Житие Нифонта Кипрского

Уникальный памятник житийной литературы X–XI вв. (хотя действие разворачивается в IV в.). Было крайне популярным в «народном» православии Средних веков. Сюжет кажется типическим: раскаявшийся грешник становится святым. Но интерес в том, как это описано.

Первое, что бросается в глаза: темы насилия, власти и тела. Мир сей и ад описывается как система насилия, крайне сгущенной телесности, переживающей жестокость и унижение. Страшный в своей «обыденности» эпизод: «Блаженный Нифонт увидел, как бесы влекли душу в ад. Это была душа одного раба, которого господин изнурял голодом и бил; он не стерпел такого мучения, и, по наущению беса, взял веревку и удавился». Бесы тащат грешников, зацепив их сердца веревкой, — а те даже не понимают. Бесы борются с Нифонтом, бросая его в колодец, колотя его, пугая и прочее. Нифонт в юности ссорится и дерется, бесы понукают людей к ссоре». «Госпожа, с которой жил Нифонт, наставляя его, ссорилась с ним, бранила и била его». Сам ад построен как жестокая система подчинения и насилия: бесам «нет пользы» от гибели души, но их «князья, узнав, что они не борются с людьми, то жестоко бьют их». Дальнейшее развитие темы насилия соблазнительно: в логике, которую можно было бы назвать логикой Креста («смертью смерть»), Житие рисует, как блаженный обращает насилие против него самого. Он бичует себя столь сильно, что от него отделяются «куски тела», за празднословие и осуждение наносит сорок ударов себя по лицу. Эта амбивалентность достигает пика в видении Нифонтом Евхаристии: ангел «заколол прекрасного отрока и выпустил кровь в св. чашу». Но после совершения Таинства «отрок вдруг опять оказался целым».

Таким видится мир глазам святого Нифонта. Из хорошей семьи, способный и благочестивый в детстве — в юности он погружается в грех. Дойдя «до дна» он вырвался благодаря своему другу, который «не узнал его», из-за «страшного лица» (такие страшные и угрюмые лица видит Нифонт и у бесов). Он начинает покаяние. Величайшее из множества его испытаний — сомнение в бытии Бога — дьявол говорит ему: «Ты заблуждаешься, Нифонт, Бога нет, ибо где Он?», «Что ты говоришь: есть ли Христос? Нет Христа: я один всем владею и царствую над всем, кто тебе сказал, что есть Бог или Христос?»

Покаяние суть освобождение, путь из мира власти и насилия в мир свободы и кротости (первая заповедь: «вывел из дома рабства»). Нифонт понимает, что свободен от агрессии бесов, помолившись Богородице. Бесы укоряют своего князя: «Смотри, как имя Иисусово прославляется теми, которых мы когда-то держали в своей власти, — где же наша сила? Ее одолели, и царство наше разрушилось». В русле сомнений Нифонта о Боге и вере Житие дает такой эпизод: Нифонт спрашивает ангела: «Отчего же ты не накажешь его [грешного человека, хранить которого «приставлен» ангел], чтобы он отстал от греха?

Я не имею возможности, — отвечал ангел, — приблизиться к нему, так как с тех пор, как он начал грешить, он раб бесов, и я не имею над ним власти: ибо Бог сотворил человека со свободной волей и показал ему узкий путь и широкий, чтобы он ходил, по какому хочет».

Итак, ангел не может наказывать, наказание не ведет к Богу, человек свободен. Свободой же — своей и Бога — он и спасается: «нет греха, превышающего человеколюбие Божие». Мрачное лицо Нифонта-грешника сменяется «светлым как солнце» лицом Нифонта-святого.

«У него всегда было веселое и светлое лицо, так что некоторые недоумевали и говорили:

— Что это значит, столько лет он ходил угрюмый, а теперь радуется и весел?

У святого же явилось мужество против бесов, насмехаясь над ними, он говорил:

— Где те, кто утверждали, что нет Бога?»

Кажется, предлагаемый перевод сильно урезан в сравнении с оригиналом. О житии см. Иванов «Блаженные похабы».