Мы не знаем, кто написал текст, который прислал нам Ренат.
Но там написана правда. И мы просто опубликуем его, потому что лучше мы не напишем.
"Когда читаешь письмо папы Рамазана Керимова, представляешь его совсем другим. Никак не крепким военным с разрядом по рукопашному бою. В этом письме много про то, про что говорить как-то не принято: безграничную мужскую нежность и отцовскую любовь. Ренату тридцать три. Он бывший спецназовец и отец-одиночка, воспитывающий своего единственного ребенка с ДЦП.
Когда Ренат борется с сыном на руках, пятилетний Рамазан всегда побеждает. "Он просто очень сильный", – объясняет отец. В их ситуации сильными должны быть все. Сначала духом, а уже потом – телом.
Когда Ренат борется с сыном на руках, пятилетний Рамазан всегда побеждает. "Он просто очень сильный", – объясняет отец. В их ситуации сильными должны быть все. Сначала духом, а уже потом – телом.Вот говорят, что мужчины не плачут. Ренат, побывавший за десять лет службы во многих горячих точках, качает головой: еще как плачут. Нет, не от контузий и увечий, а когда первенец, родившийся задолго до нужного момента весом меньше килограмма – в одной папиной ладошке уместиться бы мог – попадает в реанимацию. Порок сердца, гидроцефалия, ретинопатия и множество других тяжелых диагнозов.
Ренат тогда взял отпуск, снял квартиру в Ставрополе, поближе к перинатальному центру, и нес вахту под дверями реанимации три месяца. Сначала его прогоняли, потом поняли, что бороться с отцом-спецназовцем бесполезно и пустили к кювезу, где лежал Рамазан. И отец был с сыном до самой выписки: носил памперсы, лекарства (и детям-отказникам из соседних кювезов – тоже). Уезжал на последнем автобусе переночевать – и на рассвете снова спешил к ребенку. После выписки он уволился со службы, и началась у них с Рамазаном новая жизнь.
Рамазан со временем поборол гидроцефалию, у него восстановилось зрение и заросло "окошко" в сердце, но врачи поставили мальчику еще один диагноз – ДЦП. С тех пор он спрашивает у отца: "Пап, когда же я научусь ходить?" Ренат обещает: скоро.
Так вышло, что семья Керимовых – это отец, сын и бабушка, но все заботы о ребенке – на мужских плечах. Ренат Рамазану и отец, и друг, и мануальный терапевт, и командир, следящий за распорядком дня, режимом и развитием ребенка. Поэтому так непривычно и трогательно он, прежде интересовавшийся все больше оружием и боевой тактикой, вплетает в свой рассказ слова "Монтеcсори", "туторы", "подгузники".
В доме Керимовых пахнет лепешками чуду. Бабушка Нурмият печет любимое лакомство сына и внука – мужчина должен хорошо питаться, чтобы быть сильным. А еще она готовит дагестанский хинкал. Отец и сын разучивают тем временем счет на одиннадцати языках: японском, китайском, корейском, английском, испанском, турецком… а уж на родном агульском Рамазан легко досчитает до ста. "Никогда не увлекался иностранными языками, начал учить ради сына. Интеллектуально он ведь даже обгоняет сверстников".
Характером Рамазан пошел в отца. Любит стрелять из водных пистолетов и бороться, не вставая из коляски, с дядей, когда тот приезжает в гости. У Керимовых жесткая дисциплина. Планшет с мультиками четыре раза в сутки и не дольше чем на двадцать минут. Остальное время – стихи, песни, рисование и, конечно, ЛФК. Ренат, серьезно занимавшийся армейским рукопашным боем и борьбой, помогает Рамазану качать пресс, прорабатывать предплечье, кисти, локтевые суставы. Потом – тренировка зрения и работа с "вестибуляркой". И так каждый день.
Характером Рамазан пошел в отца. Любит стрелять из водных пистолетов и бороться, не вставая из коляски, с дядей, когда тот приезжает в гости. У Керимовых жесткая дисциплина. Планшет с мультиками четыре раза в сутки и не дольше чем на двадцать минут. Остальное время – стихи, песни, рисование и, конечно, ЛФК. Ренат, серьезно занимавшийся армейским рукопашным боем и борьбой, помогает Рамазану качать пресс, прорабатывать предплечье, кисти, локтевые суставы. Потом – тренировка зрения и работа с "вестибуляркой". И так каждый день."Первые три года пытался "вытянуть" сына самостоятельно. Подсмотрю в интернете, как делать логопедический массаж – делаю. Рамазану пять лет, а он считает до десяти на пятнадцати языках, выговаривает все звуки, и может четко и понятно изложить свою мысль".
Были поездки в реабилитационные центры, ради которых Ренат продал квартиру. После одной из реабилитаций Рамазан пополз по-пластунски. "Я радовался, будто сын побежал", – вспоминает Ренат.
Были поездки в реабилитационные центры, ради которых Ренат продал квартиру. После одной из реабилитаций Рамазан пополз по-пластунски. "Я радовался, будто сын побежал", – вспоминает Ренат.Сейчас Рамазан может стоять у опоры до пяти минут, может самостоятельно присесть, а с помощью папы даже дойти из комнаты до кухни в ходунках. Такие победы стоили того, чтобы оставить службу, не дотянув год до пенсии. "Сослуживцы рассказывали, что между командировками не видели, как выросли их дети. А я вижу, как растет мой сын, я застал его первое слово – "папа", видел его первую улыбку. А по утрам Рамазан целует меня и говорит: "Я тебя люблю". Вот ради чего стоит жить и бороться дальше".
Ренат настроен научить сына ходить без ходунков. А для этого нужно продолжать реабилитации – эффективные и дорогостоящие. Сильному и решительному Ренату, который не боится показаться слабым, нужна помощь. В чем еще сила, если не в доброте?"
