Стихи Ольги Седакововой На этой записи Ольга Седакова читает полностью свои сборники «Китайское путешествие», «Старые песни», «Тристан и Изольда», а также стихи из других сборников и отвечает на вопросы слушателей. О поэзии говорить сложно: просто приведем одно из стихотворений Седаковой: Похвалим нашу землю, похвалим луну на воде, то, что ни с кем и со всеми, что нигде и везде — величиной с око ласточки, с крошку сухого хлеба, с лестницу на крыльях бабочки, с лестницу, кинутую с неба. Не только беда и жалость — сердцу моему узда, но то, что улыбалась чудесная вода. Похвалим веток бесценных, темных купанье в живом стекле Ольга Седакова — не только прекрансый поэт, но и нетривиальный мыслитель. У нас вы найдете несколько ее лекций.

---

---

  «Стихи духовные» Сергея Аверинцева Аверинцев — филолог, христианский мыслитель, великолепный эссеист — был еще и поэтом. Приведем его, наверное, самое удачное стихотворение: Что нам делать, Раввуни, что нам делать? Пять тысяч взалкавших в пустыне — а у нас только две рыбы, а у нас только пять хлебов? Но Ты говоришь: довольно Что нам делать в час посещенья, где престол для Тебя, где пурпур? Только ослица с осленком да отроки, поющие славу. Но Ты говоришь: довольно Иерей, Иерей наш великий, где же храм, где злато и ладан? У нас только горница готова и хлеб на столе, и чаша. Но Ты говоришь: довольно Что нам делать, Раввуни, что нам делать? На Тебя выходят с мечами, а у нас два меча, не боле, и поспешное Петрово рвенье. Но Ты говоришь: довольно А у нас — маета, и морок, и порывы, никнущие втуне, и сознанье вины неключимой, и лица, что стыд занавесил, и немощь без меры, без предела. Вот что мы приносим, и дарим, и в Твои полагаем руки. Но Ты говоришь: довольно.

---

---

  Стихи Тимура Кибирова Тимур Кибиров — безусловно, один из лучших современных поэтов. Когда говорят нечто подобное, обычно имеют ввиду нетривиальную манеру, новые методы поэзии и особое «своё» содержание. У Кибирова все это есть: манера стихов нова и узнаваема, ее ни с чем не спутаешь. С одной стороны, это «соц-арт», концептуализм, активное цитирование и пересмешничество, унаследованные от позднесоветского андеграунда, с другой — удивительное настроение детства: простота, ясность, лиричность в лучшем значении этого затертого слова. Кибирова никак не отнесешь к «заумным», «темным» поэтам, хотя он объективно и принадлежит к «авангарду». В наши эти дни это редкое сочетание: постмодернисткая «техника» стиха и непосредсвенный человечный голос. Что касается содержания, богатого и разнообразного, скажем только, что Кибиров — подлино христианский поэт: не проповедник, не автор акафистов, но поэт, скорее, с христианским настроением и мировоззрением.

---

---

  Стихи священника Сергея Круглова Критик Борис Дубин писал о стихах о. Сергия: «Стихотворения Круглова, созданные в 2000-е годы, стали одной из самых неожиданных новаций в сегодняшней русской поэзии: осуществленный в них синтез «религиозного» и «авангардного», «провинциального» и «всемирного» значительно меняет самопонимание современного человека. Наиболее важна в этих стихах новизна оптики, действующая «поверх» любых культурных и религиозных аллюзий — произведениям «нового» Круглова свойственно переживание мира как творчески действующей катастрофы, которая требует от человека личного соучастия — мучительного и радостного».

---

---

  Стихи Бориса Херсонского Итак, вот поэзия “разлома”, “экзистенциального кризиса”, когда “притяжение прошлого огромно”, а “будущее находится в абсолютном тумане” (все здесь закавыченное — из интервью). Для меня особенно важно, что поэзия эта — плод верующего сознания, открытого для неверия. Порой кажется, что творчество религиозных смыслов в художественном пространстве более всего возможно сейчас именно на этом болезненном пути. Вера на скорбной душе запеклась лихорадкой. Отпадет — и розовый рубчик заметен едва. Избави Бог! — не рубчик, глубокий шрам останется, особенно при уме и таланте. Но нам-то вместе с поэтом ходить по этим кругам исторического ада и душевного чистилища, находя выход, теряя его и снова находя, — большая удача и подмога». — писала о поэзии Бориса Херсонского критик Ирина Роднянская.

---

---

  Собрание Елене Шварц «Елена Андреевна Шварц — петербургский поэт; не сомневаясь, уточню — великий и редкостный поэт. Ее (как и других прекрасных поэтов этого поколения, принадлежавших «второй культуре», то есть не публиковавшихся в СССР, — Виктора Кривулина, Александра Величанского) «широкий читатель» у нас знает совсем мало. Это горько — и, я бы сказала, стыдно. Стихи Шварц переведены на все, вероятно, европейские языки, ее изучают в Сорбонне и Оксфорде. Она написала много — четыре тома ее сочинений изданы в 2008 году в «Пушкинском фонде». Это богатый и совершенно своеобразный мир. Елена Шварц относилась к поэзии как к служению (почти забытая в скептической современности позиция). «На миг вместивший мира боль и славу» — так она видела дело поэта. Все ее сочинения и ее жизнь были обращены к Творцу, и образцом поэта был для нее Псалмопевец Давид («Танцующий Давид» — называлась ее первая, изданная в Америке книга)» — писала о Шварц Ольга Седакова.

---

---

 

---

---

  Сочинения и фотографии Ивана Жданова Арсений Тарковский в последние годы своей жизни называл Ивана Жданова лучшим поэтом современности. Лауреат премии Андрея Белого (1988), первый лауреат премии Аполлона Григорьева Академии русской современной словесности (1997), лауреат литературно-кинематографической премии имени Арсения и Андрея Тарковских (2009). Поэзия Жданова отличается крайней метафорической плотностью, необыкновенной музыкальностью, религиозно-философской глубиной.

---

---

  Стихи Георгия Адамовича «Образ можно отбросить, значит, его надо отбросить. Образ, по существу, не окончателен, не абсолютен. Если поэзию нельзя сделать из материала элементарного, из «да» и «нет», из «белого» и «черного», из «стола» и «стула», без каких-либо украшений, то Бог с ней, обойдемся без поэзии! Виньетки и картинки, пусть и поданные на новейший сюрреалистический лад, нам не нужны. Основное было именно в ощущении: то, что может поэзией не быть, не должно ею казаться, недостойно ее имени. [...] В поэзии должно, как в острие, сойтись все то важнейшее, что одушевляет человека. Поэзия в далеком сиянии своем должна стать чудотворным делом, как мечта должна стать правдой: если вдуматься, это то же самое», — писал о своей поэзии Адамович. Приведем стихотворение Адамовича, иллюстрирующее эти слова и, кроме того, его отношение к христианству. Но смерть была смертью. А ночь над холмом Светилась каким-то нездешним огнем, И разбежавшиеся ученики Дышать не могли от стыда и тоски. А после… Прозрачную тень увидал Один. Будто имя свое услыхал Другой… И почти уж две тысячи лет Стоит над землею немеркнущий свет. «Свет», «нездешний огонь», «прозрачность», «немеркнуший свет» — это сердце поэзии, мысли Адамовича. Христианство Адамовича «сложно», «зыбко»: он сомневался, недоумевал, критиковал. Однако «нездешний свет» христианства все равно всегда оставался для него «самым важным». Адамовичу пренадлеждат «Комменатрии» — собрание коротких эссе, великолепных по тонкости мысли, метнкости замечаний, красоте стиля.

НАЧАЛО ЗДЕСЬ