до своей смерти, поэт говорил посетившему его переводчику дневника Патрика Гордона, чиновнику (бывшему лицеисту) Д. Е. Кёлеру: «Я до сих пор ничего не написал еще, занимался единственно собиранием материалов: хочу составить себе идею обо всем труде, потом напишу историю Петра в год или в течение полугода и стану исправлять по документам». В то же время он понимал, что предполагаемое им сочинение о Петре встретит несомненно препятствия со стороны цензуры. А. В. Никитенко в своем дневнике под 21 января 1837 г., говоря о своей встрече с Пушкиным у П. А. Плетнева, сообщил, что поэт вполне сознавал, что «историю Петра пока нельзя писать, т. е. ее не позволят печатать. Видно, что он много читал о Петре». Опасения Пушкина вполне оправдались после его смерти, когда В. А. Жуковский и другие его друзья сделали попытку представить оставшиеся по истории Петра материалы для их опубликования. Николай I нашел, что «рукопись издана быть не может по причине многих неприличных выражений на счет Петра Великого».

После того как в 1840 г. по требованию цензуры в подготовленной к печати писарской копии собранных Пушкиным материалов были сделаны многочисленные изменения и изъятия и рукопись в таком виде была пропущена для печати, издатели отказались ее печатать, а все рукописи поэта были возвращены Н. Н. Пушкиной и надолго ушли из поля зрения исследователей. Некоторые отрывки из материалов поэта по истории Петра напечатал П. В. Анненков в 1850-х годах в своем издании сочинений Пушкина. Материалы Пушкина по истории Петра дошли до нас не полностью. Сохранилось 22 тетради (в некоторых отсутствуют отдельные листы). Кроме того, дошли писарские копии некоторых утраченных тетрадей с записями за вторую половину 1709 г., за 1717 и 1718 гг. Записи за 1703 г. известны по публикации П. В. Анненкова в издании сочинений Пушкина 1855 г. Утрачены записи за 1719, 1720 и 1721 гг. От них осталась только копия мест, исключенных из этих записей цензурой. Полностью дошедший до нас текст увидел свет в новом академическом полном собрании сочинений Пушкина.

Сохранившиеся материалы для Истории Петра Великого представляют собою, как это сознавал и сам Пушкин, лишь только предварительные конспекты книги Голикова. Сразу же после смерти поэта современники несомненно переоценивали этот материал. Например, А. И. Тургенев, на следующий день после смерти поэта, писал И. С. Аржевитинову: «Последнее время мы часто видались с ним и очень сблизились; он как-то более полюбил меня, а я находил в нем сокровища таланта, наблюдений и начитанности о России, особенно о Петре и Екатерине, редкие, единственные». Конспекты книги Голикова, которыми мы располагаем, представляют значительный интерес, так как сделаны по мере чтения Голикова и отражают непосредственное восприятие труда Голикова и свободное его переложение. Значительное место в изложении Пушкина уделено критике Голикова, указаниям на необходимость дальнейшего изучения того или иного вопроса, наведения дополнительных справок в других источниках и т. п.

Из других немногочисленных источников, которыми пользовался Пушкин, нужно назвать «Журнал или поденную записку Петра Великого», Корб «Diarium itineris in Moscoviam»[57], сочинения Вольтера, а также следующие, сохранившиеся в библиотеке поэта: книгу Ф. О. Туманского «Собрание разных записок и сочинений, служащих к доставлению полного сведения о жизни и деяниях государя императора Петра Великого», часть V, 1787 г.; книгу Я. Я. Штелина «Подлинные анекдоты о Петре Великом», 3-е изд., М., 1830; Charles Duclos, Œuvres, Paris[58], 1820—1821; книгу Pierre-Edouard Lemontey, «Histoire de la régence et de la minorité de Louis XV jusqu’au ministère du cardinal de Fleury». Paris, 1832[59], и мемуары графа Xp. Донá «Mémoires Originaux sur le Règne et la Cour de Frédéric I, Roi de Prusse, écrits par Cristophe Comte de Dohna, Ministre d’Etat et Lieutenant-général». Berlin, 1833[60]. На все эти книги Пушкин делает ссылки. Раскрытие последних двух источников принадлежит Я. И. Ясинскому.

В бумагах Пушкина сохранились некоторые другие источники для работы над историей Петра. Они здесь не воспроизводятся, так как представляют лишь сырые материалы, без каких-либо следов творческой работы поэта. К ним относятся: 1) сделанная Пушкиным в 1832 г. в библиотеке Вольтера копия с составленного историографом Г.-Ф. Миллером для Вольтера на французском языке «Хронологического порядка достопамятнейших дел, к Истории императора Петра Великого принадлежащих»; 2) сделанные Пушкиным факсимильные воспроизведения четырех писем Петра к фельдмаршалу князю В. В. Долгорукову, вместе с копиями их; 3) cделанный для Пушкина перечень материалов о Петре, под заглавием «Дела под названием Архив императора Петра I»; 4) сделанное для Пушкина извлечение о пребывании Петра I в Астрахани и 5) упоминавшийся уже список литературы о Петре, составленный для Пушкина бароном М. А. Корфом в 1836 г. и присланный последним при письме к Пушкину от 13 октября этого года, со следующей характеристикой: «Это одна голая, сухая библиография... в этой выборке нет ни системы, ни даже хронологического порядка: я выписывал заглавия книг так, как находил их в своих заметках».

Этим перечнем исчерпываются дошедшие до нас материалы Пушкина для неосуществленной им истории Петра Великого.

При чтении печатаемых материалов следует обратить внимание на курсивы, знаки вопроса и NB. Этим Пушкин отмечал либо места, требующие особого внимания, либо возбуждающие сомнение и требующие проверки; таким же образом Пушкин отмечал старинные термины и слова, вышедшие из употребления или изменившие свое значение (см., например, на стр. 440 специальное примечание о значении слова «припадок», под которым Петр разумел в своем письме шторм, разбивший несколько судов).

ЗАМЕТКИ ПРИ ЧТЕНИИ «ОПИСАНИЯ ЗЕМЛИ КАМЧАТКИ» С. П. КРАШЕНИННИКОВА

При жизни Пушкина изданы не были.

Датируются на основании пометы Пушкина на заголовке рукописи «Камчатских дел» — 20 января 1837 г.; очевидно, и два других отрывка (план и набросок начала статьи, а также заметки «О Камчатке») могут быть отнесены тоже к январю 1837 г.

Книга академика С. П. Крашенинникова «Описание земли Камчатки», изданная Академией Наук в 1755 году, представляет собою выдающийся труд, как первое описание Камчатского полуострова, и имеет большое научное значение и для настоящего времени. Сделанные поэтом выписки из нее и заметки являются последним и незаконченным литературным его трудом, по-видимому предназначавшимся для помещения в первом или втором номере журнала «Современник» в виде статьи о завоевании русскими Камчатки. Сохранились лишь: 1) план и набросок начала статьи, 2) заметки о завоевании Камчатки и 3) предварительный конспект исторических событий под заглавием «Камчатские дела». По-видимому, на этих материалах и прервалась литературная деятельность поэта.