Предисловие
В 1889 году, когда началась публикация собрания сочинений Лескова, писатель переживал состояние душевного подъема. Предшествующее десятилетие творчества было исполнено непрестанной борьбы с надзирателями за писательской мыслью. С момента выхода «Мелочей архиерейской жизни» (1878), вызвавших бурю возмущения со стороны церковников и в 1884 году изъятых из библиотек по «высочайшему повелению», против Лескова были предприняты всевозможные меры давления. В 1883 году «определением» министра народного просвещения писатель без прошения был отставлен от службы в особом отделе Ученого комитета по рассмотрению книг, издаваемых для народного чтения. Лескову было указано на «несовместность» его литературных и служебных занятий.
Серия цензурных запрещений сопровождала не печатавшиеся прежде произведения писателя (вырезано из 12‑й кн. «Исторического вестника» за 1885 г. «Бракоразводное забвение»; в апреле 1886 года запрещена «Повесть о богоугодном дровосеке»; в 1887 году трудно пробился «Скоморох Памфалон», называвшийся прежде «Боголюбезным скоморохом»), с 1888 по 1890 год Лесков борется за издание «Зенона–златокузнеца», позднее получившего название «Гора»; в 1884 году публикация «Заметок неизвестного» прекратилась из–за вмешательства начальника Главного управления по делам печати Е. М. Феоктистова. В 1883 году Лесков вынужден был прекратить печатание романа «Соколий перелет», во всеуслышание заявив, что в России нет основных условий для правдивого общественного романа, что, в частности, с пониманием встретили щедринские «Отечественные записки». Против Лескова действовали явно и тайно, и главным дирижером этой травли писателя, заглядывавшего за кулисы духовного ведомства, разоблачавшего историческую и современную нравственную несостоятельность «пастырей» народных, был бдительный и пристальный недруг Лескова обер–прокурор Святейшего синода К. П. Победоносцев («Лампадоносцев» — по иронической аттестации писателя). Но Лесков стойко защищал дорогие ему общественные (и, между прочим, реально попираемые режимом христианско–этические) идеалы и нравственные начала современной ему гуманистической культуры, в которой он увидел родство демократически ориентированных воззрений (Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, Н. И Пирогов, В. К. Сютаев и др.) с собственными убеждениями. Оттого, например, только в течение 1882 года им опубликованы прямо направленные против высшего синклита очерки «Борьба за преобладание», «Райский змей», а в 1883 году столь же задевающие и всю государственную и церковную бюрократию очерки «Синодальный философ», «Патриотическое юродство и Сеничкин яд в 30‑х годах XIX века», что прямо продолжило линию «Мелочей архиерейской жизни».
Собрание сочинений Лескова включало произведения, прежде публиковавшиеся и получавшие разрешение цензуры. Ведь даже «Мелочи архиерейской жизни» издавались уже после газетно–журнальной апробации дважды — в 1879 и 1880 годах. И писатель решил дать их в шестом томе собрания сочинений, присовокупив к ним созвучные, но не входившие еще в его книги произведения 1878–1883 годов. И все–таки то, что случилось при издании его собрания сочинений, превзошло, по–видимому, худшие ожидания Лескова. 16 июля 1889 года он узнал, на лестнице суворинской типографии, что посланный в цензуру том не разрешен к печати, что отпечатанный тираж арестован. Лесков пережил страшный приступ астмы, которая с этой минуты и до могилы его не отпускала.
Суворин, еще надеясь на отмену решения, допечатал тираж шестого тома, однако по распоряжению Е. М. Феоктистова этот тираж был почти полностью уничтожен. Сохранились считанные экземпляры, отсутствующие даже во многих крупнейших библиотеках страны.
Шестой том в новом составе появился только в июле 1890 года. Вместо произведений, что следовали за «Захудалым родом», во втором варианте книги шли «Овцебык», «Бесстыдник», «Старые годы в селе Плодомасове», «Котин доилец и Платонида», «Тупейный художник», «Томление духа». Первоклассные произведения, но как бы отстраненные от предельно острой общественной схватки, которую невозможно себе представить без лесковских сочинений художественно–публицистического ряда и которые в значительной мере углубляют представление о гражданском темпераменте и о ходе мировоззренческой эволюции писателя.
