Священник Альвиан Тхелидзе

Святитель Феолипт Филадельфийский

Слово

(О крестной Жертве Иисуса Христа)[7]

1. Сёстры и матери, обычно, попавшие из богатства в бедность, обращаются к ростовщикам; когда же получают [ссуду], радуются, что обрели искомый заем. Но когда заимодавцы требуют [вернуть] долг - сильно огорчаются. И если даже могут вернуть долг, вновь оказываются в трудном [положении]. Если же не могут отдать долг, не избегают рук и тирании заимодавцев[8]. Мы также [были] утверждены от Бога в богатстве добродетели, но расточили  силы наших душ на пустое, стали бедными и нуждающимися, подобно блудному сыну, расточившему отцовское имение и уехавшему от отца, и там опустившемуся [до нужды] пасти свиней[9].

2. После того, как мы отпали от прекрасного, пришли к лукавому ростовщику (δανειστῇ τῷ πονηρῷ)[10], и заняли у него постыдные страсти и лукавые помыслы. Мы утратили любовь и приобрели ненависть; изгнали праведность и приняли беззаконие; отбросили воздержание и взяли невоздержанность; изгнали мир и приветствовали раздор; возненавидели кротость и возлюбили злобу и чёрствость.

3. Все злые задатки брали мы взаймы у дьявола; ибо чуждо нашей природе стремление к лукавству. Как занимающий берет чужие вещи, поскольку сам [ими] не владеет,  так и мы, тратя блага, принадлежащие нашей душе, хватали лукавые желания чуждого демона. Посему каждый час и день дьявол требует от нас [возврата] работой наших тел. Как ростовщик от должника требует [возврата] занятого имущества, так и дьявол заставляет нас делать плохие дела, и как лихву требует увеличения плохих дел.

4. Сын Божий, видя нас, изнуряемых грехами и тиранизируемых страданиями, и насилуемых дьяволом, сделавшись Человеком, дал Себя [как] выкуп за нас (ἔδωκεν ἑαυτὸν ἀντίλυτρον ὑπὲρ ἡμῶν)[11]. Претерпел крест и смерть, через это смерть чувственных услад упразднилась. Обяжемся же узреть святую жизнь Господа и подржать спасительному поведению, которое  [во время] телесного прибывания в мире [Он] показал нам. Неся тяготы дел Его,  и  соблюдая слова заповедей его, [мы] стали свободны от тирании дьявола. Если отстранимся от гнева и приобретем мир, отгоним ненависть и призовём любовь, изгоним беззаконие и поприветствуем праведность и полностью отвратим действия чуждых страстей, если потрудимся добродетели, то через работу добродетелей и заботу искупится (λυτροῦται)  душа наша от лукавых помыслов и греховных действий, и дьявол сбежит от нас.

5. Не возжелали бы ведь [мы] быть тиранизируемыми лукавым, получив столько свободы. Кто же, призванный получить в дар средства, чтобы уплатить свой долг, отклонил бы призыв и отвратился от дарующего милость? Люди так не делают. Творящий же это, объемлется безумием и подвергается осуждению. Как [же] и мы спасительным деяниям и за нас страданиям Спасителя не поревнуем и не [станем] подражать? Посему, давайте, постараемся понести их на наших телах, применяя как припарки и возлагая на члены и чувства тела. И если мы это делаем, исцеляются (θεραπεύονται)[12]помыслы наших душ, размышлениями и познанием страданий Владыки удерживается душа, и не падает среди злых борений плоти. Служа же Господу добрыми делами, [душа] от рабства страстям освобождается, во Христе Господе нашем, которому слава во веки веков, аминь.

Перевод с древнегреческого – священника Альвиана Тхелидзе