«Трепещу, приемля огнь, да не опалюся, яко воск и яко трава. Оле страшнаго таинства! Оле благоутробия Божия! Како Божественнаго Тела и Крове брение причащаюся, и нетленен сотворяюся?» (Канон ко Святому Причащению, песнь 8).

Поистине со страхом и трепетом должны мы ныне, братие, приступить к великому таинству Тела и Крови Христовых, Которые суть «огнь, недостойныя попаляяй». Ибо если во дни первого Его пришествия на землю, когда Он явился в уничижении, не могли стерпеть лица Его даже гордые своею праведностью учители народа иудейского, фарисеи, и, будучи совестию обличаемы, удалялись (Ин. 8, 9), то не подлинно ли убоятся и«восплачут все племена земные»во дни второго славного Его пришествия (Мф. 24, 30; Лк. 21, 26), ища«скрыться в пещерах и ущельях гор»и говоря горам:«Падите на нас» и холмам: «Покройте нас»(Откр. 6, 15–16; Лк. 23, 30).

Какой воистину достойный сокрушения сосуд представляем мы из себя, братие!

Ныне хотим мы восприять Христа, Царя Славы, в храмины душ наших. Но какой малый угол в своем сердце оставляли мы и в сии дни для ожидаемого пришествия Спасителя нашего Бога! Ибо проявили ли мы ревность к очищению душ наших, чтобы уготовать себя к достойному сретению Его? Даже не такую ревность, а просто приобрели ли пламенное желание войти в общение с Ним; у всех ли были хотя бы искренние воздыхания о недостойном приятии Его? Увы!.. Кроме подобной немощности, заслонены еще двери сердца у многих из нас неверием, неверием в то, что может быть изменен тот греховный и суетный порядок жизни, которую вели мы, что не мечтательны обетования о благодати, которая может изменить души наши и возвести нас до той степени совершенства, на которую взошли святые, уверовавшие в Христа. Были еще и в дни апостолов подобные люди, говорившие:«Где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же». И им отвечал святой апостол Петр:«Думающие так не знают, что вначале словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою: потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою»(2Пет. 3, 4–6). Мы же не изменение только этого видимого неба наблюдали, но и явление нового духовноблагодатного неба, на котором, подобно звездам, сияют святые: пророки, апостолы, преподобные, мученики Христовы. Как же можем мы сказать, что от начала творения все остается так же? Если бы оставалось все так же, то откуда в мире эта новая духовная жизнь со времени пришествия Христова, до которого мир языческий утопал в похотях, в себялюбии, роскоши и прочих страстях? Поистине исполняется и доселе слово Господа, сказанное Им чрез древнего пророка:«Еще раз поколеблю... небо и землю»(Агг. 2, 6–7; Евр. 12, 26). Ибо разве и доселе не потрясаются иногда души тяжких грешников в самых основаниях, чтобы обратиться к Богу?

Да потрясется же ныне и небо нашей души, чтобы произошли в ней благие изменения теперь, пока стоит нынешний век, пока не«сокрылось небо, свившись, как свиток, и всякая гора и островнедвинулись с мест своих», чтобы сокрыться от гнева Агнца, когда приидет«великий день гнева Его»(Откр. 6, 14–17)! Однако, зная многовековой опыт жизни Церкви Христовой, в которой благодать Божия явила столько святых, приступим ныне к Господу, испытывая не страх «огня палящего», а надеясь на Его милосердие и веруя в то, что Он, помиловавший столь многих грешников, не сокрушит и бренного сосуда нашей души, как бы ни был он уничиженным. Да будет нынешнее общение с Ним для нас торжеством веры и нынешнее восприятие Тела и Крови Его восприятием не огня попаляющего самый состав наш, а огня, очищающего лишь скверны души нашей, началом и семенем новой, нетленной духовной жизни, чуждой нечистоты и прежних страстей!

Аминь.