Источник – сайт «Полемика и дискуссии» (страница Осипова -http://www.polemics.ru/authors/?authorID=380&itemPage=1)

Всю историю человечество стоит перед альтерна­тивой. Их много, конечно, альтернатив. Но есть одна, центральная, ве­дущая, которая охваты­вает, как мне кажется, все стороны человечес­кой жизни.

Чтобы была понят­на моя мысль, я хочу об­ратить внимание вот на что: мы живём, что-то делаем. Конечно, все де­лаем. Трудимся. У нас много подчас планов, ин­тересов, задач и проблем. А вот, в конце концов, есть возможность продумать до конца: что мы хотим? До конца. Не то, что я хочу, чтобы было завтра или послезавтра. Не про­сто ж я хочу решить ка­кие-то задачи жизни, ко­торые передо мной сто­ят, а вот что бы я, вооб­ще-то, хотел как конеч­ную цель моей жизни? Мне кажется, что очень часто именно эта-то ко­нечная цель как-то остаёется в тумане.

Как-то один из наших всем изве­стных филосо­фов, особым почитате­лем которого я не являюсь, но, в то же время, у которого много замеча­тельных идей и афориз­мов (я говорю о Бердяе­ве) - как-то однажды он сказал очень сильно:

«Современный человек совершенно утерял по­днимание того, зачем он живёт. Более того, он не имеет даже времени по­думать о том, зачем он живёт»... Слишком, вы знаете, много дел, чтобы думать ещё о том, зачем я живу.

Не правда ли? Любопытнейшая картина! Я копаюсь где-то на улице или у себя в огороде, а ко мне подходят и спраши­вают: а вы зачем это де­лаете? Я почесал заты­лок и говорю: да, в общем-то, я ещё не успел об этом подумать. Замечательно!

Вы подумайте. Мы живём, мы действуем, трудимся. Проблемы международные, политические, экономичес­кие, культурные, обра­зовательные. А самое главное где-то в тумане. Прямо по дедушке Кры­лову. Весь зоопарк про­шёл, а вот слона-то и не приметил. Вот искуше­ние-то! Уж слишком он велик, чтобы его заме­тить.

Всю историю чело­век и, конечно, человече­ство стоит перед инте­ресной альтернативой. Ведь фактически есть два смысла жизни или, если хотите, две цели жизни. Надо бы только повнимательней поду­мать, что это за смыслы, что это за цели. Два - ос­новных. И они выражены в двух мировоззренчес­ких концепциях. О миро­воззрениях не стоит го­ворить, поскольку миро­воззрений больше, и это даже понятие более узкое. Именно в концепци­ях или направлениях мировоззренческих они выражены.

Одно из этих на­правлений (которым не­вольно увлекается каж­дый человек, даже часто принадлежащий к дру­гому направлению, как кажется - стихийно, подсознательно даже увлекает... вле­чёт, захватывает его этот поток сам по себе) - этот поток жизни рассматривается как бесконеч­ное, как не имеющее конца. Я чувствую, что я бессмертный и я тут буду жить всё время и буду решать разные проблемы. Этот поток жизни меня буквально захватывает и создаёт полную иллюзию того, что я здесь-то, в общем-то, всегда жить и хотел. Более того, и в своём практичес­ком осуществлении этот психо­логический накал жизни обра­щён к совершенно достаточно конкретным вещам. Какого рода?

Поскольку потокэтойжизни захватывает, это, есте­ственно, моя жизнь меня погло­щает, точтоя могу искать в ней? Если она именно эта! Очень се­рьёзный вопрос.

Под­час, у нас здесь возникают даже внутрен­ние колли­зии. У нас есть чувство стремления к добру, к истине, к красоте. Действительно, есть. Это верно. Но надо бы подумать до конца, а что при этом всё-таки я хочу?

В этом отношении очень многое дают размышления тех людей, которые смогли несколь­ко отойти от нашей жизненной ситуации и посмотреть со сторо­ны.

КАК-ТО Пифагор пришёл к одному богатому челове­ку, князю. Тот его спра­шивает «Пифагор, а ты, вообще, кто? Представься». «Я фило­соф». «А что это такое?» «Пред­ставьте себе торг, рынок. Что там происходит?" «Представляю. Ясно, что происходит - шум, гам, споры, смех, торговля. В общем, водоворот жизни.» «Верно. А фи­лософ - это тот, который нахо­дится вне рынка. Сидит на каком-нибудь возвышенном месте и смотрит на всё это. И видит, что там на самом деле происходит».

Тот, кто внутри вращается, увлекается мелочёвкой этой жизни, - уже не видит в целом этой жизни и не понимает в це­лом этого смысла.

А одна из мировоззренчес­ких установок, которая глубоко, органически присуща нашему сознанию, заключается в том, чтомыпрактически весь смысл сво­ейжизнивидим исключительно только в этой жизни, которая (вот тут уже все знают,и ни одинчеловек не верит) - которая обя­зательно кончается. Интересно, что это за жизнь, которая конча­ется? Что за смысл жизни, если он кончается! Что проку, если мне дадут алмаз на руку подер­жать, а потом отберут? Счастье великое. Я торжествую, пока он лежит у меня в руке. А когда у меня его отнимут? Я думаю, ра­дости не так много.

ДВЕ мировоззренческих установки. Первая утвер­ждает, что весь смысл моей жизни в этой жизни. Здесь человек всего должен достичь, здесь приобрести, здесь полу­чить. Это очень сильная установ­ка, она буквально захватывает человека, его ум, его сердце, душу, если хотите, все его спо­собности, всю энергию. Но, на­верное, стоит всё же продумать эту установку: насколько она здрава и разумна? Ведь всё-таки разум и дан, чтобы подумать, за­чем я копаю землю? Зачем-то ведь, правда же? Должна же быть цель?

Об этом очень многие писа­ли, и очень интересно писали. Все философы практически обращались к этой мысли, не говоря уже о религиях; И правда же, ведь смысл жизни может быть только в жизни. То есть, когда я смогу оценить всё со стороны - то, что я делал, я должен же оценить! Но если это моя жизнь кончается, и я не способен этого ничего оце­нить, тогда какой же смысл для меня во всей этой деятельности? Более того, для всех! Ведь все точно так же! не смогут оценить. И все также смертны. И всё че­ловечество смертно. Какой же смысл жизни, которую ожидает одна возможная реальность - этого даже не хочется называть... но, видимо, единственно бесспор­ная реальность - что она конча­ется - эта жизнь. Стоит, наверное, об этом подумать. Причём кончается не когда-нибудь, не по программе, расписанной в ком­пьютере, в разработке... а са­мым неожиданным образом. Тог­да, когда мы даже не предпола­гаем. В любом возрасте, в любой момент. Почему мы это забыва­ем? Кто знает, когда это придёт? Никто. Почему забываем? А если это так, если это реальность, не­ужели не следует подумать тог­да, а действительно ли верна эта мировоззренческая установка, когда все силы моей души бросаются на то, что кончится, чего не будет?

Есть другая установка, из­начала присущая человеческому сознанию. Изначала! Поразительный факт - всеобщности этой другой установки. Посмот­рите, что пишет Плутарх (я обращаюсь к древним авторам), что Цицерон пишет: вы не найдёте ни одного народа, в котором бы не было религии. Вы найдёте горо­да без монеты, без правителей, без того, чтомысейчас называем - цивилизацией, без культуры (если культурой называть наше бескультурье современного об­щества), вы найдёте даже такие народы. Но вы не найдёте народа без идеи Бога, без идеи вечности человеческой личности, идеи её бессмертия, без веры в душу человека.

Другая установка - религи­озная, котораяне толькоимеет историю всечеловеческую, но ко­торая находит в своем сознании огромнейший внутренний, ко­лоссальный энергетический комплекс. Установка, которой при­держиваются все, люди всех уровней - от людей самых нео­бразованных, до людей-творцов, передовых людей науки. Это мыслители и ученые, философы и поэты, крестьяне и рабочие - да не важно, кто! Да при чем тут... будем мы перечислять эти социальные категории... Дело не в этом. Человек не может прими­риться с мыслью, чтоменя не будет!

Откуда вообще такая мысль? Вот странно-то! А поче­му это не будет?

Дело в том, что подчас мы к религии относимся как к однойизтеорий. Если выражаться научным языком - как к одному из каких-то элементарных верований. На самом деле ситуация бо­лее серьёзна. Я, человек, живу один раз,и мненадо решить воп­рос величайшей важности: дей­ствительно ли всё кончается со смертью моего тела! Или только начинается со смертью моего тела?

Я ДУМАЮ, что гусеница, которая ползает по земле, если б она могла думать немножко, она бы решила: ну что ж, вот и всё, доползала дни, как и все. Всё кончится. А потом вдруг с недоумением через ка­кой-то период вдруг замечает: что с ней было? Она умирает, Как умирает? Поразительным обра­зом умирает. Закукливается. Гроб-то какой интересный! Закукливается. Потом эта куколка существует - опять, некоторое время -и изнеё выпархивает вдруг необыкновенный «махаон». Это хороший образ, прямо от­носящийся к человеку, каждой личности. Да, да, человек именно таков. Ведь в науке достаточно... На чём живёт наука? На фактах, на экспериментах. Подтверждается теория фактами - верна, не подтверждается - отложим её. Пусть в гипотезах походит.

Религия имеет потрясаю­щее количество фактов, подтвер­ждающих наличиеинойжизни,иногомира,инойреальности. Да и подумайте, начёмзиждется атеизм. Верит человек. Атеизм - что такое? Вера в то, (что?) -что человека ожидает вечная смерть. Бога - нет. Души - нет. Ах, какая изумительная вера! Верь, человек, тебя ожида­ет вечная смерть! Это потрясающее что-то!

Что говорит христианство? Верь, человек! Ибо тебя ожида­ет Вечная Жизнь!

Со смертью тела начинает­ся вечная жизнь. Подлинная жизнь, реальная жизнь. Она ещё не совсем реальна. Реальная жизнь будет тогда, когда человек опять станет человеком. Ибо человек - это душа и тело, а не одна душа.

Две мировоззренческие сентенции, установки присут­ствуют в нашем современном мире. Вопрос сводится к чему? К очень простым вещам. И каждая изних, если проводить достаточ­но логично в жизнь, требует соответствующих результатов. Если живу один раз - сами пони­маете, чтоизэтого следует. Раз­ные вещи могут следовать. Не хочу расписывать, извините. Но если эта моя жизнь определяет всю вечность - всё моё буду­щее! как экзамен своего рода - я отношусь совершенно иначе к своейжизни. Какая колоссаль­ная ответственность налагается тогда на меня, я понимаю!

Я понимаю, зачем вомнеживёт совесть, откуда у меня чувство правды, почему человек часто готов расстаться со всем, что он имеет, не только с имуще­ством! готов жизнь свою отдать - за что? За правду. Простите, ка­кую правду? Что это такое?

Глубоко в человеке живёт чувство истины, чувство совести, чувство справедливости. И дей­ствительно, воимяэтого он готов пожертвовать даже жизнью. О чём это говорит? О том, что в че­ловеке помимо биологического начала есть другое начало, неве­домое низшему миру, миру жи­вотному. И это начало не есть ре­зультат какого-то там эволюци­онного развития. Для нормально­го существования в условиях этой жизни... и совесть - совесть! - страшная помеха! Мы прекрас­но знаем: бессовестному легче жить (говорим мы). Правда, что снимбудет дальше, вопрос другой. Откуда это возникло?

Неслучайно, когда Ольвис написал Дарвину в ответ на его «Происхождение видов...» один вопрос: «А зачем человеку пона­добился мозг философа?» Ведь обезьяна великолепно приспособлена к жизни, не правда ли? Зачем это эволюция дальше по­шла? Зачем? Приспособляемость кончилась. Человек гораздо ме­нее даже приспособлен, если хо­тите. Он не может перенести под­час тех условий, которые перено­сит животный мир. Зачем? Вы знаете ответ Дарвина? Он прочитал это письмо, напи­сал - «Нет!» И больше ничего.

Нет ответа, конечно, на этот вопрос. С точки зрения «Происхождения видов...» Совер­шенно ясно: ситуация совершенно другого рода.

ИТАК, человек и первый, и последний. И первые люди, и нынешние люди, и последние люди стоят перед аль­тернативой: какой же, действи­тельно, смыслжизнинаиболее отвечает моей человеческой при­роде, моему сознанию, моей жиз­ни? Что более отвечает?

Я не хочу сейчас занимать­ся апологетикой и приводить миллионвсякихаргументов. Я хочу сказать, что мы стоим перед очень глубоко практической за­дачей. Не о философии я хочу рассуждать. Это интереснейшая тема, но в другой раз.

Передчеммы сейчас сто­им? В чём выражается первая идеология и первая мировоззренческая концепция? Она на­чинает сейчас в мировых масш­табах показывать свой ужас.

Приведу пример. Рокфел­лер. Всем известное имя, не правда ли? Все слыхали. Не так давно его пригласили в воскресную ре­лигиозную христианскую школу. И он там выступает. И что он там произнёс? Очень интересные слова. Потрясающие. Идея со­вершенно точна, я буду ближе даже к тексту, потому что меня тоже поразило это высказыва­ние: «Американскую розу во всем её великолепии и благоуха­нии, так чтобы она привела в вос­хищение всех, созерцающих её, можно вырастить, только беспо­щадно обрезая все слабые рост­ки вокруг неё. И это - закон при­роды и закон Божий».

Вот это да! Вы слышите, какого Бога исповедует господин Рокфеллер?! Беспощадно нужно обрезать все слабые ростки вокруг неё... Роза, действительно вы­зывающая восхищение - только чьё? И мы видим, как это сейчас осуществляется в мировой поли­тике. Мы видим и прогнозы этой будущей политики. Мы видим, какое отношение к человечеству предполагается, сократив его до «золотого миллиарда». И что это будет за миллиард? Кто это бу­дет? Мы можем уже предпола­гать.

Сейчас становится очевид­ной совершенно реальностью: происходит потрясающая концентрация финансовой, инфор­мационной, политической и воен­ной мощи в одном очень узком кругу. Этот круг становится всё уже. И если мы посмотрим на этот круг, то он представлен такими «рокфеллерами», для кото­рых не писаны законы совести и правды. И если это так (а сомне­ваться уже не приходится), то к какому же благому будущему идёт человечество? Кто будет этот «золотой миллиард»?

Два варианта. А точнее, оба они будут. Рабы и зомби. Даже не зомби. Что-нибудь «получше» придумают к тому времени. Био­технология уже разрабатывает такие возможности, что человека можно будет сделатькакимугодно. Он будет запрограммиро­ван к нужного рода деятельнос­ти. И больше ничего. Это будет тоталитарнейшееизвсех тота­литарных государств, когда-либо существовавших в мире. Мы идём ко всеобщему рабству, по­трясающему рабству! Вот к чему идёт человечество. Причём спра­виться с этим - ой-ой-ой! Ещё Россия брыкается только. Прав­да, и её уже берут в достаточно мощные тиски.

Вся ведь суть современно­го мира какая? Где концентриру­ются рычаги власти? Информа­ция и финансы. А затем, конеч­но, и военная мощь. Естественно. Отсюда всё идёт. Это первая идеология. Которую мы бы назвали первой мировоззренческой кон­цепцией.

Она, оказывается, не толь­ко отнимает у человека смысл жизни. Она, оказывается, ведёт всё человечество к смерти. Её ошибочность совершенно оче­видна. Вы только посмотрите на один факт - всё человечество, живущее этой первой установ­кой, к чему стремится? К построению Царства Божия на земле. То есть, без Бога. Зачем Бог? Мы сами Боги. Мы сами всего достиг­нем. Мы достигнем бессмертия. Мы покорим Космос. Мы будем Богами в этом мире. И сменяется поколение за поколением. И «боги» за «богами»... гниют и ра­створяются в земной поверхнос­ти.

И что же привело к чему? Перед чем мы сейчас стоим? Я краткий штрих сделал к будуще­му государству всемирному. А посмотрите, что творится с на­шей матушкой Землёй. Воздух, вода, почвы. Всё уже заражено до предела! Недаром же наши фан­тасты пишут, прилетают инопланетяне, и смотрят, как там - жизнь-то есть или нет? Можно ли садиться сюда? Нет. Летим дальше. Эта же планета - без перспективы жизни.

ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, ситуация мрачная. И эта мрачность проистекает отку­да? Из вот этой странной, кажет­ся, ненормальной досылки, кото­рая охватывает буквально весь род человеческий и которая не даёт нам покоя. Где же ты, разум, если приводишь к смерти! Что за странное явление? Ведь «человек - это звучит гордо!» Какие потря­сающие достижения научно-тех­нического прогресса! А мы перед чем оказываемся? Есть ли сейчас реальные надежды - преодолеть экологический кризис?

Пока, говорят, нет. Но, мо­жет быть, что-нибудь и сделают. Может быть. Простите, но это гадания на кофейной гуще. Уже слишком далеко мы зашли - в этом развитии. Но об этом пусть лучше скажут учёные. Та ситу­ация, в которой мы сейчас нахо­димся (мы - человечество) - глубоко трагична.

Меня поражает ещё одно безумие - той элиты, той кучки, которая стремится к мировому господству, к этой власти: видят же, что всё гибнет! Видят. Знают? Знают. И продолжают захваты­вать власть. Вот безумие страс­ти! Вот безумие - действительно. Мы убеждаемся в том, ничто так не губит человека, как отступле­ние от тех норм духа и морали, о которых говорит Христианство.

Как только человек отсту­пает от этого,какон только под­даётся власти страстей, он становится безумным, он становится рабом этих страстей. И тогда он - этот ум, будучи рабом - уже ра­ботает не на то, чтобы человеку было лучше, а на то, чтобы испол­нить страсть. СЕЙЧАС наша человечес­кая история достигла та­кого этапа своего суще­ствования, когда обнаруживается с очень большой силой и ярко­стью, что отступление человека от духовных начал жизни приво­дит человечество к самоубий­ству.

Уже всё давно заброшено. Христианство и нравственность заброшены. Обратите внимание:

наука, философия, технологии развиваются помимо христианс­ких и нравственных начал. Просто длянихХристианства не существует. Я не хочу сказать, что они борются с Христианством. Нет! Ну, зачем учёным бо­роться с Христианством! От­дельные кто-то есть. Просто развиваются независимо.

Когда-то мы, люди, увери­лись, что, оказывается, можно достичь прогресса, расцвета жизни и создания Царства Божия на земле помимо морали, помимо духовных ценностей, - мы допустили колоссальную ошибку. Обратите внимание: учёный мир, наука не сомнева­ются в следующем утверждении: что можно всё более глубо­ко, более тонко и более совершен­но, то есть более правильно, постигать окружающий мир, неза­висимо от того, кем я представ­ляю себя (я - человек учёный) в нравственном и духовном отно­шении. То есть, моя познаватель­ная деятельность нисколько не связана с моим духовным состо­янием. То же самое утверждает философия.

ЧТО утверждает Христи­анство? Нет Истины там, - говорит оно, - где нет Любви. Вы слышите? Дважды два - это не истина. Это просто ос­новное тождество. И всё. И нет Истины там, где нет Любви! И по­этому сам познавательный про­цесс, идущий помимо духовного совершенствования человека, обязательно приводит к заблуж­дению, к ошибкам. Более того, чем более интенсивен этот позна­вательный процесс вне чистоты духовной, тем к более серьёзным процессам он приводит. Совре­менное состояние мира как раз об этом и свидетельствует. Мы при­шли к настолько серьёзным ве­щам, что просто страшно.

Я помню, однажды в Ат­ланте, в Америке, была между­народная конференция, куда со­звали очень много звёзд, лауре­атов Нобелевской премии в са­мых разных областях. И пригла­сили группу богословов. Там я был. Мне было очень интересно послушать. Выступали люди по разным направлениям науки. И любопытно было вот что. Очень многие изних, если не большинство, заканчивали своё выступ­ление примерно такой мыслью:

мы не знаем, что делать сейчас, да, ситуация отчаянная - эколо­гический кризис, истощение ресурсов, перенаселенность... что нам скажут богословы?

Мы сидим и улыбаемся: ничего себе! Довели, а теперь - что скажут богословы! Вот в та­ком духе мы и отвечали: они дав­но говорят, что для того чтобы было на земле хорошо - безобра­зием является, когда одна нация, например, американская, в кото­рой всего 5 % населения, использует, потребляет 40% всего, что производится в мире. Что это такое? Элементарное нару­шение самого основного принципа - принципа Любви. Вы спрашиваете нас, что делать? Прости­те... что делать - это более или менее, кажется, по­нятно: Христианство го­ворит же, что нужно де­лать: там, где нет любви, там не может быть блага! А какая же это любовь, когда всеми средствами, которыми только распо­лагает нация, она эксплу­атирует все другие на­ции? И думает, чтоимбу­дет хорошо. Ничего по­добного!

Я ХОЧУ обратить внимание на один интересный факт. С точки зрения "нашего" материального положе­ния, Европа это, конечно, рай на земле. Что говорит статистика? (Это была ре­акция на мой доклад со стороны одного финна). Он говорил: по современ­ным статистическим дан­ным, более половины ев­ропейцев потеряли смысл жизни, чувствуют страш­ную безысходность, какое-то даже отчаяние. И он дальше утверждает, что всё большее число людей (гораздо большее) обращается к психиат­рам, нежели к обычным, как он выразился, врачам.

До какого-то преде­ла человеку это интерес­но - материальное про­цветание, благополучие. И вот он всего достиг, а дальше? Всё. Достиг. Вот тебе... И дальше что? Желудок - один. Правда, есть некоторые, кто имеет воз­можность заняться поли­тикой. Спросил наш жур­налист одного миллионе­ра: зачем столько денег? Тот ответил: вы правы, когда-то мне интересно было получить как можно больше денег. Сейчас они мне совершенно не инте­ресны; Но теперь я хочу власти.

Идёт игра. И забыл этот человек, который хо­чет власти, что какая-то дурацкая нелепость... и не помер бы он, пока до власти доберётся. И этот бедный Рокфеллер, кото­рый говорит, что нужно беспощадно обрезать сла­бые ростки... о чём он ду­мает, бедный! Он забыл, что он такое же смертное существо, как эти «сла­бые ростки» на той же розе. Смысл-то такой!

Христианство в лице Православия (имен­но Православия) ради­кальным образом отлича­ется от западного Хрис­тианства по самым суще­ственным направлениям и категориям мысли. Православие утверждает, что Дух творит себе формы. Дух! Чем более верное со­стояние духа человека, тем более правильно, то есть полезно и для чело­века, и для общества бу­дет выражаться вся его деятельность. Какая? На­учная, культурная, фило­софская, эстетическая, образовательная. То есть, Дух творит себе формы. Кто же будет выступать против этой великой ис­тины? Вся суть, значит, только в том: что такое правильный Дух? Что это за правильная духов­ность? Какова это пра­вильная духовная жизнь? Что её составляет? Что это за ценности? Об этом сейчас не скажу. Скажу в следующий раз.

* * *

«Православная газета», №24(116), 1999