Мир и Эрос. Антология философских текстов о любви

В ожидании Пасхи: шесть эпизодов Ветхого Завета

Сатомский Александр, священник

Пасха начинается не с пустого гроба. Она зреет задолго до Евангелия — в ночи Исхода, в страхе перед морем, в голоде пустыни, в опыте бегства и тишины, в образе страдающего праведника.

Трагедии

Шекспир, Уильям (William Shakespeare)

Собрание трагедий Шекспира

Повести и рассказы

Зайцев, Борис Константинович

Повести и рассказы Бориса Зайцева, одного их главных писателей русского зарубежья, глубокого христианского автора, продолжателя традиций Тургенева и Чехова. Книгу составили рассказы Бориса Зайцева из сборников «Тихие зори», «Полковник Розов» и др.

Мифы в психологии: христианская оптика

Филоник, Марина Сергеевна

В пост нам особенно важно увидеть человека честно — без упрощений, без ярлыков, без тех быстрых рецептов, которыми так богата современная психология. Этот цикл, который мы сняли вместе с Мариной Филоник, — попытка вернуть разговору глубину.

В поисках пути, истины и жизни, том III. У врат молчания

Мень Александр, протоиерей

III том истории религии отца Александра Меня, знаменитого семитомника «В поисках пути, истины и жизни». Это название являет главное стремление о. Александра при написании истории религии — показать всё религиозное многообразие человечества.

Сериалы года как диагноз времени. Обсуждаем «Камбэк», «Урок», «Кибердеревню» с Оксаной Куропаткиной

Куропаткина Оксана Владимировна

Как на человека влияют беда, власть, технологии и чувство, что ты лишний. Смотрим в христианской оптике, но без проповедей: где здесь вина и прощение, милосердие и ответственность.

Библия. Синодальный перевод

Синодальный перевод Библии, выполненный в середине XIX в. силами четырех духовных академий, до сих пор остается основным текстом, по которому принято изучать Писание на русском языке.

Августин. Беспокойное сердце

Эриксен, Тронд Берг (Trond Berg Eriksen)

«В книге, призванной дать читателю представление об Августине и его трудах, необходимо высветить эту фигуру по крайней мере с трех сторон: показать его как ритора (в том числе проследив за его образованием и становлением в оном качестве)».

Введение в философию

Ясперс Карл Теодор (Karl Theodor Jaspers)

После утраты всего остается одно: Бог есть. Если жизнь в мире, вверяя себя руководству Бога, пыталась сделать все, что от нее зависит, и все-таки потерпела крах, то остается лишь одна невообразимая действительность: Бог есть.

Открытость бездне: встречи с Достоевским

Померанц Григорий Соломонович

Померанц толкует Достоевского как принципиально радостного, светлого писателя. Ключ к толкованию — слова Достоевского: «Если бы как-нибудь оказалось… что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины».