— Послушайте, господа, нам тут ответ пришёл, — греческий нос внимательно разглядывал экран компьютера.

— Какой ответ?

— Зачитываю:

«В отдел внешних воздействий, полковнику Иванову Сергею Петровичу от капитана Воронцова Трофима Игнатьевича. Текст: СЛУЖУ РОССИИ!»

— Я же говорил, нехорошо получится, — поморщился зеленоглазый. — Заварили кашу. А теперь? Ну что там в этом Озерске думают?

— А мы сейчас позвоним и спросим, — бодро предложил блондин с носом-картошкой. — Где у нас там телефоны отделений? Ага, вот они… Так, так, так… Сейчас и проясним ситуацию…

— Здравствуйте, с кем я разговариваю? ГБ, отдел внешних воздействий, подполковник Канаичев. Я насчёт капитана Воронцова, он у вас в Озерске заслуженный участковый в отставке. Хочу объяснить… Что? Как?!.. Спасибо. Всего доброго.

Положив трубку, подполковник Канаичев потёр лицо сложенной в горсть ладонью и хрипло сказал:

— Капитан Воронцов вчера погиб на боевом посту…

— Вот это хохма вышла… — протянул греческий нос. — Кто ж мог подумать…

— Как же он в восемьдесят пять-то лет? — удивился младший блондин. — И письмо-то про «служу России» — как же? Оно же сегодня?..

— Он ей с сорокового года служил, — задумчиво сказал Канаичев. — До последнего дня. Чего ему оттуда письмо прислать…

Зеленоглазый и лысый обвёл сослуживцев тяжёлым взглядом:

— Хватит болтать! Почтим память капитана Воронцова. Земля ему пухом.

Уложив младших, мать Сёмки вытряхнула на крыльце половики, сложила их и присела на получившуюся стопку. Несильный мороз приятно пощипывал разгорячённые в протопленной избе щёки. К вечеру позёмка улеглась, вызвездило. На крыльцо вышла Люша, остановилась за спиной у сестры, положила ей на плечо большую тёплую ладонь. Огромный тёмный шар бесшумно пронёсся по небу наискосок, на мгновение заслонил звёзды.

— Чего это? — шёпотом спросила Люша.

— Не знаю, — ответила мать Сёмки. — Может, НЛО. Помнишь, по телевизору говорили — неопознанный летающий объект. Космонавты с других планет прилетали, теперь обратно вертаются. Хоть кто-то домой полетел. Хорошо. Наши-то все из дома. Когда вернутся-то, как думаешь, Люша?

— Скоро вернутся, я чую, скоро. Может, сегодня даже.

— Так ты чуешь? Хорошо бы. Пойду тогда горох замочу, вернутся, так голодные, небось, будут. Покормить надо.