Моя семья - моя мечта.
Живем мы в маленьком шахтерском городке Новошахтинске Ростовской области. Когда родилась Оля, казалось, счастье не кончится никогда. Но через год муж ушел к моей подруге. Горевать было некогда, надо было выходить на работу, чтобы растить дочь. С малышкой находился мой пожилой отец или помогали соседи. Небольшим подспорьем был придомовой участок земли, который я старалась обрабатывать, как могла.
Оля росла и развивалась, играла с нашими собаками и кошками, ухаживала за ними. Так мы и жили втроем — скромно, но весело. Омрачало и настораживало то, что дочка не пыталась разговаривать. Врачи проверяли Олю и успокаивали меня: не волнуйтесь, заговорит!
В Ростовском Центре и в других клиниках ребенку ставили «норму слуха». После обследования в Москве мы узнали, что у Оли полная глухота. Откладывая слезы на потом, я стала активно собирать документы для операции – кохлеарной имплантации. Не давали покоя мысли, что много время потеряно: на тот момент Оле было 5 лет.
Прошли все трудности операции и ее последствия! Теперь Оля слышала и я, воодушевленная, стала узнавать, как научить ребенка говорить. Ведь операция дает возможность слышать, а не пользоваться слухом и говорить. Но случилось так, что дочь перенесла тяжелейший менингит с осложнением на ортопедию. Не смотря и на это, я пытаюсь восстановить слухоречевую функцию ребенка.
Оля общительная девочка, она тянется к людям, пытается разговаривать. Оля учится в третьем классе массовой школы. В классе ей очень нравится учиться, играть с детьми, ведь она все понимает. Но больше всего Оля любит рисовать. Школа искусств находится рядом с нашим домом, но ребенка туда не берут из-за отсутствия нормальной речи.
У Оли прекрасные отношения с одноклассниками, они ей во всем помогают. А с учителями дела обстоят сложнее, мне постоянно говорят, что нам нужно в коррекционную школу-интернат. Ведь если смотреть объективно, то дочь никак не тянет основную программу. Оля всегда очень расстраивается, когда слышит про интернат, плачет. Получается, что мы остановились в середине пути — отдать Олю в интернат, где общаются жестами и дактилем, значит вернуться в прошлое, в дооперационный период.
Иногда получается выделить средства из нашего скромного бюджета на посещение святых мест. Я стараюсь, чтобы Оля росла в любви и ласке, хотелось бы показать дочери разные города страны. Но есть самая большая и заветная мечта — чтобы Оля хорошо говорила и слышала!
Однажды мы были в специальном Центре для таких детей. После посещения центра во Фрязино «Тоша и Ко», Оля стала больше говорить, стала внимательно слушать. А как она радуется когда у нее получается сказать целое предложение, и она понимает, что окружающие ее поняли — это непередаваемо!
Очень хочется посещать этот центр реабилитации детей после кохлеарной имплантации, но один курс стоит порядка сорока тысяч рублей. При всем моем старании, на собственные средства мы можем проходить курс всего лишь раз в год. На работе задерживают зарплату на 2-3 месяца.
Самая большая наша с Олей мечта — разговаривать, понимать звуки и речь и быть понятыми окружающими! Пожалуйста, помогите нам!
