Историческое учение об Отцах Церкви. Том I

Те, которые, научась вере Христовой у самых Апостолов, разделяли с ними труды проповеди евангельской и писаниями распространяли между людьми свет истины Христовой, по преимуществу именуютсямужами Апостольскими, как слушатели и преемники Апостолов.

Мужа Апостольские пользовались такими пособиями просвещения, каких после них нельзя уже было иметь.

а) Они были очевидцами деяний Апостольских, отпечатлевавших на себе дух Христов; они были постоянными слушателями живых наставлений Апостольских, – и эти наставления были чистым источником, из которого заимствовали для себя и других духовное просвещение мужи Апостольские.Я же слышал ecu от мене, писал Апостол ученику своему Епископу Тимофею,сия предаждь верным человеком, иже довольны будут и иных научити(2Тим.2:2). И Тимофей выполнял заповедь Апостола. Тоже, чтό известно об учителе языков и его учениках, говорит Св. Ириней о прочих Апостолах и особенно об Ап. Иоанне: к нему, так как долее прочих Апостолов оставался он на земле, «стекались Пресвитеры слушать наставления».32– Евсевий33и Иероним34, говоря об избрании Пантена в Наставника Александрийского огласительного училища, говорят, что такие учители были в Александрии со времен Св. Евангелиста Марка; а чтό говорят сии писатели о Св. Марке, т.е. что пребывая в Александрии, он основал как бы рассадник великих учителей, по справедливости может быть приложено ко всем Апостолам; места, где они пребывали и учили, бывали училищами и рассадниками Апостольских мужей. Впрочем, если говорим мы, что Апостольские мужи изучали истины Христовы с голоса Апостолов; то показываем только преимущество, каким пользовались исключительно мужи Апостольские, а не то, чтобы не изучали они Св. Писания. Тому же Тимофею, которому Апостол напоминал о своих устных наставлениях, приписывал он: внемли чтению (Тим.4:13. сл. 2Тим.3:14, 17).

б) Усовершаясь наставлениями устными и письменными Св. Апостолов, мужи Апостольские внутренно просвещались духом благодати в особенном обилии; слово Христово, – слово Апостольское, переходя, по действию благодати, во внутреннюю жизнь их, становилось живым словом и светом духа (Тим.4:7, 8. Ин.3, 24, 4, 16) и взаимно давало свободу обильно нисходить свету благодати на их умы и сердца (1Ин.4:16; 2:27). – Св. Игнатий писал к Филадельфийцам: «свидетель мне Тот, для Коего связан я, что я узнал не от плоти человеческой, но св. Дух возвестил мне: без Епископа ничего не делайте».35Мужи Апостольские жили тогда, как дух благодати могущественно покорял упорство людей особенным обилием знамений и чудес, а для успеха их наставлений они сами иногда облекались силою знамений. Впрочем, как ни обильно просвещались духом благодати мужи Апостольские, они были только учениками Апостолов – и тогда, как Апостолы были учениками самого Духа Утешителя, мужи Апостольские слушали Апостолов и просвещались благодатью только по мере свободного приближения к духу благодати. – «Ни мне, ни другому подобному мне, говорит ученик Апостольский Св. Поликарп, не достигнуть ведения блаженного и славного Павла, который верно и обильно поучал слову истины».36

Враги, с которыми надлежало бороться устными и письменными наставлениями мужам Апостольским, большей частью, были те же, с которыми боролись и Апостолы. Разврат ума и сердца довел языческую религию до крайней порчи и философию до сомнения в возможности знать чтό-нибудь: и однако этот разврат был жизнью народов, его любили и потому не хотели менять на другую жизнь. Иудеи, потеряв веру и благочестие отцов, довольны были суевериями и частью обычаями языческими. Разврат ума и сердца, породив язычество и иудейство, недоволен был тем: став любимой жизнью народов, он в борьбе с чистой истиной, не желая уступить ей своего места, породил сперва грубые заблуждения, потом ереси более утонченные. Так явились в борьбе с истиной Христовой христиане иудействовавшие и те, которые соединяли мнимое ведение (2Тим.6:20. 1:4, 7; 1Тим.3:9) сокровенного христианства с понятиями – то иудейства и язычества, то одного, или иудейства, или язычества. К иудействовавшим относилисьЕвионеи и Назареи– грубые буквалисты древнего закона, не видевшие во Христе ничего более, кроме простого человека.37Совершенно противоположного направления были Иудеи: а)Докеты, допускавшие в И. Христе, как в лице высшем человека, тело только призрачное, а не истинное38; б)Элкезаиты, не приносившее жертв Иудейских, но принимавшие обрезание и признававшее Сына Божьего и Духа Св. только за силы Божьи (Сефироты).39в) Египетский ИудейКеринфвводил в Ефес генеалогию (1Тим.1:4) эонов, считая Творца мера за один из эонов, Иисуса за человека, Христа за нового эона, нисшедшего на Иисуса при крещении, дли возвещения людям неведомого Бога; к сему присоединял он мечтание о видимом тысячелетнем царстве Мессии.40Лжеименноеведение обратилось к тому, чтобы сближать то Александрийский эманатизм, то Персидский дуализм с откровенными понятиями для объяснения происхождения зла в мире.Маркион, слушатель Сирского Гностика41, допуская начало доброе и злое, заставлял верить в бесплотного Христа, как разрушителя всего злого, между тем как Василид42и Валентин43каждый по своему, позволяли истекать из первого начала эонам, похищая между ними Слово и Духа.

Такова толпа ложных Христиан, с которыми надлежало бороться мухам Апостольским среди борьбы с открытыми врагами – Иудеями и язычниками.

Как искренние ученики Апостолов, мужи Апостольские подражали ревности их о распространении и защищении истины Христовой, по мере и свойству нужд и времени. – Так как внутренние враги церкви Христовой вводили с собой разделения между последователями Христовыми: то мужи Апостольские преимущественно заботились о соединении верных Христовых под управление пастырей – преемников Апостольской власти. Надменное ведение испорченной природы, вводя расстройство во внутреннее и внешнее состояние Церкви, предъявляло права на повиновение только себе; мужи Апостольские указывали на учение Апостолов, как духоносных провозвестников воли Божьей, на учение, которое не только читали они в писаниях Апостольских, но и слышали сами от Апостолов. Учение Апостолов состояло не в препретельных человеческие мудрости словесах, но в явлении духа и силы; писания мужей Апостольских, при любви их к Апостолам, как Отцам (1Тим.2:1; 1:2, 4), отпечатлевали тоже свойство учения Апостольского; они также дышат простотой и искренностью, сильны силой истины. Самая внешняя форма их выражала простоту: они писаны в виде писем. Христиане соединены были тогда тесной любовью, а любовь делится с другим чувствами и мыслями; скорби или недостатки другого считает своими и  спешить помогать другому в нужде; о своих ли, или чужих, нуждах говорит она говорит в словах не многих, без искусственных, но с силой чувства живого и искреннего. Мужи Апостольские писали так, как пишет любовь святая.

Не много писаний и писателей известно ныне из века мужей Апостольских. Это от того, что пока живы были очевидцы Слова, они одни – сии немощные мира – покоряли мир учению Христову; а их ученикам оставалось слушать наставления их; при них наставления Апостольские были еще живы в душах верующих, голос Апостолов еще как бы звучал в слухе у всех; и преемники служения Апостольского, благоговейные пред Апостолами, не дерзали возвышать голоса своего для наставления церкви. Св. Игнатий Богоносец не хочет именоваться наставником Ефесян именно потому, что они удостоились слушать учение Ап. Павла, получили послание его. «Не так заповедаю вам, пишет он к ним, как бы я значил нечто. Хотя и в узах я за имя Иисуса Христа, но еще не совершился в Нем. Теперь начинаю быть учеником и говорю с вами, как с обществом наставников моих».44– Кроме того люди и их страсти лишили позднее потомство многих сокровищ древности. Враги христиан старались истреблять христианские сочинения и по временам сжигали все, чтό успевали находить в местах молитвенных собраний их. Время своею едкостью также помогало усилиям врагов. Так потерялись напр. апология Аристида, обличения Агриппы и Ариста.45

К большему сожалению были люди, имевшие охоту портить священную древность. Одни, движимые благочестием, но без прозрения вперед, украшали свои сочинения именами великих мужей, или вносили свое в чужое сочинение46; другие тоже делали с намерениями явно неприязненными для чистой святой веры47, таким образом позднему потомству досталось не многое из чистых плодов ума мужей Апостольских и предоставлен еще труд различать произведения великих от произведений немощи человеческой. За исключением сочинений хотя  и полезных, но не более как произведений писателей церковных48, до нас дошли писания не многих мужей Апостольских; таковы: Cв. Климент, Игнатий, Поликарп, Эрм, Варнава, Кодрат и Папий.

Климент, Епископ римский, по происхождению, римский язычник49, – к верe во Христа обращен был Апостолом Петром50; в проповедании веры был сотрудником Учителю языков; Вместе с ним (ок. 53 г.) страдал в Филиппах; разделял опасности и труды Апостольского служения в других местах.51Его-то, как говорит Ориген, Евсевий и другие52, называет Апостол одним из своих споспешников, коих имена написаны в книгах животных53; древние единогласно называют его мужем Апостольским54, и Св. Ириней говорит, что он обращался с блаженными Апостолами и жил между ними; был ими наставляем, слушал их проповедь, и их предания были пред взорами его.55При такой связи с Апостолами и в частности с Ап. Петром вероятно предание римское, что в римского Епископа Климент назначен был Апостолом Петром: но при сем несомненно известие Иринея и Евсевия, что Климент вступил в управление Церковью после Лива и Анаклета.56По свидетельству Евсевия Св. Климент управлял римской церковью с 12 года Домицианова царствования (с 92 г. по Р. Хр.) и до 3 года Траянова или до 101 г. христианского и пастырская заботливость его простиралась не на одну римскую церковь, чтό видим и по сочинениям его. При Траяне он сослан быль за имя Христово в Херсонес Таврический, где словом веры утешал верных, сосланных за веру в тяжкие работы, чудесами обратил многих язычников ко Христу, и скончался мученически.57Мощи Апостольского мужа в последствии взяты были из ХерсонесаСв. Кириллом и Мефодиемв напутствие и свидетельство об истине Христовой при проведническом служении их славянским племенам, а часть их – Св. глава – с такой же верой принесена была в Россию равноапостольным Владимиром.58

СочиненияСв. Климента запечатлены духом ученика Апостольского и преимущественно духом Ап. Павла. Словами сего Апостола часто говорит он вместо того, чтобы говорить своими словам; живая любовь к Искупителю, коею отличаются послания Учителя языков, видна всего более и в писаниях Климента; любовь его к братиям, выражается в твердом, но кротком, обличении ослепленным. Благоговейная любовь его к Богу выражается в сильных и живых изображениях величия Божьего и силы Искупителя. Язык сочинений его отличается правильностью и чистотой классических творений Греции; а вместе с тем он есть язык Христианский, с образами и выражениями Св. писания и особенно Ап. Павла.

Первое послание Св. Климента к Коринфянам,несомненное по своей подлинности59, составляет драгоценный памятник учения мужа Апостольского. Древняя церковь смотрела на это послание с великим уважением. Евсевий60, называя послание Св. Климентавеликим и удивительным, говорит, что оно во многих церквах было читаемо всенародно. Последнее видно и из слов Дионисия Коринфского Епископа 2 века.61

Послание Климента, отличаясь Апостольской простотой и силой, писано по окончании Домицианова гонения (ок. 97 г.), по случаю нестроений, появившихся в церкви Коринфской.62От того, что некоторые, по гордости и зависти, стали присваивать себе первенство, во второй раз появилось в Коринфской церкви несчастное разделение; при Ап. Павле такое разделение остановлено было силой Апостольской власти. Теперь искатели чести и власти дошли до того, что, образовав себе партию, стали лишать власти тех, которые получили первенство и власть по чину церкви и проходили служение свое с доброй славой. Им тяжело было учиться у других и они решились разрушить порядок, установленный Господом церкви; они хвалились своими дарованиями, а между тем касались сомнениями и догмата о воскресении мертвых. Не находя средств в своей церкви к прекращению пагубного беспорядка, лучшие члены Коринфской церкви обратились с требованием помощи к церкви римской; и Климент, при первом удобном случае, когда сама римская церковь стала отдыхать от тяжкого гонения, от имени всей римской церкви послал увещательное послание Коринфской церкви.63

Содержание послания таково: после приветствия, одобрив веру Коринфян, их добродетели и духовные дарования, которыми они были богаты (§ 1, 2), Пастырь указывает им на источник, из которого возникли между ними беспорядки, – на гордость:яде, пи, разшире, утолсте и отвержеся возлюбленный, говорит он им словами Моисея (Втор. 32, 15) и продолжает: «отселе бесчестные люди восстали против честных, низкие против знатных, глупые против умных, младшие против старших». § 3. Показав пагубные действия надменной зависти в примерах и между прочим в Дафане и Авироне (§ 4, 5), убеждает к покаянию и смирению (6–15), и особенно указывает на Господа, выражая вместе Апостольскую веру в Сына Божьего и Духа Святого: «жезл величия Божьего, Господь наш Иисус Христос, не пришел в блеске великолепия и славы, хотя и мог; но смиренном виде, как предрек о Нем Дух Святой.64За тем (§ 16) приводить пророчество Исаии о смиренном рабе Иеговы (Ис. 53) и песнь Давида (псал. 21, 7–8). Указав еще на несколько примеров смирения (§ 17, 18), обращает внимание их на беспредельную благость Творца и Промыслителя, устроившего во всем определенный порядок (§ 19–22) и говорит: «будем почитать начальников своих (προηγϨ́μενϨς), уважать пресвитеров». – Действиями того же Творца природы и верностью Его в обещаниях обличив сомневающихся в воскресении мертвых (23–28), убеждает жить достойно избранных Божьих (29–36), при чем высокими чертами описывает Искупителя Иисуса. «Он, говорит, Первосвященник наших приношений – заступник и помощник в немощи нашей. Посредством Его возводим на высоту небес взоры наши, – Чрез Него отверзлись очи сердца нашего». Потом повторяет о Нем слова Псалмопевца, приведенные Апостолом (Псал. 103. 4. 2, 8. 109. 1. Евр. 1). Продолжая убеждать к сохранению церковной подчиненности, приводить в пример порядок воинский и устройство частей тела нашего (§ 37–39), потом описывает чин, учрежденный Господом и Апостолами, указывая вместе и на чин ветхозаветный (40–44). «Все, что повелел нам Господь, должны мы совершать в порядке в учрежденные времена. Он повелел совершать приношения и службы65, не случайно и не без порядка, но в определенный времена и часы. Также где и чрез кого благоугодно Ему совершать сие, сам определил высочайшим своим изволением... Первосвященникам свое дано служение, Священникам свое назначено место, и на Левитов свои возложены должности, мирской человек (λαικος ὰνϧρωπος) обязан своими мирскими правилами. Христос послан от Бога, Апостолы от Христа; то и другое происходило в правильном порядке по воле Божьей. Апостолы проповедовали по селам и городам; первых верующих, по духовном испытании, восставляли в Епископов и диаконов для тех, кои примут веру... Апостолы знали от Господа нашего Иисуса Христа, что будет раздор о Епископстве. По сей самой причине они, получив совершенное предведение, поставили вышеозначенных служителей и при том предали правило преемства, дабы когда они почиют, другие испытанные мужи принимали на себя служение их. (§ 40, 42, 44) За тем следует убеждение возмутителям покоя прекратить своеволия, а правомыслящим быть снисходительными ко врагам общего благосостояния. В таком духе изображены высокие свойства любви незнакомой самым язычникам (§ 45–56). «И так вы положившие начало возмущению, покоритесь пресвитерам, научитесь покорности, отложив тщеславную дерзость языка» (§ 57). Послание оканчивается молитвой о Коринфянах и просьбой, чтобы скорее прислали с известием о действии послания (§ 58, 59).

Такое содержание послания показывает, что это послание весьма важно для догматического учения, преимущественно же для учения о церковной иерархии и таинствах66, о Искупителе Сыне Божьем67, о воскресении мертвых68, о канонической важности Св. Писания69; в нем изображаются и главный обязанности христианина, особенно любовь и смирение.70

Кроме сего послания до нас дошлодругое посланиеКлимента к Коринфянам, но не в полном виде. Евсевий пишет о церковном значении сего послания следующее: «Надобно знать, что известно и другое послание Климента, но достоверно знаем, что оно не столько известно, как первое; Поелику древние не пользовались им».71Тоже говорят и другие.72

В сем послании Св. Климент поучает, что «надобно нам так помышлять о Иисусе Христе, как о Боге (ωζ περι θεϨ҇) как о Судье живых и мертвых; убеждает быть благодарными к Нему, как приведшему из мрака язычества во свет Божий; благодарность же доказывать не одной верой в Него, но особенно исполнением заповедей Его. За тем говорит, что жизнь человеческая разделена на два века, воюющие один против другого: на век настоящий и век будущий; первый из ннх проповедует о нечестии, второй повелевает отрекаться от нечестия; первый век – век покаяния, и в нем мы можем все делать для избавления себя от гнева Божьего, ожидающего в будущем веке. В отрывке 2-го послания изображается Божеств. природа Духа Божьего, и действия Его, как освятителя сердец. «Дух сей Свят и праведен; он исходить от Отца, Он – Его могущество, Его воля и являет в себе полноту славы Его».73

3. В недавнее время изданы еще с именем Климента два окружныепослания к девственницам.74В первом из них восхваляется девственная жизнь и показывается значение ее; девство, говорит наставник, состоит не в одной телесной чистоте; должна быть чистота в сердце. Второе послание содержит в себе правила и наставления для подвижников девства. Подлинность сих посланий подвергают сомнению. Но о девстве писал и Ап. Павел; дух посланий – простота и возвышенность, как и в других двух посланиях Св. Климента; в них есть несколько мест совершенно сходных с наставлениями первого послания Коринфянам.75В защиту подлинности их говорят и древние. По словам Иеронима Св. Климент писал «послание к Евнухам Ради царствия Божьего», где говорит «о чистоте девства»76; а по словам Епифания поучал девству и хвалил Илию, Давида и Сампсона77; а все это видим в сих посланиях.78С именем Св. Климента римского известно не мало сочинений, которые или вовсе не принадлежат сему Апостольскому ученику, или принадлежат только частями содержания.

а)Восемь книг постановлений(διαταγαί)Апостольских чрез Климента для Епископов79сочинение весьма замечательное для истории древнего благочиния и обрядов, хотя писано оно не Св. Климентом. – Первые 6 книг составляют особое целое – с именем учения (διδασκαλια). – Особый составь его виден как из внутреннего содержания 6 книг80, так из внешних несомненных признаков, каковы а) заключение в конце 6-й книги, б) наименованиеучения, даваемое этим книгам в них самих81; в) списки тех же 6 книг с именемучения– в Сирских, Арабских и Эфиопских Собраниях церковных правил.82Так как содержаниеучениясогласно с тем, чтό говорят о состоянии церкви учители 2-го и 3-го веков, как напр. говорится здесь о гонениях язычников на Христиан83, из числа еретиков упоминаются Евионеи, особенно же Валентин и Маркион, которыхучениеособенно сильно было в начала 3-го века84; требуется крещение еретиков, как требовали Фирмилиан и Киприан85; то отселе по праву заключают, что учение написано было в 3-м веке.86Подтверждением сему служит и то, что между древними Св. Епифаний первый приводит места из 6 книгучения.87Чтό же касается до Св. Климента римского: то ему ни в каком смысле этоучениене может принадлежать, как показывает содержание учения.88Седьмая и восьмаякнига постановлений собраны из разных частей. Основанием седьмой книги служилипостановления(διαταγαι)и церковные правила св. Апостолов чрез Климента, известная доселе как на греч. языке, так в переводах эфиопском и арабском89; эти постановления составлены после послания Варнавы90и не позже, как в начале 3-го века.91Основанием 8-й книги служивучениеипостановления(διαταξεις)Апостолов чрез Ипполита, записанные Св. Ипполитом в начале 3-го века.92Неизвестный собиратель соединилучение(διδασκαλια) и постановления (διαταγαι, διαταξεις) в одно целое из 8 книг; но при этом, как само по ceбе понятно, не обошлось без некоторых перемен93; собиратель писал свое целое в Сирии, где составлено иучение94, и конечно не позже, как в конце 3-го века.95Достоинство всего собрания постановлений можно выразить словами Епифания: «хотя некоторыми не принимаются они, но нельзя и вовсе отвергать их; Поелику в них содержится много относящегося до благочиния церковного и ничего противного вере».96

б)85 правил Апостольских, переданных чрезКлимента97, за исключением не многих, принадлежат первым временам христианства. Некоторые из них составляют повторение правил, предложенных в посланиях Апостольских98; другие по духу своему принадлежат времени близкому к Апостолам99; на иные из них встречаем указания в начале 4-го века, как уже на древние.100Но некоторые указывают на времена Императоров Христианских; таковы прав. 35. о Митрополитах, прав. 30. 31. 83. 84. относительно домогательства церковных должностей при помощи гражданской власти, о совмещении церковных должностей с гражданскими; таковы же пр. 43. 60. о чтецах, певцах и Иподиаконах, прав. 27. о браке церковнослужителей. Таких правил конечно не передавал Св. Климент. Собрание известных ныне правил принадлежит по всей вероятности тому же месту, где собраны и постановления, т.е. Сирии и конечно одному и тому же времени.101

в) С именем Климента римского известны ещесвидания(recognitiones) св. Климента, иначеназываемые путевыми запискамиего (itinerarium),деяниями(gesta) илипрением Ап. Петра с волхвом Симоном,и известные ныне в Латинском переводе Руфина. Это сочинение писано не раньше 171 и не позже 217 г. В нем приводится отрывок из разговора Вардесана, жившего при Марке Аврелии, и делается намек на указ Имп. Каракаллы (211–217) о праве римского гражданства. О нем знали Ориген102и кроме Руфина Епифаний, одобрявшие его103, тогда как Евсевий и Иероним говорили о нем невыгодно.104При такой древности сочинения рассказы его о событиях с Климентом и его родными не лишены вероятности. На греческом языке известно:сокращение деяний Климента, или извлечение Климентовой истории из записок Климента, иначе называемое беседами: но здесь гораздо более неправославных мыслей, чем в записках.105

Наконец г) еще менее достойны пера Климентова пять писем Климента.106

Игнатий Богоносец, по словам Златоуста, «общник Апостолов и в речах и в том что неизреченно»107, ученик Ап. Иоанна108и слушатель Петра109, – после Эводия Епископ Антиохийский по назначению Апостолов.110

В продолжении 40 летнего правления Церковью он был, по словам Златоуста, образцом добродетелей. В гонение Домицианово он, как пишут ученики его, «кормилом молитв и поста, неутомимостью в учении, ревностью духа противодействовал волнению, чтобы не потонул кто-либо из малодушных или неопытных»... Во время бедствий и после того «Священник Божий просвещал душу каждого объяснением писания». По свидетельству Сократа Св. Игнатий в подражание пению чинов Ангельских ввел в церковь Антиохийскую пение антифонное.

Близка была душа его к Господу Иисусу; он носил Его, как сам говорил, в своем сердце: но он скорбел еще о том, что не достиг любви ученика Иисусова, желал мученичеством теснее соединиться с Господом своим. Наконец приблизилось время и для того, чтобы исполнилось желание святой любви.

Траян, в языческой слепоте приписывавший победы свои над Даками слепым богам своим, в походе против Парфян прибыл (в 106 г.) в Антиохию и потребовал к себе Игнатия. «Кто Ты таков злой дух, был первый вопрос Императора, что нарушает законы наши, да и других побуждает к тому же»! Игнатий отвечал: «Богоносца не называют злым духом: злые духи бегут от рабов Божьих; если ты думаешь, что я неприязнен им: согласен и считаю это себе за честь». Траян спросил: а кто такой богоносец? «Тот, кто имеет Христа в своем сердце», отвечал Игнатий. И так ты думаешь что мы не имеем в душе богов, кои помогают нам против врагов? сказал Траян. Игнатий отвечал: «ты по заблуждению величаешь языческих богов богами: Един есть Бог и един Христос Иисус, Единородный Сын Отца». Ты говоришь о том, что распят при Понтии Пилате, сказал Траян. «Да, о том, отвечал Игнатий, который распял на кресте мои согрешения вместе с их виновником». Траян произнес определение предать Игнатия в Риме на съедение зверям для забавы народа.111Игнатий благодарил Господа, что удостоил его совершенной любви к Нему, – уз Апостола и наложил на себя оковы.

На пути Игнатия в Рим Епископы и Пресвитеры стекались лобызать Исповедника – ученика Апостольского и он увещевал удаляться всего более Еретиков.112Предвидя, что в Риме верные Христовы будут домогаться, как бы избавить его от жестокой мученическом смерти, Игнатий отправил в Рим послание, которое все состоит из выражений пламенной любви к Господу, желающей одного – страдать за имя Его. «Боюсь вашей любви, писал он, чтобы она не повредила мне... не делайте для меня ничего, кроме того, чтобы я пожрен был Богу... Прошу вас, не имейте ко мне неуместной привязанности. О если бы сподобился я зверей, приготовленных для меня! Я пшеница Божья, и должен быть измолот зубами зверей, чтобы быть чистым хлебом Христовым... Мое желание распято; нет во мне огня любящего вещество; а находится во мне вода живая, которая говорит: иди к Отцу».

Это послание писал он из Смирны и отселе же писал к Ефесянам, к Магнезиянам и Траллианам. Пребывание в Троаде посвятил он для посланий к Филадельфийцам, Смирнянам и Поликарпу.

После трудного путешествия с десятью «Леопардами»113– жестокими воинами, прибыл он в Рим и святое желание его исполнилось; голодные зверин цирка растерзали тело его114; – остались только немногие самые твердые части, на утешение верных; ночью Священномученик явился скорбевшим ученикам и обрадованными учениками святые останки его отвезены, «как драгоценное сокровище», в Антиохию. Это было в 107 году.115

Св. Поликарп, с которым Игнатий соединен был узами любви, писал к Филадельфийцам: «послания Игнатия, которые он ко мне писал, вместе с прочими, сколько их у нас есть, согласно с волею вашею послали мы к вам; они присоединены к сему посланию. В них вы найдете большую пользу: они содержат в себе веру, терпение и всякое назидание во Господе нашем».116Св. Ириней приводит слова из известного послания Игнатиева к Римлянам и говорит о послании к Филипийцам.117Ориген свидетельствовался словами послания к Римлянам и к Ефесянам.118Не говорим о других119; Иероним120и Евсевий перечисляют все 7 посланий Св. Игнатия; а последний кратко показывает самое содержание каждого из них.121Все, что говорят древние о содержании посланий Св. Игнатия, видим в 7 дошедших до нас кратких посланиях Св. Игнатия.122Потому подлинность посланий Св. Игнатия выше всякого сомнения и те, которые по недовольству против учения их особенно о Св. церкви домогались заподозрить подлинность их, напрасно потеряли труды.123

Слог посланий Св. Игнатия – живой и сильный. Мысли и чувствования, быстро следуя одни за другими, оставляют перерывы в течение мыслей, или вводят новое и не ожидаемое; образы сменяются одни другими; сила мыслей и чувств, не находя выражений в обыкновенных формах языка, делает нарушения правилам языка и без того стесняемого сирскими формами. От того много надобно употребить внимания и труда, чтобы верно понимать и выражать подлинный текст Игнатия.

Главное содержание посланий Игнатия (исключая послание к Римлянам) составляют две мысли: а) соблюдать подчиненность власти Иерархической и б) удаляться еретиков; и та и другая мысль соединяется в одной следующей: сохранять единение церковное в духе веры.

«Благоговейно чтя волю избравшего нас, писал Богоносец, мы должны повиноваться им (Епископам) без всякого лицемерия; тот,  кто обманул бы сего видимого Епископа, посмеялся бы над Невидимым... Прошу вас, старайтесь все исполнять в единомыслии Божьем, под председательством Епископов, занимающих место Бога, Пресвитеров, составляющих собор Апостолов... Как Господь без Отца, по своему с Ним единению, ничего не творит ни чрез Себя, ни чрез Апостолов: так и вы ничего не Делайте без Епископов и Пресвитеров; и не думайте, чтобы что-либо, совершаемое вами отдельно, могло быть правильно; в общем собрании должна быть у вас одна молитва, одно прошение; одна мысль, одна надежда, в любви и непорочной радости».124Без Епископа непозволительно ни крестить, ни совершать вечерю любви, но что одобрит он, то и благоугодно Богу».125

Об еретиках писал Св. Игнатий: «Предостерегаю вас от зверей, облеченных в человеческом виде: вам надобно не только не принимать их, но, если можно, и не встречаться с ними, а только молиться за них... Не обманывайтесь, братие, прелюбодейцы не внидут в Царствие Божье... Что ж будет с тем, кто растлевает ложным учением веру Божью, за которую распялся Христос.126Не обманывайтесь. Кто следует учителю раскола, не внидет в царствие Божье; кто ходить по учению еретическому, тот не сообразен страданию Христов.»127Св. Игнатий называет еретиков то отравителями, а учение их ядом128; то зверями во образе человеческом129, или бешеными псами, которые кусают исподтишка и часто на смерть.130Св. Игнатий был исполнен нежной любви и потому признавал веротерпимость.131Тем не менее чистая вера для него – самое дорогое сокровище души и союз с церковью – условие спасения; потому-то враги чистой веры и союза церковного – для него предмет отвращения и негодования.

Призывая верных к подчинению церковной власти и отклоняя от еретиков, Св. Игнатий изображает Христа Иисуса, как начальника единой живой веры, обнимающей собою и древнее и новое откровение и в животворном духе сей веры убеждает искать в решение сомнений и правила для всей – жизни. «Я прибегаю к Евангелию как к телу Иисусову» (т.е. как бы к самому телесно–присутствующему Иисусу) «и к Апостолам, как к Пресвитерству церкви» (т.е. как бы они были живые Правителя церкви). И Пророков любить надобно, Поелику и они предвозвестили Евангелие, уповали на Христа. Убеждаю вас, не делайте ничего по любопрению, но по учению Христову. Некоторые, как слышал я, говорят: если чего не нахожу в древнем (писании), то не верю Евангелию... А для меня древнее – Иисус Христос, не преложное древнее – Крест Его, Его смерть и воскресение, вера Его (πιστης η δι 'ΑντϨ҇), учение принесенное Им.132Стараетесь утвердиться в догматах Господа и Апостолов, дабы все, что творите, имело благой успех, внутренне и наружно, в вере и любви, в Сыне и Отце и Духе, в начале и конце».133«Господь Иисус есть дверь Отца, которой входят Патриархи, Пророки Апостолы и Церковь, чтобы достигнуть единения с Богом. То и другое, древнее и новое, превосходно, если вы веруете в любви. Вера есть начало жизни, любовь конец; та и другая в совокупности от Бога... Итак христианство состоит не в исповедании, но в силе веры, когда кто соблюдет верность до конца.134

При подробном раскрытии главных мыслей Св. Игнатий прежде всего, по обстоятельствам времени, объясняет личность Христа Иисуса. В отражение учения Эвифнеев изображает он божество Его со всей ясностью. «Христос Иисус, говорит Богоносец, прежде веков был у Отца и наконец явился.»135«Он вечное Слово Отца».136Он – Сын Божий и Бог.137«В человеке Бог, в смерти истинная жизнь, и из Maрии и из Бога».138Чрез Него открылось нам Божество.139

В обличение Докетов Игнатий показывает человеческую природу Христа Иисуса и ее действия. Он «истинно родился от Девы, крестился от Иоанна, истинно пригвожден быль за нас во плоти, при Понтии Пилате и Ироде Тетрархе». «Истинно страдал, как истинно и воскресил Себя, не так, как говорят некоторые неверы, будто пострадал Он призрачно (το δοκετν) сами будучи призрачными; как мудрствуют, так я поживут они, тени бестелесные и духи злые».140

Защищая человечество Христа Иисуca против Докетов Св. Игнатий приведен был к тому, чтобы говорить о значении Св. Евхаристии. Докеты, отвергая в Христе истинное человечество, должны были дойти и доходили до того, что отвергали Евхаристию, как ни почему не нужную. Какую же веру церкви противополагает им Апостольский муж? «Они, говорит он, удаляются от евхаристии, потому что не исповедуют с нами, что евхаристия есть плоть Спасителя нашего Иисуса Христа, та плоть, которая страдала за нас и которую Отец воскресил по своей благости».141Ясно, по учению церкви, как Сын Божий в вочеловечении обличен был истинной плотью и кровью, так истинная плоть и кровь Его находятся в евхаристии. Учение противоположное тому – учение еретиков. В другой раз Св. Игнатий называет евхаристию врачевством бессмертия, противоядием против смерти.142

Излагая учение о личности Иисуса Христа против Эвифнеев и Докетов, с одной стороны в кратких, но ясных, словах показывал он троичность лиц Божественных143, с другой объяснил цель воплощения Сына Божьего. «Он все претерпел для нас, чтобы мы спаслись и страдал истинно, как истинно и воскресил себя».144

Предписывая покоряться св. церкви, Св. Игнатий естественно объяснил полное значение церкви Христовой.145Учреждение Иерархии церковной признавал он не делом человеческим, а делом Божьем, делом      Христа Господа.146Показывал три степени Иерархии – степень Епископа, как представителя самого Господа147, степень Пресвитеров, как представителей Апостольских148, степень диаконов, как поставленных не для земной пищи и пития, «но таких, которым вверено служение Христу Господу, раздаяние таин алтаря».149

Для нравственного учения превосходно наставление Св. Игнатия о девстве. «Если кто может пребывать в чистоте, к славе плоти Господней: пусть пребывает со всем смирением. Если же хвалится тем: погибший – тот».150Не много слов, но как много мыслей о девстве! Здесь показано и высшее значение девства – стремление к подражанию самому Господу, и его обязательность для одних желающих по сознанию способности и дух, в каком надобно проводить жизнь девственную.

Послание к Римлянам – высокое изображение духа мученичества.

Послание к Поликарпу – образец наставления для Пастыря.

С именем Св. Игнатия известны еще 8 других посланий, в том числе два к Иоанну Богослову: но они ни по слогу, ни по содержанию, не принадлежат Богоносцу, и о них не знала древность.151

С великим именем Игнатия нераздельно имя друга его о Господе Св. Поликарпа Смирнского Епископа.

И он, как пишет ученик его Ириней, обращался с Апостолами и  с многими из тех, которые видели Господа152; любимый ученик Ап. Иоанна, он им и рукоположен был в Епископа Смирнского.153Из собственных слов его известно, что он обращен ко Христу из язычества.154Ученик его живыми чертами описывает, как он и в самой старости твердо помнил чтό слышал от очевидцев Слова, с любовью рассказывал ученикам своим чтό видел и слышал у возлюбленного Иоанна.155Пастырь Смирнский, находясь в тесной дружбе с Св. Игнатием, делил заботы его о церквах Божьих; а по смерти его он остался «Вождем целой Азии».156

При Антонине добром заботливость о покое церкви и спасении всех привела Поликарпа с востока на запад – в Рим. Здесь он многих из последователей Валентина и Маркиона успел обратить к православию. Сам Маркион, случайно встретившийся с ним в Риме, сказал с дерзостью: «узнай нас». «Знаю тебя – первенца сатаны»157, отвечал ему ученик Иоанна.158«О Боже мой! до какого времени дожил я, – и это должен я видеть»159, восклицал он в тяжкой скорби об умножении ересей; так любил он истину Христову, так дорожил ею и так отвращался от лжи и лжеучителей! Но он же теперь, когда Римский Епископ Аникита не соглашался с его мнением о времени празднования Пасхи, не только не расторг с ними союза, но в знак тесной любви совершил праздник в самом Риме по обыкновению своей церкви, а Аникита по своему чину. Taк поступал Апостольский муж, когда шло дело о предмете, не касавшемся основания веры. И благоразумная любовь его остановила волнение, которое было возникло в церквах по сему предмету. Это было в 158 г.160

Несколько десятков лет управлял Св. Поликарп Смирнской церковью, когда приблизилось время и его последнего подвига. При Марке Антонии жестокое гонение горело в Азии. Пастырь скрылся от гонителей, чтобы втайне укреплять чад своих в вере и терпении. Потом открытый сыщиками едва вступил он в амфитеатр, как предстоявшие услышали голос с неба: «крепись и мужайся Поликарп». Проконсул потребовал, чтобы Поликарп хулил Христа. «Восемьдесят шесть лет, отвечал старец, служу Ему я и Он ни чем ни оскорбил меня. Как могу хулить Царя моего, который спас меня?». У меня есть звери, сказал Проконсул. «Требуй их; добрых мыслей не меняем мы на худые». Проконсул грозил огнем. Поликарп указал ему на огнь негасимый. Глашатай: провозгласил Поликарп-христианин, и тогда неистовое суеверие само открыло, сколько и чем известен был Поликарп. «Это учитель Азии, отец христиан, истребитель наших богов», кричали толпы. Oни поспешили, и особенно Иудеи, собрать дров для костра, и Поликарп сказал хотевшим пригвоздить его к костру: «оставьте меня. Тот, Кто дает мне силы терпеть огонь, даст силы быть на костре и без гвоздей неподвижным». Готовый в пищу огню Св. Поликарп воззрел на небо и произнес хвалу Триипостасному: «Отче возлюбленного и препрославленного Сына Твоего, чрез Которого мы получили познание о Тебе!... За все хвалю Тебя, благословляю Тебя, прославляю Тебя, купно с вечным и пренебесным Иисусом Христом, возлюбленным Твоим Сыном, с Которым Тебе и Св. Духу слава в ныне и в будущем веке. Аминь». Когда огонь сильно разгорелся, то принял вид свода, под которым Исповедник Св. Троицы оставался невредим. Наконец ожесточенное нечестие вонзило меч в грудь Мученика. Taк скончался в глубокой старости (в 166 г.) «Учитель Апостольский и Пророческий».

Ученики Св. Поликарпа выразили при семь вдвое уважение к своему учителю и то, как понимали они это уважение. Иудеи просили Проконсула, чтобы сокрыто было тело Поликарпа, дабы иначе, как говорили они, христиане не стали вместо Христа покланяться Поликарпу. «Они не понимают, говорят на это ученики Поликарпа, что христиане поклоняются только Христу, так как Он – Сын Божий, а мучеников искренно любят, как учеников и последователей Господа, за их любовь к своему Царю и Наставнику».161

Кроме помянутой хвалебноймолитвыСв. Поликарпа, вполне высокой по содержанию и записанной свидетелями мученичества его, время сохранило для нас послание его к Филадельфийцам. – Оно писано вскоре после кончины друга его Богоносца.162

В сем послании, подлинность которого не подлежит никакому сомнению163, Св. Поликарп, одобрив благочестие и веру Филипийцев (§ 1), убеждает их усовершаться в плодотворной вере «в Того, Которому все покорно, Которому все дышащее служит, Который придет судить живых и мертвых» (§ 2. 3); в частности преподает наставление брачным, вдовам, диакониссам (§ 4); диаконам, юношам, девам (§ 5), пресвитерам. «Пресвитеры, пишет он, должны быть сострадательны и милостивы ко всем; они должны обращать заблудших, посещать больных, не презирать ни вдов, ни сирот, ни бедных; удерживаться от гнева, от всякого пристрастия и несправедливого суждения; должны быть далеки от всякого корыстолюбия, не доверять наговорам на третьего, не быть слишком строгими в суде, а твердо помнить, что все мы повинны греху» (§ 6). Далее говорит против проповедников лжи: «кто не исповедует, что Иисус Христос пришел во плоти, Тот антихрист; кто не признает свидетельства крестного, тот от диавола; кто будет иcκaжaть учение Господне по собственным похотям и станет отвергать воскресение и суд: тот первенец сатаны» (§ 7). Убеждает к терпению примером Того, «Который все претерпел за нас, Дабы нам жить в Нем» и примером Исповедников веры (§ 8–10). С скорбью любви упомянув о корыстолюбии одного недостойного Пресвитера и жены его, убеждает остерегаться корыстолюбия. Наконец заключает послание молитвой, да «Бог Отец... и вечный Первосвященник Сын Божий Иисус Христос возрастит вас в вере и в совершенной кротости», и просит молиться за Царей и прочих властей.164

Св. Поликарп говорит в послании своем большей частью словами Евангелий и посланий Апостольских: он приводить слова из первого послания Петрова, чтό замечал и Евсевий165, и след. оно весьма важно для канона св. писания.

О достоинстве cего послания Св. Ириней166говорит, что «заботливые о своем спасении могут видеть в нем характер веры Поликарповой и проповедь об истине». Подлинно в нем видим ясные свидетельства и о Божестве Сына Божьего, и о человечестве Христа Иисуса, и о значении смерти Его, и о воскресении мертвых.

Ириней, ученик Св. Поликарпа, свидетельствует, что Св. Поликарп списал послания то к целым церквам для их укрепления, то к некоторым братиям, преподавая им наставление и увещание.167А Иероним в одном месте168пишет, что Св. Поликарп писал против Эвиона, в другом говорит о себе, что ему приписывали лат. перевод писаний Поликарпа, но от которого он отказывается, признаваясь, что не считает себя способным достойно передать на другом языке такие высокие писания.169Пр. Максим упоминает о послании Св. Поликарпа к афинской церкви.170Ныне, кроме послания Филипийцам, известны в древнем латинск. переводе несколькоответовСв. Поликарпа с изъяснением изречений Спасителя. Эти ответы, отличающиеся простотой Апостольской, замечательны особенно любовью к словам Спасителя, для которой дорого точное значение их; из них видим, что тогда известны были и были принимаемы общим уважением только четыре Евангелия, т.е. Матвея, Марка, Луки и Иоанна171; ответы составляют, как вероятно, часть тех наставлений мужа Апостольского, которых слушателей бывал Св. Ириней; «могу пересказать, писал сей ученик Поликарпа, беседы его с народом... как припоминал он слова Апостолов, как и чтό слышал от них о Господе и все его сказания согласны были с писанием».172Пр. Максим173, Беда и Адо упоминают о книге его «διδαχη учение»; последнее, как вероятно, тоже, чтό и ответы, дошедшие до нас.174

Как сочинение мужа Апостольских времен известна была древним книгаЭрмы: Пастырь, известная и ныне.

Ориген признает писателяЭрмуза того Эрму, которого приветствовал Апостол в послании к Римлянам (16, 14)175; Евсевий и Иероним передают такое мнениe, как древнее предание176. В самой книге Эрмы об Эрме говорится следующее: он был родом Грек, но жил в Риме177; был в супружестве с язычницей, но которая, как он надеялся, имела быть сестрой его во Господе.178До обращения своего он подвергался надениям; по излишней родительской любви дозволил детям предаться порокам и наказан был поведением их; супруга заставляла его терпеть неприятности179; таким образом за грехи домашних Господь послал на него тяжелое испытание, – из богача он стал бедным.180Но, наказуя, Господь вместе и миловал его, – на время покаяния поручил его особенному хранению Ангела.181И сей то Ангел, явясь ему в виде Пастыря, преподал ему наставления в жизни; наставления сии не только сам Эрм выполнял заботливо182, но, по воле того же Ангела, предлагает их на письме другим, для пользы общей.183Время кончины св. Эрмы доподлинно не известно, но вероятно она последовала ок. 100 года.

Древнее предание о писателекниги Пастырь, как об известном для Ап. Павла, подтверждается и содержанием книги и началом известности ее в церкви. Из книги – Пастырь видно, что она писана в Риме, во время Климента предстоятеля Римского184, по окончании одного гонения185и во время другого186; почему надобно положить, что она писана во время Домицианова гонения ок. 95 года; и след. писатель книги, – по показанию самой книги, мог быть тем Эрмой, которого приветствовал Ап. Павел в послании Римлянам (16. 14). С другой стороны известно, что еще прежде Оригена Св. Ириней187, Климент188и Тертуллиан189уже ссылались на книгу Пастырь, притом как на книгу времени Апостольского. Посему известие не известного, хотя и древнего, римского писателя, будто эта книга произведение Гермия брата П. Пия Ι – вовсе не верно.190

Kнига Пастырь, по назначению, окружное письмо, написана слогом простым на греческом языке, хотя в полном виде дошла до нас на латинском языке.191Содержание ее – исторически-нравственное.

Впервойкниге описываются четыревидения. В первом показаны Эрме его грехи; во втором преподаны наставления о покаянии и невинной простоте и поведано возвестить о наступлении бедствия. В третьем показано строение столпа Церкви. В четвертом является зверь, готовый поглотить целый город, и Ангел, останавливающий зверя; а в объяснении сказано, что зверь – образ бедствия, грядущего на Церковь.

Вовторойкниге предложенызаповеди, которые передал Эрме Ангел, – о страхе Божьем, о милосердии, о соблюдении правды в словах, о покаянии и пр.

Втретьейкниге – притчи илиподобия, которыми объясняет Эрм различные, большею частью, нравственные истины. Напр. человек богатый, подкрепляемый молитвами бедного, уподоблен виноградной лозе, поддерживаемой вязом.

О достоинстве сей книги Св. Афанасий отзывается так: «есть и другие книги, хотя не канонические, но которые отцы заповедали читать приступающим к вере и желающим получить наставление в благочестии; таковы: Премудрость Соломонова; Иисус сын Сирахов и Пастырь».192Тоже мнение древней церкви о сей книге видно из слов Евсевия и Иеронима.193

Древние учители свидетельствовались сей книгой, как стоящей особенного внимания.194Имя того, кого Апостол языков только что приветствовал в послании, без сомнения еще не означает мужа не погрешительного, или без мнений собственных; самые видения Эрмы, как состояния лица обыкновенного, не могут иметь той важности, как имели видения Апостолов.195

Вся вторая книга – книга заповедей, заключает в себе превосходные нравственные наставления; много назидательного и в третьей книге.

В пятой притче исповедует, что Христос, «жил в образе раба, страдал, умер за наши грехи».196В девятой притче Эрма изображает необходимость веры во Иисуса Христа: показывая церковь под видом башни построенной на скале, – он говорит, что «скала и дверь в нее есть Христос Иисус: в царство Божье нельзя войти иначе, как сей дверью». Здесь же пишется: «Сын Божий древнее всякой твари, так что Он был в совете Отца своего о сотворении твари... Имя Сына Божьего – великое и неизмеримое, им поддерживается весь мир». Троичность лиц Божества называется у Эрмы чертам ясными.197Соединение Божества с человечеством в Иисусе Христе Эрма представляет несколько по своему: он представляет человеческую природу Христа Иисуса и состояние страдания ее в виде положения раба; Божество же Христа Иисуса именует Духом, действующим в человечестве и прославляющим человечество.198Эрма говорит об Ангелах и в частности об Ангеле Хранителе199, о таинствах крещения, исповеди и брака.200

Между немногими остатками глубокой древности сохранилось для нас послание с именем Ап.Варнавы.

Cв.Варнавабыл родом Кипрянин и Левит; но любви Христовой он отдал все свое имущество Апостолам на пользу общую.201Он первый ввел Савла, страшного тогда своим именем, в общество христиан и как известный по вере и дарованиям Духа Св. послан был Апостолами устроить антиохийскую церковь202;(эта сноска по тексту стр.40 ориг. остутствует, но предполагаю, что где-то здесь…) потом вместе с Павлом он послан был на проповедь к язычникам203; с самоотвержением204(в 45 и 46 г.) проповедовал имя Христово в Кипре в малой Азии.205По возвращении в Антиохию в 50 году возмущение ложных чтителей Моисея открыло Варнаве и Павлу случай показать свободу евангельского духа; Варнава говорил, что не должно возлагать ига Моисеева на обратившихся к вере язычников; Церковь антиохийская отправила тогда его с Павлом в Иерусалим предложить дело Собору Апостолов.206Спустя несколько времени Варнава вместе с Павлом во второй раз отправился на проповедь к язычникам: но скоро разлучился он с Павлом и, взяв с собой Марка, отправился в Кипр.207В 54 году опять видим его в Антиохии вместе с Павлом; здесь неосмотрительное подражание Варнавы Петру, простертое до лицемерия, навлекло на Варнаву обличение Павла.208В 56 году учитель языков отзывался о подвигах Варнавы с уважением (Кор.9:6). Как долго после того продолжалось служение его вере, не известно; известно только, что последнее время служения своего провел он в Кипре; здесь он скончался мученически и здесь в последствии обретено было св. тело его, а на персях – св. Евангелие от Матвея на еврейском языке. По содержанию послания его видно, что он скончался никак не прежде 72 года.209

Известное нынепослание Варнавыизвестно былоКлименту и Оригенуи оба они без всякого сомнения называют его посланиeм Aп. Варнавы.210Бл. Иероним писал: «Варнава Кипрянин; он же Иосиф Левит, поставленный в Апостола языков вместе с Павлом, составил одно послание, служащее к назиданию Церкви, которое читается между писаниями апокрифическими.211Eвсевийпричисляет это послание к неподлинным (νοϧοι): но по связи мыслей его видно, что он говорит это не в отношении к происхождению его, а к канонической важности; объясняя сам себе, он называет это послание спорным (αντιλεγομενον), т.е. таким, которое иные хотели считать даже каноническим; и к тому же разряду причисляет книгу Эрмы, послания Климента.212Из слов Оригена видно, что еще Целс читал послание Варнавы; а Целс пользовался известностью при Имп. Адриане ок. 130 г. Сам Варнава пишет об Иудеях. «за то, что вели они войну, разрушен храм врагами (Римлянами); теперь самые слуги врагов(христиане) восстанавливают его».213Эти слова говорят о разрушении знаменитого Иерусалимского Храма, и след. показывают, послание писано около 72 года, в веке мужей Апостольских. Не удивительно, что в новые времена много было споров о подлинности послания Варнавы.214Допуская мысль, что это послание принадлежит Апостолу Варнаве, невольно спрашиваешь себя: как могло быть, чтобы послание Апостола не призвано было каноническим, а названо апокрифом?  Не показывает ли это, что это послание напрасно носит название Ап. Варнавы? Но и  Эпафродита Ап. Павел называет Апостолом (Фил.2:20), хотя никто не думает, чтобы Эпафродит был то же, что Ап. Петр или Павел.

Апостолы, которых писания составляют правило веры и жизни, были призваны самим Господом; Павел – сосуд благодати стал Апостолом не от человек, ни чрез человека, но явлением Иисуса Христа; он не получал наставлений от людей; тайны Христовы открыты ему были Самим Богом (Гал.1:1, 12–20; 2:1. Еф.3:1). Варнава же не был из числа 12 Апостолов; но был он и призван званием чрезвычайным, от самого Бога: напротив известно, что посланничество поручено ему было Апостолами. Потому название Варнавы Апостолом не даете права отвергать подлинность послания Варнавы.

После сего можно помириться и с тем, что в послании очень часто встречаются аллегорические толкования, которыми мало дается цены историческому значению ветхозаветных обрядов.215Ученики Апостолов, если они были из Иудеев, более или менее сохраняли в себе то настроение мыслей, какое получали в Синагоге. Учитель языков под непосредственным и постоянным наставлением Духа Св. мог столько возвыситься над Иудейским своим воспитанием, что, удерживая откровенную силу за таинственным толкованием В. Завета, отверг все предания Иудейства. Но Варнава не был Павлом. Он сам говорит нам об источнике своего знания: «Внимайте, пишет он, что говорит Ведение (γνωσις): уповайте на Иисуса, имеющего явиться вам во плоти».216Эти слова взяты, как видим у Климента Алекс., из книги: ведение217; в таких книгах сохранялось много верных мыслей, завещанных преданием: но вместе с тем много были и человеческого произвола. Муж Апостольский не выставлял себя тем, чем он не был, и это возвышает его в ряду подобных ему: «я не как учитель, говорит он, но как равный с вами, изъясняю вам некоторые наставления».218

Послание св. Варнавы состоит из двух не равных частей219: в первой (1–17) излагаются мысли о вере, во второй (18–22) преподаются правила жизни.

Впервойчасти писатель после приветствия говорит, что намерение его показать, как пророки говорили о новом завете, который заключен воплощением Сына Божьего; и потом показывает, что ветхий Завет, согласно с ветхозаветным писанием, заменен новым (§ 2–4); словами Пророка показывает, что Господь вочеловечился и пострадал с тем, чтобы своею смертью доставить спасение человеку (§ 5. 6). При сем писатель показывает ясными словами божественное достоинство Искупителя. «Господь восхотел пострадать за нашу душу, хотя он есть Господь всей вселенной, и хотя прежде устроения веков Отец говорил Ему: сотворим человека по образу и по подобию нашему». Далее в обрядах закона указывает ту истину, что Христу надлежало пострадать за нас и тем окончить существование жертвы и ветхого служения Богу (7–12); тем же путем приводит к убеждению в том, что завет обетований относится к христианам и на место разрушенного Иерусалимского храма христиане служат живыми храмами Богу (13–17).

Вовторойчасти наставляет так: «два пути жизни – путь света и путь мрака». Чтобы путем света, которым идут и Ангелы Божьи, надобно, говорит, благоговейно любить Бога, делиться с ближними всем и ничего не считать своим, кротко обращаться с рабами, повиноваться властям, уважать учителей веры. Изложив за тем дела пути мрачного, убеждает помнить суд Божий и заключает послание желанием мира (§ 18–22).

Итак, первая часть послания – апология христианству против Иудеев. Муж апостольский, приводя места В. Завета, хотя большей частью приводит их по греческому переводу, как доступному для всех, но два места (Быт.2:2; Ис.28:16) читает по подлинному, еврейскому, тексту. Значение страданий воплощенного Сына Божьего объяснено подробно. «Господу благоугодно было отдать тело свое на разрушение смертное, дабы осветились мы прощением грехов, т.е. чрез окропление кровью Его... Сын Божий Он же Господь и будущий Судья живых и мертвых, пострадал с тем, чтобы обновить в нас жизнь смертными язвами; так и должны мы верить, что Сын Божий не иначе, как за нас, предан был на страдание».220О действии крещения так учить он: «Мы вступаем в воду покрытые немощами и грехами и выходим оплодотворенные в сердце страхом Божьим и упованием на Христа Иисуса во святом Духе».221К мнению времени надобно отнести мысль послания, что мир должен окончиться с окончанием 6.000 лет.222

Апостолу Варнаве приписывали ещеЕвангелие Варнавы, но без всякого сомнения подложное.223

«Кодрат, ученик Апостолов, так пишет бл. Иероним, тогда, как Публий Афинский Епископ увенчан был венцом мученическим за веру, поставлен был на его место и собрал своей верой и заботливостью церковь рассеянную страхом. Когда Адриан, во время пребывания в Афинах, посещая елевзинское святилище и, посвятясь почти во все таинства Греции, подал повод ненавистникам христиан преследовать верующих и без указа императорского: он представил Адриану книгу в защиту веры нашей, весьма полезную, исполненную веры и ума и достойную учения Апостольского».224– Апология Кодрата, представленная в 126 г., столько имела успеха, что Адриан выдал указ не осуждать никого без улик в вине.225Слушатель Апостолов, славный даром пророчества226, скончался мученически около 130 года.227

Евсевий в начале 4 века писал: «и доселе есть у многих братий речь (Кодрата к Имп. Адриану), есть она и у нас; из нее ясно видны и ум и Апостольская верность его».228Апология Кодрата существовала и во время Иеронима; существовала и в 6 веке.229Но в наши поздние времена доселе не отыскали ничего болеe из драгоценной Апологии, кроме слов сохраненных Евсевием, которые впрочем стоят целой книги. Вот слова, которые приводит из нее Евсевий:

«Дела Спасителя нашего всегда были явны, так как они действительно были. – Исцеленные Им и воскрешенные из мертвых не только были тогда, как были исцеляемы и воскрешаемы, но и после того во всякое время; они жили на земле, но долго еще и после отшествия Его, так что некоторые дожили и до нашего времени».230

Этими словами Св. Кодрат дает видеть Императору, обманутому хитростями людей, кормившихся языческой религией, какое безмерное различие отделяет чудотворца от обманщика и те же слова для всякого другого составляют неотразимое свидетельство об историческом значении евангельских чудес.

До нас дошло послание к Диогнету. Сочинитель его называет себя «учеником Апостолов и учителем язычников»231, христианство представляется в нем как совершенно новое явление.232По тому и другому признаку оно без сомнения писано мужем Апостольским и вероятно Св. Епископом Кодратом.233Послание дышит христианским одушевлением, любовью высокой к истине Христовой; язык его чистый, cлог живой и картинный, искусство нигде не мешает естественности и силе мыслей, речь льется прямо из сердца святого. Сочинитель, говорит блаж. Фотий, не старался о том чтобы украсить искусством риторики естественную красоту своей философии; изложение его сильно и наукообразно, но без прикрас».234

Диогнет, образованный язычник, желал узнать235христианскую религию и выведывал, где мог: «какому Богу веруя и какое совершая служение, христиане так презирают мир?». По его желанию в послании изображается суетность богов (§ 2), неразумное суевериe Иудеев (3–5), высокая и неземная жизнь христиан. «Xpистиане, говорить он, не отличаются от других людей ни местом происхождения и жительства, ни языком, ни жизнью гражданской... Они живут в городах своих, как странники, принимают во всем участие, как граждане и все терпят, как путники... Живут во плоти, но не для плоти, повинуются законам, но своей жизнью стоят выше законов. Их не знают, но обвиняют, убивают их, но они живы, бедны они, по обогащают других, ничего не имеют, а всегда довольны... Душа находится во всех членах тела и христиане – во всех концах земли» (§ 5. 6). Откуда все это? «Это – не дела человека, это – сила Божья» (§ 7). Кто основатель веры христианской? «Сам всемощный Бог, Творец миpa, ниспослал с неба истину, святое и непостижимое свое Слово... Пришедший к нам Строитель вселенной, Тот, чрез Которого Бог совершил небеса, положил пределы морю, Которого Советы сохраняются стихиями, по манию коего солнце совершает течение свое, Которому покорно небо и все, что на небе, земля и все, что на ней... Прежде пришествия Его на землю никто не видел Бога, никто не мог знать Его; Он сам явился и теперь является вере; вере дано преимущество видеть Его». (§ 7. 9). Он поздно явился миру? Нет, еще от вечности благой Бог определил Его для мира. А чтό люди доселе предоставлены были страстям их, – это нужно было для того, чтобы опытом дознали они, как мало способны они сами по себе достигнуть царствия  небесного (§ 10). За тем муж Апостольский, в предостережение от людей, «нарушивших пределы веры, назначенные Апостолами и преданием отцов», отсылает Диогнета к церкви вселенской, где может быть найдено все, чтό Слово проповедало людям для их спасения; при этом замечает, что в христианстве знание и жизнь – в тесной связи, ни верного знания не может быть без чистой жизни, ни жизни правильной – без знания. В заключение говорит: «пересмотри со всем усердием, обсуди со всем вниманием эти истины и – ты узнаешь какими благами ущедряет Господь любящих Его (§ 11. 12).

Послание, как апология вере, – сочинение превосходное, это –  одна из лучших апологий, по силе ее. Но трудно решить, более ли имеет достоинств это сочинение как апология, или как изложение веры Апостольской. О Сыне Божьем ученик Апостольский представляет самое ясное, самое точное учение (§ 7, 9). Он называет Его собственным (ιδιος), единородным (μονογενης), Сыном Божьим (§ 9), Словом непостижимым для человеческого ума, строителем вселенной, Царем и Судьей мира, Богом и Господом (§ 10). Столько же определенно учит о искупительном значении смерти Христовой. «Когда пришло время, которое назначил Бог для явления своей Благости... тогда принял Он на себя наши грехи. Он отдал собственного Сына в искупительную цену за нас, – Святого за нечестивых, Безгрешного за грешников, Праведного за неправедных, Бессмертного за смертных... Какое неизреченно – мудрое дело Творца! Какая неожиданность благодеяния! Неправда многих покрыта правдой единого. – Так мы узнаем здесь две вещи, – полную неспособность, совершенное бессилие нашей природы – участвовать в жизни и потом Спасителя нашего, Которым невозможное стало возможным!». (§ 9).

К тем славным мужам, которые, во выражению Евсевия, находились «в первом порядке преемства Апостольского»236, принадлежит и блаж. Папий епископ Иерапольский. По свидетельству Иринея237, он был «слушателем Иоанна, другом Поликарпа»; блаж. Иероним также называет его, «слушателем евангелиста Иоанна».238Анастасий Синаит пишет: «между древними наставниками церквей, которые, рассуждали духовно о Христовой церкви, считается и знаменитый Папий Иерапольский, ученик евангелиста Иоанна».239Также говорили о Папии Св. Максим240, Андрей Кесарийский241, Экумений242и другие. По словам Евсевия, «епископ Иерапольской паствы быль муж, обладавший всесторонней ученостью и знанием писания»243, Иероним не считал себя способным переводить его и Поликарпа: ложный слух, пишет он к знакомому, дошел до тебя, будто переведены мною книги святых Папия и Поликарпа: ни занятия, ни силы мои не дозволяют мне выражать такие вещи с приличным изяществом на древнем языке».244

Когда бы дошли до нас сочинения такого мужа в полном виде их! Но Евсевий говорит: «Папию приписывается пять книг под заглавием:изъяснение Господних изречений".245Но нам известны только короткие отрывки из этих книг.

Самый драгоценный отрывок есть тот, в котором говорит Папий о евангелистах Марке и Матфее. «Марк, истолкователь Петра, пишет он, с точностью записал все, чтό запомнил, хотя и не держался порядка слов и деяний Христовых, потому что сам не слушал Господа и не сопутствовал Ему. В последствии – он был, как сказано, с Петром, но Петр излагал учение с целью удовлетворить нуждам слушателей, а не с тем, чтобы беседы Господни передать по порядку. Посему Марк нисколько не погрешил, описывая некоторые события так, как припоминал их: он заботился только о том, как бы не пропустить чего-нибудь слышанного или не переиначить... Матфей записал беседы Господа на еврейском языке, а переводил их, кто как мог».246

В предисловии к своим книгам Папий писал: «Я не премину изложить тебе, чтό хорошо узнал от старцев и хорошо запомнил и присоединить объяснения для подтверждения истины, потому что держался я не тех, которые подобно многим, говорят много, а тех, которые учат истине; я соображался не с теми, которые припоминают чужие заповеди, а с теми, которые держатся заповедей, преданных от Господа для веры и происходящих от самой истины. – Если мне случалось встречать кого-либо, обращавшегося со старцами: то я заботливо расспрашивал об учении старцев, например, чтό говорил Андрей, чтό Петр, чтό Филипп, чтό Фома или Иаков, чтό Иоанн или Матфей или кто другой из учеников Господа, чтό Аристион и пресвитер Иоанн, ученики Господни. Ибо я полагал, что книжные сведения не столько принесут мне пользы, сколько живой и более внедряющийся голос».247

По словам Евсевия, Папий приводил свидетельства из первого Петрова и из первого послания Иоанна; излагал историю жены, которую обвиняли пред Господом во многих грехах. О содержании книг Папия говорит еще Евсевий, что «он повествует, что в его время воскрешен мертвый» и что Иуст, прозванный Варсавой «выпил смертоносный напиток и по благодати Господа не испытал вреда», приводил «и некоторые сказания предания Аристиона о беседах пресвитера Иоанна»; «рассказывает много другого, что будто дошло до него по неписанному преданию, именно передает некоторые неизвестные притчи и наставления Спасителя»; говорит и о том, что «по воскресении мертвых наступит царство Христово на этой самой земле телесно и будет продолжаться тысячу лет». «Думаю, прибавляет Евсевий, что такую мысль он вывел из апостольских сказаний, не понявши сказанного Апостолами таинственно, в образах»248Ириней, ученик Папия, передает сказание его о притче Спасителя, на которой основывал Папий мнение о видимом царстве Христовом.249

Известие Папия о предателе Иуде, упоминаемое Аполлинарием Лаодикийским и Экумением250в полном виде излагается у Феофилакта.251

Главныйпредмет, на который обращено было внимание учителей 2-го и 3-го веков было язычество в его борьбе с верой. По той мере, как вера Христова более и более стала поражать идолов сердца, по всем областям империи страсти восставали с большим неистовством на истину: они окружили теперь себя клеветами на христиан и христианство, и христиане подверглись неслыханным жестокостям. Bce состояния в мире языческом были больны и каждое состояние еще имело свою болезнь и все больные восстали на тех, которых послал Господь врачевать больной мир. Слепая чернь страдала более всего невежеством; жрецы и многие другие находили в языческой религии прибыльное ремесло; политика правительства была близорука и земна; философия языческая, если только верила чему-нибудь, то разве слепой судьбе252, или мечтам воображения больного.253Все же страдали неведением Бога истинного. Удар веры всего прежде поразил того идола, который воздвигнут был в сердцах ремесленных. Отселе клеветы на христиан раздались в умах черни; чернь, как и всегда, повторяла клеветы с оглушительными криками, необдуманно передавая их в самом безобразном виде; больная и малодушная политика на слово верила жрецам и черни и предписала истреблять людей «нового и вредного суеверия».254

При таких обстоятельствах надлежало не столько проповедовать веру, сколько показыватьязычникамих собственное состояние и отношение веры к лучшим требованиям их духа, надлежало показывать, что более святого для ума и сердца, более благодетельного для всего человека нигде нельзя найти, как только в вере Христовой. И Господь воздвигнул на cиe дело мужей силы, коих умы и сердца понимали и чувствовали достоинство истины Христовой, а любовь скорбела о пленении сердец людских страстями. Им же надлежало защищать Христианство и противИудейства, уже приближавшегося к летаргическому своему сну. Таким образом явились знаменитыеАпологетыХристианства.

В то же время к новым трудам вызывали еретики христианства. Мужи Апостольские еще не имели времени обличить заблуждение всех современных Еретиков письменно, а между тем секты еретиков умножались. С 150 до 310 г· смешение темных начал язычества с началами христианскими защищали и распространяли преимущественноВалентиане и Маркиониты255, и потом (с 260 г.)Манес.256Новые внутреннее враги веры приняли новый характер. Ближе ознакомясь с началами христианскими, люди, как они ни испорчены, не могли отказать вере Христовой в признании ее превосходства пред прежними мнениями; грубая языческая примесь была почти оставлена и строптивая природа стала извлекать сомнения свои из самых начал Христианства.Праксей257,Феодот Византийский258иНоет259обратились к основному предмету Христианской веры – к Божеству Сына Божьего, и опровергали сей предмет веры началом единоначалия.Берилл260,Савелий261иПавел Самосатский262выводили из того же начала опровержение личного бытия Сына Божьего и Духа Святого. В одно время сПраксеем,Монтан263, расстроенный мечтатель, представил себе, что Параклет, обещанный Сыном, обитает в Нем – Монтане и его общество есть общество духовных христиан, для которых запрещен второй брак, не дозволено уклоняться от гонения, падшие – не братья и пр. С тем же духом надменной мечтательности явилось обществоНовата264, проповедовавшего неразумную строгость в отношении к падшим и младенцам, в последствии соединившееся с Монтанистами и общество Мелетия Александрийского.265

Когда таким образом заблуждения время от времени умножались, а учители лжи, кроме того, что вносили свои толкования и слова в богодухновенные книги, иногда выдумывали свои канонически книги266, естественно было, чтобы учители церкви обратили теперь вниманиe на oтделениe богодухновенных книг, как не прикосновенной святыни, от всяких произведений человеческого ума и на их во всеобщую известность. Это действительно и было предметом самых ревностных трудов просвященных учителей сего времени. В тот же духе занимались в это время не только толкованием Св. писания, но критическим рассмотрением текста и переводом на разные языки; так составились переводы Св. писания Итальянский и Сирский.267

Да всех таких подвигов Благодать Христова укрепляла учителей церкви как внутренней своей помощью, так и внешними знамениями, которых и в это время совершалось так много, что современник их Св. Ириней не находит возможнымъ исчислить их.268

Между тем, с одной стороны, необычайное обилиe необычайных знамений назначено было для необычайного времени, каково было время явления и прославления на земле Сына Божьего – Спасителя мира; с другой обыкновенные человеческие пособия образованности, освященные употреблением их в славу веры в Ап. Павле, имевшем дело преимущественно с мудрыми века, особенно нужны были для времени, следовавшего за веком Апостольским. Так мы видим, что после Апостолов сам Господь то призывал на служение вере получивших образование человеческое, тогда еще языческое, – то учредил во время Апостолов степень учителей, отличную от степени Апостолов, вверял им дело образования будущих учителей церкви. Апостол писал мужу Апостольскому:яже от мене слышал ecи, cия предаждь верным человеком, иже и иных довольны будут научити, т.е. зная, что необыкновенные способы просвещения в вере не всегда будут в церкви, да и если бы были они, их ненадобно ожидать с пренебрежением к обыкновенным. Апостол повелевает приготовлять наставлениями надежных людей к званию учителей. Обстоятельства показывали, что для борьбы с образованными язычниками и Иудеями нужна была и образованность человеческая; она же нужна была для обличения еретиков, надмевавшихся ведением сокровенных таин Божьих. Таким образом, чувствуя нужду в просвещении, Христиане отдавали детей своих даже в языческие школы; «нужда, говорил Тертуллиан, извиняет обучающегося, так как он иначе не мог обучаться».269Таким же образом надлежало появиться иучилищамсобственно христианским, сколько по крайней мере могли позволять то обстоятельства времени.

Мы знаем из слов Евсевия и Иеронима, что вАлександрии, где270был знаменитый музей наук словесных, математических и философских, еще со времен Апостольских основалось христианское училище (διδασκαλεῖον ῖερῶν λόγων) училище огласительное (τὁ τῆς κατηχήςεος διδασκαλειον).271В началe в нем преподавались только первоначальные наставления в вере272для желавших получить крещение, а вместе с тем приготовлялись и самые огласители. Афинагор273и Пантен (189–195 г.) в звании начальников сего училища, первые силой дарований своих соединяли в наставлениях своих ученость богословскую и философскую, но еще не столько, сколько преемник Пантена Климент, одобрявший слушателям своим философию, как руководство к вере.274Преемник Климента Ориген распространил круг предметов учения в сем училище. Необычайное стечение желавших слушать у него то оглашения в Христианской вере, то наставления в тайнах слова Божьего, то наконец приобретать сведения в философских, словесных и математических науках – заставило Оригена разделить слушателей своих на два разряда: тe, которые должны были слушать первоначальные наставления в верe, также предварительные философские науки – науки словесные и Арифметику, поручены были Иероклу; а себе Ориген предоставил преподавание высших наставлений в верe и высших философских познаний.275После Оригена были начальниками в cем училище276Дионисий (223–264), Пиерий (265–281 г.)277, Феогност (282–289 г.)278, Cepапион (290–295), Петр муч. (295–312), которые все привлекали ревностью своею многих слушателей в Александрийское училище, а особенно Пиерий, которого называли вторым Оригеном и который имел помощником Ахилла.279

Когда Ориген, оставив Александрию, основал свое пребывание в Кесарии Палестинской: то здесь (в 233 г.) основано их новоеучилище, в которое со всех сторон стекались слушать знаменитого учителя. Св. Памфил (в 278 г.) возобновил это училище, закрывшееся со времени заключения Оригена в темницу; ученик Пиерия обогатилБиблиотеку280сего училища множеством книг и прославил знаменитостью своих слушателей.281

ВИерусалимеизвестна была по крайней мереБиблиотека, основанная Александром – другом Оригена282, если только вместе с тем не было и училища, подобного тому, каквым было в начале своем Александрийское училище.283

В то же время как Св. Памфил возобновлял Kecapийское училище, Св. Лукиан, Пресвитер Антиохийский, открыл (около 282 г.) училище вAнтиохии284, сам прежде того слушавши толкование писания в Эдессе у Исповедника Макария.285

Антиохийское училище, позже других основанное стало известно особенно в 4 веке; тогда обнаружилось особенное направление образовавшихся в семь училище. Напротив особенный дух Александрийского училища, так давно основанного, обнаружился во всех учителях сего времени, получивших здесь образование.Климент, Ориген, Александр, Дионисий, Григорий, Петр– все отличались одним и тем же стремлением к духовным созерцаниям, хотя не все в одинаковой степени; при различии их расположений и частью внешних обстоятельств, это направление более или менее обнаруживало свои действия в их толковании писания, а частью в изложении догматов и во взгляде на философию человеческую. То же направление видно в сочиненияхИустина и Феофила, коих образование совершалось под влиянием той же Платоновой философии, которую любили в Александрии. Совсем другая особенность замечается в сочинениях св. Иринея, который, был слушателем мужа Апостольского, в особенности любил Апостольское предание – и защищал им веру против своеволия еретиков; уклонение его от созерцаний, хотя не простиралось до пренебрежения созерцаниями286, делает для нас понятными некоторые особенные мысли его. То же видим в сочиненияхМелитонаСардийского, получившего образование в Малой Азии, где образовался и св. Ириней с учеником своимИпполитом. В малой Азии долго пребывали Апостолы и образовали многих учеников; от того здесь сохранили самую теплую любовь ко всему Апостольскому.

При таком различии в направлении учители сего времени удержали и один общий характер – стремление излагать учение более или менее систематически, по требованиям логического размышления, с употреблением в свою пользу всех доступных сведений. Знание истории, философии, мифологии, разных верований поставляло их в возможность выставлять христианство в сравнении с человеческими учениями и доказывать божественное происхождение учения Христова и земное порождение человеческих мнений; разнообразие сведений, подверженное обработке логического размышления, выставляло в выгодном свете образованность их пред миром языческим и иудейским и возвышало защищаемую ими веру пред судом того же миpa.

Прилагая философию к объяснению веры, некоторые из учителей, при всех талантах и даже при искреннем благочестии, не удержались в пределах законного употребления разума и не избежали ошибок. К извинению их служить и то, что опыту еще некогда было научить их осторожности в деле научного объяснения откровенной веры, а дух времени мистического философствования сильно действовал на умы их.

Из учителей церкви 2 и 3 веков287в ряду св. Отцов стоитсв. Иустин философ, Феофил ант., Мелитон, Дионисий коринфский, Аполлинарий, Ириней, Ceрапион, Ипполит, Киприян, Григорий чудотв., Дионисий алекс., Архелай каисарский, Феона алекс., Филей Тмуипский, Григорий просветитель, Памфил, Лукиян, Мефодий и св. Петр алек.Деятельность и сочиненияТертуллиана, Климента алек. и Оригенаимели обширное влияние на современников; по многим отношениям сочинения их важны и во всякое время. При таком значении их нельзя не обратить на них внимания, хотя они не достигли звания св. Отцов, а остаются только великими учителями.

После мужей Апостольских первое место занимает св.Иустин, философ, по имени и образованию, Учитель церкви с ревностью и духом Апостольскими, по страдальческой кончине мученик Христов.

Иустин родился (ок. 105 г.) в Флавии-Неаполе, – нынешнем Наплузе или древнем Сихеме. Неаполь тогда был населен Греками и Римлянами и в нем господствовал греческий язык. Отец Иустина Приск и дед Вакх были язычниками; тем же был и Иустин.

Господь одарил Иустина и дарованиями ума и любовью к наукам, и Иустин с жаждой искал истины; в нем видим, чем может быть врожденная любовь к истине по отношению к вере, когда только ей не дают превратного направления страсти. Стремясь к истине, Иустин, как сам описывает, обратился сперва кСтоику: «но от него не узнал ни чего нового о Боге, так как и сам стоик не знал Бога и не считал нужным знать. Иустин перешел кПерипатетику, который чрез несколько дней стал просить от Иустина платы за свою мудрость; это глубоко оскорбило Иустина, бескорыстно искавшего истины; с скорбью оставив заботливого о корысти Перипатетика, он обратился кПифагорейцу. Тот слишком уважал свою тайную мудрость, и потребовал предварительных сведений в музыке, астрономии, геометрии, как в науках приготовительных к созерцанию высшей красоты. Иустин добродушно сознался, что он не занимался этими науками, и Пифагореец не принял Иустина в число учеников. Это не ослабило однако в Иустине любви к философии. Он встретился сПлатоником, и в его беседах нашел многое по душе своей». «Мне нравились, говорит Иустин, размышления о предметах миpa невещественного; созерцание идей окрыляло мой ум; в короткое время я успел столько, что начал считать себя мудрым и надеялся вскоре созерцать самого Бога»! В один раз, когда для размышлений он шел в уединенное местo, на берег моря, встретил он старца; важностью взора и кротким спокойствием лица старец внушил Иустину почтение к ceбе, – вступив с ним в беседу, Иустин хвалил пред ним философию; это подало повод старцу беседовать о ведении истины; он говорил Иустину о первом Виновнике всего, указывая на начальный источник знания о Боге в сердце человеческом; потом обратился к высшим тайнам Божьим и доказывал, что их не знал Платон и не может знать сам по себe разум человеческий, что ведение о них может сообщить только сам Бог, и оно предложено в писаниях мужей, которые древнее всех философов, в писаниях пророков, вторые были научаемы самым Духом Божьим и открыли высшую тайну Искупителя Сына Божьего. В заключение старец советовал Иустину молиться, чтобы Сын Божий сам открыл ему ведение истины Его. «Тогда возгорался во мне огнь, говорить Иустин, и воспылала любовь к пророкам и к тем, которые были любезны Христу. Старец ушел и я размышлял с собой о словах его; чувствовал, что теперь-то нашел я единую, истинную спасительную философию».289Считают вероятным, что эта беседа происходила за стенами ЕФеса с св. Поликарпом.290

В областях Империи тогда жестоко преследовали христиан291, взносили на них разные клеветы. Иустин смотрел на подвиги воинов Христовых и видел, что эти люди не могут быть такими, какими хотели выставлять их. «Человек, преданный страстям, – человек, для которого все блаженство составляют земные наслаждения, не может встречать смерть с радостью рассуждал Иустин.292Это укрепило дух его в вере во Христа, и на 30 г. своей жизни (ок. 133 г.)293он решительно принял христианство. В мантии философ он путешествовал после того по разным странам с желанием искренним поделиться и с другими тем сокровищем, которым обладала теперь душа его; ревностно препирался с Иудеями, язычниками и еретиками.294В Риме он открыл училище христианского благочестия295и проповедовал истину Христову296; с твердостью противостал усилившемуся здесь Маркиону, написал против него книгу и другую против других ересей.297В начале правления нового императора чернь и льстившие ей областные правители не преставали гнать христиан. Иустин написал Апологию и подал ее самому Императору (в 139 г.) Антонину 1.298Апология но осталась без действия; Император издал указ – не гнать христиан за одно имя христиан299; Иустин поспешил с сею вестью в Aзию. В Эфесе он имел разговор с ученым Иудеем Трифоном, которого Евсевий называет знаменитейшим из современных Иудеев.300Возвратясь в Рим, он обратился к прежним своим занятиям.301

При новом Императоре, Философе Марке Аврелии, снова стали гнать Христиан. Трое из учеников Иустиновых302замучены были в Риме префектом Урбаном. Иустину хорошо известна ненависть, какую питают к нему язычники и Иудеи за ревность к вере. Но это не удержало его подать (ок. 165 г.) другую Апологию Императору303и Сенату в защиту преследуемой истины Христовой. «Я знаю, писал св. Иустин, что философы уловят меня своими ковами, ожидаю сего от Крескента». Так в случилось. Циник Кроскент – враг веры Христовой, уличенный Иустином в недальнем, но надменном, уме и в развратной жизни, оклеветал Иустина и предал суду.304В чем состоит учение христиан? – спросил Иустина Префект Рустик. «Мы веруем в Бога Творца видимых и невидимых и исповедуем Господа Иисуса Христа Сына Божьего, предвозвещенного Пророками – Виновника и Учителя спасения, Судью всех людей», отвечал Иустин. Послушай ты, который думаешь, сказал Префект, что нашел истинную философию: если по всему телу будут бить тебя бичами и потом обезглавят: уверен ли, что взойдешь на небо? «Да, надеюсь, отвечал Иустин, получить обещанное Им (Христом), если претерплю то, о чем ты говоришь». Как? ты думаешь взойти на небо? сказал Рустик. «Не только думаю, но совершенно уверен в том, так что и сомнению нет места»305, отвечал Исповедник. С твердостью перенес Св. Иустин после того страдания и, по выражению Евсевия306, «увенчал святую жизнь святым мученичеством». Это было в 166 году.307

Ныне известные апологетические сочинения Св. Иустина суть следующие:две Апологии, увещание Еллинам, о воскресении, разговор с Трифоном.308

Содержание 1-й Апологии таково: с уважением почтив Императоров именем благочестивых, и с уверенностью в достоинстве христиан, которых однако презирали, поставив себя в числе христиан, с твердостью говорит Иустин Императорам: «вы называетесь благочестивыми и философами: но таковы ли вы на самом деле, окажется ниже. Мы предстали пред вас не с тем, чтобы льстить вам; мы просим вас, чтобы вы произнесли суд с строгим и внимательным рассудком» (§ 1). Потом он начинает опровергать одну за другой причины, по которым гнали христиан и вместе объяснять христианские истины.

Христиан гнали за одно имя христиан. Философ показывает: «за одно имя, без прикосновенных к нему дел, не осуждают и не хвалят... мы даже не считаем за справедливое обращаться с просьбой, когда за одно имя признают нас худыми... но позаботьтесь о себе (§ 3. 4). Потом указывает на причину ненависти к христианам за одно их имя – на Диавола, как единственного врага истины (§ 5). Христиан называли безбожниками. Философ отвечает: «признаемся, что мы безбожники в отношении к мнимым богам, но не в отношении к Богу истиннейшему... мы чтим благоговейным поклонением Его и Его Сына, пришедшего от Него и предавшего это учение нам, а равно и Дух пророчественный; воздаем сию вместе словом и истиной, открыто преподавая всякому желающему научиться тому, чему сами мы научены» (§ 6).

Показывает, что истинные христиане не отрекаются от Христа единственно потому, что дорожат истиной Божьей для спасения вечного (§ 7. 8); не приносят жертв богам потому, что эти боги не боги, а творение рук человеческих, которые их обтесывают, обрубают, плавят, долбят; (§ 9) и еще потому, то Бог Дух не требует жертв вещественных (§ 10).

Представляет на вид, что христиане ищут не земного, а небесного и за них говорит здравый ум (§ 11–13).

Тем, что все предсказанное «Сыном Отца всех и Посланником» исполнилось на деле, доказывает святость истины своей (§ 14. 15). Тоже доказывает внутренним превосходством учения созерцательного и деятельного; при сем указывает на согласные мнения лучших язычников и присовокупляет: «впрочем да будет вам известно, что только то вполне истинно, что сказываем мы, узнав от Христа и от предшествовавших Ему Пророков, которые древнее ваших писателей. И надлежит верить словам нашим не потому, что мы говорим сходное с ними, но потому, что говорим истину, так как научил нас сему Иисус Христос, один собственно родившийся от Бога и Первенец и Сила, а по воле Его сделавшийся человеком для изменения и возвышения рода человеческого» (§ 16–33).

Жизнь преступную ведут, продолжает Апологет, не христиане, а еретики развратные, которых однако язычники почтили даже божеской честью (§ 34. 35); ту же нечистоту указывает и в языческой религии (§ 36. 37).

Рассказывает, как совершается христианское богослужение, на которое взводили низкие клеветы язычники, и показывает превосходство его пред обрядами язычества (§ 38. 89). Он говорит, что в священных собраниях читались писания Апостольские и пророческие. О св. Евхаристии передает он такое верование церкви: «мы приемлем сие не как простой хлеб и не как простое питие: но мы научены, что пища сия, над которой произнесено благодарение при посредстве молитвы слова Его, по преложении питающая нашу кровь и плоть, есть кровь и плоть Самого воплотившегося Иисуса» (§ 36).

В заключении убеждает не оскорблять справедливости в отношении к христианам и прилагает указ Императора Адреина о них.

Вторая апология, подлинность которой, как и первой, не подлежит сомнению,309не так богата содержанием, как первая: но это потому, что сочинитель не считал нужным повторять сказанного в первой.310Вторая апология – дополнение к первой, вызванное новым гонением против христиан. Сказав о поводе к апологии (1–3), Св. Иустин отвечает на возражение врагов веры: почему христиане но убивают себя, если смерть благодеяние для них? Ответ тот, что жизнь дана Богом и только по Его распоряжению можно оставлять ее; потому самоубийство не доведет до цели – до блаженства. Напротив свободное исповедание истины пред врагами ее, когда оканчивается смертью, благоугодная жертва Богу (§ 1. 5). Второе возражение: если Бог – защитник христиан, почему допускает Он убивать их? Философ показывает главную причину тому в борьбе зла с добром, открывшейся с произвольного падения духов и допускаемой Благим Творцом свободы. Злые духи ненавидят христиан, потому что терпят от них жестокие поражения. Поелику же Благой Бог есть вместе и Правосудный: то настанет время, когда и злым духам и их ученикам – язычникам отдано будет по делам их, а христиане, за невинные страдания, увенчаны будут славой и блаженством (§ 6–9). Страдания христиан, которых невинность не могли не признавать и люди, подобные Марку Аврелию, тревожили многих сомнениями. Св. Иустин общей историей досказывает, что лучшие люди всегда терпели от злых людей и тем торжествовали над злом. Он указывает на философов Сократа, Гераклита, Музония и других. Если же, говорит Философ, и подобные люди, которые так слабо знали Премудрость вечную, – охотно терпели; как же христиане, которым так известно вечное Слово Отца Небесного, могут не с радостью отдавать жизнь свою за учение Христово? А если так охотно страдают они: то нет сомнения не как виновные (10–14).

Древним известно было сочинение Св. Иустина – «обличение Эллинам".311Места, приводимые некоторыми из обличения, читаются в ныне известномувещании(πάράννεσις) Эллинам.312След. это одно и то же сочинение. Его назвали «увещанием» по начальным словам его. – «Начиная увещание к вам», так начинает сочинение свое сочинитель. – Обличением же назвали это сочинение потому, что это название близко в содержании его. Напрасно против подлинности увещания указывают на несходство увещания с апологиями Иустина.313Мысль увещания и апологии одна и та же, и именно та, что чистая истина только в откровении. О противоречиях греческой философии самой себе Св. Иустин говорил и в апологиях314; не молчал он и о том, что греческие философы пользовались чужой собственностью.315Если вполне естественно то, что в апологиях Философ, поставив себя в оборонительное положение против злобы языческой, называвшей христианство новизной, указывал философам Императорам в природе человеческой начала истины, священные и для язычника и для христианина: то столько же естественно для апологета и то, что он, имея дело с языческой мудростью, гордой своими творениями, выставляет в увещании заблуждения языческой религии и мудрых язычества во всей наготе,

Содержание увещания: после вступления, (§ 1. 1) а) показывает заблуждение и нечестие в произведениях поэтов и в сочинениях философов (2–7); б) изображает достоинства откровенного учения и особенно древность его (§ 8–13); в) доказывает, что все лучшее, чтό только есть у поэтов и философов, занято из откровения (§ 14–38).

Св. Мефодию и Иерониму316известна была книга св. Иустинао воскресении.

Весьма значительная часть сего сочинения сохранена св. Дамаскиным. Сочинение – достойное св. Философа. Это философско-богословское размышление о предмете, столько казавшемся странным для языческого философа.

Разговор с Трифоном– сочинение обширное. Подлинность его – несомненна. Евсевий не только считает его между сочинения св. Иустина, но приводит многие места его в том самом виде, как они читаются ныне.317

Разговор, кроме вступления (§ 1–10), заключает в себе три части. В первой разрешаются два предубеждения: христиане не исполняют закона Моисеева и они же поклоняются Распятому.

Первое предубеждение разрешается так: христиане не исполняют обрядового закона от того, что обязательная сила его кончилась с пришествием Мессии; по учению Пророков назначение закона – временно; образы не нужны, когда явилась истина. «Купелью крещения и ведения Бога мы достигли веры, по Пророку, и мы исповедуем, что только это проповеданное нам крещение есть вода жизни, которая может очищать кающихся. А вы копаете цистерны безводные и бесполезные. К чему служит то омовение, которое орошает только плоть? Ваши сердца полны гнева, зависти, ненависти» и пр. (§ 11–17). Чтό есть полезного в обрядах, это взято от Патриархов, а они достигли правды без омовений. Иначе обряды только обуздания легкомысленному народу (§ 18–29). У христиан есть закон высший, без которого нет спасения ни для кого. «Ни египтянам, ни детям Моава, ни детям Эдома не приносит пользы обрезание. Но пусть будет Скиф или Перс, только бы знал Бога и Христа Его и соблюдал вечные у уставы: он обрезан превосходным, спасительным, обрезанием, он друг Божий и его дары приятны Богу» (§ 17–30).

Против второго предубеждения св. Иустин говорит, что Пророками предвозвещено двоякое пришествие Христово, одно одаренное и бесславное другое – грозное и славное. В одном и том же ли- це Пророки указывают то Господа воинств, то рождающегося и страждущего. И так соблазн Иудея оскорбляет Пророков (§ 31–47).

Во второй части разрешаются три недоумения Трифона: Христос есть Бог вечный, вместе с тем Он человек и человек распятый. «Это кажется мне не только странно, но и глупо», говорит Трифон.

Разрешая недоумения Трифона св. Иустин говорить, что Трифон и после сказанного доселе должен признать за верное, что Иисус есть Meccия и разрешив новое сомнение его, пришел ли Илия? указывает Трифону на Богоявления Патриархам, где Ангел Божий отличается от Бога Творца и вместе является с свойствами Божества, потом на изречения Пророков подобного содержания, особенное внимание обращает на слова Исаии 7, 14, (§ 48–85). Соблазн креста Апологет ослабляет предзнаменованиями креста: воздетыми руками Моисея для молитвы, змием вознесенным на древо и словами псалма: ископаша руце мои; за тем показывает, что, по пророчествам, Мессии надлежало не только пострадать, но и воскреснуть (86–108).

Третья часть вразумляет Трифона в том, что верующие в Христа Ииcyca должны были, по пророчествам, наследовать обетования Божьи. Прежде всего объясняется здесь пророчество Михея, о обращении язычников, потом пророчества Захарии и Малахии о приношении духовных жертв (§ 109–119); показывается, кто таковы чада Авраама? (120–133). Объясняются Образы церкви (134–141). В заключении Трифон благодарить христианского учителя за наставления (§ 142).

По свидетельству Евсевия, св. Иустином написаны были: «книга под заглавиемПевец(ψαλτης), такжезамечания о душе, где он предлагал решения различных вопросов и, приводя эллинские мнения, обещал в другом сочинении отвергнуть их и изложить собственное мнение. Евсевий писал: «есть, говорят, в разных руках братий очень много и других произведений Иустина;» и указывает на сочинение егопротив Маркиона.318Сам Иустин в первой апологии упоминал о своем сочинениипротив ересей.Bce эти сочинения св. Иустина для нас потеряны и известны только краткие отрывки разных сочинений его.319

За то под именем Иустина явились и ныне известны сочинения, то несомненно подложные, то сомнительные.

К сомнительным относятся:

а)   Книга оединовластии,против многобожия. По словам Евсевия320и Иеронима321, св. Иустин писал о единстве Божьем и доказывал это единство не только из св. писания но и из языческих сочинений. Но сочинение о единовластии заключает в себе выписки из Софокла, Еврипида и других и ни слова из св. писания, составляя между тем полное сочинение.322При том, это более, как сборник кое-каких мест из поэтов, малодостойный великого философа.

б)Слово к Эллинампо названию сходно с книгой Иустина против Эллинов, которую знали Евсевий и Фотий.323Нo в слове не говорится ни слова о злых духах, ни о спорных пунктах между христианами и язычниками, что составляло содержание книги против Эллинов.324Притом слог раскрашен цветами воображения без силы и жизни, чтό не принадлежит к слогу Иустина.

Явно подложные сочинения:

1)   Вопросы с ответами Эллинам –они говорят о манихеях.

2)   Ответы православным –сочинение 4-го века. Оно говорит об Иринее (quaest. 115) Оригене (quaest. 82) и Манихеях (quaest. 127). 3)Опровержение Аристотелевых мненийи по содержанию и по слогу сходно с ответами Еллинам, говорит о материи, о видe и движении звезд. 4)Изложение веры– сочинение дельное и Леонтий Визант. приводил места из него с именем Иустина (Cont. Nestor, lib. 3. с. 10). Но оно писано после появления Apия и Евтихия: так показывают слова его: Τριας, μόνος εν τριάδι, ομοϨσιος, τρία πρόσωπα; Εῖς υίος κάι δυο φίσεις. Вероятно оно писано Иустином Сицилийским, писавшим в конце 5 века письмо к Петру Фулону. 5)Письмо к Зене, и Серену, назидательное по содержанию нравственному, не известно было древним и, ни по слогу, ни по содержанию, не походит на сочинение св. Иустина. Сочинитель пишет: «надобно заботиться о детях, – таковым принадлежит царствие небесное. Не надобно пренебрегать больными и не следует говорить: я не привык служить. Преступен стыд – стыдиться того, как бы не подумали, что если работаем своими руками, мы бедны и беспомощны» (§ 19). Прекрасные наставления, но они могли быть преподаны только аввой монастыря, а не св. Иустином, мучеником второго века.

Bсе древние высоко уважали св. Иустина, как знаменитейшего учителя Церкви. По словам Св. Мефодия, Иустин «муж не далекий от Апостолов и по времени и по высоким качествам»325; по отзыву Епифания – «муж святой и боголюбивый, весьма много занимавшийся верой»326; по словам Евсевия – «заслуживший общее удивление».327Фотий говорить, что Св. Иустин был глубокий философ христианский, а еще болee опытный в языческом любомудрии.328Отзыв Фотия верно изображает отличительный характер Иустина. Фотий конечно указывает в Иустине обширные сведения его в предметах веры и системах философских. Но св. Иустин был философ по духу своему; таков он был в жизни; таков он и во всех сочинениях своих. С верным познанием откровенного учения он соединял глубокий взгляд на христианство. Он излагает свои мысли не в той форме простого наставления, в какой излагают их мужи Апостольские; он исследует, сравнивает, поверяет. Говоря с язычником об истинах христианских он вводить язычника в размышления о них, излагает предметы отчетливо и ясно, чтобы оставить потом язычника безответным пред его совестью за неверие. Говорит ли с Иудеем Трифоном? он излагает смысл пророческих слов, не оставляя испытующего взора на истины.

Главная деятельность его – деятельностьАпологета. Необходимость времени, дела врагов, заставили его обратить много внимания на случайные клеветы против христианства и оправдывать христианство против этих клевет. Тем не менее он вводил читателя своего в самые основания христианства, открывал самый дух его, чтобы видели божественное достоинство его для всех вровень и для всех народов. Потому-то апологии его против язычества, при важности своей для истории христианства, сохраняют юность апологии христианской всех времен.

Сочинения Св. Иустина и особенно разговор его с Трифоном весьма важны дляизучения Св. писания.

Иустин столько близкий ко временам Апостольским приводит места из всех четырех Евангелий, как книг боговдохновенных. Это весьма важно для убеждения поздних времен в канонической важности писаний евангельских.329Ему известно первое послание к Коринфянам.330Он говорит об Апокалипсисе и писателя его называет Апостолом Иоанном.331

Греческий текст Ветхого Завета, приводимый Иустином, иногда подходит к еврейскому подлиннику и ныне встречается только в некоторых Греческих списках В. 3., а иногда вполне соответствуя еврейскому, совершенно разнится от списков LXX., и сходен с текстом Феодотиона и Симмаха. Это дает право заключать, что Св. Иустин, но знавший еврейского, пользовался каким-нибудь древним христианским переводом В. 3., которым пользовались потом Феодотион и Симмах.332

После сего понятно, что если Иустин не редко одобрял перевод 70 и укорял современных Евреев в порче еврейского текста: то это не значит, что он признавал безусловную важность перевода 70. Иустин говорил о достоинстве сего перевода всего более потому, что Иудеи со времени изгнания их из Иерусалима, пренебрегая всем греческим, не справедливо пренебрегали и переводом 70, и холодность свою к убеждениям христианства закрывали словами: не так в еврейском. Показания Иустина о происхождении перевода 70 в главных чертах оказываются сходными с рассказами Иосифа Флавия и Филона и однако не во всем согласны они между собой.333В том нет сомнения, что дерзость и злонамеренность Раввинов, современных Иустину, были велики. Но справедливо и то, что обвинения Иустина в порче еврейского не все оказываются верными и допускались иногда без строгой поверки.334

Превосходно рассуждает Св. Иустин о боговдохновенности пророков и писателей свящ. канона.335«Я ни как не осмелюсь и подумать, говорит Философ, чтобы писания могли быть противны одно другому. Если же какое место и покажется мне таким, то я признаюсь, что не хорошо понимаю его».336Такой отзыв Философа учить многому.

В разговоре с Трифоном Св. Иустин первый из христианских учителей собрал и объяснял пророчества и предзнаменования о Христе и христианской церкви. Для первого опыта естественно, что принимаются иные места за пророчественные, тогда как в строгом смысле они не имеют такого значения; для дела же апологета довольно было и того, что современная ему раввинская ученость была не против такого объяснения, вместе с тем у св. Иустина многие места В. Завета превосходно поняты и объяснены.

Для учения о вересочинения Иустина содержат в себе превосходные наставления. И это от того, что он должен был защищать многие догматы против кривых толкований язычников Иудеев.

«Мы признаемся, говорить он, защищаясь от обвинения в безбожии, мы признаемся, что безбожники мы в отношении к таким мнимым богам, но вовсе не в отношении к истинному Богу; мы благоговейно чтим Его и Его Сына, пришедшего от Него и Пророческий Дух».337«Мы чтим Творца мира в том виде, какой признаем достойным. Мы научены, что Наставник тому – есть Истинный Сын Божий. Мы ставим Его на втором месте, а на третьем Пророческий Дух.338Уверовавшие во Христа омываются у нас водой во Имя Отца всех и Владыки Бога и Спасителя Нашего Иисуса Христа и Духа Святого».339

Особенно ясно и точно учение Иустина о Божестве Сына Божьего. По словам его Сын Божий «собственно один рожденный от Бога, Его Слово, первородный – и сила340; Слово, существующее с Ним прежде созданий,»341Господь и Бог342, Творец и Правитель мира.343

Иустин признает Ангелов личными существами с свободной волей344: но увлекается мнением времени о падении духов.345

Всеобщую порчу людей выставляет последствием рождения от грешных родителей и потому не делом частного произвола. «Не зная первого рождения, говорит он, по необходимости рождаемся от нечистого семени, чрез смешение родителей и воспитываемся в худых обычаях и нечестивых уставах; потому-то необходимо, чтобы были мы не чадами необходимости и неведения, а избрания и света и прияли в воде прощение грехов; над тем, кто желает возродиться и нуждается в прощении грехов, и произносится имя Отца всех и Господа Бога».346Св. Иустин указывает и на историческое происхождение греха от первых человеков.347

Отселе он выводит и нужду в Искупителе, в котором показывает единственного Просветителя мира348, вечного Священника, принесшего себя за грехи людей349и истинного царя, который, победив всех врагов Божьих, откроет вечное царство.350

Ясно и точно учение его о таинствах крещения и евхаристии.351

Последняя судьба мира объяснена у св. Иустина подробно.352От мнения времени о тысячелетнем царстве Христовом не был он свободен.353Превосходно рассуждал он с язычником о воскресении мертвых. «Если бы ты еще не был тем, чем ты теперь, т.е. если бы не родился облеченным в такое тело, каково твое, и кто-нибудь указывая с одной стороны на каплю крови, а с другой на образ твоего тела, сказал, что из этой крови составятся кости и плоть и образуется такое тело, какое видишь: ты не поверил бы тому, пока собственными глазами не убедился бы в действительности события. Между тем ты сам знаешь, что тело рождается не иначе. Убедись же тем, что тело и по разрушении, вверенное земле, как семя, может, по слову Божьему, в назначенное время принять новую жизнь и облечься бессмертием. Спрашиваю, достойно ли судят о могуществе Божьем, когда говорят, что каждая вещь возвращается в первое свое состояние и Богу не возможно возвести ее в иное состояние?».354

Близок по духу к философу ИустинуСв. ФеофилЕпископ Антиохийский. Рожденный в язычестве, он получил обширное образование того времени, но узнал об истине из Св. Писания. «И сам я не верил, говорит он, воскресению; а теперь верю, после того, как внимательно размышлял; я обрел Св. писания Св. Пророков, которые Духом Святым прорекали о прошедшем так, как оно происходило, о настоящем так, как оно происходит и о будущем в том порядке, как оно совершится. И так, когда я уверен, что происходящее ныне предсказано было: то не остаюсь более не верующим, а верю, повинуясь Богу».355

По смерти Эрота – пятого епископа антиох., Св. Феофил возведен был (в 168) на престол антиохийский.356Пастырской деятельности его предлежало много трудов и он действовал со всей ревностью к св. вере. «Так как в это время, пишет Евсевий, еретики готовы были погубить стадо Божье и подобно плевелам опустошали чистую ниву апостольского учения: то пастыри церкви по всему миру напрягали силы свои, чтобы истребить их, и разогнать этот род диких зверей; они утверждали братию частью увещаниями и предостережениями, частью наставлениями еретикам то устными, то письменными. В числе их вступал в бой с еретиками и Феофил, как это видно из сочинения его против Маркина».357Далее Евсевий говорит, что Феофил писал и против Гермогена и в этом сочинении приводил свидетельства из Апокалипсиса Иоаннова.358По другим памятникам известно, что Феофил писал еще краткие, но прекрасные, наставления в назидание церкви, иначе – огласительные поучения.359Сам Феофил говорит, что писал он «Бытие мира», где рассуждал о родословиях Патриархов, о диаволе искусителе первого человека и о ничтожестве богов.360К тому же занимался он толкованием св. писания361и наконец трудился для просвещения язычников.

Он управлял церковью 13 лет и скончался ок. 181 г., пережив тяжкое время Императора Марка Аврелия.362

Из множества сочинений Св. Феофила363до настоящего времени сохранилась толькокнига его о вере.364Известное ныне с его именем толкование на Евангелие Матфея365, заключая в себе места из Киприана, Иеронима и другие анахронизмы, без всякого сомнения, не составляет известного древним экзегетического труда Феофилова.366

Автолик, для которого писано Св. Пастырем Антиохийским сочинениео веребыл, как показывает сочинение (кн. 3 § 4, 19), образованный язычник, весьма много занимался чтением книг и, как кажется, занимал должность градоначальника. По словам же Феофила, он был в других случаях справедлив и деятелен, но не хотел слышать о христианах (кн. 3. § 4, 31) и порицал учение их (кн. 2. § 1).

Сочинение о вере писано было не вдруг, а по частям. В устной беседе, происходившей после доставления Автолику первой книги о верее, Феофил успел смягчить упорство Автолика против св. веры и приобрести доверенность его (кн 2. § 1); во второй книге Феофил опять приглашал Автолика к беседам; так как в новых беседах (кн. 2, § 25. 56) Автолик все еще выражал непреклонность к истине Христовой, то довольно долго после того Феофил послал к нему третью часть, которая имеет и особенную надпись. Посему-то Лактанций говорит о последней части, как об особенном сочинении de temporibus.367

Содержаниепервой книгиследующее: сказав, в чем состояли возражения язычника, Феофил превосходно отвечает на требование его: «покажи мне своего Бога... «отвечаю тебе: покажи мне твоего человека, – я я покажу тебе моего Бога. Покажи, что очи души твоей видят и уши сердца твоего слышат». И указывая на то, что нужно для того, чтобы видеть и слышать предметы вещественные, говорит: «Бог видим только для тех, которые могут видеть Его, т.е. у которых очи душевные отверсты. Все имеют глаза, но у некоторых они так помрачены, что не могут зреть света солнечного: тем не менее солнце не теряет блеска своего от того, что слепые не видят... Если в человеке обитает грех, он не может созерцать Бога». «Нечестие омрачает тебя и не можешь зреть Бога». (§ 1–4).

Язычник требует: «если ты видел, изобрази мне образ Божий». Ученик Христов отвечает, что Бог непостижим и невообразим для человека, что человек зрит только постижимые для него свойства Божьи. (§ 5). За тем описывает свойства Его (§ 6) и дела, как Творца и Промыслителя. (§ 7–10).

Так как язычник по слепоте не видит Бога: Христианский учитель советует искать врача (§ 11) и указывает сего врача в Слове, которым сотворено все (§ 12). Убеждает его довериться Слову и доказывает, как естественна для человека вера. (§ 13). Самым верованием язычника убеждает к вере в Бога, оставляя неприкосновенным верование, и обличая несправедливость предмета веры – богов языческих (§ 14–16). В заключение объясняет значение осмеиваемаго им имени христианина (§ 17).

Язычник не верил воскресению мертвых и требовал, чтобы показали воскресшего мертвеца. Феофил отвечает: «я показал бы тебе Воскресшего, который и теперь жив: но ты не поверишь и тому». И за тем указывает ему в самой природе уроки о воскресении; собственным примером своим убеждает верить учению о том Св. писания (§ 18–19); просить читать писание, угрожая судом Божьим на непокорных воле Божьей (§ 20).

Вовторой книгеСв. Феофил, по желанию Автолика, подробно объясняет лживость языческой религии. Замечает ему, что смешно чтить за богов – идолов, сделанных людьми (§ 1); и неразумно выдавать людей за богов (§ 2. 3); показывает, что противоречащие мнения философов не стоят веры, – Бог не изменен (§ 4. 5). Обличает лживость феогоний – стихотворцев (8. 10); причем (§ 2) приводит вполне стихи Арата, которого одно полустишие приводил Апостол (Деян.17:28). Показывает, что все, что есть хорошего у языческих писателей, вполне согласно с учением Пророков; тогда, как Пророки, научаемые Духом Божьим и Словом Творческим, и Церковь Божья – во всем верные наставники (§ 11. 12). Подробно рассматривает Моисееву историю творения мира и человека, показывая сообразность ее с здравыми суждениями разума; (§ 23–28), и между прочим замечает, что все народы считали время седмицами, хотя и не знали причины тому (§ 16). Здесь же он (§ 22) употребляет слово: Τρίας Троица по отношению к лицам Божества. «Три дня, предшествовавшие творению светил, суть образы (τύποι) Троицы Бога, Слова Его и Его Мудрости». Продолжая рассматривать Моисееву историю до рассеяния народов, объясняет историю невинного и падшего человека и разрешает различные вопросы о книге бытия. (§ 29–37). «Может быть кто-нибудь спросит: смертным ли сотворен человек? Нет! Что же бессмертным? И того не утверждаем... Если бы Бог сотворил человека бессмертным, то сотворил бы его богом. И опять, если бы сотворил его смертным: сам Бог быль бы виновником смерти его. По сему Бог сотворил человека – способным к тому и другому, чтобы он сам стремился к бессмертию, сохраняя заповедь Божью» (§ 36).

Втретьей книгеСв. Феофил опровергает два обвинения против христианства, выставленный Автоликом: одно то, что Свящ. книги христиан – новы, другое – то, что христианская жизнь худа. В опровержение последнего он доказывает Автолику, что самую худую, безобразную нравственность проповедовали и с противоречиями себе самим языческие писатели (§ 1–6); напротив учение христиан проповедует самую чистую и самую высокую нравственность, заповедует любовь – даже ко врагам и осуждает нечистоту в самых помыслах (§ 7–16). В опровержение обвинения в новости св. книг подробным рассмотрением хронологии Библейской и языческой осязаемо показывает, что книги Св. писания древнее и вернее всех книг языческих. В заключение убеждает читать тщательно и беспристрастно книгу его (§ 17–31).

Книга о вере – одно из лучших сочинений древности. Она показывает в сочинителе обширное знакомство с языческими философами и поэтами. Мысли сочинителя ее всегда обдуманны и не принадлежат к числу обыкновенных; взгляд его на учение христианское – взгляд глубокий и ясный. Таинства христианские образованный учитель объясняет образованному язычнику по началам философским и вместе с тем удерживает верность откровенной истине. Все сочинение написано с одушевлением и под веянием кроткой любви; слог легкий и приятный; Бл. Иероним признавал это сочинение лучшим по внешней обработке.

По обзору содержания книги о вере видно, что кроме апологетической важности она содержит весьма много нужного для учения о догматах веры и особенно для учения о Троичности лиц Божества368, о творении мира и человека369, о последствиях падения человека370, о значении церкви Христовой371, о воскресении мертвых.372

К самым ярким светильникам восточной церкви 2 века принадлежал св. Мелитон епископ сардийский (в Лидии). Поликрат, эфесский епископ, в своем послании на запад называет его мужем исполненным Духа Св.373, а по свидетельству Тертуллиана, его называли пророком.374Он получил обширное образование, – ораторское375, философское и особенно по предметам св. веры.376Святая любовь к памятникам веры Откровенной заставляла его предпринять путешествие по востоку. «На том самом месте, как сам он говорит, где происходили проповедь и события, и изучал книги ветхого завета». Возвратясь в отечество со списками св. книг, он сделал «извлечения» из св. писания в в книгах «о Спасителе и о всей вере нашей».377При Имп. Марке Аврелии, как Пастырь уважаемый церквами малой Азии, св. Мелитон в духе евангельском прекращал спор о времени празднования пасхи, волновавший лаодикийскую церковь по смерти ее пастыря мученика Сагария.378Евсевий в своей хронике пишет: «в 237 Олимпиаду (169–172) Мелитон сардийский подал (επεδωκεν) Антонину апологию за христиан».379Выражение «подал» подает мысль о том, что св. Пастырь путешествовал в Рим, чтобы явиться Императору для представления ему апологии. Неутомимую и многостороннюю заботливость св. Мелитона о вере и церкви Христовой показывают самые сочинения его. Он блаженно почил вероятно в 177 г.380и погребен в Сардах, «ожидая, как говорит Поликрат, посещения с неба».381

Самая большая часть сочинений св. Мелитона потеряна для нас; но названия сочинений, показываемые у Евсевия и других382, дают видеть по крайней мере то, какими предметами занимался великий учитель. По названиям сочинений, деятельность его обращена была: а) на св. писание, оставив списокканоническихкниг и сочинения:О жизни пророков, об Апокалипсисе Иоанна, Ключ; б) он писал апологию вере; в) для учения о вере сочинения его:о церкви, о пророчествах, о покорении чувств вере, об истине, писанные вероятно против Монтана; сочинение περι ενσωματϨ ΘεϨ без сомнения не означает размышления о телесности Божьей «а говорит овоплощенном Боге». В другом сочинении св. Мелитон прямо говорит, что слова писания, где Бог изображается в человеческом виде, с членами телесными, не следует проникать в собственном смысле383; потому и отзыв Оригена, будто Мелитон приписывал Богу телесность, вовсе не верен, составляя плод излишней любви его к аллегоризму384; другие догматические сочинения св. Мелитона:извлеченияиз св. книго Спасителе и о всей нашей вере, о воплощении Христовом, о рождении Христовом, о страдании Христовом, о природе человека, о душе и теле, о творении, о крещении, о дьяволе, писаны конечно против маркионитов и других гностиков. г) Обрядовым сочинения: о Пасхе, одне воскресном.д) Нравственного содержания – остраннолюбии.

Сохранившееся предисловие к извлечению из св. книг содержат в себе драгоценное для св. церкви известие оканонесв. книг. Это – самый первый из дошедших до нас христианских списков канонических книг В. Завета. Вот порядок и названия канонических книг по описанию Мелитона: «пять книг Моисея – Бытие, Исход, Левиты, Числа, Второзаконие, – Иисус Навин, Судии, Руфь, четыре (книги) царств, две Паралипоменон,

Псалмы Давидовы, Σαλωμοωος παροίμιαι αἴ και σοφία, притчи Соломоновы, oни же и премудрость, Екклезиаст, Песнь песней, Иов, Пророки – Исаия, Иеремия и 12 малых в одной книге, Даниил, Езекиил, Эздра».385Заметим, что а) Мелитонов канон есть канон древней Иудейской церкви: если будем считать у него, как считали в древней церкви386, две книги царств и одну Паралипоменон: то выйдет число всех книг канона 22, то самое, какое было известно у Иудеев. б) Когда Мелитон говорит: Σαλωμοωος παροίμιαι αἴ και σοφία, то под премудростью вовсе не разумеет известную ныне книгу Премудрость, а самую книгу Притчей называет Премудростью. Таков и грамматический смысл слов его и точно также называли книгу Притчей Премудростью Егезип, Ириней и другие.387И у самого Мелитона места из книги Притчей приводятся под именем книги Премудрости.388в) У Мелитона не поименована в числе канонических книг книгаНеемии: но она и в древней Иудейской церкви составляла одну книгу с книгой Эздры, также какплач Иеремиисоставлял одну книгу с пророчествами Иеремии. г) КнигаЕсфирипропущена в нынешнем тексте Мелитоновом, по всей вероятности, только по ошибке писца, так как иначе не выходило бы Иудейского счёта 24 книг канона.

Сочинение –Ключ, сохранившееся в латинском переводе, есть ничто иное, как библейский предметный словарь, в котором объяснены библейские наименования предметов. Сочинение состоит из 19 глав: в первой – слова о Боге, во второй – о воплощенном Сыне Божьем, в 3-й – о высших творениях, в 4-й – о днях, годах и временах, в 5-й – о числах, в 6-й – о мире и частях его, в 7-й – о деревах, в 7-й – о разных родах людей, в 9-й – о названиях строений и т.д.389

Апология св. Мелитона сохранилась в частях, частью в подлиннике, частью в сирском переводе.390

«Бесстыдные доносчики, пишет св. Мелитон, жадные до чужого, находя благоприятный для них повод в Императорских указах, явно разбойничают, днем и ночью грабят людей невинных... Если это делается по твоему повелению, пусть делается, в порядке: но быть не может, чтобы Император справедливый захотел несправедливого. Мы охотно получаем награды за такую смерть, но просим тебя об одном, чтобы ты сам наперед узнал подвижников такой твердости... наша философия первоначально процвела среди варваров, потом в могущественное правление Августа, предка твоего, встретилась с подвластными ему народами – и стала добрым покровом для твоего царства». Далее сказав, что эту философию гнали только такие люди, каковы Нерон и Домициан, пишет: «Мы не чтим камней бесчувственных, но чтим Единого Бога, который прежде всего и выше всего, и Христа Его – истинного Бога, предвечное Слово.391Христианский пастырь с любовью и светлым взглядом на предмет старается убедить Императора философа в необходимости признавать единого Бога. «Трудно, говорит он, вводить на путь истины того, кто долгое время находился в заблуждении. Но это – возможно. Кто понемногу начинает признавать заблуждение, он начинает вспоминать об истине. Некоторые думают, что если заблуждаются они вместе со многими, то не оскорбляют правды. Нет, не могу извинить их. Если велика глупость одного, тем тяжелее глупость многих. Глупостью называю, если человек отступает от истины и принимает то, чего нет. Действительность же подлинная то, то есть Бог. Все существует Его силой; Он не создан и не начинал быть, Он от вечности и до век. Он пребывает неизменный, когда все изменяется, не зрим очами, но объемлем умом, не изобразим словом... Если же кто, отступая от света, называет Богом чтό либо другое: он признает тварь Богом. Что такое – боги языческие? Умершие люди. Что такое идолы? дерево или металл. Стыдно свободному уму служить такой осязаемой лжи; стыдно не узнавать Того, Кого так не трудно узнать и в душе своей и в целом мире. Некоторые говорят: мы чтим то, чтό предали отцы. Зачем же дети бедняков или людей необразованных снискивают богатство или образование? зачем дети слепцов видят и дети хромых ходят? Нет, правда не требует того, чтобы человек следовал предкам худо жившим; она требует, чтобы отступил он от их пути, дабы не погибнуть как они. Если отец твой шел прямой дорогой: иди и ты; но если шел худым путем, уклонись от того пути и иди прямой дорогой, тогда и дети твои пойдут за тобой. Скорби о том, что отец твой был в заблуждении, – эта скорбь может быть полезна ему. А детям твоим говори: Бог есть отец всем, Бог – без начала и не создан, все подчинено воле Его. Если этому научишься, о Император Антонин, и с тобой дети твои: передашь им в наследство сокровища, которые не погибают, спасешь душу твою и души детей твоих от того, что случится со всеми обитателями земли на праведном суде.392

Анастасий Синаит сохранил драгоценное место из третьей книги Мелитоновой овоплощении Христовом(περι σαρκωσεως ΧριςϨ), писанной, как говорит он, против Маркиона. Здесь св. Мелитон учить: «Для не лишённых смысла не нужно тем, чтό творил Христос после крещения, доказывать действительность чуждую прозрачности (αληθες και αφανταςον) души и тела Его и одинаковость человеческого естества Его с нашим. Дела Христовы после крещения и особенно чудеса показывали и доказывали миру, что во плоти Его сокрыто Божество. Будучи Богом и вместе человеком совершенными Он явил нам два свои естества, Божество – чудесами, совершенными в три года после крещения, а человечество – в те 30 лет, когда немощь плоти скрывала знамения Божества Его, хотя Он был истинным Богом предвечным».393Вот как учили учители 2 века о Христе Иисусе, когда говорили они не пред язычниками! Не без значения слова Мелитона для евангельской истории; особенно же важны они для догматического учения. Ими обличаются и Apий и Несторий и Евтихий! Не даром писал Евсевий: «кто не знает сочинений Иринея и Мелитона, в которых они проповедуют, что Христос есть Бог и вместе человек»?394Не сомневаемся, что он имел в виду преимущественно приведенные слова Мелитона.

С именем Св. Мелитона известно еще сочинение: о взятии или прехождении блаженной Марии Матери Божьей.395Она встречается и в славянских рукописях. Но это сочинение без сомнения не принадлежит Св. Мелитону сардийскому, знаменитому пастырю 2 века. Составитель сей книги худо знал о времени Мелитона, если выставлял Св. Мелитона сардийского современником Ал. Иоанна и других Апостолов. Впрочем это не препятствует признать сведения об успении Богоматери, помещенный в этом сочинении, за достоверные. Они согласны с другими памятниками древности и книга писана именно с тем, чтобы исправить лживую повесть о том же Левкия.396

Современником Св. Мелитона был Св. Дионисий, украшавший коринфскую церковь в сане пастыря ее.397Вступив на кафедру в 171 г.398, он «вдохновенную свою деятельность простирал щедро не только на подчиненных ему, но и на посторонних, стараясь быть полезным для всех».399По словам Иеронима славные подвиги его относились ко временам М. Аврелия и Коммода400; он скончался мученически ок. 182 г.401

Из послания его к Римлянам сохранились следующие слова: «издревле ведется у вас обычай оказывать всем братиям различные благодеяния и посылать пособия многим церквам, в каких бы городах они ни находились. Так вы облегчаете бедность нуждающихся и доставляете необходимое братьям, работающим в рудниках. Посылая свои пособия, вы как римляне, соблюдаете отеческий обычай своих предков римлян. Блаженный епископ ваш Сотир не только сохраняет этот обычай, но еще усилил его, частью тем, что посылает дары святым в большем обилии, а частью тем, что принимает братьев-странников, как нужный отец детей, и утешает их боголюбезными словами... Ныне праздновали мы священный день Господний. При этом читали мы послание ваше. Мы будем читать его и после наравне с посланием Климента, писанным к нам прежде... Таким увещанием вашим вы соединили жатву, возросшую от cеяния Петра и Павла, т.е. римлян и коринфян. Оба они, быв в вашем Коринфе, насаждали семена учения и наставили нас. И в Италию отправились оба и после того, как также наставили и вас, в одно и то же время претерпели мученичество... Я писал, по просьбе братий, послания. Но посланные дьявола наполнили их плевелами, иное исключили из них, другое прибавили. За это горе им! И так неудивительно, если некоторые решились портить писания Господни, когда были умыслы на книги такие неважные».402

Евсевий перечисляет семь других посланий Св. Дионисия. К сожалению он только кратко говорит о содержании их. Остается довольствоваться немногим дорогим. «Из посланий Дионисия, пишет он, одно письмо кЛакедемонянам, заключает в себе оглашение в правой вере и увещание к миру и единению. Другое кАфинянамвозбуждает к вере и жизни согласной с евангелием. Здесь упрекает он афинян за то, что они, пренебрегая таковой жизнью, почти отпали от веры, с тех пор, как предстоятель их Публий принял мученическую смерть в бывшее гонение. Здесь же упоминает он и о Кодрате, который после мученической кончины Публия поставлен был у них епископом и при этом свидетельствует, что его ревностью они снова были собраны и укреплены в вере. Потом говорит, что Дионисий Ареопагит, обращенный к вере, по сказанию Деяний апостольских, Павлом, был первым епископом афинской церкви. Есть еще послание кНикомидийцам, в котором он, опровергая ересь Маркиона, твердо стоит за правило веры. В послании к церквиГортинской, а вместе и к другим, находящимся на острове Крите, хвалит он епископа Филиппа, так как при нем церковь его прославила подвигами мужества и убеждает оберегаться коварства еретиков. В послании кАмастрийскойцеркви и вместе с прочими в Понте он упоминает о Вакхилиде и Элписте, побуждавших его написать послание, предлагает толкование на священные писания, называет по имени епископа их Пальму, много говорит им о браке и о чистоте и заповедует снисходительно принимать обращающихся после падения, преступления ли или еретического заблуждения. Между посланиями есть послание его кГносейцам, в котором убеждает епископа их Пинита не неволить братию к тяжкому игу девства, но иметь в виду немощь многих... Наконец есть и еще послание Дионисия к Христофоре, верной сестре, в котором наставляет применяясь к ее нуждам преподает приличную духовную пищу.403

В той же малой Азии, где подвизался св. Мелитон сардийский, в одно время с ним действовал к славе имени Христова св. Аполлинарий иерапольский.404Современная церковь видела в нем твердый оплот против современных еретиков, как и против скорбей, воздвигавшихся язычниками.405«Сверх знания веры он был обогащен и внешней образованностью».406– Монтан тогда только чтό начинал проповедовать свое учение. Аполлинарий, еще священник при Святителе Аверкие иерапольском, по воле пастыря своего, с твердостью обличал заблуждения Монтана407и по его же воле написал обширное обличение нечестивым своеволиям Монтанистов.408В сане епископа иерапольского он собрал в Иераполь 20 епископов, «отсек (от церкви) Монтана и Максимиллу лжепророков, которые богохульно, или как говорит сам св. Отец, беснуясь извращали жизнь».409Хотя после знаменитой войны с Квадами и Маркоманнами (174 г.), где войско М. Аврелия спасено было молитвами христиан воинов410, философ Император запретил преследовать христиан за веру411: но такова философия человеческая, – Император философ не имел твердости не согласиться на изменение своего закона и христиан снова стали мучить.412Христианский пастырь, одушевленный святой ревностью, подал (в 176 г.) Императору апологию, где выставлял ему заслугу христианского легиона.413Год блаженной кончины его неизвестен.414

Св. Аполлинарий был один из плодовитых учителей церкви. Евсевий пишет: «из сочинений Аполлинария, которых много сохранилось у многих, до нас дошли следующие: слово к покинутому Императору (М. Аврелию); пять книг против язычников, две об истине и две же против иудеев и сочинения, писанные им против фригийской ереси».415Феодорит читал сочинение его против севериан, отрасли энкратитов.416

Сократ поставляет Аполлинария иерапольского между теми учителями, которые «утверждают в своих сочинениях, как нечто единодушно исповедуемое нами, что вочеловечившийся принял и душу».417

«Пусть пред Богом скажут нам, писал Аполлинарий, кто из всех их предвещателей, начиная с Монтана и его женщин, гоним был иудеями или убит нечестивыми? Никто. Кто из них взят был за имя Христово и распят на кресте? Опять никто. Была ли когда какая женщина бичуема или побита камнями в синагогах иудейских? Нигде, никогда».418

В пасхальной хронике сохранились отрывки из Аполлинариева сочинения о Пасхе, где есть относящееся и до св. Веры. «Некоторые, пишет древний учитель, по неведению поднимают спорь об этом. Они достойны прощения, потому что неведение требует не наказания, а вразумления. Они говорят, что Господь вкушал пасхальный агнец с учениками своими, а пострадал в великий день опресноков: так, по их разумению, говорит Матфей. Но их толкование несогласно с законом и, как кажется, вводит несогласие между Евангелиями. – В 14 день Господь наш, истинная пасха, великая жертва, связан вместо агнца; Сын Божий связавший крепкого, осужден; судия живых и мертвых предан в руки грешников, дабы быть распятым; вознесен на рог единоpoгий, прободен в святой бок, источивший из ребра своего очищение, воду в кровь, слово и дух, погребен в день пасхи с возложением камня на памятнике».419

Св. Ириней, по собственным словам его, «еще в первом своем возрасте слушал старца Поликарпа смирнского»420, в малой Азии; там же слушал и других учеников Апостольских.421Сочинения его показывают, что он получил полное образование того времени; коротко знаком был с древними поэтами, философами, со всеми современными мнениями, вступавший в связь с христианством. Тертуллиан называет его самым пытливым исследователем всех ученей, – omnium doctrinarum curiosissimus explorator422; a блаж. Иероним представляет его в пример любви к изучению философии.423

С востока он послан был в Галлию Св. Поликарпом424, вероятно для вспомоществования Св. Пофину, епископу лионскому, в проповедании веры. Поставленный Пофином в пресвитера425, он особенно во время свирепствовавшего (в 177 г.) в Галлии гонения показал «ревность свою к завету Христову».426Когда в это гонение вместе с многими своей паствы мученически скончался Св. Пофин лионский епископ, Ириней (в 178 г.) избран в преемники ему.427

В сане епископа он действовал с полной ревностью для славы Господа своего. «В короткое время он проповедью преобразовал весь город в город христианский».428– Когда на берега Роны принесли с собой свои плевелы последователи Валентина, Св. Ириней преследовал их в своей пастве и устными и письменными обличениями429, преследовал посланиями в Рим.430В это-то время писаны были им знамениты и книги его в обличение лжеименному разуму».431

Римский епископ Виктор позволил себе дойти до того, что произнес (около 196 г.) отлучение на целые церкви восточные за то только, что те не согласились с ним во времени празднования пасхи.432– Св. Ириней показал тогда в себе, каков должен быть истинный христианский пастырь в подобных случаях. – Он кротко, но с твердостью, обличал немиролюбивого и заносчивого епископа, представлял несообразность действия его с духом Христовым, вразумлял в значении разности касательно предметов подобных празднованию пасхи, писал о споре к другим епископам и наконец довел Виктора до того, что тот примирился с востоком.433

В жестокое гонение Септимия Севера (202 г.) церковь лионская подверглась страданиям более, чем какая-либо другая.434Св. Ириней перешел ко Христу с тысячами чад своих435, для принятия почестей Пастыря мученика.436

Св. Ириней писал весьма много сочинений. На одни известны ныне только по названиям, от других уцелели незначительные отрывки.437В целом виде дошло до нас одно сочинение его – против ересей, но сочинение обширное и весьма важное.438Сочинение против ересей или, как называется оно самим сочинителем439, «обличение и опровержение лжеименного знания» (ελεγχος κὰι ἀνατροπη τής ψευδωνύμϨ γνώσεως)  – писано на греческом языке и сочинитель извиняется в недостатках искусства по языку, представляя то, что большей частью говорит он «на языке варварском» на латинском.440До нас дошел грубый, но весьма древний, латинский перевод сочинения; подлинник же – только в отрывках. Подлинность сего сочинения доказывать излишний труд, хотя Землер и восставал против нее с сомнениями. До нас дошли извлечения из сего сочинения; сделанные Тертуллианом441, Киприаном442, Евсевием443; Епифанием буквально перенес в свое сочинение о ересях всю первую книгу Иринея против ересей.444Оставляем другие свидетельства.445

Сочинение против ересей состоит из пяти книг. Впервойкниге сочинитель говорит о валентинианах, что они, как доказал он, извлекли учение свое из всех ересей гностических. Излагает учение их о Боге, об эонах, о мире и душе, о Христе и спасении. (§ 1–31). За тем, противополагает им верование церкви, – ее символ веры (§ 10); указывает на разноречия и противоречия еретиков между собой; выставляет генеалогию еретиков (§ 10–28). И за тем выставив еще несколько мнений гностических о Боге и мире, оканчивает первую книгу учением канаитов (29–31).

Вовторойкниге опровергает мечтания валентиниан об эонах и доказывает несообразность их с здравым понятием о Боге (1–12); разбирает частные мысли об эонах, показывая чистый произвол и неосновательность их (12–19). Опровергает доказательства, которые извлекали они для себя из св. писания, при пособии аллегоризма и говорит, что доказательства надобно брать из ясных изречений писания (20–28). Наконец подвергает критике антропологические мнения валентиниан (29–35). При этом, обличая ложные мнения гностиков о пророчествах, указывает на чудеса, совершающиеся в церкви. «Некоторые, говорит он о верующих своего времени, действительно и истинно изгоняют бесов, и часто случается, что освобождающиеся от них, принимают веру, становятся членами церкви. Другие имеют дар ведения о будущем, прозрения и пророчества. Иные исцеляют больных возложением рук. Многие даже воскрешали мертвых, живших потом несколько лет. Бесчисленны дары благодати, которые получаетцерковьот Бога по вселенной, так что она во имя Иисуса Христа Распятого при Понтии Пилате ежедневно совершает чудеса ко спасению язычников».

Втретьейкниге Св. Ириней опровергает заблуждения на основании св. писания, тогда как доселе поражал еретиков несообразностью их мыслей с здравым смыслом. «Строение спасения нашего, так начинает он, узнали мы от тех же, от кого дошло до нас Евангелие. Они прежде проповедовали его устно, а потом по воле Божьей предали нам в писаниях»... 3а тем передает историческое сведение о порядке происхождения четырех Евангелий (гл. 1). Выставляя на вид, как еретики, когда обличают их писанием, обращаются к преданию, а быв обличаемы преданием, обращаются к писанию, Св. Ириней говорит, что предание соблюдается только в Церкви, в которой есть несомненные преемники Апостолов и перечисляет преемников (гл. 2. 3). Обращаясь к св. писанию, объясняет различные изречения. И так как еретики того времени, точно также как нынешние неологи, в оправдание своих произволов, говорили, что Апостолы в учении своем приспособлялись к народным мнениям, Св. Ириней говорит им: «Господь наш Иисус Христос есть Истина (Ин.14:6) и лжи в Нем нет. И Апостолы, будучи учениками истины, чужды были всякой лжи. Истина не имеет общения с ложью, как свет с тьмой... Здесь-то особенно имеет место закон, поражающий проклятием всякого, кто прельщает слепого в пути (Втор.27:18). Быв посланы взыскать заблудших, просветить слепых, могли ли Апостолы говорить с таковыми по их мыслям, а не по самой истине? И люди поступили бы не справедливо, когда бы слепым, готовым пасть в бездну, советовали не оставлять стези опасной. Господь есть врач, приходивший исцелить болящих; Он сам говорит: не пришел я призвать праведных, но грешных в покаяние (Лк.5:32). Господь сообщил ученикам своим познание, и чрез него врачевал болящих, и грешников удерживал от грехов (гл. 4). Далее рассматривает учение писания о Творце мира (гл. 5–15). На основании учения Апостольского опровергает учение гностиков о лице Иисуса Христа, доказывая, что Един и тот же есть Иисус Христос истинный Бог и истинный человек; разбирает пророчество Исаии о рождении Эммануила от Девы и показывает цель пришествия Христова на землю (гл. 16–25).

Вчетвертойкниге, доказывая против еретиков, что по учению Спасителя и Пророков, Един есть Творец Бог, объясняет от чего зависит согласие В. Завета с Новым, и именно показывает, что Христос являлся и открывал истины Патриархам и Пророкам, и что Он исполнил, но не разрушил, закон (гл. 1–12); объясняет превосходство Евангельского закона пред постановлениями В. Завета (гл. 13–28), а исполнением пророчеств в Н. Завете подтверждает связь Заветов (гл. 29–36). Наконец, защищая свободу человека, Ириней решает вопрос: почему Бог в начале не сотворил человека совершенно неизменным, а способным к добру и злу? (гл. 37–40).

Впятойкниге доказывает Валентину воскресение мертвых силой Евхаристии. «Когда растворенная чаша и хлеб приемлет Слово Божье и становится Евхаристией тела и крови Христовой, коими умножается и укрепляется состав плоти нашей: как же говорят, что плоть не участвует в даровании Божьем – в жизни вечной, если она питается телом Христа самого и есть член его?». То же доказывает всемогуществом Божьим и обитанием благодати в теле верующего (гл. 3–10); в обличение того же Валентина объясняет учение о первом грехе и воплощении Сына Божьего (11–17), об отношении верующих к Христу и диаволу (18–36). Таково содержание обширного соединения против ересей!

Св. Ириней в деле с еретиками пользуется всею обширностью познаний своих, с диалектической тонкостью проследует врагов на всех путях их мысли: но везде обнаруживает преимущественно один отличительный характер – простую душевную любовь к преданию Апостольскому. Сей отличительный дух свой выразил он сам в одном своем письме, где так пишет о себе уже в старости: «я был отроком, когда видел тебя (Флорина) у Поликарпа. Я помню, чтό тогда происходило, более, нежели что ныне происходит. И теперь я могу описать тебе места, где обыкновенно сидел и беседовал бл. Поликарп; могу описать образ жизни его, вид тела, наставления, которые говорил он народу, близкое обращение, какое, как говорил он, имел с Иоанном и с прочими видевшими Господа, и все, чтό вспоминал он о сих словах, чтό слышал от них о Господе... Я слушал это тогда, по милости Божьей, с ревностью, и писал не на бумаге, а на сердце».446Быв свидетелем гибельных следствий, к которым приводил мечтательный гностицизм, домогавшийся преобразовать учение Христово, св. Ириней убеждал всего более обращаться к простой вере в Слово Божье и к руководству церкви. «Здравый, идущий безопасным путем, разум, говорил он, занимается только тем, чтό Бог дал во власть человеку и подчинил нашему ведению; а это есть то, чтό пред вашими глазами, чтό открыто и ясно выражено в св. писании. Лучше быть невеждой, а любовью приближаться к Богу, нежели слыть многосведущим и быть вместе врагом Божьим». Приводя после сего слова Апостола: знание надмевает, а любовь созидает, он так объясняет мысль Апостола и свою о значении знания: «Это не то значит, что будто он (Апостол) жалуется на истинное знание о Боге, – иначе он жаловался бы на себя, но то, что он знал, как некоторые надменные знанием отпали от любви к Богу».447Разнородным умствованиям гностиков св. Ириней противополагает единую истину Христову, проповедуемую Церковью по всей вселенной. «Церковь, говорит он, рассеяна по всей вселенной: но соблюдает веру, как будто занимает она один дом. Она одинаково верует, как будто имела одно сердце, одну душу. Проповедует единогласно, как будто одни у ней уста. Как солнце – творение Божье – одно и то же во всем мире: так одна и та же проповедуемая вера сияет повсюду, всех просвещает, приводя к познанию истины».448Основанием тому, почему в Церкви сохраняется одна и та же вера, он представляет две истины: в Церкви Слово Божье и в ней же поставляются тем же Духом Божьим учители веры. В Церкви, говорит он словами Апостола, Бог положил Апостолов, Пророков, учителей (1Кор. 12:28). «Где Церковь, там и Дух Божий, и где Дух Божий, там и Церковь и всякая благодать.449Должно повиноваться Пресвитерам Церкви, происходящим преемственно от Апостолов, и по благоволению Отца, вместе с преемством Епископства, получившим истинные дары».450«Основаться на Божественном писании, которое есть известная и несомненная истина – означает созидать дом свой на твердом камне: а оставив сие основаться на каких-либо мнениях – означает – готовить себе погибель».451

О ветхозаветном каноне св. писания св. Ириней не передает определения Церкви: но о Евангелиях прямо говорит, что их не более и не менее, как четыре.452Апокалипсис и три посланы Иоанна приводит под определенным наименованием писаний Иоанна ученика Господня.453В сочинении против ересей не приводит он мест из послания к Евреям: но говорил о нем, по свидетельству Евсевия, в книге различных мыслей, не дошедшей до нас.454

Превосходное обличение его всем реформаторам веры, принимающим на себя поправлять учение Апостолов, будто бы писавших только приспособительно к своему времени, мы уже видели.455Вот еще слова его о том же: «Безумно утверждать, как однако ж дерзают некоторые, выдавая себя за исправителей самых Апостолов, будто Апостолы проповедовали Евангелие, не получив полного и совершенного ведения. После воскресения Господа нашего Апостолы чрез нисшествие на них Духа святого получили силу свыше и исполнились всеми дарами Его. С того времени они обладали совершенным знанием и, разойдясь по всем концам земли, возвещали о дарованных нам Богом благах».456

Подробно объяснял св. Ириней отношение В. Завета к Новому457; ясно и отчетливо излагал учение о Боге творце мира и человека458, о Божестве Сына Божьего и о лице Христа Иисуса459, о воскресении мертвых460и о Св. Евхаристии.461

Весьма замечателен символ веры древней Церкви, выставляемый св. Иринеем в обличение произволам еретиков.

«Церковь, пишет он, рассеянная по всей вселенной до концов земли, от Апостолов и учеников их приняла веру: во единого Бога Отца, Вседержителя, сотворившего небо и землю и моря и все, что в них находится, и во единого Христа Иисуса, Сына Божьего, воплотившегося для нашего спасения, и в Духа Святого, чрез Пророков предвозвестившего пришествие и рождение от Девы и страдание и воскресение из мертвых и во плоти вознесение на небо возлюбленного Христа Иисуса Господа Нашего, а также и явление Его с небес во славе Отчей, чтобывозглавить всяческая(Еф.1:10) и воскресить всякую плоть человеческого естества, да пред Иисусом Христом Господом нашим и Богом, Спасителем и Царем, по благоволению Отца невидимого,преклонится всяко коленои да сотворит Он суд над всеми; духов злобы ангелов, согрешивших и отпадших, а также неправедных, нечестивых и богохульных людей пошлет Он в огонь вечный, напротив праведным и святым, соблюдавшим заповеди Его и пребывшим в любви к Нему дарует жизнь, нетление и вечную славу».462

Клерик резко обвинял св. Иринея в том, будто он приводит в доказательство аллегории. Правда, он иногда пользуется аллегорическим толкованием писания в обличениях еретикам: но редко и только тогда, как есть случай воспользоваться против врагов собственным их оружием. Сам же он не был расположен к аллегорическим созерцаниям и обличал еретиков за произвольное толкование Притчей.463Не отвергая того, чего не отвергнет и каждый здравомыслящий, т.е. что и по началам психологическим и по началам веры есть иносказательный образ мыслей, он справедливо замечал: «Образ [τύπος] по содержанию и сущности своей несколько различен от подлинника; а по облику и очертанию он имеет сходство с ним и сходными чертами представляет настоящим то, чтό еще не есть настоящее».464Ошибки Иринея были другого рода. Относительно некоторых предметов, но несущественных предметов веры имел он свои мнения, как на пр. о тысячелетнем царстве Христовом465, о телесности духов.466

Второй преемник Св. Феофила на антиохийской кафедре, блаж. Серапион, был в числе знаменитых современных пастырей Церкви, каковы Аполлинарий и Ириней.467Вступив в управление Церковью после Максимина в 198 г.468он со всею ревностью подвизался против монтанистов. Созвав на собор окружных пастырей, он предложил им обличительное послание против монтанистов и это послание подписано было всеми членами собора.469«К антиохийской церкви, по успокоении Серапиона, принял епископство Асклепиад и во время гонений также прославился исповеданием». Эти слова Евсевия показывают, что Св. Серапион терпел и страдания за веру Христову; но он почил мирно в 211 году.470

«Известны слова Серапиона о подвижничестве» говорит Евсевий471, а Иероним пишет: «читаются краткие письма его о подвижничестве».472«Может быть, у других, продолжает Евсевий, сохраняются и другие сочинения его. До нас дошли послание его к Домнину, во время гонения отпавшему от веры Христовой в Иудейскую». Иероним называет это сочинению книгой. «Кроме того, говорит далее Евсевий, есть книга о евангелии Петровом, с обличением лжи ее. Эту книгу написал он для некоторых из приезжавших к росской церкви (в Киликии), уклонившихся по поводу той книги от правой веры».

«Мы братия, писал Святитель, принимаем и Петра и прочих Апостолов, как самого Христа. Но если чтό несправедливо носит на себе имена их: мы как опытные отвергаем, зная, что это не предано нам. Быв у вас, я думал, что вы держитесь правой веры и не рассмотрев поданного мне евангелия под именем Петра, сказал: если вы полагаете, что только это причиняет между вами несогласие, то пусть читают его. – Но теперь, узнав из рассказов, что их ум заражен некоторой ересью, я опять постараюсь быть у вас; ожидайте меня братия, в скором времени. Мы узнали, братия, к какой ереси принадлежит Маркион и как он противоречил самому себе, не понимая, что говорит; узнаете это и вы из нашего послания. Нам привелось достать это самое евангелие у тех, которые трудились над ним, именно у учеников, предшествовавших Маркиону, и известных у вас, под именем докетов, (потому что многие их мнения заимствованы из учения этих еретиков). Мы прочитали его и нашли, то хотя многое в нем согласно с истинным учением Спасителя, однако есть нечто в несогласное, на чтό и указываем вам».473

Когда Сократ свидетельствовал, что в числе прочих и Серапион антиохийский епископ выставлял общую веру церкви в то, что Христос, как человек, имел человеческую душу: то по содержании сочинения о Петровом евангелии надобно положить, что эту самую книгу имел и он в виду.

Одним из знаменитых учеников св. Иринея был св.Ипполит474, по словам Иеронима, сенатор римский и потом епископ.475Одним из главных подвигов его был подвиг против Ноэта. Следовавшие одним за другим римские епископы Зефирин (201–218 г.) и Каллист (219–223 г.) упорно защищали ересь Ноэта. Так пишет сам Ипполит в 5 книге против ересей. Тогда не думали, что Папа – непогрешим, – Зефирин и Каллист следовали самой злой ереси, извращали веру в самом важном ее предмете, – в догмате о Сыне Божьем. Св. Ипполит с твердостью обличал нечестие ереси, как в Ноэте, так в его учениках Зефирине и Каллисте. Так пишет он сам. В царствование Александра Севера Ипполит писал свой пасхальный круг; а супруге Императора Филиппа (с 244 г.) Императрице Севере посылал он послание.476Самое место кафедры его сближало его с двором императорским. Он был епископом, как говорят древние, пристани римской477, или иначе епископом пристани близ Рима478; епископская кафедра св. Ипполита найдена была на дороге Тивуртиевой, на Веровом поле.479Пруденций в своем гимне Св. Ипполиту пишет, что Ипполит скончался мученически в Остийской пристани, и останки его положены на Веровом поле, – на кладбище; он же, воспевая подвиги его, называет его святым учителем, пастырем тщательным, а язычники в том же гимне называют Ипполита главой поклонников Христа, т.е. Епископом. Отселе видно, что Ипполит епископ, коего кафедра найдена на кладбище Веровом, и Ипполит, воспеваемый Пруденцием, есть одно и то же лицо. Пруденций пишет: «последний глас почтенного старца был слышан такой: пусть они растерзают члены, а Ты, Христе, прими дух мой».480Иероним и Феодорит также называют св. Ипполита Мучеником481: но и они не показывают времени кончины его.482

Имя св. Ипполита, как учителя церкви, было именем громким.Феодорит483считает его между такими великими отцами, каковы были Игнатий и Ириней.Aнастасийисповедник называет егосвященнейшим и великим мужем, верным свидетелемистины.484Иероним, именуя его мужем знаменитейшим, пишет, что он, не только приобрел у Иринея искусство учителя веры; но имел обширные сведения в философии и в различных светских науках.485И верность истине Христовой и обширную ученость показывают в Ипполите самые сочинения его, за которым, по отзыву Фотия486, остается еще и то преимущество, что; при ясности мысли и слоге изящном, в них ничего нет, чтό не относилось бы к цели.

Сочинениясв. Ипполита исчислены на помянутой мраморной кафедре, и это показание, согласное с показанием Евсевия и Иеронима, дополняет несколькими сочинениями список историков, сознавшихся, что им известны не все сочинения Ипполита и взаимно объясняется показаниями историков.487

По содержанию, сочинения Ипполита можно разделить на историко-канонические, догматико-полемические и толковательные; по образу изложения следует отличить Беседы Ипполита.

В первом отношении ныне известны его сочинения оПасхеи собраниеправил благочиния Апостольского.488По словам Евсевия Иеронима, Ипполит писал два сочинения о Пасхе: в одном описал счисление времени от Адама до императора Александра Севера и представил шестнадцатилетний круг; первая часть сего сочинения с именем хроники потеряна; думают видеть ее в хронике Ипполита фивского, но напрасно489; последняя часть сохранялась на кафедре Ипполита. Это самый первый опыт составления круга пасхального из всех христианских опытов в сем роде. Ипполитов пасхальный круг обнимал 16 лет, по истечению которых 14 дню луны надлежало возвратиться к тому же дню месяца; но так как это не всегда могло случаться, то круг распространен Ипполитом на 112 лет; пределами Пасхи положены здесь 21 день марта и 13 апреля; если же случилось бы, что 14 день луны приходился в субботу, в таком случае Пасху надлежало праздновать чрез неделю после того, в день воскресный, чтό сходно было с древним римским обыкновением.490Понятно, что труд сей предпринимаем быль св. Ипполитом по случаю споров о времени празднования Пасхи. На востоке в это время во многих церквах праздновали Пасху вместе с Иудеями в 14 день Нисана; на западе же в первый следовавший за тем день воскресный. Поелику же и это последнее обыкновение не у всех являлось в одинаковом виде, требуя для определенного единообразия сведений хронологических и астрономических: то св. Ипполит в руководство к определенному назначению дня Пасхи составил пасхальный круг. Другого сочинения оПасхесохранилась часть в хронике Александрийской: здесь показывает Ипполит, что Спаситель пред страданиями своими не совершал Пасхи вместе с Иудеями.

В надписи на кафедре читаются слова: περὶ χαρισμάτων Αποςολικὴ παράδοσις. В разных греческих рукописях491читаются сперва: διδασκάλια τ. ὰγίων 'Άποςόλων περὶ χαρίσματων, потом – διατάξεις τῶν ἄγιών 'Άποςόλων περὶ χειροτονίων δὶα 'ΊππολίτϨ. Первая составляет 1 и 2 главы напечатанной 8 книги постановлений Апостольских. Вторая же составляет в той же 8 книге главы 4. 5. 16–28. 30. 31. У Коптов также известны доселе «38 правил Абулида Ипполита»; на Сирском, известны «постановления Апостолов, (переданные) Ипполитом», а на Арабском «учение Апостолов (переданное) Ипполитом». Текст греческих рукописей тот же, чтό и в изданной 8 книге постановлений, исключая незначительные разности.492Фабриц издал текст Апостольского учения о дарованиях и хиротониях, между сочинениями св. Ипполита. Ничего основательного нельзя представить против подлинности сего сочинения: напротив известно, что во время Ипполита еретики издавали постановления под именем Апостольских и это без сомнения могло расположить св. Ипполита к тому, чтобы описать чистые предания Апостолов, по сведениям, дошедшим до него от Иринея и подобных ему. Заключение второго сочинения ясно показывает, что сочинитель имел в виду монтанистов.

Из числа догматико-полемических сочинений св. Ипполита ныне известны то в целом, то в частях: а)о воскресении, б)против Иудеев, где пророчествами доказывается достоинство Мессии Иисуса, в) противПлатонао начале мира, где Ипполит пишет: «мы верим, что тело воскреснет не такое, каково ныне, но чистое и не подлежащее повреждению. Всякому телу возвратиться своя душа... Все, праведные ли или неправедные, поставлены будут пред Богом Словом. Он Судья придет сотворит над всеми праведный суд Отца»... Души праведных до общего воскресения остаются в некотором месте покоя, не восходя на небо», г)против ересей, д)против Верона и Гелика, е) сочинениео Христе и Антихристеи ж)Беседа на Богоявление('Εις  Θεοφανειας). Последние четыре сочинения очень важны и должны быть ближе рассмотрены.

Евсевию, Иерониму и Фотию известно было сочинение св. Ипполитапротив всех ересей493и последний писал: «сочинение против 32 ересей начинается с досифеан и оканчивается Ноэтом и ноэтианами». До недавнего времени известна была по изданиям только последняя часть этого обширного сочинения – рассуждениепротив Ноэта, все же прочее считали потерянным. Но в 1842 г. на Афоне отыскана древняя греческая рукопись, в которой, как оказалось по исследованиям, содержится почти 8 книг из числа 10-ти Ипполитова сочинения против ересей.494Сочинение Ипполитово называется: (φιλοσοφϨ́μενα ἡ κατὰ πασῶν ἀιρέσεων ελεγχος) – «мысли философов, или обличение всех ересей». Первое заглавие относится преимущественно к первой книге, которая заключает в себе прекрасный очерк древней греческой и отчасти восточной философии – картину мыслей относительно важнейших вопросов, постоянно занимавших ум человеческий. Эта картина начертана с тем, как говорит сочинитель, чтобы видели, что у еретиков не было ничего своего, а все украдено было из языческой философии.495Последующие книги заключают разбор всех ересей в том порядке, как они появились со времен Апостольских. В шестой и седьмой сочинитель многое заимствует у своего учителя Иринея. Десятая книга – сокращена всего предшествующего, с пространным обличением Ноэту. Это обличение замечательно особенно потому, что мысли Ноэта – любимые мысли неологов.

Св. Ипполит сначала показывает основания, которые выставил Ноэт для своего учения (§ 1–3). Потом, объясняя изречения Писания, приведенные Ноэтом, противопоставляет ему другие изречения (§ 4–8); как выбор, так и объяснение слов писанию опытного богослова. Следует заметить, что слова о Христе – Боге благословенном во веки (Рим.9:5) св. Ипполит объясняет о Христе Богочеловеке. Далее пишет Богомудрый учитель: «как тот, кто захотел бы изучать мудрость мира, не иначе может достигнуть сего, как изучением философов; так если хотим изучать благочестие, достойное Бога, не иначе, как Божественных писаний должны изучать его. Как благоугодно Отцу, так будем верить; как Он хочет преподавать, так будем принимать. Не по нашей воле, не по собственному ведению, не причиняя насилия тому, чтό Им преподано, но как Сам благоволил Он поучать Священным писанием, так будем мыслить» (§ 9). За тем следует изложение учения о св. Троице по руководству Божественного Откровения.

«Он (Бог) был один и не было Ему ничего современного, когда положил Он сотворить мир. Он помыслил, восхотел, изрек и создал его... ничего не было современного Ему, – был только Он сам. Но Он в единстве был многим (ἀντὸς δε μόνος ῶν πολὺς ἦν); Поелику не был ни без Слова (ἄλογος), ни без мудрости (ἄσοφος), ни без могущества, ни без Совета. Все было в Нем, но Он был все. Но когда восхотел Он по своему изволению, то родил свое Слово, которым создал все... Все сотворение творит Он; Словом родил Он Слово... И вот пред Ним другой. Если же говорю я другой: то не говорю – два Бога; Он как свет от света, как вода из источника, как луч из солнца». В основание сему приводит слова:в начале бе Слово и Слово бе к Богу и Бог бе Слово.«Если Слово было у Бога и было Богом: что это значит? Разумеет ли двух Богов? не о двух Богах говорит, а об одном, во о двух лицах, третье же в порядке существа Божьего есть благодатный Дух Святой. Отец один, но два лица, потому что в Сыне – Бог, а третье лицо Дух святой». В подтверждение Троичности лиц приводит еще повеление о крещении (§ 10–14).

«Новое слово ты вводишь, когда именуешь Сына; Иоанн говорит о Слове, но он говорит здесь аллегорически». Ипполит отвечает: «нет, не аллегорически объясняется он. Представляя нам Слово, которое было в начале и ныне послано, говорит он здесь после того в Апокалипсисе:и видел я небо отверстое, и се конь белый и седящий на нем Верный и Истинный, который праведно судит и воинствует... И облечен Он в одежду, обагренную кровью. И называется имя ему: Слово Божье.(Апок.19:11–13). Видите, братья, как одежда, обагренная в видении, означала плоть, в которой низошло для понесения страдания непричастное страданию Слово Божье» (§ 15). Слова, достойные замечания особенного, как по верному объяснению слов Евангелиста, так и по учению об Апокалипсисе.

«Как может рождать Бог? Ты каждый день видишь причины

относительно человека: но не можешь объяснять, как это происходит» (§ 16). За тем кратко, но с необыкновенной ясностью взора излагает учение о воплощении Бога Слова и цели воплощения. «Будем верить, братия, по Апостольскому преданию, что Бог Слово нисшел с неба в святую Деву Марию, дабы воплотившись из нее и приняв душу человеческую – и я думаю – разумную, став всем тем, чтό составляет человека, за исключением греха, спасти падшего, даровать бессмертие верующим в Него... Как проповедано, так открылся Он видимо, новым человеком из Девы и от Духа Святого, с одной стороны с небесной природой, которую принял от Отца, с другой с земной, как плоть от ветхого Адама чрез Деву. Так Он вступил в мир и открылся видимым Богом в человеческом теле, взошел как совершенный человек; Поелику не призрачно или с изменением, но истинно был Он человеком». Исследования оканчивается славословием Слову: «Ему слава и держава с Отцом и Святым Духом, во святой Церкви, и ныне и во веки веков, аминь» (§ 17–18).496

Сочинениепротив Верона и Гелика, последователей Валентина, дошло до нас только в отрывках.497

Верон с последователями допускал слияние двух естеств во Христе «в монаду действия»; верил, что Слово стало плотью чрез изменение Божества в человечество и человечества в Божество. Главные мысли в дошедших до нас частях сочинения Ипполитова суть следующие: Слово, принимая человечество не потерпело никакого изменения (отрыв. 1); два естества и две воли были не слиянны во Христе. Бог всего стал человеком, дабы страдая плотью, способной к страданию, искупить весь наш род, повинный смерти» (отр. 2). Объясняется, каким образом Бог действовал чрез плоть (отрыв. 3); как в двух естествах оставались неприкосновенными действия их (отр. 4); во Христе одно лицо «плоть не может измениться в Божество» (отрыв. 5). «И так благочестиво исповедуем и веруем, что для спасения нашего и для соединения разрушенного Творец всяческих из Пресвятой присно – Девы (αειπαρθενϨ) Марии, чрез восприятие целое, чуждое изменения, соединив с Собой разумную душу вместе с чувственным телом, стал человеком по естеству, чуждым греха, и вместе Богом Словом».

Сочинение против Верова и Гелика стало быть известным с половины 7 века: но подлинность его от того не подлежит сомнению; Поелику слог его совершенно тот же, чтό и в сочинении против ересей, и обличение Верону в сущности одинаково с учением о воплощении, какое видим в обличении Ноэту, или в Ипполитовом же толковании на книгу чисел498; разность только в том, что для Ноэта мысль: «Слово стало человеком не потерпев изменения», предлагалась в виде замечания, определяющего образ воплощения Бога – Слова, а для Верона и Гелика та же мысль раскрывается подробно. Притом, если принять, что Верон и Гелик были последователи Валентина, а во время Григория Богослова уже не было валентиниан499: то древность обличения Верону – очевидна.

Известное и древним500сочинение св. Ипполита обантихристенаписано, как говорит сам сочинитель, по случаю разговора с любезным братом Феофилом. Прежде, чем приступает к рассуждению об антихристе, св. Ипполит разрешает два вопроса: как Слово прежде воплощения своего открывало Себя? и как Слово Божье воплощенное стало рабом? На первый вопрос отвечает сравнением Пророков с струнами, а Слово с ударяющим орудием, «коим движимые возвещали Пророки только то, чтό было благоугодно Богу». Более сильного сравнения представить нельзя. «Не по своей силе вещали они», прибавляет учитель._ В ответ на второй вопрос изображает Слово врачом, который с любовью дознает болезни и бедняка и богача, людей всякого возраста и пола (§ 3. 4).

В самом последовании об антихристе решает вопросы: кто такой будет антихрист? в каком виде явится? как будет обольщать людей (§ 5–22). Объясняет видение Навуходоносора (§ 23–33), пророчество Исаии о Вавилоне (§ 34–46) и видения Богослова (§ 47–51). Описывает, как богохульно явится нечестивый в виде Бога, соберет народы, будет гнать Церковь и погибнет (§ 52–60). Наконец описывает кончину мира, последний суд и Царствие небесное (§ 61 и след.).

Фотий, одобряя это сочинение, справедливо замечал: «впрочем, когда время пришествия антихристова, коего не открыл Господь и ученикам своим, вопрошавшим о том, Ипполит осмелился отвести к 500 году после Христа, как бы по прошествии 6.000 лет от сотворения мира должна была настать уже кончина: то в том показал он не совсем умеренную ревность духа».501

Беседа св. Ипполитана Богоявления(εἶς Θεοφανίας) замечательна и по догматическому содержанию и как образчик красноречия древнего учителя.502Если бы и не было известно значительное число бесед св. Ипполита, частью по названиям, частью по отрывкам503: одна беседа на Богоявления в состоянии показать, что Ипполит владел даром слова и Фотий справедливо называет его «приятным (γλυκὴς) учителем». Она написана с одушевлением и языком искренней души, который неудержимо проникает душу. В первой половине проповедник изображает величие любви и кротости Спасителя, Который, будучи Господом и Творцом, принимает крещение от слуги. Во второй описывает действия крещения и Дух благодатный. Вот как изображает он крещение. «Отец бессмертия послал в мир бессмертного Сына и Слово. Тот приходит к людям, чтобы омыть их водой и Духом, возродить в нетление тела и души; вдохнул в них дыхание жизни и облек всеоружием нетления... Идите к нетленному крещению. – Вот вода, растворенная Духом! ею орошается рай, ею животворится возрожденный человек, ею Крестился Христос, в нее приходит Дух Святой в виде голубя»... (§ 6–8). О Духе – О святителе говорит: «Сей есть Дух, который носился над водами, которым движется мир, стоит создание, оживотворяется все. Он действовал в пророках; он нисшел на Христа. Сей Дух дан Апостолам в виде огненных языков; Его испрашивал Давид, когда молился: дух прав обнови во утробе моей... Сим Духом утвердился камень Церкви. Сей Дух Утешитель послан для тебя, чтобы соделать тебя чадом Божьим» (§ 9). Беседа заключается наставлением – хранить в себе возрождение (§ 9).

Судя по свидетельствам древних о св. Ипполите, должны мы верить, что толкованием св. писания занимался он весьма много: но из этих трудов его иное для нас совсем потеряно, другое не издано. Св. Ипполит писал толкования на книгуБытия, Исход504, на пророковИсаию, Езекииля, Даниила, Захарию505, напсалмы, Притчи, ЕкклезиастаиПеснь песней506; на евангелияМатфея, ЛукииИоаннаи наАпокалипсис.507

В толковании нашестодневсв. Ипполит писал (на 5 ст.), что, в первый день Бог сотворил из ничего (ἔκ μὴ ὄντων), в прочиe же дни образовал (μετέβαλεν) то, «чтό сотворено в первый день»; в конце 7 стиха читал слова: κὰι  ἐγὲνετω Ϩ҇τως, чего нет у LXX. и что есть в Еврейск. подлиннике. Впрочем толкование его на В. Завет следовало тексту 70.

В объяснение прит. 9 говорит: «поклоняемое и пречистое тело и кровь каждый день приносятся на таинственной трапезе, в воспоминание первой трапезы, таинственной вечери... Божественное свое тело и святую свою кровь дал нам вкушать и пить во оставление грехов».

Душа св. Ипполита жила верой в Господа Иисуса и в таком духе главной мыслью его о каждой книге св. писания была мысль о Господе Иисусе. Фотий говорит о толковании его на книгу Пророка Даниила: «хотя не объясняет он пророка буквально, но не опускает смысла». Это суждение должно быть отнесено к толкованиям Ипполита и на другие ветхозаветные книги. Впрочем не надобно забывать и того, что толкования св. Ипполита – первый опыт толкования в христианской Церкви.

C именем св. Ипполита известны сочинения, которые не принадлежат ему; таково, напр. сочинениео кончине мира и об антихристе, – ни по слогу, ни по содержанию не похожее на сочинения св. Ипполита: греческий язык его, – испорченный язык не ученого; мысли совершенно противные помещенным в подлинном сочинении об антихристе, напр. мысль, что антихрист будет не человек, а диавол; или что души человеческие существуют от вечности. – Это сочинение, известно и в слав. переводе, по спискам довольно древним508; но оно вовсе не заслуживало бы перевода. К тому же разряду относитсяБогословиеСв. Mapии и Иосифа, известное Никифору Каллисту и не известное ни одному древнему писателю. Св. Ипполиту приписываются еще известия о12 Апостолах и 70 учениках Христовых. Между последними некоторые упоминаются такие, которые обращены были к вере Апостолами и не видали Господа Иисуса. Ни кто из древних не приводил этих известий с именем Ипполита. Посему остается оставить подлинность их под сомнением.509

Фасций ЦецилийКиприан, сын богатого Сенатора510, страстный любитель наук511, знаменитый Ритор512, до 40 лет своей жизни роскошный язычник, в 246 г. по убеждению пресвитера Цецилия принял крещение и совершенно переменился в жизни; стал строгим подвижником; богатства, которые прежде расточал для своих удовольствий, раздавал теперь бедным, время посвящал на молитвы и изучение писания. Так пишет он сам, описывая чудную перемену, произведенную в нем благодатной силой крещения.513Его ревность к вере и жизни христианской скоро обратили на него взоры клира и народа; «недолго спустя после крещения» поставлен он в пресвитера.514Плодом души недавно, но глубоко познавшей истину Христову были сочиненияо тщете идолов и книга свидетельств. Чрез два года после крещения Киприан посвящен был в пресвитера, а чрез год после того, против собственного желания, «судом Божьим и любовью народа» избран был в Епископа.515

Пастырская заботливость его обратилась на устроение благочиния.516По ревности к совершенной жизни христианской писал он тогдао девственной жизни. Жестокость Новата обратила на себя внимание его517: но дело о Новате остановлено было ужасами наступившего гонения. Св. Киприан извещен был о наступлении сего бедствия видением.518– Как скоро объявлен был указ Декия (250 г.), – чернь потребовала Святителя на смерть.519Для пользы паствы своей, по наставлению откровения, он скрылся520; но дал наставления клиру карфангенскому на время гонений и потом постоянно был с паствой духом: в посланиях своих то убеждал к подвигам слабых в вере, то утешал крепких воинов.521Слабость некоторых, по страху отрекавшихся Христа, глубоко оскорбила дух его; неосторожность исповедников, позволивших ceбе давать разрешение падшим не принесшим покаяния, увеличила душевное его страдание.522К новой скорби Пастыря развратныйФелициссимсоставил свое отдельное общество и соединился с Новатом.523Когда гонение (в 251 г.) ослабело Киприан после 16 месячной разлуки с паствой возвратился в Карфаген и занялся на Соборе делом о падших и о Фелициссиме, написав предварительно тому сочинение опадших, как приготовление к определениям Собора. Не кончены были рассуждения о том Собора, как новый труд надлежало принять на себя Kиприану: в Риме избраны были два Епископа – добродетельный Корнелий и Новациан, назначенный для кафедры по проискам удалившегося туда Новата; обе стороны прислали посольство к Киприану, ожидая его решения. Киприан знал достоинство Корнелия, знал и дух избравших Новациана и одобрил избрание первого. – Относительно падших определено тогда, чтобы вопреки мнению Новата не были они лишаемы надежды на примирение с Церковью, но и не были допущены к общению с верными без предварительного покаяния, как допускал Фелициссим.524В тоже время Пастырь послал при письме свою книгуо единстве Церквик Римским исповедникам, которых Новат увлек в общество свое525и по слову любви его исповедники в смущенном виде кающихся просили разрешения у своего Епископа.526В 252 г., по случаю предстоявшего гонения, о котором многие извещены были откровением, на соборе смягчены были определения о кающихся. На том же собореПриват,лишенный  Епископского сана за преступления, требовал, вместе с подобными себе, чтобы дело его было снова рассмотрено; получив отказ, он объявил св. Киприана недостойным епископства и посвятил вместо егоФортуната, который немедленно отправил Фелициссима в Рим с извещением о своем вступлении на епископскую кафедру. Корнелий сперва отверг Фелициссима, но потом, смущенный угрозами, принял его. Киприан, извещенный письмом самого Корнелия, кротко объяснил Корнелию нетвердость его духа и описал, кто таков Новат с своими сообщниками.527Мир водворился. Но открылась страшная язва, опустошавшая города и села, и в след за тем в 253 г. гонение Галла на Христиан. Тогда-то Каприан явился Ангелом Хранителем не только для чад своих, но и для самых язычников. Он расположил и примером и увещаниями употреблять все свое на помощь страдавшим от язвы, кто бы они ни были528; «не смотрите на лице страждущего, писал он тогда в трактатео смертности, все ваши братия, дети единого Отца Небесного и пусть язычники видят, что самая смерть не может угасить в христианстве любви ко врагам». В том же духе тогда же писал он трактато милостыне; и на деле явил щедрую милость нумидийским христианам, ограбленным варварами.529В то же время укреплял на подвиги мученичестваувещанием к мученичеству. И не смотря на все это, чернь не раз требовала его на сражение со львами, а христиан обвиняли в бедствиях, постигших Империю; в отвращение сей клеветы Киприан написал книгу кДеметриану.530В первые годы правления Валерианова (до 257 с 254 г.) Церковь отдыхала после Галлова гонения. Киприан пользовался временем мира для устройства благочиния; тогда (254 г.) между прочим, после соборного суждения, писал он послание к Еп. Фидуо крещении младенцев. В следующем году по жалобе западных епископов заставил Стефана рим. Епископа отказаться от настойчивого требования возвратить двум достойно низверженным Епископам сан их.531

В 255 г. открылся спор о крещении еретиков. Киприан, следуя обыкновению своей Церкви и на основании той мысли, что вне Церкви нет Духа Божьего, а след. и таинств, положил крестить всех еретиков, обращающихся к Церкви.532По духу общения Церквей св. Киприан известил о соборном определении римского епископа Стефана, но предстоятель римский не был так кроток, как Киприан: в послании к карфагенскому собору он грозно обличал африкан. епископов и отлучал их и Киприана от Церкви, если не откажутся от своего определения. Св. Киприан написало ревности и зависти.533И в 257 году на новом многочисленном Соборе, утвердив прежнее определение, положил, чтобы никто из епископов не именовал себя главой епископов и чтобы карфагенская Церковь не искала суда у Римской; это определение сообщил он и Фирмилиану Епископу каппадокийскому, которого Стефан также отлучил за согласие с Киприаном.534В 257 г. в гонениеBaлерианaсв. Kиприан послан в заточение; там в откровении показано ему было, что еще год назначен для служения его на земле.535Ровно чрез год Проконсул, вызвав Kиприанa в Карфаген на суд, спросил: «ты был Папой этого нечестивого народа»? Киприан отвечал: «да». Проконсул именем Императора потребовал, чтобы Киприан принес жертву богам; Святитель отвечал решительным несогласием. Проконсул объявил: «долго ты жил с нечестивыми мыслями и собрал очень многих последователен нечестивому заговору твоему, был врагом римским богам и законам. Пусть твоей кровью освятится закон». И написал на доске: «Фасцию Киприану отсечь мечем голову». Киприан сказал: «благодарение Богу». И скончался мучеником.536

Bcе действия Киприана запечатлены были кротостью и любовью; не звал он себе другого титла, кроме смиренного именисопресвитера.537– Тот же дух кротости и любви дышит во всех сочинениях его; нежное благочестие, каким проникнуты они, с силой действует на сердце читающего их. Тертуллиана Киприан считал своим наставником, и самые сочинения показывают то же: стоит сличить трактаты Киприана de oratione Dominica u de patientia с таковыми же Тертуллиана, чтобы увериться в том. – Не св. Киприан стоит выше своего учителя как по сердечной нежной искренности, с какой выражал он благочестивый свои чувства, так и по естественности хода мыслей, по их верности, по слогу плавному и более правильному. «Блаженный Киприан течет как тихий ручей с водой самой чистой и приятной», говорит Иероним.538Диалектика и созерцания не были делом Kиприанa; душа его была занята практическими нуждами Церкви; эти нужды высматривал он зорко и старался оказывать помощь самую приличную, устраивал благочиние Церкви с ревностью. – Но потому-то самому, что взор его редко обращался к созерцанию общих начал, суждениям его не всегда доставало всеобщей важности и твердости; они были верны, но иногда только для известных случаев, а не на все.

Сочинения св. Киприана539писаны почти все по случаям современным и заключают решение недоумений церковных. Сама большая часть их состоит изписем, остальная изтрактатов. По такому содержанию письма св. Киприана прежде всего драгоценны для Истории Церкви Христовой.540За тем главные предметы сочинений св. Киприана – Пастырь Церкви и девственники, страждущие и падшие, язычество и иудейство, ересь и расколы.

а)Для Пастыря книга о ревности и зависти– золотое сочинение, плод истинно-Апостольского духа, с наставлениями о том, как надобно владеть собой для мира и пользы Церкви. «Ревность и зависть, говорит св. Пастырь, ядовитое растение, столько нередкое, как никакое другое; скрываясь в почве Церковной земли, оно действует с разрушительной силой на Церковь и требует самого строгого внимания к себе; все великие бедствия – плод сей страсти: – падение Ангелов и человека, первое человекоубийство, особенно ее бедствия Церкви. Отселе-то разрывается союз мира, искажается истина, расторгается единство, возникают ереси и расколы, нарекания на священников и ненависть к епископам и пр.» низка и гибельна эта страсть для души. Посему-то Спаситель поставил кротость основным законом для священноначалия, а любовь отличительным характером учеников своих. «Как дети должны мы подражать Отцу Небесному и идти по следам распявшегося за нас Господа». Письма к клиру 5. 12. 38. 40. содержат прекрасные наставлении духовенства.

б)Для девственников книга о поведении девственниц, писанная с теплотой христианского чувства, живо, увлекательно, содержит прекрасные мысли и правила541, – «Девственницы – цвети в вертограде Церкви, краса и прославление благодати, торжество природы... блистательная часть стада Христова; радуется о них Церковь и в них изобильно процветает славное плодородие сея Матери» (§ 1–3). Но чем благороднее цвет, тем осторожнее, темь внимательнее надобно оберегать его (§ 4–6). Св. Kиприан особенно убеждает соблюдать простоту в одежде (§ 7–17), преподает некоторые другие правила (§ 18–241). Полезные наставления для них же в письме к Помпонию (Ер. 4).

в) Любовь кстраждущимпобудила св. Киприана написать три прекрасные сочинения: о высотетерпения, о милосердии и о смертности. В первом сочинении показаны в примерах и отзывах Писания святость и преимущества снисходительного терпения и изображены печальные последствия нетерпеливости. О том же письмо Ер. 13. Во втором сочинении, которое читали и древние542, св. Киприан говорит: цель воплощения Сына Божьего восстановить падшего человека; для того, чтобы возвести его на высоту нравственную, предписано ему творить дела милосердия, которыми очищаются грехи соделанные после крещения; так установил Господь, там предписали Пророки и Апостолы» (§ 1–8). Опасение за детей при раздаянии милостыни – напрасно: все в воле Божьей; если Бог благословил детьми, тем более надобно искать для них благословения Божьего в делах милосердия (§ 9–21). Время коротко, чтобы опускать случаи для дел добрых; а благотворительность так высока: она торжество для Ангелов, победа над диаволом, она без мученического подвига доставляет венец. Благотворительный подражает Отцу Небесному. Господь ясно возвестил, что в день суда Он будет спрашивать о делах милосердия (§ 22–126). В трактате осмертности, убеждая не унывать среди язвы, а помогать друг другу, кто бы то ни был, язычник ли или верный, живыми красками изображает величие христианина, пренебрегающего опасностями для спасения других.

О том же предмете в письмах Ер. 7. 14.

г) Книгао падшихзаключает в себе превосходные постановленияо покаянии.Пастырь а) оплакивает в ней падения падших в грех (§ 1–4); б) исследует причины падения и главную указывает в недостаточном покаянии о прежних грехах (§ 5–16); в) представляет примеры истинного покаяния и описывает, как должно каяться, (§ 17–36): «Бог, говорит он, милостив и благ как Отец; но надобно бояться Его, как земного судью. Если тяжко грешим, то горько должны плакать. Глубокую рану тщательно и долго надобно лечить; пусть покаяние равняется величию преступления» (§ 35).

Апологетические сочинения против язычников: книга кДеметриануио тщете идолов.Последнее – не во многом оригинально. В первой из трех частей его говорит о происхождении и о пустоте идолов (§ 1–7); во второй о единстве Божества и об откровении (8. 9); в третьей о Божестве Христа Иисуса и о вочеловечении (10–15). Учение о лице Иисуса Христа изложено с особенной определенностью; здесь в доказательство того, что Христос есть Сын Божий, призывая во свидетелей самых язычников, говорит, как силой Христовой изгоняемы были бесы из бесноватых.543–Деметрианув защиту христианства пишет, что не христианство, а разврат и наглые неправды язычества причиной того, что Империя поражена бедствиями, обличает неосновательность клевет языческих на Христиан, показывает высокие свойства веры христианской и изображает низость язычества. Подлинность сочинения несомненна.544

«Три книги свидетельств против Иудеев» заключают в себе род краткого начертания веры и деятельности христианской, направленного против упорных Иудеев.Бл. Иероним и Августин545свидетельствовались этими книгами в спорах с пелагианами. Все сочинение состоит из текстов писания, с краткими объяснениями. В первой книге словами Писания доказывается, что закону Иудеев назначено было отменение, что Христос должен был устроить новый храм, новые жертвы, новое священство, новую церковь, что язычники должны были уверовать во Христа единственного Спасителя людей. Во 2-й кн. приводятся свидетельства и пророков о земной жизни Христа Господа – о делах, какие подлежало совершить Ему на земле. Третья книге заключает свидетельства преимущественно нравственного содержания. Эта последняя часть – лучшая в сочинении: нравственные наставления собраны сильные, тогда как не о всех свидетельствах первых частей можно сказать тоже, напр.: о иса. 45, 2 Иса. 53, 1. 59, 1. ВпрочемБалюззамечает, что это сочинение по иным спискам более, по другим менее содержит в себе свидетельств.

Ереси и расколы так много бед нанесли Церкви во время Киприана, что нельзя было не чувствовать их пагубы с особенной живостью. «Ересь, писал Киприан, синагога сатаны».546Происхождение ересей и раскол производил он особенно из трех причин – из гордого самолюбия, из неповиновения церковной власти и из нетерпеливой страсти к спорам. «Вот начало еретиков и происхождение зломыслящих раскольников: желают угождать себе и с гордым надмением пренебрегают епископами».547«Нетерпеливость творить еретиков».548– В книгео единстве Церкви,писанной, как видели, по случаю раздора произведенного Новатом в Риме, св. Киприан старался обуздать дерзость людей хотевших составлять отдельные общества, независимые от законного Иерархического правления. В начале сочинения св. Киприан убеждает соединять простоту с мудростью, остерегаться тайных наветов сатаны – ересей и расколов и предлагает главную мысль, что Церковь Божья одна. Эта мысль а) доказывается словами Спасителя сказанными Ап. Петру (Мф.16:18), словам Ал. Павла: едино тело, един дух (Epist.4:4) и некоторыми другими изречениями Писания: «Епископство одно, хотя каждый Епископ имеет часть свою; Церковь также одна, хотя члены ее с распространением веры соделались многочисленными».549б) На возражение: существуют отдельные общества, отвечает, что коль скоро общества составляются из людей с худой нравственностью и худыми мыслями, не по духу Христову: то они сами себя отделяют от Церкви. А указание на слова: идеже еста два или тpиe собрана во имя мое, ту и Аз (Мф.28:20), отклоняет тем, что по смыслу слов здесь разумеются собирающиеся на молитву в духе смирения и любви, в ограде Церкви и след.  не paзумеются по гордости составляющие свое общество вне Церкви. Показывая тяжесть греха вносящих разделения в Церковь, нарекает на них пророческий приговор (2Тим.3:2–9), указывает предшественников их в Дафане и Aвироне. Наконец поставляя на вид, что пример, кого бы то ни было, не должен располагать того к отделению от Церкви, убеждает со всею любовью держатся единения с Церковью. Вот содержание книги св. Киприана.

Это сочинение сильно действовало на современников св. Kиприана; оно же обращало на себя особенное внимание и в последствии. Не один Беллярмин защищал им мнение, что вне Римской Церкви нет спасения. Было время, когда предзанятые духом времени объясняли это сочинение по духу времени своего. Было и такое время, когда заставили Киприана поместить в этом сочинении слова, о которых вовсе не думал Киприан. Вот слова Киприана с добавками смелости (в издании Мануччи и Памелия)»: Аз тебе глаголю; ты еси Петр и пр. (Мф.16; 18, 19) (и опять по воскресении своем говорил:паси овцы моя. На нем едином созидает Церковь свою и ему вручает овец для пасения). И хотя Апостолам по воскресении своем усвояет равную часть:якоже посла мяи пр. Ин. 20; 21. 23, но для показания единства своей властью устроил так, чтобы единство начиналось от одного (кафедру поставил одну). Подлинно тоже самое были и прочие Апостолы, чтό и Апост. Петр, имели равное участие и в чести и во власти: но вступление идет с единства и первенство дается Петру, дабы и Церковь явилась единая (и кафедра одна). Тот, кто противится Церкви, (кто оставляет Петрову кафедру, на которой основана Церковь), может ли надеяться» и пр. Балюз неопровержимo доказал, что слова помещенные здесь в скобках внесены в текст Св. Киприана чужой рукой; не только в изданиях предшествующих Маннуччиеву изданию, но в целых 34 древних списках, из которых два писаны были более чем за 1.000 лет, нет слов о кафедре и первенстве Петровых; 7 из этих списков – Ватиканские и в них тоЛатинийвидел помянутые прибавки на стороне текста (а не в тексте), где писаны они разными почерками разного времени, и след. прибавки сделаны одна после другой не в одно время.550Таким образом очевидно, как устроились кафедра и первенство Петровы в Риме для Римских епископов. Киприан писал, что «Церковь одна и власть Епископская одна, хотя члены ее с распространением веры стали многочисленны, Епископство одно, хотя каждый Епископ имеет участие в оном». А в Риме стали думать и писать, что Церковь Христова – одна Церковь Римская и Епископ Правитель – один Римский Епископ. У Kиприанa порядок мыслей тот: «Епископская власть началась, как говорит он, с одного, именно Петра». – Отселе заключает, что и власть епископская должна быть одна, все епископы должны быть одним целым, равно и Церковь одна; посему раскол, введенный некоторыми членами низшего класса, дело незаконное. Нельзя не заметить, что основами для единства Церкви и власти епископской довольно слабо. Но по самому порядку мыслей очевидно, что Киприан вовсе не имел в виду говорить о первенстве власти Петровой, – это было даже противно его делу с расколом и он прямо говорит противное тому; он говорит только о первенстве Петра по времени облечения властью. Между тем в Риме не только устроили для Петра первенство власти, но и первенство для всякого Римского епископа, а для большей важности поставили для того и другого одну кафедру. Излишне было бы распространяться о том, что мысль о первенствующей власти Римского епископа сокрушена Киприаном в деле его с Стефаном.551

Заключение из мысли своей о единстве Церкви Киприан выразил в делео крещении еретиков.Церковь одна; след. вне Церкви нет таинства.552Заключение справедливое, когда Церковь единая держится во всем единого духа Христова, или что то же, когда члены ее, где бы они ни были, совершают все сообразно с духом веры. Иначе выходили Донатисты. По отношению ко времени Kиприанa надобно сказать, что тяжкие бедствия, нанесенные Церкви дерзкими людьми, разные своеволия их в изложении символа веры, извиняли и излишнюю строгость Киприана против них. По крайней мере его действия при высоком нравственном достоинстве выражали болеe знание веры, нежели действия Стефана, самовластно отверзавшего дверь Церкви всякому скопищу людей.553В последствии на соборах никейском 325 г. и константинопольском 381 г. Церковь ограничила, над какими еретиками надобно повторять крещение; рассуждения соборов св. Киприана и после того остались в составе правил восточной Церкви, но собственно по важности решений о многих других предметах.554

Есть еще сочинение у Kиприанa с содержанием догматическим: это книга к Донату. Здесь описывает он чудную силу крещения. «Когда я оставался в глубокой мгле ночной, носился волнами мечтаний и сомнений, не понимая жизни моей, далеко от света истины: я думал, – трудно, невозможно при таких привычках моих исполниться надо мной обещанию милосердия божественного о возрождении, чтобы омовением спасительной воды я был оживлен для жизни новой и чтобы при той же плоти изменился мыслями и душой... Но когда возрождающая волна очистила нечистоты прежней жизни, свет тихий и ясный низошел с Неба в сердце мое, когда второе рождение духом небесным изменило меня в нового человека: чудным образом укрепился я против сомнений, открылись тайны, осветилось темное... я узнал, что жившее во мне по плоти для греха принадлежало земле, а началось теперь Божье, живущее Духом Святым» (§ 1–5). Затем описывается жизнь мирская с ее мутными удовольствиями и выводится заключение: покой в Боге (§ 6–16). Сюда же относится письмо его о крещении младенцев.555

Св. Киприан занимался преимущественно нуждами практической жизни. И однако в его сочинениях встречаются драгоценные мысли о некоторых предметах веры, как напр. о тайне миропомазания556, о св. Евхаристии557, о Исповеди558, о Священстве559, о связи Церкви земной с небесной560, о порче природы нашей561, о Христе Спасителе.562

С именем св. Kиприанa известны сочинения, о подлинности которых сомневаются, какова напр. книгао зрелищах563; известны и такие, которые без всякого сомнения не им писаны; как напр. о уединении клириков.564

Григорий НеокессарискийЕпископ и чудотворец, прежде называвшийся Феодором, происходил из знаменитой фамилии неокессарийской. Отец его язычник воспитал его в язычестве; Феодор получил хорошее образование для того, чтобы быть адвокатом; изучил законы и тогдашний язык законов латинский и решился наконец ехать в Рим, чтобы там более ознакомиться с римским правом. Но Промысл устроил судьбу его по своему усмотрению. Неожиданно Феодор должен был вместе с братом своим Афинодором проводить сестру свою в Kессарию, где муж ее получил должность Советника. Из Kессарии он мог еще отправиться в Берит, славившийся училищем законоведения. Но познакомившись (ок. 231 г.) с Оригеном, он и брат565его забыли Берит и Рим.566Ориген, по словам самого Григория, заставил его сперва искать разбросанные семена истины в системах философов и пробудил любовь к истине; потом стал избегать начала веры христианской и объяснял св. писаниe. После восьмилетнего пребывания у Оригена получив крещение, Григорий возблагодарил наставника публичным словом567и возвратился в свое отечество с скорбью о разлуке с наставником; в отечестве он удалился в пустыню. Федим, Епископ амасийский, избирал Григория в неокессарийского Епископа: но он скрылся. Епископ обратился с молитвой ко Господу, да призрит на него и на Григория, который на то время был в отдалении на три дня пути; вместо рукоположения простерши к Григорию слово, Федим посвятил его Богу, предал ему град неокесcapийский. После сего как бы влекомый силой Григорий оставил пустыню и принял паству, с обычным впрочем рукоположением.568Семнадцать только человек было христиан в Церкви неокессарийской, когда принял управление Григорий, и не более осталось язычников в Неокессарии тогда, как призвал его Бог к Церкви Небесной. Множество чудотворений им совершенных усвоили ему наименованиечудотворца и другого Моисея.569В гонениe Декия (250 г.) он вместе с многими из своей паствы оставлял город и тем спас жизнь свою, которая столько нужна была и для его паствы и для других церквей.570Вместе с Афинодором, братом своим, Епископом Понта, он (в 264 г.) присутствовал на соборе антийхийском против Павла самосатского и ок. 270 г. мирно скончался.571

1)Символ верычудесный по происхождению. В 240 г. когда пред принятием епископского звания Григорий занимался в уединении изучением догматов веры явился ему старец почтенный в сопровождении жены блиставшей светом небесным и по воле сей жены (это была Богоматерь, и старец Апостол Иоанн Богослов) преподал ему изложение христианской веры. Григорий передал потом сей символ для неокессарийской Церкви своей. – Св. Григорий нисский, рассказав о таком происхождении символа, прибавляет: «если кто хочет увериться в этом, пусть выслушает Церковь, в которой он проповедовал и в которой до ныне хранится подлинник писанный блаженной рукой».573Бл. Макрина, бабка Bacилия В. и Григория нисского, слушавшая самого чудотворца, принесла символ его в Каппадокию и учила по нем внуков.574Григорий Богослов также руководствовался этим символом.575Руфин поместил его в своем переводе Евсевеевой истории.576И пятый вселенский Собор одобрял его.577Символ Григория один из самых драгоценных остатков древности. Он не пространен: но заключает точное учение о трех лицах Божества, о их единосущии, о их личных качествах, о их действиях по отношению к человеку. Он вполне достоин точного изучения. «Един Бог Отец Слова живого, премудрости самосущей и силы... Един Господь, единый от единого, Бог от Бога, выражение и образ Божества слово действенное, мудрость содержащая состав всего и сила творческая для всего творения... и Един Дух Св., коего бытие от Бога (Εκ  ΘεϨ την υπαρξιν εχων), посредством Сына явившийся т.е. людям, образ Сына совершенный совершенного, жизнь, причина живущего, святыня подающая освящение... Tpoицa совершенная славой, вечностью и царством неразделяемая578и пр.

2)Каноническое посланиеписано было чудотворцем тогда, как Борейцы и Готфы сделали нападение на Понт, о чем говорится особенно в 5 правиле. Это было при Валериане и Галлиэне, когда упомянутые народы опустошили всю малую Азию и Грецию.579Во время этого нападения многие из Христиан подверглись разным проступкам. По сему случаю «священнейший Папа» Понта Епископ Афинодор, брат св. Чудотворца580просил у св. Григория совета, как поступить с согрешившими. Св. Григорий послал (в 262 г.) правила и в тоже время писал, что посылает к Епископу Евфросину, которой можете указать, кого по правилу (τύπος) существующему в неокессарийской Церкви можно простить и кого подвергнуть церковному отлучению.

По древним спискам каноническое послание к Папе Понта заключает в себе 10 правил; а последнее правило присовокуплено к тому же посланию только в некоторых списках.581Впрочем это не означает, что это правило принадлежит Чудотворцу, а всего вероятнее, что оно взято канонистами из другого Григорьева послания, так как по словам Иеронима и Свиды св. Григорий писал не одно послание и в толкованиях церковных правил упоминаются κανονικαὶ ΓρηγόριϨ.582

Как название – каноническое послание объясняется словом τύπος – образ, правило, употребленным в самом послании: так содержание послания показывает, что и по назначению Чудотворца оно было каноническим, т.е. правилом благочиния583, хотя собственно для одной понтской Церкви. Между правилами вселенской Церкви в первый раз поставлено оно трульским Собором (пр. 2) в 692 г. –.584

3)Переложениe Екклесиастапо словам Иеронима «краткое, но весьма полезное», приводимое под именем чудотворца тем же Иеронимом и в толковании Екклесиаста585, помещалось писцами между сочинениями Григория Богослова только потому, что носила имя Григория.

4)Похвальное слово Оригену– сочинение превосходное по изяществу слога, важное для истории церковного образования, частью же и в догматическом отношении. Здесь между прочим ясно говорится о Божестве Слова, о наследственной порче, а заключением  служить молитва к Ангелу хранителю.586

Из прочих сочинений, украшенных именем св. Григория неокесарийского, одни сомнительны по подлинности, таково «изложение веры о св. Троице для Элиана, «точное изложение веры»; Слова: на Богоявление, и на всех мучеников587; другие несомненно не принадлежат св. Григорию чудотворцу, – таково пространное изложение веры, анафематизмы и три Беседы на Благовещение.588

Другим знаменитым учеником Оригена был Дионисий великий, Епископ александрийский. Близкий к своему учителю по расположениям сердечным, он не оставлял своего союза с ним и тогда, как Ориген уже не жил в Александрии.589Дионисий, по собственным словам его, обратился ко Христу путем свободного исследования, беспристрастно испытывая учения человеческие. Став после Иеракла начальником огласительного училища, а потом Епископом, он следовал прежнему своему правилу: читал и пересматривал произведения еретиков и отвергал их системы не прежде, как дознавал их несправедливость. Один пресвитер соблазнялся тем и предоставлял Дионисию, то близкое знакомство с еретическими книгами опасно для спасения душевного. Но небесный голос, по молитве Дионисия, возвестил Дионисию, что он может читать эти книги, как способный обсуживать эти предметы; при этом указано ему и на то, что первоначально сей самый образ действования был случаем к его обращению, «я принял душей это видение, говорил Дионисий, как согласное с Апостольским изречением, относящимся к сильным: γινεσθε δοκιμοι τραπεζιται т.е. умейте везде находить свою выгоду, или умейте отличать настоящую монету от подложной».590Kpoткий и смиренный, при всем уме своем, Дионисий и на кафедре пастырской отличался духом кротости и умеренности. В свирепое гонение Декия он удалялся от гонителей и совсем неожиданно, но по своему упованию, избавлен из рук воинов.591Оставаясь в скрытном месте он продолжал управлять паствой, посылал к ней письма и доверенных пресвитеров.592Церковь страдала тогда, как нельзя болеe, от язычников и слабые падали, не вынося пыток и мучений; а Новациан раздирал еще Церковь расколом. – Св. Дионисий с любовью принимал падших по ходатайству исповедников593; а к Новациану писал: «не менеe славно умереть для того, чтобы только не раздирать Церкви, как и для того, чтобы не принести жертвы идолам. По моему суждению первое даже выше; потому что в последнем случае умирают для спасения своей души, а там для блага целой Церкви».594И снисходительный пастырь употребил все, чтобы на Соборе антиохийском (в 252 г.)возстановить мир в Церкви.595

В правлениe Галла внешний покой Церкви позволил Дионисию обратиться с пастырской заботливостью к успокоению волнения, произведенного арсинойским епископом Непотом. Он не только писал в духе любви сочинение против Непота, но в том же духе делал совещания соборные с защитниками Хилиазма и успел столько, что все они обратились к единению церковному.596Живое участие принимал св. Дионисий и в споре о крещении еретиков (§ 64); в сем случае миролюбивый пастырь всего болеe заботился о том, чтобы успокоить волнения, произведенные в Церкви по сему случаю и успел удержать римских Первосвященников от их неумеренности.597

Но тогда, как св. Дионисий столько подвизался для мира Церкви. Савелий в Пентаполе явился с ересью и заблуждение его столько было усилилось в александрийской области, что увлеклись им даже некоторые епископы. Св. Дионисий собирал соборы, писал окружные послания против Савелия. стараясь рассеять своеволия ума.598

Эти заботы о внутреннем мире внезапно остановлены были (в 257 г.) гонением Валериана. Александрийский пастырь в самом начале гонения был схвачен и не смотря на болезнь отправлен в пустыню ливийскую. Но здесь он имел утешениe обратить к св. вере многих язычников. Успех проповеди Дионисия раздражил префекта Емелиана и Дионисий отослан был в другую более дикую пустыню, в пустыню мареотскую. Но отсюда он имел утешение сноситься с друзьями Христовыми и с своей паствой.599

Три года пробыл Дионисий в заточении и при Галлиэне (261 г.) возвратился к своей пастве, но не для покоя: в Александрии открылось тогда кровавое смятение600, за войной следовал голод601, за голодом язва, свирепствовавшая с ужасной жестокостью.602Св. Пастырь, заботился о несчастных, кто бы они ни были – язычники или верующие.603К тому же для него присоединилась своя скорбь. Сочинение его против Савелия возбудило против него самого подозрение в православии и он должен был (в 262 г.) писать апологию.604

Tелесные силы Исповедника от лет и трудов уже ослабели, хотя дух его был силен. В 264 г. приглашали его на собор антиохийский против Павла самосатского, но он уже чувствовал близкую кончину, послал осуждение на Павла, и чрез несколько дней скончался.605

Древность единогласно усвояла св. Дионисию имя великого606, а св. Aфанасий называл его учителем Вселенской церкви.607Дионисий отличался высокой образованностью; коротко знаком был как с предметами веры, так с предметами учености общей. Предметами его сочинений, который дошли до нас только в части и не все608, служат: современные ему бедствия, благочиние церковное, догматы и изъяснение св. Писания.

Письма св. Дионисия – верная и поразительная картина гонений против Церкви, происходивших при Декие и Baлериане. Таковы письма к Фабию епископу и к епископу Герману, писанные при Декие609; письма к Гермаммону, к Домицию, и к П. Сиксту, писанные при Baлериане610и наконец письмо к Александрийцам. В последнем – поразительна картина подвигов любви христианской, заботливой о больных заразой. «Многие из братьев наших, пишет святитель, по сильной любви оставив заботу о своей жизни, а заботясь друг о друге, смело посещают больных, служат им постоянно, врачуют о Христе; добровольно они умерли вместе с ними, принимая на себя страдания их, как бы привлекая к себе болезнь и охотно стирая с них язвы. Многие из тех, которые, так пеклись о больных и возвратили им здоровье, сами умерли...  Так пять лучших братий наших, в том числе дьяконы и пресвитеры, и самые знаменитые из народа, искали себе смерти и этот род смерти по благочестию и твердости веры, никак не ниже мученичества. Они брали руками своими и на свои колена тела святых, закрывали им глаза и уста, нянчили их на плечах своих, укладывали сплетаясь с ними, обмывали их и одевали в одеяния... А язычники совсем иначе поступали». Вот что значить христианство!

Св. Дионисий старался вводить и утверждатьблагочиниене только в церквах египетских, но и в Риме, в Армении и в других местах; – он писал по сему предмету несколько посланий. Одно из писем его о покаянии, хотя не в полном виде, сохранил Евсевий.611Из числа посланий писанных им о благочинии к Василиду епископу пентапольскому, одно доселе удерживает значение церковного правила.612Заключение сего послания вполне выражает дух, с каким св. Дюнисий писал для других правила благочиния. К подчиненному Епископу он пишет: «эти вопросы предложил ты нам конечно не по незнанию, но с тем, чтобы нам с тобой быть единомысленными, каковы мы и на самом деле с тобою. Я изложил свои мысли не как учитель, но как в обычной беседе с тобой, со всей простотой; теперь остается тебе, рассудительный сын мой, самому судить об этом; напиши мне, не представляется ли тебе что-нибудь более справедливым и лучшим, или найдешь ты все приличным». Церковь нашла все послание полезным и включила в число церковных постановлений.613

К догматическим сочинениям Дионисия относятся: трактат о природе, апология и сочинение против Непота.

Трактат оприродефилософско-богословское сочинение, в котором опровергается эпикурейско-атомистический взгляд на происхождение и судьбу мира; зависимость мира от всеблагого Бога доказывается здесь из устройства мира и человека.614

«Когда строится дом и город, рассуждает св. Дионисий, камни не ложатся сами в основание и не летят вверьх на стены, но зодчий кладет их, каждый на свое место... Когда говорят, что из атомов составилось прекраснейшее целое и устроилось ими без намерений и мысли: как можно слушать их? Атомы неустроенные недалеко ли ниже паука, когда тот делает свое дело так старательно? Как равнодушно слушать, будто этот великий дом, состоящий из земли и неба, по высше-умному устройству, называемый κοσμοσ, получил свой порядок и убранство от атомов, носящихся без порядка и самый порядок будто изменился в мире? Кто допустит, что постоянные эти движения и перевороты произошли из какого-то беспутного ношения? Кто согласится, что совершеннейшая гармония небес образовалась из инструментов вовсе не мусикийских и нестройных?».

Из книг против Caвеллия сохранилось прекраснее размышление о том, что материя – не безначальна.

Св. Дионисий писалАпологиюв защиту своего правомыслия. Подозрение в неправомыслии св. Дионисия основали было на том, что обличая Савеллия, не признававшего во Отце, Сыне и Духе Св. трех лиц, а только, три имени единого Бога, он употребил выражения, которые, как казалось, слишком резко показывали различие лиц; всего же более оно зависало от слабости человеческой; ибо толкователи слов его, как писал Дионисий, приводили в своем объяснении выражения его не в связи и не в подлинном виде; и от того только, что Дионисий о слове – единосущный выражался, что нет его в писании, поставили его в число отвергающих единосущно сына Божьего с Отцом. Св. Дионcий писал по сему случаю к римскому епископу Дионисию четыре послания, в которых и продолжал обличать Савеллия и в защиту свою объяснял, в каком смысле употреблял он выражения так худо понятые другими. «Как cияние вечного света и Сын вечен; ибо когда свет вечен, то и cияниe вечнo. Свет открывает себя сиянием, свету необходимо сиять. Когда есть солнце, то есть и cияниe, есть и день.....Бог – вечный свет, безначальный и бесконечный. И так и вечное cияниe не имеет начала и вечно рождается в Нем... Когда есть вечный Отец: то есть и вечный Сын: ибо если есть Отец,  то есть Сын... Оба существуют и всегда существуют... Из таких объяснений можно было видеть несправедливость того обвинения, будто я отвергал, что Христос единосущен (ὀμοϨ́σιος) Богу. Я говорю только, что не находил сего слова и не читал его нигде в св. Писании; между тем объяснения, который присоединил я и о которых они (противники) умалчивают, – не противоречат той истине». (т.е. что Сын Божий единосущен Отцу). «Те имена, о которых говорил я, неотделимы одно от другого. Когда говорю об Отце: то, не упоминая о Сыне, в имени Отца даю разуметь о Сыне... Присоединил я Духа святого, но прибавил и то, откуда Он и чрез кого посылается... Так мы незримое единство расширяем до троичности и троичность неуменьшимую сокращаем в единство». В заключении писал: «сообразно с тем и мы, приняв образ и правило (τύπον και κανονα) от пресвитеров, предшествовавших нам, согласно с ними воссылаем благодарение и заключаем послание: Богу Отцу и Сыну Господу нашему Иисусу Христу со Святым Духом слава и держава во веки веков».615

Случай с св. Дионисием поучителен в двух отношениях:

а) он показывает, как неосновательно некоторые и ныне поступают, когда, не находя у древних учителей какого-либо слова, введенного в последствии, выдают за дело решенное, что и самой мысли, выраженной тем словом, не было у тех учителей; б) пример римской церкви, сильно вступившейся за ту мысль, что будто св. Дионисий александрийский отвергает единосущие Сына Божьего с Отцом, показывает, как твердо древняя церковь верила и охраняла веру в Божество Сына Божьего.

В спорепротив хилиастовсв. Дионисий показал, что иносказательное толкование писания, с любовью изученное им у Оригена, имеет основание в писании и может быть употребляемо в защиту истины. Непот, египетский Епископ, при жизни своей написал сочинение противаллегористов, в котором принимал тысячелетнее царство Христово, изображенное в Апокалипсисе, за земное царство с земными удовольствиями. Мысль его во время св. Дионисия защищали особенно в Пентапольской области, так что произошел из того раскол. Св. Дионисий написал об обетованиях против Непота. В первый части своего сочинения он объяснял, что обетования о царствии надобно принимать не в чувственном виде, а в духовном и доказал это превосходно как откровением, так и рассмотрением природы человеческой. Во второй части рассуждает об Апокалипсисе, на котором xилиасты основали свое учение. Сперва говорит, что этой книги некоторые не хотели признавать произведением кого-либо из святых мужей. «Но я, продолжает он, не смею отвергать эту книгу, особенно когда многие из братьев высоко уважают ее. Я думаю о ней так, что она превышает понятие мое и заключает в себе некое тайное и чудное понимание вещей особенных». За тем соглашается, что эта книга произведение «святого и богодухновенного мужа и писана Иоанном». – «Но не доверяет тому, что она писана Апостолом Иоанном, хочет видеть писателя ее в пресвитере Иоанне»; думаю, что это некто другой (Иоанн) из бывших в Азии, так как и говорит, что два есть надгробные памятника (μνηματα) в Ефесе, и тот и другой носят на себе имя Иоанна». – Дионисий сличает слова и выражения Апокалипсиса с посланиями и Евангелием Апостола.616

Хотя Дионисий в деле с хилиастами показывает в себе рассудительного критика и желанию его опровергнуть бредни хилиастов надобно отдать честь: но оснований сомнению его против писателя Апокалипсиса нельзя назвать основательными. Ибо а) другого пресвитера и предстоятеля Иоаннa в Ефесской церкви во времена апостольские не было, кроме Апостола Иоанна, – как это известно между прочим из слов Поликрата, ефесского епископа 2 века. Два памятника, на которых Дионисий думает основать свою мысль о двух Иоаннах, могли быть и были посвящены одному Апостолу, как об этом и говорит по преданию Иероним.617б) Св. Поликарп смирнский, ученик Апостола Иоанна, свидетельствует, что Апокалипсис писан Еванг. Иоанном; то же как видели мы, свидетельствовали Ириней и Мелитон, жившие так близко ко временами апостольским и в самой Aзии.618След. все историческое не на стороне недоверия Дионисиева.619

Нельзя не жалеть, чтотолковательныесочинения такого рассудительного критика, каким был Дионисий, почти все потеряны для нас. – Объясняя Лк. 22:42, он пишет: «мы касались сего в Матфее и в Иоанне; скажем, если Бог даст, и в Марке». И так он писал толкования на все четыре евангелия. Но доселе отыскано только объяснение Лк.22:42–48.620Евсевий пишет о нем: «в письме к Василиду епископу пентапольскому говорит, что написал объяснение на начало Екклесиаста».621«Толкование на начало Екклесиаста, 1–3 гл. дошло до нас.622Кое-чтό хранилось еще из объяснений наИоваи на некоторыепосланияапостольские».623

Тогда как столько сочинений великого Дионисия потеряно дли нас, имя его не освобождено было от того, чтобы им прикрыть произведение умов слабых. С его именем есть послание к Павлу самосатскому, известное и по русскому переводу624; это послание не принадлежит св. Дионисию. Оно а) писано не слогом Дионисия; б) о нем не знали древние; а св. Афанасий без сомнения упомянул бы о нем в своей апологии Дионисию, потому, что в нем упоминается словоединосущный; в) сочинитель худо знал Павла, когда по его мнению Павел допускал во Xpисте два лица, два сына, чего вовсе не было с Павлом; г) слово Θεοτοκος и другие подобные показывают, что письмо сочинено после никейского собора.

Блаж.Архелай, епископ Касхары месопотамской, был муж с обширными познаниями о вере и природе, с умом светлым и проницательным, с ревностью апостольской к истине625, пастырь добрый и попечительный о стаде.626

Он был первый, который обличал нечестивое манихейство словом и писанием. Скифиан, по происхождению Скиф, в конце второго века изложил в четырех книгах новую Философско-религиозную систему, но не успел, хотя и хотел, приобрести последователей своим мыслям. Книги его достались Курбику, получившему ученое образование; усвоив и переработав мысли Cкифианa, Курбик, с именем Манеса, стал настойчиво распространять новую мудрость в Персии. За неудачное лечение юного Принца он, как обманщик, посажен был в тюрьму. Убежав из заключения, явился в Месопотамии и стал здесь проповедовать свое нечестие.627Он написал письмо, с изложением своих мыслей, к Маркеллу, пользовавшемуся уважением в Месопотамии, думая чрез него приобрести внимание к своим мыслям. – Узнав о том блаж. Архелай упросил Маркелла пригласить к ceбе Манеса. Между тем Тирбон, чрез которого доставлено было письмо Манесово, принятый с дружеской лаской, подробно рассказал как о жизни Манеса, так о его учении. Когда, по приглашению Маркелла, явился Манес в Касхары: здесь уже назначено было публично беседовать Архелаю с Манесом; судьями – посредниками спора выбраны были образованные язычники. Спор так неудачен был для Манеса, что он от стыда скрылся из Касхары. В местечке Диодориде он снова стал сеять свое учение и успел склонить на свою сторону священника Диодора, человека доброго, но незнакомого с тонкостями диалектики. Манес назначил публичный спор. Извещенный о том Архелай, дав знать Диодору, кто таков Манес, просил не оканчивать спора до его прибытия.628На площади, среди местечка, Манес с раннего утра начал разговор с Диододом, как явился Архелай. «Позволь мне состязаться с Диодором, ты – епископ выше меня», сказал с притворной учтивостью Манес. Архелай, сказав, что эта учтивость неуместна, вступил в состязание с Манесом. Победа над Манесом одержана была полная, – народ в негодовали на нечестие Манеса хотел бить его. Манес убежал в крепость Арабион.629Это было в 277 г.630Блаж. Иероним пишет: «Архелай, епископ месопотамский, написал на сирском языке книгу о состязание своем с Манихеем, выходцем из Персии, и его книга в греческом переводе есть у многих».631Епифаний также свидетельствует, что ревностный пастырь, для назидания общего, изложил письменно весь спор свой с Манесом.(_здесь в ориг. Стр. 149 отсутствует сноска №8) Кончина блаж. Архелая последовала вероятно не прежде 280 г.

Подлинность и важность «состязаний касхарского епископа Архелая с ересеначальником Манесом»632выше всякого сомнения.633Св. Кирилл иepуc.634, Иероним, Епифаний, Сократ635, П. Фотий636пользовались сочинением блаженного Архелая, как сочинением весьма полезным, умным и дышащим святой любовью к  истине.

Содержание спора с Манесом следующее: Манес объявил о себе, что он – обещанный Христом Параклит, назначение его – очистить христианство от вымыслов иудейских и возвести к высшему совершенству; за тем с диалектической тонкостью изложил учение свое о двух началах, добром и злом. Блаженный Архелай с диалектической тонкостью раскрывает несостоятельность учения Манесова о двух началах, показывает в его системе противоречия одних мыслей с другими, несогласие их с опытом и историей, с здравыми понятиями о Боге и человеке и наконец с словом Божьим. За тем предоставляет судить каждому, есть ли в Манесе что-нибудь похожее на посланника Божьего или не скорее ли он – человек с расстроенной душей?637

Манес отвергалвоплощениеХристово. Блаж. учитель доводит до очевидности, что Манес разрушает тем все святое для христианина и человека. «Если по твоему, говорит он Манесу, не родился Он: то конечно и не страдал: нельзя страдать тому, кто не родился. Если же не страдал: то прочь и имя креста. Если не принял креста: то и не воскрес Иисус из мертвых. Если не воскрес из мертвых: то и никто другой не воскреснет. Если никто не воскреснет: то не будет суда. Известное дело, что если я не воскресну: то и не буду судим. Если не будет суда: то напрасный труд хранить заповеди Божьи, неуместно воздержание:да ямы, и пием утре бо умрем(Кор.6:32). Все это соединяешь ты, отвергая то, что родился Он от Марии. Если примешь рождение Его от Mapии: то необходимо и страдание и воскресение и суд и тверды для нас заповеди писания. И так не маловажен вопрос и очень многое заключается в одном слове. Как весь закон и пророки состоят из двух заповедей: так все наше упование зависит от рождения из блаженной Марии.638

Вот как рассуждает Святительо свободном произволении. «Все, что создал Бог, создал весьма хорошо, каждому дал свободное произволение и таким образом положил закон для суда... Грешить наше дело, тогда как не грешить – Божий дар: в нашей воле состоит грешить или не грешить... Подлинно те, которые хотят, исполняют заповеди; а которые не хотят и уклоняются в разврат, понесут приговор суда. Так и некоторые из Ангелов, не покоряясь волению Господа, воспротивились Его воле – и заслужили вечный огонь».639

В заключении спора с Манесом, показывая, что твердой опорой христианству служит божественное происхождение его, блаж. учитель так говорит о важности Иерархии: «мы называемся христианами по воле Спасителя, как знает о том вселенная и учат Апостолы. Прекрасный строитель Павел положил основание церкви, дал закон, поставил в ней служителей, пресвитеров, епископов, предписав в каждом месте, как надлежит быть служителям Божьим, какие должны быть пресвитеры, каковы те, которые желают епископства. Все это правильно и прекрасно устроенное сохраняет у нас и доныне свое положение и порядок в сем деле остается неизменным».640

После Максима, преемника св. Дионисию, с 282 г. управлял александрийской церковью св. Феона. Он поддерживал своим покровительством александрийское училище, где при нем начальниками были пресвитеры Ахилл и Пиерий. Более 18 лет управлял он паствой641и мирно почил в 300 году.642

Доселе уцелело драгоценное послание Епископа Феоны начальнику постельничих двора Императорского. Письмо по содержанию принадлежит к первым годам правления Диоклетианова. Тогда двор Императора наполнен был христианами.643Письмо дышит благочестием и простотой. Оно все состоит из наставлений – жить достойно христианского имени.

«Благодарение всемогущему Богу и Господу нашему Иисусу Христу, пишет св. Феона: Он открыл для всей вселенной веру свою – единственное средство спасения нашего и не престает распространять ее даже среди гонений мучителей. Напротив, в бурях гонений, она засияла как золото, очищенное огнем: истина ее всегда более становилась блистательной, чтобы во время мира, дарованного добрым Императором, дела христиан сияли пред неверным и славился тем Бог Отец Небесный. Об этом-то, если хотим быть христианами не именем только «а делами» надобно нам заботиться. Если ищем славы нашей: ищем вещи суетной и изменчивой, которая передает нас смерти: Но слава Отца и Сына, распявшегося за наше спасение, спасает нас для вечной жизни, – желанной цели христиан».

«Любезный мой Лукиан! не думаю и не хочу, чтобы ты хвалился тем, что чрез тебя многие во дворе Императора познали истину. Надобно благодарить Бога нашего; он устроил тебя во благое орудие на дело благое и возвысил тебя у Императора, чтобы распространял ты благовоние имени христианского в Его славу и на спасение многих. Чем более Император, еще не христианин, доверяет жизнь свою хранению христиан, как людей вернейших: тем более вы должны быть усердны, старательны и предусмотрительны на счет безопасности его, дабы славилось тем имя Христа и вера Его чрез вас, охраняющих Императора, распространялась каждый день».

«Отнюдь не должно быть, чтобы за деньги продавали вы доступ к Государю или что-либо бесчестное делали пред Государем, побежденные просьбами или мздой. Во всем поступайте кротко, прилично, правдиво, дабы во всем славилось имя Бога и Господа нашего Иисуса Христа».

«Должности ваши, к которым вы приставлены, исполняйте тщательно, со страхом Божьим и со всей любовью к Императору. Повеление государево, которое не оскорбляет Бога, считайте происшедшим от Бога и выполняйте с любовью, почтительно и с приятностью»...

Давая наставления частные, сообразные с должностью каждого, о Библиотекаре пишет: «если он из числа верующих в Христа: не должно пренебрегать светскими сочинениями и произведенные язычников, нравящимися Государю. Надобно хвалить поэтов за великая дарования, за находчивость в изобретении, за силу и изящество выражений. Надобно хвалить ораторов, надобно хвалить философов... Иногда пусть постарается одобрять и свящ. писание, которое Птоломей Филадельф с таким старанием и издержками перевел на наш язык: пусть похвалить иногда Евангелие и Апостол, как писания богодухновенные, может быть коснется дело до Христа, пусть мало-помалу объяснит божественность Его».

Обращаясь к общим правилам, говорит между прочим: «пусть не проходит ни дня без того, чтобы в свободное время не читали вы что-нибудь из свящ. писания, – ни что так не питает душу и ум, как свящ. чтения; от них получите особенно ту пользу, что будете проходить должности ваши терпеливо, благочестиво, в любви Христовой и будете пренебрегать всем временным для обетований вечных, которые превосходят всякий ум и вам доставят вечное блаженство.

Будь здоров и счастлив, милостивый Господин мой Лукиан».644

Прекрасные картины жизни Христианской среди язычества! Если хотите, найдете не мало нужного и для учения о вере. Видите, имя Христа Иисуса каждый раз произносится не иначе как имя Господа нашего; достоинство Его – достоинство Божества; он пострадал за наше спасение; драгоценны слова и о св. писании.

Благородный по происхождению, богатый и осыпанный почестями светскими,Филейотказался от всего для нищеты Христовой и был поставлен в Епископа Тмуита, – места рождения своего.645

При средствах, какие давали ему происхождение и богатства, он был образован лучшим образом в светских науках; но любил более всего мудрость христианскую.646При Максимине Геркулие областной правитель Фиваиды Кульциан вызвал его в Александрию, чтобы склонить к отречению от веры. Дошедшие до нас Проконсульские акты состязания Филея с префектом, поучительны.647«Когда положен был Филей на амвоне, префект Кульциан сказал ему: «хочешь быть здравым? Всегда я здоров и живу трезво». Кульциан сказал: «пожри богам». Филей отвечал: «не приношу жертв». Почему? «Потому что св. Писание говорит: истребится тот, кто приносить жертвы богам, кроме Единого Бога». Префект Кульциан сказал: какие жертвы угодны Богу твоему? Филей отвечал: «сердце чистое, чувства искренние, слова истины – приятны Богу»... Кульциан сказал: Павел не простак ли? Не по сирски ли разговаривал? Филей отвечал: «нет, он был Еврей и разговаривал по-гречески, и обладал мудростью – высшею». Кульциан сказал: ты скажешь, что был он выше Платона? Филей отвечал: «не только Платона, но умнее был всех философов, ибо переуверил мудрых». Побереги язык твой и принеси жертву. Филей отвечал: «не приношу, потому что берегу душу свою. Душу свою берегут не только христиане, но и язычники. Возьми пример Сократа. Когда вели его на смерть: тут была жена его с детьми, он не воротился, а охотно принял смерть». Кульциан сказал: Христос был Бог? Да, отвечал Филей. Чем ты убежден, что был он Бог? Филей отвечал: «слепых заставил видеть, глухих слышать, прокаженных исцелил, воскресил мертвых, немым дал язык и многие болезни уврачевал, – воскрес из мертвых и сотворил Многие другие знамения и чудеса». Кульциан сказал: Бог распятый? Филей отвечал: «распялся за наше спасение. При том знал, что должен быть распят и терпеть поношения, и однако предал себя, чтобы все вытерпеть за нас. Свящ. писания предсказали это о Нем, те писания, которые имеют Иудеи и которых не исполняют. Кто хочет, пусть идет и смотрит, так ли это». Кульциан сказал: если бы ты был беден и дошел до такого безумия: я не поберег бы тебя. Но ты так богат, что можешь питать целую область; потому-то щажу тебя и убеждаю – принеси жертвы. Филей отвечал: «не приношу и тем берегу себя. «Бедная жена твоя смотрит на тебя. Филей отвечал: «Он, призвавший меня в наследие славы своей, силен и ее призвать». Адвокаты, должностные, префект, все сродники уговаривали его поберечь жену и позаботиться о детях. Все было напрасно. Св. Филей и друг его Филором охотно лишились головы. Это было в 307 г.

Из темницы верный Пастырь Христов писал Тмуютанам увещание к мученичеству. Значительную часть превосходного послания сохранил для нас Евсевий. Кроме главной мысли о мученичестве здесь видим ясное учение о божестве Христа Иисуса и о вочеловечении Сына Божьего для нашего спасения; здесь же и поразительная картина страданий, которым подвергали христиан за имя Христово.

«Так как блаженные мученики, с нами бывшие, писал св. Филей, знали, что все такие примеры и превосходные памятники находятся в св. писании: то без всякого недоумения, устремив чистый взор к Богу и охотно решаясь на смерть за благочестие, твердо устояли в своем звании. Они хорошо знали, что Господь наш Иисус Христос вочеловечился для нашего спасения, чтобы и грех истребить и – доставить нам пособия для входа в жизнь вечную. Он не считал за хищение равным быть Богу, но умалил сам себя, принял вид раба и по виду оказавшись человек, смирил себя даже до смерти и смерти крестной».

Другое послание писано было в то же время св. Филеем от имени четырех епископов; к Мелетию, епископу Ликопольскому. Мелетий тайно и без ведома св. Петра, Архиепископа александрийского, посвятил в Александрии двух искателей чести в священство, имея в виду чрез них составить себе партию в Александрии. Эту дерзость поспешили обличить св. исповедники епископы в письме к Мелетию. Предмет весьма замечательный для церковного благочиния!

«Есть закон отцов и праотцов наших, которого ты не можешь не знать, установленный по чину божественному и церковному (ибо все установлено ими по воле Божьей и по ревности к лучшему): в чужих епархиях не следует никому из епископов совершать рукоположения. Этот закон очень важен и мудро установлен. Наперед надобно со всею точностью испытать поведение и жизнь поставляемых. Потом надобно отклонять всякое смущение и беспорядок. Каждый и своею эпархией едва может управлять со всем тщанием и обдуманно должен находить достойных служителей между теми, с которыми он проводить все время и которые воспитаны под его рукой. А ты дерзнул всем пренебречь; – не принял во внимание ни последствий, ни закона блаженных отцов наших, преемников Христовых по закону преемства, ни достоинства великого епископа и отца нашего Петра, от которого все мы зависим по упованию о Господе Иисусе Христе. Не умилостивился ты и нашими темничными страданиями, ежедневными и разнообразными поношениями и скорбями. Ты скажешь: я поступил так в отсутствие пастыря, по нуждам паствы опустошенной, чтобы не увлекались многие неверностью многих. Но очень известно, что паства не имела нужды в том».648

Григорий просветитель – первый архиепископ Армении. Сын Анака из царского рода Артакидов, оставшись сиротой в детстве, вырос и получил христианское образование в Kecapии каппадокийской. Вступив потом в службу к Тиридату, возведенному на армянский престол Диоклитианом, Григорий отличался преданностью князю, но вместе пламенел ревностью к св. истине. Армения тогда, за исключением немногих мест649, была еще языческой. Григорий смело проповедовал св. истину слепым язычникам. Тиридат торжественно приносил с двором своим жертвы Артемиде. Один Григорий не принял участия в деле нечестия. «Я верно служу царю земному, хочу быть верным и небесному», говорил он Тиридату. Царь армянский хотел быть покорным слугою Диоклитиану и желал делать только приятное зверскому гонителю христиан. Выслушав из уст Григория исповедание истин христианских, он велел предать Григория жестоким истязаниям и в позорном виде водить по улицам города. Это повторялось несколько раз. За тем Григорий, брошен быль в ров, в жертву голодной смерти. Наконец свет истины победил тьму. Из уст Григория Тиридат смиренно выслушал проповедь евангельскую и по его же желанию посвящен был кесарийским архиепископом Леонтием в архиепископа Армении.650Это было в 290 г. Св. Григорий основал множество храмов и посвятил несколько епископов для Армении, распространив свет евангелия и между дикими племенами каспийского побережья и Кавказа. Верный ученик смиренного Иисуса скончался в смиренном уединении ок. 305 г. и потомство почтило его достойным именемпросветителя.651

Неизвестный сочинитель похвального слова св. Григорию говорит о нем: «он с пламенной ревностью наставлял по богодухновенному писанию: написал мудрые беседы и научил весьма многие народы».652Ныне известны на армянском языке 23 Беседы Григория просветителя и изложение веры для царя и народа Армении, к сожалению еще не изданные.653

Памфил, кессарийский пресвитер, знаменитый по роду, по богатству родителей, по образованию и наконец по нищете духовной и мученическому подвигу, первоначальное образование получил в Берите – месте своего рождения.654Отказавшись от видов на светские должности, слушал Пиэрия, начальника александрийского училища.655Возвратившись в Палестину, облечен был саном пресвитера и занялся учеными трудами для пользы других.656Он устроил в Kecaрии библиотеку, обогатил ее творениями отцов, которые частью сам списывал, частью приобретал везде, где только мог, и рукописи его столько были ценимы, что Иероним, достав одну из них – толкование Оригена на 12 пророков, – считал себя Крезом.657С ревностью распространяя христианское образование, он успел воспитать мучеников, каков был Эдессий, отличавшийся высокой образованностью и жизнью.658Оправдывал веру свою в Господа особенными делами милосердия до того, что делил с бедными все, что имел659; считая богатства духа выше земных сокровищ, покупал и списывал рукописи, чтобы наделять ими неимущих660; вообще жил как христианский философ.661

В 307 г. за имя Христово он взят был префектом Урбаном под стражу, вытерпел страшные истязания и после того два года томился в темнице, где и скончался мученически.662

Бл. Иероним пишет, что св. Памфил по смирению ничего не писал кромеписем.663Слова Иеронима вполне справедливы по отношению к духу Памфила, справедливы и в том отношении, что Памфил мог более писать, чем писал: но им писаны не одни письма.

1)      Св. Памфил ревностно занимался исправлением текста 70. Писцы ухе успели и в его время внести ошибки в текст 70, исправленный Оригеном, или списывали с списков вовсе неисправленных. Св. Памфил достал подлинник экзаплов Оригеновых и по нему, равно и по другим спискам, исправил В. и Н. Заветы, сопровождая некоторые места краткими объяснениями и оглавлениями; особенно же обращал внимание на Новый Завет. Сей исправленный текст столько был уважаем, что по словам бл. Иеронима был в общем употреблении во всех церквах, находившихся между Александрией и Антиохией.664С сего текста снимали списки не для одной Палестины, но я для других церквей.665Когда блаженный Константин увидел в созданном им царственном городе умножение христиан: то он письмом просил Евсевия епископа кессарийского прислать ему 50 лучших списков Библии для нового города.666Таким образом текст исправленный Оригеном и пересмотренный св. Памфилом в 303 г. явился в столице империи. Дошедший до нас древнейший александрийский список Библии заключает в себе текст самый близкий к тексту экзаплов, и след. текст пересмотренный св. Памфилом уже в 4 в., если не ранее, перешел и в Египет.

Часть труда Памфилова для текста Библии составляет дошедшее до насизложение глав книги Деяний.Евфалий епископ в 462 г. воспользовался списком сего труда Памфилова из кессарийской библиотеки, прибавив свое разделение стихов. После того изложение Памфилово вошло во всеобщее употребление, несправедливо иногда нося имя труда Евфалиева.667

2)      Св. Памфил тогда, как содержался в темнице, писалАпологию за Оригена: так пишут Евсевий, Сократ, Фотий и др.668Евсевий сам был очевидцем сего труда Памфилова и в последствии дополнил пять книг Памфила шестой.669Иероним сперва сам писал тоже.670Но потом в жарком споре с Руфином об Оригене домогался опровергнуть это известие, но без всяких исторических доказательств, и тем не ослабил, а усилил историческую правду.671

Сочинение написано было в виде писем к исповедникам палестинским, осужденным на рудокопные работы. В дошедшей до нас первой книге, после письма и общего замечания об учении Оригена, излагается учение Opигена: а) о Богословии и в частности положение его: что не согласно с учением преданным церкви апостолами, то не истина; б) о Боге Отце; в) о Божестве Сына Божьего; г) о Духе Св.; д) о воплощении Сына Божьего; е) об историческом смысле писания; ж) о воскресении; з) о казнях грешникам; и) душе; и) об изменении душ. Предлагая слова Оригена, св. Памфил прибавляет и свои собственные суждения. Из прочих книг сочинения Памфилова дошло только извлечение Фотия.672

3) Наконец недавно изданоизвлечение св. муч. Памфила из апостольского собора в Антиохии673; труд замечательный для истории церковного благочиния.

В то же время, как кессарийская церковь украшалась св. Памфилом, для антиохийской украшением был св.Лукиан, ее пресвитер.

Сын благородных родителей самосатских, Лукиан получил образование, соответствовавшее происхождению его – и был приготовляем к светским должностям. Но по смерти родителей, раздав имущество бедным, он обратился к исповеднику Макарию в Эдесс и слушал наставления его в изъяснении св. писания.674Жизнь вел он строго подвижническую. Посвященный в сан Пресвитера антиохийского, завел училище в Антиохии. С ревностью и успехом проповедовал имя Христово Иудеям и язычникам, «сам же прилежаше учению божественных книг и многи от Эллин обращаше к Богу».675– В начале Диоклитианова гонения в 303 г. он в Никомидии был в числе исповедников веры и извещал антиохийскую церковь о мученической кончине св. Анфима никомидийского епископа.676Возвратясь в Антиохию  в 311 г., по доносу Савеллиана, был схвачен и представлен в Никомидию, где тогда находился Имп. Максимилиан, представил апологию за веру мучителю префекту677и брошен был в темницу в тяжких оковах, на жертву голодной смерти; голод терзал его, но напрасно предлагали ему языческую пищу, напрасно подвергали снова пыткам; на все вопросы ответ его был один: я христианин.678Отягченный оковами, снедаемый голодом, он лежал в темнице на спине и не мог сделать никакого движения; соучастники страданий его желали в приблизившийся праздник Богоявления соутешиться с ним в последний раз трапезой Христовой. Тот, кто готовил себя в жертву Господу, совершил на собственной груди страшное тайнодействие и в назначенный им день скончался мученически.679

Самым знаменитым ученым трудом Лукиана было исправление греческого текста Библии.

Бл. Иероним пишет: «Лукиан, муж знаменитейший, пресвитер церкви антиохийской, столько трудился над писанием, что доселе некоторые экземпляры называются Лукиановыми».680

Тоже самое, чтό заставило св. Памфила в Палестине пересмотреть греческий текст В. Завета, побудило и Св. Лукиана, жившего в Сирии и Азии, подвергнуть пересмотру текст всей Библии – как В. так и Н. Завета. Св. Лукиан видел в св. тексте, как пишут Свида и Метафраст, ошибки, внесенные не только временем, но и людьми злонамеренными, и потому решился употребить труды и сведения свои на то, чтобы передать Церкви текст исправнейший. Он обратился прежде всего к еврейскому подлиннику, для чего предварительно изучал язык еврейский; по месту рождения зная язык cирский, он с помощью языка столько близкого к еврейскому, без сомнения хорошо узнал подлинный текст В. Завета; кроме же подлинника он имел в виду и переводы.681Писатель греческого анфология говорит, что Лукиан передал никомидийской церкви В. и Н. Завет,  написанный в трех столбцах (γεγραμμενον δελισι τρισσαις).682– Это известие вполне вероятно и не трудно угадать, чтό помещал св. Лукиан в трех столбцах. Уже по тому самому, что св. Лукиан родился в Cирии, могли бы мы положить, что он не упускал из внимания древнего сирского перевода Пешито, и тщательное рассмотрение списков Н. Завета приводит к несомненной уверенности в том, что св. Лукиан действительно имел в виду Пешито; ибо отличия сего перевода повторяются и в тех списках, которые сохраняли в себе следы Лукианова труда.683Таким образом в трех столбцах своих св. Лукиан помещал тексты еврейский, сирский и греческий.

Характер Лукиановой рецензии можно видеть в словах бл. Иеронима; он писал: «кратко замечу, чтобы вы знали, что иное есть изданиe то, которое Ориген и Евсевий кессарийский и все греческие писатели называют χοινὴ, т.е. общим и простым (communem atque vulgatam) и которое ныне многие называют Лукиановым, а иное издание LXX толковников то, которое находится в Экзаплах».684По этим словам текст св. Лукиана был столько близок к тому тексту, который еще Ориген называл общим, что в последствии во время Иеронима слова: текст общий и текст Лукианов, были словами однозначащими, иначе текст Лукианов потому назывался общим, что в нем не было дополнений, внесенных Оригеном в свой текст из других переводов. Так описывается текст Лукианов и в Афанасиевом синопсисе, только еще с большей ясностью: «он (Лукиан) рассмотрел прежние переводы и еврейская книги и обращал тщательное внимание на то, чего не доставало, или что было лишним и все исправил в своем месте».685Евфимий Зигабен пишет, что текст Лукианов не заключал в ceбе вставок других переводчиков.686Согласны с этим свидетельства Свиды и Никиты ираклийского.687По всем свидетельствам ясно видно, что а) текст св. Лукиана с преимущественной точностью представлял текст 70; б) что ошибки писцов, изменения переводчиков разных, вставки и опущения против еврейского текста, внесенные не самими LXX. св. Лукиан исключал сообразно с еврейским текстом и с переводом сирским. Но в) за недостатком свидетельств неясным остается, откуда св. Лукиан дополнял общий текст 70 в тех случаях, когда в нем не доставало слишком многого по спискам, как находил Ориген?688Надобно положить, что св. Лукиан пользовался и экзаплами Оригена, и это отчасти подтверждается списками, сохранившими в себе остатки Лукиановой рецензии.689

Труд св. Лукиана, в предохранение от врагов веры, во время исповеднического подвига его сохранен был в стене, где ящик с рукописью залит был известью и здесь найден был при благоверном Константине.690Последнее было, как вероятно, в то время, когда св. Елена над чудесно-спасенными мощами св. Лукиана воздвигла в 326 г. великолепный храм в Дрепане, названной в честь ее Елеонополем.691С сего времени перевода пересмотренный св. Лукианом, начал входить во всеобщее употребление. Бл. Иероним говорил о своем времени: «Константинополь даже до Антиохии одобряет экземпляры Мученика Лукиана».692Это значит, что текст Лукианов принять был в церковное употребление прежде всего в малой Азии и Сирии, тогда как в Палестине оставался таковым текст экзаплов. Между тем александрийский список Библии конца 4 в. представляет книгу Иова не по тексту экзаплов, а по рецензии св. Лукиана, – и след. текст св. Лукиана в конце 4 в. уже был известен и в Египте.693Без сомнения вместе с тем, как Константинополь время от времени входил в значение средоточия для всего православного и текст св. Лукиана получал значение более и болеe значительное, и единством иерархической власти предохраняем был от порчи. По крайней мере по отношению к тексту Η. Завета дознано, что в константинопольском тексте, или в тексте св. Лукиана, подлинный текст апостольский сохранялся в лучшем виде, чем в других списках.694

Евсевий писал, что св. Лукиан, представленный к областному начальнику за веру, возвестил небесное царствие Христово сперва словом чрез Aпостолов, потом и делами.695Руфин в своей истории отчасти сохранил самую апологию.696Здесь апологет говоря о воскресении Христовом, говорил: «воспользуюсь свидетельством самого места, где это случилось; самое место соглашается со мной. – Голгофская гора, рассевшаяся под славой креста, та пещера, которая по отверстии входов преисподней, снова возвратила одушевленное тело, чтобы болеe светлым вознеслось оно на небо... Привожу вам во свидетеля самое небо, которое узрев, что делают нечестивые на земле, в полдень сокрыло свет свой. Поищите в ваших летописях и вы найдете, что при Пилате, когда страдал Христос, день прерывался солнечным затмением.697

Епископы aнтиохийскогo собора 341 г. предлагали символ веры в св. Троицу и говорили, что сей символ весь написан рукой самого Лукиана, пострадавшего в Никомидии.698Древний, но неизвестный по имени, сочинитель книги о св. Троице говорит, что сей символ принадлежит св. Лукиану. Св. Афанасий и Иларий сохранили тот же символ в своих сочинениях, как замечательный памятник веры и ни слова не сказали, чтобы сей символ не принадлежал св. Лукиану.699При Валенте собор тарский опять указывал на символ М. Лукиана.700Хотя известно, что бывшее на соборе 341 г. были частью Apиане: но это вместе с местностью собора еще более подтверждает подлинность символа, так как символ Лукиана заключает в себе обличение арианству и вполне сообразен с обстоятельствами времени св. Лукиана. Из содержания символа видно, что он направлен был против Савелия и Павла Самосатского, как замечал и св. Иларий. «Согласно с Евангельским и Апостольским преданием, говорит св. Лукиан, веруем во единого Бога Отца Вседержителя... и в единого Господа Иисуса Христа, Сына Его Единородного, Бога, которым все, рожденного прежде веков от Отца, Бога от Бога, всецелого от всецелого, единого от единого, совершенного от совершенного... неизменный образ славы Отчей... ходатая Бога и человеков, Апостола веры нашей, начальника жизни... пострадавшего за нас... и в Духа св., дарованного верующим во утешение, освящение и совершенствование... Шедше научите, – крестяще их  во имя Отца и Сына и Св. Духа т.е. Отца по истине сущего Отца, Сына по истине сущего Сына, Духа св. по истине сущего Духа св. – имена не просто и не бесплодно движимые, но с точностью означающие собственную каждого из именуемых ипостась и чин и славу».701

Иероним писал о св. Лукиане: «известны его книжки о вере и  письма к некоторым».702Первые неизвестны и из последних дошло до нас не многое. Между тем Свида писал, что чистота догматов сохраняема была в сочинениях Лукиана более, чем у кого-либо из современников и что мысли его о вере особенно можно видеть в превосходных письмах его.703

Св. Мефодий704, столько знаменитый по сочинениям своим, мало известен по обстоятельствам жизни его. По сочинениям его видно, что он получил обширное греческое образование. По словам бл. Иеронима, он был сперва епископом Олимпа в Ликии и потом пастырем тирским.705Другие называют его епископом то Олимпа706, то Патар.707Что Мефодий в одно и то же время заведовал церквами Олимпа и Патар, разделенными Мирской церковью, – это не беспримерно во времена гонений; а собственные сочинения его довольно ясно говорят, что бл. пастырь действительно переходил труженнически из Олимпа в Патары для посещения братии: «за несколько дней пред сим, пишет он в сочинении о воскресении, ходил я в Патары, желая видеть Феофила».708К тому же древние писатели одно и то же сочинение о воскресении приписывают и епископу патарскому и епископу олимпийскому, т.е. дают видеть в Мефодии патарском и олимпийском одно и то же лицо.709По собственным словам его видно, что сочинения его –праздник дев и о воскресениинаносили ему неприятности710; но как и чрез кого это было, неизвестно. Так «ревностный поборник истины», как называет его св. Епифаний711, жил не без скорбей. Но и того было мало ему. Как истинный пастырь, св. Мефодий по любви к Господу и для назидания пасомых, запечатлел веру свою мученическим подвигом. Об этом свидетельствуют все древние, хотя и не определяют с точностью время мученической смерти его. Бл. Иероним пишет: «он увенчался мученичеством в конце последнего (Диоклитианова) гонения, или как другие утверждают, при Декие и Валериане».712Но что Мефодий пережил время Валериана, это показывают как сочинения его против Оригена, так особенно сочинение его против язычника Ποрфирия, который писал πосле Валериана и не прежде 270 г.713В гонение Диоклитианово церковь тирская, как известно, прославилась твердостью своих мучеников.714Без сомнения много значила в этой славной особенности твердость пастыря тирской церкви, св. Мефодия. Местом мученического подвига его была Халкида восточная715; и по всей вероятности переселился он на небо не раньше 310 года.716

Мефодий, пишет бл. Иероним, с блистательным и ясным красноречием написал несколько книг против Порфирия, также пир десяти дев, превосходное сочинение против Оригена о воскресении, против него же о Πифонисее и свободном произволе, объяснение на книгу Бытия и Песнь песней и множество других сочинений, которые читаются повсюду».717

Сочинения Мефодия действительно отличаются блистательным и ясным красноречием. Но кроме того отличием их служит диалектическая тонкость в исследовании предметов. Мефодий, как видно по сочинениям его, знаком был с Платоном. Но настроение духа у него было не Платоново, а скорее Аристотелево: любовь стагиритянина к диалектике, к логическому построению мыслей, видна во всех сочинениях его.Св. Анастасий Синаит, вазвав Мефодия «богатым мудростью»718, довольно точно выразил дух Мефодия.

По Иеронимову списку сочинений Мефодиевых видно, что ученая деятельность св. Мефодия относилась: а) к защищению веры против язычества; б) к изложению догматов веры, в) к нравственному учению и г) наконец к объяснению писания.719

а)   Cочинение против Ποрфирия, за исключением нескольких слов, сохраненных Дамаскиным, давно потеряно, и потому отзыв Иеронима о нем служит только памятником для истории.

б)   Догматико-полемическое сочинение: 1)о свободном произволении, известное на греческом по печатным изданиям только в отрывках, но которое вполне сохранилось в древнем славян. переводе, состоит из разговора между валентинианином и православным. По содержанию это сочинение делятся на две части: в первой опровергается мнение Валентиниан, что материя есть начало зла, совечное Богу; во второй показывается, что зло есть дело свободной воли сотворенной.720

После вступления, в котором говорится о пользе слушания слова Божьего, валентинианин, указывая на противоположные явления в мире стройного и беспорядочного, доброго и злого, говорит, что кроме Бога, источника всего доброго, есть начало зла, совечное Богу, материя; Бог Творец приводил в порядок материю, отделяя в ней хорошее от худого, но худое неприкосновенно для Бога оно является в мире.

«Быть не может, отвечает православный, чтобы были вместе два несотворенные начала. Надобно бы было допустить одно из двух, или Бог отделен от материи или не отделен. Если скажешь, что они не соединены: то ты допустил, что не сотворенное одно; тогда каждое из двух будет частью другого; они, составляя между собой части, составляют не два не сотворенные, а одно, состоящее из разных, одно не сотворенное... Если же кто скажет, что Бог и материя отделены одно от другого: то необходимо – быть среднему между ними, чтό выказывало бы их отдельность, а каждое должно быть соединено с другим и след. должно быть одно несотворенное. «Если кто захочет принять третью мысль о несотворенном, именно, – что Бог не отделен от материи ни оба не соединены как части, но Бог находится в материи как в месте и материя в Боге удерживает значение содержащего: то значит, Бог объемлется и ограничивается материей... К тому же надобно допустить, что Бог был погружен в худом. Ибо если материя когда-то была в беспорядке; а Бог, желая привести ее в лучшее состояние, дал ей устройство; то было когда –  то, что Бог был в неустройстве и беспорядке». Далее показываются и другие нелепые последствия той мысли. Потом говорит: «если по-твоему материя была бескачественна и безобразна и мир устроен Богом, а в мире есть качества: то значит Бог Творец качеств...  Но думаешь ли, что качества сотворены из неготовых качеств...? Если Бог создал качества из неготовых качеств и не сотворены они из субстанций: то должен ты допустить, что качества созданы Богом из ничего. Почему называешь ты немыслимым то, что Бог созидает нечто из ничего? И у нас некоторые дела людей совершаются из ничего.  Напр. возьмем архитектора: он строит города из не городов, храмы из не храмов. Если думаешь, что так как у него готово вещество, не творит он ничто из ничего: то ошибаешься. Не вещество строит город или храм, а искусство».721

Что зло не может быть вечным и несотворенным, это выводится из самого понятия о нем. Это есть свойство или действие существа, а не самое существо; напр. убийство есть действие убийцы, а не самый убийца. Одно и то же железо является добром или злом, смотря по употреблению.722

Изложение учения о свободе – самая замечательная часть сочинения. «Если бы человек, говорит св. Мефодий, был сотворен чем-то состоящим из элементов, бесчувственно служащих Богу; то не получал бы награды достойной произволения, а был бы орудием виновника своего, не стоящий и наказания за зло. Человек не узнавал бы и лучшего, а знал бы только бытие. Потому, говорю, Бог, желая почтить человека и соделать способным узнавать лучшее, дал ему власть, по которой может делать, чтό хочет и его способность наклоняет к лучшему, не с тем, чтобы опять отнять свободу, но как отец убеждает сына учиться наукам... Человек создан свободным: это не значить, что какое-либо зло уже существовало, для избрания коего будто получил он способность; но ему дана способность, которою он может повиноваться или не повиноваться Богу, – в этом состоит произвол свободы. Созданный человек получает от Бога заповедь и зло начинается с того, что уже не повинуется он божественной заповеди; вот в чем одном и состоит зло – в неповиновении, которое сам начал. Нельзя назвать его (неповиновение) прирожденным, потому что оно совершается тем, кто рожден и сотворен».723

Допуская, что возможность зла – в свободе человека, св. Мефодий говорит, что обнаружение зла совершилось по возбуждению стороннего злого духа. При том решает он вопрос: в заповеди, данной Адаму не дана ли Богом диаволу возможность погубить человека? Нельзя обвинять врача, который указывает на средства для поддержания жизни, хотя бы тайная злость и воспользовалась указанным средством ко вреду человека. Если Бог знал, что диавол сделается злым: почему сотворил его или не истребил тогда, как обольстил он человека? Бог как всемощный, мог уничтожить диавола: но оставил его с тем, чтобы люди борьбой с злом унижали виновника зла и прославляли Творца мира. Для чего создан мир? Мы не в состоянии знать намерения и подобного нам человека, – тем более тайны Божьи. Но кое-что можем знать и о целях мира. Созданием мира Бог открыл славу свою, и человек наслаждается созерцанием сей славы. Потому человек обязан быть провозвестником славы Божьей.724

Известное в слав. переводе сочинение св. Мефодия «о житии и деянии разумне» – составляет продолжение и окончание творения его о свободной воле. Здесь решается вопрос о неравенстве участи людей. В обличение недовольных своей участью св. Meфодий говорит, что роптать за недостаток благ земных неумно: человек должен быть выше всего земного; Бог сотворил человека для деятельности, а не для наслаждений, расслабляющих тело и душу. Совершенное равенство не возможно, разнообразие – принадлежность совершенства, бедность допускается или как наказание за грехи или как предостережение от грехов. В конце св. Мефодий увещевает богатых помогать бедным.725

Догматико-полемическое сочинение овоскресении, на греческом известное ныне особенно по выпискам Епифания и по изложению Φοтия726, но в полном виде известное по древнему славян. переводу, – сочинение обширное. Оно состоит из трех слов, – где о предмете спорят Мефодий и Авксентий с одной стороны, Прокл и Аглаофант с другой. Содержание Мефодиева учение такое: – В составе человека, по плану, Творца тело – не темница души, как напротив думал Ориген, а существенная часть; по плану Творца тело создано бессмертным – и смерть явилась в следствие греха. Дело Божье должно восстановиться в своем виде. Смерть попускается с тем, чтобы с одной стороны разрушением телесного состава совсем изгладить грех в теле, который иначе живет до гроба и в лучшем Христианине; с другой – преобразованием испорченного состава исцелить в нем язвы греха. Таким образом первоначальное тело не должно уничтожиться; это было бы противно идее о Боге и человеке; оно только преобразится. Точно такая же перемена произойдет и со всем миром: он не уничтожится при кончине века, а преобразится. Так в изложении Мефодиева учения о воскресении заключается и учение его о наследственной порче греховной. Вот что пишет он об этом: «Пока тело живет, еще не умерло; необходимо живет в нем грех и скрытые в нас корни его действуют, какими бы наказаниями и обличениями ни были укрощаемы. Иначе после крещения мы не творили бы никакого греха, после того как грех совсем был бы уничтожен в нас. Но и после уверования, после того, как приступили к той освящающей воде, мы оказываемся повинными греху: никто не можете похвалиться, что он свободен от всякого греха, не допускает беззакония даже и мыслью. Верой грех укрощается и усыпляется до того, что не открывает плодов погибельных: и однако не истребляется с корнем. Теперь укрощаем отпрыски его, т.е. худые помышления, чтобы какой-либо корень горечи, поднимаясь вверх, не нанес нам скорби, не дозволяем путям и дыханиям зла являться наружу, обсекая как ножом, словом Божьим, выходящие от корня отрасли. Но в будущем состоянии всякое помышление о зле уничтожится».727

Сократ пишет: «Мефодий после того, как в книгах своих долго и строго преследовал Оригена, в разговоре своем ксенос как бы поя отповедь, выражает великое уважение к Оригену».728– Так как этими словами Сократ не говорите того, что св. Мефодий принял наконец предположения Оригеновы, которые опровергал он, и в Оригене много было такого, за что должно одобрять его даже и в его изложении догматического учения: то Бароний напрасно отвергал отзыв Сократа. Впрочем сочинение ксенос не дошло до нас.

в) Из нравственных сочинений св. Мефодия Феодориту известно было слово его омученичестве. «Чудно и достожелаемо мученичество, говорил здесь Мефодий: сам Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, чтя оное, пострадал, Он, который не считал за хищение быть равным Богу».729Но более ничего неизвестно ныне об этом слове.

Праздник девс рассуждением о девстве доселе цел. Древний учитель говорит, что установлением девства не отвергается брак: брак установлен Богом. Тем не менее девство выше брака (Orat. 1, 2). Отношение девства и брака к воплощению Христову и к церкви показывает достоинства того и другого (Orat. 3). Девство освящено жизнью Господа Иисуса и тогда, как брак позволен Апостолом, как мера укротительная против плоти, – девство – состояние первого человека, возвышение всего организма человеческого на степень жизни духовной, торжество над материальной жизнью и лучший дар Господу. (Orat. 4–8). Последние два слова показывают средства к сохранению девственной чистоты: это – чтение писания, воздержание, смирение, трудолюбие и уединение (Orat. 9, 10).

Праздник дев по форме – подражание Платонову пиру, но с другим содержанием. Праздник дев Мефодия начинается совершенно также, как начинается сочинение Платона. Там Аполлодор передает, что по рассказу Аристодема, происходило на пиру у Сократа; в сочинении Мефодия Грегорион рассказывает Евбулию и друзьям, что по рассказу Феофрасты происходило на пиру дев.

Вся пышность греческого языка истощена в пире дев; фантазия и красноречие в напряженной деятельности, чтобы облечь возвышенные идеи в достойные украшения. С этой стороны искусство торжествует победу. Но множество дев, которые говорят об одном и том же – ошибка. По привычкам Христианской Европы девы не совсем скромно говорят о делах брачного союза. Но народы и века имеют свой вкус.

г) Относительно объяснений св. писания, которые Мефодий писал, но словам Иеронима, наБытие и на песнь песней, по сохранившимся ныне сочинениям сего рода, надобно положить, что св. Мефодий писал замечания только на частные места книг Бытия, Левит и других. Так в разрешение вопроса: как могло вмещаться в ковчеге столько животных, отвечал он, что Moисей, учившийся Египетской мудрости, измеряет ковчег Египетским локтем. По желанию верной Господу Килоны писал «о разлучении яди и о юнице»; объясняя 19 гл. книги чисел учил, что обрядовые постановления о различении родов нищи отменены.730Сохраненные Фотием отрывки рассуждения осотворенном, по всей вероятности, составляют часть замечаний его на книгу Бытия. Здесь он восстает против Оригенова объяснения слов:не пометайте бисер пред свиньямии пишет, что под бисерами разумеются не тайны царствия Божьего, а добродетели: иначе, говорит, не надлежало бы проповедовать веры. Но Фотий справедливо заметил, что Ориген не говорил того, что вовсе не надобно говорить о тайнах веры; а показывал, что по смыслу слов Спасителя не надобно говорить о них пред некоторыми людьми. Странно, что Мефодий, так много занимавшийся объяснением странных сторон в Оригене, не только не говорил ни чего против его страсти к аллегорическому толкованию писания, но и сам очень часто пользовался аллегорическим толкованием неуместно. Видно, всякое время покровительствует свои ошибки. Такова жизнь на земле! В образец верного объяснения слов Писания можем указать у св. Мефодия на объяснение слов:Сын мой ecu ты, Аз днесь родих тя.«Ecи, говорит, а не был, или соделан, показывая, что он и не нов и не по усвоению Сын и после того, как существовал не перестал быть, но что он тот, который рожден и будет и есть. А что присовокупляет:Аз днесь родих тя, – это означает тебя, который был прежде веков и древнее их был на небе, привожу в познание людей, Тебя объявляю им».731

С именем св. Мефодия ныне известны три Беседы оСимеоне и Анне, в неделю Ваий и о Кресте.732Но весьма сомнительно, чтобы принадлежали они св. Мефодию тирскому Святителю 3 века.

а)   Слог их мало похож на слог сочинений Мефодия тирского и одинаков с слогом сочинений св. Мефодия Патриарха 9 века;

б)   В содержании их также есть несогласное с обстоятельствами 3 века. В первой Бес. часто встречаются: Слово единосущное Отцу и Mapии Богородице; Пресв. Деве усвояется публичное празднование. Во 2 бес. кроме определенного учения о Троице говорится: «праздники за праздниками следуют в Церкви», чего не могло быть во времена гонений. В 3 бес. читаем: «когда Императоры наши увидали, что знамение креста употребляется на прогнание всех зол, то придумали знамена, называемые римским языком vexilla». Это могло быть сказано только после благов. Царя Константина. Сочинитель 1-й беседы говорит, что он кратко говорит о девстве εν συμποσιας: но св. Мефодий тирский говорил о девстве не кратко, а пространно и не в συμποσιοις. Потому συμποσια означает в 1 Бес. просто название Слов, Бесед.

Никакого нет сомнения в том, что откровения св. Мефодия патарского о последних временах733, на которые ссылался и пр. Нестор734, не принадлежат св. Мефодию 3 века. Здесь говорится о Византии и о завоеваниях Сарацин.

Петр Александрийскийепископ, «священное, как говорит Евсевий735, украшение епископов и по святости и по упражнению в свящ. глаголах». С 295 г. Петр был начальником александрийского училища.736Приняв жезл пастырский после св. Феоны737, в 303 г., он управлял церковью в тяжкое время; гонение Диоклитианово с особенной жестокостью свирепствовало тогда в Египте. Св. Петр, уклонившись из Александрии на время бури, укреплял на подвиги и издали не только свою паству, но верных всего Египта – Фиваиды и Ливии. По его увещанию целые сонмы увенчались венцом мученическим. Слабость некоторых, не выносивших жестокости мучений, побудила ревностного пастыря в 306 г. разослать правила покаяния.738Но в тоже время новую и тяжкую скорбь и церкви и ее пастырю нанесМелетий, епископ Ликополя ливийского. Тогда как св. Петр с любовью Христовой принимал искренно раскаивавшихся в общение с церковью, Мелетий, за которым самим было много открытых грехов, с жестокосердием отвергал всех падших и, явившись в Александрию в сане Пастыря ее, самовластно распоряжался делами не принадлежащей ему церкви. Увещания Мелетию остались безуспешными. Св. Петр принужден был с собором епископов произнести на него осуждение; Мелетий произвел раскол, более столетия раздиравший церковь739; при этом Арий был первым из присоединившихся к Мелетию, потом раскаялся и был посвящен во диакона, потом опять восстал против своего пастыря и св. Петр подверг его запрещению.740В 311 г. «великий учитель веры Христовой» внезапно был схвачен и без всякого суда лишен головы.741

Правила св. Петрас древних времен приняты в состав правил вселенской церкви.742Они дышат христианской любовью и утверждаются на изречениях св. Писания. Св. Петр всего более старался о том, чтобы возвратить всех в недра церкви. Он разделяет падших на роды, обращая внимание на обстоятельства падения; призывает всех к покаянию и в 4 правиле одно только преступление объявляет непростительным – нераскаянность. Тяжесть падения определяет он видом и продолжительностью страданий, какие претерпели падшие до падения и скоростью их обращения к церкви; сообразно с тем назначает и различный епитимьи.

15-е из канонических правил св. Петра заимствовано из Слова наПасху743и вероятно из того же самого, которого значительная часть сохранилась в хронике Пасхальной. В сочинении о Пасхе древний учитель церкви показывает, что Спаситель в последнюю пасху земной своей жизни не вкушал пасхального агнца в тот день, в который назначено было законом и что Он пострадал в тот самый пяток, в который назначено иудеям совершать свою пасху; при сем он ссылается между прочим на подлинник евангелия св. Иоанна Евангелиста, хранящийся, как говорит, доселе благодатью Божьей в ефесской церкви.744

На ефесском745и халкидонском746соборах читаны были прекрасные места из книги пастыря александрийского оБожестве, относящиеся до воплощения Сына Божьего. «Поелику благодать и истина Иисус Христом бысть(Ин.1:17): то мы и спасены благодатью по слову Апостольскому:сие не от вас, Божий дар, не от дел, да никтоже похвалится(Еф.2:8). По воле Божьей, Слово стало плотью и по виду обрелосьяко человек(Фил.2:7), но не лишилось божества.Богат сый, обнища(1Кор.8:9) не с тем, чтобы отступить совсем от своей силы или славы, но чтобы принять за нас грешников смерть,праведнику за неправедники, да приведет ны Богови(2Петр.1:14)... Евангелист, возвещая истину, говорит:Слово плоть бысть и вселися в ны(Ин.1:14), то есть тогда, как Ангел приветствовал Деву:радуйся благодатная! Господь с тобою. Господь с тобою, сказал Гавриил вместо:Бог – Слово с тобою!Ибо дает знать, что Слово зачалось во чреве и стало плотью. Согласно с тем написано:Дух святой найдет на тя и сила вышнего осенит тя: тем же и рождаемое наречется свято, Сын Божий.(Лк.1:15)... Слово без мужа, волею Бога, все могущего соделать, стало плотью во чреве девы, не имея нужды ни в действии, ни в присутствии мужа. Сильнее мужа была сила Божья, осенившая Деву, когда нисшел Дух святой».

В одном из сочинений своих св. Петр так выражал прекрасное чувство сокрушения: «бедный, я не вспомнил, что Бог надзирает за умом и слышит голос души, видел грех и говорил себе: милостив Бог, потерпит мне – и не сокрушился о грехе, не престал, но пренебрег прощением и оскорбил долготерпение».747

Септ. Флоренс Тертуллиансын сотника, состоявшего в службе проконсула карфагенского748, и до обращения ко Христу язычник749; состояние отца и блистательные дарования сына открыли средства к блистательному образованию Тертуллиана. Окончив ученое образование, он был адвокатом750и вел жизнь, по собственному признанию751, порочную. Твердость христиан, невинно терзаемых, опыты чудной силы их над прорицалищами языческими, мысль о суде Правды произвели на него сильное впечатление и он отказался от языческой жизни752, стал вести жизнь самую строгую. За дарования и жизнь почтен он саном пресвитера, вероятно, карфагенского753, жил с супругой и по принятии сана пресвитерского, как это несомненно известно.754Тертуллиан, пламенный по характеру, пламенно полюбил и истину Христову; он действовал в ее пользу и жизнью и словом и писаниями. Бл. Иероним говорит, что Тертуллиан «от зависти и грубых оскорблений римской церкви, впал в учение Монтана». Иероним хорошо знал Рим даже и по своему опыту. Порочная жизнь и явные несправедливости римского духовенства могли сильно действовать на пламенного Тертуллиана: но неверно понятое стремление собственного своего духа к строгой жизни без сомнения более всего расположило Тертуллиана в пользу Монтана, предписывавшего строгие посты и долговременные бдения. Монтанист Прокл был первый, которым увлекся в Риме Тертуллиан. Это было, по словам Иеронима, уже «тогда, как usque ad mediam aetatem до половины жизни пробыл он пресвитером»755; таким образом до половины жизни Христианской Тертуллиан пробыл в союзе с церковью.756Уклонение его к Монтану случилось около 200 года.757Августин говорит, что Тертуллиан в последствии отделился от Монтана и составил особое общество758; это означало, что Тертуллианом сознаны нелепости Мантана. Впрочем сблизился ли и вступил ли он опять в общение с церковью, о том никто из древних не свидетельствует. Он скончался в глубокой старости759, около 211 г.

Тертуллиан одарен был чувством живым и глубоким, воображением пламенным, умом способным нисходить до последних оснований мысли; сведения имел обширные. Но воображение живое и порывы пламенного чувства увлекали его за пределы умеренности. Сообразно с тем остроты его резко и быстро следуют одна за другой, мысли поражают и блеском и богатством: но как остроумие его не всегда естественно, так мыслям не всегда достает силы и еще реже ясности; он более поражает, чем убеждает; ого диалектическое искусство и сила духа изумительны; он разбирает мысль со всею тонкостью: но особенно, когда говорит он как монтанист, остроты его слишком едки и сами говорят не в пользу тела; не редко глубоким мыслям его не соответствуют выражения; карфагенская латынь, и сама по себе грубая, у Тертуллиана составляет свой язык, в котором мысль чаще остается отыскивать догадкой, чем изыскать из слов.760

Тертуллиан пламенно ревновал о жизни и истине Христовой, – неутомимо трудился для защиты истины, строг был к себе, желал быть даже суровым к себе; ревновал видеть строгую жизнь в других. Раздражительный характер его иногда выводил его из терпения: но в том и сам он сознавался.761Eсли при таком расположении духа, при таком настроении умственных сил Тертуллиан ошибался: то ошибки его заслуживают только сожаление, как немощь а тем более, что заслуги его для церкви велики.

Древние учители, когда только говорили о Тертуллиане, отзывались с великой похвалой о его учености и дарованиях и пользовались сочинениями его. Св. Киприан каждый день читал его книги, и когда требовал их к себе, говорил: «подай мне моего учителя"(стр.184 ориг. Сноска № 14 дважды печатана – эта и предыдущая, м.б. одна лишняя!?); и сочинения Kиприанa оправдывают такое уважение его к Тертуллиану. По отзыву Евсевия и Руфина Тертуллиан самый знаменитый из латинских учителей762; Иероним подобным образом говорил, что по учености в точности ума Тертуллиан превосходит других763, называет его мужем духа крепкого764, хотя и охуждает ошибки его.

Заблуждения Тертуллиана, как монтаниста, состояли в том, что хотя не признавал он Монтана за Параклита, во признавал за вдохновенного Параклитом; говорил, что Христианин только тот, кто может ощущать в себе действие Духа утешителя и приходить в состояние вдохновения: иначе остается человек плотский; – отселе происходило легковерие его, с каким он состояния расстроенного воображения и чувства в монтанистах принимал за пророческие состояния и даже на том, что представлялось одной из последовательниц Монтана, основывал уверенность, будто душа есть некое осязаемое, но прозрачное, тело. Отселе же вопреки духу любви Христовой он твердо настаивал, что падших после крещения не надобно разрешать и второй брак есть грех. По этим ошибочным мыслям, которые Тертуллиан, сделавшись монтанистом, высказывал весьма резко, легко отличить в сочинениях его согласное и несогласное с истиной, легко отличить самые сочинения, писанные им во время союза с церковью от тех, который писаны по уклонению в монтанизм. Поелику же ошибочные мнения его по свойству своему таковы, что не могли далеко простирать вредного влияния на учениe о нравственности, а веры они мало касались; между тем его ревность к истине и необыкновенные дарования поставили его в возможность писать столь же много, сколько и умно, о различных предметах Христианского учения: то и все сочинения его, при должной осмотрительности, могут быть употребляемы с пользой.765

По содержанию сочинения его могут быть разделены на три класса. К первому относятся сочинения апологетические против язычников и иудеев, ко второму догматико-полемические против еретиков, к третьему те, которые писаны о частных предметах нравственности. Между первыми первое место занимает егоАпологетики потомо свидетельстве души; между вторыми самые важныео давности против еретиков, сочиненияо крещении, противПраксея, 5 книг противМаркиона; между последними –сочинения о покаянии, о молитве, 2 книги к  супруге, о зрелищах.766

АпологетикТертуллиана, писанный в 199 г., составляет одно из лучших сочинений Тертуллиана и одно из самых превос- ходных в своем роде. «Да позволено будет, так говорит Тертуллиан, обращаясь к проконсулу Африки и к другим областным Правителям Империи, да позволено будет достигнуть истине до слуха вашего, по крайней мере скрытным путем безмолвных букв. Истина не просит покровительства вашего; она знает, что странница она на земле; – знает, что ее происхождение, ее место, ее надежды, ее покровительство, ее достоинство на небе... Но закон как много теряет уважения от того, что истины не слушают. И Тертуллиан показывает бесчеловечную несправедливость судей, обвинявших Христиан за одно имя и слепую суетность языч. суждений. «Один говорит: Кай добрый человек, но христианин. Удивляюсь, говорит другой, что умный Люций сталь христианином. А не подумают о том: не потому ли Кай добр и Люций умен, что они христиане. Или не потому ли же христиане, что один добр, другой умен». – (§ 1–3). Далее доказывает из опыта, что не христиане, а язычники нарушают законы справедливые (§ 4–6); опровергает клеветы, взнесенные на христиан (§ 7–9); показывает, что боги язычников не стόят ни богопочтения, ни имени богов. (§ 10–16). Излагает истинное понятие о Боге в двояком Богопознании. «Хотите ли вы, чтобы мы доказали вам бытие Его (Истинного Бога) из столь многих, из столь великих дел Его, которые нас окружают, поражают, исполняют благоговения? Или чтобы указали на свидетельство о Нем самой души; хотя она заключена в темнице плоти, окована превратными наставлениями, ослаблена ποхотью и страстями, однако как скоро приходить в себя, как бы пробуждаясь от очарования, от сна, от болезни, именует своего Бога... О свидетельство души по природе христианки!». Далее объясняет как Бог благоволил открыть волю свою в откровении, показывая сходство древнего откровения с новым (§ 17–21). Представляет исповедание веры в Триипостасного и неопровержимо оправдывает веру во Христа историей и чудесами. «Вот приводят пред Судьей человека, о котором знают, что одержим он бесом. Христианин приказывает духу сказать, кто он таков, и тот сказывает правду, что он бес, хотя в другом случае лгал он, называл себя Богом... Что очевиднее сего случая?... Истина ясна: Бог на стороне Христиан. Подозрение здесь неумест- но... Если они боги, за чем же они лгут, называя себя бесами? Из послушания говорят так? Но тогда ясно, что ваше божество покоряется христианину – и след. его нельзя считать за Божество». (§ 22–25). Из понятия о истинном Боге выводит Тертуллиан заключение, что христиане не оскорбители Императорского величия и оправдывает это опытами. «Ему-то (Богу истинному), возводя очи на небо, с распростертыми руками, с обнаженной головой, без понудителя, от сердца молимся о долгоденствии Императора, о благосостоянии Империи, о безопасности дома их, о храбрости воинств, о верности сената, о благонравии народа... Кесарь больше наш, чем ваш, как от нашего Бога поставленный... Мы только вчерашние, и уже исполнили все, – города, острова, крепости, деревни, войска, трибы, дворцы, сенат, судилища. Только храмы ваши мы оставляем вам... Каких браней не понесли мы? Какой твердости не показали, когда с такой радостью умираем ежедневно! Не по нашему ли учению позволено лучше быть умерщвляемым, чем умерщвлять?». (§ 26–37). Изображает дух собраний христианских, показывая, что не из них проистекают бедствия общественные (38–49). Показывает, что христиане по чувству долга добродетельны и в добродетелях выше философов и умнее их (43–48). Показывает нелепость душепреселения Пифагорова и безумную несправедливость насмешек над верой в бессмертие и в заключении говорить: «Кровь наша семя христиан. Многие у вас убеждают к терпению, как наприм. Цицерон... И однако слова не находят таких учеников, каких дела христиан; то самое упорство, которое порицаете вы, – учитель. Ибо, кто видя оное, не понуждается исследовать, чтό значит дело само по себе? Кто испытав не приступает к нам? Кто приступив не желает терпеть, чтобы приобрести полную любовь Божью?... Вот по чему мы благодарим вас за ваши приговоры против нас! Есть ревность Божья и человеческая. Вами мы осуждаемся, а от Бога получаем прощение (§ 49. 50).

Свидетельство души– сочинение не большое, но весьма богатое по содержанию, с глубокими мыслями. Главная мысль сочинения высказана в § 17 Апологетика, но здесь она раскрыта, т.е. что основание христианства – в духе человеческом. «Старание многих, говорит Тертуллиан, отыскать в сочинениях лучших языческих писателей начала христианского, оказались бесполезными». По сему он решается  обратиться к древнему и всеобщему свидетельству об истине христианской, к отзыву души независимому от внешних случаев. В доме и вне домов язычники говорят: «дай Бог, так Богу угодно; Бог благ, Бог правосуден, а человек худ; или – Бог благословит тебя, поручаю Богу, Бог воздаст, Бог будет судьей между нами». Как душа не христианская дошла до таких объяснений, которые совершенно исключают всякое мифологическое представление? Это не объяснимо, если не принять, что природе нашей прирождено религиозное сознание, в котором напечатаны эти основные истины, воспоминаемые душой среди самого омрачения и запустения ее.

Такие отзывы свободного духа гораздо важнее и глубже низводит существо души человеческой, чем какие-либо мечтания поэтов и философов.

Это не большое сочинение стόит ученого рассуждения и показывает нам, в каком отношении находилось язычество к Христианству.

Между сочинениями полемико-догматическими: а) книга одавности против еретиков(de praesсriptionibus haereticorum) писаки прежде всех подобных сочинений, и в союзе с церковью; она заключает общие начала для полемики против каких бы то ни было ересей, и между ними одно главное, по любимому выражению Тертуллиана, «argumentum praescriptionis».767Это название взято из римского права, где владелец, долгое время владевший имением, объявляется законным владетелем, а на истца падает оnus probandi; это тоже, что нашеправо давности.

В самом начале Тертуллиан успокаивает тех, которые могли соблазняться появлением ересей в церкви и отпадением лиц знаменитых. Он говорит, что ереси были предвидены, что они испускаются для искушения веры и что «веру ли по лицам, или лица по вере узнаем?». Сделав это замечание, он выставляет такое начало для опровержения еретиков: «мы не имеем права ни сами изобретать новое для веры, ни выбирать изобретенное другими. Наши учители (auctores) – Апостолы, которые сами ничего не ввели по собственному выбору, а только верно передали народам то, чему научились от Христа». Ереси родились от влияния мудрости человеческой, противной духу христианскому. «После Иисуса Христа нам не о чем любопытствовать, после Евангелия нечего изыскивать. Когда им веруем, тогда уже не хотим веровать никому и ничему другому» (§ 1–7). Еретики выставляли слова писания:ищите и обрящете. Тертуллиан отвечает, что если нашли, чего искали, Христа, более не нужно; а если и нужно искать, – то без сомнения не у еретиков. «Станем отыскивать в нашем учении, у наших, из нашего и то только, что может входить в исследование без нарушения здравого правила веры» (§ 8–12). Предложив за тем самый символ веры, прибавляет: «если будешь твердо держаться сего правила веры, то ты можешь подвергать испытанию и исследованию все, чтό тебе покажется сомнительным или темным» (§ 13–14). Еретики ссылались в защиту свою на св. Писание. Тертуллиан говорит, что церковь не имеет нужды входить с ними в рассуждение о писании. Поелику «еретики то не принимают некоторых книг св. Писания, то принимают, но не вполне, или же изъясняют по своему». Отселе надобно узнать наперед, «кем, чрез кого и кому передано учение, образующее Христиан?». И восходит к Господу Иисусу, как Основателю веры и к Апостолам, как принявшим от Него веру и передавшим ее церквам апостольским; поименовываются церкви основанные Апостолами; доказывается невозможность того, чтобы Апостолы учили чему-либо другому, кроме слышанного от Иисуса Христа и чтобы церкви апостольские содержали другое учение, кроме апостольского. – Отселе заключение: «учение сообразное с учением церквей апостольских надобно признавать за истинное, так как оно заключает в себе то, чтό церкви приняли от Апостолов, Апостолы от Христа, Христос от Бога... Вот свидетельство об истине» (§ 15–21). Еретики современные Тертуллиану, точно также, как некоторые из неологов, говорили, что Апостолы «не все знали, или если и все знали, но не все всем передали». Тертуллиан отвечает: «у кого есть здравый смысл: тот не может верить, что те не знали чего-либо, которых Господь поставил в учителей и которые были неотступными спутниками Его путешествий, учения, жизни, которым объяснял Он казавшееся для них темным и открыл тайны... Ничего не могло остаться недоведомым для тех, которым обещано, что узнают они всякую истину от Духа истины и над которыми исполнено обещание в нисшествии Духа Св.» (§ 22) На возражение: Петр обличен был Павлом, Тертуллиан отвечает, что в сем случае «ошибка состояла во внешнем поведении, а не в проповеди (§ 23). Пусть так говорили еретики, что Апостолы сами знали истину: но они некоторые истины открыли только духовным (πνευματικοις) и многие из учеников их обличаемы были ими в ошибках. Тертуллиан говорит: «тайны вручаемы были избранным согласно с волей Господа:не повергать бисера пред свиньями.Тем не менее Господь учил открыто. И повелел, чтобы слышанное ими (Апостолами) во тме и частно, проповедано было во свете и на кровлях... И они не боялись ничего – ни насилия иудеев, ни власти язычников. Если они сообщали особенные истины доверенным ученикам: это совсем не означает того, чтобы они одного Христа проповедовали открыто, а другого в тайных обществах». На другую половину возражения Тертуллиан замечает: «если выставляют они церкви, которые были обличаемы: то это показывает, что сии церкви были исправлены. Притом пусть вспомнят, что вере, вeдению и жизни других церквей Апостолы радовались, а обличенные находятся теперь в союзе единомыслия с сими» (§ 24–27). За тем обличает лживость учения еретического единообразием, древностью и чудодейственной силой учения церкви. «Совершенно невероятно, чтобы столько церквей и такие церкви заблуждались... Заблуждение церквей должно было открыться разнообразием учения, если бы они учили заблуждению: а что находится у многих, то не повреждено, а предано... Христиане явились не прежде Христа и ереси не прежде истинного учения; нелепо думать, чтобы ересь была древнее учения; Поелику оно – то и предсказало о появлении ересей и предостерегало от ереси» (§ 28–37). Если бы еретики и могли показать какое-либо преемство своих начальников от апостольских мужей: то прибавления, отсечения, и изменения, делаемые ими в св. книгах, показывают, что они изобрели свое учение после составления боговдохновенных книг и след. учение их не учение Божье, а вымысел дерзости (§ 38–40). Наконец Тертуллиан обращаясь к нравам и учреждениям еретиков показывает, как безобразна их жизнь, как беспорядочны и пусты их общественные учреждения, и след. как плоды их показывают на гнилость дерева (§ 41–44).

Остальная часть нынешнего текста (§ 45–52) не принадлежит Тертуллиану; здесь опровергаются частные еретические учения; а в плане Тертуллиана было начертать только общие начала для полемики с еретиками.

Это сочинение составляет превосходное опровержение всем еретическим и раскольническим толкам, не исключая протестантов и неологов. Ибо отделение от единства и власти апостольской церкви, отвержение предания, произвол в объяснении писания точно также проповедуют протестанты и неологи, как проповедовали Маркион, Валентин  и другие современные Тертуллиану еретики.

б) Книгао крещении– полемико-догматическое рассуждение о таинстве крещения написана православным, по настойчивому желанию одной еретической женщины Квинтилы из секты каинитов, отвергавших крещение водой; не достойно величия Божьего, говорили, соединит невидимые дары Духа с внешними, материальными вещами. Тертуллиан доказывает, что напротив в видимом неприличии сокрывается величие Божье; описывает преимущества воды, начиная с творения миpa, когда Дух Божий носился над водой; показывает в В. Завете образы и пророчества, указывавшие на спасительное крещение, изображают таинственное соединение благодати с водой в христианском крещении; необходимость крещения доказывает ясным повелением самого Иисуса Христа, заповедавшего учить и крестить все народы и угрозой Его же, что все те, которые не крестятся, не войдут в царство Божье; подробно описывает образ крещения и между прочим упоминает, что по выходе из воды, получают помазание и возложение руки, говорит о восприемниках и излагает их обязанности.

Сочинение cиe с полной точностью определяет понятие о крещении, о видимой и невидимой стороне сего таинства, описывает и самый чин крещения и таким образом важно как для догматики, так и для учения об обрядах церкви.

в) СочинениеПротив Праксея, хотя писано Тертуллианом по уклонении его от церкви, но весьма важно для учения о св. Троице.768В обличении Праксея, не допускавшего различие лиц в Божестве, Тертуллиан выставляет символ веры, места писания, объясняет те слова св. писания, на которые ссылался Праксей в свою защиту, решает возражение его, призывая на помощь и соображения разума. «Разделение единодержавия последовало бы тогда, когда бы мы вводили другую противодействующую власть, когда бы признавали иного Бога, кроме Творца. – Слово произошло от Отца, как растение от своего корня, как поток от своего источника, как луч от солнца. И так я исповедую двух – Бога и Его Слово, Отца и Сына Его, и еще третьего по Боге и Его Сын – Духа Св... Когда я говорю, что Отец есть иной, нежели Сын и св. Дух: то говорю это по необходимости, дабы показать не несходство, но порядок, не разделение, но различие; Он есть иной по личности, но не по существу (§ 2, 3). Слово во Отце всегда, как сказано: Аз во Отце, ни когда не отдельно от Отца:Аз и Отец едино есма... Он не сказал:Я есмь, но есма; не сказал:един– в мужеском роде, но едино в среднем, т.е. едино существо, а не одно лицо. Дабы доказать единство сущности, а не единичность лица, он сказал:Аз во Отце,а неЯ есмь Отец... Не однажды, а трижды погружаемые мы (в крещении) при каждом имени в особенные лица» (§ 8, 13, 26).

Тертуллиан с торжествующей силой опровергает Праксея и утверждает догмат откровения. Он же первый из латинских учителей определяет учение о св. Троице ясными выражениями и выполняет это с особенным искусством. Но первый опыт не мог быть без недостатков. И Тертуллиан там, где своими соображениями объясняет откровенную мысль, не всегда выражается прилично. «Не извращаю я, говорит он, единодержавия Божьего, когда Сына извожу не из другого чего, как из субстанции Отца. И Дух св. исходит не от иного кого, как от Отца же чрез Сына». И потом отклоняя возражение, говорит: «Валентин столько отделяет своих эонов от их виновника, что эон у него не знает Отца: а у нас Слово во Отце всегда и Дух в Слове» (§ 3. 4). Здесь возражение отклонено с пользой для истины. Тем не менеe без нужды употреблено выражение: «изводит, извождение». Оно и не библейское и не церковное; напрасно также для объяснения единосущия лиц производит Духа св. чрез Сына от Отца. Хотя мысль о Духе св. здесь и не та, которую в позднее время стали соединять с подобным выражением на западе: но гораздо лучше было бы, если бы словами Спасителя было сказано: иже от Отца исходит.

г)5 Книг против Маркиона– сочинение весьма важное по содержанию; оно писано по уклонении от церкви769, как и сочинение против Праксея, и именно на 15 году Имп. Севера и след. в 208 г.770Тем не менее оно одно из лучших сочинений Тертуллиана и превосходное в своем роде.

Впервойкниге сказав, что он уже во второй раз обрабатывает ее, так как в первый раз написанное сочинение на скорую руку, как недостаточное, было переделано, а переделанное похищено одним в последствии отступником, Тертуллиан доказывает против Маркионова двуначалия единство Божье идеей об отрешенном существе и мыслью о благости Творца мира; при этом замечает, что если писание говорить о гневе и ревности Божьей, мы не должны заключать из сего, будто в Боге есть ощущения подобные нашим. Вовторойкниге показывает как один и тот же Бог, который явил Себя в творении и в В. Завете чрез пророков, истинно благ и правосуден, и благость и правосудие не составляют, как того хотел Маркион, несовместимых противоположностей, но та и другое принадлежат Единому Богу. Грех и зло как плод сотворенной свободы не говорит против сего. Втретьейкниге показывает, что Христос Иисус, по собственному свидетельству, есть Тот Самый, о котором предвозвестили пророки, и след. Сын Божий есть Тот Самый Бог, который являлся в В. Завете. Вчетвертойипятойкн. Тертуллиан разбирает канон книг Маркиона и объясняет те мнимые противоречия, какие находил Маркион между В. и Н. Заветом.

Самые трудные вопросы о единстве Божьем, о свойствах Божьих, о происхождении зла, о воплощении Тертуллиан решает превосходно; последние две книги в высшей степени любопытны в экзегетико-критическом отношении.771

Между нравственными сочинениями: а) книгао покаяниинаписана таким живым и ясным слогом, каким ни одно из сочинений Тертуллиана. Сперва говорит о необходимости покаяния вообще (§ 1); потом отличив покаяние совершавшееся пред крещением от того, коим восстанавливаются падшие после крещения, с силой обличает тех оглашенных, которые проводили время пред крещением беспечно в надежде на прощение в крещении (§ 2–6). Потом переходит к покаянию после крещения, и говорит, что желал бы, чтобы не было нужно для христиан это покаяние. «Бог, зная злобу и ухищрения диавола, хотя принявшему крещение и не возможно ожидать другого крещения дал однако христианину еще средство очищать душу свою от скверн греха чрез покаяние... Оно уже не ограничивается одною совестью, а должно выражаться и во внешних действиях. Это покаяние есть то самое, которое по-гречески называется Εξομολογησις, которое все направлено к тому, чтобы уничтожить и смирить человека». За тем описывает подвиги сего покаяния. Наконец обличает тех, которые откладывают свое покаяние или по причине ложного стыда, или страшась трудных подвигов покаяния.

б) Книгао Молитве– по благосклонному отзыву о книге Пастырь замененному в монтанизме отзывом резким, по мыслям о времени молитвы и поста – сочинение православного Тертуллиана. После предисловия о превосходстве молитвы Господней заключает прекрасное объяснение молитвы:Отче наш; во второй половине предлагаются наставления о приготовлении себя к молитве; наконец обличаются некоторые суеверные обыкновения – напр. не причащаться с тем, чтобы не нарушить поста и пр.

в) Две книгик женесвоей – род завещания для нее, более чем другое какое-либо сочинение в духе решительно несогласном с монтанизмом.772В первой убеждает супругу свою не вступать по смерти его во второй брак и одобряет вдовство и девство мыслями Апостола. Во второй говорит, что если уже жена его решится вступить во второй брак, не вступала бы в супружество с язычником и живо изображает неудобства подобного брака для ее жизни христианской. О значении брака учит: «брак есть великое таинство, которое подает церковь, печатлеет благословение, возвещают Ангелы, справедливым считает Отец».773

Сочинение весьма замечательное как по благочестивому духу своему, так по описанию весьма многих богослужебных действий времени Тертуллианова.

г)Книга о зрелищах. За совершенной победой Ceпт. Севера над бунтовщиком империя (198 г.) следовали народные игры в Риме и в провинциях. Некоторые из христиан не могли удержаться от того, чтобы не принять участия в великолепных празднествах. «Религия, говорили, в совести в сердце: она ничего не потерпит, если глаз и ухо дозволяют себе некоторое развлечение». Тертуллиан, тогда православный, восстал против сего с пламенной ревностью. Христианину, говорит он, религия его никогда не позволяла участия в таких празднествах. Происходя из языческого образа мыслей и жизни они по духу и внешнему виду состоят в связи с язычеством; участие в них – идолослужение. Сего мало. Ослабление Христианского благочиния и духа – необходимое следствие их; в вихре страстей волнующихся в цирке и театре христианин не соблюдет покоя своего, невольно рассеется; сердце осквернится там, где столько бесстыдства и нечистоты. «Если всякая нечистота должна быть для нас мерзостью: за чем же мы будем слушать то, о чем не должны говорить, зная, что за каждое праздное слово должны дать ответь Богу?». Только непонятная забывчивость может презреть те высокие утешения, которые доставляет христианину вера его.

Понятно, что с немногими изменениями все сочинение Тертуллиана может быть отнесено к зрелищным забавам нашего времени.

В конце второго века в александрийской церкви трудился для веры муж, который начал собою ряд знаменитых александрийских учителей, с сильным влиянием на образование своего времени. Это былКлимент александрийский.

Климент родился и воспитан был в язычестве и вероятно в Афинах.774Еще в юношестве он получил образованиe обширное по всем отраслям греческой учености и даже видно, что его посвящали в таинства греческих мистерий. Он, как и св. Иустин, любил и искал истину. Но все, чтό видел он в греческой философии, не удовлетворяло и его как св. Иустина; наконец oн познакомился с истиной Xристовой и едва только познакомился, оставил языческое cуевериe.775Теперь он обратился к тому, чтобы приобрести полные и основательные сведения о христианстве; с этой целью, как пишет сам он, был он в нижней Италии, в Греции, в Сирии, в Палестине и имел счастье слушать отчасти апостольских учеников; более всех удовлетворил его тот, которого нашел он в Египте, «последний по порядку, но первый по силе, который, собирая подобно пчеле цветы на лугу пророческом и апостольском, сообщал служителям чистое и неповрежденное знание».776То был Пантен, наставник александрийского огласительного училища.777Климент остался в Александрии и был сперва слушателем Пантена, а потом разделял – труды учителя своего в училище; когда Пантен (в 189 г.) послан был проповедовать Евангелие в Индию, Клименту поручена была должность Пантена в том же Александр. училище778; и вероятно тогда посвящен он в пресвитера. С блистательным искусством преподавал он учение, сообразуясь с степенью приемлемости слушателей своих.779В 190 г. предложил онувещание язычникам; а потом для тех, которые, почувствовав заблуждение язычества, желали слушать наставления истины, предложилнаставника юношеству(παιδαγωγον), указывая единственного наставника в Слове – Сыне Божьем.780В 193–194 г. в пособиe, как сам говорит, старости своей писал он обширное сочинение –Ковры, стромата.781В 202 г. гонениe, воздвигнутое Септ. Севером открылось и в Александрии. Климент и прежде того поставлял необходимым правилом не искать, а избегать опасностей, согласно с словами Спасителя782; теперь же и знаменитость и действия Климента представляли его первого предметом ненависти для язычников, которых обличал он и устными и письменными наставлениями; и он принужден был укрыться от злобы гонителей.783Жизнь его подлинно нужна была для верующих, как то видели современники. В 211 г. ученик егосв. Александр, епископ каппадокийский, отправляя с ним из темницы приветствие новому епископу Антиохии, писал о нем: «cиe писаниe посылаю к вам, Господа мои и братия, с Климентом, блаженным пресвитером, мужем знаменитым и испытанным, которого и вы знаете, а теперь еще более узнаете; он когда, по строению и промышлению Господа, пришел сюда, утвердил и умножил церковь Господню».784

Иероним785относит время знаменитости Климента к правлению Севера и Каракаллы; и посему вероятно, что блаженный Климент скончался в 217 году.786

Климент оставил после себя довольно сочинений.787

Увещаниеязычникам (λογος προτρεπτικος) с пособиями обширной учености доказывает, что языческая религия, – ее оракулы и история богов, – вредный вымысел или пустота. Начиная мыслью, что христианская вера, а не Орфей, творит людей из камней, в основание того поставляет всемощную силу Слова. «Так как Слово было прежде твари, то оно было и есть первоначальная причина всего; но Поелику оно приняло на себя давно предвозвещенное имя – Христа, – Оно ново. Прежде дало оно нам бытие, Поелику было в Боге; ныне дает прекрасную жизнь, Поелику Слово стало человеком. Оно есть то и другое – и Бог и человек, и потому начальная причина всякого блага». Описав чудесные перемены в людях совершившиеся силой Слова, обращается (§ 2) к греческим мистериям. Климент срывает с них завесы, за которыми скрывали безобразие и пустоту их. Он передает такие сведения о них, какие можно было иметь только видевшему их своими глазами, человеку посвященному в них. Показывает: как не чисты и бесчеловечны жертвоприношения и гнусны идолы (§ 3, 4). Пересматривает мнения философов и поэтов и дает видеть, что все лучшее, что только можно найти у них, давно открыто в св. писании, а их разногласия и противоречия худо говорят о них (§ 5–7). Истинное учение о Боге у мужей боговдохновенных. Потому страшно не слушать их. Обычаи отцов, когда они так худы, – не закон. (§ 8–10). Благотворные действия христианства очевидны для всякого; как же пренебрегать христианством и держаться вредного язычества? (§ 11–12).

Φοтий весьма хвалит увещание за слог788: но надобно отдать честь и мыслям его.

Наставник юношей– другое сочинение Климента, по намерению сочинителя, имеет связь внутреннюю сувещанием. «Три части, говорит Климент, надобно различать в человеке – нравы, поступки и склонности. Стремление к жизни доброй и вечной должно быть возбужденоувещанием. Руководство к жизни даетНаставник юности. Он по направлению своему – практик, а не теоретик, (πρακτικος Ϩ μεθοδικος), его цель – улучшать душу, а не учить. Он представляет заблудшим нравственный идеал, к которому стремиться они должны, по которому должны располагать своими наклонностями». За тем сообщается понятие об истинном Педагоге. Он совершенно беспорочен, ни подвержен страстям. По нему, как не порочному образцу, люди должны образовать себя, Ему уподобляться. Сей педагог Христос, рассеявший тму язычества; как Бог прощает Он грехи; как человек наставляет нас удерживаться от грехов. Наставляет всех без различия, приводить каждого к простоте невинной юности. «Он наставлял Израиля, Он управляет и новым народом своим; милует ли как Бог, или наказует, поступает сообразно с любовью мудрой». В обличение еретиков Климент подробно показывает, как Христос есть всеобщий Детоводитель, в В. 3. наставлявший страхом, в Новом любовью. «Вся жизнь Христианская, говорит он наконец, должна быть цепью поступков сообразных с умом, который носит в себе духовный образ Слова». Вовторой книгепредлагаются частные правила. Предписываются впище– умеренность, в домашнемубранстве– простота, в дружескихсобраниях– скромность(§ 1–7). Решается вопрос: позволительны ли венки и благовонные масти (§ 8).Сонтребуется короткий, чтобы больше было времени для молитвы ночной (§ 9).Брачный союзсвят, но надобно пользоваться им свято; гораздо выше девство (§ 10). Осуждаются все не нужныенарядыи роскошь в одежде (§ 11). Втретьейкниге Педагог представляет образ истиннойкрасоты(§ 1). Сатирически пишет образ изнеженной испорченной красоты, какую надевают на себя в свете; роскошных женщин сравнивает с Египетскими храмами, которые снаружи убраны скульптурой и красками, золотом и камнями дорогими; жрец с важностью вводит вο внутренность храма. И что же там? Крокодил. Еще отвратительнее та же страсть в мужчин (§ 2). Рисует изнеженность Римлян: столько слуг, евнухов, любимых животных, а в отношении к бедняку – холодность (3. 4) Осуждает бани римские (§ 5).Каков христианский богач? (§ 6–9). Одобряет телесные упражнения, но не игры цирка (§ 10). После краткого очерка лучшей жизни, сочинение оканчивается гимном, в котором сам Климент дает видеть песнь церкви того времени (§ 11. 12).

Наставник юношей носит на себе печать строгости и простоты верных времен Христианских, дышит чистотой лучшей жизни, преследует язычество обличениями в самой практике его, в жизни, так как оно и началось и держалось жизнью испорченной, а не мечтами мифологии.

Третье сочинение Климента, которое возводит наставляемого в Христианстве к высшим степеням познания, составляют ςρωματειςстроматыковры или по полному оглавлению ковры созерцательных воспоминаний по руководству истинной философии.789

Что подало случай Клименту дать своему сочинению такое название? «Эти книги, говорит он, будут содержать истину (христианскую), перемешанную с наставлениями философии, или лучше прикрытую и сокрытую под ними, как в скорлупе скрывается ядро ореха».790Причина же, почему дан таковой особенный вид сочинению, заключалась в желании предохранить христианское учение от ложных толкований. «Поелику некоторые, продолжает сочинитель, могут читать эти книги без предварительных сведений и размышления: то я с намерением облек содержание их такой разноцветной одеждой, где мысли изменяются без надлежащей между собой связи, слова и порядок намекают на одно, а означают иное».791О форме сочинения: это сочинение пишется безыскусственно, не на показ – оно составляет изображение и оттенение тех действенных и сокровенных слов, которые я удостоился слышать»792; ни порядка, ни изящества в слове не имеют в виду строматы».793

В строматах Климент изобразил начала христианской философии, или как он называет ее, ведение (γνωσιος), с тем, чтобы опровергнуть ложные мудрования различных гностиков его времени и заблуждения язычества. Богатство разнообразных мыслей догматических, нравственных, исторических соединено здесь с таким же богатством изречений философов и поэтов. Здесь говорится о всех примечательных явлениях времени Климентова, об отношениях православной церкви к отделившимся от нее, об отношениях христианства к язычеству, о философии по отношению к христианству, о вере по отношению к знанию, о различии истинного знания от ложного.

В каком уважении было это сочинение у древних, достаточно показывают слова Евсевия, который приводя одно место из сего сочинения, говорить: «впрочем излишне приводить слова, когда у каждого в виду самые сочинения Климента».794Отселе и наименование Клименту строматевс.795

Главная мысль сего сочинения та: христианство есть истинная и высшая философия.Перваякнига говорит, что закон Моисеев и философия, предшествовавшие христианству, относятся к сему последнему, как отрывки истины к целому; тот и другая приготовляли к христианству, но не одинаковым образом. Потому философия сама по себе «не недостойна верующего и не должна быть пренебрегаема», напротив она нужна для защищения его от нападений; философия – дар Божий и произошла из первоначального откровения, философия греков позже еврейской и частью одолжена своим достоянием последней.

Втораякнига раскрывает понятие о христианской философии. Фиософия основывается на вере в откровение – как на существенном основании спасения; наука (επιςημη) приводить ее в движение при посредстве разных духовных сил и венец ее – знание (γνωσις), созерцание вещей в их основании – в Боге. В вере заключаются и практические добродетели –любовь, чистота, покаяние;нравственное учениеМоисея образец для лучших нравоучителей греческих; критикуются мнения философов о высшем благе.

Втретьейичетвертойкнигах оправдывается показанное понятие о знании, и именно двумя практическими пунктами, в которых истинное знание отличается от знания еретического, ложного, – нравственной важностью жизни и любовью; первая обнаруживаетсяв девственной жизни, другаяв мученичестве. Предпочитая девство браку говорит, что и «брак – установление божественное и есть что-то великое и святое».

Впятойкниге говорит овереинадежде– и как принимаются предметы их? Показывает древность обыкновения наставлятьсимволамии употребление такого наставления апостолами. Истинное знание Бога – дар Божий, говорят философы.

Вшестойкниге убеждает язычников обратиться от философии к христианству, так как оно заключает в себе не только все лучшее философии; но открывает совершеннейшую истину в явлении Бога во плоти. Истинный христианский гностик побеждает в себе страсти, одушевляясь в подвигах помыслами чистейшей философии. Откуда и как он приобретает познание! Христианство – училище вселенских истин.

Седьмаякнига продолжает описывать жизнь истинного гностика, как ученика слова, его духовное просвещение молитвой и созерцаниями, его очищение путем любви. На возражение язычника, что явление стольких ересей в христианстве делает сомнительной истину его, сочинитель делает превосходные замечания о характере православной церкви и сект и дает правила отыскивать истину.

Известная ныне 8 книга стромат, по содержанию, – диалектика, не принадлежит Клименту, потому, что в ней нет того, что говорили об 8-й книге Фотий и другие.

Сочинение:кто из богатых спасется? коего подлинность несомненна по свидетельствам древних796, чисто нравственного содержания. Случай к сочинению показан в самом сочинении (§ 4). Христиане и при Клименте еще дорожили первоначальным устройством христианского общества, когда все было общее; между тем для язычников тяжкими казались слова Спасителя: если хочешь быть совершенным продай все имение и раздай нищим (Мф. 10:17). Сочинение Климента составляет превосходное толкование повествованию о богатом юноше. Климент доказывает две мысли: а) богатство само по себе не преграда ко спасению, а преграда пристрастие к богатству и б) богатство благоразумно употребляемое может быть средством ко спасению.

Климентом писаны были ещеИпотипозыили наставления. Но со всей уверенностью надобно положить, что Ипотипозы Климентовы, которые видел Фотий, были совсем не те, которые писал Климент, а искаженные или арианами, или какими-нибудь другими еретиками. Ибо а) заблуждения, какие видел в Ипотипозах Фотий, крайне грубы, б) в строматах есть мысли решительно противоположные тем, какие перечисляет Фотий, напр. касательно предвечной материи мира, воплощения Сына Божьего; в) Фотий говорит, что Ипотипозы содержат «краткое объяснение на книги бытия, исход, псалмы, послания Павла и соборные, наконец на Эклезиастика». По словам же Евсевия в Ипотипозах Климента заключалось объяснение на весь В. и Н. Завет, и даже на послания Иуды и Варнавы; г) Ни Евсевий, ни Иероним, говоря о Ипотипозах Климента, ни намека не делали ни на одно из тех грубых заблуждений, какие перечисляет Фотий. А между тем Евсевий помещает в своей истории выписки из 5-й, 6-й и 7-й книг Ипотипоз Климентовых и при том по две и по три выписки из книги.797Мало того Иероним прямо отзывается с похвалой и с похвалой одинаковой, как о строматах, так и об Ипотипозах. «Восемь книг написал стромат и столько же Ипотипоз. Чтό в них не ученого? Или лучше чтό не из глубины философии».798Наконец Φοтий сам сомневался, чтобы Ипотипозы, который он видел, принадлежали Клименту.799Впрочем из Ипотипоз Климента, за исключением того, что приводил Евсевий, до нас дошло не многое.800

Другие сочинения Климентовы или только в частях дошли до вас, каковыо пасхе, о душе, о промысле801, или вовсе не дошли, а иные носят только имя Климента.802

Если бы не говорили древние об обширной учености Климента803: то самые сочинения Климента показывают, что Климент имел необыкновенно обширные сведения и дарования; при сердечной любви ко Христу и уважении к христианству глубоко проникал он в дух христианства и в потребности времени. Особенно обширны были сведения его в греческой философии, религии и литературе. Неприязнь к языческой учености, какую обнаруживали Татиан и некоторые другие, не могла способствовать ни распространению христианства, ни внутреннему раскрытию его во время Климента. Надлежало не презирать греческую философию, а уметь возвыситься над нею светлыми понятиями о ней, не лишать ее всего достоинства, а уметь при верном взгляде на основания духа человеческого воспользоваться ею для христианства. Климент поступил так и – возвысил христианство в глазах язычников. Он с основательно – ученым образованием исследовал истину Христову и защищал ее от нападений языческой учености. С таким направлением он не переступал границ положенных для разума и в основание самой философии полагал веру. С верным понятием о христианском знании он верно назначал цену явлениям мысли человеческой, не становясь бесхарактерным защитником средней дороги; он нисходил к глубоким основаниям предмета. Любовь его к христианской истине – везде была глубокая и искренняя. Как верен взгляд его на предметы, когда он напр. назначает достоинство браку и безбрачной жизни, ереси и удобствам жизни! Вместе с тем сердце его проникнуто благоговением ко Христу и христианству. Истина Христова говорит и повторяет он, госпожа философии; это исходный пункт всех его мыслей и поступков.804Bеpa в божество Сына Божьего, основателя церкви христианской – основание всей веры для него805, так же, как св. писание – источник истины.806

Слабая сторона в Клименте – увлечение филоновой мистикой.807Хотя там, где он имел дело с гностиками, он держался буквально точного смысла писания: но любовь к аллегоризму часто преобладала над его мыслями. Отселе аллегорические построения его в толковании писания.808Отселе там, где философствует, или богословствует он, встречаются мысли остроумные, иногда глубокие, а иногда основанные только на сходстве предметов и след. не твердые, или даже неверные.809

Самым знаменитым учеником Климента былОриген; по уму и учености знаменитейший учитель церкви. Первое образование получил он под надзором благочестивого и образованного родителя Леонида. Отец обучил его свободным наукам, но преимущественно обучал его благочестию и заставлял изучать св. писание; и юный Орнген тогда еще показал, чего надлежало ожидать от него. Не удовольствуясь простым смыслом слов писания, он изумлял и даже затруднял отца своего вопросами о внутреннем смысле писания: Леонид на словах бранил его иногда за пытливость, опасаясь, чтобы тот увлекаемый пылким умом не уклонился от правильного разумения писания; а в сердце радовался и благодарил Бога за такого сына; когда спал сын, отец приходил и лобызал его грудь как жилище Духа Божьего.810Kpoме отца своего, Ориген слушал в Алекс. огл. училище Климента: он изучил в сем училище грамматику, реторику, музыку, геометрию, диалектику, философию.811Гонение Септимия Севера (202 г.) подало случай юноше Оригену (он тогда был 16 лет) обнаружить свою ревность по вере. Когда отец его быль взят в темницу, Ориген желал сам идти на смерть; мать тщетно уговаривала его – оставить намерение: наконец принуждена была отобрать у него одежду, и тем остановила пылкого юношу. Ориген писал тогда к отцу: «да не будет с тобою того, чтобы до нас переменил ты свои мыслим».812Леонид скончался мученически. Ориген остался с матерью и братьями в крайней бедности: имущество их все было разграблено. Одна богатая и почтенная госпожа александрийская приняла Оригена к себе в дом. Здесь он показал особенную твердость в мыслях веры. У его благодетельницы жил знаменитый гностик из Сирии, Павел, к которому часто собирались даже и православные, увлекаемые красноречием его: но Ориген никогда не хотел иметь с ним общения; не принимал участие в молитвах его, хотя это не могло быть приятным благодетельнице его. Скоро потом Оригену открылась возможность отказаться от пособий госпожи. Он начал преподавать уроки в Грамматике. Когда Климент, по случаю гонений, оставил свою кафедру в алекс. училище, несколько молодых язычников, имевших желание обратиться к вере, предложили Оригену (в 204 г.) принять на себя должность огласителя, и он принял это предложение, быв 18 лет.813Слава Оригена на сем поприще была достойна его звания. Проповедуя Христа учением своим он навлек на себя негодование черни; ненависть сия раздражалась особенно тогда, как Ориген не только, посещал подвязавшихся за веру в темницах, но и сопровождал их на место казни, укрепляя их в решимости умереть за Христа. Часто в подобных случаях язычники преследовали его; он принужден быль даже каждый день переменять место пребывания своего, скрываться то в темницах, то в неизвестных домах. Раз они схватили его, надели на него одежду жреца Сераписова, привели в таком виде к ступеням храма и заставили раздавать по обычаю их пальмовые ветви входящим в храм. Ориген раздавал ветви с такими словами: «примите, но не ветви идольские, а ветви Христовы».814

Taкиe подвиги заставили Еп. Алекс. Димитрия обратить особенное внимание на Оригена и Димитрий облек (в 205 г.) двадцатилетнего Оригена правами начальника училища и огласителя алекс. церкви. Ориген оставил свое прежнее занятие; πродал все отеческие книги с таким условием, чтобы купивший выдавал ему только по четыре обола на день, и с сего временя начал вести жизнь самую строгую; днем с утра до ночи преподавая наставления, ночи по большей части посвящал он молитве и упражнениям в св. писании, и только малую долю времена сну; спал без постилки на голой земле; наказывал себя хладом и постом несколько лет ходил босыми ногами; буквально следовал заповеди Господней не иметь двух одежд и не заботиться об утрии.815С такой же буквальной точностью выполнил над собой слова Евангелия о скопчестве; Ориген думал скрыть от других последний поступок свой: но епископ узнал и на сей раз только удивился ревности; сам Ориген в последствии признал сей поступок делом ошибочного ревнования своей юности.816Строгое подвижничество не менее как и сила учения привлекали к Оригену отовсюду множество учеников, – не смотри на гонение, бывшее в то время в Александрии, в которое пострадали и многие из учеников его.817

Еретики и язычники, привлекаемые славой Оригена, вызывали его к спорам о их философии и предметах верования, заставляли разбирать различные возражения их против истины Христовой. Это, как писал сам Ориген, заставило его внимательнее изучать философию его времени и из его же слов узнаем, что он слушал уроки у того учителя философии, у которого пять лет учился Ираклий, обращенный Оригеном в христианство, – и след. учителем его был один из александрийских философов, но не справедливо полагали, что это был Аммоний Сакк – наставник Плотина.818Ориген, посещая философа, не мог оставлять занятий по своему училищу. Занятия его при возраставшем числе учеников его умножались; посему он избрал Ираклия в помощника себе. Распространив круг наук, он поручил Ираклию первоначально поступавших в училище, и за собою оставил дальнейшее образование учеников – слушателей своих.819

Ориген с успехом трудился для славы имени христианского. Он употреблял труды свои и сведения для того, чтобы обратить приходивших к нему для слушания философии или математики к общению со Христом.820Так он обратил к простоте Христовой многих из язычников и из полухристиан – гностиков. Примечательнее прочих из таковых был Амвросий, богатый Александрианин; не довольствуясь простым объяснением писания, Амвросий искал духовного толкования у гностиков – последователей Валентина и уже был уверен, что все нашел у валентиниян, как познакомившись с Оригеном разочаровался в своем обольщении и стал учиться у Оригена соединять правильное ведение (γνωσιν) с верой. Он стал другом Оригену, и весьма много помогал ему в ученых трудах его на пользу церкви.821

Сношения с иудеями открыли Оригену нужду в знании еврейского языка; быв 26 лет, начал он учиться этому языку и заучил его, как говорит Иероним, не в несколько месяцев, а в несколько дней.822

В то же время, по случаю тех же сношений, начал он с изумительным трудолюбием свои филологические розыскания о тексте св. писания, не изменяя строгой благочестивой жизни.823Слава Оригенова распространилась в отдаленные места. Особенное уважение имели к нему Александр, епископ иерусалимский, и Феоктист, еп. Кессарии палест.; Димитрий долго казался довольным поступками Оригена. Около 218 г. князь аравийский посольством просил прислать к нему учителя веры. И префект Александрии с Димитрием отправили Оригена в Аравию.824По возвращении из Аравии, Ориген, быв принужден уклониться из Александрии, подвергшейся гневу Каракаллы, был принять в Кессарии; епископ Феоктист поручил ему изъяснять публично в церкви в своем присутствен св. писание. – Димитрий выразил тогда неудовольствие на Оригена; он писал к Феоктисту, что не слыханное дело, чтобы проповедовал мирянин в присутствии епископов и настоятельно требовал Оригена в Александрию. Ориген повиновался своему епископу также, как не свою волю выполнял и в Keccapии. Около 220 г. Ориген вызван был в Антиохию ко двору Юлии Маммеи, желавшей слушать знаменито и его-то стараниям церковь одолжена была миром, которым наслаждалась она при Алекс. Севере.825Возвратившись в Александрии он начал писать, по просьбе Амвросия, толкования на св. писание.826Семь писцов записывали наскоро слова, столько же переписчиков переписывали набело плоды неимоверно быстрого и твердого ума Оригенова. В это время писано было между прочим сочинениео началах, столько замечательное по движении, какие возбудило оно и по влиянию на участь самого Оригена. Амвросий, доставляя все нужное для ученых трудов Оригена, по ревноcти, каждый день требовал от Оригена нового, и Ориген со всею поспешностью трудился дни и ночи.827Десять лет проведено в таких занятиях.

В 228 г. Ориген с одобрительными письмами своего епископа отправлен был в Axaию для обличения еретиков. Проходя туда чрез Палестину он был поставлен епископами Феоктистом и Александром в пресвитера, – это было на 45 году жизни Оригеновой. Ориген со славою исполнил поручение в Ахаии; с уважением принят был в Афинах и Eфесе.828Между тем сан пресвитерский, принятый им совсем не по воле своей, возбудил против него сильное гонение со стороны епископа александрийского. Димитрий, как пишет и Иероним, столько увлекся неразумным негодованием (insania), что разослал по всем местам обвинения на Оригена, и, не выставляя других вин, указывал на поступок юной ревности его, которому прежде дивился.829Ориген возвратился в Александрию. Димитрий решился поразить Оригена церковным судом. Фотий так пишет о ходе дела: «Димитрий сначала считал Оригена между самыми близкими к себе. Но Ориген, отправившись в Афины, без согласия своего епископа, не так, как бы надлежало, возведен был в сан пресвитера; самоначальником рукоположения был державший тогда власть иерарха в Keccaрии Феотекн (по Евсевию и Иерониму Феоктист); с ним был согласен и иерусалимский Александр. Отселе дружба Димитрия переходит в ненависть, похвалы в порицания; собирается собор епископов и некоторых пресвитеров против Оригена. Собор, как говорит Памфил, определяет выслать Оригена из Александрии (т.е. отослать его туда, где он поставлен в пресвитера) и не учить ему в Александрии; а сана пресвитерского отнюдь не лишать и не считать препятствием скопчество его. Но Димитрий с некоторыми епископами объявил его лишенным священства; этот приговор подписали и бывшие с ним одних мыслей».830Все это происходило в 231–232 г. О посвящении Оригена в сан пресвитера Александр, еписк. иерусалимский, писал Димитрию, что Ориген рукоположен по одобрительному письму самого Димитрия (Epistola formata) т.е. по такому письму, в котором епископ свидетельствовал об Оригене как о православном сыне церкви, если только не говорил вместе и об особенных преимуществах его.831В последствии Ориген писал к друзьям в Александрии: «некоторые из тех, которые имеют охоту осуждать ближних, приписывают нам и учению нашему богохульство, которого от нас никогда не слыхали... говоря, что будто утверждали мы, что отец нечестия и погибели изринутых из царства Божьего – диавол должен некогда спастись». И Ориген говорить, что такому учению никого не учил он, – что сочинения его испорчены, даже под его именем изданы такие, которых он никогда не видал; в доказательство же последнего он указывал на два сочинения, в порче которых признались сами виновные: «если кто верит мне, говорит Ориген, мне, который говорит пред лицом Самого Бога: тот пусть верит и в том, что говорю я о вымыслах и вставках, внесенных в письмо мое; а кто не верит, но хочет говорить о мне худо, тот ни мало не вредит мне, а только сам будет лжесвидетелем пред Богом». И о гнавших его говорит: и мы должны скорее жалеть о них, чем ненавидеть их, молиться за них, а не проклинать».832Из слов Оригена не видно того, что выставляли обвинения против него, о которых говорить он, на соборе; он оправдывается только в том, что в устных наставлениях не преподавал он, не выдавал за догмат веры того, что приписывают учению его. В письме к рим. епископу Фабияну, спустя 10 лет после собора. Ориген писал, что по несчастью в сочинения его вошли ошибки, но причиною несчастия быль Амвросий, выдавший против воли его и те сочинения его, которые состояли из домашних записок.833Последствия собора показывают, что на нем не рассуждали об учении Оригена в виду в виду только посвящение его в сан. К сочинениям Оригена обратились уже тогда, как увидали, что решением собора многие не довольны.

От бури, восставшей в Александрии, Ориген уклонился в Keссарию. Димитрий разослал определения своего собора ко всем епископам. Но тогда, как некоторые епископы без рассмотрения приняли письмо Димитрия, церкви палестинские, арабские, финикийские, axaйские и каппадокийские, где коротко знали дело Оригена, объявили себя на стороне Оригена.834Епископы Александр и Феоктист позволили ему говорить беседы и сами слушали его; в Keccaрии он продолжал свои труды. «Бог, изведший Израиля из Египта, извел и меня из сей страны», писал он тогда в продолжении своего толкованияна Иоанна.(*) Здесь он писал между прочим сочинение:о пользе молитвы, посвятив оное Амвроcию. К нему по прежнему стекались слушатели из разных отдаленных стран.835Фирмилиан, епископ каппадокийский, знаменитый сподвижник св. Kиприанa, призывал и к себе Оригена, и сам, когда посещал св. места, долго оставался у Оригена в Кессарии, слушая его беседы. К Оригену по-прежнему обращались за советами и епископы.836

В гонение Максимина (в 235 г.) друг Оригена Амвросий и Протоктет пресвитер были представлены к императору. Ориген писал имувещаниекмученичеству. Император прежде всего хотел, чтобы захвачен был Ориген837; но он укрылся в Kecсapии каппадокийской у епископа Фирмилиана.838Когда землетрясения и здесь возбудили против христиан народную ненависть, он укрылся в дом одной христианской девственницы Иулиании, и провел здесь два года, занимаясь сличением александр. перевода библии с еврейским текстом и другими переводами.839По окончании гонении (238) Ориген путешествовал в Вифинию и Грецию и здесь писал он письмо кАфрикану, толкования наЕзекииляипеснь песней.840Едва возвратился он в Палестину, должен был отправиться в Аравию; боцрский епископ Берилл учил, что Христос прежде воплощения не имел личного бытия; Ориген был отправлен собором епископов для опровержения лжеучения, и совершил поручение с успехом, заставив Берилла принести раскаяние.841Чрез несколько лет присутствие Оригена в той же Аравии опять оказалось нужным; он призван был на собор и с успехом обличал заблуждавшихся в мыслях о бессмертии души; с таким же успехом рассеял ересь элкезантов.842

В правление Филиппа Аравлянина, с домом которого находился Ориген в сношении, написал он сочинениепротив Цельса, толкование на св. Матфея, на меньшихпророкови др. И только теперь, когда ему было 60 лет, стал позволять скорописцам записывать свои проповеди, которые говорил он в это время каждый день.843Во время гонения Декия Ориген удостоился славы исповедника Христова; его терзали железом и огнем, томили в узах и темнице голодом: но он перенес все. Наконец, при императорах Галле и Волузиане, испытав славу и поношение. Ориген на 70 году своей жизни (в 254 г.), скончался в Тире.844

Не скоро можно найти человека, который бы с такими блистательными дарованиями соединял такое неутомимое трудолюбие для церкви, как это видим в Оригене. Его твердость духа к опасностям, его терпение в скорбях, его кротость пред оскорблявших его, его строгость к себе самому равнялись его ревности к делу истины Христовой, а ревность заставила столько трудиться, сколько трудились не многие. Память его изумительна – обширна и тверда, ум с возвышенными помыслами и проницательностью логической; воображение пламенное, но которое к сожалению не мало вредило ему.

Ориген был писателем плодовитым в высшей степени. «Он писал так много, говорит Иероним, сколько другой и прочесть не в состоянии; число бесед его восходило за тысячу, и его комментарии – без конца».845Епифаний простирал число всех сочинений его до 6.000846и число это не преувеличено, если считать особо книги каждого обширного сочинения и письма. Но если Ориген писал так много: то у него это не было плодом страсти. Его вынуждали писать. Сам он глубоко чувствовал, как трудно писать объяснения на св. Писание и не охотно принимался за дело, а когда принимался, то не иначе как с молитвой.847Он писал по требованию нужд церкви. Еретики хвалились тогда своими комментариями на св. писание, между тем православные, читая это комментарии, не оставались без вреда для души; и потому-то он столько трудился над объяснением св. Писания.848

Все труды Оригена по форме и содержанию могут быть отнесены к четырем родам: к первому – труды длясв. писания, ко второму – сочиненияапологетические, к третьему –догматические, к четвертому –нравственные.849

1) Труды длясв. писания– состояли частью вфилологических и историческихисследованиях св. текста, частью втолкованииписания.

А.Филологические трудыОригена были трудами почти целой жизни Оригеновой. С раннего времени (с 211 г.) начал он пересмотр греческого текста В. Завета и продолжал его почти до конца жизни.850

Ориген видел, что в греч. текст 70 толковников взошло много разностей, частью как пишет сам он, от писцов частью от смелости не призванных исправителей текста.851Разности неприличны для всякой другой книги, еще менее могли быть терпимы в книге книг. С другой стороны самому Оригену, также как и другим, не раз случалось слышать дерзкие насмешки иудеев в тех случаях, когда в спорах с ними приводимы были места греческого текста, которых нет в подлиннике, или иудеи приводили слова, которых не оказывалось в греч. тексте В. Завета.852Это показывало, что необходимо было пересмотреть и поверить греческий текст по рукописям и подлиннику. Ориген начал с того, что употребил старание отыскать и собрать лучшие древнейшие списки общеупотребительного греч. текста; и списки покупаемы были дорогой ценой особенно при пособии Aмвросия. В 217 г. он нашел в Иерихоне греч. перевод, названный у него пятым; при Алекс. Севере (около 228 г.) в Никополе найден им другой перевод названный у него шестым853; когда найден седьмой, неизвестно; известно только, что пятый, шестой и седьмой переводы были составлены христианами.854Кроме того отысканы переводы: Акилы следовавшего с буквальной точностью еврейск. тексту855, Симмаха, старавшегося выражать мысль подлинника чистым греч. языком856и Феодотиона, державшегося перевода 70.857Обогащенный такими пособиями, Ориген составлял свод переводов с подлинником. В первой колонне писан был еврейский текст еврейскими буквами, во второй – тот же текст греческими буквами, в третьей – Акила, в четвертой Симмах, в пятой перевод 70, в шестой – Феодотитон, за тем следовали пятый, шестой и седьмой переводы, где только могли быть. То, чего не доставало в перевод. 70 против подлинника, Ориген заимствовав всего чаще из Феодотиона и присовокуплял к тексту 70, отмечая знаком пополненияастериском(*) не нашел сноски к этому помечанию; а что было лишнее против подлинника и переводов, – то отмечал знаком излишестваобелом(–).858Вообще же сохранял самую осторожную внимательность к древнему переводу. «Прилично помнить, говорил он, – не прелагай пределов отцов твоих. И сказав, что тем правилом не возбраняется узнавать смысл подлинника, он сам тщательно сличая переводы, присовокуплял: «особенный же труд употреблял на перевод 70, дабы не показалось церквам вселенной, что будто вводим мы что-либо от себя».859Таким образом послеТетраплсоставилисьЭкзаплы860, и неутомимый Ориген представил для церкви как исправный текст 70, так и удобство – правильно понимать смысл писания.861Различные переводы, объясняя себя взаимно, приближали к подлинному смыслу даже и того, кто незнаком был с языком подлинника, а для знавшего еврейский язык доставляли удобство поверять переводы. Самое размещение переводов – Акилы подле подлинника, Феодотиона после 70, Симмаха после буквалиста Акилы имело ту очевидную цель, чтобы помощь болеe и более разумению писания. – Вместе с тем открывалось удобство обличать произволы иудеев.

Ни в каком другом отношении труды Оригена не были столько полезны для церкви, как эти труды для текста В. Завета. «Бессмертный ум Оригенов, говорил Иероним, подарил нас тем, что мы уже не страшимся надменности иудеев». Как часто учители церкви обращались к экзаплам Оригеновым, показывают самые толкования Златоустого, Иеронима, Василия и других; они скоро переведены были на восточные языки. Текст 70 исправленный Оригеном и потом пересмотренный Памфилом, по свидетельству Иеронима862был в общем употреблении в церквах палестинских. «Bсе же церкви, говорит он же, как греческие, так и латинские, сирские и египетские, читали это издание с астерисками и обелами».863К сожалению подлинник Оригенов, перенесенный Памфилом из Тира в кессарийскую библиотеку, истреблен в 653 г. вместе с этой библиотекой изуверными Сарацинами864и до нас дошли экзаплы Оригеновы только в частях.865

Тексте Η. Завета хотя не был пересматриваем Оригеном с такой же разборчивостью, как текст В. Завета, в чем не было и нужды: впрочем он употребил старание на то, чтобы иметь список Н. 3. самый верный, без ошибок писцов; почему его списки Н. Завета были в уважении.866

В. Междуисторическимитрудами для Библии отдельное сочинение Оригеново известно одно: это – письмо к Юлию Африкану. Африкан не хотел думать, чтобы история Сусанны была книгой полезной для церкви, а еще менее книгой канонической; он указывал в этой истории несообразности действий и обстоятельств с действительной историей, выражения и слог обличающие греческое происхождение ее, неприличие видений характеру пророка. Ориген в пространном ответе говорит, что воля Божья открывалась неодинаково, что несообразность обстоятельств с историей – дело не доказанное. О выражениях и слоге истории писал, что из того нельзя выводить никакого твердого заключения, так же как и из того, что этой истории нет в еврейском каноне; наконец писал, что руководством в этом случае должно быть для нас обыкновение церкви христианской.

В других сочинениях Ориген оставил для нас более удовлетворительные сведения о каноне св. Писания. Сведения, передаваемые Оригеном по сему предмету, состоят в следующем:

а)   Он ясно различает канонические книги св. писания отапокрифических.867

б)   «Надобно знать, пишет он, что заветных (ενδιαθηκϨς) книг, как предали евреи, двадцать две, каковое число у них составляет число букв». И потом перечисляет самые книги – все те, которые считаются и доселе каноническими.868

в) Не сомневаясь, что апокрифических книг нет в каноне иудейской церкви, он говорит, что тем не менее они полезны как по суду церкви, так и по содержанию.869При сем такие книги, каковы книгаЕноха, завет 12 Патриархов, о восхождении Моисея, Ианний и Америйон не только называет сомнительными, но прямо говорит, что «они в церквах считаются не совсем священными».870

г) Книги Н. Завета, называя тоНовым Заветом871, тоЕвангелием и Апостолом872, о евангелиях пишет так: «от предания принял я следующее о евангелиях, которые одни без всякого сомнения принимаются во всей церкви Божьей, находящейся под солнцем: первое евангелие написано Матфеем, сперва мытарем, потом Апостолом Иисуса Христа, написавшим оное на еврейском языке для иудеев, обращенных к вере. Второе, как пришли мы, было Евангелие Марка, который описал так, как излагал ему Петр. Посему-то Петр в соборном послании называет его сыном своим... Третье Евангелие Луки, одобряемого Павлом, написанное для язычников. Последнее же Евангелие – Иоанна».873Он решительно отвергаетЕвангелие Евреевили Евангелие 12. ЕвангелиеЕгиптян, Фомы, Матфияи др. подобные.874При сем признаком человеческих Евангелий поставляет он то, что они писаны усилием человеческой немощи, тогда как «св. Матвей писал без напряжения (Ϩκ επεχειρισεν), точно так Марк и Иоанн, не иначе и Лука, писали движимые Духом Божмм».875

д) Сообразно с тем же преданием поставляет между каноническими книгами Деяния Апостольские, 13 посланий А. Павла, первое посл. А. Петра, первое послание Иоанна и Апокалипсис.876О послании же к Евреям, о втором послании Петра, о 2 и 3 послании на замечание, что «некоторые сомневаются в их подлинности»: но вместе как здесь877, так и в других местах несомненно поставляет их между каноническими.878О посланиях А. Иакова и Иуды раз выражает сомнение879, но в других случаях свидетельствуется ими как апостольскими.880Напротив окниге Ермыговорить, что хотя читается она в церкви, но не признается за божественное писание881и решительно отвергает учение Петрово.882

Таковы сведения о св. каноне, передаваемые тем, кто и обширные имел сведения и в состоянии был судить о достоинстве книг!

В. Ориген, занимаясьтолкованиемписания, не только: 1) предлагал для верующих толкование писания, но и 2) желал предложитьправила толкования, доведенные до ясности и определенного вида.

1) Ориген весьма много писал в объяснение св. писания. По свидетельству Епифания, им писаны объяснения на все св. Писаниe за исключением Апокалипсиса. Труды Оригена в этом отношении были не одного рода; им писаныкраткие замечания(δημειωδεις) на трудные места экзаплов,томы(τομοι) или собственные толкования подробные ибеседы(όμιλιαι), направленные преимущественно к назиданию в благочестии. Но первые для нас совершенно потеряны. Из толкований и бесед дошло не многое в сравнении с тем, что писано Оригеном по свидетельствам древности и при том значительная часть из дошедшего сохранилась только в переводе Иеронима и Руфина883, тогда как последний и сам говорит, что он не везде сохранял верность подлиннику.884

Из дошедших до нас трудов самые лучшие – толкование: а) наПсалмыс историко-критическими замечаниями о времени, разделении и надписях псалмов и о некоторых затруднительных местах; б) Напеснь песнейс превосходным введением о значении сей книги; Иероним говорил: «если в прочих сочинениях Ориген превзошел других, то здесь превзошел сам себя»885, и с тем отчасти должно согласиться; в)на плач Иеремии– дорогой памятник древности; г) наЕвангелие Иоаннабольшей частью с превосходными замечаниями о cмысле слов и кроме того с отрывками древних памятников; д) таково же недавно изданное толкование на первое послание к Коринфянам.

Достоинство толкований Оригена могут показать правила, которые предписывал он для толкователя.

2) Несколько опытов толкования писания видно и у предшественников Оригена. Но Ориген первый соображал, уяснял и приводил в определенный вид начала толкования. И этого нельзя не отнести к заслугам Оригена. Надобно сожалеть о том только, что он увлекся влиянием Александрийско-иудейской, Филоновой, герменевтики.(*)

Вот правила, которые предписывал Ориген толкователю писания:

1)   «Внимай чтению божественного писания, внимай. Много нужно иметь внимания читающему писание, дабы не сказать или не подумать чего-нибудь о писании слишком поспешно. И внимая чтению писания с верой и богоугодным намерением,толцыв сокровенное писание и отверзет тебе дворник. Внимая чтению, правильно изыскивай, с верой неуклонной в Бога сокрывающего от многих разумение божественного писания. Не достаточно и того, чтобы толкать: весьма необходима молитва об разумении божественных таин».886

2)   Не надобно объяснять писания по своему произволу, а должно следовать указаниям Духа св.887, сличать одно место с другими.888

3) Если бы и встретилось что-нибудь темное в писании, «не думай, что в нем самом есть что-нибудь лишнее»; вини себя, который не понимаешь, а писание само себя оправдает.889Дерзко поступают и тогда, когда, встречая солецизмы, изменяют Слова Божьи.890

4)   Надобно отличать лица говорящие от тех, о которых говорится в писании; а в притче должно обращать внимание на главный предмет притчи и не спорить о каждом ее слове.891

5)   Для уразумения писания нужно быть знакомым с словесными науками и философией.892

6) В писании должно различать троякий смысл – буквальный, нравственный и таинственный.893Это правило занято из Филонова метода толкования. Рассмотрим это правило по частям.

а) Буквальный смысл, по словам Оригена, не везде находится в писании; его нет там, где видим антропологические выражения о Боге.894Это совершенно справедливо. И Оригену принадлежала та заслуга, что он ослабил доверие к антропоморфизму евинеев и Папия, увлекавшему в странности хилиазма. Толкования Оригена отличаются и тем, что он много обращал внимания на грамматико-исторический смысл слов писания, полагая его в основание самому аллегорическому толкованию. (*)

б)   Весьма похвальна ревность Оригена назидать себя и других нравственными наставлениями; при толковании писания нравственый смысл он искал в законе, в истории дел и состоянии души.895Но если нравственный смысл может показывать буква писания, или он извлекается как следствие из какой-либо мысли писания: то этот смысл не имеет значения отдельного смысла наравне с буквальным смыслом.

в) Ориген справедливо говорил, что буква убивает всякого, кто в духе иудея лишает писание смысла таинственного.896Но он увлекается Филоном, когда: аа) думает, что достоинство приличное обрядам Моисеевым может быть сохранено только таинственным значением их897; или когда тоже думает о некоторых случаях жизни ветхозаветных лиц.898При этом он забывает апостольское учение о состоянии людей – ветхозаветных и о стихиях, какие были нужны для них (Гал. 4). И сам же он удерживает историческое значение за большей частью событий древних899, и говоря об истории ковчега Ноева замечает: «это поколику относится к истории, сказано против тех, которые домогаются опровергать писания В. Завета, как будто они заключают что-нибудь невозможное и несогласное с разумом»900; бб) Слишком увлекается Филоном Ориген, когда разделяет таинственный смысл на аллегорический и анагогический, относя первый к церкви Христовой земной, а последний к миру высших небесных стран.901Нетвердость такого разделения чувствовал он и сам, выражаясь о том в виде мнения, а иногда заменял последний смысл одним нравственным; вв) Равнο произвольно полагает он, будто во всех тех местах, где есть смысл буквальный, надобно искать смысла таинственного. (здесь сноска № 93, которой не нашел в списке ниже.) Против этого правила он сам при одном случае замечал: «за чем искать аллегории там, где назидает буква...? Иное надобно сохранять совершенно так, как написано».902

Такие неверности самому себе и в правилах и в приложении правил к опыту объясняются в Оригене тем, что он с одной стороны увлекался примером ученых александрийских иудеев, с другой слишком обольщался надеждой видеть в аллегорическом толковании писания средство обличать иудея убивающего дух буквой и опровергать нападения ученых язычников на содержание писания.903Намерения его были чисты и он аллегорическим толкованием, также как и грамматико-историческим, сделал много полезного для своего и последующих времен.904Мы увидим, что довольно еще пройдет времени, пока аллегорическое и грамматико-историческое толкование писания уравниваются в училище антиохийском особенно трудами и искусством св. Иоанна Златоустого. Но пусть временное остается за временем.

Ориген во всю жизнь боролся с язычниками – и гностиками. Но до нас дошло одно апологетическое сочинение егопротив

Цельса, сочинение превосходное, которому подобного не было до Оригена. – Епикуреец Цельс, известный при Aдриане, вероятно при Марке Аврелие писал своеистинное учение(λογος αληθης), в котором он опровергал христианство с философской и политической точки воззрения на христианство.905Все, что могла говорить злая насмешливость едкого, тонкое остроумие колкого, ловкая диалектика разнообразного, – все то писал о христианстве Цельс, отличавшийся сверх остроумия глубокомыслием и обширностью сведений; Цельс знал свое дело; Порфирий и Юлиан стояли ниже его, и христиане епикурейцы 18 в. выписывали слова Цельса, хотя и жаловались, что до них не дошли сочинения умных язычников. Около столетия сочинение Цельса оставалось без ответа со стороны христиан. И Ориген неохотно решался на ученое опровержение его; защищать христианство, думал он, – дело Исповедника Христова. Наконец, по неотступной просьбе Амвросия, он принялся за Цельса: это было уже в 249 году на 64 году жизни Оригеновой906, и он вспомнил благочестивое намерение, как нельзя лучше. Из слова в слово передавая слова Цельса, он преследует его шаг за шагом с торжествующей силой последовательного, глубокого, обширного ума, и что особенно возвышает Оригена, это – спокойствие его, основанное на самопознании и сознании правоты дела своего, с каким он отражает противника, часто выходившего из себя. Сочинениепротив Цельса– бессмертный плод удивительного Оригена.(*) Значительную часть филокалии, составленной Василием и Григорием, составляют выписки из этого сочинения.

Ориген жаловался, что сочинение Цельса написано без порядка; а потому и в сочинениипротив Цельсадолжны были встречаться повторения.

Впервойкниге на слова Цельса о скрытности христиан Ориген отвечает, что: а) учение христианское воюет против тайного врага; б) оно известно целому миру, не боится ни философии, ни  философов, будучи основано на истории; в) сокровенность, какая принадлежит ему, – принадлежность высокого достоинства веры. Христиане доверчивы без исследования? а) Потому что учение христианское само дает чувствовать божественную силу свою; б) доверие – необходимость для ученика и вера – самый краткий и всеобщий путь к истине; в) вера христиан – не мнение и по содержанию не вымысел: Бог – Виновник ее, и только для невежества неизвестны основания ее.

Вовторойкниге на возражение: «иудеи не приняли Иисуса Христа», отвечает: это относится только ко вреду иудеев, а не христианства. Поелику: а) пророчества и чудеса ясно показывали в Иисусе Христе Мессию и Бога; б) то же показывали исполнение всех древних пророчеств в Иисусе, равно в) его предсказание о своей смерти, оправдавшееся и свидетельством Флегонта. «Спор христиан с иудеями о пророчествах – спор о пустом?». Вопрос о смысле пророчеств независимо от всех споров имеет всеобщую важность, а еретичество – только уклонение от истины. «Чудеса Его – волхования, или что-то похожее на миф?». И философски, и исторически – ложное мнение, потому что смешивает историю с басней и учителя истины посланника Божьего – с людьми пустыми. «Воскресение Его – обман»? Оно сопровождалось обстоятельствами, которые не допускают никакого подозрения в обмане: смерть и погребение совершились пред глазами народа, – и у гроба была стража. «Если точно хотел Он явить свою божественную силу: то надлежало явиться пред всем народом; известно же и нам из евангелия, что Он являлся»: а) Не наше дело предписывать уставы чудесам; б) довольно знать, что он являлся Петру, 12 ученикам, более чем 500 ученикам; в) проповедь учеников – доказательство воскресения Его: иначе откуда у них сила, победившая все ужасы смерти, все усилия Рима?

Втретьейкниге о том: как и по каким побуждениям проповедовалась вера и разделения между христианами мешают ли чистоте веры? Учение христианское проповедовалось по побуждениям святым и говорит о святости. «Его принимают только простаки и люди худые? а) И умных принимают в христианство, как и всех вообще, с осторожностью; б) само по себе нравственное ученее его – превосходно; в) если принимают грешников: то потому, что Бог милосерд и что они из грешников становятся праведниками.

Вчетвертойкниге – предметы весьма важные. На возражение: и Бог мог спасти человека и не воплощаясь, а воплощение Его несообразно с Его неизменяемостью»? Ответы: первая мысль показывает, что не имеют справедливого понятия о свободе человеческой, а вторая основана на ложном понятии о Боге и Его отношении к миру. «Христианство разрушает неизменные учреждения гражданского общества»? Ориген входит в глубокомысленное размышление о намерениях Божьих относительно мира и народов и показывает, что кто не отвергает промышления Божьего о мире, тот не может допускать независимого гражданского законоположения, а допускает только независимое Божье законодательство.

Впятойкниге убеждает в нисшествии Бога на землю пророчествами и исторической достоверностью повествовании о сем. Оправдывает иудейский закон против обвинений в проповедании боготворения звезд и пр. «Если сей закон свят: почему не сохраняют его?». Потому, что один всеобщий закон на всегда удерживает за собой обязательную силу для всех. «Все веры равны?» Нет, язычество и христианство совершенно различны по своему духу и содержанию; далее показывается отношение еретиков к церкви.

Вшестойкниге сравнивается учение Платона с учением христианским; простота последнего объясняется тем, что оно назначено для всех и для ученых и простых, не требуя однако ни от кого слепого доверия к себе; образует кротких и смиренных друзей Божьих; Иисус Христос ничего не занял у Платона. Решаются возражения против Моисеевой истории о миротворении.

Вседьмойкниге показывается превосходство пророчеств пред прорицалищами, доказывается, что между В. и Н. Заветом нет противоречий. Воскресение мертвых – не предмет неразумной веры. Христиане не приносят жертв богам, потому что приноcят самих себя истинному Богу. На слова Цельса: «не мог ли кто-либо из достойных поставлен быть правителем той или другой части мира?». Отвечает: «надлежит наперед показать, но не то же здесь, что выбор атамана между разбойниками».

Ввосьмойкниге продолжает показывать, что христиане чтут истинного Бога, а язычники пустоту и порок; христиане чтут Сына Божьего, не оскорбляя тем Отца Его, так как чтут Того, Кто сказал: «Аз и Отец едино есма, чтут Единородного, образ Невидимого Бога». Чтут Ангелов как слуг Божьих; праздники их – не безобразные празднества языческие. Цельс желает, чтобы все народы имели один закон, но сомневается, может ли быть осуществлено такое желание? Апологет отвечает, что соединение всех под один закон не только возможно, но и существует в опыте между христианами!

Таковое содержание сочиненияпротив Цельса.

Его смело можно дать в руки каждому неологу – и натуралисту. Для них замечательным должно быть и то, что сам Цельс подтверждает свидетельством своим и современников своих события жизни Христовой; и он не сомневается в исторической действительности чудес Христовых, а только старается объяснить происхождение их по своему.907Он читал «в Евангелии историю смерти и воскресения Христова908, родословие и рождение Иисуса Христа909, повествование о нисшествии Духа св. на Иисуса крестившегося910в Иордане; изображение пророков Его.911Сам Ориген между прочим говорит о чудесах совершавшихся христианами, как очевидец.912

Между нравственными сочинениями Оригена известны сочиненияо молитвеиувещание к мученичеству.913Содержанием первого служит размышление о молитве Господней. После введения разрешается вопрос так часто повторяемый и ныне: если Бог знает все – и будущее: то нужны ли молитвы? Бог, говорит Ориген, от вечности знает человека не иначе как свободным знает и то, что сделаем мы с своею свободой; потому знает и то, когда мы станем лениться для молитвы. И так молитва наша не вносит перемены в состояние существа Божьего, но она оставляет известное в нас состояние приближающее нас к Богу. Далее показываются другие действия молитвы и именно: приближение к миру Ангелов и Святых. Молитва Господня объясняется буквально и весьма верно. Наконец говорится о положении тела во время молитвы, о месте молитвы, каковым представляется преимущественно храм, о образцах молитвы.

Увещание к мученичеству, писанное для друга Амвросия и пресвитера Протоктета, писано с живым чувством благочестия.

Древним было известно несколько догматических сочинений Оригена.914Но до нас дошло только одно –о началах– в четырех книгах – плод незрелых лет.915В введении к сочинению Ориген писал: «истинно только то, чтό согласно с учением апостолов, сохраненным доселе в церкви. Апостолы предложили ясно то, что необходимо знать в христианской вере, и именно для тех, которые не призваны к исследованию. Но раскрывать основания догматов они предоставили тем, которые приняли для того дары Духа Cв.».916Сообразно с этими словами сочинениео началахни по форме, ни по содержанию не есть сочинение народное; это есть опыт ученого изложения догматов веры и в ученой форме. Как первый опыт в своем роде, оно показывает в сочинителе человека с особенными дарованиями. А как опыт молодых лет, оно легко могло быть с ошибками. Все изложение веры направлено против валентиниан, маркионитов и других гностиков; а отселе соглашение начал веры с началами разума естественно могло происходить под влиянием тогдашней философии. Наконец особенная черта в этом сочинении – скромность – не дозволяющая сочинителю предлагать свои собственный мысли иначе, как только в виде мнений.

Содержание сочинения:первая книга«о Боге и Его свойствах, о таинстве св. Троицы; о разумных созданиях и их падении».Втораякнига говорит о средоточии всех тварей и их разнообразие; последнее условливается телесностью, также как телесностью предполагается существование материи и ее Творца; отселе множество миров. Защищается независимое ни от чего единство существа Божьего. Показывается способ воплощения Слова. Пространно говорится о душе.Третьякнига о внутренних и внешних условиях совершенствования человеческой души. Превосходно защищается свобода воли человеческой.Четвертаякнига о свящ. Писании, о его божественной важности и боговдохновенности, о способах объяснять его. В заключении кратко повторяется учение о св. Троице.917

Это сочинение подвергалось строгому суду – и за него строго судили сочинителя. Что труд незрелых лет оказался с ошибками и с ошибками даже значительными – это не удивительно. Важнее то, что ошибки этого сочинения встречаются и в других сочинениях. Но чтобы судить об Оригене, надобно видеть и рассмотреть самого Оригена, т.е. не только изложить его мнения, но и показать, в каком виде он предлагал их.

Произвольные мнения Оригена были следующие: а) «мне кажется, говорит он, что и прежде сего мира был мир. Поелику не тогда Бог начал действовать, когда сотворил сей мир».918

б) За этим следовало другое мнение: духи и души человеческие существовали прежде сего мира и вследствие свободы ограниченной подверглись падению, ниспали в низший круг, бытия – облеклись разнородными телами.919И здесь прибавлял Ориген, что это не догмат, а только мнение.920

в) "Думаю, говорил он еще, что слова:и будет всяческая во всем Боге, означают то, что Он в каждом все... Враг истребится – это надобно понимать так, что не сущность сотворенная истребится Богом, а злое произволение, происшедшее от самого врага. И так разрушится он не так, что не будет существовать, но что не будет врагом».921И присовокуплял: «это говорим мы с великим страхом и опасением, более в виде исследования, нежели полагая за верное и определенное».922

По какому случаю допущены эти предположения? Или сам по себе Ориген дошел до них? Были обстоятельства располагавшие к тому. В его время самым обыкновенным вопросом был вопрос о происхождении зла и совмещении Благости Божьей с Правосудием. Многие решали его тем, что допускали два начала. Ориген, допуская три помянутые предположения, представлял в полном свете Святость и Благость Божества: но вместе с тем оставлял Правду Божью только с значением исправительной правды, и кроме того напрасно полагал, что будто не может быть внутренней деятельности в Божестве.

Поелику же Ориген положил себе за правило: «в ту только надобно верить истину, которая ни в чем не разногласит с церковным и апостольским преданием»923: то в отношении к третьему пункту своих мнений он определенно учил, что не раскаянных грешников ожидает вечный огонь924; равно относительно второго пункта вместо личного падения душ до вступления в тело он, особенно в последствии, со всею твердостью повторял библейское учение о порче природы в Адаме, переходящей к потомкам путем рождения.925

г) Ясными словами Ориген исповедовал, что как Сын, так и Дух св. есть Бог926, что Сын и Дух св. не сотворены.927Но когда он определял отношение Сына и Духа св. к Богу Отцу: то хотя большей частью довольствовался библейскими выражениями, т.е. что Сын рождается, а Дух исходит от Отца928; но иногда покушался объяснять отношение духовным извождением (προβαλλεθαι, γεγονεναι) Сына от Отца, Духа от Сына, и потому или предполагал он как бы некие степени в Божественной сущности, или мысль его остается вовсе неясной.929

Посему-то св.Афанасийне раз ссылался на Оригена в спорах с арианами, замечая притом, что у Оригена надобно смотреть не на те места, где он говорит о предмете испытательно, а на те, где он утвердительно учит против ересей.930А св.Василийсвидетельствовался словами Оригена в сочинении о Божестве Духа св., присовокупляя, что Ориген «не во всем совершенно здравые имел предположения (ύποληψεις) о Духе».931

В других отношениях догматическое учение Оригена вполне верно и определенно. Указываем на учение о соединении Божества с человечеством в Иисусе Христе (а); о наследственной порче в человечестве (б), об искупительном значении смерти Христовой (в), о благодати Божьей (г); о таинствах крещения и миропомазания (д); о Евхаристии (е), о покаянии и елеосвящении.(ж)

Соображая все сказанное о трудах Оригена, видим, как легко могло быть, что одни, как нельзя более, удивлялись Оригену, превозносили его похвалами, – другие бранили его неумеренно. – Ориген – чудо века по дарованиям – весьма много сделал для своего времени932, много сделал и для последующих времен. Все великие учители 4-го века пользовались Оригеном: но великие помнили, что Ориген был человек и не опускали из вида ошибок его.933После св. Мефодия Епифаний и Иероним сильно восставали на Оригена. Но прения Иеронима с Руфином по этому предмету были жалки.934Сам Иероним писал об Оригене: «желал бы я  делить с бесчестием его имени его знание писания. Хочет ли кто хвалить Оригена? Пусть хвалит, как и я хвалю. Он муж великий от юности и истинный сын мученика. Похотей он бегал, скупость попирал, писания знал на память и в изъяснении их проводил дни и ночи. Кто не удивится пламенной любви его к писанию? Если кто противопоставит нам ошибки его: то пусть выслушает спокойно: и великий Гомер дремлет; при долгом труде естествен и сон. Не будем подражать ошибкам того, коего высокие достоинства недостижимы для нас. Ошибались в вере и другие, как из Греков, так и из Латинян. Ты скажешь: это не значит извинять Оригена, а обвинять других. Хорошо; но я и не говорю, чтобы он не ошибался, и не верю, чтобы в ошибках веры надлежало слушаться, кого бы то ни было, хотя бы напр. Ангела. Я читаю его как и других; Поелику он ошибался, как и другие».935В 543 году по воле Имп. Юстиниана на частном соборе при Патр. Мине осуждены были так названные тогда Оригеновские мысли и оригениане936: но это потому и в том смысле, что безрассудные чтители Оригена вместе с тем, как включили предположения Оригена в число догматов веры, –  присовокупили к его ошибкам свои собственные, защищали то и другое с упорством и произвели кровавые разделения в церкви.937Самый верный отзыв о себе сделал сам Ориген в последние годы своей жизни: «И любовь, писал он, опасна, если преступаете предел. Тот, кто любит, должен рассматривать природные расположения любимого. Если преступит он меру любви: и любимый и любящий будут в грехе... Это и мне довелось испытать в церкви. Многие, потому что любят меня более, чем заслуживаю, и на словах и на деле превозносят слова и учение мое, чего однако не одобряет моя совесть. А другие поносят мои трактаты и обвиняют меня в таких мыслях, о которых и не знаю. Но и те, которые слишком любят, и те, которые ненавидят, не на пути правды; одни ошибаются по любви, другие – по ненависти».938