Из письма: "Меня зовут Виталий Полищук Александрович. Мне 32 года. Это очень много для таких людей как я, по крайней мере в нашей стране. У меня врожденный порок сердца, единственный желудочек.
Диагноз был поставлен на следующий день после рождения. Спасибо моим родителям, которые не отказались от меня, а решили бороться за мою жизнь. Они показывали меня докторам здесь, в Ленинграде, мама возила меня в Москву, Киев. Но везде врачи отказывали в помощи, обещали, что максимум я доживу до трех месяцев, до года. Говорили что я не смогу сидеть и ходить, не буду нормально разговаривать. Родители отказывались в это верить, в 4 года я уже умел читать, нормально ходил, разговаривал. Конечно, меня часто мучили головные боли, до 7 лет папа носил меня на руках на четвертый этаж домой, т.к. подниматься самому было тяжело. Но для меня самым сильным воспоминанием было то, что я не мог бегать с друзьями – мгновенно уставал. Так и слышу голос мамы: «Виталик, не беги!»
Виталий смог пойти в первый класс только потому, что меня прооперировали американские хирурги по программе "От сердца к сердцу". Но несмотря не все проблемы он вырос, он работал, у него замечатлеьная жена.
Просто ему тяжелее, чем нам. Гораздо тяжелее.
Из письма: "С 2011г. Меня стали чаще мучать проблемы с сердцем, приступы наджелудочковой тахикардии, которые случались и раньше, существенно увеличились, стали проявляться постоянно даже при обычной ходьбе. Ходить стало очень тяжело, пульс 120-140, полное бессилие, мне стало проще ехать, чем пройти 100м.
Я лечился в центре им.Алмазова - там мне меняли схемы лекарств, но никакого принципиального улучшения не наступало. Отёки все увеличивались, ходить становилось все сложнее. В конце концов мне сделали томографию и сказали: легкие все в жидкости 0,8л. поезжайте домой.
Спасибо замечательным врачам из 2-ой больницы, которые смогли в реанимации привести меня в порядок.
Моя жена, Юля стала искать клинику за границей, которая бы согласилась мне помочь. Потом откликнулся Сердечный Центр Берлина. Чтоб попасть туда моя жена и мои друзья сделали группу для близкого круга друзей соц. сети в контакте. Решится на ее открытие было сложно. Освещать свое состояние открыто не составляло труда, но публично обращаться за финансовой помощью оказалось очень непросто.
24 сентября 2014 г. в Берлине мне поставили стент в сердце. Уже после этой процедуры мне стало существенно легче, и я ощутил как «возвращаюсь к жизни», воздуха стало хватать".
Следующие операции в Берлине мне оплачивали благотворительные фонды, Виталий постепенно приходил если не в норму, то хотя бы приближался к ней. Сатурация (насыщение крови кислородом) сразу выросла до 85, что лишь немногим ниже нормы. Случилось то, что на многочисленных катетеризациях мне обещали сделать лет 20.
Но эта радостная новость была сразу омрачена информацией о том, что существует вероятность того, что легкие не справятся с возросшей нагрузкой и начнет расти легочное давление. Чтобы этого не случилось, назначается препарат Траклир. Стоимость этого препарата так высока, что семья Виталия никак не сможет его купить.
А это значит - снова начать постоянно задыхаться и прожить совсем недолго.
Из письма: "Несколько месяцев ушло на то чтобы Комитет здравоохранения одобрил получение Траклира и Силденафила за государственный счет. Сейчас одобрение получено и они будут оформлять бумаги, в ближайшие дни обещали связаться и рассказать как и где я смогу его получать. 5 месяцев потребовалось для достижения этой цели. Боюсь представлять, какие могли бы быть последствия, если бы мне не помогли благотворители с покупкой этого лекарства все эти месяцы"
Виталию и его жене удалось добиться решения проблемы с получением препарата, но борьба на этом не заканчивается.
Из письма: "К сожалению, история борьбы за свое собственное здоровье, как этого бы не хотелось, на этом не заканчивается. Врачи из Берлина говорят о необходимости провести диагностическое зондирование, чтобы посмотреть выросло ли легочное давление после установки окклюдера осенью, как изменилась динамика, требуется ли какие-то корректировки лечения или лекарств. Ведь обычно окклюдер устанавливается почти сразу после операции Фонтен, еще в детстве, а мне пришлось ждать этого 20 лет, сложно сказать, как поведет себя взрослый организм.
Я очень прошу фонд Предание и его жертвователей помочь мне.
