НЕ СУДИТЬ, НО СПАСТИ (Ин.3:16-21,Мк.12:1-12)

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

Сегодня мы слышали 2 Евангельских чтения. В каждом из них говорится о любви. В первом звучат такие слова: «так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин.3:16-17). А во втором чтении мы слышим слова о главной заповеди, которые Господь говорит искушавшему Его законнику: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф.22:37-39).

Действительно, человек нуждается только в этом и приходит в Церковь именно за этим. Ведь каждому по-настоящему нужно только одно – любить и быть любимым, и больше ничего. Ощущая скудность любви в своей жизни, он пытается чем-то компенсировать её отсутствие: страстями, удовольствиями, пороками, но тщетно, потому что любовь незаменима. Нет ничего другого в мире, что могло бы заменить человеку любовь.

Но оказывается, что быть любимым – это понятно, а вот любить – не всегда. Очень часто человек путает эти понятия, он очень хочет быть любимым, а любить ему не всегда удаётся.

Сегодня мы слышим, как всё может произойти. Христос Сам говорит о Своей любви к нам. «Так возлюбил Бог мир, – говорит Иисус Никодиму в ночной беседе, – что послал Сына Своего Единородного, чтобы мир был Им спасён». Это Он о Себе говорит. Бог не судит этот мир,  Бог его спасает. Он спасает его Своей любовью. И самый страшный суд для мира – это та самая Божественная любовь, которая ему оказывается не нужна, которую человек может не принять, мимо которой может пройти, которую он может не заметить.

Бог так человека любит, что отдаёт всего Себя до конца. И мы сегодня за этим в храм пришли, – чтобы эту Божественную любовь получить, чтобы её принять, чтобы ею наполниться. Потому что в причастии Святых Христовых Тайн, в принятии Его Тела и Крови заключена вся тайна Его любви. Он Себя нам полностью отдаёт. Он отдаёт Себя человечеству с самого начала, когда приходит в мир в виде беззащитного Младенца. Он отдаёт себя людям Своим бесконечным служением: в проповеди Евангелия, в исцелении и воскрешении мёртвых, и до конца отдаёт Себя в Своем распятии.

Мы сегодня отмечаем день перед праздником Воздвижением Честного и Животворящего Креста, который будет свидетельствовать именно об этом – о Божественной любви, с которой Он отдаёт Себя нам полностью, до конца, потому что любит нас, потому что хочет, чтобы мы с Ним пребывали. Смысл Его пребывания в этом мире, чтобы никто не остался не спасённым. Он пришёл спасти всех – всех, кто готов на эту любовь откликнуться.

А каким образом человек может на эту любовь откликнуться?

Да, мы с вами причащаемся Святых Христовых тайн. Сегодня, надеюсь, что все, кто пришёл в храм, должным образом приготовились к принятию этой любви, чтобы евангельские слова о том, что Бог отдаёт Себя нам, и что мы готовы Его принять, не втуне звучали для нас. Эта готовность Его принять - то есть возлюбить Его всем сердцем, всею мыслию своею, всем помышлением своим, всею крепостью своею – самое главное в нашей подготовке к принятию Святых Христовых Тайн. Она заключается не в трехдневном посте и «вычитывании» трёх канонов и последования, она заключается в готовности к любви.

В чем эта готовность? Как это можно, все забыть и полюбить только Бога? Мы все эти слова хорошо знаем, мы прекрасно их изучили, читая Евангелие, мы знаем заповедь. А насколько мы в ней живем? Насколько мы стремимся это сделать?

В своей последней беседе перед Своим страданием Господь собирает учеников на Тайную вечерю, на которой Он молится Своему Отцу о нас, о Своих учениках, о Церкви, обо всём мире. И, обращаясь к Отцу, Он говорит такие слова: «Всё Мое – Твое, и всё Твоё – Моё». Это слова настоящей любви. И таким же образом Христос обращается к каждому из нас. Отдавая Себя нам во спасение, отдавая Себя нам в пищу, Он говорит нам: «всё Мое – Твое, и всё Твоё – Моё». То же самое Он говорит и через евангельскую притчу о блудном сыне. Отправляя блудного сына на свободу, отец говорит ему: «всё Мое – Твоё». Но сыну не надо «всё Его», ему нужно только «своё».

И когда мы оказываемся способными сказать Богу те же самые слова, которые Сын говорит Отцу: «всё Мое – Твоё», тогда мы можем оказаться способными Бога полюбить, ответить на Его любовь. Это очень не просто – предаться в руки Божии. Это очень не просто – до конца поверить Богу, доверить себя Богу до конца и сказать такие слова. Но только эти слова – самые важные в наших отношениях с Ним, только они должны звучать в нашем сердце, когда мы принимаем Святое Причастие. Когда мы способны сказать Богу: «всё Мое – Твоё», тогда в этом мире мы можем ни о чём не беспокоиться. Мы можем ничего не бояться, даже смерти, потому что эти слова так могут нас соединить с Богом, как Сын соединен с Отцом. Это одна и та же любовь: любовь, которой Бог любит Своего Сына, и любовь, которой Бог любит каждого из нас. Эта любовь, прежде всего, нам нужна. Эту любовь, прежде всего, мы должны стяжать. К этой любви мы должны стремиться.

Если для этой любви наши сердца откроются, если мы окажемся способными – не сразу, конечно, а понемногу, по чуть-чуть – открывать своё сердце и всё время понуждать себя жить по этим словам «всё Мое – Твоё», то тогда мы сможем понять, как любить и ближнего своего. Не того ближнего, который нам люб и приятен, потому что связан с нами дружбой, любовью, семейными узами, – это естественная любовь, которая как дар Божий дана всему человечеству. Но мы сможем любить той любовью, которая делает человека способным отдавать себя за этот мир, как отдает Себя Сын Божий. Мы сможем так расточать себя, так раскрывать себя для каждого человека, так стараться увидеть и услышать каждого человека, который к нам обращается за помощью, как Господь нас слышит и видит, как Господь воспринимает каждый наш вздох, каждое наше движение сердечное.

Если мы научимся так Бога любить, предавая себя полностью в Его руки, тогда мы научимся и видеть, и слышать тех, кто находится рядом с нами, видеть настоящими глазами, слышать слухом нашего сердца. И тогда любовь, к которой призван человек, в нас может осуществиться. По этой любви нас могут узнавать как христиан, только по этой любви. Не по внешним действиям, не по тем высказываниям и призывам, которые Церковь возвещает этому миру, и которые многих людей удивляют и раздражают. Не этого ждет от нас сегодня мир, не слов и даже не каких-то внешних действий, а только настоящей любви. И этой любви мы с вами должны научиться. Аминь.