Категории

        
Скачать fb2   mobi   epub  

Житие Василия Нового

Один из самых популярных текстов «народного» Православия Средних веков. «Житие» состоит собственно из трех разных текстов, написанных учеником Василия Нового Григорием Мнихом – собственно Житие (предлагаемый здесь текст к сожалению представляет собой скорее сжатый пересказ), и два видения на эсхатологические темы – знаменитые «Мытарства Феодоры» (ученицы Василия) и «Видение страшного Суда» - «частная» и «общая» эсхатология соответственно. Яркая, выразительная эсхатология «Жития Василия Нового» оказало огромное влияние на сознание и культуру Средневековья.

Василий Новый – отшельник, случайно попавший под подозрения властей и безвинно пострадавший. Замечательно описаны в тексте смирение и кротость святого под пытками: святой молчит прямо себе во вред – не хочет никак во всем этом участвовать. Спасается чудом. После этого он остается жить в Константинополе, бродягой. После своего освобождения Василий критикует власти, исцеляет, наставляет учеников, юродствует. По его молитвам Григория посещают видения, составляющие основной корпус текста.

«Мытарства Феодоры», как и «Видение Страшного Суда» ни в коем случае нельзя воспринимать как догматические тексты. Это апокрифы, собственно беллетристика, «духовные романы» - по выражению Казанского – исполненные глубокого смысла символы, но ни в коем случае не «репортаж». Приведем несколько замечаний богословов по этому поводу: Серафим (Роуз): "Даже младенцу ясно, что нельзя буквально воспринимать описания мытарств»; Преп. Никодим Святогорец: "Те, кто пустословил, что души умерших праведников и грешников сорок дней обретаются на земле и посещают те места, где они жили", сеют предрассудки и мифы. Ибо такие утверждения "невероятны и никто не должен принимать их за истину"; А. Кураев (из чьей заметки мы и взяли приведенные цитаты): «текст [«Жития»] неверен потому, что не оставляет места для Божия Суда. Спаситель сказал, что "Отец весь суд передал Сыну", но в этой книжке весь суд вершат бесы». Приведем еще слова А. И. Осипова: "мытарства ... при всей простоте их земного изображения в православной житийной литературе имеют глубокий духовный, небесный смысл. ... это суд совести и испытание духовного состояния души перед лицом любви Божией, с одной стороны, и дьявольских страстных искушений – с другой."

Источник текста: http://www.bogoslov.com/files/disk3/web.knigi./Zitija.Svjatih/prep.Vasilija.Novogo/mitarstva.b.Feodori.htm

Содержание

Житие преподобного Василия Нового.

В царствование благочестивых греческих императоров Льва Премудрого и брата его Александра[1] в далекой уединенной пустыне проводил подвижническую жизнь преподобный отец наш Василий Новый. Недолго, однако, эта подвижническая жизнь находилась в неизвестности. Господу угодно было, чтобы этот святой стал известен народу; и вот посланники царя, возвращаясь из страны Асийской[2], встретили в пустыне этого благочестивого мужа и, приняв его за человека подозрительного, связали его и привезли с собою в Царь-град.

В Царьграде он был представлен патрицию Самону[3], который пожелал узнать от него, кто он, откуда

— Кто отворил тебе темницу? — спросили они Василия, но он и слугам ничего не ответил...

Вместе с ними святой отправился к Самону. Некоторые из бывших при этом слуг поспешили и прежде прихода Василия рассказали Самону обо всем происшедшем; это, однако, нисколько не образумило того. Снова он начал допрашивать святого и, не получив от него ответа, снова велел бить его палками и воловьими жилами. Шесть палок было изломано при этом истязании, но праведник молча перенес мучения... Так продолжалось шесть дней, но ответа все-таки не получил нечестивый Самон. Причиной молчания святого Василия было его нежелание обнаружить пред народом своих добрых дел, совершенных им в течение всей его жизни.

Через неделю Самон снова приказал привести к себе святого Василия и, увидев его, гневно воскликнул:

— Долго ли ты, сквернейший из людей, будешь упорствовать и не скажешь, кто ты и откуда ты?..

Больно и тяжело было слышать преподобному такие слова!.. Он кротко ответил:

— Скверным должно бы называть того, кто втайне совершает дела содомские[4].

Обличенный этими словами преподобного, Самон пришел в ярость. Он в бешенстве отдал приказание повесить преподобного мученика вниз головой в одной из часовен и сам собственноручно запечатал ее своею именною печатью. Святой подвижник пробыл три дня и три ночи в таком ужасном положении...

Каково же было изумление Самона, когда он, войдя в эту часовню, увидел святого совершенно здоровым, с таким выражением лица, как будто он никогда не испытывал никаких мучений! Подойдя к преподобному, нечестивый Самон снова повторил свой вопрос, но и на этот раз не было ответа. Самон, думая, что в лице этого мученика он видит одного из волхвов, решил отдать его на съедение льву.

Казнь была назначена на другой день. Самон приказал не кормить более льва, для которого готовился в пищу человек. На другой день собралось множество народа, чтобы посмотреть на это чудовищное зрелище.

Поставили святого мученика посередине помещения, назначенного для казни, и выпустили голодного и разъяренного зверя. Величественный лев со сверкающими глазами вышел на сцену, с яростью поглядел на находившийся за железной решеткой народ и уже готов был броситься на свою жертву, но в это время преподобный Василий сам направился к нему. Каково же было изумление народа, когда грозный царь зверей, вместо того чтобы броситься на святого, так смирился пред ним, что лег у ног его, как самое покорное животное!

Но и такое чудо не образумило кровожадного Самона, который оказался лютее льва. Он велел утопить преподобного в море. Но Господь, Покровитель всех с верою живущих, снова сохранил Своего избранника. Едва бросили преподобного в море, как по воле Бо-жией два дельфина подхватили его и вынесли к берегу Евдомы — седьмого предградия Константинополя. Узы, которыми святой был связан по рукам и ногам, разрешились сами собой, и он, совершенно свободный, направился к Златым вратам города.

У входа в город он присел отдохнуть. Возле него скоро сел один человек, одержимый трясучею болезнью (Виттова пляска[5]). Тяжело было святому смотреть на этого несчастного: он возложил на него руки и обратился к Господу с молитвой об исцелении больного. Господь услышал молитву праведника, и больной тотчас получил исцеление. Не было предела благодарности исцеленного: он припал к ногам святого, целовал их и, обливаясь слезами, умолял посетить его дом. Имя исцеленного было Иоанн. Он принадлежал к простым гражданам города Константинополя. Преподобный принял приглашение Иоанна и вместе с ним отправился в его дом. Жена Иоаннова, по имени Елена, радушно приняла дорогого гостя и бесконечно была благодарна ему за исцеление мужа. Когда Иоанн и Елена узнали от святого Василия, кто он и как Господь спас его жизнь, то убедительно начали просить его остаться у них вдоме. Святой с готовностью согласился. Счастливые этим, супруги отвели святому отдельную комнату, в которой он проводил жизнь свою, молясь и постясь.

Тихий, кроткий, милосердный, добрый, с ласкою и любовью относившийся ко всем, святой Василий был и сам очень любим всеми знавшими его. Недолго он оставался в неизвестности. Его добрые дела, благодеяния, его жизнь, полная самоотвержения, наконец, исцеления больных, совершаемые по его молитве, — все это не могло быть скрыто, и весть о нем быстро разнеслась по всем окрестностям. И не одни простые граждане стекались к нему — являлись и знатные вельможи, чтобы получить совет, наставление, а если нужно, то и исцеление.

Господь дал преподобному не только дар чудотворения, но и дар прозорливости и пророчества. Святому были известны тайные дела и мысли каждого приходившего к нему; он предсказывал многим будущее, и предсказания его всегда сбывались.

Когда умерли Иоанн и Елена, святой Василий остался жить один в их доме. Больные, расслабленные, нищие и вообще все, нуждавшиеся в его духовной и материальной помощи, приходили к нему со всех окрестных мест. Своею усердною молитвою он исцелял больных и расслабленных, а нищим раздавал все то, что ему приносили благочестивые посетители. Но недолго святой жил в доме Иоанна. Вскоре к нему явился один богобоязненный, благочестивый гражданин по имени Константин и просил его перейти к нему жить. Преподобный согласился. Константин устроил ему совершенно отдельную келлию и поручил одной своей прислужнице, благочестивой вдове Феодоре, ходить за ним. Она глубоко уважала святого и служила ему, как только могла, усердно.

К святому и сюда начал стекаться народ. В духовных беседах и душеполезных наставлениях проходил целый день, а ночью в своей келлии святой предавался молитве. Имя святого становилось все более и более известным. К нему приезжали князья и знатные вельможи. Однажды его пригласили к царю Роману[6]. Святой, придя к царю, стал обличать его в дурных поступках, и благоразумный царь не только не прогневался на него, но дал искреннее обещание исправить свою жизнь. Затем, в другой раз, святой предсказал жене царя Константина Багрянородного[7] Елене, что она родит дочь, а Потом сына, который, достигши совершеннолетия, сделается царем. Это предсказание буквально исполнилось.[8]

 Один мирянин, которого имя Григорий и который написал это житие, снискал особенную любовь преподобного. Он сделался учеником его и был очевидцем многих чудесных дел, совершенных преподобным.

«Когда в первый раз я пришел к преподобному, — пишет Григорий в «Житии преподобного Василия Нового», — то он, не видевши меня еще никогда, назвал меня по имени и рассказал мне о всех моих добрых и худых делах, которые я совершил в течение всей своей жизни. Однажды я, взяв позволение у святого, отправился во Фракию посмотреть свое поле. Во время путешествия своего я остановился ночевать в одной гостинице и там нашел довольно хороший пояс стоимостью в две золотые монеты и взял его. Пояс принадлежал дочери содержателя гостиницы. Начали его искать, но все было напрасно. Я же молчал о находке, так рассуждая: «Лучше я продам этот дорогой пояс и деньги раздам нищим; а потерявшие, как видно, люди богатые». Господь наказал меня за это похищение тем, что я потерял свой пояс, стоящий столько же, да еще мешочек с четырьмя золотыми и несколькими серебряными монетами, которые я взял на дорогу. Огорченный потерею, я наконец заснул. Во сне явился ко мне святой Василий и, держа разбитый сосуд, сказал:«Видишь ли в руках моих разбитый и негодный к употреблению сосуд?» «Вижу», — отвечал я. Тогда преподобный сказал: «Если кто украдет и такой сосуд, то непременно за этот поступок будет наказан Богом если не в настоящей, то в будущей жизни, а именно: если украдет богатый, то взыщется с него в сей жизни вчетверо; а если украдет неимущий, то наказан будет за это в жизни будущей». «Я никогда ничего не крал, святой отец», — сказал я на это. «Как ты осмеливаешься говорить, что не украл ничего, когда ты скрыл пояс, найденный тобою в гостинице, и вот теперь ты потерял более чем вчетверо;но берегись, чтобы не случилось с тобою еще чего, хуже этого». Произнесши эти слова, преподобный стал невидим. Тяжело я почувствовал себя, пробудившись от сна и вспомнив слова преподобного. Потом я поспешно отправился в путь.

Дома, во время собирания плодов, мне пришлось испытать гораздо большее искушение, и если бы не слова преподобного: «Берегись, чтобы не случилось чего еще хуже», то я не выдержал бы этого искушения.

Наконец плоды с полей моих были собраны, и я возвратился к преподобному.

Придя к нему, я узнал, что прислужница его Феодора, приняв иноческий чин, мирно отошла ко Господу. Все знавшие ее были огорчены ее кончиной — так она много добра сделала в своей жизни. Не менее других был огорчен и я; но не столько я скорбел о потере ее, сколько о том, что не знал, какой участи удостоилась она по кончине своей и причислена ли она к лику святых праведников или нет...

Будучи мучим такими внутренними вопросами, я сначала ничего не говорил святому Василию, но потом, зная, что преподобный по своей прозорливости уже сам знает мои тайные помышления и желания, обратился к нему с убедительной просьбой рассказать мне, какой участи удостоилась по кончине своей Феодора, которая вполне благочестиво провела последние дни своей жизни. Святой Василий внимательно, по обыкновению, выслушав мою просьбу, обещал молить милосердного Господа о даровании мне этой милости. Господь услышал молитву преподобного. Когда я уходил домой, преподобный спросил меня еще раз: «Так ты очень желаешь этого?» На это я ответил, что очень, очень желал бы. Преподобный сказал: «Ты увидишь ее сегодня, если с верою просишь и не сомневаешься в возможности исполнения просимого». Я был сильно удивлен и рассуждал сам с собой: как и где я увижу ту, которая отошла в жизнь вечную?


Видение Григория, ученика преподобного Василия, о мытарствах преподобной Феодоры

В ту же ночь я заснул на одре своем и вот вижу некоего юношу благообразного и очень привлекательного. Подойдя ко мне, он сказал: «Встань, зовет тебя преподобный отец Василий, чтобы вместе пойти посетить Феодору; если ты хочешь увидеть ее, то иди к нему и увидишь».

Я постарался скорее встать; сейчас же направился к преподобному и, не найдя его у себя, спрашивал о нем у всех присутствовавших там. Мне ответили, что преподобный Василий сам ушел посетить Феодору. Больно мне было слышать это, и я с грустью воскликнул: «Как же он не подождал меня, чтобы и мне исполнить свое заветное желание и утешиться, увидевши свою духовную мать!..» И вот некто из присутствующих указал мне путь, по которому отправился святой Василий и по которому я должен был идти. Я отправился вслед святому, и вдруг очутился как бы в неведомом лабиринте: узкая дорога, неизвестно куда ведущая, была так неудобна, что со страху едва можно было идти по ней... Я оказался перед воротами, которые были крепко заперты; приблизившись к ним, я посмотрел в скважину, желая увидеть кого-нибудь внутри двора, чтобы спросить о святом, не зашел ли он сюда. Действительно, к счастью моему, я увидел там женщину, сидящую и беседующую со своими друзьями. Окликнув ее, я спросил: «Госпожа, чей это двор?» Она ответила, что он принадлежит отцу нашему Василию, который недавно пришел сюда, чтобы посетить своих духовных чад. Услышав это, я очень обрадовался и осмелился просить ее отворить мне ворота, чтобы и мне войти, так как я тоже чадо святого Василия. Но без разрешения Феодоры служанка не открыла мне двери. Я начал сильнее стучать в дверь, прося открыть. Феодора услышала, сама пришла к воротам и, увидев меня, тотчас узнала и поспешила открыть, сказав при этом: «Вот он — возлюбленный сын господина моего Василия!» Она ввела меня во двор, радуясь моему приходу, и, приветствуя меня целованием святым, говорила: «Брат Григорий, кто тебя наставил прийти сюда?» Я ей подробно рассказал, как по молитве святого Василия я получил эту милость — видеть ее во славе, которую она приобрела благодаря своей подвижнической жизни.

Ради духовной пользы я убедительно просил преподобную рассказать мне все: как она рассталась с телом, как прошла мимо клеветников, как пришла в эту святую обитель, как здесь живет... Феодора ответила мне: «Страшно даже вспомнить, любезное чадо Григорий, то, о чем ты спрашиваешь... После того что я в страхе и трепете испытала, многое из виденного и слышанного я забыла, тем более что видела лица, которых во время своей земной жизни не видела, слышала голоса и речи, каких не приходилось никогда слышать. Что могу сказать, так это то, что лютая мне встретилась бы смерть за мои дела неправые, совершенные на земле, если бы не молитвы отца нашего Василия... Молитвы его сделали мою смерть легкой. Трудно описать болезнь телесную и те мучения и cтpaдания, какие переносит умирающий; представь себе, однако, вот если бы кто нагим бросился в пламя и там начал мало-помалу гореть и разрушаться от огня... Вот чему подобна болезнь смертная и—о, как люто разлучение души от тела, особенно же для таких грешников, как я!

Когда настал час моей смерти, я вдруг увидела множество злых духов, которые явились ко мне в образе эфиопов[9] и, став у одра моего, вели возмутительные разговоры и зверски посматривали на меня... Глаза у них были налиты кровью и казались чернее смолы. Всевозможные вещи проделывали злые духи, чтобы устрашить меня: и похитить собирались, и присвоить себе, и большие книги приносили, в которых были записаны все мои грехи, какие я только совершила со дня своей юности; пересматривали эти книги, как будто ожидая с минуты на минуту прихода какого-то судьи. Видя все это, я волновалась от страха. От трепета и ужаса я вконец изнемогла и в таких страданиях посматривала и туда и сюда, желая увидеть кого-нибудь и просить, чтобы отогнали этих бесчинных эфиопов, но, увы, не было никого, кто бы помог мне избавиться от них.

Находясь в таком мучительном состоянии, я вдруг увидела двух Ангелов в образе светлых юношей, весьма благообразных, одетых в золотые одежды; волосы у них были как снег. Они приблизились к одру моему и стали по правую сторону. Не было пределов моей радости, когда я увидела их. Злые духи, увидев явившихся Ангелов, со страхом немедленно отошли подальше. Тогда один из Ангелов с гневом обратился к ним и спросил: «Зачем вы, мрачные враги рода человеческого, смущаете и мучите душу умирающей? Не радуйтесь, здесь вашего ничего нет». После того как Ангел сказал это, бесстыдные духи начали перечислять все то, что я сделала от юности своей, словом ли, делом ли, или помышлением, — все это они рассказывали Ангелам и при этом ехидно спрашивали у них: «А что? разве ничего нет?.. Не она ли все это сделала?..» И многое, многое еще они прибавили от себя, желая как можно более оклеветать меня.

Вот, наконец, пришла и смерть. Она налила чего-то в чашу, а чего — я не знаю, поднесла мне испить и затем, взяв нож, отсекла мне голову. Ах, чадо мое, как мне тогда стало горько, горько! И в эту-то минуту смерть исторгла мою душу, которая быстро отделилась от тела, подобно тому, как птица быстро отскакивает от руки ловца, если он выпускает ее на свободу.

Тогда светозарные Ангелы приняли меня на руки свои, и мы начали восходить на небо. Оглянувшись назад, я увидела тело свое, лежащее неподвижно, бездушное и бесчувственное, как обыкновенно лежит одежда, когда кто, раздевшись, бросит ее и потом, став пред нею, смотрит на нее. Когда святые Ангелы несли меня, то приступили злые духи и сказали: «Вот у нас многие ее грехи: отвечайте нам за них». Святые Ангелы в ответ на это представили все те добрые дела, какие я когда-либо совершила: когда дала бедному хлеба, или напоила жаждущего, или посетила больного или в темнице заключенного, или когда в церковь с усердием ходила, или страннику дала покой в доме своем, или когда налила масло в лампаду в церкви, или дала фимиам на храм Божий, или когда примирила кого-либо из враждовавших, или пролила слезы на молитве, или когда неприятности с терпением переносила, или странникам ноги омыла, или утвердила в вере людей маловерующих, или предостерегла кого-либо от греха, или скорбела о чужих несчастиях и напастях, или пострадала за других, или поспешила к кому на дело доброе, или совершила много поклонов; или когда постилась, чтобы победить в себе зло и покорить плоть духу, или постилась в Четыредесятницу, и к Рождеству Христову, и к празднику Святых апостолов, и к Успению Пресвятой Владычицы нашей Богородицы, и во всякую среду и пяток; или когда старалась не видеть бесполезного, не слышать празднословия, клеветы и лжи; все это собравши, они противопоставили эти добрые дела моим грехам, и последние были искуплены первыми.

Злые духи скрежетали зубами, желая похитить меня у Ангелов и ввергнуть в бездну; но в это время внезапно явился посреди нас святой Василий и сказал святым Ангелам: «Господа мои, эта душа много мне послужила, успокаивая мою немощь и старость. Я молился о ней Господу, и Он даровал мне благостыню эту». При этом он дал им какой-то ковчежец и добавил: «Когда будете проходить воздушные мытарства, искупайте душу сию от долгов ее, взяв из ковчежца и отдав лукавым и злым духам». Отдав ковчежец, святой отошел. Духи злобы, увидев все это, долго оставались в недоумении и безгласными, а потом вдруг, громко воскликнув, завопили: «Горе нам, напрасно мы трудились, следивши за нею, как и где она грешила!..» Сказав это, они мгновенно исчезли. Затем явился снова преподобный Василий и принес с собой много различных сосудов с ароматами, которые вручил юношам.

Открывая один сосуд за другим, юноши возливали на меня ароматы, я исполнилась благоухания духовного и почувствовала, что изменилась и стала очень светла. Преподобный сказал святым Ангелам: «Господа мои! Когда все необходимое совершите над нею, тогда приведите ее в предуготовленную мне от Господа обитель и оставьте ее там». Сказав это, он отошел.

Святые Ангелы взяли меня от земли и направились вверх на небеса, как бы восходя по воздуху. И вот на пути внезапно встретили мы мытарство первое, которое называется мытарством празднословия и сквернословия. Явились истязатели и требовали дать ответ во всем, что я дурно когда-либо о ком-нибудь говорила; обвиняли меня за дурные песни, которые я пела, за неприличный смех и насмешки. Все это было забыто мной, так как много времени прошло с тех пор. Но Ангелы защитили меня от истязателей, и мы отправились дальше.

Поднимаясь выше к небу, мы достигли мытарства второго — мытарства лжи. Находившиеся там злые духи были очень мерзки, противны и свирепы. Они, увидев нас, вышли навстречу к нам и начали оклеветывать меня, указывая на время и место, когда и где я говорила на кого ложь, указывали даже тех лиц, о которых я сказала неправду. Ангелы с своей стороны защищали меня и дали злым истязателям из ковчежца святого Василия; и мы миновали их без беды.

Достигли мы и третьего мытарства — мытарства осуждения и клеветы. Здесь находилось множество злых духов. Один из них, более старый, подошел и начал говорить о том, когда и какими дурными словами я кого оклеветала в течение всей своей жизни. Правда, что многое они и ложно показывали, но во всяком случае мне было удивительно, как они могли помнить все действительно бывшее с такою подробностью и точностью, о какой я сама забыла. Все это мучило и терзало меня. Ангелы святые с своей стороны рассказали о моих добрых делах, отделив при этом из ковчежца, данного святым Василием. Миновали мы и эту беду.

Встретили мы дальше на пути мытарство четвертое — объядения и пьянства. Слуги этого мытарства стояли, как волки хищные, готовые поглотить всякого приходящего к ним. Они напустились на меня, как псы, высказывая все то, что я от юности сделала в отношении чревоугодия, вспоминали, когда я ела утром, не помолившись Богу, указывали и на то, что я ела скоромное в постные дни, что ела до обеда и во время обеда чрез меру, что ела без меры и перед ужином, и во время ужина; во всем этом они обличали меня, стараясь вырвать из рук Ангелов. Наконец, один из них спросил меня: «Не ты ли обещала при святом крещении Господу Богу своему отречься от сатаны и всех дел его и от всего, что принадлежит сатане? Давши такой обет, как ты могла совершить то, что ты совершила?» Они выставили на вид даже счета тем чашам, которые я в течение всей своей жизни выпила, говоря мне: «Не столько ли чаш выпила ты в такой-то день, и в такой-то с тобой пил мужчина, а в такой — женщина? Не была ли ты пьяна, пивши без меры и так много?..» Словом, много на меня эти ненавистные враги рода человеческого клеветали, стараясь похитить меня из рук Ангелов. Тогда я сказала, что действительно все это было и что все это я помню... Ангелы, дав часть из ковчежца святого Василия, искупили мои грехи чревоугодия, и мы отправились дальше.

Один из Ангелов сказал мне: «Видишь ли, Феодора, что приходится испытывать душе умершего, когда она проходит все эти мытарства и встречается с этими злыми духами, с этими князьями тьмы». Я отвечала: «Да, я видела и ужасно перепугалась; мне думается, знают ли находящиеся на земле люди, что ждет их здесь и с чем они встретятся по смерти своей?» «Да, они знают, — сказал Ангел, — но наслаждения и прелести жизни так сильно действуют на них, так поглощают их внимание, что они невольно забывают о том, что их ждет за гробом. Добро тем, которые помнят Священное Писание и творят милостыню, или совершают какие-либо другие благодеяния, которые впоследствии могут искупить их от вечных мук ада. Тех же людей, которые живут небрежно, как будто бессмертные, думая только о благах чрева и о гордости, — если их внезапно застигает смерть, то окончательно погубит, так как они не будут иметь в защиту себя никаких добрых дел. Души тех людей темные князья мытарств сих, сильно измучив, отведут в темные места ада и будут держать их там до пришествия Христова — и ты, Феодора, пострадала бы так, если бы не получила от угодника Божия Василия дарований, которые тебя спасли здесь от всех этих бед».

Ведя такую беседу, мы достигли пятого мытарства — мытарства лености, где истязуются грешники за все дни и часы, проведенные в праздности. Тут же задерживаются тунеядцы, жившие чужими трудами, а сами не хотевшие трудиться, и наемники, бравшие плату, но не исполнявшие обязанностей, принятых на себя. Тут же истязуются и те, кои не радят о прославлении Бога, ленятся в праздничные и воскресные дни ходить в храм на утреннее богослужение, на Божественную литургию и другие священные службы. Тут же испытываются вообще уныние и небрежение как мирских людей, так и духовных и разбирается нерадение каждого о душе своей, и многие оттуда низводятся в пропасть. И я была там много испытываема, и нельзя бы мне было освободиться от долгов, если бы святые Ангелы не восполнили моих недостатков дарами преподобного Василия.

Пришли к мытарству шестому — воровства. Здесь тоже немного дали злым духам и прошли свободно.

Мытарство седьмое, сребролюбия и скупости, прошли мы без задержания, потому что я, по милости Божией, никогда в жизни моей не заботилась о многом приобретении и не была сребролюбива, довольствуясь тем, что Бог давал; и не была скупою, но что имела, усердно раздавала нуждающимся.

Вошли мы в мытарство восьмое, лихоимства. Представители же сего мытарства, истязующие грехи взяточничества и лести, ничего не имели против меня и поэтому со злостью заскрежетали зубами, когда мы безбедно уходили от них.

Вот мытарство девятое — неправды и тщеславия. В них я была невиновна, и скоро мы отправились оттуда.

Достигли мы и десятого мытарства, мытарства зависти. Благодатию Христовой и здесь ничего против меня не имели злые духи: ни в памяти своей, ни в книгах своих ничего в осуждение меня не нашлось у них. И мы с радостью направились далее.

Встретилось мытарство одиннадцатое, где испытываются грехи гордости, но его мы прошли совершенно свободно, так как я оказалась невиновною в этом грехе.

Восходя дальше к небу, мы встретили мытарство двенадцатое — мытарство гнева. Счастлив человек, который, живя, не испытывал гнева. И вот старейший из злых духов', находившийся здесь и сидевший на престоле, исполненный ярости и гордости, с гневом приказал находящимся тут слугам своим мучить и истязать меня. Последние, как псы облизываясь, начали доносить на меня. Они открывали не только то, какие слова я действительно с яростью и гневом когда-то произнесла или каким словом кому повредила, но говорили и о том, как я когда-то с гневом посмотрела на своих детей, а в другой раз слишком строго наказалаих. Они представили все очень живо, указав даже время, когда тот или иной грех был мною совершен, и тех людей, на которых я когда-то свой гнев изливала, повторили даже подлинные мои слова, которые я тогда произносила, и сказали, кто присутствовал при этом. На все это Ангелы ответили тем, что дали из ковчежца, и мы отправились выше.

И встретилось нам мытарство тринадцатое — злопамятства. Как разбойники, подскочили к нам злые духи и, испытывая меня, хотели что-либо найти, записанное в хартиях своих, но так как, по молитве святого Василия, ничего не нашли, то зарыдали... Я во многом была грешна, но любовь питала ко всем, и к великим и к малым, никого никогда не оскорбляла, никогда не помнила зла, никогда не мстила другим за зло... И мы без остановки пошли дальше.

Одного из Ангелов, сопровождавших меня, осмелилась я спросить: «Умоляю тебя, скажи мне, откуда знают эти злые духи, которые нам встречались в мытарствах, кто и что в жизни сделал дурного?» Ангел святой отвечал: «Всякий христианин при святом крещении приемлет Ангела-хранителя, который невидимо оберегает его от всего дурного и наставляет на все доброе и записывает все добрые дела, совершенные этим человеком... С другой стороны, злой ангел в течение всей жизни следит за злыми делами человека и записывает их в своей книге; он записывает все грехи, в которых, как ты видела, испытываются люди, проходящие мытарства и направляющиеся на небо. Грехи эти могут возбранить душе вход в рай и низвергнуть прямо в бездну, в которой живут и сами злые духи. Там души эти будут жить до второго пришествия Господа нашего Иисуса Христа, если не имеют за собой благих дел, которые бы могли вырвать их из рук диавола. Люди, верующие в Святую Троицу, приобщающиеся как можно чаще святых Тайн Тела и Крови Христа Спасителя, имеют прямо восход на небо, без всяких препятствий, и святые Ангелы являются их защитниками, и святые угодники Божий молятся о спасении душ таких праведно поживших людей. О злочестивых же и зловерных еретиках, которые не совершают в жизни своей ничего полезного, которые живут одним неверием и ересью, никто не заботится, и в защиту их Ангелы ничего не могут сказать.

Пришли в мытарство четырнадцатое — разбойничества. В нем испытываются все те, кто с гневом толкал кого-либо, или бил по щекам, по плечам и шее жезлом, или палкой, или каким-либо другим оружием. Святые Ангелы, дав немного из ковчежца, провели меня и чрез это мытарство без вреда.

Мы внезапно оказались в мытарстве пятнадцатом — чародеяния, обаяния, отравления наговорными травами, призывания бесов. Здесь находились злые духи, змееобразные по виду, для которых единственная цель существования — это вводить людей в соблазны и разврат. Ни один из них не мог и слова сказать против меня, так как в этих грехах я была невиновною. По благодати Христовой мы скоро миновали и это мытарство.

После этого я спросила у Ангелов, сопровождавших меня: «За всякий ли грех, который человек совершит в жизни, он в мытарствах сих, после смерти, истязуется или, быть может, возможно еще в жизни загладить свой грех, чтобы очиститься от него и здесь уже не мучиться за него. Я просто трепещу от того, как подробно все разбирается». Ангелы отвечали мне, что не всех так испытывают в мытарствах, но только подобных мне, не исповедавшихся чистосердечно передсмертью. Если бы я исповедала отцу духовному без всякого стыда и страха все греховное и если бы получила от духовного отца прощение, то я перешла бы беспрепятственно все эти мытарства и ни в одном грехе мне не пришлось бы быть истязуемой. Но так как я не захотела чистосердечно исповедать духовному отцу своих грехов, то здесь и истязуют меня за это.

Конечно, мне много помогало то, что я в течение всей своей жизни желала и старалась избегать греха. Тот, кто с усердием стремится к покаянию, всегда получает от Бога прощение, а чрез это и свободный переход от жизни сей в блаженную жизнь загробную. Духи злые, которые находятся в мытарствах вместе со своими писаниями, раскрывши их, ничего не находят написанным, ибо Святой Дух делает невидимым все написанное. И видят это они, и знают, что все, записанное ими, изглажено благодаря исповеди, и очень скорбят тогда. Если человек еще жив, то они стараются снова на этом месте вписать какие-нибудь другие грехи. Велико, поистине, спасение человека в исповеди!.. Она спасает его от многих бед и несчастий, дает возможность беспрепятственно пройти все мытарства и приблизиться к Богу. Иные не исповедуются в надежде, что будет еще время и для спасения, и для оставления грехов; иные просто стыдятся на исповеди высказать духовнику свои грехи — вот такие-то люди будут испытаны в мытарствах строго. Есть и такие, которые стыдятся все высказать одному духовному отцу, а избирают несколько, и одни грехи одному духовнику открывают, другие — другому и так далее; за такую исповедь они будут наказаны и немало претерпят, проходя мытарства.

Так мы шли и беседовали; незаметно перед нами показалось мытарство шестнадцатое — мытарство блуда. Истязатели этого мытарства вскочили и, глядя на нас, изумлялись тому, что мы достигли беспрепятственно этого мытарства, и несколько времени стояли как будто в забытьи. Потом они принялись истязать меня, причем говорили не только правду, но много дали и ложных показаний, приводя в подтверждение имена и места; здесь задержались мы довольно долго.

Вот мытарство семнадцатое — прелюбодеяния. Слуги этого мытарства быстро подскочили ко мне и начали излагать мои грехи: как я прежде, когда еще не служила у святого отца нашего Василия, имела супруга, которого мне дала моя госпожа, и жила с ним, а когда-то с другими согрешила; и очень много на меня клеветали. Святые Ангелы и здесь защитили меня, и мы пошли дальше.

Явились мы потом на восемнадцатое мытарство — мытарство содомских грехов, где истязуются все противоестественные блудные грехи, и вообще все сквернейшие, тайно совершаемые дела, о которых, по слову апостола, срамно есть и глагалати[10]. Я не была виновна против грехов этого мытарства, и мы скоро его миновали.

В то время, когда мы поднимались выше, святые Ангелы сказали мне: «Ты видела страшные и отвратительные блудные мытарства; знай, что редкая душа минует их свободно: весь мир во зле соблазнов и скверн, все почти люди сластолюбивы; помышление сердца человеческого — зло от юности его[11], мало умерщвляющих плотские похоти и мало таких, которые бы свободно прошли мимо этих мытарств. Большая часть, дошедши сюда, погибает. Власти блудных мытарств хвалятся, что они одни более всех прочих мытарств пополняют огненное родство во аде[12]. Благодари Бога, Феодора, что ты миновала этих блудных истязателей молитвами отца своего, преподобного Василия. Более уже не увидишь страха».

После этого мы пришли на девятнадцатое мытарство — которое носит название «идолослужение и всякие ереси». Здесь ни в чем меня не испытывали, и мы скоро миновали его.

Затем нам встретилось мытарство двадцатое, которое называется мытарством немилосердия и жестокосердия. В этом мытарстве записаны все немилостивые, жестокие, суровые и ненавидящие. Когда кто не следует заповеди Божией и немилосерд, то душа такого человека, придя в это мытарство, подвергнута будет разным истязаниям и брошена в ад, и там затворят ее до общего Воскресения. Такую душу Бог не помилует, так как она ни убогому не подала куска хлеба, ни нищего не успокоила, ни болящего не посетила, не помиловала слабого и обиженного, если не делом, то хотя словом утешительным, и в его горе не поскорбела вместе с ним, но, наоборот, совершала все противоположное.

Когда мы пришли сюда, князь сего мытарства показался мне весьма и весьма жестоким, суровым и даже унылым, как будто от продолжительной болезни. Он плакал и рыдал; казалось, что он дышит огнем немилосердия. Слуги его подлетели ко мне, как пчелы, и начали меня испытывать, но, не нашедши ничего, они отошли; мы же, веселые и радостные, отправились дальше.

И вот мы приблизились к вратам небесным и вошли в них, радуясь, что благополучно прошли горькие испытания в мытарствах. Врата эти были как хрусталь, а здания, которые здесь находились, блистали как звезды. Стоявшие тут юноши в золотых одеждах с радостью приняли нас, увидев, что душа моя избежала горьких испытаний воздушных мытарств... Когда мы шли, веселясь и радуясь о спасении, вода, бывшая над землей, расступилась, а позади снова соединилась. Пришли мы на одно страшное место, где были юноши, очень красивые, в огненных одеждах. Они встретили нас, радуясь тому, что душа моя спасена для Царствия Божия, и пошли вместе с нами, поя Божественную песнь.

Когда мы шли, вдруг на нас спустилось облако, затем другое; пройдя еще немного, мы увидели пред собой на возвышении Престол Божий, весь белый, просвещающий всех предстоящих пред ним. Вокруг него стояли юноши весьма красивые, блиставшие, одетые в прекрасные одежды... Как рассказать тебе об этом, чадо мое Григорий?.. Все, что я там видела, невозможно ни понять, ни объяснить; ум омрачается недоумением, и память исчезает — так что я забыла, где нахожусь.

Приведшие меня святые Ангелы подвели меня к Престолу Божию, и я поклонилась невидимому Богу. Затем услышала голос, говорящий: «Пройдите с нею и покажите ей души праведных и грешных и все обители святых, находящиеся в раю, и места в преисподней, и потом дайте ей покой там, где укажет угодник мой Василий».

Мы отправились по неведомому пути и пришли в обители святых. Здесь увидела я различные палаты, сотворенные рукою Божией, искусно и красиво устроенные. Я изумилась увиденному и с радостью смотрела на все. Святой Ангел, показывая мне обители святых, пояснял: «Это обитель апостолов, а то — пророков и мучеников, а другие обители — святителей, преподобных и праведников». Когда мы вошли внутрь и оказались посреди этих прекрасных обителей, то святые встретили нас, радуясь о моем спасении, и облобызали лобзанием духовным. Затем привели меня в жилище патриарха Авраама. Оно было заполнено славой и радостью духовной, и ароматами благовонных цветов. Были здесь различные палаты, какие может устроить только Дух Божий. Мы увидели множество младенцев, ликующих и веселящихся. Я спросила водящих меня Ангелов, что это за собор светоносных младенцев, ликующих и веселящихся вокруг этого святого старца? Ангелы ответили мне, что старец — это патриарх Авраам, а собор младенцев — это христианские младенцы. Затем мы отправились осматривать окрестности рая, красоту которых просто невозможно описать.

Невозможно словами изобразить то, что я видела и слышала; когда же пытаюсь продолжить рассказ, на меня нападает страх и трепет...

Затем меня повели в преисподнюю, где Господь заключил сатану, связав его. Там видела я ужасные муки. Оттуда мы направились на запад, где я видела столь же страшные муки, приготовленные для грешников. Все это Ангелы показывали мне, говоря: «Видишь, от каких бедствий ты спасена благодаря молитвам святого угодника?..» В страшных муках грешники кричали и молили о помиловании их. О многих тех мучениях тяжело и вспоминать.

Когда мы рассмотрели все это, то один из Ангелов, сопровождавших меня, сказал: «Знаешь, Феодора, что в мире есть обычай: в сороковой день после смерти оставшиеся в живых творят память по умершим; так вот, там, на земле, сегодня поминает тебя преподобный Василий».

Итак, теперь, духовное чадо мое Григорий, по прошествии сорока дней после разлучения моей души с телом, я нахожусь в этом месте, которое уготовано преподобному отцу нашему Василию. Ты еще в мире, и преподобный Василий тоже; он наставляет всех приходящих к нему на путь истины и, приводя к покаянию, многих обращает ко Господу. Иди за мной: мы войдем в мои внутренние покои и ты рассмотришь их. Здесь недавно, перед самым твоим приходом, был преподобный Василий...»

Я пошел вслед за ней, и мы вместе вошли туда. Когда мы шли, то я заметил, что ее ризы были белы как снег. Мы вошли во дворец, украшенный золотом;

посреди него росли различные деревья с прекрасными плодами; посмотрев на восток, я увидел роскошные палаты, светлые и высокие. Здесь был большой трапезный стол, на котором стояли золотые сосуды, весьма дорогие. В сосудах этих находились овощи разных сортов, от которых исходили чудные благоухания.

Здесь был и преподобный Василий. Он сидел на прекрасном престоле. Здесь же, возле трапезы, стояло множество людей, но лишь похожих на тех, какие живут на земле, — они имели очертания человеческие и были окружены как бы солнечными лучами. Когда они ели от трапезы, то она снова чудесно наполнялась. Прекрасные юноши подавали им кушанья. Они были препоясаны золотыми ремнями, а на главах их были венцы, сделанные из дорогого камня.

Феодора, подойдя к святому Василию, стала просить его обо мне. Преподобный, посмотрев на меня с радостью, подозвал к себе. Я, приблизившись, поклонился ему, по обычаю, до земли, и он тихо сказал мне: «Бог помилует тебя и простит, чадо мое!.. Он, Всемилостивый, наградит тебя всеми небесными благами». Подняв меня с земли, он продолжал: «Вот Феодора; ты так сильно желал ее видеть и так сильно просил меня об этом; вот ты видишь ее: где она, и какой участи сподобилась ее душа в этой загробной жизни». Обратившись к Феодоре, преподобный сказал ей: «Иди с ним и покажи сад мой. Пусть увидит красоту его».

Взяв меня за правую руку, она привела меня к стене, в которой были золотые врата и, открывши их, ввела внутрь сада. Я увидел там замечательно красивые деревья: листья на них были золотые, украшены они были цветами, от которых распространялось приятное благоухание. Таких прекрасных деревьев было бесчисленное множество; их ветви преклонялись до земли от тяжести плодов. Меня все это поразило. Феодора, обратившись ко мне, спросила: «Чему ты удивляешься?.. Вот если бы ты видел сад, называемый раем, который насадил Сам Господь на востоке, как бы ты тогда удивился!.. Наверное, ты поражен был бы его величием и красотой; этот против рая — ничто». Я умолял Феодору сказать мне, кто насадил этот сад, подобного которому я никогда не видел... Она отвечала, что я и не мог видеть ничего подобного, так как нахожусь еще на земле, а здесь все неземное, и жизнь они здесь проводят неземную.

«Жизнь, полная трудов и пота, — продолжала Феодора, — какую проводил преподобный отец наш Василий от юности до глубокой старости, усиленные его молитвы, лишения, которые он переносил, когда спал на голой земле, претерпевая часто зной и мороз, питаясь подчас только одной травой, — еще прежде, чем пришел в Константинополь, — только такая подвижническая жизнь послужила во спасение ему самому и чрез него многим из людей; только за такую жизнь и за молитвы подобных подвижников Бог дает в загробной жизни такие обители. Кто в земной своей жизни переносит много скорбей и напастей, кто строго хранит заповеди Господни и в точности исполняет их, тот получает награду и утешение в жизни загробной, как и святой псалмопевец Давид сказал: Плоды трудов своих снеси[13].

 Когда Феодора сказала, что жизнь на Небе отличается от жизни земной, то я невольно ощупал себя, как будто желая узнать, во плоти ли я еще и, конечно, убедился в этом. Чувства и помыслы мои были чисты, и дух мой радовался от всего, что я увидел. Я захотел возвратиться во дворец теми же вратами, чрез которые вышел. Войдя туда, за трапезой я уже никого не нашел. Поклонившись Феодоре, я возвратился домой. В это самое мгновение я проснулся и стал размышлять: где я был и что было все то, что я видел и слышал?..

Встав со одра своего, я отправился к святому Василию, чтобы от него узнать, было ли это видение от Бога или от бесов. Придя к нему, я, по обычаю, поклонился до земли. Он благословил меня, приказал сесть вблизи себя и спросил: «Знаешь ли, чадо, где ты был в эту ночь?» Представившись не знающим, я отвечал: «Нигде, отче, я не был; я спал на своем одре». Преподобный сказал:«Верно, ты действительно телом почивал на своем одре, но духом ты был в другом месте. Ты видел Феодору; когда ты подходил к вратам Небесного Царства, она тебя встретила с радостью, ввела внутрь двора, показала тебе все, рассказала о своей смерти и о всех мытарствах, которые прошла.

Не по моему ли велению ты вошел во дворец, где видел чудную трапезу и дивное устройство ее; не видел ли там прекрасные плоды: какова их сладость; каковы цветы, каково питие и какие юноши служили у трапезы? Не стоял ли ты в изумлении, глядя на красоту этих палат?.. Не показал ли я тебе Феодору, которую ты так желал видеть; не узнал ли ты от нее, что она удостоилась получить за свою благочестивую жизнь? Не по моему ли повелению она ввела тебя в мой прекрасный сад?.. Не это ли было в видении твоем в сию ночь?.. Как же ты говоришь, что ничего этого не видел?» Рассказав мне все, что я видел, преподобный Василий просил меня записать все виденное и слышанное на пользу ближних.

Когда я это услышал от святого, то уже нисколько не сомневался, что это было не мечтание, не сон, но действительное видение, посланное Господом Богом. Я размышлял сам с собою: как велик у Бога сей праведник, который был там и телом и душой и все виденное и слышанное мною знает! Я прослезился и сказал: «Правда, святый отче, все было так, как ты рассказал, и я благодарю Человеколюбца Владыку Господа нашего Иисуса Христа, сподобившего меня видеть все это и наставившего меня прибегнуть к тебе, чтобы постоянно находиться под охраной твоих молитв и насладиться видением таких великих чудес».

 Затем преподобный совершил молитву и отпустил меня. Он имел обычай часто бывать у своих духовных детей ради духовной пользы их; ведь он был незаменимый врач: молитвами исцелял как телесные, так и душевные болезни. Был он и прозорлив: духом провидел, кто из людей думает тайно сделать кому-либо злое, и предупреждал об этом; был пособником всем тем, которых постигали беды и несчастья; постоянно заботился о нищих и о сиротах; всем приходящим к нему с твердой верой в Господа давал благие советы и наставления, утешал скорбящих; и все это он делал от чистого, искреннего и любящего сердца.

Однажды, когда я сидел молча в своей келлии, вспоминая и сокрушаясь о своих грехах, у меня как-то невольно явилась в голове мысль, которая сильно заняла меня: «Насколько искренна и велика вера евреев, боящихся Бога!» Когда я думал об этом, мне невольно припомнилось, в подтверждение этой мысли, насколько был честен Авраам, праведен Исаак и велик пред Богом Моисей, знамениями и чудесами своими наказавший Египет. «Как же они, — думал я, — могут не веровать в Бога, давшего им Закон на горе Синайской и Своим гласом научившего их десяти заповедям, которые они приняли и строго и неуклонно исполняют? Как они могут не веровать и не почитать Бога, Который чрез Своего пророка Моисея разделил для них Чермное море, провел по безводной и бесплодной пустыне, избавил их от египетских работ и послал им в пустыне манну небесную?..» И, вспоминая все то, что содержится в Ветхом Завете, и все, что мною было прочитано об этом, я невольно сказал сам себе: «Поистине они счастливый и угодный Богу народ!» Но этого мало. Я снова прочитал книги Закона их и долго признавал свою мысль правильной и только наконец опомнившись и как бы придя в сознание, невольно воскликнул: «О мысль лукавая и бесполезная! Я имею духовного отца, Богом просвещенного и истину об этом знающего; пойду и расскажу ему, и он мне все разъяснит. Ведь известно, что если кто исповедует духовному отцу своему все свои сомнения, то получит облегчение от них; если же кто скроет их в себе, тот не Христов раб, но антихристов». Встав, я тотчас же пошел к отцу моему Василию.

В этот день были конские скачки, куда собрался весь народ. Я уже давно не ходил на это позорное зрелище, услышав об этом грозные слова Иоанна Златоустого. И вот, когда я пошел к святому и был близ этого позорного зрелища, на месте, называемом Диоптин, у меня вдруг явилось сильное желание узнать, закончился ли первый бег коней и, преследуемый этим желанием, я невольно остановился и стал смотреть на это позорное зрелище. Придя затем к святому, я нашел его в молчальной келлии на молитве и, войдя туда, сделал ему обычный поклон. Тогда он, благословив меня и сотворив надо мною молитву, сказал мне с великим гневом: «Вот пришел ко мне человек, мудрствующий об иудействе, который, прочитав книги Ветхого Завета и не поняв его, прельщенный своей мыслью, сказал сам себе: «Глубоко и искренно веруют проклятые иудеи, темные, помраченные и поистине слепые!» Вот истинный толкователь Писания, который, достойно восхваляя древних пророков, восклицает: «Как свято иудеи соблюдают Закон тем, что в Бога Небесного веруют!» Вот человек, который оставил плач о грехах своих, перестал со слезами молить об их прощении и помышлять о том, как придется стать пред судилищем Христовым, но говорит сам себе: «Как искренно и глубоко веруют иудеи и не соблазняются!» И не только это, но и на ипподром[14] зашел, где неразумные люди радость бесам доставляют, угождая им этим позорным зрелищем. Поистине диавол внушил тебе эти мысли и тем самым дважды заставил тебя согрешить!»

Я же, слушая это, сказал сам себе: «Вот, пришло время услышать тебе обличение твоим помыслам». Святой же продолжал: «Скажи мне, отчего ты думаешь, что искренно веруют иудеи?» Я в недоумении не знал, что ответить ему. Тогда святой сказал опять: «Что это значит, когда Господь сказал в Евангелии Своем: Кто не чтит Сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его[15]Видишь ли ты теперь, как легкомысленны и далеки от спасения те, которые, хотя и считаются верующими в Бога, но Сына Божия не признают? Или вот, в другом месте, сказал Господь иудеям: Вы не знаете ни Меня, ни Отца Моего[16]. Если они видели Его на сонмищах поучающим их, тьму чудес творящим, с ними беседующим и среди них пребывающим и не поняли Его как следует, то как же они могут знать и искренно веровать в Отца Его, Которого они даже никогда и не видели! Это ли не безумная мысль!

Или еще сказал Господь иудеям: Я пришел во имя Отца Моего, и не принимаете Меня, а другой придет во имя свое, его примете[17]. Или вот, в другом месте, Господь говорит: Се оставляется вам дом ваш пуст[18] Так видишь ли, как Бог отринул их от Себя и рассеял по всем концам вселенной и даже самое имя их сделал ненавистным среди всех народов, населяющих вселенную? Так было со смоковницей, когда Господь, почувствовав голод, подошел к ней и, не найдя на ней ни одного плода, проклял ее, сказав: Да не будет же от тебя плода вовек! [19] Под смоковницею разумеется народ еврейский. Пришел Господь и не нашел в народе еврейском плодов праведности. Ибо хотя этот народ по видимости и исполнял Закон Божий, данный через Моисея, но плодов праведности не приносил, за что и был проклят и отвержен Богом.

Действительно, в древние времена они веровали и исполняли Закон, данный им от Бога, но в то время, когда пришел на землю Иисус Христос, они уже не поступали по Закону, ибо отказались от того, что вводило свет в их Закон, — свет, принесенный нам на землю Господом Иисусом Христом, Который и есть Истинный Закон. Ведь еще при кончине пророка Моисея Господь Бог сказал ему: «Вот ты почиешь с отцами твоими, и станет народ сей блудно ходить вслед чужих богов той земли, в которую он вступает, и оставит Меня, и нарушит завет Мой, который Я поставил с ним; и возгорится гнев Мой на него в тот день, и Я оставлю их и скрою лицо Мое от них, и он истреблен будет, и постигнут его многие бедствия и скорби»[20].

Видишь, чадо Григорий, они совершенно отвергнуты Богом и исповедуемый ими теперь закон ложен и бесплоден. Смотри же, чадо, и помни, что после пришествия Иисуса Христа от евреев не было ни одного пророка, ни одного праведника.

Или как говорит о них пророк Давид: Да воскреснет Бог и расточатся врази Его[21]. Когда Господь наш Иисус Христос в третий день воскрес из мертвых, а через сорок дней вознесся на Небеса и когда святые Его ученики пошли во все концы вселенной проповедовать Святое Евангелие, то над Иудеей снова разразился гнев Божий. К ним явился Тит и пришел Веспасиан[22], и за свои беззакония евреи были рассеяны во все концы вселенной, как сказал о них пророк Давид: Не соберу соборы их от кровей, ни помяну же имен их устнами моими[23] .

Святой же Иоанн в Откровении своем так говорит о них: Говорят о себе, что они иудеи, а они не таковы, но — сборище сатанинское[24]. Они уже больше не сонм Израилев и не сыны Божий, но сонм сатанин; когда они соберутся в свое сонмище в субботу, то не Господь среди них, а сатана присутствует на их сонмищах, радуясь тому, что они отвергли Сына Божия и кровь Его клятвою обратили на себя и на детей своих. За это Бог отвратился от них, и вера их никогда уже больше не утвердится, как было в начале. Ибо теперь сатана взял их в свое достояние и наложил на них свое мерзкое имя, так что они теперь уже сыны диавола и часть антихристова. Прежде они были сыны Царствия Божия, теперь же они изгнаны оттуда, и их место займут те язычники, которые уверовали во Святую Троицу, — Новый Израиль, христианский народ, который составляем мы.

Знай же это, чадо Григорий, отвергни от себя греховные мудрствования и глубоко веруй в то, что если кто не верует, что Господь Иисус Христос есть Сын Божий, пришедший спасти мир, тот проклят будет. Если же кто и верует во Святую Троицу, а не исповедует, что Господь наш Иисус Христос воплотился от Святой Девы Марии, и был совершенным Богом и совершенным Человеком, и даровал нам Своим Крестом жизнь, и спасение, и примирение, и милость Отца Небесного, то гнев Божий пребывает на таковом, и будет он проклят, и всякие беды постигнут его и теперь и в будущем веке».

Сказав это, преподобный умолк. Тогда я обратился к нему: «Благодарю тебя, отче святый, великую пользу принес ты мне своими словами; но еще осмелюсь просить тебя, помолись обо мне Богу, да пошлет Он мне какое-нибудь знамение и утвердит этим мое маловерие». Он же ответил мне: «Велика просьба твоя, чадо, но знаю, что Господь никого не хочет погубить, а всех желает спасти и направить на путь истинный. Он все сотворит, что послужит тебе на пользу, все пошлет, о чем ты с верою будешь просить Его», — и отпустил меня с миром.

Видение Страшного суда Христова, бывшее Григорию, ученику преподобного Василия Нового

В ту же самую ночь, когда я почивал на ложе своем, я вдруг увидел себя на каком-то плодородном, светлом и прохладном поле, украшенном всевозможными прекрасными цветами. Веял тихий и прохладный ветерок, над полем носился какой-то светлый дым, от которого распространялось чудное благоухание. Когда я стоял там и дивился на все кругом, радуясь в сердце своем, вдруг подошел ко мне какой-то муж, светлый и прекрасный, в белой одежде, с жезлом в руке, и, приблизившись ко мне, спросил: «Что стоишь здесь и удивляешься, глядя на все?» Я ответил ему, что не могу понять, как я вдруг очутился здесь. Тогда он мне сказал: «Это молитва отца твоего духовного привела тебя сюда, чтобы ты увидел то, о чем просил». «О чем же я просил, Господин?» Он ответил: «Когда ты говорил, что глубока и искренна вера евреев, а угодник Христов Василий на это ответил, что они отвержены Богом, то ты просил показать тебе какое-нибудь знамение — и вот Господь исполняет твое желание. Следуй теперь за мной, и я покажу тебе веру каждого народа и какая из них какую имеет силу пред Богом». И мы направились на восток.

Вдруг появилось облако, которое подняло нас и вознесло на высоту неимоверную. И казалось мне, что все это не во сне, а наяву. И увидел я какую-то дивную страну, незнакомую и странную; пока я удивлялся ей, облако отступило от нас, и мы оказались на каком-то незнакомом поле, светлом и прекрасном. Земля на этом поле была чистая и прозрачная, как лед или стекало, и оттуда были видны все концы земли. Там были юноши с огненными лицами, сладко и благозвучно поющие и пением своим славословящие в Троице Единого Бога. После этого пришли мы на какое-то страшное место, как будто объятое огнем Божиим. Увидев это место, я пришел в ужас; мне казалось, что меня привели сюда, чтобы сжечь здесь, но потом я заметил, что место это не горит, а только светится, подобно пламени.

 Затем увидел я юношей, крылатых, дивно красивых и светлых; они двигались при помощи крыльев куда хотели, летали на высоту, и были они в белых как снег одеждах. И подумал я о них, что это Ангелы Божий, кадящие невещественный Жертвенник Божий.

Затем вдруг оказались мы у какой-то страшно высокой горы, на которую поднялись с большим трудом. И повелел мне светоносный муж посмотреть к востоку, где я увидел другое поле, необъятно большое и страшное, блистающее, как золото. Когда я это увидел, сердце мое наполнилось неизреченной радостью. Затем увидел я какой-то город, чудный и обширный, от которого пришел в умиление и простоял несколько часов, как будто в забытьи. Я спросил своего проводника: «Господин, что это за город, такой обширный и странный, при виде которого ум мой помрачился?» Он ответил мне: «Это Вышний Иерусалим, это есть Сион нерукотворенный; он так же велик в ширину и длину, как свод небесный; построен он не из смолы, не из мрамора, не из дерева или стекла, так как все это тленные вещи;ты же видишь, что он чист и блестящ, как золото, а построен он из двенадцати каменьев». Красота и благолепие этого города таковы, каковых глаз человеческий не видел, и ухо не слышало, и мысль не может представить, и ум не в состоянии постигнуть — ни человеческий, ни ангельский. Высота стены его, мне кажется, не менее трехсот локтей[25]или даже более, но никак не меньше этого. В нем двенадцать ворот, весьма прочных и крепко запертых; все они одинаковы и блестят, как лучи солнечные.

Размышляя об этом чудном и дивном видении, я невольно сказал сам себе: «Если город этот снаружи представляется таким дивным и чудесным, то кто же может описать и кто может себе представить то, что находится внутри его!» И, придя в удивление и ужас от этого видения, я спросил провожавшего меня Ангела Господня: «Господин, что это за город и кто живет в нем, кто царь в этом городе, кто построил его и как он называется; какая это страна и зачем мы пришли сюда?» Тогда светлый юноша ответил мне: «Это город Великого Царя, о котором чудесно предсказал Давид; создал его Господь наш Иисус Христос по окончании Своей земной жизни и после Своей чудесной смерти и Воскресения, а по Вознесении Своем на Небеса к Богу, Отцу Своему, приготовил его святым Своим ученикам и апостолам и тем, кто через их проповедь уверовал в Него, как сказал Сам Господь в Евангелии Своем:В доме ОтцаМоего обителей много, а если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам[26].Это вот и есть то дивное жилище, которое Он обещал им и всем возлюбленным Его и с усердием хранящим заповеди Его. Имя ему — Новый Сион, град христианский, град Высшей Митрополии. Немного погодя ты увидишь и живущих в нем, и не только людей, но и Царя их, ради чего ты и пришел сюда. Тогда узнаешь и увидишь, как исполняется слово, что всякий верующий в Сына Божия и во Святую Соборную Его Церковьжив будет этоюверою[27]и учением святых Его учеников, и повелениями и заповедями святых и богоносных отцов. Неверующий же в это не наследует жизнь вечную, а будет предан вечному огню».

Пока мы вели эту беседу, вдруг явился посередине города холм высокий, как гора; вершина этого холма казалась блестящей, как раскаленное железо, и на ней сиял Крест дивный, освещая все кругом, а на Кресте — голубь, белый как снег, сияющий светом неописанным. Видя это, я удивлялся. Затем с неимоверной высоты спустился на этот город юноша, блистающий, как молния, и начал все приготовлять и украшать, как будто готовясь к встрече Царя. Вслед за ним спустился и другой юноша, неся Престол чудный для ожидаемого Царя, и поставил его на вершине холма. После этого я услышал громкий голос, говорящий: «Вот, Царь хочет прийти в град сей с силою и славою великою».

Вслед за тем спустились с высоты четверо юношей, светлых и благолепных, держащих в руках по большой свече, горящей невещественным огнем, и запели согласно: «Возсия благодать Твоя, Господи, прииде слава святых Твоих, Вышний Сын Живаго Бога». Вслед за ними спустился с небес еще один юноша, провозглашая: «Вот, суд и Воскресение мертвых будет, и воздаяние каждому от Праведного Судии наступит».

 Тогда с высоты спустился столп огненный, и пламень огненный разливался из него по всему воздуху;столп этот не остановился над городом, но рассеялся на все четыре конца земли, и пламень объял всю вселенную. Затем раздался голос, страшный, как тысяча громов, говорящий: «Вот содетельная сила Вышнего, которая соберет всякое творение»; — и раздался этот голос над всеми костями человеческими, и стали собираться кость к кости, сустав к суставу и член к члену. Затем спустился еще один юноша, держа в руке свиток огненный — послание Господне к сатане, в котором сказано: «Окончилось владычество твое, ибо прошло уже время, которое дано было тебе царствовать по всей земле». Юноша стал пред сатаною и прочел ему это послание. Затем он с гневом повлек его из царских дворов на край земли, чтобы изверг он из себя всю злобу, погибель, гнев, неистовство, ярость, весь яд злой, всякую нечистоту, всякую неправду и всякие ереси, так как приблизился конец его и он будет сожжен со всем своим воинством.

Потом видел я, как полки Сил Небесных на конях огненных разъезжали по воздуху; и послышался вопль мучительный, плач и рыдания многочисленные и ужасные: эти огненные всадники гнали перед собою и убивали всех тех, которые прельстились учением антихриста во время его владычества на земле. Затем видел я, как полки благообразных воинов сошли с небес и стали приготовлять землю к пришествию Господню. Среди них был один юноша, отличавшийся особенным благообразием. Он держал в руке трубу золотую; с ним было двенадцать других юношей, с такими же золотыми трубами. Когда они сошли на землю, затрубил перед ними их славный Воевода, и звук трубы его раздавался от одного до другого конца вселенной, за ним затрубили другие двенадцать юношей, и такой раздался гром от звука труб их, что земля заколебалась, как море. Тогда сухие кости, лежащие в земле, облеклись плотию, но жизни не было в них.

 Величественный Воевода затрубил во второй раз, — и тотчас же открылись гробы, и все умершие от начала мира вышли из них. И вот спустилось бесчисленное множество юношей. Каждый вел душу, которую при временной жизни охранял. Они направились к восстающим из мертвых, чтобы душу каждого человека направить в свое тело.

После этого в третий раз раздался звук трубный, отчего ужаснулись небо и земля, и все мертвые ожили. Моря, реки, озера, болота, леса и чащи со страхом возвратили целыми всех тех, которые погибли в них, отчего появилось бесчисленное, как песок морской, множество человеческих существ. Возрастом все они были равны между собой, муж стоял вместе со своею женою, и всякий народ, все колена и роды были соединены воедино.

Не понимая таинства Воскресения, я был объят страхом и с трепетом думал: «Были в персть превращены и вдруг стали целы», — и удивлялся, видя, как у некоторых из них лица сияли, как звезды, у других же сияние было меньше, подобно тому, как сказал Божественный апостол:Звезда от звезды разнится в славе[28].У одних лица сияли, как луна в темную ночь, у других — как дневной свет или как железо раскаленное, искры рассыпающее, а у иных — как солнце. У одних лица были белые и сияющие, как снег, у других цветом подобны морской волне, у иных же бело-румяные, блистающие. У каждого из них в руке была книга, а на челе — надпись. У одних было написано: «пророк Господень», у других — «проповедник Божий», «апостол Христов», «мученик Господень», «евангелист» или «исповедник Господень»; многие же носили на челе надпись «святитель Господень», или «праведник», или «преподобный Иисуса Христа». Каждый из них осенен был той добродетелью, которой был славен на земле; и я видел много различных надписей, указывающих добродетели восстающих из мертвых: «нищий духом», «смиренный сердцем», «претерпевший Господа ради в пустыне», «кроткий Господа ради», «милостивый и добрый», «чистый сердцем», «миротворец», «изгнанный правды ради», «ради зависти и лести пострадавший», «нищету и напасть претерпевший Господа ради», «воздерживавшийся Господа ради», «праведный пресвитер Господень», «честно послуживший службу духовную», «девственник Господень чистый», «положивший душу за ближнего своего», «сотворивший правду», «научивший добру», «сохранивший ложе неоскверненным», «покаянием Господу угодивший», и много других различных добродетелей написано было на челах у восстающих из мертвых.

Также написаны были и пороки восстающих: «злоба», «лукавство», «нечистота», «скаредство», и разные другие грехи и беззакония. У одних было написано на темени, а у других казалось написанным на воздухе над головою — так что всем видны были грехи и беззакония их. Согрешившие же в христианстве и без исповеди скончавшиеся казались по виду скверными и нечистыми, с темными и мрачными лицами, и было их много. У одних лица были цветом подобны земле, смешанной с пеплом, или как гной, у других лица казались изгнившими, и черви кишели на лицах их. Видел я и лица черные, как у самого сатаны, и цветом подобные коже ехидниной или коже ослиной; некоторые с головы до ног были покрыты гноем смердящим. Все они говорили, обращаясь друг к другу: «О, горе нам! Ибо это есть последний день, день пришествия Христова, о котором мы знали еще до смерти нашей и теперь восстали, чтобы получить по делам нашим. О, горе нам, несчастным и грешным, ибо мы осквернены и помрачены — Господь накажет нас! О, горе нам, ибо мы только теперь познали стыд и позор наш». И много они укоряли себя и проклинали день и час своего рождения, стоя и ожидая с поникшей головой приговора Праведного Судии.

Слышал я и других, говорящих: «Кто есть Бог и кто Христос — мы не знаем». «Мы многих богов имеем;мы угодили им, и они должны почтить нас», — говорили они самонадеянно.

Слышал я и следующие речи: «Если Бог Закона Моисеева воскресит нас, то мы получим от Него много добра, ибо мы рассеяны были по всей вселенной за то, что, кроме этого Бога, иного не хотели признать. Если же Сын Человеческий придет судить нас, горе нам будет: ибо мы возненавидели Его, хулили, ругали Его, делали Ему много зла и предали смерти; учеников Его убивали, не веря им и не признавая Богом их Учителя. И теперь мы сомневаемся, может ли Он прийти судить людей, как Бог. Думаем, что вместе с нами и Он подлежит суду Божиему и будет судим за то, что говорил: «Я Сын Божий и равен Ему». Как хорошо было бы, если бы мы увидели Его здесь: тогда мы обличили бы Его во лжи, ибо Он считал Себя нашим Судиею и не раз называл Себя Сыном Божиим[29]. Но мы-то хорошо знаем, что с Моисеем на горе Синайской говорил Бог — этот же никогда не видел Бога». Так разговаривая между собою в ожидании Праведного Судии, иудеи просили друг друга: «Если кто увидит здесь Христа, пусть возьмет Его, и мы представим Его пред Бога».

 Другие израильтяне во множестве стояли и говорили:«Горе нам, веровавшим не в признаваемого Законом Бога, но служившим ваалам, и астартам[30], и множеству других богов языческих, и поклонявшимся двум златым тельцам[31]. Не знаем, откуда приключилось с нами несчастье».

На некоторых из стоявших явились червленые слова:на мужчинах — «муж убийца», на женщинах — «жена убийца»; на других написано было: «тать» (то есть вор), или «блудник», или «идолослужитель», или «мытарь и хищник»; «детогубец» или «детогубица», «завистник» или «гневливый»; на некоторых же было написано:«суровый и сердитый», «злосердый и немилостивый», «жадный и сребролюбивый», или: «еретик», «арианин», «македонянин», — и названия других всевозможных ересей. Стояли здесь и все некрещенные, и те, которые после христианского крещения согрешили, и все умершие без покаяния. Видя на себе обличения, они плакали горько и стенали. Я же смотрел на них, и весьма изумлялся, и был объят страхом.

И вот явились Ангелы, неся сияющий Крест, поя Божественную песнь. Они поставили Крест на Престоле, на виду у всех воскресших из мертвых. Народ изумлялся красоте Креста — иудеи же молча смотрели на него и трепетали от страха; на лицах их виден был стыд. Ударяя себя по лицу, они говорили: «Недоброе видим мы в этом знамении, явившемся во славе; это знамение Распятого! Если Он придет судить нас, то как мы встретим Его или где скроемся: ведь мы много зла сделали не только Ему Самому, но и верующим в Него».

И когда иудеи, рыдая, говорили так, водивший меня Ангел сказал мне: «Видишь ли, как они начали трепетать, глядя на честный Крест!» Я стоял на высоком месте, и мне казалось, будто я ношусь по воздуху, потому что я видел все от края до края вселенной и слышал все — даже то, о чем говорили где-нибудь лишь шепотом, доносилось до моих ушей; я все понимал, что бы кто ни говорил, и все это сохранялось в памяти. После этого я услышал сильный шум и говор, и страшный звук — и испугался. Но водивший меня святой Ангел сказал мне: «Не бойся, увидишь еще более этого».

 И вот святые Ангелы расступились, и явился Судия, Который шел судить всех людей и воздать каждому за беззаконие, обличаемое надписью на челе. Пред Престолом Судии стали являться бесчисленные страшныесилы.Видя это, я еще больше устрашился. Но святой Ангел снова ободрил меня, сказав, что я должен разумно внимать всему, ибо происходящее пред моими глазами послужит мне на пользу.

Не успел он окончить своих слов, как вдруг блеснула молния, послышался страшный голос свыше, и земля сотряслась. Все праведники, от Адама до последнего земнородного, не только не устрашились, но стали еще больше радоваться и веселиться. Они молча тихо приблизились к Престолу Судии, сияя красотой, которой удивился бы всякий человек. Лица же идолопоклонников и неверных были мрачны, на них виден был страх. Когда явился Крест и они поняли, что Христос идет судить всех, то пали духом и устыдились. Израильтяне до появления знамения Креста ожидали какого-то иного великого бога; но, увидев сияющий паче солнца Крест Господень и зная, что он является знамением христианской веры, возопили: «О, горе нам! Иисус Христос, Которого прославляют христиане, идет судить всех!» Их лица омрачились и исполнились стыда. Христиане же радовались и поклонялись Кресту, зная, что на нем Господь был пригвожден по Своей воле, ради спасения людей.

В это время вдруг явилось светлое облако с молнией и, осенив Божественный Крест, долго оставалось на нем. Когда же оно поднялось туда, откуда снизошло, вокруг Креста обвился пречудный венец красоты неописуемой. Иудеи и агаряне[32]при виде его удивились и вострепетали, идолослужители, мучившие святых, от страха и изумления не могли слова произнести. Христиане же исполнились еще большею радостью и, воздевая руки, прославляли Господа.

И вот заблистала молния, послышался шум, гром — и явились Ангелы и Архангелы, направляясь к приготовленному для судилища месту. Весь воздух наполнился Небесными Силами[33], и всех объял трепет.

 Грешники ужаснулись тому, что все их тайные помышления сделаются известными, ибо Господь сказал:Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным и не обнаружилось бы[34].Престол Божий стоял не на земле, а на воздухе, на высоте около сорока локтей; вокруг Престола, по четырем сторонам его, в воздухе носились Ангелы. Они отличались один от другого: одни были белые, как свет солнечный, другие подобны пламени, иные — золоту блестящему. Разделившись на четыре части, они наполнили всю поднебесную; земля же была наполнена людьми.

Затем с высоты небесной спустилась огненная колесница. Вокруг нее шестокрылые многоочитые[35]херувимы, громогласно, торжественно и победоносно взывавшие: «Свят, свят, свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея». Ангелы воскликнули: «Благослови, Отче Вседержителю... Благословен Грядый во имя Господне, Господь Иисус Христос, Слово Соприсносущное Отцу». От их славословия содрогнулись небо и земля. Херувимы, пришедшие с колесницей, окружили Престол Божий. Евреи и агаряне, слыша, что Ангелы славят Господа нашего Иисуса Христа наравне с Богом Отцом, начали рыдать, говоря: «О, горе нам! Мы не ждали Его — и Он пришел».

Страшный суд Божий. Разделение праведных и грешных.

После этого раздался страшный звук трубы, возвестивший о приближении Судии. За ним вострубили другие трубы, появились царские хоругви и скипетры и наконец белое как снег облако. Посреди его — Господь наш Иисус Христос, а вокруг Него множество бесплотных слуг Его, не смевших приблизиться к облаку. От благолепия славы Божией мир осветился в тысячу раз светлее, чем от солнца. Как выразить это? Ум не в силах постигнуть, а слово передать все благолепие Божества.

Все устремили свои взоры на Господа, Ангелы же воскликнули: «Благословен Грядый во имя Господне, Бог Господь пришел судить живых и мертвых». Слышавшие и видевшие все это пали ниц и поклонились Судии. Затем Господь сошел с облака и сел на Престоле Славы Своей. Небо и земля затрепетали, как лист на дереве от ветра, люди же исполнились страха. И воззвали Ангелы ко Господу: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго, Которого распяли иудеи. Ты еси Божие Вышнее Слово, Которое Отец родил прежде всех век, сугуб естеством, волею и хотением. Един есть Господь Иисус Христос, Который воплотился от Девы Марии, не изменив естества, и пришел в мир творить чудеса и знамения. Ты еси Бог наш со Отцем и Святым Духом, и нет иного Бога, кроме Тебя».

После этого Господь взглянул на небо — и оно удалилось от взора его; взглянул на землю — и она бежала от лица Его, будучи осквернена делами человеческими, и наконец совсем скрылась, так что стоявшие на ней оказались в воздухе. Господь опять взглянул на высоту небесную — и небо стало новым; на тверди, вместо прежних светил: солнца, луны и звезд, — явилось новое Светило Незаходимое — Христос Бог наш. Господь взглянул на глубину безмерную — и явилась новая земля, блистающая, как свет, и все на ней изменилось. Господь взглянул на море — и вода тотчас иссякла, превратившись в огонь, от которого поднялось пламя до небес.

Все были объяты страхом, потому что пламя это стало жечь и поедать неверных, грешных и идолослужителей, как только Господь взглянул на них, и огненные Ангелы возложили на них свои руки. Но не все нечестивые были ввергнуты в огненное море — некоторых Ангелы пощадили. Я обратился к водившему меня святому Ангелу, и он объяснил мне, что это те из иудеев, которые веровали в Божественный промысл и не поклонялись идолам.

Исполнилось слово Божие, написанное в Евангелии:Там будет плач и скрежет зубов[36] . Из огненного моря, куда были ввержены нечестивцы, слышен был плач, и вопль, и рыдание. Они мучились в страданиях и изнемогали, видя себя оскверненными греховными делами. Оставшиеся же невредимыми радовались, что приняли Закон Божий и хранили его.

После этого Господь воззрел на восток. Ангелы затрубили, и те из них, которые были на восточной стороне, разошлись по всей вселенной и, где только встречали людей со светлыми лицами, с великою радостью целовали их. Так обошли они с быстротою молнии всю землю и, отделивши избранников Божиих от грешников, поставили их по правую сторону Судии.

После этого Господь воззрел на север и на юг, и Ангелы Божий привели оставшихся и поставили их по левую сторону; было их бесчисленное множество, как песок морской.

Стоявшие по правую сторону Судии сияли неизреченным светом, а стоявшие по левую были мрачны. Обратившись к первым. Господь сказал: «Приидите, благословенные Отца Моего, и наследуйте приготовленное для вас от сотворения мира Царствие Небесное;ибо вы кормили Меня, когда Я был голоден, утоляли Мою жажду, одевали Меня, когда Я был наг, служили Мне, когда Я был болен, в скорби и несчастии вы утешали Меня». На это праведники отвечали Судии:«Владыко Господи, никогда мы не видели Тебя голодным и не кормили, никогда не видели Тебя жаждущим и не поили, никогда не одевали Тебя и в скорби и болезни не служили Тебе». Но Господь сказал им, указывая на святых, нищих духом: «Если вы им добро делали, то делали и Мне».

Затем, обратившись к стоящим по левую сторону, Он сказал: «Уйдите от Меня, проклятые, в огонь вечный, приготовленный диаволу и его слугам; ибо, когда Я был голоден, вы не давали Мне есть, когда я жаждал, вы не напоили Меня, когда Я был странником, вы не приняли Меня, Я был в темнице, и вы не навестили Меня. Уйдите от Меня, нечестивые, всю жизнь свою во грехах и беззакониях проведшие: Я не знаю вас!» Они же с плачем отвечали: «Господи, когда мы видели Тебя голодным или жаждущим, нагим или больным и не служили Тебе?» «Так как вы не сделали ничего этого, — отвечал им Судия, — никому из меньших сих, то не сделали и Мне. Уйдите от Меня, проклятые, оскорбившие Меня, ни во что вменившие Мои заповеди и повеления, возлюбившие минутное наслаждение плоти и гордость сатанинскую и чрез сие скверное житие послужившие диаволу! Наследуйте же уготованное ему вечное мучение!»[37] Услышав такой строгий ответ, грешники начали горько плакать и просить о помиловании. Но Господь не простил их, и тотчас Ангелы схватили их и бросили в огненное море. В муках и терзаниях грешники взывали: «О, горе! Горе нам», — но их воплей никто не слышал, потому что они тотчас скрылись в огненной бездне.

Господь опять взглянул на новую землю — и украсилась она прекрасными садами; красоте их я не мог надивиться. Обратившись к водившему меня Ангелу, я спросил: «Каково будет Царствие Божие? Неужели может быть что-нибудь лучше этого?» Ангел отвечал мне: «Не знаешь, что говоришь: это та земля кротких, о которой Господь говорит в Своем Евангелии: Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю[38] . Небесное же Царство еще красивее ее.

Господь опять посмотрел на землю — и она тотчас покрылась многоразличными цветами, красотой которых я был поражен. И потекли по земле, разлившись в садах ее, две реки: одна наполнена была чистым и сладким медом, другая — молоком. Реки не сливались одна с другой, и молоко не смешивалось с медом, а текли в разные стороны, напояя корни дерев.

 После этого прилетели птицы небесные, прекрасные и разнообразные, наполнили сады и начали петь чудными голосами. Невозможно передать красоту их пения, восходившего до небес. После этого Господь взглянул на высоту небесную, и оттуда сошли во множестве Ангельские Силы, которые несли великий нерукотворенный град — Иерусалим, славя в Троице Единого Бога. Творец же его — Бог.

Ангелы поставили град на востоке; посреди его был рай Едемский. Окружен он был святыми Ангелами, врата же его сияли, как солнце.

И вот Ангелы вострубили, и все творения Божии, небесные и земные, стали славить Бога. И воззвал Господь ко грешникам: «О окаянные и беззаконные, жестокосердые и ленивые, и все проклятые! Смотрите, каких благ вы лишились и какая мучительная участь ждет вас...». Затем Господь встал с Престола Своего и направился к стоявшим по правую сторону, говоря им кротким голосом: «Приидите, благословенные Отца Моего и возлюбленные Мои, и войдите в обещанную вам радость Господа Бога вашего».

Находившиеся же по левую сторону грешники издали следовали за Ним, желая видеть все происходящее.

Впереди всех шла Пресвятая Богородица.

Первою из всех стоявших по правую сторону пошла Жена, лицо Которой сияло, как солнце. Приблизившись к Господу, Она поклонилась Ему. Господь с радостью встретил Ее и, преклонивши пречистую главу Свою, сказал: «Войди, Святая Мати Моя, в радость Сына Своего, ибо все это — наследство Твое». Она же, поклонившись Господу и облобызав пречистые руки Его, весело и с радостью вошла во Святой град. И воспели все Ангелы и праведники, прославляя Ее как Матерь Божию и Царицу Небесную.

После Пресвятой Богородицы пошли святой Иоанн Предтеча и двенадцать святых апостолов.

Затем от стоявших на правой стороне отделились двенадцать мужей в царских одеяниях и приблизились к вратам города. Вместе с ними был и святой Иоанн, Предтеча и Креститель Господень. Господь с радостью принял их, облобызал их и сказал им: «Войдите в радость Господа своего». Они поклонились Ему и с веселием вошли во Святой град. И Ангелы прославили о них Бога.

За апостолами шли семьдесят учеников Христовых.

Затем по повелению Судии пришли к вратам города семьдесят мужей в молниевидных одеждах и поклонились Господу. Господь повелел и им войти в город.

Видя все это, стоявшие по левую сторону горько рыдали и рвали на себе волосы, вспоминая свои беззакония, из-за которых они лишились стольких благ вечных. Евреи, не покорившиеся Христу и не крестившиеся, напрасно проклинали ни в чем не повинного Моисея, говоря: «Где он теперь? Мы не видим его; мы не видим того, заповедям которого мы были покорны, хотя и отвергли Христа». Они искали Моисея и не могли найти. Он же вместе с Авраамом, Исааком, Иаковом и другими святыми пророками Христовыми стоял на правой стороне.


За учениками Христа шли святые мученики и мученицы.

После этого по повелению Божию от стоявших на правой стороне отделилось великое множество людей с сияющими, как солнце, лицами и в червленых одеяниях. Это были святые мученики и мученицы, пролившие за имя Христово кровь свою. Приблизившись к Господу, они поклонились Ему. Господь принял их с радостью и повелел им войти во Святой град Свой.

За мучениками шли исповедавшие святую веру.

После них приблизились к городу другие, с сияющими лицами, в блестящих, как огонь, ризах. Это были исповедники Христовы. И они вошли в радость Господа своего.

Благовестники.

За исповедниками приблизились к городу благовестники. Лица их блестели, как снег, ризы сияли, как золото блестящее. Они тоже вошли в радость Господа своего.

Святители.

После благовестников подошло ко вратам Святого града немалое число людей с сияющими, как солнце, лицами, в белых как снег ризах. Они имели омофоры на плечах своих. Это архиереи и святители. Господь повелел им войти в славу Свою. Ангелы же и о них прославили Бога Вседержителя.

Воздержники и постники.

Затем с правой стороны приблизился к городу полк великий с белыми, как крин[39], лицами, и поклонился Господу. Это были воздержники и постники. Господь повелел и им войти в город.

Иноки, трудившиеся ради Христа.

Господь вновь обратил взор к правой стороне, и оттуда пришло к Нему множество иноков, очистившихся истинным покаянием. Господь повелел и им войти. Воздев руки, они прославили в Троице Единого Бога.

Инокини смиренные.

За иноками и постниками приблизились инокини, отказавшиеся от всего мирского и последовавшие за Христом. Господь повелел им войти, и они, радуясь, вошли в город.

Мученицы жены.

Затем пришли мученицы жены, ради имени Христова пролившие кровь свою. И их Господь принял в Свой град.

Видя это, осужденные, стоявшие на левой стороне, взывали: «Скольких благ мы лишены вследствие своего неразумия, ослепления и помрачения!» Видя славу святых, дивный град, благолепие красоты Господней, они били себя по лицу и рвали волосы, осуждая самих себя.

Праведники.

Вновь Господь обратил взор к стоявшим по правую сторону, и оттуда пришли к Нему праведники с сияющими, как луна в темноте ночной, лицами. И они вошли в радость Господа своего.

Авраам, Исаак и Иаков.

После праведников Господь призвал Авраама, Исаака, Иакова и двенадцать патриархов. Они подошли, одетые в белые ризы. Господь повелел им войти во Святой град, и они вошли, радуясь и воспевая Бога.

Пророки.

За ними прошли все пророки, кроме Моисея и Аарона, блистающие, как звезды небесные, и с радостью вошли в город.

Судьи Ветхого Закона.

Затем подошел Моисей; лицо его сияло славою Божиею, ризы блистали, как молния. С ним были Аарон, Елеазар и двенадцать мужей, которые пророчествовали некогда о Христе. Между ними были и все судьи израильские, от Гофониила и до пророка Самуила. За ними — Давид, царь и пророк, и все цари изральские благочестивые, и все двенадцать колен израилевых, строго соблюдавших закон Моисея до пришествия Христова и не поклонившихся языческим богам.

Первые послужившие Богу.

Затем призвал Господь Адама, Авеля, Сифа, Эноса, Эноха, Ноя, Мельхиседека, и прочих святых Своих, мужей и жен. Все они вошли в радость Господа своего, ибо Он повелел служителям Своим дать им достойную награду за подвиги и труды.

За ними пришли немногие другие — именно те, которые еще до пришествия Христова исполняли делами своими Закон, хотя и не знали его, и не поклонялись идолам, но чтили истинного Бога. Господь повелел им войти, и они удостоились неизреченной радости.

Юродивые Христа ради.

Затем подошел весьма малый собор, сияющий необыкновенной славой небесной. Со многим дерзновением вошли они во Святой град. Это были юродивые Христа ради, униженные, осмеянные людьми, претерпевшие много зла, за что и удостоились радости.

Нищие духом.

Господь повелел прийти и другим, находившимся на правой стороне, и к Нему приблизилось множество народа; лица всех были прекрасны, ризы их блистали. Это были нищие духом. И они вошли во Святой град.

Плачущие в молитвах.

Затем явилось собрание, покрытое светлым облаком. Господь обратился к ним и сказал кротким гласом:«Войдите, войдите, возлюбленные Мои, в радость Господа своего, пожинайте плоды трудов своих». Это были плачущие.

Кроткие и смиренные.

За ними подошел к вратам Святого града иной честной собор; одеяние на пришедших было световидное, и они вошли в Святой град. Это были кроткие и смиренные.

Судьи справедливые Нового Закона Христова.

После них пришел малый собор. Лица их были чисты, как мед каплющий; ризы их сияли, как свет. Господь с любовию повелел им войти. Это праведные судьи, не требовавшие награды, не боявшиеся сильных, но судившие всех справедливо.

Милостивые.

После них призвал Господь другой лик. Пришедшие к Нему были в ризах червленых и с венками на главах; лица их были покрыты миром благовонным. Господь повелел им войти во Святой град. Это были милостивые.

Осмотревшись вокруг, я увидел неизреченную славу Святого града, видел прекрасные палаты и множество жилищ, которые должны были наполниться. Вошедших было великое множество, но они, мне казалось, не наполнили и четвертой части тех палат, которые были для них приготовлены.

Миротворцы.

Опять взглянул Господь на стоявших по правую сторону. От них отделился малый собор и приблизился к Господу; на всех одежда была бела, как хрусталь, и лица светлы весьма; и они вошли во Святой град. Это были миротворцы.

Изгнанные за правду.

Затем Господь призвал великий полк, сияющий великой славой и честью; с веселыми и радостными лицами они вошли в Святой град. Это были изгнанные за правду, и поруганные, и избиенные без вины; за все, что они перенесли за имя Христово, они вошли в радость Господа своего.

Девственники.

После этого пришел другой великий собор; лица их были белее снега, а одежда сияла, как молния; в руках они держали золотые свечи. Этих также с радостью принял Господь и повелел им войти во Святой град. Это были те, которые не осквернили своего девства.

Жены честные и непорочные.

Опять посмотрел Господь на стоящих по правую Его сторону, и подошел к Нему малый собор. Лица их были необыкновенно красивы и румяны, а одежда была бела как снег, головы же украшены венцами. Они пришли и поклонились Господу, и Господь повелел им войти в Святой град, Ангелы же святые прославляли о них Господа. Это были жены, которые честно и непорочно пожили в замужестве и не осквернили ложа своего, к тому же были милостивы и помогали бедным, ходили в церковь на молитву, и за то удостоились наслаждения вечными благами.

Увидев это, я спросил водившего меня святого Ангела: «Молю тебя, скажи мне, может ли в этой вечной жизни жена иметь своего мужа, если захочет того, или муж — жену, если они нескверно и в страхе Божием провели временную жизнь?» На это Ангел отвечал: «Здесь нет места желаниям суетного мира , они пришли в вечную жизнь, где нет ничего тленного, плотского, но все они живут, как Ангелы Божии». Я спросил и о многом другом, увиденном и узнанном мною прежде; и святой Ангел Божий все по порядку объяснил мне.

Затем я увидел, как святой Крест поднялся с того места, на котором стоял, и, приблизившись к Святому граду, остановился у ворот, где стоял Господь, призывавший Своих святых и вводивший их во Святой град.

О гневе Господнем на тех, которые согрешили в Ветхом и Новом Завете.

Многое множество грешников стояло по всей земле, как песок морской, от времен Адама и до последнего дня пришествия Христова, от всякого народа и племени. Они стояли с лицами мрачными, злобными, заклейменными печатью отверженников, и трепетали от страха, ужасаясь вечных мучений. Многие и из христиан православных стояли со страхом, не ожидая помилования, потому что были христианами только по имени, но заповедей Христовых не соблюдали. Они наследуют сугубую муку за свое отступничество.

И увидел я в руках Господних огненный жезл, которым Он разделил всех грешных по их племенам и народностям, отделил веру от веры и поставил особо повинных в различных ересях; и каждому грешнику определил место.

Отдельно поставил грешников из иудейского народа, которые не сохранили Моисеева Закона, но поклонялись идолам до пришествия Христова на землю. В другой же части оказались те иудеи, которые по пришествии Господнем не уверовали в Него и распяли Его, и соделали много зла святым ученикам Его и апостолам.

Господь с гневом посмотрел на запад, и явились молниевидные Ангелы, которые наблюдали за муками, и начали они ввергать грешников в огненное море. Грешники же рыдали: «О, тяжело, тяжело!» — и погружались в огненную бездну.

Все это показал мне святой Ангел.

Об отвергшихся от Христа.

После этого огненные Ангелы пошли на ту сторону, где были те христиане, которые во время гонения отверглись от Господа нашего Иисуса Христа. Их постигла та же участь: они были брошены в огненное море. Они громко начали кричать, с мольбою взывая к Богу: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй нас!» — но не были помилованы.

О разбойниках и убийцах.

Затем Господь отделил иную часть: находившиеся здесь имели одежду и руки, обагренные кровью — это были разбойники и убийцы. Ангелы бросили их в огненное море, они же кричали и плакали, говоря: «Помилуй нас. Страшное Слово Бога и Отца», — но не получили ни от кого пощады.

Были здесь и те, которые сами себя удавили, или мечом или ножом закололись, чем оскорбили Бога, а диавола порадовали, — а потому и будут мучимы вместе с диаволом.

О ворах и мошенниках.

После этого были отделены и поставлены особо грешники, все темные и испускающие зловоние; одежда их была разорвана, а на ногах — козлиные кожи. Господь повелел Ангелам взять и этих. Ангелы связали им руки и ноги и бросили в огонь. Это были воры и мошенники. Когда Ангелы бросали их в огненную бездну, огонь разгорался все сильнее; от пламени слышался страшный шум и гром; ввергаемые же грешники скоро опалялись, как сухие тростники.

О клятвопреступниках.

Таким же образом отделились и другие от стоявших по левую сторону Судии и стали против Него. В ноздрях их кишели черви, из уст исходило зловоние; одежды их были очернены дымом, а лица мрачны. Они навлекли на себя гнев Господень тем, что были лживы и клятвопреступны и многим причинили вред, забыв о Боге. За это Господь и передал их в руки злых и немилосердых Ангелов, которые схватили их и подвергли мучениям. В муках грешники просили пощады, но им не было помилования.

О гневливых, свирепых и злопамятных.

После клятвопреступников от стоящих по левую сторону Господь немало отделил .грешников, покрытых тьмой и имевших дикие лица, скрежещущих зубами, с языками, свисающими изо ртов, как у собак; из глаз их сыпались искры. Это были гневливые, злые, злопамятные, завистники, клеветники, насмешники и ругатели. И этих Господь осудил на страшные муки, и Ангелы-мучители бросили их туда, где червь неумирающий. Они же горько плакали; вместо слез из глаз их текла кровь, — но пощады им не было.

О тех, которые делали всякие несправедливости.

Затем было отделено очень много таких, у которых лица были очернены сажей, одежда замарана кровью и гноем, ноги отекшие и посиневшие. Эти грешники оставались безответными пред обличающим их Богом, так как ни исповедью, ни милостынею не очищали душ своих от грехов и не умилостивляли тем Судию. Но более всего они осуждаются за то, что не воздерживались от гнева и не прощали обижавшим их.

От Ангела, который был со мною, я узнал, что, действительно, прощением обид своим ближним люди приносят себе большую пользу на Страшном суде. Строгий Судия является им кротким, и они смело могут сказать Ему: «Прости нам, так как и мы прощали». И Господь не только им прощает, но и Царство Небесное дарует.

Но горе тем, которые не захотели воспользоваться этою добродетелью для приобретения своего спасения, в особенности же тогда, когда им воспрепятствовала в этом их гордость. Желая отмщения, мы замышляем зло против своих врагов, но в действительности не можем им причинить вреда, потому что Бог разрушает злые замыслы; вредим же только самим себе, так как теряем всякую надежду на спасение. В самом деле, никакой враг не может причинить нам столько зла, сколько мы сами себе причиняем, и тем губим себя. Если же кто сам себе не вредит, тому не может повредить и сам сатана; и врагов у такого не будет, если он сам себе не враг. Из этого следует заключить, что мы должны поносить и презирать самих себя, а не своих ближних.

В числе стоявших по левую сторону были и те, которые предавались объядению и пьянству. И на этих разгневался Господь, и Ангелы схватили их и ввергли в огонь.

О прелюбодеях.

Затем Господь отделил от стоящих на левой стороне весьма большую часть. Их одежда была испачкана грязью, в волосах ползали черви. Из глаз исходила кровавая пена, лица были гнойны. Черви точили их внутренности и самое сердце, на ногах висели пиявки, которые пили их кровь, а из ноздрей исходил смрад, как от мертвого трупа. Увидев их, Господь разгневался и сказал: «Род прелюбодейный, в похотях своих блудивший, да пойдет он в муку вечную».

Услышав это, они заплакали и закричали: «Помилуй нас, Боже, и пощади Свое создание! Хотя мы и согрешили, но от Тебя не отступили, и не поклонялись богу чужому». И тогда Ангел вострубил три раза, и Господь сказал: «Отойдите от Меня, проклятые, чтобы Я не видел вас; если бы слезы и покаяние вы принесли прежде смерти, то могли бы очиститься от грехов, а теперь, находясь в муках, и сам сатана кается! Нет, отойдите от Меня, проклятые, в огонь вечный!» И тотчас Ангелы схватили их и бросили в огненное море.

О монашествующих.

Далее отделил Господь от стоящих по левую сторону весьма большой полк в иноческом одеянии. Ангелы схватили их и повлекли пред судилище Христово. Увидев их, я пришел в недоумение: как это бывшие иноками ради Христа оказываются теперь на левой стороне? Лица их были мрачны, как сажа, они держали потухшие светильники, без масла. На шеях их виднелись леность и небрежность в образе птиц — сов. Над ними висели задумчивость и неряшливость, как змей, а непокорливость, как тяжкое железо, обхватывала хребет их.

Господь посмотрел на них строго и укоризненно, за то что одолели их страсти, что они не исполнили своего обещания и были рабами своих плотских страстей. Они же начали взывать: «Помилуй нас, так как мы Тебя одного признавали и Святому Твоему имени служили день и ночь, Твоим именем прогоняли бесов и прорекали будущее». В ответ Господь сказал им: «Отойдите от Меня, служители страстей и любители похоти плотской. Отойдите в муку вечную. Вы не слушали прежде Моего голоса, теперь Я вас не слушаю». И Ангелы повлекли их в огонь вечный и тяжкую муку.

И сказал мне святой Ангел, что при кончине мира монашеский чин почти весь попадет в погибель, потому что мало таких, которые возлюбили труд, и сми­рение, и злострадание. В конце века начнется царство сатаны, который всякими кознями многих привлечет к себе, больше же всего таких, которые не возлюбили Христа ради нищету, злострадание и смирение, а потому легко поверят прелести антихристовой, отвергнутся от Христа и навеки погибнут.

О младенцах, не просвещенных святым крещением.

И после этих отделил Господь от левой стороны слепых, но ходивших по мановению Божию. На них не было ни печати зла, ни печати добра. Посмотрел Господь на них и сжалился над ними с кротостию. На родителей же их грозное обратил внимание, осуждая их за то, что не просветили их святым крещением. И повелел Господь святым Своим Ангелам даровать им покойное место на западе и несколько причастное на­слаждению вечному, но так, чтобы они не видели лица Господня.

Они же всегласно прославили Бога: «Владыко, Господи, благословен Ты и благ и милосерд, потому что, как Господь жизни и смерти, лишил нас временной жизни неисповедимыми Твоими судьбами; но одного у Тебя просим: помилуй нас, Господи!» И Господь даровал им малое утешение.

Это были младенцы, не принявшие святого крещения. Возрастом все они были одинаковы.

О еретике проклятом Арии и его соборе.([40])

После этого отделил Господь от левой стороны нечестивое соборище Ария. Составлявшие этот собор имели лица, как у самого сатаны, головы их змееобразны, а из уст исходили злосмрадные черви.

Господь грозно посмотрел на них, в особенности же на Ария, который многих соблазнил в свое лжеучение, уча, что Сын Божий — тварь и не Единородный, не единого существа с Богом Отцом. Господь сказал ему: «Не Я ли Богочеловек Иисус Христос, соприсносущный Отцу: как же ты Мое Божество низвел в тварь и этих прельщенных тобою людей довел до вечной муки?» Сказав это, Господь отвратил от них лицо Свое. Ангелы же огненные внезапно схватили их, возложили на них тяжелые железные вериги и бросили их в лютейшую муку, где сам сатана с бесами и Иуда предатель мучаются, и все нечестивое сборище сатанинское.

О еретике Македонии и его соборе.([41])

И еще схватили грозные Ангелы и привлекли к Судилищу Христову нечестивое соборище Македония. У них лица были дики и свирепы, как у тигров разъяренных. Из уст их исходили смрад и зловоние, глаза их сверкали сатанинской злобой.

Обратившись к лжеучителю Македонию, Господь сказал: «Если Я не буду обличать тебя, то Святой Дух, похуленный тобою, придет и осудит тебя, потому что Он есть Истинный Бог». И вдруг все Силы Небесные и святые Божий торжественно и победоносно воспели Божественную песнь, прославляя Святого Духа: «Царю Небесный, Утешителю, Душе Истины, Иже везде сый, и вся исполняяй, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша. Прииди и явися,да посрамится похуливший Тебя всескверный лжеучитель Македонии».

По окончании пения с высоты воссиял свет великий озарение огненное, пресветлое, и заблистали молнии страшные. И явился Престол, сделанный как будто из изумруда, на котором Господь Дух Святый — Утешитель — в образе белого голубя парил над Престолом Праведного Судии, Единородного Сына Божия. Ангелы и собор праведников Божиих прославили Отца и Сына и Святого Духа — Троицу Единосущную и Нераздельную. Таким образом был посрамлен скверный Македонии со своими единомышленниками.

Затем явились Ангелы огненные, и, бивши их немилосердно веригами, низвергнули в бездну адскую. А Святой Животворящий Дух взошел со славою туда, откуда сошел.

О еретике Нестории[42]и его соборе.

После этого грозные Ангелы отделили соборище нечестивого ереси начальника Нестория. Лица их были мрачны и отвратительны. Господь грозно посмотрел на них и призвал соблазнившего их. Нестории тотчас предстал пред Господом. И сказал ему Господь: «О скверный и безумный лжеучитель и совратитель душ многих, которые ты отторгнул от единства святой Моей вселенской Церкви и ввел в погибель! Я Един Свят, Един Господь Иисус Христос, во двою естеству и во едином лице покланяемый и прославляемый от всех тварей».

Последователи Нестория стояли, пристыженные, и безответно молчали.

Потом пришла Святая Владычица наша Богородица с сонмом святых и со святыми Ангелами к Сыну Своему и Богу, неизреченным светом сияющая и преукрашенная великолепной славой. При Ее появлении святые Ангелы воспели Ей хвалебную песнь: «Радуйся, сподобившаяся быть Матерью Христа Бога!»

Услышав это, нечестивые вострепетали и посрамились. Святые Ангелы, связывая их веригами и бия огненными палицами, ввергали в бездну ада — туда же, где были уже Арий и Македонии. Святая же Царица Небесная со славою отошла в Горний Иерусалим, прославляемая небожителями.

О северианах, и иных еретиках, и иконоборцах[43].

После этих отделили святые Ангелы от левой стороны другой собор. По виду они были, как идолы — очень свирепы и страшны, и грызли друг друга, как собаки. Это были севериане, и иные им подобные еретики, и иконоборцы. Одни из них говорили, что Господь наш Иисус Христос плоть Свою принес с Небес, а не заимствовал ее от Пресвятой Девы Марии, Матери Господа нашего Иисуса Христа. Иконоборцы же истребляли пречистые изображения Господа Иисуса Христа, Божией Матери, святых угодников и Ангелов Божиих. И, глядя на Господа Иисуса Христа, отвращали взоры от стыда и говорили друг другу: «Поистине осуетились мы в жизни нашей, не желая поклоняться святым иконам». Другие же отвечали им: «Нет, правильно поступали мы: потому что это призрак, а не истинный человек, а как можно изображать привидение?», — это те, которые думали, что прежде Воскресения плоть Господа нашего Иисуса Христа была нетленной.

Господь грозно посмотрел на них и обличил их в их заблуждениях, говоря: «Отступите от Меня, делатели неправды, поскольку сами вы отверглись от Меня, истребляя и попирая святые Мои изображения. Я Сам благоволил еще при жизни Моей, чтобы воздавалась честь Моему образу, и для этого послал Мой нерукотворенный образ князю Авгарю. От него и от образов Пречистой Моей Матери совершаются бесчисленные чудеса. Безумные, изображения земных правителей вы почитаете, а Мой образ обесчестили. Идите же в муку вечную, к учителю вашему сатане». И Ангелы стали ввергать их в бездну огненную.

О многих других еретиках.

Еще призвал Господь толпу еретиков, и пришли они, понуждаемые грозными Ангелами, и стали пред Ним; лица их были мерзки и отвратительны. Господь грозно посмотрел на них и изрек: «О, несмысленные и безумные развратители! Я Господь, Сын Божий во двою естеству — естеством Бог и естеством Человек, как учили и утвердили святые отцы Вселенских Соборов, говорившие Моим Святым Духом. Как же вы осмелились извратить учения и повеления их? Вы в гордости своей заблуждаетесь и от диавола прельстились своими лжеучениями. Отойдите от Меня, проклятые, в муку вечную». После этого позвал Господь

Ангелов, которые и с этими сделали то же, что и с прежними еретиками.

Молю же вас, отцы и братия, прочитавшие это: пусть никто не усомнится в справедливости сказанного, помышляя, что грешному, недостойному, худому мужу не могли быть открыты такие тайны, которых от начала века никто из великих святых не сподобился видеть. А между тем многие из них сподобились получить от Бога великие дарования, каждый по своему достоинству. Открыл же мне все это Господь не потому, чтобы я был достоин, а по молитвам святого отца моего Василия. Что удивляться Божию смотрению? Или вы не знаете, что тайну Воскресения Своего Господь открыл прежде всех женщинам? И пастухи первые узнали о Его рождении, и неблагородные и необразованные рыбаки сделались проповедниками Его учения. И во многих Божественных Писаниях вы найдете примеры замечательных и чудесных дарований многим святым. Одним давались откровения, другим — иные чудеса, подобно тому, как и у апостолов усматриваем различные дары Духа Святого. Я последний из людей, и то, что мне было открыто, я излагаю здесь, дабы принести пользу тем, которые прочтут сие. Все это я не сам собою измыслил, но если по причине моего невежества и грубости вы здесь найдете что-либо неразумное, то не осуждайте ради этого всего моего писания. Не скроем того, что пишем это для читающих с сокрушенным сердцем, истинно и неложно. Бог нам свидетель, что мы это видели и слышали. Думаю, что никто из право мыслящих не усомнится в виденном и слышанном нами, в особенности же — из изучивших книги Священного Писания, где не мало находится свидетельств об этом. Тем большую пользу получит. Мы же возвратимся к прежнему.

О евреях, распявших Христа.

После этого велел Господь святым Ангелам представить пред Собою великий полк, бесчисленное мно­жество грешников, покрытых тяжкою тьмою. Лица их были покрыты гнойной кровью, и большие бельма были на глазах их, уши помазаны были смолою. В руках они держали конские хвосты, а ноги были искривлены и обуты в ослиные кожи. Они смотрели друг на друга, ужасаясь сами в себе, и шепотом говорили:

«О, горе нам! Тот, Которого Анна и Каиафа с Понтийским Пилатом на Кресте распяли, хочет теперь судить живых и мертвых. О, злые соблазнители и прельстители, через которых мы прельстились и не Уверовали в Него, а теперь попали в руки Его, и нет милующего нас. Мы безответны перед Ним. Сколько зла сделали мы Ему Самому и Его ученикам! Если бы мы уверовали в Него и крестились, как и многие Другие из наших это сделали, которых мы теперь видим идущими в Царство Небесное, Он принял бы туда и нас».

Когда они, ужасаясь и сетуя, так переговаривались между собой, Господь ангельской трубой возгласил им:

 «Не Я ли, Господь Иисус Христос, Сын Бога и Отца преклонив Небеса, сошел и родился от Духа Святого и от Святой Девы Марии? На собраниях ваших учил вас и говорил:Я и Отец — одно; и: когда не верите Мне, верьте делам Моим[44] , вы видели дела Мои: мертвых воскрешал, слепых просвещал, бесов изгонял и всякую болезнь и недуг исцелял, хромые стали ходить, прокаженные очистились, расслабленные выздоровели. Вы же все это видели, но остались слепы разумом. Меня послушать не хотели, а потому спастись, вечно жить и царствовать не можете. Более того: за все, что Я сделал вам доброго, вы распяли Меня на Кресте, и пронзили руки и ноги, и вонзили в ребро копье. Но не за это Я буду судить вас, а за то, что вы не послушали избранных учеников Моих, посланных обратить вас к покаянию. Вы же не захотели обратиться, но предпочли умереть во грехах».

Слыша это, они начали плакать и сокрушаться. Одни били себя в грудь, а другие драли свое лицо, говоря: «Моисей, Моисей, тяжело нам! Где ты теперь? Прииди, и если ты заслужил милость от Бога, то и теперь избавь нас».

Господь снова сказал им: «Так как вы не веровали в Меня, пусть Моисей, которого вы зовете на судный ответ, найдет среди вас невинных. Он обличит вас». При этих словах пред ними явился Моисей в великой славе. Они тотчас узнали его и закричали: «О Моисей! Ты дал нам Закон; мы его сохранили, как ты нам заповедал, и только не приняли теперешнего Судию, но распяли и убили Его. Скажи нам теперь: Кто есть Этот, и почему ты не сказал нам о Нем в своем Законе? Скажи нам об этом и избавь нас от руки Его, потому что видим, что мы все находимся в Его власти и нас постигло то, чего мы не ожидали. Хочет судить нас, и нет никого, кто избавил бы нас. Помоги нам теперь, находящимся в таком бедствии».

Моисей обличает евреев.

Моисей отвечал им: «О бессмысленные и черствые сердцем, сыны не Авраама, а диавола! Не писал ли я вам в Законе: «Пророка из среды вас, из братьев ваших, как меня, воздвигнет вам Господь Бог ваш, Его слушайте. Он будет говорить вам все, что повелит ему Бог; и кто не послушает слов Божиих, которые Пророк Тот будет говорить именем Божиим, с того взыщет Бог[45]». Что может быть яснее сказанного вам! И в другом месте Закона сказано: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель, Который есть чаяние народов»[46]. И много другого предсказал, что было читаемо вами по субботам в собраниях ваших. Кого другого вы ждали? Действительно, вы заблуждались в советах ваших, и вследствие этого отнято у вас посещение Божие; настоящую же вашу веру вы унаследовали от язычников».

Они отвечали: «Как могли мы веровать в Него, называвшего Себя Сыном Божиим, тогда как в твоем Законе об этом не было ничего написано и пророки об этом не говорили». Моисей сказал: «Я назвал Его Пророком, как и себя, так как Он вочеловечился — Совершенный Бог и Совершенный Человек, — но зависть, злоба и гордость ваша не позволили вам веровать в Него, и вследствие этого вас ожидает вечный огонь». Сказав это, Моисей отошел от них.

О мучителях и мстителях.

После этого Господь отделил многих от находившихся по левую руку Его — и вот пришли грешники, мрачнее всех других. На челах их были надписи: «сатана», в руках они держали дощечки, на которых было написано: «отвержение». И сказал Господь им грозно:

«О нечестивые, почему вы Меня оставили и святое крещение осквернили, к антихристу же обратились и ему, жаждущему вашей погибели, отдались?.. Чего хорошего от него вы ждете?.. Вместе с ним будете и мучиться. Возлюбили его — вот вам и награда за то!» И святые Ангелы, схватив их по слову Божию, бросили в бездну, в которой обитает сам сатана.

О соблазнителях и развратителях[47].

Потом Ангелы схватили и привлекли сборище нечестивцев, ученых людей, которые по гордости своей,изучая мудрость мира сего, отвергли бытие Божие и погубили множество народа своими безбожными писаниями, развращая народ и поощряя зло в мире, особенно же разврат и свободомыслие. На челах их были надписи: «соблазнители и развратители». Они ужасно мучились, и рвали волосы на головах, и кусали языки свои, рыкая, как львы, и скрежетали зубами, и неистово кричали: «О, лютое нам горе! О Распятый и Сокровенный Боже, и Человеколюбивый, не мы одни отверглись от Тебя и не верили Твоему Святому Писанию. О Распятый Боже, пощади нас: только теперь мы увидели славу Твою и веруем в Тебя как Сына Божия... О, лютое нам горе! О смерть, благодетельница наша, прииди к нам и избавь нас от нашей горькой участи. Слыша о вечных муках, мы смеялись, а над проповедниками Слова Божия надругались. И вот постигло нас достойное воздаяние за наше нечестие и развращение».

Святые Ангелы били их огненными палицами и низвергали в бездну ада, и, ужасно скрежеща зубами, они погружались в глубину бушующего клокочущего пламени. Из огненной бездны были слышны их яростные крики, раздирающие душу, и стоны, и рыдания, и проклятия. Грешники проклинали друг друга и ненавидели, и в гордости считали виновниками своей погибели своих ближних. Сын проклинал отца за то, что он не научил его исполнять волю Божию; дочь проклинала свою мать: «На что ты родила меня, чтобы мне мучиться в пламени этом вечно!..»

О! Ужасное зрелище! Не может изобразить его в полноте никакой язык, не только человеческий, но и ангельский.

О Диоклитиане[48].

Вдруг я услышал страшные стоны и голос, подобный реву льва; кто-то, скрежеща зубами, кричал: «О ужас, о ужас! О Распятый Боже, я не разумел Твоего Вочеловечения и отверг Тебя, не желая слышать даже Твоего имени... И вот теперь вижу, что Ты Един Вышний Господь Иисус Христос. Здесь, находясь в неволе, я, бывший враг Твой, Тебя, Господа и Бога, исповедую... О, горе тому, кто Тебя не любил и Твоего Пришествия на землю не разумел!.. О, горе тем, которые в Тебя, Истинного Бога, не уверовали и не крестились!.. О горе тем, которые не познали Тебя и Твоих заповедей не исполняли!.. О, горе мне, так как и я погибаю в этом ужасном пламени, до конца меня замучившем!.. Кто мог подумать, чтобы случилось со мной что-либо подобное? Увы, увы, как тяжки эти мучения!..»

Я так же внимательно, объятый страхом, прислушивался и к этим крикам, как и ко всем прежде описанным тяжким воздыханиям и горьким стонам, и спросил Ангела, водившего меня: «Кто это подвергается таким страшным мучениям?..» Ангел ответил: «Это Диоклитиан — мучитель христианский».

Конец суда Божия.

И в тот час кончился Страшный суд Божий, так как нечестивцы низвергнуты были в бездну, и закрыла земля свои уста, и затворились врата адские.

Вдруг послышалось неизреченное пение Ангелов, воздающее славу Праведному Судии. И вошел Господь во святой великий град, Горний Иерусалим, и вместе с ним Ангелы, и затворились врата града. Воссев на Престоле Славы Своей, Господь повелел Ангелам принести все духовные сокровища небесные. По мановению Божественному явились пред Ним все святые, и Господь начал одарять их по числу добродетелей их, кто сколько мог вместить, особыми дарованиями.

Дарование Пресвятой Богородице.

Первой подошла к святому Престолу Пресвятая Богородица, Матерь Господа нашего Иисуса Христа. Тотчас Господь, сняв с Пречистой Главы Своей чудный венец, возложил его на главу Пречистой Своей Матери и сказал: «Приими, Мати Моя, славу сию, которую даровал Мне Отец Мой, победу над диаволом и смерти одоление, которое Я совершил, приняв плоть от Тебя».

Затем Господь дал Матери Своей первую одежду — багряницу, в которую Сам одевался, будучи Богочеловеком, — и многое множество различных неописуемой красоты цветов и предметов невещественных; и весьма почтил Ее как Матерь Божию. Господь похвалил душевную и телесную чистоту Ее, вспомнив и все Ее теплые слезы и усердные молитвы, которые Она возносила к Нему за всех христиан. И поставил Ее Госпожою и Владычицею над всеми Небесными Силами и над всеми святыми. И все Силы Небесные воспели чудную песнь, прославляя Матерь Божию. Неизреченная слава осияла Ее, и по мановению Сына Своего, Она вошла в чертог, красотой и великолепием превосходящий красоты Горнего Иерусалима.

Дарование двенадцати апостолам.

После сего призвал Господь Своих святых учеников и апостолов и дал им царские одежды, украшенные разными драгоценностями. И дал им двенадцать престолов, устроенных из чистого золота и украшенных драгоценными камнями и бисером. Затем, взяв венцы, сияющие светом солнечным, возложил на главы их, венчая их, как царей. И повелел им воссесть на двенадцати престолах и назначил судиями над двенадцатью коленами израилевыми, то есть старейшинами-владыками, и поставил их над всеми святыми — оценивать их труды и подвиги, совершенные во временной жизни, и воздавать им небесные духовные дарования. Ибо, по слову Святого Писания, святые апостолыв пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на Престоле Славы Своей, сядут и они на двенадцати престолах судить двенадцать колен израилевых[49] и получат в вечной жизни блага, превосходящие блага всех.

И в тот же час воссели апостолы на престолах вокруг Господа своего. Силы же Небесные и все святые прославили благость Божию.

Дарование ученикам Христовым.

После сих были призваны Господом семьдесят апостолов. И одарил Он их бессмертными дарами по числу добродетелей их, и возложил на главы их неувядающие венцы, сияющие славой и красотой неизреченной.

Потом Господь призвал мужей апостольских, то есть преемников святых апостолов, епископов христианской Церкви. Среди них были священномученики. Господь похвалил их за самоотверженные труды и под­виги, и увенчал их прекрасными венцами, и одарил многочисленными дарованиями...

Таким образом весь собор святых, призываемых Господом, подходил к Престолу Славы Божией: пророки, святители, мученики, проповедники, благовестники, преподобные, праотцы, отцы, патриархи, воздержники, девственники, милостивые, кроткие, изгнанные правды ради, незлобивые, и все святые, всякого чина и звания. И всех их милостиво одаривал Господь небесными дарованиями, и, принимая их, они просвещались славою небесной, сияя неописуемым светом и блистая всякой добродетелью...

Божия Церковь.

Затем явилась святая Божия Церковь. Помост Небесной Церкви Божией блистал чистым золотом; по этому помосту ходили юноши, весьма красивые. Они были в сане диаконском: обязанность их была приготовлять все к Богослужению. Церковь имела в ширину около трех тысяч стадий[50] и представляла собой громаднейшее здание, крестообразное в плане, с четырьмя куполами; внутри ее было три алтаря; по сторонам ее — четыре улицы. Здание это было нерукотворно и невещественно, но создано рукою Божиею. И внутри все было сделано из чистого золота и дорогих камней, блиставших, как солнце. Стены Церкви были прозрачны, так что находящимся внутри можно было видеть стоящих вне, а находящиеся вне легко видели все, что происходило внутри. Вместо обыкновенных мраморных столпов своды этого великолепного здания поддерживали облака.

Приготовив все, юноши громко возгласили: «Благослови, Владыко!..» Господь воссел на Своем дивном Престоле, и двенадцать апостолов, по шести с правой и левой стороны, воссели на своих престолах. Обратившись к диаконам, Господь сказал: «Призовите сюда всех избранных Моих». И тотчас вострубил Ангел, и глас трубы говорил: «Приидите, благословенные Отца Моего, в Церковь славы святыя Моея, да совершим новую жертву веселия».

И тотчас все святые начали входить в Церковь. Пресвятая Владычица наша Богородица вышла из чертога Своего и, войдя в храм Господень, подошла к Сыну Своему, Господу нашему Иисусу Христу. На Ней были дивные одежды, на главе — венец, дарованный Господом, как говорит Святое Писание:Предста Царица одесную Тебе, в ризах позлащенных одеяна преу крашена[51] .

Потом пришли семьдесят апостолов, сияя неописуемым светом, а за ними все святые: мужи апостольские, священномученики и пророки, праотцы, патриархи, преподобные и праведные, которые удостоились этой великой славы. Воздав хвалу Богу, каждый лик вставал на своем месте в святой Церкви, ибо все места имели надпись, говорящую, какому чину святых каждое предназначено.

Тотчас воссиял необыкновенный свет в сердцах их, мир Божий умастил сердца их сладостию Божественной, сердца их исполнились неизреченной любовью и желанием непрестанно воспевать благодарственные песни.

И вот Великий Первосвященник и Архиерей благ грядущих. Единородный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос сошел с великолепного Престола Своего совершить Божественную Литургию. Он был облачен во все первосвященнические одежды; поверх саккоса возложен был омофор, на главе — митра чудной и неописуемой красоты... Херувимы и Серафимы, со страхом и трепетом паря вокруг Него, служили Ему, воспевая Трисвятую песнь. Прочие же Ангелы, которых было бесчисленное множество, предстояли окрест Престола Господня. Двенадцать апостолов сослужили Господу; они произносили возгласы, пели же Ангелы... Когда оканчивалось ангельское пение, святые отвечали им.

Когда пришло время Приобщения святого, причастился Сам Господь от Духовной Манны Живота Своего. Потом причастилась Матерь Божия, Царица Неба и земли, из пречистых рук возлюбленного Сына Своего. Потом двенадцать апостолов, и Предтеча Господень Иоанн, и семьдесят апостолов, затем пророки и все святые по чину подходили к Великому Первосвященнику, Сыну Божию, Господу Иисусу Христу, и все причастились Небесного Хлеба и пили Новое Вино духовной радости в Царствии Отца Небесного, и напоевались сладостию Божественной, и радовались, и хвалили Бога.

Потом открыл Господь страшные тайны Своего Присносущия всем избранным Своим. Тотчас все уразумели всю сокровенную мудрость непостижимого учения. И не преставал глас хвалы и благодарения из уст небожителей; и оббжились, и явились сопричастниками, и братиями, и сынами Единородного Сына Божия, благоволением Отца и содействием Святого Духа.

И вышли из храма все святые и все дщери Нового Сиона, Небесного Иерусалима. Трапеза чудная ожидала праведников.

Господь наш Иисус Христос направился в Свой чудный чертог, находящийся к востоку от святого града Сиона. Херувимы и Серафимы в ожидании стояли пред величественными вратами дивного чертога. Тут же была установлена пречудная трапеза[52], исполненная дивных благ и различных духовных брашен. Эта трапеза была приготовлена двенадцати апостолам; были же тут и другие трапезы для всех праведников и святых;и каждому было предназначено свое место.

Господь вышел из Своего Божественного чертога, сопровождаемый служащими Ему Ангелами, и возлег на трапезе Своей духовной со всеми избранными Своими, в невечернем и неизреченном свете. Рядом с Ним Матерь Его, и все от народов, уневестившиеся Церкви. Господь, обратившись ко всем возлежащим с Ним, сказал: «Братия мои, и друзья, и все угодившие Отцу Моему и Мне, ядите и насытитесь вечных Моих благ, которые приготовлены вам от сложения мира».

Они, услышавши это, возвеселились радостью великою, и насыщались невещественными благами и пили вино вечного веселия. Все поставленное на трапезе не убывало, как это обыкновенно бывает на земных столах, но оставалось цело, как будто никто и не прикасался к ней.

Едемский рай.

Когда избранные насытились духовной небесной пищей, тогда востал Господь от трапезы Божественной, и все святые последовали за Ним, направляясь к востоку. И вошли в чудный вертоград. Это — рай Едемский, Богом насажденный, из которого изгнан был Адам, за то, что не исполнил заповеди Божией. Войдя внутрь, все изумились виденному и в великой радости веселились и наслаждались красотами Едема, и рассматривали чудные древа и благоуханные райские цветы, и вкушали от сладости плодов райских.

Ангелы же восхваляли благость Божию, поя чудную песнь: «Аллилуйя, Аллилуйя, Аллилуйя», — и другие Божественные песни.

Много времени рассматривали святые красоту райскую, необозримую широту вертограда Божия. Показав избранным Своим Богосозданное жилище праотцев и обещанное жилище святым, Господь возвратился в Горний Иерусалим.

О прошении святых у Господа.

И воззвали святые ко Господу: «Дай нам, Владыко, благодать сию: да воздвигнем и здесь, в вечной и блаженной жизни, как и в том мире, церкви во имя Твое Святое, чтобы в них, как и прежде, сходиться нам иславить Тебя, со Отцем и Святым Духом, и прославлять Пресвятое имя Твое».

И простер Господь всесильную десницу Свою, и благословил крестообразно на все четыре стороны и сказал: «Приидите с высот Моих, преблагие селения Мои, приготовленные Моим святым избранникам». И тотчас вся земля и весь воздух воспалились снеговидным пламенем, и длилось это чудо продолжительное время, и поднялось это пламя на высоту небесную, и сошли с высоты небесной бесчисленное множество селений Божиих чудной красоты, с храмами Божиими, и палатами, и чертогами, и садами. В вертоградах древа приносили каждодневно плоды, благоухающие Божественными ароматами.

В этой новой и нетленной жизни нет ни лета, ни зимы, ни дня, ни ночи; нет нужды ни в дожде, ни в теплоте солнечной, ни в возделывании земли; нет за­боты ни о пище, ни о питии, нет ни печали, ни скорби. Ветхое разрушилось, и явилось все новое: новая земля, и новое небо, и человек нов. По слову апостола: вся нова тварь во Христе[53].

Житие их мирно и беспечально, ибо им чужды всякие телесные похоти. Они не знают ни гнева, ни ревности, ни лихоимства, ни злобы, ни гордости — все это низвержено и заключено вместе с диаволом в преисподней. И всем сподобившимся нетленной жизни нет надобности трудиться, но они вечно упокоеваются и радуются, славословя Господа, дивного во святых Своих.

И видел я, как эти чертоги, и храмы, и вертограды Ангелы Божий, по повелению Господню, раздавали святым, каждому по достоинству, как сказано в Святом Писании об обителях святых. Получив обители на земле кротких, входя в них и исходя, святые призывали друг друга праздновать духовно, и непрестанно веселились божественно. И слышен был несмолкаемый глас шума празднующих, глас непрестанного веселия духовного.

Некоторые из них ходили по новой земле, другие имели огненные крылья и парили в воздухе. И, созерцая все это, приходил я в восторг духовный и радовался. Великие же праведники, подобно Серафимам, имели крылья огненные.

О великих праведниках, подобных Серафимам.

После этого по повелению Царя Христа вострубили Архангелы трубой Божией величественно и торжественно, так что вздрогнули и радостно вострепетали небо и земля, и на высоте небесной отверзлись врата дивные, охраняемые Серафимами, Херувимами, Престолами, Архангелами и Силами Господними. И все воскликнули победную песнь, встречая Искупителя мира, Великого Первосвященника и Вечного Архиерея, Сына Божия, прославляя Его победу над сатаной, адом и смертью.

Матерь Божия восходила одесную Сына Своего, сияя красотой и величием.

С Ними взошли и некоторые святые, стяжавшие великие добродетели. И даны им были крепкие крылья, на которых они могли летать, куда хотели. Вошедшие во врата небесные стали невидимы для меня. Я спросил у водившего меня Ангела: «Куда Владыко восшел?» Он сказал: «В Царствие Небесное вошли они, в Сион Небесный Божий». Я же спросил: «Как же некоторые взошли с Господом, другие же остались на земле?» И он ответил мне: «Только те сподобились этой великой славы, которые премногим воздержанием достигли совершенного бесстрастия. Это истинные подвижники, которые презрели все земное и прежде смерти умертвили себя миру. Оставшиеся же на земле суть те, которые во временной жизни праведно пожили и, исполнив заповеди Христовы, угодили Господу, пребывали в чистоте супружества, очистили себя милостынями, и многими молитвами, и покаянием и уклонялись от всякого злого и богопротивного дела — словом, праведно пожившие и в покаянии скончавшиеся. Все они водворились как бы в предместьях Святого града, в уготованных им селениях и вертоградах. Иные же удостоились жить и во Святом граде. Таковы монахи, свято и благочестно пожившие и без протыкания совершившие заповеди Господни; они вместе с другими избранными Божиими удостоились воспринять праведных своих трудов воздаяние, веселие вечное и жизнь нескончаемую.

Слова Господни Григорию.

Потом я увидел опять Господа, выходящего из врат небесных с Небесными Силами и со всеми святыми, восшедшими с ним в Небесный Сион; и все они сияли славой небесной, многократно превосходящей прежнюю славу их, и дерзну сказать не погрешив, что были они подобны Господу. И радовались они, и веселились Духовно непрестанно.

И вот Господь, стоя у врат Святого града, обратился к нам с тихим и кротким взором и мановением подозвал к Себе. Мы скоро сошли с высокого холма, на Котором стояли и обозревали все происходящее чудное, поистине достохвальное видение преславных дел Божиих. Со страхом подошли мы к Господу и, падши Ниц, поклонились Его пречистым стопам. И сказал Господь тихим и кротким Божественным голосом:

«Вот, Григорие, по молитвам угодника Моего Василия Я показал тебе все, что будет при кончине мира и временной жизни. Ты же, Григорие, постарайся и другим передать, чтобы и им это послужило на пользу и во спасение. Особенно же тебе сие вразумление да послужит, неправильно рассуждавшему об иудеях, что они хорошо хранят Закон Моисеев; и вот, ты видел, какое постигло их осуждение.

И еще возвещаю тебе: если кто не последует Моему Святому Евангелию и всему тому, что написано в нем, не будет участником жизни вечной, но возненавиден будет Отцом Моим и Мною, кто неправо верует и отделяется от оснований Святой Церкви — тот окажется сыном геенны огненной. Кто и трудами, постом и другими добродетелями будет подвизаться, но не вхо­дит евангельскими дверями Моей Святой Церкви — тот вор и разбойник.

Ты же, Григорие, разумно рассмотрев все показанное тебе, постарайся приумножить врученный тебе талант. Потщись спасти свою душу и, ради пользы душ многих, не скрой в землю своего сердца духовного Моего серебра, но передавай Святым Моим Церквам, так как многие, услышав от тебя все это, спасутся;убоявшись злого, будут стремиться ко всему доброму и благому. Весь мир и все, что в мире — похоть плоти, похоть очей и гордость житейскую, — всею душою возненавидят. А Мои заповеди исполнят; всем сердцем возжелают благ вечных и потщатся совершить все потребное для своего спасения. Если же, и услышав все это, они не покаются, и не обратятся ко Мне всем сердцем, и не возлюбят добродетель, — ты не будешь виноват, они же будут судимы по делам своим. А если ты поленишься или убоишься открыть сие видение Церквам Моим и всему народу, то от тебя взыщутся погибшие души всего мира».

 Я ответил: «Владыко Господи, как я смогу это исполнить, будучи нечист душой, скверен сердцем, помрачен умом? Как я смогу рассказать для меня непонятные и неизреченные тайны, если Ты не дашь мне ни херувимских уст, ни серафимского разума? Ведь всего, что я видел, ни ангельский, ни человеческий ум постигнуть не может и изъяснить сего человекам невозможно!..»

Эти слова произнес я со страхом и трепетом. Видя мое смирение, Господь сказал мне милостиво: «Знаю, что это тебе невозможно, но Я пошлю благодать Мою, которая, вселившись в сердце твое, просветит его, воспламенит Божественной любовью ко Мне и подаст силу и память, чтобы все постигнуть и потом подробно написать обо всем на пользу всем Церквам Моим, и всем язычникам, и всем народам, которых Я призываю ко спасению и вечной жизни.

Блажен тот человек, который бесхитростным умом и чистым сердцем примет это откровение и постарается избегать всего злого, прилепляться же ко всему благому, чтобы наследовать уготованное от века праведным и избегнуть вечного адского мучения. Но горе будет тому, кто не радит о добром, кто не поверит сему откровению, кто не услышит сказанного. Горе тому, кто сомневается: он не будет в части спасаемых.

Сыновья и наследники Царствия Небесного, которых имена написаны в книге жизни, приимут все сообщенное тобою с радостью и чистым сердцем, прочитают с любовью, постараются выполнить написанное и передадут другим, доставив и им пользу. Но те, кто сердцем привязан к суете земной, кто, живя в мире, заботится только о мирском, ум и сердце которых помрачены греховными помышлениями, рабы плотских похотей и гордости житейской — таковым невероятными покажутся слова откровения сего. Они не только не примут его, но еще и посмеются и поруга­ются над сим откровением.

Кто же осмелится оклеветать Бога, будучи сам очевидцем такого откровения, какого никто из святых не видел и в писаниях не передавал, что Я открыл тебе, Григорие, по ходатайству Василия, угодника Моего великого? Но, скажут миролюбцы, неужели же этот более Петра и Павла, Моисея и Даниила, и прочих всех святых пророков, великих и славных, и богоносных отцов и вселенских учителей, если от тех никто не узнал подобных неизреченных тайн, которые сокрыты от всех и ведомы Единому Богу? И другим образом будут уничижать и укорять тебя и сказанное и опи­санное тобою видение, старческими баснями будут называть — ты же оставь укоры их без внимания. Знай, что чрез них открываемой истине будет противодействовать отец лжи — сатана. Постарайся всем и каждому рассказать сие откровение и записать его в книгу с точной подробностию. Передай всем Моим Святым Церквам и верующим во второе Мое пришествие. Скажи патриархам, епископам, священникам Церквей Моих, что скоро прииду и должное воздаяние принесу с Собой.

Блаженны будете, если украсите души ваши добродетелию, как украшает себя невеста в день брака для жениха своего. Но горе, вечное горе тому, кто вознерадит о спасении своем и врученном ему стаде. Таковой подвергнется вечному осуждению. Если кто не приложит всего усердия и заботы о спасении души своей, но обольстится земными прелестями богатства, почестей мира, и наслаждением плотским, и суетой скоропреходящей, и славой человеческой — взыщу погибшие души от рук их и подвергну их сугубому осуждению и казни. Скажи это и в монастырях живущим. Я, по милосердию Своему, не хочу смерти грешников, но жду обращения их и покаяния с исповеданием.

Вот, Я Господь Бог, Который любит правду, изливает милость и человеколюбие. Благодать Моя открыта созданию Моему. Врата рая и Царства Моего — отворены. Все вам уготовано — жду вас всех с распростертыми объятиями. Я Господь, готовый все вам простить, все, чем вы Меня оскорбили, — только омойте слезами покаяния и сотрите нечистоту греховную сокрушением сердечным. И Я вас осыплю небесными дарами.

Для спасения людей Я был распят, ради них Я много пострадал от непокорных иудеев. Я милостив ко всем, искренно кающимся, и прощаю им все грехи: по смерти же нет уже больше покаяния, нет пользы в слезах и молениях. Чем может помочь тогда себе нераскаявшийся грешник?.. На суде Своем строго накажу согрешившего. Не Я обличаю вас в грехах ваших, но вы сами тогда, на суде Моем, себя осудите, видя свою гнусность и непотребство. Я ничего не утаил от вас того, что могло бы послужить вам на пользу, и дал вам свободную волю, предоставив добровольно избирать по своему желанию. Что хотите, избирайте себе: или жизнь вечную в Царстве Небесном, или вечные муки во аде.

Вот, Я, Сын Божий Иисус Христос, вовеки живущий со Отцем Моим и Святым Духом, — это все говорил Я и прежде через Моих пророков, и апостолов, и церковных учителей, которые в писаниях все это изложили и после себя вам оставили, чтобы, последуя их учению, спаслись, избегая еретических заблуждений и соблазнов. Сие сказал Я вам, что небо и земля прейдут, а слова Мои не прейдут. Истину сказал вам непреложную». И окончил Господь наш беседу ко мне, недоойному.

Вставши от земли, на которой лежал пред Господом, я хотел войти чрез врата за Господом и просил об этом святого Ангела, водившего меня. Но он мне не позволил, сказав: «Невозможно войти туда находящемуся в теле». А я думал, что действительно уже мир изменился и настала вечная нетленная жизнь. И в тот час я проснулся, содрогаясь от страшного и чудного видения сего!..

Я удивлялся про себя: что значит это страшное видение? Сильный страх охватил меня, и я был в недоумении много дней. Несколько дней я не выходил из келлии моей, припоминая все виденное и слышанное и желая скорее записать все в эту книгу, чтобы со временем не забыть... Я горячо молил Господа, чтобы Он послал благодать Свою мне и просветил ум мой, чтобы исполнить все поведенное Им.

 По прошествии нескольких дней виденное мною пришло мне на память подробно — все, что я видел и слышал. И я поспешил записать как можно подробнее — не красноречием блистая и не мудростию философствуя, но просто и понятно записал все по порядку, наставляемый и научаемый Богом.

Закончив свой труд, я отправился к преподобному Василию. После обычной молитвы и благословения преподобный велел мне сесть. Побеседовав со мною о душевной пользе, он сам рассказал мне о моем видении, тем уверив меня в том, что откровение это от Бога.

Потом преподобный сказала «Блажен ты, чадо Григорие, сподобившийся такой благодати от Господа. Ты хотел видеть некое духовное видение, и вот я молил Человеколюбие Божие, дабы исполнил твое прошение Господь, более же всего о вере иудейской. И вот ты получил об Бога такое преславное дарование на пользу тебе и иным многим.Постарайся исполнить все сказанное тебе Богом, потому что близ, при дверях отшествие мое, как о том сказал мне Господь. Если же хочешь сотворить память моей худости и моего худого жития, приложи его к видению, показанному тебе от Бога. Да послужит и оно на пользу тем, кто придет в этот мир после нас, во славу Христа, Истинного Бога нашего.

Ты же, чадо, не превозносись Божественным откровением, не ослабевай, в небрежении изживая время жизни своей. Испытывай себя каждый день, как добрый купец, — о том, что приобрел ты, а в чем потерял для души своей. Имей страх Божий и память смертную. Заповеди Господни соблюди, более же всего не осуждай никого согрешающего и не поминай зла обидев­шему тебя и досадившему тебе. Постарайся избежать шуией части и потрудись, исполняя все, что слышал от меня и что было открыто тебе Богом, дабы быть сопричтенным части десной. Если соблюдешь все это, то встретимся и в будущей жизни, если Господу будет то угодно». Этими и многими другими словами поучал меня преподобный Василий, предсказал же и о буду­щей моей жизни.



Примечания

1. Лев VI Мудрый — византийский император с 886 по 912 гг. Александр — его брат и соправитель.

2. Асия — западная провинция Византийской империи, включающая города Эфес, Лаодикию, Филадельфию, Смирну и др.

3. Патриций — высокий сановник империи; со времени Константина Великого до начала XI в. — высший чин придворного ведомства явился и как его имя... На эти вопросы Самона святой Василий не дал ответа. Тогда Самон приказал подвергнуть святого праведника жестокой пытке: раздеть его и бить воловьими жилами. Но и при помощи этих истязаний ему не удалось ничего узнать от святого. Избитого до полусмерти на руках отнесли в темницу и в ней заключили. На другой день жестокий Самон снова послал своих слуг в темницу и приказал им привести святого для нового допроса и, значит, для нового мучения; но каково же было изумление его слуг, когда они, подойдя к темнице, увидели, что темница заперта, а святой Василий стоит вне ее совершенно здрав и невредим.

4. Противоестественные грехи, которые были особенно распространены в библейском городе Содоме, за что Господь и истребил его, вместе с Гоморрой, с лица земли (Быт. 18, 20;19, 24-25).

5. Нервная болезнь, сопровождающаяся своеобразным судорожным расстройством движений; в XIV в. в Германии так именовалось психическое заболевание с характерным двигательным возбуждением и пляской; по преданию, эти больные находили исцеление при посещении часовни, посвященной св. Витту.

6. Роман I Лекапен, соправитель Константина VIII (Багрянородного) с 919 по 948 гг.

7. Константин VIII Багрянородный — византийский император с 912 по 959 гг.

8. Сын Константина Багрянородного Роман II занимал византийский престол с 959 по 963 гг.

9. Эфиопами (по названию народа, населяющего область Африки к юго-востоку от Египта, отличающегося черным цветом кожи) христианские писатели часто называют мрачных духов злобы.

10. Еф. 5, 12.

11. Быт. 8, 21.

12. Т. е. пополняют число низвергнутых на дно ада и таким образом вступающих как бы в родство со злыми духами, подвергаясь с ними одинаковой участи.

13. Пс. 127, 2.

14. Место, где проводятся конские скачки.

15. Ин. 5, 23.

16. Ин. 8, 19.

17. Ин. 5, 43.

18. Мф. 23, 38.

19. Мф. 21, 19.

20. Втор. 31, 16—17. Неточн. цитата.

21. Пс. 67, 2.

22. Имеется ввиду разрушение Иерусалима Титом, сыном римского императора Веспасиана (69—79 гг.), впоследствии императором (79—81 гг.).

23. Пс. 15, 4.

24. Откр. 2, 9; 3, 9.

25. 1 локоть = приблизительно 0.5 метра

26. Ин. 14,2

27. Рим. 1,15

28. 1Кор. 15,41

29. Господь Иисус Христос сказал: Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну — Ин. 5, 22

30. Суд. 2, 13.

31. Цар. 12, 28-33

32. Агаряне — арабские племена, потомки Измаила, сына Авраама от Агари, рабыни-египтяныни. Эти народы приняли мусульманскую веру, и потому агарянами церковные писатели называют обычно мусульман.

33. Так именуются Ангелы, Архангелы, Начала, Власти, Силы, и т.д. (всего девять чинов ангельских).

34. Лк. 8, 17.

35. Слав.: имеющие много очей.

36. Мф. 8, 12.

37. См. Мф. 25, 31-45.

38. Мф. 5, 5

39. Лилия

40. Александрийский пресвитер Арий учил, что Сын Божий есть только первое и совершеннейшее творение Божие, но не Бог, и не безначален, но сотворен во времени, и если называется Богом, то не по существу, а только потому, что Он выше всех тварей по Своим совершенствам. Лжеучение его было отвергнуто Церковью на Первом Вселенском соброе в Никее в 325г.

41. Македонии отрицал Божественную природу Святого духа и называл Его тварью или силою, равно подчиненною как Сыну, так и Отцу. Ересь Македония была осуждена на Втором Вселенском соборе в Константинополе в 381 г.

42. Лжеучитель Нестории утверждал, что Дева Мария родила человека Христа, с Которым Бог был соединен только нравственно, обитал в Нем, как в храме, подобно тому, как прежде обитал в Моисее и других пророках. Поэтому и Самого Господа Иисуса Христа Нестории называл Богоносцем, а не Богочеловеком, а Пресвятую Деву Христородицею, а не Богородицею. Ересь его была осуждена на Третьем Вселенском соборе в Ефесе в 431 г.

43. Севериане — разновидность монофизитской ереси, по имени ересеучителя Севера. Лжеучение монофизитов (основоположником которого был константинопольский архимандрит Евтихий, поддерживаемый александрийским патриархом Диоскором), впадая в противоположную Несториеву лжеучению крайность, утверждало, что в Господе Иисусе Христе человеческое естество было поглощено Божеством, и потому в Нем следует признавать только одно Божеское естество. Ересь монофизитства была отвергнута на Четвертом Халкидонском Вселенском соборе в 451 г. После собора появилось множество разновидностей монофизитства. Севериане были «умеренными» монофизитами и утверждали, что плоть Христова до Воскресения была тленной. Другие же считали, что тело Христово было нетленно с самого Воплощения (юлианисты). Учение Севера было осуждено, а сам он анафематствован вместе с другими еретиками-монофизитами на Поместном соборе в 536 г. Ересь иконоборчества была осуждена на Седьмом Вселенском соборе в Никее в 787 г

44. Ин. 10; 30, 38

45. Втор. 18, 15-19.

46. Быт. 49, 10. Неточн. цитата.

47. Эта глава взята из кн.: «Страшный суд Божий». С. 60—61; название дано нами. — Ред

48. Император Диоклитиан — последний и один из самых жестоких в истории Древней Церкви (до св. равноап. Констан¬тина) гонитель христиан (284—305; гонение Диоклитиана и его соправителей и преемников продолжалось с 303 по 311 гг.). Очевидно, такова же участь и всех гонителей христиан — древ¬них и ближайших к нам по времени

49. Мф. 19, 28

50. Стадия - мера длины древних феков, равная 150-189 м (240 шагам).

51. Пс. 4, 10

52. Стол

53. Кор. 5, 17.

Тематические страницы