Церковь должна воплотиться в мир

Церковь должна воплотиться в мир
Продолжаем разговор о том, что такое Церковь. На сей раз текст о вИдении идеала Церкви, а не о проблемах. Этот идеал каждый может примерить на себя и подумать - хотел бы он жить так, как здесь написано, и что он готов для этого сделать? Я не знаю точно, где и как я вхожу в Церковь Христову, где границы ее, но знаю, какой образ Церкви мне ясен. Посмотрим на Церковь, как на дом, где нас ждут. Представьте, вы узнали, что есть Отец, о котором вы даже не думали. Он пришел, чтобы найти вас. Он заплатил за это жизнью, но преодолел смерть и знает, как помочь вам. Он ждет. Человек свободен в своем устремлении или равнодушии, жизни или смерти. Истинная же свобода достигается только в познании абсолютно свободного Бога Отца через причастие Его абсолютно свободному Сыну в соединении с абсолютно свободным Святым Духом. Только наше устремление может дать нам что-либо, только наше приятие того или иного - даст нам это, наше приложение воли - определяет характер жизни и смерти. Священник лишь проводник, священник - слуга Господа всем ищущим Его, всем, кого ожидает Он, Господь, Отец Небесный. Giotto - Scrovegni - [30] - Washing of Feet Священник служит Господу и людям, как добрый встречающий в доме Господина и Отца - принимает гостей, отводит места, кормит и поит по распоряжению устроителя пира, принимающего детей; священник - старший брат, обязанность которого - выполнять волю Отца и служить братьям своим, как старший сын и первый наследник, как доверенный сын перед Отцом и в силу любви к Отцу - печется о маленьких братьях своих, о братьях только вошедших. Отсюда - священник стоит, говорит, обходит каждого, и предстоя Господину - просит за младших своих, заблудших, но найденных братьях, выкраденных и вернувшихся. А братья сидят, стоят, сослужат - быть может те, кто давно в доме Отца своего; все - участники трапезы, трапезы мира и примирения. Это трапеза узнавания, трапеза радости и благодарения - друг со другом, в жарком желании узнать Отца своего и найти еще не найденных братьев, на поиски которых отправятся тут же. Как помочь братьям, не повредив им, стать узнаваемыми, принимаемыми ими? Как посланник и брат говорить к ним. Говорить так, чтобы уверовали в то, что скажешь - что Отец, Родитель - жив и зовет в дом, в наследники жизни. Как тонко и терпеливо, как просто и искренне это должно прозвучать, чтобы они обратились к Отцу?! Стать солью мира, наполнить присутствием и делом - весь мир, чтобы мир, уверившись в нас, поверил нашему свидетельству об Источнике Жизни. Братья собираются за столом Отца и рассказывают о не обратившихся еще братьях своих, которых нашли и увидели, в каком они положении. За столом Отца своего, в доме Отца своего - речи к Нему за советом, весть о том, как Он нашел их, примеры того, как найдены были другие и просьбы к Отцу принять как можно скорее этих других. hello_html_m46d34db8 Это трапеза возвращения жизни - трапеза каждого дня, трапеза любви и свободы в доме Отца, в доме, где Отец принимает детей, а принимает Он их - всегда, принимает в течение уже многих столетий. Братья делятся своей общей радостью, разменивают ее на дела создания новой жизни, где скорее можно будет встретить Отца, разменивают - на дела сострадания, которые целят тех, кто полон боли и недоверия к жизни. Невозможно в доме любви жить по законам вне этой любви. Невозможно послушание старшим братьям, если это не выбор младшего, невозможно примирение с Отцом, если только часть братьев мирится с другими, - тогда получаются не все равны в любви своей и Отца своего. Армия - не семья, монастырь - не семья, но в семье могут быть те, кто ведет себя как солдат, как монах - выбор личностный. Отец - печется обо всех и Он принес себя в жертву ради жизни. Мы приходим в дом отца - целиком. Мы несем в себе целый мир и мир этот, при встрече с Отцом - становится больше, больше наших былых представлений о мире. Обретается место для жизни, развития; случается преображение нашего мира любовью Отца. Но мы не отказываемся от себя, когда обретаем Отца, мы просто растем, мы живем - единственно возможной жизнью, когда потребительство заменяется творчеством - через себя в обращении к Богу. Вопрос в том, когда мы предстоим Господу, обращаемся к Нему, ищем Его, а когда - заняты сами собой или другими, когда весь мир схлопываем до самих себя или другого человека, людей, непонятных людей, не-приятных людей, не принятых нами людей... Наше тело и разум - как музыкальный инструмент. Наш дух, обращаемый к Господу - ищет Отца. Мы входим в дом, приносим и предлагаем инструмент свой, и Мастер настраивает его, и мы звучим чисто. Музыка становится чистой. Мы принадлежим миру, как музыкальный инструмент принадлежит музыке. Мир преображается в нас и нами в нашей обращенности к Господу. Но странно будет, если мы выкинем музыкальный инструмент, инструмент тела и разума, знаний и талантов, и придем с пустыми руками - к Мастеру, к Отцу, к Господу. Cantigas_1260_Spain_Guitarra_Latina_and_Moresque_BEST_clr-deta Странно, если оставим за порогом дома то, чем владеем, и то, чем пользуемся для блага братьев своих и явления любви к Господу. Музыка радости за трапезой жизни, трапезой мира и примирения в Господе, музыка чистая, мы выносим ее за ворота и мы дарим ее братьям своим, с тем, чтобы пришли они в дом на трапезу жизни. Церковь Христова - не в законах монастыря или армии духа. Церковь Христова - в любви братьев и Отца их, где каждый приглашен в дом и каждый в нем волен; горе, если эта воля задевает других и далека от любви. Церковь, мы сами, как Христос - не можем не выйти в мир, стать миром, воплотиться в мир. Люди, как Церковь, как Христос - призваны пострадать и воскреснуть. Братья, станем Церковью Христовой, если ищем Отца Небесного. Но в одиночку - не сбыться.