Я родилась в 1981 году, и мне сразу был поставлен диагноз «врожденный порок сердца», Через 10 дней из роддома меня перевели в больницу Раухфуса. Мама стала добиваться, чтобы нас вызвали в Институт сердечно-сосудистой хирурги им Бакулева. В 1,5 месяца мне сделали первую вспомогательную операцию (шунтирование), проводил её Владимир Владимирович Месхишвили. После неё у меня прекратились приступы и моё состояние улучшилось. (Сейчас он работает в Германии, в Берлинском кардиоцентре, и всю переписку я виду с ним).
Каждый год после операции мы ездили на обследования в Бакулева, чтобы мне провели радикальную операцию. В 1987 году ее взялся сделать Владимир Николаевич Ильин, но в результате он тоже только наложил шунт. Потом было много консультаций уже здесь, в Ленинграде, в Военно-медицинской академии, с немецкими и американскими специалистами.
В 1992 году нас пригласили на консультацию в Детскую городскую больницу №1, (Авангардная, д. 14). В то время там открылось детское отделение кардиохирургии под руководством Вадима Германовича Любомудрова. Он тоже взял меня на радикальную операцию, но во время операции возникли осложнения, кровотечение и тромбоз шунта, поэтому ничего не получилось. В итоге все 3 шунта у меня не работали, по лёгочной артерии кровь тоже в лёгкие не поступала, только по мелким сосудам - коллатералям, но этого кровотока не хватало. Я быстро уставала, на улице часто приходилось останавливаться, мучила одышка и боль в области бронхов, цианоз.
К сожалению, в России мне помочь не смогли, а профессор Месхишвили пригласил меня в Германию, в Берлинский кардиоцентр, где провёл мне 2 этапа радикальной операции. Первый проводился в 2010 году, а второй - в 2011. Конечно, было нелегко, после первого зондирования выяснилось, что у меня всё плохо с правым лёгким, оно почти не работает. Левое работает посредствам шунта, поэтому нужно открывать кровоток, ставить протез клапана лёгочной артерии. Операция была очень сложной, длилась 8 часов, моё сердце останавливали на 74 минуты и понизили температуру тела до 16 градусов, чтобы избежать больших кровопотерь. В реанимации я провела 6 дней на аппарате ИВЛ, и 3 дня с открытой грудиной. Потом меня перевели в палату, из лёгких выходил застой. Когда я первый раз вышла из палаты, медсёстры, которые увидели меня, захлопали в ладоши! Было очень приятно, я поверила в себя и поняла, что победила!
Через год меня ждала вторая операции по замене клапана и закрытии ДМЖП. Снова пятичасовая операция с остановкой сердца на 98 минут, сутки ИВЛ, приступы синусовой тахикардии, затем перевод в палату, и я снова победила! Но сейчас прошло полгода, и в августе мне нужно приехать на контрольное зондирование. Чтобы посмотреть состояние клапана и заплаты на ДМЖП.
В детстве я не ходила в садик и школу, окончила на дому 9 классов. Я очень люблю читать. Изучаю компьютерные программы. Монтирую мультфильмы по рисункам детей и занимаюсь фотографией. Общаюсь с друзьями по интернету. Моя мама вышла на пенсию в 50 лет, и ей назначил пенсию с иждивением на меня. После радикальной операции всё изменилось, у меня ушла одышка, синева, стало больше сил, я хочу идти учиться, но сейчас мне необходимо пройти проверку (зондирование) в берлинском кардиоцентре (DHZB), стоимость зондирования 12.420 евро. Очень прошу вас мне помочь!
