Категории

        

Дневник. 1860–1861. Созерцательное богословие. Крупицы от трапезы Господней

Скачать fb2   mobi   epub  

Иоанн Кронштадтский. Дневник, том III. 1860-1861. Созерцательное богословие. Крупицы от трапезы Господней.

Содержание

Том III

Предисловие

Дневниковые записи святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, составившие настоящий том, датированы концом 1860, а в основном —1861 гг. Записи дневника отца Иоанна этого периода его жизни, как и предыдущие, богаты глубокими духовными размышлениями, и главная их тема — размышления о Боге.

«Кто есть Бог?» — спрашивает отец Иоанн и отвечает: «Бог есть Тот, без Кого не может существовать и быть мыслима ни одна пылинка», без Которого «ничто не бывает», так как Он — «Сый — во всем, чрез всех и все». На протяжении всей дневниковой тетради отец Иоанн постоянно возвращается к этой теме: «Бог есть такое Духовное Существо, от Которого все и без Которого немыслимо ничто: в Ком — начало, продолжение, жизнь и сохранение всего, Который выше бесконечно всякого времени и пространства, Который не на чинался никогда и никогда не окончится… Который — весь везде… — одним словом. Бог есть Сый, то есть как бы един Сущий, един. Который есть».

«Един Сый и весь на всяком месте Триипостасный Владыко, слава Тебе от всякой твари!» — записывает отец Иоанн крупно, подчеркивая мысль о Троичности Бога, и утверждает в заключение, что понять эту тайну человеку не дано: «Бог Отец — Жизнь, Бог Сын — Жизнь, Бог Дух Святый — Жизнь — Троица Святая… Бог, в Троице поклоняемый, в Самом Себе есть».

Размышляя о взаимоотношениях Бога и Его творения — человека. Батюшка записывает: «У Бога, говорит пословица, псе близко… Бог всегда одесную нас, где бы мы ни были… Как всесоздавший и един Сый, Господь знает всех, как Себя — все мысли, желания, намерения, слова и дела людей настоящие, прошедшие и будущие». «Вездесущие Божие — пространственное и мысленное, — пишет он, — то есть везде Бог — в пространственном отношении и везде — в мысленном: куда ни пойду я телесно или мысленно, везде я встречу Бога и везде мне навстречу Господь».

Мы много узнаем о духовных исканиях Кронштадтского пастыря, о глубине его поисков, требовательности к себе, о приобретениях в этих поисках постижения истины. Отец Иоанн внимательно исследует свой опыт общения с Богом: «Ты ощущал в себе не раз пришествие Святого Духа внезапное, незаметное, быстрее молнии (электричества): твои внутренности в мгновение проникались и оживотворялись легким, упокояющим огнем Божества, Его преестественным дыханием… Святым Духом твое сердце мгновенно воспламенялось». Это происходит, по словам отца Иоанна, невидимо, «ибо Дух Божий есть чистое отрицание материи, противоположное ей совершенно…» «Бог есть мысленное, благостное Начало, чисто духовное. Потому в действиях Его на душу твою Он является как мысленный Свет, как удовлетворение и успокоение всех душевных твоих сил, как Любовь, услаждающая сердце сладостию несказанною… Ничем так не святится имя Божие, как взаимною любовию: ибо Бог любы есть».

Бог есть Истина, Бог есть Жизнь, Бог есть Любовь, Бог — Надежда христианская. Эти темы отец Иоанн затрагивает в дневнике постоянно. Но, пожалуй, больше он уделяет здесь внимания последнему: Бог — Надежда христианская.

С первых же дневниковых страниц встречаем записи на эту тему: «Мы должны говорить о надежде нашей на Христа и на вечное блаженство, обещанное нам Христом…» « Что есть надежда христианская? — вопрошает отец Иоанн. — Соединение с Богом — вот надежды предмет… Надеяться на Бога — значит поручать Ему свою жизнь, свою судьбу, всю свою будущность и с уверенностью ждать исполнения Его обетовании. Надежда происходит от веры… Надежда христианская дышит молитвою, как воздухом, поддерживается и укрепляется животворящими Тайнами, чтением или слушанием слова Божия или писаниями святых отцев, собственными добрыми делами каждого… Кто надеется на человека, тот отступил сердцем от Бога… Такие люди и молиться правильно не могут… Едина надежда на Бога ничего не боится».

Записям о надежде христианской предшествовали горькие раздумья отца Иоанна о современном ему обществе, которое далеко отошло от Бога. Батюшка восклицает: «Боже мой! Как сильно чувственность овладела всеми христианами! А от такого преобладания чувственности над духом, посмотрите, какая во всем роскошь… Человечество сделалось пропастью, все поглощающею и никогда не наполняемою. При естественном стремлении духа нашего к бесконечности и при чувственном его направлении оно изобрело бесконечно много разных, прежде неизвестных потребностей и тем ограничило до бесконечности свою свободу. Боже мой! Жалко человечество! Еще жальче христианства! Твоею ли это Кровию искупленные рабы, Господи Иисусе Христе? Истребил враг у многих христиан надежду на будущие блага и всю надежду человека, асе сердце его привязал к благам чувственным».

Размышляя о Боге и человеке, говоря, что надежда людей в Ноге, отец Иоанн много внимания в дневнике уделяет молитве как способу общения человека с Богом. Отец Иоанн напоминает: «“Молитеся, да не внидите в напасть”, — говорит пред самыми страданиями два раза Господь ученикам Своим». Отец Иоанн очень высоко ценит молитву, ищет и находит точное выражение своей мысли: «Можно ли непрестанно молиться? — Можно, как можно непрестанно дышать. Молитва — дыхание жизни… Молитва есть возношение ума и сердца к Богу, созерцание Бога, дерзновенная беседа твари с Творцом… Молитва — исправление жизни, мать сердечного сокрушения и слез… Молитва — безопасность жизни, уничтожение страха смертного… ожидание всемирного Судии, общего воскресения… непрестанное искание милости (помилования) у Владыки… живая вода души… низведение неба в душу… Молитва — доказательство моей разумной личности, моей богообразности. Залог моего будущего обожения и блаженства. Молитва внушает мне, что я — образ Божий… Молитва есть знак моего великого достоинства, которым почтил меня Создатель».

«Какова должна быть наша молитва? В храме? Дома? На всяком месте? Какова бывает?» — вопрошает отец Иоанн и дает глубокие ответы на эти вопросы, советы, поучения, как нужно молиться:

«Научиться истинно молиться — значит научиться быть истинно счастливым и блаженным… При беседе с Богом нужно твердо помнить, с Кем беседуешь, и выражать крайнее благоговение и положением тела, и голосом, и взором, а прежде всего — сердцем и мыслию. Нужно каждое слово молитвы довести до сердца… На молитве особенно нужно заботиться о мире души, ибо где мир, там Дух Святой… Необходимо возбуждать сердце свое к молитве: иначе совсем заснет. Любовь к Богу, искренность, простота — вот свойства молитвы… Молиться надо духом, потому что Бог есть Дух, а не плоть; истинно, а не лестно, потому что Бог есть Истина».

Молиться надо духом и истиною — много раз повторяет это отец Иоанн.

«Молитва да будет добровольным, свободным приношением Господу, а не неохотным и принужденным… Молясь, нужно так веровать в силу слов молитвы, чтобы не отделять самих слов от самого дела, выраженного ими… как у Господа слово и дело нераздельны…» «А поскольку мы маловерны, — пишет отец Иоанн, — оттого и бессильны и бесплодны наши молитвы».

Отец Иоанн сам составил несколько молитв Господу и записывает в дневнике: «Чтобы избавиться мне от этого страшного искушения, я сам составил молитву Господу моему, чтобы Он даровал мне благодать… молился ею каждый день и не перестаю молиться: и Он внял моей молитве».

Отец Иоанн делится своим опытом молитвы: «Молясь, я верую твердо, что 1) Бог есть един Сый и потому везде Сый… и следовательно, одесную меня, 2) что я образ Его… 3) что Он — бездна благости… и 4) что Он Сам уполномочил меня молиться Ему».

«Говорят: мы скоро устаем молиться. Отчего? Оттого, что не представляете пред собою живо Господа… а смотрите на Него непрестанно сердечными очами, и тогда и ночь целую простоите на молитве — и не устанете. Что я говорю: ночь? — Три дня и три ночи простоите — и не устанете».

Отец Иоанн неоднократно благодарит Божию Матерь за помощь по молитве к Ней: «Дивна Ты, Преблагосердая Владычице, в милостях Своих. Се, я ношу образок иконы Твоей Тихвинской на груди своей… и премудрость Божия льется, как река, с языка моего… Владычице и Госпоже моей Пресвятой Богородице восписую благодарственная я, многогрешный: сегодня два раза по молитве моей избавила Она сердце мог… Возвел я два раза к Ней очи сердца… и избавила Она меня от сомнения моего…»

Отец Иоанн записывает свои размышления о Святых Дарах и причащении: «Приступающие к таинствам покаяния и причащения должны помнить, что тут — тайна Божия, и не должны любопытствовать и совопросничать внутренно, тем менее — сомневаться…» Необходима сердечная вера, что «« самомалейшей частице Святых Христовых Тайн — весь Христос».

«Бога и душу свою, как образ Божий, равно и душу брата, как образ Всетворца Бога, ставь безмерно выше всего. Поступая так, угодишь Сотворившему тебя и будешь на земле влажен», — записывает отец Иоанн свои мысли о человеческой душе. Много размышляет он и о любви к ближнему, об отношении к скорбям, о вере христианской и значении Церкви: «Слово Господа так твердо и неизменно, что им держится весь мир — видимый и невидимый — мир Ангельский и человеческий. Потому и слово Евангелия так твердо… Все, что сказал Господь в Евангелии, так истинно и так твердо, что небо и земля скорее могут прейти и исчезнуть, чем слова Господни, сказанные в Евангелии… Богослужение Православной Церкви, таинства и все молитвы — путь жизни духовной, которым прошли и спаслись святые Божии и которые [то есть Богослужение, таинства…] и теперь оказываются путем жизни для всех верных… Слава вере христианской — православной! Истинный плод ее всегда был и есть единение верующих между собой через любовь и общение благ духовных и вещественных… Истинное христианство и на земле водворяет благополучие, потому что оно смотрит на христиан как на одно великое тело…»

Отец Иоанн пишет о необходимости блюсти чистоту веры, его волнует раскол в христианской Церкви: «Церковь —и это как бы зеленеющее дерево с листьями и плодами: а раскол — это сухая ветвь, отломившаяся от дерева…»

В дневниковой тетради много заготовок для проповеди, советов, обращенных к священнику, много ссылок на собственный опыт: «Когда готовишь проповедь, имей высокое уважение к ней, как к Господню живому семени… чем проще и сердечнее, тем она лучше… помни, что с тобою Господь и Он устами твоими говорит».

Мы встречаем на страницах дневника отца Иоанна оценку состояния современной ему науки наряду с размышлениями о мироздании:

«Идолам покланяются естествоведы, которые в природе не хотят видеть Бога, а одни неразумные силы, придавая им имя природы… Прогресс, ныне существующий, есть прогресс плотского, ветхого человека, прогресс плоти, не духа… Един Бог есть Сый: Он весь на всяком месте так, что Его присутствия не вытесняет ни один малейший атом вещества, но всякий атом вещества Он наполняет — почему и говорится об Нем, что Он везде есть и все наполняет, то есть всякое вещество — великое и малое».

В дневнике отца Иоанна Кронштадтского преобладают записи, носящие духовный характер, но нередко встречаются и записи, приоткрывающие жизнь души самого Батюшки: «Христос — моя жизнь, а без Него все — скорбь и крушение духа. Да буду же я каждую минуту со Христом… Я раб Божий: потому кто законы Бога моего в мыслях моих и в сердце моем написаны, и я присно работаю Ему исполнением Его законов и, если не исполняю, мучусь, а если работаю, мне Господь мой платит за это миром, жизнию сердца… Я — орудие или орган Бога моего; Его мысль в уме моем; Его слово в устах моих; Его весь телесный состав мой. — Да буду же я убежден в этом каждую минуту, да даст Господь твердую руку сердцу моему».

Все мысли записывались отцом Иоанном в его дневнике не с целью их публикации, как он сам об этом говорил, а исключительно для духовного назидания и были плодом его духовно–аскетической работы и вдохновением Божиим. Издание этих богодухновенных писаний имеет для нас неоценимое значение. Каждый читатель, ревнующий о своем спасении и прибегающий к ним, как к источнику живой воды, найдет в них то, что укрепит его веру, умудрит и утвердит его на пути к Богу.

Игумен Петр (Пиголь)

«Иже от не сущих вся приведый! От не сущих да будет прекрасным сущим книга сия. Аминь».

Святой праведный Иоанн Кронштадтский (Из дневника за 1860—1861 годы)

Дневник 1860–1861 годов

3аписи на второй стороне переплета дневниковой тетради

Пироги—враги—верно.

Слово Преосвященного Филарета в неделю 4–ю Великого поста о посте. Заметь, чрезвычайно поучительное Слово! [1]

Пресвятую Богородицу со всеми святыми помянувше, сами себе, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим. [2] Для чего помянувши Пресвятую Богородицу со всеми святыми? Для того, чтобы мы тверже предались Господу: они предали себя Господу: се, раба Господня (Лк. 1, 38), говорит Дева Ангелу и спаслась; предадим себя мы: и спасемся. Еще — для того, чтобы напомнить всем, что они молятся все за нас и сильно содействуют своими Богоугодными молитвами нашему спасению, только бы <мы> сами не ленились. Да не лениви будем, душами ослабляемы (Ср.: Квр. 12, 3).

Сам недостойно пользуясь бесчисленными дарами Господними — духовными и вещественными, по крайней мере с веселием сердца, а не с печалию принимай туне идущих хлебы твоя, и сие будет вменено Владыкою в очищение грехов твоих, в явление правды Божией (Ср.: Рим. 3, 25) над тобою. — Не по праву, думаешь, ест брат твой хлеб твой: а ты по праву ли ешь хлеб Божий? Ах! Если судить по правде, то никто из нас по праву не пользуется Божиими дарами, а только по милости, единственно по милости. О самолюбие наше! О слепота наша! Во оце брата видим всегда один сучец (Мф. 7, 3), когда дело касается нашей собственности, а у себя не видим и целого бревна. Брат не стоит, по нашему мнению, и того, и другого, и третьего, а сами всего стоим. Такие, подумаешь, мы великие, совершенные, многодельные, многополезные члены Церкви и общества! В самом же деле — грешнейшие всех, ничтожнейшие, ленивые, бесполезные члены. — О гордость! Гордость! Гордость! О слепота самолюбия! Считай себя недостойным всех даров Божиих — и сочтешь ближнего всегда достойным даров Божиих, данных тебе!

До сих ли пор ты не считаешь все земное суетою? — Доселе ли не научился надеяться на единого Господа, по Писанию: о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих, жив будет человек (Ср.: Мф. 4, 4)? Доселе ли сердце твое прильпе [3] к земным стяжаниям и к тленной яди? [4]

Смиренный раб Божий, пользуясь дарами Божьими, не смеет их признать своими, но общими и говорит в сердце: они не принадлежат мне вполне, я не достоин их, они — дела благости Божией не ко мне одному, а ко многим, да будут же они достоянием многих.

При изъяснении молитвы Господней скажи наперед о счастии изъяснять молитву Господа, о приготовлении себя к этому изъяснению молитвою и постом.

Иже хощет в вас вящший быти, да будет всем слуга (Мф. 20, 26). — Настену.

Можно ли непрестанно молиться (1 Фес. 5,17)? — Можно, как можно непрестанно дышать. Молитва — дыхание души.

В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7,2).† 

Кто роет яму другому, тот сам в нее упадет (Притч. 26, 27; Сир. 27, 29).

Когда видишь ненавидящего тебя и слышишь от пего слова, дышащие ненавистию, презрением, грубостию и непослушанием, — вразуми его кротко и непременно с любовию, преодолей свое сердце, увлекающее тебя потоком смущения и злобы па него к равномерной ненависти, презрению, грубости и к словам, дыщащим злобою, — и ты победишь его злобу. Слово Божие не ложно: оно находит с избытком достаточную благость сердца к тому, чтобы победить его злобу. Побеждай благим злое, говорит оно, а не побежден бывай от зла (Рим. 12, 21).

Братству М. [5] книги [6]:

1). Златоуст. 2 тома Бесед на Евангелие Матфея.

2). О подвижничестве. — Святых отцев сказания.

3). Светлая Седмица Игнатия. [7]  [8]

Предайся Господу, как разбитая статуя искусному ваятелю или как перержавленное железо — ковачу; послушай во всем Господа, Обновителя нашего растленного грехом естества [9] — и спасешься. Сами себе, друг друга и весь живот наш Христу Богу — Обновителю нашего естества предадим [10] без всякого сомнения.

Что нужно на молитве? Чего должно избегать?

Если деньги не будешь иметь за одно с бреним, или прахом земным, — не избежишь частых мучений сердца, печали, скорби и тесноты (Рим. 2,9)у.

За каждым помыслом нашим следит Владыка.

Что значит отвергнутая себя (Мф. 16, 24)? — Значит отвергнуться своего ветхого, страстного человека (Ср.: Еф. 4, 22; Кол. 3, 9)у, самолюбивого, склонного к ненависти, зависти, гордости, любостяжанию, сребролюбию, скупости, раздражительности, объядению, пиянству, татьбе, прелюбодейству, — ветхого человека, в котором живет, имеет свой престол и которым действует и управляет сатана [11]. — Я, или ветхий мой человек, вконец поврежденный грехом, весь зараженный дыханием диавола, его волею, — никуда не годится, как разве в огонь вечный. — Потому–то грешники нераскаянные называются соломою, которая будет сожжена огнем негасающим (Ср.: Мф. 3, 12; Лк. 2, 17). — Этого–то ветхого человека надо совершенно отвергнуться.

Что требуется от уповающих на будущее блаженство? — Истина требует от нас упования на добродетель.

Но мало только отвергнуться себя: нужно воспринять во Иисусе Христе новаго человека, созданнаго по Богу (по образу Божию — Быт. 1, 27) а правде и преподобии истины (Еф. 4, 24).

Написать письма: о. Александру Зуеву [12] и Таратину [13].

Деньги — пыль.

Оставить писать книгу [14].

Ты, как священник, часто соединяющийся в Святых Тайнах с Источником живота (Ср.: Пс. 35, 10), не чувствуешь в сердце тоски и ужасающей пустоты: а миряне, а люди, живущие по духу пека сего? О! Они чувствуют убивающую скуку и пустоту в душах своих — и ищут развлечений, увеселений, пьянства. — Конечно, они сами виноваты, что чувствуют скуку и пустоту, потому что не читают Священного Писания и книг душеспасительных, не прилепляются к Богу молитвою и Богомыслием. Поэтому можно быть к ним снисходительными, видя их развлечения. По крайней мере, они не унывают, не злобятся, не налагают на себя рук. Ибо бывает и такая убивающая душу пустота у неверующих, что они сами прекращают жизнь свою, не в силах будучи противиться убийственному чувству скуки. Скука смертная.

<…> [15] Patientia [16].

Христос — моя жизнь, а без Него — все — скорбь и крушение духа. Да буду же я каждую минуту со Христом.

Под моим сердцем — рука Божия.

Надежда в нашей жизни прощения грехов от Господа, сколько бы раз не согрешили (покаяние и молитва: покаяние в Таинстве Причащения), Кровь Его очищает (Ср.: 1 Ин. 1, 7) 70 раз седмерицею (Мф. 18, 22); надежда во всех делах на помощь Господа, особенно в деле спасения души; надежда на Него в смерти и по смерти; чаяние воскресения мертвых, второго пришествия; (ждать Сына Его с небес — 1 Фес. 1, 16); воздаяния и Страшного Суда (будущего блаженства, уготованного праведникам) коемуждо по делом его (Откр. 22, 12) — бесконечных степеней блаженства вечного: ина слава солнцу… (1 Кор. 15, 41) в дому Отца Моего обители многи суть (Ин. 14, 2).

Не допускать явных пьяниц и прелюбодеев до причащения. † 

Сделать перегородку для исповеди и поставить сторожа.

Ни един же от них глаголаше что свое быти, но бяху им вся обща (Деян. 4, 32). Вот характер христианской жизни. Единение во всем! Вот слова, которые служат светом для душ наших во тьме страстей любостяжания, сребролюбия, необщительности, скупости! — Когда чего–либо пожалеет для брата сердце твое, вспомни с верою и смиренною покорностию об этих словах Божественного Евангелия — и они упокоят обуреваемую страстьми душу твою, осветят мрак их, погасят огнь их; ты не пощадишь для брата твоей собственности, в коей он имеет нужду, и воспоешь победительные и благодарственные песни [17] Слову Божию, живому и действенному, проходящему до разделения души же. и духа, членов же и мозгов, судящему помышления и мысли сердечныя (Ср.: Евр. 4, 12) и отсекающему острием Своим все ветви страстей.

Если ты умный и образованный человек, но если сердца не имеешь, то ты никуда не годный человек: потому что тогда ты не имеешь ни живой веры, ни надежды, ни любви христианской. Сердце — душа всех добродетелей; сердце — престол Господень в христианине; сердце — алтарь веры и любви; сердце — седалище, чувствилище и столп истины. Сердце — око христианина, духовный слух его, духовный вкус, обоняние и осязание.

И ненавидящему и хулящему тебя желай всякого добра, паче же спасения души. Вразумляй его и кротостию и любовию, если и не хочет слушать тебя, если и противится тебе, смеется над тобою. Долготерпи ко всем, как Владыка.

Люби ближнего как себя (Ср.: Лев. 19, 18; Мф. 22, 39)у и ни во что ставь все вещественные дары Божии, которыми тебе придется волею или неволею жертвовать ближнему. Душа ближнего дороже всего мира; она — образ Бога, и давая брату, даешь Богу, и если не воздаст брат, то воздаст за него Бог. Блажен ecu, яко не имут ти что воздати: воздаст же ти ся… (Лк. 14, 14).

Люби Бога всем сердцем, всею душею и всем помышлением (Ср.: Втор. 6, 5; Мф. 22, 37; Мк. 12, 30) и для Него пренебреги всем земным, что приятно и дорого для тебя, да сторицею примешь (Ср.: Мф. 19,29) от Него за пренебреженные земные блага; пренебреги даже людьми, если они идут против заповедей Божиих и своими советами, примерами тебя отвращают от Бога.

† † † Октября 19 дня 1860 года. [20]

Иже от не сущих вся приведый! [21]

От не сущих да будет прекрасным сущим книга сия. Аминь.

Начну с тления всего, что на земле, и с вечности души человеческой и дел добродетели.

Купить акафист страстям Господним в Синодальной лавке. [22]

Как нам приобресть страх Божий, — говорил Авва Пимен, — когда у нас чрево, как сосуд, наполненный сыром, и как бочка с солеными припасами? (Необходимость воздержания в пище и питии для стяжания страха Божия.) 268 страница. О подвижничестве святых отцев. [23]

Авва Пафнутий говорил просившим его совета: пойдите, любите скорбь более спокойствия, бесчестие более славы; более любите давать, нежели принимать (Деян. 20, 35).

Не есть в скором времени после чаю и булки отдельно булки с чаем.

Когда придет к тебе часто посещающий тебя гость и ты возненавидишь его в сердце его, скажи себе: никтоже когда свою плоть возненавиде, но питает и греет ю (Еф. 5, 29). А ближний мой — плоть моя: ибо все мы от единыя крове, хотя и живем по всему лицу земному (Деян. 17, 26).

Частое посещение брата жилища твоего и пользование трапезою твоею считай за обыкновенное и естественное дело, подобное тому, какое ты и сам себе позволяешь: не каждый ли день ты даром освещаешься и согреваешься солнцем, дышишь воздухом, ешь хлеб, произращаемый Богом, пьешь поду и умываешься ею? — Это у тебя обыкновенное; дело: и никто на тебя за это не сердится; так точно считай за обыкновенное дело и посещение без зову твоего жилища ближним и без зову вкушение; твоей пищи.

Возлюбиши ближняго твоего, яко сам себе (Мф.22, 39; Лев.19,18). Так как человек состоит из души и тела и тело, или плоть наша, в наказание наше за первый грех преслушания и вкушения от запрещенного плода имеет многие и сильно возбуждаемые грехом телесные потребности пищи, пития, одежды, и человек не имеет часто средств удовлетворить их, так как человек за грехи свои подвергается болезням, в коих имеет нужду в помощи и утешении, или за гражданские преступления подвергается тюремному заключению, в котором нуждается в утешениях и наставлениях веры и благочестия, то любовь к ближнему по преимуществу у нас выражается питанием ближнего, одеянием его, введением его в жилище, помощью ему в болезни, посещением его в темнице, как и Господь сказал это в Евангелии (См.: Мф.25, 36). — Так как любовь наша к ближнему выражается в этих оказаниях помощи преимущественно его телу, его многоразличным потребностям, то враг бесплотный, исконный противник любви, сам сущая ненависть и злоба, всеми мерами старается отвлекать христиан от упомянутых добродетелей: он внушает нам, влечет нас, нудит нас огненною теснотою — не иметь с ближним общения в хлебе–соли, в деньгах, то есть заражает сердце христиан скупостию и необщительностию в благах земных с нуждающимися; он внушает нам презрение и ненависть к странным, жаление для них жилища и подозрительность к ним; он учинил и соблазнительные примеры с нищими и странниками (богатые нищие и странники — воры или убийцы), чтобы затворить удобнее для них утробы христиан; он поселяет в сердце мало искусившихся христиан крайнюю неохоту — навещать больных и служить им с христианским сочувствием и самоотвержением; он внушает презрение к седящим в темницах за преступления, между тем как сам же был главным двигателем при совершении ими преступлений. Потому нужно иимать крепко и постоянно своему сердцу и всеми силами, при помощи Божией, противитися его козням, действуемым от него в наших мыслях и в нашем сердце, и преодолевать и побеждать их, делать все напротив того, что он понуждает нас делить, то есть питать алчущих, поить жаждущих, вообще иметь христианскую общительность, в пище и питии с ближними быть гостеприимным с радушием и ласкою, принимать странников и покоить их, одевать нагих, служить больным с охотою и сочувствием, посещать заключенных в темницах, сострадать им, утешать их христианскою норою и упованием.

Как бывает? Как есть? Как должно быть? Бываемость. Бытие. Средства? [24]

† Молитвою мы отмаливаем грехи свои. Весь долг он отпустих тебе, понеже умолил мя ecu (Мф. 18, 32). [25] Опыт говорит то же.

Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56). Это осязательно и опыт подтверждает. Преблажен, преисполнен жизнию тот человек, который с верою причащается Святых Таин, с сердечным раскаянием во грехах. Эта истина осязательно ясна еще из противного. Когда без искреннего раскаяния во грехах и с усумнением приступаешь к святой Чаше, тогда входит в тебя сатана и пребывает в тебе, убивая тело и душу. И это бывает чрезвычайно ощутительно.

У Бога, говорит пословица, все близко [26]. Точно, все близко: все твари духовные и чувственные; Ангелы, души усопших, все живые люди, все животные, все миры вещественные; Дух Божий сквозе вся проходит духи разумичныя, чистыя, тончайшыя (Прем. 7, 23) и живет в каждой верующей и благочестивой душе. Красота селъная со Мною есть (Пс. 49,11), говорит Он. Как для бесконечного Духа, для Бога нет ничего отдаленного, но все пред Ним как на ладони. Весь Он везде и все в Нем, все Им живет и существует (Ср.: Деян. 17, 28).

Бог и сотворенные духи и души усопших людей, как и живых, суть существа мысленные, а мысль быстра и некоторым образом вездесуща: помысли от всего сердца об них — и они присущи тебе: Бог всегда и необходимо, а другие — по дару и власти Божией. Помянух Бога и возвеселихся (Пс. 76,4). Почему? Потому что Он с тобою и в тебе.

Когда сердце наше покрывается мраком сатанинским, мраком страстей, тогда оно отрицает Бога, хотя бы следовало, как и должно, отрицать только свет самого сердца: оно помрачилось и потому смежило духовные очи свои, не видит Бога, а не то, что Бога нет. Рече безумен в сердце своем: несть Бог (Пс. 13, 1). Воистину безумен.

С именем Иисуса Христа или со искреннею мыслию об Иисусе Христе соединена великая сила, прогоняющая страсти и успокаивающая сердце. — Опыт.

Перенеси это и на имена святых Ангелов и святых Божиих человеков, начиная с Божией Матери до святых и праведных и Христа ради юродивых. — Только искренно призови их имена: и по благодати Божией помогут и они тебе.

Когда душа твоя пожалеет для брата пищи или одежды, скажи ей слова Спасителя: не душа ли брата болъши есть пищи, и тело одежди? (Мф. 6, 25). — Или слова Его же: хлеб наш насущный даждъ нам днесь (Мф. 6, 11).

О надежде христианской. Самые слова показывают, о чем мы должны говорить. Мы должны говорить о надежде нашей на Христа и на вечное блаженство, обещанное нам Христом, о край желания [27] нашего при беседах. Рад бы в рай, да грехи не пускают, говорят многие из христиан, не имеющие понятия о христианской надежде, как будто грехи есть какая–то нерушимая стена. Нет. Я скажу, что ее–то и разорил Крестом и смертию <Своею> Спаситель наш Иисус Христос и отверз для всех кающихся рай Божий. [28] Наш долг еще и в том будет состоять, чтобы научить, как надеяться на Христа: потому что не всякая надежда есть христианская, истинная, спасительная. Что не христианская надежда? Мы покажем свойства христианской надежды: основательность, твердость, постоянство и полноту ее, и те признаки, по коим можно знать, есть ли в нас христианская надежда, что надежда христианская дышит молитвою, как воздухом, поддерживается и укрепляется животворящими Тайнами, чтением или слушанием Слова Божия или писаниями святых отцев, собственными добрыми делами каждого. Здесь мы раскроем, что, так как христианин есть существо свободное и разумное, сотворенное по образу и подобию Божию (См.: Быт. 1, 26–27)у, но притом падшее (по своей воле) или удалившееся от Бога чрез беззакония, <он> должен сам чрез веру и надежду и любовь приближаться к своему Первообразу. (Посоветуем всякому христианину рассмотреть тщательно, что в нем составляет собственно человека Богоподобного и бессмертного: попросим его обратить внимание на свое сердце, прислушаться к его требованиям, весьма часто обнаруживающимся пред сознанием человека, и — удовлетворять им безотлагательно. — Сердце наше требует веры в Бога и соединения с Ним, в Коем находит покой и блаженство, — но оно и прельщается, по действию духа темного [29] всеми земными благами, которые не составляют его покоя, жизни и блаженства, а одну скорбь и тугу. — Соединить это сердце верою и надеждою со Христом — вот последнее желание наше при беседах с вами о надежде; прервать надежды ваши на земные блага — на людей, на почести, на богатство, на удовольствия чувственности — вот наше единственное желание.) [30]

Мы утопаем в грехах и часто унываем, отчаиваемся, погибаем от множества их: обратить взоры всех на надежду нашу — Христа Спасителя — во всех грехах, во всех скорбях, во всех превратностях жизни (счастия и несчастия); показать, что Он есть Бог кающихся и Спас согрешающих [31] — вот наше желание. Показать<?> во Христе нашу жизнь, шипе блаженство, наш свет, наше богатство, пищу, пите — все и всю жизнь научать всех стремиться к Нему как к краю всех наших желаний [32] — вот к чему мы будем стремиться. — (Взять Акафистник.) Иисус — Источник воды живой (Иер. 2, 13;17, 13; Откр. 21, 6). Я желал бы вас довести до того, чтобы каждый из вас от сердца называл Иисуса споим Иисусом, своим Спасителем. Не дай Бог, чтобы нам пришлось восклицать: Господи! Кто верова <слуху нашему>? и мышца Господня <кому <открыся>? (Ин. 12, 38.)

Господь — Истина: все, что Он сказал, есть чистил истина и не допускает ни тени сомнения. — Итак, есть надежда, что Бог придет опять судить живых и мертвых, что будет жизнь будущаго века [33], блаженство праведных и муки грешных.

Христианскую надежду можно охарактеризовать так: молись и надейся, подвизайся и надейся. Подвизайтеся внити сквозе тесная врата (Лк. 13, 24). В молитве терпите, бодрствующе в ней со благодарением (Кол. 4, 2).

Кто приходит к святой Чаше с какою–либо страстию на сердце, тот Иуда и приходит льстивно лоблать Сына Человеческого.

Молитвою надеется все получить.

Трисиятельная Любовь [34], помилуй мя.

Я не знаю, как можно здравомыслящему человеку колебаться в какой–либо Богооткровенной истине, открытой Иисусом Христом, засвидетельствованной Апостолами, запечатленной кровию бесчисленного сонма мучеников, проповеданной святителями, преподобными и всеми святыми — животворной для сердца. И, однако же, есть несчастные, которые колеблются, действительно колеблются, потрясаемые какими–то тяжелыми, как десятипудовый камень, грызущими, как ехидна, убивающими, как диавол, внутренними внушениями, — обольщаемые каким–то недоведомым, невидимым льстецом — убийцею нещадным (Ср.: Ин. 8, 44). С чем это сообразно? Отчего я бываю иногда так бессмыслен, глуп, уродлив и вдобавок мрачен и уныл? О, знаю отчего. От плод их познаете их (Мф. 7,16)! По таким страшным последствиям в душе моей заключаю о причине, по следам убийства отыскиваю убийцу. Это делает враг мой — диавол. Убийца! —.Он–тο, убивая душу мою сомнением и неверием, мучит меня. — Но и я неразумен, позволяя себе слушаться внушений лжеца, убийцы, противника Бога и человеков. — Когда замечаешь в себе какое–либо мысленное противление Богу, сомнение в троичности Лиц Божества и Их отношений и подобия — верь, что в тебе враг Божий и человеческий. Ты давно веруешь в Святую Единосущную, Животворящую и нераздельную Троицу [35], давно пользуешься Ее милостями, Ее жизнию, Ее покоем и всеми благами — и стой за Нее до смерти противу врага общего.

После торжества веры и добродетели, принесенных мною в жертву Богу, враг особенно сильно разжигает стрелы (Ср.: Еф. 6,16) свои против меня. — Опыт.

Слава чудесам животворящих Тайн Тела и Крови Христа Бога. По пробуждении утром я сегодня чувствовал себя очень тяжело; какая–то чрезвычайная жгучесть в животе, в боках и в спине расслабляла меня, и я едва мог молиться, и то почти бесчувственно и — едва смог стоять, почему и присаживался несколько раз во время утрени и часов обедни; обедню служил с крайним расслаблением душевных и телесных сил; но лишь только я причастился Святых Тола и Крови Христовых, жгучесть почти мгновенно исчезла вместе с расслаблением, явилась живость и теплота сердечная, и я совсем ожил, как бы из мертвых стал живым. — Слава чудесам Спасовых Таин. — Это Господь с премудрым и благим намерением предает меня смерти духовной и болезни телесной, чтобы мгновенным исцелением и оживлением моего тела и сердца явить мне всемогущую, оживляющую нас десницу Свою. — Ныне начах, сия измена десницы Вышняго (Пс. 76, 11). (Вид вина обыкновенно имеет свойство горячить, а тут Тело и Кровь в виде вина прохладили пещь тела. Чудно! Поразительно!) Слава чудесам Спасовым. Слава Спасу моему и тогда, когда за мгновенное усумнение сердца в истине Его словес касательно Таин Его или Божеских Лиц Он попаляет мои внутренности страшным огнем. Воскресенье. 30 октября 1860 года.

† Вера есть сладостное чувство сердца духовной истины, например, что Бог Сына Своего послал Спасителем миру. Сытый желудок не имеет этого чувства.

Кто сытно кушает, тот связывает невидимо и неуловимо душу по рукам и по ногам, по мыслям и по сердцу.

Братию принимай так, как будто бы они у тебя и жили, как свою плоть. † 

Аз на сие родихся и на сие приидох в мир, да свидетельствую истину (Ин. 18,37), говорит Господь; и истину Свою засвидетельствовал бесчисленными чудесами, которые все были благотворны и являли в Нем Начальника жизни (Деян. 3, 15) [36] <а также> пророчествами, страданиями и смертию. Не Он Один свидетельствовал об истине, а Он и Пославший Его Отец, глаголавший несколько раз свидетельство о Своем Сыне: Сей есть Сын Мой возлюбленный (Мф. 3, 17; 17, 5; Мк. 1, 11; 9, 7; Лк. 9, 35; 2 Пет. 1, 17). Доныне Господь является Истиною и Животом (Ср.: Ин. 14, 6) для всех, ищущих Его, и тверда как камень и непоколебима, как Сам Бог, истина Его; всею крепостию Своею Он стоит за истину Свою против лжеца — диавола и людей, имеющих, по своей лживости, отцом диавола (Ср.: Ин. 8, 44), как и против тех, которых диавол искушениями сердечными склоняет ко лжи. — Велики эти слова: Аз есмь путь и истина и живот (Ин. 14, 6), сказанные Спасителем о Себе. — Разжуй их сердцем. — Спаситель всегда в сердце моем, исполненном к Нему живой веры, является Животом, значит, Он Путь для меня и Истина, потому что цель моей жизни — придти к Животу, из Которого я низпал чрез грех, и соединиться с Животом. Диавол всегда является во мне смертию: значит, он для меня — заблуждение и ложь, потому что первоначально чрез заблуждение и ложь я подвергся смерти и теперь подвергаюсь.† 

Есть Господь на месте сем, аз же не ведех. И убояся и рече: яко страшно есть место сие: несть сие, но дом Божий, и сия врата небесная (Быт. 28, 16–17). Видишь, дом Божий — то место, где есть Господь. Значит, в наших храмах во всякое время есть Господь, как и видимо представлено это присутствие в антиминсе. Благоговейно и со страхом входите все во храм Божий.

Вера покоит и услаждает; неверие беспокоит и язвит.

Молясь, все делайте разумно. Когда подливаете масло в лампадку, тогда представляйте, что Жизнодавец каждый день и час, каждую минуту вашей жизни поддерживает вашу жизнь Духом Своим и как бы ежедневно чрез сон в телесном, а чрез молитву и Слово Божие в духовном отношении вливает в вас елей жизни, которым горит ваша душа и тело. Когда ставите свечу пред иконою, вспомните, что жизнь ваша есть как бы горящая свеча: догорит и потухнет, или что иные заставляют ее гореть скорее, чем следует, (подливая в свое тело) воспламеняя много и часто телесную и духовную жизнь страстями: многоядением, вином и другими удовольствиями.

Еще — так как первый учитель наш молитвы есть Церковь, которая научена молиться так прекрасно Самим Духом Святым; как мы сами не вемы, о чесом помолимся, якоже подобает (Рим. 8, 26), то обязанность всякого христианина знать язык матери своей — Церкви. Грех тому, кто его не знает достаточно; грех особенно тем, которые, выучившись языкам иностранным, не хотели учиться и не хотят языку матери–спасительницы. Вообще всем надо сколько–нибудь понимать и учиться языку славянскому. Иначе: как будут разумно молиться?

Как скоромная пища способна одебелять, загублять сердце (Ср.: Ис. 6, 10; Деян. 28, 27), так постная — утончать, умягчать. Когда желудок в посте, тогда и сердце чище, нежнее, тверже в вере, способнее к молитве, к святым ощущениям.

Средства, утверждающие надежду христианскую: молитва, особенно частое и искреннее молитвенное исповедание грехов своих, частое чтение Слова Божия, особенно же — частое причащение святых животворящих Тела и Крови Христовых.

Руководители наши к надежде христианской: Сам Господь (еже а ще что просите…(Ин. 14,13.) Сам молился и получал… услышан быстъ от благоговеинства (См.: Евр. 5, 7)), Пречистая Его Матерь, все святые (пророки, апостолы, мученики, святители, преподобные) — потекли к Богу с надеждою спасения: и никто не постыдился, все спаслись. Упование не посрамит (Рим. 5, 5): не посрамило. Θ

Выражение христианской надежды по отношению к земной жизни: прощение грехов, в коих мы живем всю жизнь: аще кто согрешит, ходатая имамы ко Отцу… и Той очищение есть о гресех нашux (1 Ин. 2, 1—2). По отношению к будущей жизни: узрим Его,якоже есть (1 Ин. 3, 2)… просветимся яко солнце (Ср.: Мф. 13,43).Идеже есмь Аз, ту и слуга Мой будет (Ин. 12, 26). Иду уготоваши место вам (Ин. 14, 2). Наше житие на небесех есть, отонудуже и Спасителя ждем, Господа нашего Иисуса Христа, Иже воскресит тело смирения нашего… (Флп. 3, 20–21.)

Когда говоришь в собрании, не думай о своей чести, а имей в виду — послужить своею речью Истине; не думай про себя: я скажу нехорошо, и меня осудят; истина проста: говори просто и спокойно. Грех прежде времени краснеть за себя. Тебе дано от Бога все то же, что и другим.

Θ Еще предмет упования: вот приступают к сердцу страсти: быстр поток их, трудно удержаться, не поддаться им, но имей надежду на Христа и победишь их! Говори: борют мя страсти, Владыко, но Сам мя заступи и спаси, Спасе мой [37]. От юности моея враг мя искушает, сластъми палит мя: <и же, надеяся на Тя, Господи, побеждаю сего [38].

Бедствия христиан оттого, что не имеют христианской надежды: вот у человека теснота греховная на сердце, тоска, скука грешная; если надежды христианской нет у него на сердце, то что он делает? — Прибегает к искусственным средствам прогнать тесноту и скуку, к развлечениям преступным, а не ко Христу, Коего иго благо сердцу нашему и бремя легко (Ср.: Мф. 11, 30), не к молитве, не к раскаянию во грехах, не к Слову Божию, которое полезно к учению, ко обличению (2 Тим. 3, 16), утешению. Так делается большею частию. Отсюда необходимость для светских людей театров и множества других развлечений. Прибегают к самоубийству.

Утверждению в сердце надежды христианской много способствуют опыты получения просимого. А эти опыты внимательный к себе легко заметит.

Аще кто согрешит, ходатая имамы ко Отцу, Иисуса Христа праведника (1 Ин. 2,1).

Надежда предполагает ожидание какого–либо блага, которого не имеем. Егоже не видим, надеемся, терпением ждем (Рим. 8, 25). Но как величайшее благо наше — безгрешность (а мы не имеем этого блага и страдаем ежедневно от грехов, могущих погубить нас вечно), то надежда христианская должна быть обращена ко Христу, как к Избавителю от грехов и Спасителю нашему.

Как все необходимое для физической жизни мы получаем из земли, воздуха, огня и воды, так все необходимое для жизни духовной — все светлые, добрые и спасительные мысли и расположения сердца — получаем от Бога, хотя этого и не замечаем по причине невидимости мыслей и сердечных движений. Дух дышетп, и глас Его слышиши (Ин. М, 8). Не довольны есмы помыслити что от себе… (Ср.: 2 Кор. 3, 5).

Иконы Спасителя во всяком доме православном изображают Его вездеприсутствие, Его владычество на всяком месте (Ср.: Пс. 102, 22)у, а образа снятых — соприсутствие или близость к нам святых, по благодати Божией, как членов единаго тела Церкви (Ср.: Рим. 12, 5; 1 Кор. 12, 12; Еф. 4, — I). соединенных под Единым Главою — Христом (См.: Еф. 1, 22–23; Кол. 1, 18).

Я коже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тиив Нас едино будут (Ин. 17, 21). Вот почему надо молиться святым: они в Боге и Бог в них, и вот почему они слышат нас; то есть оттого, что они в вездесущем Боге. Свят ecu, Боже, и во святых почиваеши. [40]

Ради одной веры нашей сдвигаются горы сердечные, то есть высоты и тяжести греха. Когда христиане снимут в покаянии бремя грехов, то иногда говорят: слава Богу, свалилась с плеч гора.

И молитве необходимо искреннее желание исправления.

Как чрез электрический телеграф мы быстро сообщаемся с отдаленными от нас лицами, так чрез живую веру, как чрез какой–либо телеграф, мы быстро сообщаемся с Богом, с Ангелами и святыми. Как вполне мы полагаемся на быстроту электрического тока и на его доходчивость, так совершенно должны полагаться на быстроту и доходчивость молитвы веры. Пусти по телеграфу веры прошение свое к Богу или святым — и немедленно получишь ответ. Просты ответные показания телеграфа, но опытные читают их; просты и действия на сердце Бога духов и всякой плоти (Чис. 27,16) [41] и святых, но опытный понимает их.

Показать молящимся святость храма, всегдашнее присутствие в нем Господа. Как стоять в нем. Святость домов христианских, освященных особым присутствием Божиим, — в них живут христиане, члены Христовы (Ср.: 1 Кор. 6,15; 12, 27)у; храмы Святаго Духа (1 Кор. 6, 19)у; в них совершаются таинства, моления, водоосвящения, иконы в них.

Храм.

Ощутительное доказательство вездеприсутствия Божия; например, тебя уязвило, положим, сребро: ты прилепился к нему хотя на минуту сердцем, и болит сердце, но лишь ты скажешь Богу от всего сердца: Ты — мое единственное Сокровище, Ты — мое сребро и злато, и пища, и одежда — и сейчас тебе будет легко.

Есть много таких молящихся, которые оказываются всуе чтущими Господа. Есть и такие ленивые и лукавые богомольцы, которые, почуяв в сердце и в голове своей нечистый прилив скверных и лукавых мыслей, бросают тотчас молитву и бегут из церкви или от домашней иконы.

Если хочешь молиться животворною молитвою, утверди прежде всего сердце свое в Господе, вознеси рог свой в Бозе своем (Ср.: 1 Цар. 2, 1).

Во славу животворящих Таин. Сегодня (5 октября) я чувствовал себя до причащения дурно и в физическом и в духовном отношении: телом был слаб, душою — вял, но лишь причастился, слабость физическая внутри вдруг уничтожилась, я почувствовал внезапно благотворное движение внутри; духом ободрился, успокоился, возрадовался. Иисусе! Ты сердца моего веселие! Ты тела моего здравие. [42]

Когда принимаешь животворящие Тайны, вообрази твердо в видах хлеба и вина Самого Христа; сделай на них мысленное надписание: Иисус Христос, и с этим мысленным надписанием (и чувственное есть) препроводи умственно до глубины сердца и там мысленно положи Животворящего Гостя. Коли так, с такою верою примешь Святые Тайны, то увидишь, что произведут в тебе они: мир душевных сил [43] глубочайший, легко тебе всему будет необыкновенно. По мере веры нашей Господь благодетельствует нам, по мере сердечной готовности.

Тело и Кровь — угль горящий, взятый от алтаря (Ср.: Ис. 6, 6) (Иисус Христос, как Бог, сидит на престоле). Тело и Кровь оказываются Животворящим огнем на сердце верующего. — Церковь — небо, алтарь — престол Жизни, с коего нисходит Бог для питания и оживления верующих в Святых Пречистых Тайнах. Дивна дела Твоя, Господи! [44] Ты заранее приготовляешь нас к созерцанию небесного престола и Седящего на нем видением земного престола в церкви и созерцанием очами веры Возседящаго на нем.

Когда будешь просить у Бога духовных дарований, например, премудрости, веры, надежды и любви, кротости и смирения: тогда вспомни, что ты образ и подобие Божие; что душа твоя есть как бы некоторый отпечаток Божества и все богатство души заключается в Боге, как в Сокровищнице (Сокровище благих), откуда мы можем почерпать всякое духовное благо молитвою веры и терпением, и очищением себя от всякой скверны [45]. Говори Господу: мой ограниченный дух изшел от Твоего беспредельного, всесовершенного Духа; вот я беден, Владыко мой, премудростию и разумом или верою, надеждою и любовию, кротостию и смирением. Призри на желание сердца моего и даруй мне приседящую Твоим престолом премудрость (Прем. 9, 4), веру непостыдну, надежду известну [46], любовь нелицемерну. [47]

Θ Повиновение Церкви чад ее должно начинаться совершенным доверием ее молитвам, Таинствам и обрядам и оканчиваться исполнением на деле всех ее законоположений. Мать.

Сердечными очами видишь ясно, как Господь держит тебя всегда в повиновении Себе законами совести.

Те, которые идут к Богослужению покушавши, добровольно налагают на себя ненужную и вредную тяжесть и заблаговременно заглушают сердце свое для молитвы, преграждая к нему доступ снятых помыслов и святых ощущений. Крайне надо остерегаться, чтобы не есть сытно пред Богослужением. Помнить надо, что Царство Божие честь брашно и питие (Рим. 14,17), то есть не может царствовать Бог в том сердце, которое отягощено объядением и питьем.

Господь так близок к каждому, особенно свято живущему христианину, что сердце его и тело его есть храм Духа Святого. Какое удобство для молитвы на всяком месте. Близ ти глагол молитвы или Бог, Которому молишься, во устех твоих и в сердцы твоем (Втор. 30, 14; Рим. 10, 8).

Скверные, лукавые и хульные помышления [48] гнездятся только при неверии сердца. Живая вера, как огонь пчел, прогоняет эти нечистые помыслы.

Грех закрывает сердечные очи; вор думает, что Бог не видит; блудник, предаваясь сквернодействию, думает, что Бог его не видит; сребролюбивый, объедало, пьяница думают, что они утаиваются с своими пристрастиями. Но Бог видит и судит. Наг есмъ, и скрыхся (Быт. 3, 10). Так говорит своими делами всякий грешник, скрывающийся от вездеприсущего Бога.

Что Господь всегда с нами, очевидно. Доказательством тому служат Его Божественные животворящие Тайны: здесь Он дает нам осязать Себя, вложить руки сердца нашего в гвоздинныя язвы Его и вложить персты наши в ребра Его (Ср.: Ин. 20, 25, 27).

Сколько раз я ни молился с верою, Бог всегда слушал меня и исполнял молитвы мои.

Мы большею частию живем в сомнениях, маловерии, неверии, очи имуще и не видяще, уши имуще и не слышаще, сердце окаменено имуще. Надо беречься одебеления сердца (Ср.: Ис. 6, 9–10; Ин. 12, 40; Деян. 28, 26–27).

† Человек — образ Божий, Живого Бога живой образ; в душе человека, особенно верующего и добродетельного, отображается сияние Божества, Его совершенства. Святи будете, яко Аз свят есмъ Господь Бог ваш (Лев. 11, 44).

Первого человека душа от Бога и все души последующих людей; все — дыхание Его Божественного Духа, все чада Его, все как один. Якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, молился Спаситель Отцу Небесному, да и тии в Нас едино будут (Ин. 17,21). Вот какое высокое происхождение и назначение наше! Чрез Иисуса Христа мы должны быть едино с Богом, и, где Он, там должны быть и мы. Идеже есмъ Аз, ту и слуга Мой будет (Ин. 12, 26). — Так как души наши от Бога, то, конечно, Он всегда близок к нам, как близки родители к своим детям, как родители знают своих детей, так тем больше Господь — людей, чад Своих благодатных, во Христе. Знают Мя. Знаю Моя (Ин. 10, 14).

В обыкновенных познаниях человеческих узнал хорошо раз какой–либо предмет и часто на всю жизнь знаешь его хорошо, без сильного помрачения познания о нем. А в вере — не так; раз познал, ощутил, осязал, думаешь: всегда так будет ясен, осязателен, любим предмет веры для души моей.

Нο нет: тысячу раз он будет потемняться для тебя, удаляться от тебя и как бы исчезать для тебя, и, что ты прежде любил, чем жил и дышал, к тому но временам будешь чувствовать совершенное равнодушие, и надо иногда воздыханиями и слезами прочищать себе дорогу, чтобы увидеть его, схватить и обнять сердцем.

Отчего простой народ, преданные чувственности люди любят громогласное пение? Очень просто что решить: чем грубее душа, тем больше она подавлена житейскими страстями, тем сильнейших позбуждений требует она для своего пробуждения. Окамененное сердце от громогласного пения размягчается, потрясается. [49]

Когда испытываешь скорбь и тесноту сердца,

благословляй Господа и говори: вем, Господи, яко недостоин есть человеколюбия Твоего, но достоин есмь всякаго осуждения и муки. [50] Буди воля Твоя во мне грешнем. [51] Аще благая прияхом от руки Твоей, злых ли не стерпим? (Иов. 2,10.)

Когда лукавый лукавыми помышлениями понуждает тебя лукаво смеяться пред человеком, говори тогда в сердце Господу: Господи! Всади страх Твой в сердце раба Твоего. [52] Господи! Не попусти уклониться сердцу в помышления лукавства (Ср.: Пс. 140, 4).

Если душа твоя болит от упадка в мнении о самом себе среди собрания людей или наедине, перекрести грудь крестом и скажи ей: душе моя! Вот твое достоинство! И пройдет ее болезнь.

Светом Твоим, миром Твоим всегда я пользуюсь и Тебя ли каждое мгновение не осяжу, яко со мною ecu (Пс. 22, 4)?

† Молитву положи на сердце.

Господи! Ты великое дерзновение сердца моего в сонме великих и сильных людей мира сего. Я — малый и ничтожный, делаюсь великим величием Твоим и бодрым сердцем говорю истину Твою в собрании людей. Без Тебя же, без живой веры в Тебя, я как лист, потрясаемый ветром. Потому воспеваю я силу Твою. Сила моя, пою Тебе: Господь Бог мой Сила моя, Смелость моя, Радование мое, Свет мысли моей.

Сохраню тя на всяком пути, аможе аще пойдеши(Быт. 28,15). Везде хранит Господь избранных Своих.

Предо Мною ecu присно (Ис. 49, 16). Всегда лице Божие обращено к нам.

Ты совершенно должен отложить всякое попечение о тленной пище: потому что Господь питает тебя ежедневно нетленною пищею, бесконечно превосходнейшею, чем всякая тленная пища. Твоя пища — Тело и Кровь Христовы.

В служении Богу поставляй все свое счастие и всем людям Божиим, требующим твоего служения, будь усердный слуга; не тяготись делом Божиим, если и целый день будут приглашать тебя в разные места и для разных треб; не имей ни малейшего, даже сердечного, внутреннего нетерпения, не раздражайся, не ропщи, но благодушествуй, будь ласков ко всем, требующим твоего служения, — и благодари Бога, что Он удостоивает тебя в собеседовании с Ним и в служении духовным пользам людей Своих проводить большую часть времени; твердо знай, что это — счастливейшее время в твоей жизни. Что тебе далее делать? Отдыхать? — Но после незначительных трудов какой отдых? — Ксть и пить? — Животное дело. — Беседовать с своими? — Беседа с Богом лучше.

Еще заметь: все молитвы и славословия Господу или Пречистой Его Матери и святым Его говори, как свои собственные, с полным сочувствием, и Господь воздаст тебе за них, как за твои собственные произведения: потому что и святые Божии, от Духа же Божия быв просвещены (Ср.: 2 Пет. 1, 21), составили их так прекрасно.

Помни, коего ты духа (Лк. 9,55), то есть всегда и везде и со всеми будь кроток. Позаботься всеми силами души своей о кротости. Научитеся от Мене, яко кроток есмъ и смирен сердцем (Мф. 11, 29). Ах! Ты имеешь привычку и слабость — раздражаться, сердиться часто из–за пустяков, имеешь дух слабый, изнеженный, самолюбивый. Поставляй себя за ничто, попранием всех, служи всем, как в чужом теле; привыкай переносить всякие неприятности — физические и нравственные.

Молитва необходима на каждом шагу. Так много духовных и телесных нужд у человека.

В имени Иисуса Христа заключена великая сила, и призвать от сердца имя Его значит получить Его помощь. Сюда относятся и случаи прогнания бесов и страстей именем Иисуса Христа. [53]

На недужныя руки возложат, и здрави будут (Мк. 16, 18). Так, я возложил руки вскоре после служения мною Литургии на больного горячкою (он уж был болен и не ел целую неделю), и он выздоровел. † 

Иные надеются на князи, на сыны человеческия; иные на богатство, иные на силу свою: суетная надежда. Не надейтеся на князи, на сыны человеческия (Пс. 145,3). Богатым в нынешнем веце живущим <запрещай> не высокомудрствовати, чиже уповати на богатство погибающее, но на Бога жива (1 Тим. 6, 17). Не на лук наш уповаем… (Ср.: Пс. 43, 7.)

Упование на предстательство Божией Матери и святых, на силу Креста — это вид той же христианской надежды, потому что Божия Матерь, святые и Крест сильны Господом. [54]

Θ Упование христианина должно сопровождать его всюду и во всех обстоятельствах жизни; христианин не должен унывать и падать духом ни пред какими трудностями, внутренние они или внешние, даже сделавши величайший грех. Христианин, православный, если захочет, может быть от веры и упования счастливейшим человеком в самых несчастиях, потому что христианская вера подкрепляет и успокоивает душу его величайшими, всерадостными обетованиями. Радуйтеся в скорбях, говорит Павел (См.: Рим. 5, 3), всякую радость имейте, егда во искушения впадаете различна… (Иак. 1, 2).

Наглядное доказательство вездесущия и промышления Божия представляет растительность: где ее нет на земном шаре? Она покрывает равнины, взбирается на неприступные крутизны каменных гор, пробивается в пустынях, утверждает свои корни в водах и среди вод — на необитаемых островах. И кто же это растит и украшает ее прекрасным разнообразием видов и цветов? — Господь Бог. Бог тако одевает. Но если Бог травку так заботливо одевает, то покинет ли хотя на минуту, забудет ли Бог человека? Аще сено селъное, днесь суще и утре в пещь вметаемо, Бог тако одевает, кольми паче вас, маловеры? (Мф. 6, 30.) — Если Бог ежеминутно оживляет травку и не оставляет ее Своею жизнию, то перестанет ли оживлять меня? — Нет: если Он травку одевает и оживляет, то во мне Он живет постоянно, как в храме, если я добровольно не прогоняю Его своими грехами. Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? (1 Кор. 3,16.)у Кстати заметь о храме: Апостол называет христианина храмом, потому что Дух Божий живет в нем; значит, в христианских храмах постоянно живет Бог. Святость храма. Благоговение к нему. Ощутительное действие пребывающего в храме Бога на сердца людей, обращающихся к Нему всем сердцем на молитве.

Доселе ты не научился любить ближних. Ты отвечаешь на нерасположение к тебе других своим нерасположением. Делай напротив: на нерасположение к тебе других отвечай сердечным расположением и любовию; чем больше видишь нелюбви к себе, тем больше люби. Нелюбовь есть болезнь, а больного надо больше жалеть, большую заботливость, большую любовь оказывать к нему потому именно, что он болен. — Не знаешь ли, что враг бесплотный над всеми коварствует, всех заражает ядом ненависти? И ты не изъят от его коварства. Не служи же ему, духу вражды, а служи со всем усердием Богу любви. Помни, что Бог–Слово умер на братию твою.

Содом и Гоморра!

Кем легче всего овладевает диавол? — Человеком сытым и гордым (и гордость есть духовное прельщение).

Как реки текут в море, так души людей к Богу.

Духовная и телесная жизнь расходятся, не согласуются, потому чувствуешь себя иногда прекрасно, а по духу, по сердцу — нет. Стань молиться и увидишь, что одебелело сердце (Ис. 6, 10; Деян. 28, 27), уты, утолсте, разшире и забыл Бога (Втор. 32, 15) и тяжело тебе молиться, хоть и здоров ты и крепок силами; перестанешь молиться, опять легко будет. Но это греховная легкость. Вот как бывает!

Идеже есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше (Мф. 6,21). Знай, о чем думают молящиеся в храме. Кто чему предан сердечно, тот о том и думает.

Слава Тебе, Триипостасная Любовь! Славлю Троичность, потому что без Троичности Лиц в Боге кто бы за нас принес жертву Правосудию Божию, разгневанному безмерно нашими грехами?

Если сердце будет сомневаться о Духе Животворящем, то не будет в нем жизни, а скорбь и теснота, и поделом: потому что жизнь от Духа Животворящего. Скорбь от сомнения — верный признак того, что мудрование это — ложь и от диавола убийцы (Ср.: Ин. 8, 44) происходит.

Доселе я жил Богом (мыслил, чувствовал, питался) и впредь буду жить Им же. Всякое беспокойное попечение отлагаю [55] и полагаюсь на Надежду мою, на дыхание мое — Христа.

Как должно верует во Христа тот, кто не позволяет себе усумниться ни на мгновение в истине того, что сказал Он в святом Евангелии Своем. — Чему учит от смысла чистая Невеста Его, Церковь. — Надобно стяжать в вере такую твердость сердца, чтобы оно по свободной нашей воле нимало, ни на минуту не колебалось двоедушием, склонением на сторону противоположную, чтобы христианин не был волнением морским, которое ветром поднимается и потом опять разметается (Ср.: Иак. 1, 6). — Вера наша во Христа — ей и аминь (Ср.: 2 Кор. 1, 20); в Нем Самом ей быть.

Помяни, что сердечно и твердо веровавшие во Христа, спаслись в жизнь вечную; помяни, как святая Церковь верных своих последователей никого не погубила, а всех спасла благодатию Божиею. Дела Спасителя и Церкви над верующими говорят сами за себя. — Дела сомнения и неверия в душе человека, убивающие его душу и тело, говорят также сами за себя.

Так как Дух Божий есть грозная Сила, страх и мука демонов, то демоны всеми своими адскими кознями противятся Духу Божию и хулят Его; так как Дух Божий есть Дух спасающий, Дух единения, любви и мира, то они всеми мерами протинятся единению, любви и спасению людей, из–за них произошло разделение Церквей — на восточную и западную; заметьте, из–за [хулы демонов на] Святого Духа и произошло это разделение, из–за них — разъединение дальнейшее Римского Запада, лютеранства, кальвинизма, и англиканской Церкви; из–за них — раскол в нашей Православной Церкви.

(К слову: надобно ли из–за раскольников не делать нужных благотворных преобразований в Церкви? — Надобно делать: иначе посмеются над нами демоны; ужели мы допустим одолеть себя их злобе? — Да не будет. Итак, надобно переводить Библию на русский язык. Сколько миллионов людей лишаются ее богатства из–за того, что она — на непонятном славянском языке.) [56]  [57]

Еще — демоны всячески силятся исторгнуть из сердец христиан и исторгли веру в Евангелие и в Церковь Христову — что есть также хула на Духа Святаго (Ср.: Мф. 12, 31); всеми мерами стараются погрузить христиан в дела плотские и в скверны плотские, чтобы не пребывал в людях Дух Божий, как в допотопных людях: и не видим ли мы, что люди преданы сребролюбию, объядению, пьянству, распутству в самых огромных размерах? — Что это у нас за растление? О! Худо будет нам и, может быть, очень скоро. (Жалко смотреть и на нашу глупую, светскую литературу: она часто дышит безнравственностью.)

Еще — духи злобы нападают на Духа Божия в мыслях и сердцах отдельных людей: веру в Него колеблют; горе нам: да не похулимся Духа Святого Божия, Животворящего, Духа любви неизглаголанной, ходатайствующего о нас воздыхании неизглаголанными (Ср.: Рим. 8,26); да ведаем все время живота нашего поклонятися Ему и славить Его, как поклоняемся Отцу и Сыну, как славим Отца и Сына, — нераздельною и равною честию; да помним вселенский Символ веры — это спасительное руководство в вере для верующих всех времен и мест. — Да не оскорбляем ни единою мыслию сомнения живущего в нас и оживотворяющего нас Духа Божия (Ср.: Еф. 4, 30), эту Утробу Божию, бесконечно нас любящую, как Отец и Сын.

Единем Духом напоихомся(1 Кор. 12,13). Видишь, Дух Божий — как вода или воздух окружает нас со всех сторон. — Дух Господень исполни вселенную (Прем. 1, 7).

(Вера дается нам Духом Божиим: другому вера, темже Духом (1 Кор. 12, 9), говорит Апостол; любовь Божия изливается в сердца наши Духом Святым (Ср.: Рим. 5, 5), как говорит тот же Апостол.) [58]

Как хорошо побеждать страсти! После победы чувствуешь такую леготу на сердце, мир и величие духа!

Не душа ли больши есть пищи (Мф. 6, 25)! Ах! Неизмеримо, бесконечно больше! В душе сияет образ Бога невидимаго (Ср.: 2 Кор. 4, 4; Кол. 1, 15), Творца всего. Не только чего–либо вещественного, души своей, жизни своей я не должен щадить для пользы брата, вещественной, телесной, особенно духовной. Служа с любовию пользам брата, я служу Самому Богу. О! Я чувствую сердцем высокую, великую истину: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25, 40). Почему так? — Потому 1) что всякий человек есть образ Божий; 2) потому, что Иисус Христос есть Бог и имеете Человек и Глава тела Церкви Своей (Кол. 1, 18). — Так что мы составляем уди Его, от плоти Его и от костей Его (Еф. 5, 30), или члены Христовы.

Не верь плоти своей, угрожающей тебе несостоятельностью во время молитвы: лжет. Станешь молиться, увидишь, что плоть сделается покорною твоею рабою. Молитва и ее оживит. — Помни всегда, что плоть лжива.

Верующий в Спасителя и питающийся Плотию и Кровию Его имеет в себе жизнь вечную (Ср.: Ин. 6, 54): и вот причина, почему всякий грех производит сильную болезнь и смущение в сердце: это именно потому, что в нем пребывает жизнь небесная, вечная; потому, когда грех касается — это смерть сердцу, заключающему в себе жизнь Божию, — становится очень тяжело. А не имеющие в себе живота вечного (Ср.: Ин. 6, 53) пьют беззаконие, как воду (Иов. 15, 16) и не поболят: потому что в сердце их нет живота вечного.

Слава Духу Божию, от Отца исходящему для оживления всякой твари и исполняющему всю вселенную (Ср.: Прем. 1, 7). Слава Ему, Оживотворяющему Ангелов и человеков и всякую тварь; Слава Ему, Силе нашей, Святыне нашей; Слава Ему, соприсносущному Отцу и Сыну.

Телесная природа моя необходимо требует образа. Достойно и праведно [59] мы делаем образа и поклоняемся им: человек сам что иное есть, как не живой образ Живого Бога? Сам Сын Божий есть Печать, равнообразно в Себе показующая Отца. Если мы сами — образы Божии, состоящие из души и тела, то почему нам не почтить преподобных Божиих в их образах рукотворенных? — Наречение имени на образе много значит для верующего: это имя как бы вместо души служит ему. Призови от всей души имя святого: он услышит тебя и в образе явит чудодейственную силу свою. Имя Спасителя, с верою призываемое, делает чудеса: изгоняет бесов, потушает страсти, исцеляет болезни; по благодати Господа и святые, с верою призываемые по имени, делают также чудеса. — И что удивительного? Все они в Духе Божием, а Дух Божий, Животворящий везде и все наполняет (Ср.: Прем. 1, 7) и Духом Святым святые все делают чудеса — потому что един Дух Божий есть Дух чудес.

Не душа ли больши есть пищи (Мф. 6, 25)? Если один и тот же человек придет к тебе сряду 20—30 раз: накорми его; душа его в несчетное число раз больше пищи, даже всего мира: за нее Христос умер, его Христос Плотию и Кровию Своею питает.

Человек — малый мир. Как душа в теле, так Бог в мире. Оставит душа тело: и оно сейчас распадается. Оставит Дух Божий мир, и он тотчас распадется. Душа в теле везде, но особенно в сердце; и Бог в мире везде, но особенно — на небесах и в храме. — И так на каждом шагу познавай присутствие Божие.

Приимете силу, нашедшу Святому Духу на вы, и будете Ми свидетели (Деян. 1, 8). Проповеднику для сильного, действенного, животворного проповедания необходимо принять силу от Духа Святого, равно и учителю Закона Божия в училищах также необходимо молитвою испросить себе силу Духа Божия для плодотворного преподавания истин Закона Божия. Чтый, да разумеет (Ср.: Мф. 24,15).

Открый ко Господу путь твой и уповай на Него, и Той сотворит (Пс. 36, 5). Начни жить по заповедям Божиим, уповай на Бога — и спасешься.

На все христианину надо класть печать разумности, на все свои религиозные действия, все начинать краткою молитвою; начинаешь пост, помолись так: Господи! даруй мне наступающий пост принести в жертву Тебе благоугодную и мне спасительную.

Слава Тебе, Всесвятый, Животворящий Душе, от Отца исходяй и в Сыне присно почивали, [60] нераздельный от Отца и Сына! Слава Тебе, Сыне Божий, о Дусе Божии изгонявый бесов и Им спасение наше строяй, освящаяй, умудряяй, укрепляай нас; слава Тебе, Отче, благоволяяй о нас присно в Сыне Духом Святым. — Нераздельная Троице Единице — помилуй нас!

Близки дети — образы отца и матери — сердцу родителей; еще ближе люди, особенно христиане — образы Божии — сердцу Божию. Внешнее подобие детей родителям, а часто и внутреннее — посылает нас к внутреннему подобию людей Богу.

Всякое место есть место Божия присутствия и Божия владычества (Ср.: Пс. 102, 22); отсюда несомненно, что очами икон Господь взирает на нас и устами икон, как собственными, может вещать нам; от того, что Господь на всяком месте, Крест Его чудесно действует, имя Его производит чудеса, иконы Его являются чудотворными и во всяком случае — местами благодатного Его присутствия; ослица говорит (См.: Чис. 22, 28—30).

Мысль моя свободно проникает здания с их стенами, горы, моря, небо и землю; но — по мысли человек есть подобие Божества, Которое есть Дух Бесконечный и всюду Сущий. Бог ли не проникает всего и не наполняет всего (См.: Прем. 1, 7; 7, 22–24), как Творец всего?

В молитвах дышит надежда, и молитва без надежды — грешная молитва.

† Есть ли Ангелы–хранители у каждого? Есть и должны быть. Природа духа — необыкновенно деятельна и не может не действовать; мы видим это на душе своей. Природа доброго духа необходимо ищет деятельности и расширения круга этой деятельности, распространения царства истины и добра; как, напротив, природа злого духа ищет соответственной себе деятельности и расширения царства лжи и всякого зла. Что бесы всеми мерами стараются о распространении царства зла — это мы чувствуем, испытываем в себе и Священное Писание о том свидетельствует: диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити (1 Пет. 5, 8). Как же не допустить, и по требованию здравого разума, той истины, что Ангелы действуют везде в мире, стараются о распространении царства добра и ищут спасения человеческого? О, верно слово, что радость бывает на небеси о единем грешнице кающемся (Лк. 15, 7). И как диавол есть при каждом человеке, так и добрый Ангел также есть при каждом человеке. Как присутствие при себе того мы ясно чувствуем, так и присутствие этого, хотя, по самолюбию, мы привыкли все добрые мысли, чувства, расположения, намерения приписывать себе, а не Ангелу–хранителю. — Достаточно ли будет Ангелов–хранителей для каждого человека? — Достаточно, и с избытком. Когда апостол Петр бросился с ножом на раба архиереова — защищать своего Учителя и Господа, — то Господь сказал ему: или ты думаешь, что Я не могу ныне умолить Отца Моего, и Он представит Мне больше двенадцати легионов Ангелов? (Мф. 26, 53.) Это означает, что у Господа их всегда с избытком достаточно для защищения всякого (Елисей, Иаков) человека, а для Сына Божия, воплотившегося, — по преимуществу. Еще известно, что Ангел–хранитель явился Спасителю в Гефсиманском саду для укрепления Его (См.: Лк. 22,43). Ангели — при ступиша и служаху Ему (Мф. 4, 11) после поста и искушения в пустыни; Ангел–хранитель являлся во сне Иосифу и распоряжал его движениями (См.: Мф. 2, 13). [61]

Ненавидящии Сиона (Церковь), посрамитеся от Господа, яко трава бо огнем будете изсохше… [62]

Русский язык, говорит Вадим, шел своим путем, церковный — своим. Наша (!?) нерелигиозная, атеистическая натура мало имела общего с Церковью в своем развитии. Выходя из школы или из семинарии и выступая на общественную деятельность, наши писатели и учители забывали Отче наш и Верую и окончательно разрывали с Церковью. До Николая связь кое–как держалась. С 14 декабря она лопнула и ее почти не существует. Откуда же было нам иметь библейский язык? Кто читал у нас богословские книги? Кто занимался религиозными вопросами? То, что писалось духовенством, — не читалось никем из лучших и из передовых писателей (? — потому, что они передовые, растленные), кроме разве одного Гоголя (честь ему), но и тот погиб от своей связи с религией (религия оживляет, а не погубляет; Спаситель говорит: Аз приидох, да живот имут и лишше имут (Ин. 10,10)).

Вследствие этого отчуждения общества (мнимого) от Церкви мы не сочли нужным удерживать и полумертвый церковный язык в нашем переводе. Чего же ожидать нам от такого переводчика, как Вадим? Вадим, который сам себя называет атеистом и во всяком случае показывает крайнее пренебрежение к Церкви и ее представителям? — Дал ли такому неблагонамеренному переводчику Бог средства — духовные, внутренние и внешние, зависящие от обстоятельств — перевести как следует Слово Божие? Думается, что для перевода Слова Божия нужно употребить не Вадима. Кто такой Вадим? — Самозванец. — Бог и не дал ему этих внешних средств. Он сам сознает, что у него под руками не было ни Павского, ни Скорины [63] — переводов с еврейского на русский и даже славянского перевода Библии. И так Вадим при переводе Библии на русский язык болтался, что называется, между небом и землей и сделал перевод самый уродливый, в котором не узнаешь Слова Божия: искажены все имена собственные [64], слова взяты в переводе — многие площадные. И он положился на английский перевод доктора Бениша [65], чтеца в Лондонской синагоге. — На Бениша — врага христианства?

Ты сердишься, когда ученики не верят тебе в том, чему ты их учишь [66], а ты ведь и в самом деле человек с ошибками, с недостатками, и можешь легко лгать в самом преподавании и — лжешь. — А ты вот нетвердо веришь сердцем Сыну Божию, Который есть Истина и всесовершенный Ум, всесовершенное Добро, бесконечная Любовь, бесконечная Жизнь, как Бог — каково же Его любящему сердцу, Ему — истиннейшему терпеть от тебя маловерие или неверие — от сердца твоего лживого?

Душе Святый, Живый Личный, Господственный, Живая связь Отца и Сына, помилуй мя! Душе Святый, Животворящий и объединяющий все создание, паче же разумные создания, Сило всего создания — помилуй мя.

На молитве да отложит человек всякое житейское попечение [67] и о спасении души своей никто да печется.

0 Надо надеяться на Господа при всех искушениях, при всех безотрадных состояниях души: избавит Господь.

Какое единство Существа в Трех Лицах Божества: Сын ничего не делает без Духа, как Дух без Отца и Отец без Духа и Сына — все–все — совокупно. — Не так с человеком бывает: он иногда работает умом без участия сердца — и дело его бывает часто бездушно. Эта разладица — следствие греха.

Три Странника Авраама: Двое исполняют волю Третьего. (См.: Быт. 18, 2; 19, 1.)

† Думаю я: как всесовершенно Божество, какая в Нем полнота жизни — бесконечная. Бог Отец родил из Себя — Зиждительное Слово и изводит Зиждительного Духа: и Они господственно исполняют волю Отца, как руки у человека исполняют делом — то, о чем мыслит глава, чего желает сердце. Дивен Ты, Боже наш, вся сотворивый Словом Своим Ипостасным и совершаяй Духом Ипостасным! Какая полнота жизни! И Сын и Дух равны Отцу — Виновнику; и Сын и Дух равно всемогущи, как Отец и — суть Единая Благость и Любовь, Едина Воля, Едина Сила, Едино Божество и Царство! [68] Какая полнота жизни! И Сын — Творец, и Дух — Творец. Руце Твои (Сын и Дух) сотвористе мя и создасте мя (Пс. 118, 73). — Какое единение! Ни Сын без Духа, ни Дух без Сына ничего не делают, но вместе исполняют волю Отца, будучи Три едино Существо. Потому, где слышишь действующим Сына, там непременно действует Сыном Дух, там непременно и Отец, из Которого и к Которому Они возводятся. — Славлю Отца и Сына силу, и СвятагоДуха пою власть, нераздельное несозданное Божество, Троицу Единосущную, царствующую в век века. [69]

То–то и величие Твое Божественное, Господи Спасе, что живот всякой твари в Тебе, как в Ипостасном Животе, да ecu чтут Тебя, якоже чтут Отца (Ин. 5, 23); то–то и величие Твое, Душе Святый, Животворящий, что Ты всех освящаешь, укрепляешь и живишь вместе со Отцем и Сыном, да вси чтут Тебя, как чтут Отца и Сына; то–то и величие Твое, Душе Святый, что и Сын Божий Единородный, яко Единосущный Тебе, Тобою же творил силы и чудеса и Тобою освящает, укрепляет и руководит нас к Отцу Своему. — Тем имамы приведение… (Еф. 2, 18.)

У людей, мало молящихся, слабо сердце: и вот, когда они хотят молиться, оно расслабляется и расслабляет их руки, тело и мысли, и трудно им молиться, но надо преодолеть себя, постараться молиться всем сердцем: потому что хорошо, легко молиться всем сердцем.

Яже на Духа хула не отпустится человеком (Мф. 12, 31). Кто отвергает личное бытие Духа Святого, особенно же кто причастником был Духа Святого много раз, тот хулит Его и, если не исправится от хулы, не будет прощен ни в сей век, ни в будущий (Мф. 12, 32). Душе Святый, Животворящий, Душе благодати, помилуй мя!

Ныне антихристи мнози суть (1 Ин. 2, 18). Припомнить разговор у Ал. В. Мурашова насчет Куторги [70]. Он ревнует Божиею ревностию: нам ли пастырям не ревновать? — Справедливо он обличил нас в молчании.

Во славу Бога Спасителя. Сердце уязвилось вечером пристрастием к тленным благам. Но лишь я признал и осудил свое безрассудство в пристрастии к временным благам и от сердца произнес: хлеб наш насущный даждъ нам днесь (Мф. 6, 11), мне сейчас стало легко и я, живо представляя после того Спасителя присутствующим с нами во время всенощной у А. Мурашова, чувствовал себя необыкновенно спокойно, легко и сладостно. — Слава Спасителю моему — Богу!

Упование на предстательство Божией Матери, Ангелов и святых есть вид христианской надежды: они сильны в предстательстве за нас благодатию Того же Христа и своими добродетелями. Не напрасно мы им молимся: мы уповаем чрез их ходатайство милость получить, оставление грехов и спасение и временные блага, например здоровье, благорастворение воздуха [71], избавление от бедствий и скорбей. [72]

Молись в Духе и Духом Святым Спасителю, Богоматери, Ангелам и всем святым: и молитва твоя будет пламенна, и слезы заструятся из очей твоих, сладкие и легкие слезы. Слава Утешителю — Духу, ах, какое Он утешение душе! Ноября 23,1860 года.

Спаситель и Утешитель — Два Божеских Лица: Один всегда спасает от грехов, Другой — утешает спасаемого. Имена взяты с самого дела и оправдываются всегда на самом деле. — Утешает! Утешает, якоже мати кого утешает, так Дух Святой душу верующую.

Тебе Господь показывает немощи твоего ученичества, твое ничтожество в школе — для того, чтобы ты знал, что настоящее твое положение есть исключительно милость Господа: твои только немощи да прилепление твое ко Господу вследствие своих же немощей.

Деньги имеют следующую надпись: земля и прах, и всегда читай на них эту надпись.

Бог державно претворяет хлеб обыкновенный и вино обыкновенное в Животворящую Плоть и Кровь Сына Своего Духом Святым. Из этого ясно видим, что Он и телесной жизни нашей Виновник и Питатель и что телесная жизнь наша далеко не так важна, как духовная: потому что обыкновенный хлеб и вино, питающие и утешающие нашу телесную природу, претворяются в лучший Хлеб — Хлеб жизни духовной и вино — в Питие духовное.

Дух Божий везде: мысленно пронесись по всему свету — везде увидишь дела Его: Им оживляются постоянно люди — высшею жизнию, животные, птицы, рыбы, растения; везде Тело и Кровь Спасителя одинаково чудеса делают. Везде Таинства силу имеют, а сила их — Дух Святой.

О почитании и призывании святых в молитвах. (В день Святителя Николая.) Основание: они — в Боге; они — богатые духовными дарованиями; они — на земле живых (Пс. 26,13) и на земле изобилия, а мы — на земле смерти и глада духовного. На жизнь нашу взял их Бог к Себе. — На жизнь посла мя Бог к вам (Быт. 45, 5), говорил Иосиф братьям. — Авраам, Ной… Богач просил Авраама в аду да послет Лазаря (См.: Лк. 16, 24). Ной — избавитель от потопа (См.: Быт. 6–8). — Блажен, иже иматъ племя в Сионе и южики во Иерусалиме (Ис. 31, 9). Провести параллель между Иосифом и братьями и святыми, сущими на небесах, и нами, грешными.

Веселюсь и восхищаюсь бесконечным совершенством Божества; веселюсь и восхищаюсь, что Божество — в Трех Лицах и каждое Лице самостоятельно и есть Бог всесовершенный; что всемогущ Отец, всемогущ Сын, всемогущ и Дух Святый; вездесущ Отец, также — Сын, также — и Дух Святый. Жизнь — Отец, Жизнь — Сын, Жизнь — и Дух Святый; Любовь — Отец, Любовь — Сын, Любовь — и Дух Святый. Радуюсь о Бозе — Отце, радуюсь — о Боге Сыне, радуюсь — о Боге Духе Святом, Едином Божестве, Едином Естестве и Силе [73], Едином любящем нас Боге Спасителе. Радуюсь, что каждому из Трех Лиц Божества, как Богу, усвояются и особенные Господственные действия: Отцу — измышление и благоволение, Сыну — осуществление Отеческой мысли и благоволения, Духу Святому — совершение, освящение, оживление и внедрение.

Диавол иногда действует в голове, как беспокойный совопросник о непостижимом, как дерзкий посягатель на неприступные тайны Трех Лид Божества; на Их взаимные отношения. С благоговением и крайне осторожно нужно пускаться мыслить о Троичности Божества.

Молитва, как внешний воздух тело, освежает душу и оживляет ее — бодрее и веселее чувствуешь себя, как, прогулявшись на свежем воздухе, чувствуешь себя и физически и душевно бодрее и свежее.

Вся, елика имать Отец, Моя суть (Ин. 16, 15); вся, елика имать Дух, также и Его суть, кроме исхождения; равно говори и о Сыне, и об Отце, только отдели личные свойства. По причине Их единосущия — общение свойств.

Учитесь молиться, принуждайте себя к молитве: сначала будет трудно, а потом, чем более будем принуждать себя, тем легче будет; но сначала всегда нужно принуждать себя.

Святителю отче N… моли Бога о нас? На каком основании мы просим молитв за себя святых и действительно ли они молятся за нас и действительны ли их молитвы за нас? Молитв за себя святых мы просим на твердом основании Священного Писания и Священного предания. Сам Бог прямо изъявлял Свою волю некоторым людям, не имевшим к Нему особой близости — людям грешным по преимуществу, чтобы они просили о себе помолиться людей Божиих: например, Авимелеху, взявшему жену Авраамову, было повелено просить Авраама, чтобы он помолился об Авимелехе (См.: Быт. 20, 7,17); Иов молился по явному откровению воли Божией о друзьях своих (См.: Иов. 42, 8); Моисей (См.: Исх. 32,11–13), Самуил (См.: 1 Цар. 12, 19), Илия (См.: 3 Цар. 17, 1; 18, 36—39), все пророки, Сам Господь, по человеческому естеству Своему, молился Отцу Небесному о Петре (См.: Лк. 22, 32), о всех учениках (См.: Ин. 17, 9–26). Святые заслуживают быть ходатаями о нас к Богу по своим добродетелям, по своим, так сказать, заслугам пред Богом, как угодники Его.

Если на земле справедливость требует, чтобы известный человек, близкий к Богу, помолился о других (например, священник о людях), то отчего и не на небесах? Все святые — живы у Бога и для нас: видят в Боге наши нужды, сочувствуют нам и готовы по нашим молитвам помогать нам. Для чего по нашим молитвам, не иначе? Для того, чтобы нас же утвердить в вере и подвиге молитвенном. Да еще: для чего и живые хотят, чтобы другие, нуждающиеся в их помощи, просили их: Быт. 20, 7. Иов. 42, 8, 9, 10. Исх. о Моисее 32,.11–14, 31—33.

Как диавол в молитве убивает приражением к сердцу каким–нибудь противозаконным пожеланием или неправедным помыслом, так Бог и Его Ангел–хранитель оживляет мгновенным притоком святых желаний и помышлений. Надо быть внимательным и благодарным Господу за Его духовные дары света.

Что значат ежедневные призывания святых — в каждый день различных — в продолжение всего года и всей жизни? Значат то, что святые Божии, как братья наши, только совершенные — живы и недалеки от нас, и слышат нас, и помогать нам всегда готовы, по благодати Божией. Мы живем с ними вместе — в одном дому Отца Небесного — только на разных половинах: мы — на земной, они — на небесной; и для нас и для них есть средство проникать друг к другу: для нас — молитва веры и любви, для них — их духовная природа, всегда готовая к деятельной помощи по любви, которою проникнуты их души.

Вера подается человеку Духом Святым, оттого никтоже может рещи Господа Иисуса, точию Духом Святым (1 Кор. 12,3). Духа Святого открыл нам Иисус Христос, Духом Святым зачавшийся и родившийся, Духом Святым возраставший и укреплявшийся, изгонявший бесов, Духом Святым воскресший, о Духе Святом проповедовали апостолы, мученики, преподобные, святители, и весьма многие запечатлели кровию учение о Святой Троице.

Я — немощь, нищета, Бог — Сила моя: это убеждение есть высокая мудрость моя, делающая меня блаженным.

Иереи Божии! Совершайте Таинство Крещения благоговейно, с подобающею верою. Вы делаете чрез Крещение величайшее благодеяние для младенца и тем больше, что он безответен и совершенно немощен, от вас зависит изгнать или не изгнать из него духа лукаваго, сокрытаго и гнездящагося в сердце его. [74]

Един Живот и истинная Сладость моя, пища и питие мое — Христос. Так говори врагу, прельщающему тебя сладостию брашен и жалением их для других. — По Макарию, нужно радоваться [75], что они истребляются другими; чрез это меньше бремени на душе, легче восходить ей на небо.

Окрал, окрал меня враг ныне за всенощною Андрея Первозванного: лукавым смехом одолел меня, стремительным, неудержимым смехом пленил меня — над братом моим Матфеем. О! Я окаянный, легкомысленный, малодушный, слабый, как трость! В храме ли Божием я не мог удержаться? — Недаром о. Павел подал мне Служебник за несколько времени до литии: он делал это по внушению Божию, мне надо было укрепить душу свою молитвою, а не занятую молитвою, пустую душу обокрал злодей, лишил ее степенности и важности, сосредоточенности, сердечного умиления и страха Божия. Горе мне, прогневавшему Бога преблагого. Как я должен быть внимателен к себе во всякое время! Никогда я не безопасен от врага. Всем он меня искушает: когда ή здоров и покоен, он расслабляет меня лукавым смехом; когда нездоров и беспокоен, тогда унынием и малодушным нетерпением, раздражительностию. Везде беда: тесно мне отвсюду (Дан. 13, 22).

Когда приходят христиане в церковь — молиться Богу, то оказывается, что у них не один, а много богов и много кумиров. (И таким образом грешат против 1–й заповеди) (См.: Исх. 20, 3). Иная или иной сам себе кумир самолюбия: где чье сокровище, там того и сердце (Ср.: Мф. 6, 21).

† Как дыхание свое ты заимствуешь из воздуха и в воздух же опять его выпускаешь — так что ты всегда в воздухе и окружен им и он тебя проникает, так и душа твоя — от Бога и в Бога же опять возвращается — так что ты всегда в Боге и окружен Им со всех сторон и наполнен Им внутренно, как воздухом. — Потому и сказано: исполняйтеся Духом (Еф. 5, 18).

Как ежеминутно ты дышишь воздухом, так ежеминутно мыслишь или Богом, или диаволом, смотря по тому, каков ты по внутреннему расположению. — Что воздух для тебя — то Дух Божий для души; как из воздуха вдыхаешь нужные для тела твоего начала, так от Духа Божия вдыхаешь в себя благие расположения и мысли.

Я читаю Евангелие: тут не я говорю, а Сам Господь. — Он, Он Сам в этих словах. Ведь Он Дух, Премудрость, или бесконечная Ипостасная Мысль, Он — то, Он в этих чудных мыслях и словах Евангелия. Только слово наше человеческое, или лучше: и слово — Его же, и мысль — сущность Его, истина — Сам Господь. Так же точно я вижу, например, образ Спасителя, или Крест Его: опять тут Он Сам — вездесущий мой Господь, — в этом лике, или на этом Кресте, как в слове Евангелия; образ Его на иконе или на Кресте только внешний вид, а сущность — Он Сам, везде и во всем и чрез все являющийся, особенно же чрез образы и знамения, на которых наречено достопокланяемое имя Его или самый Образ Его. Так, Он и в священническом крестном рукоблагословении является с силою Своею и как бы Он Сам благословляет.

Потому очень важно священническое рукоблагословение. И обыкновенное крестное знамение наше имеет также силу Божию, только делай его с верою. — Так, везде Господа можно обрести и осязать.

Сам лакомишься — ничего, а другие — жалко и досадно. Чего себе, того и другому не жалей. Пренебреги всем снедомым, как гноем. — Люби всех, как себя.

Слава Богу — Спасителю моему: воззвал я о спасении к Нему, и Он спас меня. — 8 Декабря 1860 года. Утро: 10 часов.

Аще семь раз падет и семь раз покается, глаголя: каюся: остави ему (Ср.: Лк. 17, 4). Знает Владыка, как Сердцеведец, что люди склонны к весьма частым падениям и, падая, часто восстают: потому и дал заповедь — часто прощать грехопадения; и Сам Первый исполняет Свое святое слово — как только скажешь, по согрешении, от всего сердца: каюся — тотчас прощает.

Для Бога все женщины, как одна Ева: потому все пред Ним нечисты в крови своей и в рождении своем. И мужчины — также. Во гресех родихомся и в беззакониих, и сквернави ecu есмы пред Тобою. [76]

Все Евангелие есть Евангелие Царствия, к которому предназначаются христиане, и как бы единое обетование (все притчи, все пророчества, чудеса); послания Апостольские подробнее раскрывают обетования христианской надежды.

Да приидет Царствие Твое (Мф. 6,10), то есть Твое совершенное воцарение в наших сердцах.

Я по телу земля и пепел (Быт. 18, 27), а душа моя живет и покоится только Богом, Он и Светлость мысли моей и Крепость сердца моего. Значит, собственно я — ничто.

Если меня обижают другие, за это благодарение Богу: я стою того, потому что сам причиняю обиды Господу ежедневно; мне бы только не обижать других.

Святые исполнили слово Господа, Господь исполняет их слово; они делали для Него, Он — для них. В нюже меру мерите, сказал Сам Господь, возмерится вам (Мф. 7, 2). Вот почему Господь исполняет скоро молитвы за нас святых.

Θ Все угождение Богу состоит в помышлениях. Макарий. Часть 2–я. Беседа 31, ст. 3 [77].

В молитве нужно искреннее сожаление о своих грехах и искреннее раскаяние; перечисляя грехи, в молитвах означенные, говорить их, чувствуя сердцем как бы свои собственные. — Еще нужно пламенное желание не согрешать теми же грехами впредь.

Колокольный звон — зов на беседу с Богом — детей с Отцом, зов на явку пред Него.

Помни чаще, что ты только приставник Божией истины. — Молишься ли, учишься ли, — ты приставник Божией истины. Обращайся с Божиею истиною почтительно, свято.

Прочувствованная нищета, плач о существовании зла, жажда спасения находятся во всякой душе — прямой и смиренной.

Душа называется у святого пророка Давида оком (смятесяокомое) (Пс. 6, 8), слухом, языком, рукою, ногою или стопами (не даждъ во смятение ноги твоея) (Пс. 120, 3), возрадуется язык мой правде Твоей (Пс. 50,16). Око души. Зрящее ночью.

Плени меня, Владыко, в сладкий плен Духа Твоего Святого, да яко потоки югом (Пс. 125, 4) потекут слова мои во славу Твою и во спасение людей Твоих. Даруй мне это сладкое и могущественное внутреннее побуждение излагать свободно на хартии полноту духовных видений и чувств. Да будет язык мой тростию Книжника Скорописца (Ср.: Пс. 44, 2) Духа Всесвятого.

Намереваясь говорить о уповании христиан, я должен раскрыть пред вами обетования Божии и те козни, коими опутывает враг христиан, чтобы отвлечь их взоры (и надежду) от бесценного упования, — лесть богатства, земных удовольствий, почестей. Говоря о уповании, я должен раскрыть пред вами сокровищницу благ, обещанных нам во Христе, показать вам неизъяснимую, бесконечную благость и неисчетные щедроты Отца и Сына и Святого Духа: Отца — упования, Сына — нашего прибежища, Духа Святого — нашего покрова. [78] — Боже мой! Моему взору представляется бесконечность благ, обещанных христианам, и в то же время — бесконечная невнимательность христиан к обещанным благам, маловерие и самое неверие и холодность христиан, попирающих Кровь Завета, не радящих о молитве, спасении. О, да даст же мне Господь уста и премудрость (Ср.: Лк. 21,15)… да возглаголю я огненными языками, да возгнету огнь упования Господу поспешеетвующу (Мк. 16, 20) в сердцах хладных… (Книга непреложных Заветов! Вещай нам о Божиих обетованиях — праведным и грешным.)

Авраам раб Мой помолится (Быт. 20–7); Иов раб Мой… (Иов. 42, 8.) Моисей… Самуил… Илия. Так мы молимся, и молитвы наши об вас приятны Господу. Так и святые молятся, их молитвы, как верных рабов Божиих, приятны Ему. [79]

Диавол постоянно в сердцах наших лжет на Бога, особенно на Его вездеприсутствие: забы Бог, отврати лице Свое (Пс. 9, 32); на правосудие: не взыщет (Пс. 9, 34); на бытие: несть Бог (Пс. 13, 1).

Бог для того хочет от нас всегдашнего обращения к Нему в молитве, чтобы нас, одичавших грехом и удаляющихся от Него чад Своих, привлечь к Себе, очистить и заключить в объятия Своей любви, чтобы показать нам, как у Него всегда благо нам. Так и добрые родители поступают с своими злонравными детьми.

Когда слышишь, что говорит Бог, то представляй слово Его делом, или совершившимся, или совершающимся, или имеющим совершиться.

Надежда на Бога по содеянии грехов, какие бы они ни были, то есть на примирение с Ним, после ссоры, в унынии, тоске, в страстях. Нигде, кажется, не выражается так ясно и сильно надежда грешника на прощение грехов и спасение, как в молитвах ко причащению, в канонах Иисусу Сладчайшему и Божией Матери, Ангелу–хранителю и в канонах дневных.

Упование требует и жизни, сообразной с упованием. Уповающим не надо жить, якоже прочим, не имущим упования (1 Фес. 4, 13). Сицева убо имуще обетования… (2 Кор. 7, 1.)

Словесе о вашем уповании. Вот чего прошу у Бога.

Идеже есмъ Аз, ту и слуга Мой будет (Ин. 12,26) — со Мною, на престоле Моем (Откр. 3, 21) — восхищен будет на облацех… с Господем будем (1 Фес. 4, 17) — вот наше упование!

† Пресыщение — лишение веры, сердечного умиления и молитвы, холодная бесчувственность, бессилие сердца для всякого духовного делания, отпадение от благодати, источник гордыни, потеря смирения, отвержение вышней помощи, источник хулы на Бога и святых, ненасытимая жажда большего, недовольство тем, что имеешь, лживость сердца — да не насыщъся ложь буду (Притч. 30, 9). — Если бы вы спросили: отчего много людей неверующих, не молящихся, не живущих по–христиански, преданных всяким порокам? Ответ готов: от служения чреву — богу.

Молитва — вода живая (Ср.: Иер. 2,13; 17,13; Ин.

4,10; 7, 38), которою душа утоляет свою жажду.

Когда молишься, тогда представляй, что как бы един только и был пред тобою Бог, Троичный в Лицах, и краше Его ничего не было. Представь, что Бог в мире, как душа в теле, хоть и бесконечно выше его и не ограничивается им; твое тело мало и все его проникает малая душа твоя, но мир велик, Бог бесконечно велик, и по всему творению Бог и все наполняет — везде Сый и вся исполняй [80], — точно как душа — тело; Бог вселяется и в твоем малом мире — в душе твоей и в теле твоем; Он и в Тайнах весь, как в мире или как в твоей душе.

Что означало явление Аврааму трех Странников (См.: Быт. 18)? Означало то, что Господь, Троичный в Лицах, постоянно как бы странствует на земле и назирает за всем, что на ней делается, и <к> бдительным, внимательным к себе и своему спасению и ищущим Его рабам приходит Сам, гостит у них и беседует с ними, как с друзьями, к нему приидем и обитель у него сотворим (Ин. 14, 23), — и нечестивых людей попаляет небесным огнем.

Дух Святый бывает для верующих огнем, водою, воздухом, хлебом (реки от чрева его истекут воды живы (Ин. 7, 38); Мене оставиша источника воды живы (Иер. 2, 13) <Дух, идеже хощет>, дышет (Ин. 3, 8)). Как душа человека бывает оком, слухом, ногою, рукою. Миром, как душа телом, распоряжается и управляет всюду Сущий Дух, все оживляющий и все строящий и содержащий купно со Отцем и Сыном.

Я больше, чем кто другой — питомец Духа, будучи крайняя немощь, и мне ли каждое мгновение, в каждое дыхание не благоговеть пред Ним? — Он — Сила моей немощи.

(В молитве. О поклонении Пребожественной Троице.) † 

О уповании. У каждого отнимите из вещей видимых — то, что он любит больше всего; попросите или отнимите у сребролюбивого — деньги, у любящего пресыщение — сладкую пищу, у честолюбивого и гордого — некоторые его преимущества, назовите его недобрым именем — и увидите, что составляет упование каждого! О, с какими постыдными упованиями приходится иногда встречаться! Иногда человек привязывается нечистою любовию к человеку другого пола, дышит, питается им, так сказать! О постыдная надежда! О мерзкое сердце, отступившее от .Господа! О человек, утвердивший плотскую слабую мышцу свою на подобном себе ничтожном человеке! Я покажу, Кого тебе надо любить! Отягчающие сердца ваши объядением и пиянством (Ср.: Лк. 21, 34)! Покажу вам, Кто должен наполнять ваши сердца. Сребролюбивый! Покажу, у Кого купить сребро разжженное (Ср.: Откр. 3, 18); страстный до развлечений, до почестей — почести горняго звания (Ср.: Флп. 3, 14), до нарядов — одеяние бело, да облечешися (Ср.: Откр. 3, 18). — Грехи, противные упованию: отчаяние, уныние, рвение, самомщение.

Наказание за грех и мир совести после раскаяния в нем доказывают наглядно, что Един есть Судия, Жизнодавец и Бог наш, могущий спасти и погубить нас, давший нам жизнь и законы жизни и карающий за нарушение их, и что Он неизменяем.

Обращение внимания на голос питает бесчувственность сердца к тому, что поешь или читаешь, уста делает льстивыми и всего бездушным барабаном. — Нужно сердце.

Человек рождает подобного себе человека, а сам остается тем же, чем был, — а Бог всесотворивший, родивши Сына?..

Человек поучает других словом, и с словом выходит у него дух его — дух кротости, любви, терпения, и сам не лишается слова и духа, а остается с ними и еще более совершенствует их в себе и в других. — Не паче ли Бог?

Господь так милосерд, что не гнушается никакою нашею молитвою, но милостиво приемлет всякую и несовершенное исправляет, только бы мы обращались к Нему и совсем не забывали Его.

Научитесь такой вере в Бога, чтобы дышать Им, как воздухом.

Представить народу в беседах содержание канонов и акафистов Иисусу, Богоматери, Ангелу–хранителю; канона и молитв пред Причащением, молитв после Причащения; канонов дневных; утренних и вечерних молитв; молебнов — просительных, благодарственных, водосвятных. Показать, что нужно молиться на всяком месте.

О надежде на силу Креста, на имя Господне, на молитвы Владычице; на молитвы Ангелов и святых.

Нам, проповедникам, надо только помогать действиям Божиим над сердцами человеческими, ловить их готовые расположения к покаянию и усиливать их.

Слово Бога все равно что Сам Бог — потому несомненно веруй всякому слову Господа; слово Бога — дело; и твое слово должно быть делом, потому, давши слово, непременно его исполни. Потому и на молитве слова наши должны быть делом, истиною, а не ложью, не притворством, не лестью. Так и во всей жизни.

Высокое достоинство человека как образа Божия. Почему человек, имеющий живую веру, может творить всякие чудеса и быть некоторым образом богом для природы? — Потому, что он образ Божий, потому, что чрез веру он бывает един дух с Господом (1 Кор. 6, 17). Почему Бог послал Сына Своего Спасителем миру и отдал Его на смерть за людей? Потому, что люди — образ Божий. — Почему такие неизреченные обетования людям таких благ, ихже око не виде, ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша (1 Кор. 2, 9)? — Потому, что они — образы Божии. — Каково должно быть уважение наше к людям? Какова должна быть надежда христиан! — Друзья Бога моего! — Горняя мудрствуйте (Кол. 3, 2)!

Иисус воззре на Петра. И изшед вон плакася горько (Лк. 22, 61, 62). И теперь Иисус когда воззрит на нас: мы горько плачем о грехах своих. Да, слезы наши на молитве значат то, что Господь воззрел нас всеоживляющим, испытующим сердца и утробы (Ср.: Пс. 7,10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23) взором Своим. Ах. Как иногда запутывается душа наша разными грехами, точно птичка в сети; исхода не видишь иногда от грехов своих, и мучат они тебя: страшно тоскливо сердцу от них бывает. Но воззрит Иисус: и потекут ручьи слез, а со слезами — и все сплетение зла в душе в ничто обратится, и плачешь и радуешься, что такая милость тебе вдруг неожиданно послана; а теплота–то какая на сердце, а легко–то как бывает, так бы и улетел тогда — к Самому Господу Богу! Благодарю всем сердцем моим Господа, туне [81] очищающаго вся беззакония моя (Пс. 102, 3)! Декабря 16 дня 1860 года.

† † † Дело Божие — проповедничество — делай с радостию и великим тщанием, а отнюдь не лениво, неохотно, не небрежно (Ср.: Иер. 48, 10).

Душа наша потому называется душою, что она дышит Духом Божиим, то есть она так называется от Духа Животворящего. Иисус Христос, раздавая пищу, предварительно взирал на небо, благодарно благословляя, потом преломлял и подавал (См.: Мф. 14, 19; Мк. 6, 41; Лк. 9,16; Ин. 6, 11). Апостол Павел на корабле так же (См.: Деян. 27, 35). Так и мы должны благодарить Бога за пищу и питие и за все блага вещественные, особенно — духовные.

Дух Святой — Сокровище всех благ [82] или духовного богатства. Посмотрите, каким чудным богатством исполнены были души, в коих обитал Дух Божий: каким светом ведения, каким благоуханием добродетелей. Душа человека благочестивого бывает пребогатою, духовною сокровищницею. Павлова душа. Петрова душа; Иоаннова душа, Златоустова, Василиева, Григориева. Благий человек от благаго сокровища сердца своего износит благое (Ср.: Мф. 12, 35). Вот где истинное сокровище: оно совсем не то, которым дорожит свет. Таланты.

По Макарию показать достоинство христианина, искупленного Кровию Сына Божия и уготовляемого в вечный храм Богу; о высочайшем блаженстве, его ожидающем, и препятствиях к тому, чтобы соделаться храмом Божиим, поставляемых злыми духами; борьба в надежде на помощь Божию, на благодать Христа и Духа Святого [83].

† Хочешь видеть надежду христианскую во всем ее величии — читай церковные молитвы, проследи Богослужение христианское, особенно воскресные и праздничные службы. — Там ты увидишь бесконечное богатство благ, обещанных верующим.

Духовный человек погружается умом и сердцем в Бога и в Нем находит сокровища знаний и премудрости (Ср.: Кол. 2, 3), правды, мира и радости о Духе Святе (Рим. 14, 17)у, а плотский человек — в мир прелюбодейный и грешный (Ср.: Мк. 8, 38), или в вещественную природу, не видя в ней Бога, и в ней ищет пищи своему земному, близорукому уму, своему самолюбию и гордости (Куторга).

О значении сердца в надежде. Блажени чистии сердцем… (Мф. 5, 8.) Очисти — и надейся соединиться с Богом на бесконечные веки.

В молитве надо всего более стараться о горячности духа, о горячности и искренности раскаяния во грехах. Анания, Азария и Мисаил (См.: Дан. 3, 25–45), пророк Даниил (пред явлением Архангела) (См.: Дан. 9,4–20). Благоразумный разбойник (См.: Лк. 23, 42),

Слово на тех, которые долго не причащаются по сознанию своего недостоинства.

Священник — слуга Божий, вооруженный Его властию и силою (в покаянии); сила Креста, священническое благословение.

Человек — образ Пресвятой Троицы. Телесный облик — все существо — Отец, Сын и Дух. Живот — Сын, легкие — Дух. В душе — Мысль, Слово и Дух, от Мысли происходящий и почивающий в Слове.

Ты раздражителен и горд — ты грешишь против Кроткого и Смиренного.

Молитва всегдашняя, потому что всегда грешишь; благодарение всегдашнее — потому что ежедневно, ежеминутно получаем новые милости Божии, а и старых без числа много; славословие всегдашнее: всегда видим славу дел Бога нашего в нас и в мире, особенно славу Его бесконечной любви к нам.

В самые скорбные, безотрадные минуты Господь с нами. С ним есмъ в скорби (Пс. 90, 15). А мы думаем, что нет, что Бог оставил нас.

О несказанная держава Бога нашего над сердцами нашими! Мать не может совершенно привлечь нашего сердца в любовь свою, а Господь привлекает Тайнами и молитвою.

† Наглядное показание вездеприсутствия Божия. Бесчисленное множество тварей дышит воздухом в одно и то же время — по всей земле; бесчисленное множество тварей солнце освещает, согревает и оживляет; дождь напаяет бесчисленное множество отдельных растений. Так бесчисленное множество Ангелов и человеков дышат Духом Божиим; бесчисленное множество других живых тварей получили нужные для их жизни и наслаждения и самосохранения способности; Духовным Солнцем освещается, согревается и оживляется бесчисленное множество различных творений; дождем или росою благодати Духа Святого напаяется многое множество душ.

† Нет ничего ближе к нам Бога. Он — Бог сердец (Ср.: Пс. 72, 26), самых сердец, а сердце в свою очередь всего к нам ближе, это — существо наше, сущность наша.

Бог не оставит: вот надежда. † 

Полководец голосом, а священник молитвою приводит в порядок полки Господни и Крестом вооружается на врага духовного вместо меча.

Что — я и что — не я — диавол?

В добрых делах надежда на награду. Мзда ваша многа на небесех (Мф. 5, 12). Доброе творяще, да не стужаем си: во время свое пожнем (Гал. 6, 9). Уготовляется мне венец правды (Ср.: 2 Тим. 4, 8).

Буди, Господи, милость Твоя на нас, якоже уповахом на Тя (Пс. 32, 22).

† Уважай себя как образ Божий, помни, что этот образ — духовный, и ревнуй об исполнении заповедей Божиих, восстановляющем в тебе утраченное грехом подобие Божие; крайне остерегайся нарушать малейшую заповедь Божию; это нарушение разрушает в тебе подобие Божие и приближает тебя к подобию диавола; чем больше будешь нарушать заповеди Божии, тем больше будешь уподобляться диаволу.

† Павел и Сила, молящася пояху Богу в темнице (Ср.: Деян. 16, 25), и из темницы молитва их удобно проникла в небеса и низвела им небесную помощь: землетрясение, спадение уз, отверзение дверей. — О Петре, когда он спал и когда молилась о нем Церковь (См.: Деян. 12, 6–12). О молитве в доме по приятии Апостолом бесчестия за имя Господне: подвижеся место, где они были (Деян. 4, 31).

† Научись презирать и подавлять свое сердце силою имени Господня и своей воли в то самое время, когда оно больше всего страдает порывами самолюбия, когда оно готово всех и все разить и ломать.

† Есть у меня Учитель, дарующий мне жизнь: каждое слово Его есть слово жизни и, значит, истина; Ему–тο я во всем верю, и всему, что слышу противного Его слову — в моих мыслях и в сердце или от людей — не верю и почитаю ложью, смертью для души.

Всесвятый Дух по благоволению Отца оживотворяет все создание — небесное и земное.

Все вещественное, мы видим, тлеет, начиная с пищи и одежды, грехи также, все замечаем, растлевают душу и тело. Это обстоятельство должно возродить в нас надежду нетленного, непреходящего, и значит, состояние безгрешности. Вы, сладко–питающиеся, вы, тщеславящиеся одеждою, домами, богатством что вы делаете?

† Все дышащее дышит воздухом и без воздуха не может жить; все разумно свободные существа живут Духом Святым, как бы воздухом, и без Него не могут жить. Святым Духом всяка душа живится. [84] — Познайте, что в таком отношении к душе нашей находится Дух Святый, в каком воздух к телу.

Крайне берегись оскорбить родильницу с младенцем отказом ей в молитве или иначе как–нибудь: ты оскорбишь этим сильно Самого Христа, нас ради младенствовати изволившего, и Пренепорочную Его Матерь; не поленись все сделать для родильницы и для беспомощного младенца.

† Ночью душа наша свободна от суеты мирской, и потому свободно может действовать на нее мир духовный, и она свободно может принимать его впечатления — потому что мысли и расположения сердечные у человека бывают мыслями и расположениями Самого Господа или Ангелов, и святых, если человек праведен; и мыслями и расположениями диавола, если он грешник нераскаянный. — Грехов их и беззаконии их не. помяну ктому (Ср.: Евр. 8, 12), — были в мыслях моих такие слова.

† Чудотворный мой образ Спасителя. Сам Господь на нем; горько я плачу и как бы невольно, по благодати, обильно от него на меня изливающейся, лью я потоки слезные, очищающие от грехов душу мою и мир и сладость на сердце у меня производящие.

Диавол имеет обычай нападать на нас в тесных местах.

Перед тем временем, как ездить со Крестом, возведи сердечные очи ко Господу, попроси Его помощи на предстоящий труд, перекрестись с теплою верою, сказав: Господи, благослови, и — поезжай, да в каждом доме, когда будешь петь тропарь и кондак праздника, ниспустись мысленно в самое сердце, вообрази в нем Христа и лице праздника, Крест прижми от сердца к челу — и увидишь, какая благодать с тобою будет, как охотно будут тебя принимать. — Опыт. 25 декабря 1860 года.

Все христианство в надежде — все плоды его в будущем; кончина — жизнь вечная; Дух Святый, принимаемый верующими, есть обручение будущих благ [85]. — Приемлюще кончину вере вашей, спасение душам (1 Пет. 1,9). — Ихже око не виде… (1 Кор. 2, 9.)

Предметы христианской надежды 1) в нынешнем веке 2) в будущем веке. В Служебнике и Требнике показывается ясно христианская надежда.

† Те, которые прикасались к одежде Спасителя, исцелялись (Ср.: Мф. 14, 36). Почему употребляющие [86] святую воду с верою исцеляются? — Крест, погружаемый в воду с молитвою веры, есть как бы Сам Господь Животворящий. Как одежды Спасителя проникнуты были Его жизнию, так вода, в которую погружается Животворящий Крест, сама проникается жизнию — от того она и целительна.

Христианская надежда есть успокоение сердца… Такое успокоение сердца основывается, между прочим, и на примерах попечения Божия о спасении душ человеческих. Мы часто видим, что Господь отзывает из жизни человека вскоре после того, как он окончит какое–либо доброе дело во славу Божию, чтобы иметь ему там помилование в оном деле на Страшном Суде.

Сердце есть душа моя; в сердце я и мыслю, по словам Самого Спасителя: векую вы мыслите лукавая в сердцах своих (Мф. 9, 4), говорил Он фарисеям. Или: от сердца исходят помышления злая (Мф. 15, 19). — Потому, когда хочешь сочинять, крайне заботься о сердце, ум не станет работать, если сердце не захочет. — Бога проси, чтоб сердце просветил.

Не унывать ни в каких скорбных обстоятельствах, но всегда, неуклонясь взирая ко Господу, надеяться на Него.

Когда тебе приходят на молитве хульные помыслы в голову от сердца, тогда смири скорее свое сердце и скажи внутренно: я не достоин и одно имя произнести Господа или Пречистыя Его Матери, или святого какого–либо.

Когда поминаешь пред престолом Господним имена умерших, помни, что они взирают на тебя с надеждою, что ты искренно помолишься об их упокоении.

И сам буду с вами изощрять свою надежду.

Что такое вообще — надежда, а потом — что христианская надежда? — 1. Надежда, что буду жить, не умру; что не лишусь благ жизни; здоровья, пищи, одежды, питья, дыхания, способностей.

По тому одному, что враг часто запинает меня пищею и питием, буду, во славу Божию и с помощию Божиею, осторожно употреблять пищу и питье.

Пределы надежды: аще в животе сем <точию уповающе есмы во Христа, окаяннеиши всех человек есмы> (1 Кор. 15, 19).

Житие наше на иебесех есть, отонудуже и Спасителя ждем (Флп. 3, 20).

Упражнение для надежды: вот, например, ты чувствуешь себя днем — окаянным и бедным, и нищим, и слепым, и нагим. (Ср.: Откр. 3, 17) в продолжение дня и думаешь в себе: как я беден всяким добром и как во мне много всякого зла, несть во мне спасения надежды; [87] оставил меня Господь; примет ли Он меня хотя на молитве? Ах! Тогда–то и надейся, возлюбленный; Господь во всякое время ищет погибающего и всегда готов броситься на шею к заблудшему сыну. Помни притчу о блудном сыне (См.: Лк. 15, 11–32). Она повторяется над каждым обращающимся грешником. — Надейся и на то, что молитву твою Господь тем более от тебя примет, чем она искреннее, чем она более проникнута сознанием твоего недостоинства.

† Дух Божий есть, между прочим, Дух искреннего благожелания и сострадания всем, Дух терпения и снисходительности к немощам других, а дух злобы — дух недоброжелательства и холодной бесчувственности к другим, дух раздражительности и нетерпения, дух беспощадности к немощам людским. Берегись последнего; держись первого. Любы додготерпит, милосердствуепх (1 Кор. 13, 4).

Еще дух злой есть дух беспокойного сомнения или мнительности, а Дух Божий — Дух твердой, непоколебимой веры в то, что истинно и праведно и благо.

Господь — жизнь и пространство моего сердца, ясность и свобода моей мысли; Он — мое слово. Без Него ничего этого нет; Он — все мое. — Опыт. (Акафист.)

Совлекайся ветхаго человека с деянъми его (Ср.: Кол. 3, 9); распинай плоть свою с ее страстями и похотями (Ср.: Гал. 5, 24); умерщвляй тело свое и порабощай, по Апостолу, да не како, иным проповедуя, сам неключимь будешь (Ср.: 1 Кор. 9, 27).

Не обращать внимания на боязнь и диавольское расслабление сердца в деле Божием, но, крепясь верою и упованием на Господа, бодро продолжать его.

О, как я неверен оказался моему Господу 5–го января. Неверен в воззрении на нищего как брата и сестры, имеющих одинаковое достоинство, кто бы они ни были, богаты или бедны, как членов Христовых, равно искупленных кровию Христовою и имеющих одинаковые духовные потребности, в воззрении на Таинство Елеосвящения как именно на Таинство, проводящее дары Святого Духа в душу христианина. Со стыдом припоминаю, как я положил оружие пред врагом, кознодействовавшим в моем сердце, и не возвел искренно очей моих с подобающим смирением ко Господу моему, присно готовому Помощнику в скорбех. [88] Очисти, Господи, грех мой, мног бо есть (Пс. 24, 11). — Не помяни неправды моей, Господи, вдень он. — О, как Ты милосерд, Господи: Ты преклонился к слезам моим и воздыханиям моим и по вере моей и по раскаянию моему омыл грех мой пречистою Твоею Кровию и приял меня паки в любовь Свою. — Ты оставил ecu нечестие сердца моего (Пс. 31, 5), покрыл ecu вся грехи моя; возвратился ecu от гнева ярости Твоея (Пс. 84, 3, 4).

Все учение Евангелия, все церковное (службы, таинства, обряды) — дух, мир, живот, а то, что идет наперекор им, — смущение, скорбь, смерть. Из сего одного познаем, что все Евангелие и все церковное — истина, а что противно им — ложь. Если вкрадывалась как–либо ложь в Церковь, она тотчас отсекала ее чрез Соборы и Соборное осуждение, или чрез некоторых представителей своих, и никогда не терпела в себе никакой лжи, всегда была славною Церковию, не имущею скверны, или порока, или нечто от таковых, но была, есть и будет свята и непорочна (Еф. 5, 27).

Жало смерти — грех. Видишь, грех непременно жалит. Значит, все, что жалит душу, всякая мысль, всякое чувство, жалящие душу, греховны. Мудрование плотское смерть есть, а мудрование духовное живот и мир (Рим. 8, 6).

Духом Святым молящеся (Ср.: Еф. 6, 18), Дух Святой для души что воздух; Иисус Христос — что пища Животворящая, впрочем, нераздельно и Дух и Сын; как воздух и пища одинаково необходимы и одно с другим нераздельны — так Дух Святой и Сын нераздельны Сами в Себе и в действиях Своих в нас; а Бог Отец чрез Сына и Святого Духа действует начально и благоволительно, как Их Начало и Вина.

РУКОВОДСТВО Руководители в молитве: Давид в своих псалмах, святые Божии человеки или, подобно нам, грешные Ветхого и Нового Завета, оставившие нам образцы молитв. Три отрока (См.: Дан. 3, 52–90), Даниил (См.: Дан. 2,19–23), пророчица Анна (См.: 1 Цар. 1,10–11), Моисей (См.:Исх. 32, 11–13), Манассия [89] и другие.

Как от столпа облачного древле в пустыне (См.: Исх. 13, 22), так после от храма святого Своего Господь внимает молящимся. Потому у стоящих в храме все должно выражать молитву: и глаза, и выражение лица, и положение тела.

Призывание святых означает их близость к нам и приготовляет к всерадостной встрече с ними на небесах.

Восход и запад [90] великих светил предшествуется и последуется зарею. Восход великих праздников встречается предпразднеством и последуется попразднеством. Для чего? Для того, чтобы заранее приготовить сердечные взоры к зрению света, обильно лиющегося от Виновника этих праздников — Христа Господа.

Прочь всякое внутреннее самоуслаждение, самохвальство и довольство собою и поставление себя выше других.

† Ты знаешь, с каким удобством вселяется в тебя диавол и действует в твоем сердце и в мыслях; не тем ли с большим удобством вселяется в тебя и действует в тебе все наполняющий Дух Божий?

Все духовные блага христиан в уповании; здесь — начатки и залоги; воскресение Христово — начатой нашего воскресения; залог Духа в сердцах христиан (Ср.: 2 Кор. 1, 22; 5, 5) — залог будущих благ блаженства в Духе Святом. Насыщуся, внегда явитимися славе Твоей (Пс. 16, 15). Сила Креста Христова, все чудеса от животворящих Таин и от святых икон — залоги будущего нашего блаженства. Здесь мы немощны; Крест храпит и носит нас.

Нет ничего к нам ближе Бога: Он — Бог сердец (Ср.: Пс. 72, 26), их сила, жизнь, мир, радость.

† Проследи все состояния общества — и увидишь, как мала надежда и что составляет надежду каждого.

Таинства, службы руководствуют к надежде.

Животворящие Тайны ощутительно, наглядным образом доказывают, что Господь есть Творец мира духовного (оживляемых Тайнами душ наших) и вещественного (Кто может претворять обыкновенный хлеб в Свое собственное тело и вино в Свою собственную кровь, кроме Единого Творца?).

Молитва — восстановление разрываемого с Богом грехами завета нашего. Когда я искренно молюсь, тогда я дома — у Отца.

Надейся, да и сам тщательно борись с помыслами и страстями.

Познай себя каждый. Кто ты, собственно, что тебе нужно существенно и что не нужно существенно, и к чему ты предназначен: и тогда узнаешь, на что тебе надо надеяться. Сердце — (вечность души, вечность наслаждения будущими благами) Бог и Его вечность. Христос — единение нашего сердца, восприятия Им нас в Себя и Его в нас. Да и тии в Нас едино будут (Ин. 17, 21).

Когда внутреннее изнеможение в добре и происходящие от того скорби постигают тебя: благодари тогда Бога и за это оставление тебя Его благодатию и за эти скорби, но только молись, чтобы верным пребыть Господу.

Писания какого–либо мужа святого — все равно что он сам; потому верить им, как ему самому; кольми же паче словам Евангелия, как Самому Господу.

† Бог есть Бог внимания нашего, если можно так сказать: Он внимательнее к нам всякого, самого доброго и внимательного человека. Видали ли вы добродушного и внимательного человека? Как он внимателен, не проронит ни одного слова, войдет в силу или сущность каждого вашего прошения, каждого слова. А Бог несравненно внимательнее: Он к каждому движению души внимателен, к каждому сердечному движению, к каждому воздыханию; ни одна капля слезная, ни одна частица капли не утаится от Него [91]. Это все говорится с опыта. Как же отрадно молиться такому внимательному Существу, такому всеблагому Отцу.

Берегись крайне,чтобы в сердце твоем адский пес не лаял на Божию истину, в Слове Божием и в церкви провозгласимую.

Хочешь у Господа просить исцеления своему телу? Проси так: Верховный Художниче всего видимого и невидимого создания! Вот у меня болит тело мое: Ты же, как Художник его, исцели его словом Твоим, ибо у Тебя вместо всяких орудий действует единое, зиждительное Слово Твое. Все темные и разнородные художники употребляют для сделания или для исправления художественных произведений различные вещественные инструменты и ими, иногда очень продолжительно, достигают цели своей; а у Тебя единое мановение воли Твоей все совершает. Благоволи убо, Господи Боже мой, сие дело рук Твоих — грешное тело мое исцелити, да принесу его Тебе в жертву служения: Ты бо еси един Врач телес же и душ наших, [92] и Тебе славу воссылаем со безначальным Твоим Отцем и с Пресвятым и благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

У души есть своя пища, свое питье, своя одежда, свои увеселения, свой воздух, свой огонь.

† Свет Божий в сердце–то и обитает и от него–то и на ум распространяется; а это бывает тогда, когда в сердце Христос, введенный в него верою, веруяй в Мя… реки от чрева его истекут воды живы (Ин. 7, 38).

† Со смирением все делай — и самые по видимому мелкие и незначительные дела. Помни, что Един — всесотворивший и всесильный.

† Почему одно мгновение усумнения или неверия в истине удаляет от нас Господа и причиняет нашему сердцу мучение? — Потому, что Господь есть мысленное Существо и как в одной мысли истинной и верной заключается Он, так и одна же мысль ложная не есть Он, а противоположное Ему существо — диавол. Помни слова: Иже весь закон соблюдет, согрешит же во единем, бысть всем повинен. Рекий бо: не убиеиш, рекл есть и: не прелюбы сотвориши и проч. (Ср.: Иак. 2, 10–11). Потому не изменяй Господу ни одною мыслию и всячески укрепляй сердце свое в истине.

Если какая–нибудь мысль — жизнь для сердца, то она — истина; если — томление, смерть сердца, то она — ложь. Господь наш есть Мир и Жизнь — и миром и жизнию почивает в наших сердцах.

Слово Господа так твердо и неизменно, что Им держится весь мир — видимый и невидимый — мир Ангельский и человеческий. Потому и слово Евангелия так твердо, что удобее небу и земли прейти, нежели йоте единей или черте единей погибнути от закона (Ср.: JIk. 16, 17). Все, что сказал Господь в Евангелии, так истинно и так твердо, что небо и земля скорее могут прейти и исчезнуть, чем слова Господни, сказанные в Евангелии. — Чудно же Слово Божие! И смотрите, как истинно Слово Господа: вот уже девятнадцатый век от вознесения Христова на небо, а Слово Его пребывает твердо и неизменно, оживляя сердца наши, просвещая умы наши, исполняясь в обетованиях и пророчествах Своих. И будет существовать и оживлять души человека до скончания века (Мф. 28, 20).

Припадаю к Тебе, яко Соломон, Слове, и, якоже он, прошу даровати мне премудрость (См.: Прем. 9, 4), во еже научити люди Твоя, кое есть упование звания Твоего, и кое достояние славы Твоея во святых (Ср.: Еф. 1, 18).

Я — человек греховный, нечистый, ветхий, погибающий, крайне нуждаюсь в руководстве Духа Святого и человеков Божиих, святых: это руководство церковное — Богослужение и молитвы. — Как человек греховный, ветхий, я ощущаю в себе — в сердце своем противление Духу Божию, истине Божией. Это должно послужить поводом к крайнему моему смирению во всю жизнь и заставить меня всесовершенно благоговеть пред Господом и пред избранными Иго сосудами и — презирать себя во Христе, всякое собственное, а не по Христе мудрование и всем сердцем предаваться истине Божией, раскрываемой в Евангелии и в Церкви святой. Вообще вменять себя я должен за ничто нравственное, чтобы Святой Дух соделал меня чем–либо.

Галилея языческая, людие седящии во тьме виде шасвет велии…(Ис. 9,1–2; Мф. 4,15–16.)ЭтаГали лея языческая — мы, христиане из язычников; мы увидели и просвещены светом Христовым [93], Его святой веры. Благодарить должны крепко. Сияет ли в нас свет Христов? Не померк ли? Не помрачен ли делами плотскими? Не подавлен ли плотию наш внутренний человек? Не помрачены ли наши сердечные очи? — Надобно поспешно каяться: покайтесь, приближибося Царство Небесное (Мф. 3, 2). — Помнить надо, что грехи прогоняют из сердец наших свет Христов и погружают нас во тьму духовную, тьму смерти, предшественницу смерти вечной, вечных мучений в аду. Чтобы не напрасно нам называться христианами и не хвалиться светом, которого не имеем, мало того, чтобы не подвергнуться нам боль игему, чем язычники, помраченные неведением Бога, осуждению (Ср.: Иак. 3, 1): весьма худо, если мы, зная всю волю Божию, не исполняем ее, если мы живем ничем не лучше, даже хуже язычников, неведущих истинного Бога: раб, веде вый волю господина…<и не уготовав… биен будет много> (Лк. 12,47).

8 января. Сегодня крайне уязвило мое сердце жаление сребра, то есть — враг, чрез жаление сребра. Прочь же всякое алкание Иудиных сребреников, да вменяются они в уметы (Ср.: Флп. 3, 8), в ничто. — Господи, помози!

Дух Святый есть жизненное Начало для души моей — и Сыном Божиим мы имеем приведение во едином Дусе ко Отцу (Еф. 2, 18). — Всею крепостию души твоей на всякое время почти Духа Святого. Дух Святой исходит от Отца, а мы от Отца созданы Сыном в Духе Святом.

† Сильно, недремлемо задерживает наше всецелое и навсегдашнее обращение к Богу — сатана. Сильною преградою становится он между Богом и нами.

О если бы мне научиться всех любить как себя — и все терпеть, ни на что не раздражаться. Да поможет Господь! — Да не находит во мне места злоба диавольская!

И самый образ Господа больше меня, потому что Он держава моя, сила моя, носило мое. То же и Крест. Так, и одна тень Господа моего, как тени апостолов Петра и Павла (См.: Деян. 5, 15), имеет великую силу над моим сердцем. — На всяцем месте очи Господни сматряют (Притч. 15, 3) (и на образе).

† Господь принял на Себя всего человека, да буду же я весь истинен, как Он: и мыслию, и словом, и делом, подражая Ему во всякой добродетели, особенно же в кротости и смирении и в терпении.

† Господи! Даруй мне видеть в каждом брате моем, во всех его нуждах и потребностях телесных и духовных — Тебя, принявшего на Себя все человеческое, и терпеть в ближнем все немощи, как Ты прииял на Себя все его немощи; даруй видеть мне Тебя в каждом ближнем.

Хорошо, говорят, в театре: есть на что глазу посмотреть, есть чем душу потешить: и множество людей избранного общества, нарядно одетых, и множество светильников; и стройность и занимательность действий актеров; но каково должно быть на небесах — во свете лица Божия (Ср.: Пс. 88, 16), в соприсутствии с светоносными Ангелами и святыми? † 

Слово есть сочетание членораздельных звуков: потому раздельно читать и надо, отдавая должное каждому звуку. Все должно быть постепенно и в порядке; Сам Господь мир творил постепенно, — а не вдруг (См.: Быт. 1), хотя и мог во мгновение сотворить, — давая нам урок, чтоб мы все делали постепенно, а не вдруг.

† Существом души моей и целию жизни моей должна быть любовь; все прочее должно почитаться ничтожным в сравнении с любовию. — Иисусе: Ты — любовь наша! Ты— Существо любви! Ты обитай в сердцах наших и со делай их любящими.

† Если мое сердце так удобно развращается несмотря на то, что я причащаюсь часто Животворящих Таин и подкрепляю себя ежедневною молитвою, то как легко развратиться и быть склонными и действительно обладающими всякими пороками христианам, столь редко причащающимся и так мало молящимся? И как же нужно священнику молиться о таких людях?

† Надо быть верным Богу? А что значит быть верным Богу? Значит — быть верным Божией святости, любви, правде и истине.

† Надежда, и обыкновенно понимаемая, есть чаяние жизни и благ жизни, а надежда христианская есть чаяние вечной жизни и наслаждения обещанным и для нас духовными благами на небесах. Мы временны и, если можно так сказать, однодневны на земле, если брать жизнь нашу на земле в сравнении с вечностию, если обратить внимание на то, сколь мало мы живем здесь в собственном смысле, в стройном удовлетворении и в мире всех душевных своих сил [94], сколь мало вкушаем покой сердца в едином всех Упокоителе — Боге. Будущий покой наших душ, мятущихся и стенящих здесь видимо и незримо под бременем греха, и покой вследствие совершенного освобождения от греха, от смерти или (последний враг испразднится смерть) (1 Кор. 15, 26) тления душевного и телесного — вот сущность христианской надежды, достижение совершенного удовлетворения и успокоения сердца и ума и неизреченных благ духовных, обещанных от сложения мира избранным (Ср.: Еф. 1,4) — во Христе Иисусе. На чем же основана такая надежда наша? На непрепоясных сказаниях Самого Бога в Священном Писании, на Таинстве искупления нашего Иисусом Христом — Сыном Божиим, Который потому и называется Упованием нашим, и на опытах здешней жизни. (Прислушайтесь к словам апостолов в Посланиях — и увидите, в чем христианская надежда; также к учению Спасителя). Объяснимся. Войдем к началу бытия человеческого, к чему он [человек] был предназначен, как уклонился от своего назначения и как возвращен к нему, и Кем. [95]

А ще кто не хощет делати, ниже да яст (2 Фес. 3, 10). Эти слова не относятся к врагам нашим — и тогда, когда враг наш ищет нашей пищи. Аще алчет враг твой, сказано, ухлеби его: аще ли жаждет, напой его (Рим. 12, 20; Притч. 25, 22).

† Бога представляй всегда не иначе, как Личным Существом Всесовершеннейшим. Именно Бог есть в бесконечной степени то, что ограниченное, но очищенное я, то есть у Него в бесконечной степени совершенства — ум и сердце и воля, в единении личного я. Так воображай и Господа Иисуса Христа и Духа Всесвятого и, яко Господу в Трех Лицах, старайся быть всячески верным.

По великости бедствия величайшая милость от Господа. Враг седмерицею разжег пещь свою [96] во внутренностях моих, и премучительно свирепел его пламень во внутренностях моих, убивая все силы души и тела моего. Но — о чудесе! Тайны Животворящие, принятые внутрь, потушили пламень и успокоили, оживили меня, свободу душе моей даровали — и я возвеселился о милости Господней неизреченной. — Слава Господу моему Спасителю и Богу моему. Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми? (Пс. 115, 3.) Да верен обрящуся. Спасителя моего да предзрю пред собою выну, яко одес ную мене есть (Ср.: Пс. 15, 8.); Друга моего верного да помню всегда и дома и вне его; и сидя, и ходя, и лежа, и востая, и вкушая, и пия… Избавителю мой Готовнейший, слава Тебе!

В классе [97] палил лукавый внутренности и сильно стеснил сердце и связал язык; но вышедши из класса и идя к церкви, я возвел очи на небо с молитвою о помощи, — и он покинул меня, и стало легко…

† Господь всегда со мною. Им поддерживается весь организм мой; душа моя — Его дыхание и в Нем находит свет и вкушает мир; и лишь неверными помыслами отделится от Него — постигает ее скорбь и теснота. Ибо все дело в помыслах: в них–то и заключается душа наша. Равно помыслами веры и с Богом соединяется.

Поминаа последняя твоя, и во веки не согрешиши (Сир. 7, 39).

Слово есть Бог, а Бог неизменен, значит и — слово. — Если бы Господь не был верен, тверд и неизменен в Своих словах, то как бы мог стоять мир, сотворенный словом Божиим и держащийся словом Божиим (См.: Евр. 1, 3; 11, 3)? Как бы в точности исполнилось все обещанное и предсказанное? Как бы и я мог существовать, если бы слово Божие не было неизменно? Я держусь Его словом.

Бых мертв, и се, жив есмъ во веки веков (Откр. 1, 18) — говорит Господь в Апокалипсисе, и слова Его — истина, дело: будучи жив во веки веков, Он во всех веках спасал обращавшихся к Нему с молитвою веры и постоянно ныне спасает. Так и ты, если подвергаешься, положим, смерти за имя Его, за дело Его, то ты, ставши на несколько времени мертвым, будешь жить также во веки веков. О, как беспредельна и животворна Твоя держава, Господи! Ты ежедневно и часто многократно в один день оживотворяешь наши души, умерщвляемые грехами и диаволом, особенно же держава Твоя осязательна в животворящих Твоих Тайнах — Ты очевидно являешься здесь Богом Владыкою живота [98] нашего и смерть душ наших претворяешь в живот, скорби — в пространство, уныние — в радость.

Для Господа и стены прозрачны, и во глубинах земных зрит все сокровенное; и Им сочтены все помышления и чувства в душах человеческих. — Власи главы ecu изочтепи суть (Мф. 10, 30).

Каждый день меня, недостойного, Господь допускает к трапезе Своей: и я должен непременно допускать к трапезе моей людей, хотя бы и недостойных ее.

Вкушая тленную пищу, помни о нетленной пище пречистого Тела и Крови Господних и — не прельщайся сладостию брашен гибнущих (Ср.: Ин. 6, 27).

Господь есть мир наш. Когда же и где же Он не может быть с нами?

Господь есть праведность наша. Когда же мы не можем быть праведны и где же не можем быть мы праведны и святы? И значит, что и Господь всегда и везде может быть с нами.

То, что в людях называется сердцем, есть одно и то же с моим сердцем: все люди, можно сказать так — мое сердце, как об одном любимом человеке говорят: ты — мое сердце; и в их сердцах одинаково, как и во мне, живет Христос. — Отсюда–то любовь к каждому, как к себе.

Твои братья — одно с твоею женою и с твоим отцом: как им не быть часто у тебя, как тебе не любить их? — Воистину.

Что есть надежда христианская? А какое для нас — величайшее благо, которого мы еще не имеем, которым не обладаем и которого надеемся: ибо надежда предполагает именно — что мы чего–то, очень для нас важного, не имеем, однако же надеемся получить. Присмотримся к своей жизни.

Θ Соединение с Богом — вот надежды предмет.

Показать каждому сословию и званию надежду — во Христе. Пастырям — Пастыреначальника, Имеющего наградить их за пастырство (явльшуся Пастыр<еначальнику>) (1 Пет. 5, 4), царям — Царя царей (Откр. 17, 14; 19, 16), и пр. и пр., бедным — нас ради Обнищавшаго, да мы нищетою Его обога тилисъ (Ср.: 2 Кор. 8, 9); богатым — Наследника всего Отеческого достояния, Имже веки сотворены (Ср.: Евр. 1,2); ученым — Ипостасную Премудрость, в Нейже все сокровища премудрости утаены (Ср.: Кол. 2,3); девственникам — Высочайшего Девственника; находящимся в супружестве — Создателя мужеского пола и женского, воинам — Победителя.

0 Надежда наша в здешней жизни — Тело и Кровь Сына Божия и молитва ко Господу, очищающие от грехов.

Имя Божией Матери есть имя Святыни беспримерной, имя Благости и Милосердия.

Избавлъся от вечныя смерти похвальная восписую Ти. [99]

Царство Твое даровал ecu будущее [100] — день невечерний; жизнь нестареющаяся. [101]

Господь — мысленное Существо: в людях смотри на мысленное же и всею силою души возлюби их: с ними соединяется Виновник и Царь мысли и слова; в них обитает Триипостасный Бог духов и всякой плоти (Чис. 27,16) [102]. К нему приидем и обитель у него сотворим (Ин. 14, 23). Так как Господь есть Мысль, Слово, Дух — то вера, или сообразность<?> сердца с Богом, соединяет мысленно, словесно — духовных с Богом; потому–то вера есть средство к получению всех благ от Бога; потому–то молитва веры делает чудеса с нашею душою, равно как и с другими. Потому–то вера сердечная — величайшее сокровище в человеке; потому–то ложь, лукавство — величайшее зло и гибель для человека, оттого то есть, что отец лжи (Ин. 8, 44) — духовный отец духовного зла — есть диавол и сатана, льстяй вселенную всю (Откр. 12, 9).

† Чудна вера христианская и преисполнена чудес: одно знамение, одна тень Креста имеет при вере чудесную силу — укрощать страсти и скорби сердечные; ту же силу имеет вещественный образ Креста; ту же силу — образ (тень) Спасителя; ту же — имя Его сладчайшее — Иисус Христос.

Так как диавол есть мысленное существо, лживое, злобное, имеющее в самом существе своем духовный, мертвящий огонь, как Святой Дух есть Огнь Животворящий, то прикосновение к душе диавола приносит с собою прилив злобы, сомнения, неверия, лжи или клеветы и хулы на Бога и на людей и на все Божие, беспокойного нетерпения и мучительного, попаляющего огня. — И вот что значит: приидоша реки, и возвеяша ветри, и опроигася храмине (Мф. 7, 27), то есть сердцу человеческому.

Богослужение Православной Церкви, Таинства и все молитвы — путь жизни духовной, которым прошли и спаслись святые Божии и которые [т. е. Богослужение и Таинства] и теперь оказываются путем жизни для всех верных.

Если сердце твое и мысли твои в согласии с вселенским верованием и с заповедями Божиими, то непременно ты имеешь тогда тесную связь с Богом и тожество с Ним, потому что Бог есть духовная, мысленная, личная Сущность; но если сердце твое и помышления твои в чем–либо изменяют сознательно вселенской вере и заповедям Божиим, или словам Евангелия, предписывающим правила христианской жизни, то твоя связь с Богом жизни разрывается, и твое сердце вступает в гибельную связь с врагом истины и жизни — диаволом. — Как воздух комнатный, не сообщающийся с внешним воздухом, перегорает, наполняется множеством посторонних, вредных для жизни начал и теряет свои жизненные начала, так и душа, отделяющаяся от Бога чрез намеренное сомнение, неверие и беззакония, теряет свое жизненное начало и живет только физическою, низшею жизнию. Как для освежения воздуха комнатного, для наполнения его жизненными началами надо проводить внешний воздух в комнату, так и в душу — этот как бы воздух, заключенный в храмине нашего тела, надо проводить верою и любовию — животворное веяние или дыхание Божественного Духа: и тогда она каждый раз будет оживляться, будет получать новые силы для веры и любви. Свят им Духом всяка душа живится [103]. Ибо что такое человек, как не сткляница, исполненная дыханием Божиим — или душою по образу и по подобию Божию? Надо же переменять воздух в этой стклянице — тем более, что в нас он от природы испорченный — от самых первых виновников греха и портится нашими страстями и похотями и заражается часто ядовитым диавольским дыханием.

Господь везде: что же препятствует быть везде и тени Его? И вот — эта тень, или образа Его, везде, и везде чудодействовать могут, все они исполнены Его благодати. Если тень апостолов Петра и Павла исцеляла больных (См.: Деян. 5, 15), то почему же и не образ Спасителя. То же и о других образах.

Пища во чрево вмещается и афедроном исходит (Ср.: Мк. 7, 19). Смотри, как недалеко назначение пищи? — Во чрево вмещается и афедроном исходит — со смрадом. Смотри дальше: вот тело мертвеца, безжизненное, хладное, гниющее — вот последний конец всякой пищи; далее не простирается никакая пища: вот где получают конец все лакомства, все пресыщения, пьянство, всякое невоздержание плоти. Что же ты ценишь в пище? Что ты к ней привязываешься? Что ты так много об ней заботишься? — Безумство!

Все мы живем надеждою и все знаем, что значит надежда. Купец, переплывая моря, живет надеждою и, еще будучи на родной земле, заранее умственно видит ту землю, в которую ему нужно держать путь, и заранее представляет себя обладателем тех товаров, которыми ему нужно запастись; земледелец живет надеждою (если бы он не надеялся, что соберет произросшие плоды, то не стал бы сносить трудов): посеявши свой хлеб, он надеется, что земля, по слову Творца, изнесет для него былис хлебное, емуже семя его в нем (Ср.: Быт. 1, 11, 12), и он заблаговременно воображает счастливый урожай и уборку хлеба и приятное удовольствие — видеть у себя на столе доморощенный хлеб, добытый собственными трудами, и жить им — осенью и зимою в довольстве сердца, с благодарением Господу; надеждою руководится странник и, переходя с утомлением огромные пространства, во время пути имеет приятную надежду, что поклонится чтимой им Святыне и тем удовлетворит неземному желанию сердца своего. Соответственно этому что же христианская надежда? † 

Дивное дело! Когда сердце посредством живой веры соединено с жизненным началом — Духом Святым, тогда оно покойно, пространно, и мысль тогда свободна и светла, и язык свободен и плавно ровен, но лишь только мысленно пожалеет человек в это время для брата своего чего–нибудь вещественного, например пищи, денег, — вспомнивши о каком–нибудь брате, ищущем его пищи, сердце его мгновенно поражается духовной апоплексией, бывает связано, удручено, мысль также связывается вследствие поражения сердца — источника мысли — и темнеет, язык — тоже, кровь принимает усиленное обращение и делаются приливы к голове; весь человек бывает в стеснительном, ненормальном положении. — Так достойно наказывается привязанность наша к вещественности! Так достойно наказывается пренебрежение наше к духовной стороне нашего брата! — Слава правде Твоей, Господи! (Воскресная школа [104], 15 января 1861 года.)

Как комнатный воздух имеет тожество с внешним и от него происходит, так и душа наша имеет некоторое тожество с Духом Божиим и от Него происходит; комнатный воздух необходимо предполагает наружный, всюду разлитый воздух; так и душа наша — дыхание Духа Божия — предполагает существование вездесущего и вся исполняющего Духа Божия [105]. Параллель между храминами вещественными и храминами духовными (См.: 2 Кор. 5, 1–4).

† Однажды навсегда знай, что в Церкви — во всех ее службах, таинствах и молитвословиях дышит дух Святыни, дух мира, дух жизни и спасения, а это свойственно только Духу Святому. Святые помышления, или слова жизни и истины, легко отличить от помыслов и слов лжи и смерти: первые приносят в душу мир и жизнь; последние — томление, беспокойство, смерть духовную. Мудрование плотское смерть есть, а мудрование, духовное — живот и мир (Рим. 8, 6).

Так как Бог есть мысленное Существо, то чрезвычайно скоро можно потерять Его из сердца; равно как скоро же можно решительным покаянием во грехах приобресть Его сердцу.

† Любезный собрат! Когда ты напутствуешь таинствами покаяния и причащения или елеосвящения больного, все силы ума и сердца, всю веру свою собери для того, чтобы тебе передать душе больного свою веру и свое упование на Бога; пусть твоя живая вера и твое унование светятся во взорах твоих и на лице твоем; мир сердца твоего да слышится в словах твоих и в словах молитвы: всю силу употреби — перелить в твое духовное чадо свою веру, надежду и любовь, которых оно будет искать в это время в твоем взоре. Ах, брат, чрезвычайно дороги эти, может быть последние, часы и для тебя и для него: для тебя, потому что они решат: пастырь ли добрый был ты для этой овцы словесного стада Христова, полагающий душу за овцы, или наемник, нерадящий о овцах, оставлявший их и бегавший от них (Ср.:Ин. 10, 11–13) тогда, как на них нападал мысленный волк [106]; для них: потому что от этого часа зависит, быть может решительно, судьба их на всю вечность, смотря по тому, как они примут таинства покаяния, причащения и святого елеопомазания. Не забывай и при всех службах напрягать все сердце свое к вере и надежде и являть всем молящимся во храме, что ты — истинно верующий и истинно имеешь надежду на будущие блага; взор твой и лицо твое да будут зеркалом для людей Божиих, в котором они ясно читали бы твою веру и твое упование и любовь.

Всемогущая сила Божия, сущая и действующая во всем мире, сосредоточивается, так сказать, подобно как солнечные лучи собираются в фокусе или в стекле, в святых иконах, в святом Кресте — вещественном и в знаменном (а в храме Господь живет, как царь во дворце). — Сосредоточение силы Божией особенно бывает в разумном образе Божества — в человеке, и именно — в сердце его, исполненном веры, надежды и любви, как в фокусе: в нем–тο отражается светом Своим Солнце правды (Мал. 4, 2) — Триипостасный Бог наш со обилием даров Своих, по мере веры каждого (Ср.: Рим. 12, 3) согревая и освещая душу каждого. — Такое мнение, такая вера были совершенно животворны для меня на молитве: значит, она истинна и несть ложна; ибо сказано: яже свыше низходящи премудрость, первее убо есть мирна, потом же кротка, благопокорлива (Ср.: Иак. 3, 15, 17) и прочее.

Время как река течет и на хребте своем всех нас несет — куда? — в вечность; что реки и океан в вещественном мире, то в духовном — время и вечность. — Что же будет с нами в вечности? Вот важный вопрос, над которым стоит задуматься.

У вас больны дети? Близки к смерти? Или вы сами больны и близки к смерти? Имейте христианское упование, не малодушествуйте и не скорбите, якожеи прочии не имущии упования (1 Фес. 4,13). У вас сильные скорби? — Надейтесь, что они пройдут, верьте, что они — для очищения грехов ваших, для привлечения в ваше сердце благодати Христовой, для обращения вас к чаянию жизни вечной. — Все преходит: и вы своим телом, но не душою, — подумайте об этом. Сердце ваше не привязано ли к земному — и только? Нужно ему найти небесное Сокровище — Христа и к Нему прилепиться.

Вы видали, как лик человеческий в разломанном зеркале отражается во множестве ликов по числу разбитых, отдельных кусков зеркала или как в каждом водяном пузырьке или в каждой капельке росы и в каждом зрачке глаза отображается лик человеческий? Если это такое возможное и обыкновенное дело в природе, то отчего нам — христианам не допустить многочисленных изображений одного и того же Лица, положим Господа, или Его Матери, или святого, и в каждом образе — не видеть Самого Господа, или Пречистую Его Матерь, или святого, как в зеркале или в росинках мы видим многочисленные отображения одного и того же лица, и не чтить их свойственною им честию? Не сама ли природа некоторым образом учит нас перенимать у ней то, что служит к нашему благочестию?

Неравенство участи людей на земле: отсюда необходимо надеяться на другую жизнь, где гонимая добродетель получит воздаяние, а торжествующий ныне порок — наказание (роскошь и все пороки).

О! Как Ты облаженствовал меня, Христе, животворящими Твоими Тайнами ныне — 17 января за Литургиею: о, блаженство мое, о, жизнь моя с избытком, Христе!

Аз приидох, да живот имут и лишше имут (Ин. 9, 10). О, как Ты упокоил, усладил, облегчил меня! Душа моя! Не забывай благодеяний Твоего Господа!

Больной было тоскливо смертельно пред причастием, да явятся дела Божии на ней! О, как она вдруг возрадовалась по причащении! (Елена Федоровна).

Из благодарности ко Христу моему, что Он меня покоит, веселит, живит, я должен говорить вам о христианской надежде, какие сокровища сокрыты для всех нас во Христе, чтобы и вам их удостоиться: и вы совершенно такие же, как и я, грешный: если я, ничем вас не лучший, удостоиваюсь таких благ от Христа Бога, то почему и — не вы? — О! да поведаю чудеса (Ср.: Пс. 9, 2; 25, 7) во мне Бога моего, Владыки и Христа моего!

† Избавление от тления — предмет надежды.)

Если так блаженными делает нас Господь в Тайнах, то каково Его блаженство и каково будет некогда наше блаженство — по преискреннейшем приобщении (Ср.: Евр. 2,14) Ему в невечернем, дни Царствия Его [107] — когда веру заступит видение, нечистоту — чистота сердца, — когда ничто не будет препятствовать теснейшему единению с Ним, блаженству в Нем?

Если евреи в пустыне, взирая на образ змия, повешенного на дереве, исцелялись (См.: Чис. 21, 9), — то мы ли не исцелимся сердечно, взирая с верою на образ распятого на Кресте Спасителя или на пречистый Его образ? — И если Сам Господь повелел устроить медного змия для взирания на него в духе веры, то не заповедь ли Господня, преданная от Духа Святого апостолам, делать образа Спасителя, Его Пречистой Матери и святых? И не имеем ли мы полного основания — поклоняться им с молитвою веры, возводя очи сердца своего к первообразным?

Сколько Отеческого долготерпения Господь показывает ежедневно в обновлении души моей, утруждаемой, обременяемой и уродуемой грехами, чтобы изглаживать чуждые черты в ней, постоянно написующиеся, и написывать Свои? Изу мевает ум [108] пред величием благодеяния и долготерпения. († ) А чем Он обновляет мою душу и восстановляет в ней Свои черты? Животворящими Тайнами и, когда не причащаюсь, чрез веру мою, когда Он отечески снисходит на мою усердную молитву и подает мне благодать Духа, очищающую скверны сердечные и исполняющую меня дарами Духа: правдою, миром и радостию, убелением риз души, кротостию, смирением. († ) — Как посредством сна и принятия пищи Господь же восстановляет и обновляет мои телесные силы, ежедневно изнуряемые и расходуемые, так по преимуществу Он делает подобное и с душою моею, только несравненно чаще: потому что иногда в один день я много раз изглаживаю в себе черты образа Божия грехами различными и Он, по молитве моей, каждый раз снова изглаживает черты, внесенные в образ Его рукою противника, и написует Свои; иногда Он каждый день много раз перстом Своим, то есть Духом Своим, пишет во мне исказившиеся или утратившиеся черты Своего Божественного Образа. Об этом говорит мне мое ясное сознание; я это ощущаю моею душою. († † )0, как долготерпелив и многомилостив Господь (Ср.: Пс. 102, 8)! Как мы маловнимательны, а иногда и невнимательны к бессмертной душе своей, к ее духовным пользам! Как легко мы уродуем свою душу греховными мыслями и расположениями сердца, а иногда и греховными делами и даем ежедневно Господу труд — восстанавливать и поправлять испорченное нашею злобою и невнимательностию к самим себе. Но Господь не тяготится этим, только бы мы не тяготились ежедневно и искренно обращаться к Нему, Врачу и Обновителю душ наших! А то и того у многих, у многих нет: коснеют они во грехах своих, в духовной смерти своей, живут непокаянно, не входят в себя, не видят себя, не воздыхают о себе, не молятся, бегают причащения Святых Таин или приходят только по долгу и по привычке.

Когда говоришь истину Божию в церкви или в школе, или где — в дому, говори ее с сердечным убеждением и твердостию, нимало не колеблясь и не расслабевая сердцем, будучи далек от помыслов сомнения и от всякой мысли самолюбивой: где истина Божия, там твердыня, там наша слава должна быть совершенно попрана. — Не думай, как или что сказать, а говори совершенно безыскусственно, что Бог положит на сердце, в совершенной надежде на Него. А для этого сам будь весь в сердце, беседуя с Богом сердца (Ср.: Пс. 72, 26), любя Его и ревнуя о славе Его.

Диавол, представляя иногда человеку множество его слабостей и недостатков и внутреннее его бессилие к добру, повергает его тем в отчаяние и лютое уныние, но да сохранит тебя Бог от такого уныния духа. Ты со слабостями и недостатками: да разве невозможно с твоей стороны исправление или изменение к лучшему; да разве все люди совершенны? — О! Да не отчаиваюсь никогда: Господь Бог мои сила моя, и Той учинит нозе мои на совершение (Авв. 3, 19).

При сношениях с людьми враг старается оттолкнуть нас от них чувствами злобы и лукавства, убийственными для нас самих, повергающими нас в уныние, но не надо обращать внимания на этот адский дым в сердце, расстилаемый сатаною, а надо с любовию, простотою и доверчивостию беседовать с людьми.

Говоря о надежде, прежде всего естественно мне спросить самого себя: имею ли я сам надежду? Ибо от того, имею или не имею сердечной надежды христианской я сам, зависит успех или неуспех моих бесед: ибо как я могу с силою преподать другим то, чего я сам не имею? — И напротив, если имею, то легко преподать то, чем сам богат. Так, беседующему о христианской надежде необходимо самому прежде всех иметь ее в сердце. — Христе мой! Глаголи устама моима! Ты — мое упование!

Все стремятся к наслаждению земными благами. Ложность этого стремления; направление дать ему — к благам духовным, пусть подождут: их всех ожидает высочайшее наслаждение; есть врожденное в каждом стремление к блаженству, враг исказил это стремление, по зависти обратил его к предметам чувственности, вне Бога. Но будут христианам даны блага, ихже око не виде, ухо не слыша… (1 Кор. 2, 9.) Только потерпите — в терпении вашем стяжите душы вашя (Лк. 21, 19), не откажитесь на время от страданий грешной плоти, от некоторых временных лишений; сторицею получите (Ср.: Мф. 19, 29) за свои страдания; недостойны страсти ныпешняго времени к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18). — Ах, люди не ведят что творят (Лк. 23, 34), не знают они сами себя, какое они высокое создание у Бога, какое высокое их назначение, как их любит Бог: тако бо возлюби Бог мир, то есть людей, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк… имать живот вечный (Ин. 3, 16). Ах, узнайте себя, вложите вы во уши свои (Ср.: Лк. 9, 44) Божественное обетование касательно вас в будущей жизни, — вы предназначены быть сынами Божиими, гражданами небесными, сожителями святых и присными Богу (Ср.: Еф. 2, 19); вы — храмы Духа Святого, члены Христовы, а где Христос, там будут и члены Его (Ср.: Ин. 17, 24), аще дерзновение и похвалу упования даже до конца известно удержим (Евр. 3, 6). Только потерпеть бы нам все до конца — и спасемся, без сомнения. Терпения–то у нас мало; стремление–то к наслаждениям сильно, порывисто, а рано наслаждаться здесь; здесь время подвигов и борьбы со грехом и со всеми врагами спасения, а до наслаждений ли во время войны? — Нет: если бы мы были столько неблагоразумны, что обратили бы настоящую жизнь — в наслаждение, то повредили бы тем душе своей в самом ее главном назначении — к небесному, духовному, вечному блаженству, восприяли бы свое утешение, по словам Спасителя, здесь (Ср.: Лк. 6, 24) — на земле, совершенно не вовремя, не у места, и лишились бы его навеки — там, на небесах. Ах, братия мои возлюбленные, потерпите до пришествия Господня: се, земледелец ждет честнаго плода от земли, долготерпя о нем, дондеже приимет дождь ран и по зден (Иак. 5, 7), все для нашего блага делается [109]; и терпеть повелевает для нашего блага — для увеличения нашей будущей награды; и приходом Своим медлит для общего блага, не хотя да кто погибнет, но да ecu в покаяние приидупг (2 Пет. 3, 9). Потерпите: Господь не спешит, а, по–видимому, коснит [110] потому что у Него не так, как у нас, во всем и в миросоздании и в мироуправлении строгая премудрая Божеская постепенность — знак Его беспредельного всемогущества и премудрости, потому что Он видит прежде, к чему все должно прийти, к какому концу. — Никто ничего не изменит в порядке, который Он преднаиисал: время, в которое испразднится смерть — последний враг наш (1 Кор. 15, 26), наступит, Царство, уготованное от сложения мира (Мф. 25, 34) — будет: бысть царство Бога нашего (Откр. 12,10); соединение избранных, уготовивших себя на брак Агнчий (Откр. 19, 7) с Богом, последует и — Бог будет всяческая во всех (1 Кор. 15, 28). Позаботимся же стяжать христианское упование. Предмет, как видите, стоит всего нашего внимания. — Люди — неблагоразумные, неведущие дети (не ведят бо что творят ) (Лк. 23, 34): это ко многому в жизни надобно приложить. Их надобно вразумить, чаще вразумлять, чаще говорить им о том, какое они высокое создание у Бога, какое высокое их назначение, какие неизреченные, несомненные блага их ожидают, как ничтожны здешние блага — преходящие, оземленяющие нас. А то они живут в неведении, и тогда как мы — пастыри — молчим о достоинстве их природы, обоженной Сыном Божиим и на небеса вознесенной, — враг ослепляет их адскою тьмою своею, закрывает им глаза, прельщает их удовольствиями света, ввергает во все роды грехов — и погубляет. И сколько погибающих: и как много таких погибающих, в погибели которых участвовали и мы — пастыри — своею невнимательностию к своим пасомым, своим молчанием в то время, когда бы нужно было говорить и обличать! Оле [111] пастыри!

С величайшею осторожностию нужно держать в своем скудельном сосуде — в сердце — сокровище Духа (Ср.: 2 Кор. 4, 7), реки во чреве своем воды живой (Ср.: Ин. 7, 38); нужно бодрствовать над своим сердцем, быть кротким, удерживаться от раздражительности и движений самолюбия, привязанности к земному, от нечистых восстаний плоти: в противном случае бесценное сокровище Духа мгновенно оставит нас; вдруг исчезнет из сердца мир и радость, это чувство необыкновенной, ангельски–духовной легкости души, парящей на свободе сердца и мысли, исчезнут и эти реки воды живой, которые перед тем только текли и напаяли обильно бразды души; душу наполнит чуждый огнь (Лев. 10,11), мучительно палящий внутренности, лишающий ее мира и радости и наполняющий ее чувством скорби и тесноты и подстрекающий к раздражительности и хуле. Так явны, так резко обозначаются и сменяются в нас — Царство Божие и царство врага, царство жизни и царство смерти! Христианин видит это внутренними очами и удивляется Божией правде и святости, удивляется и недремлемости врага, всегда яко лев рыкающаго и ищущаго кого поглотити (Ср.: 1 Пет. 5, 8).

Бог Отец — Жизнь, Бог Сын — Жизнь, Бог Дух Святый — Жизнь — Троица Святая; в Нем Самом — Жизнь, в имени — Отца и Сына и Святаго Духа: отвергни сердцем Отца — отвергнешь жизнь твоего сердца; отвергни Сына — отвергнешь жизнь свою; отвергни Духа Святаго — отвергнешь жизнь свою: так–таки и отзовется твое сомнение смертию в твоем сердце, скорбию, теснотою мучительною, а Бог останется, конечно. Богом жизни в Трех Лицах; отвергнешь сомнение сердца, признаешь всем сердцем все Три Лица — за Бога, за Жизнь свою — и жизнь опять войдет в сердце. Бог, в Троице поклоняемый, в Самом Себе есть. Ей и А минь (Ср.: 2 Кор. 1, 20).

При чтении или слушании истинно священных произведений почти сердечно в людях, которые произвели их, — образы Бога–Слова или Самого Бога–Слова, вещающего чрез них. Помни всегда при чтении книги духовного или мирского содержания, что человек есть образ Божий и этот образ Божий в его мысли, слове и духе, которым он говорит. Приучи себя всегда смотреть на всякого человека с высоким почтением, как на образ Божий, но особенно, когда он говорит, и преимущественно, когда он говорит о Боге. О! Тогда он Божествен. От привычки к людям, от знакомства с ними, с их обыденною жизнию, от привычки к дару слова в себе и в людях мы мало ценим дар слова и иногда презираем его в других, — и диавол чрез наше самолюбие и невнимательность хулит таким образом в людях образ Божий. Всячески смиряться надо сердцем и гордый ум свой попирать, чтобы не быть нам подобными современникам пророков, смотревшим на них как на песнивцев сладкогласных, благосличных [112] — не больше, они не хотели исполнять их велений, даже презирали, преследовали, били и убивали их, чтобы и нам не уподобиться тем людям, для которых пророк неприятен во отечествии своем (Ср.: Мф. 13, 57; Мк. 6,4; Ин. 4, 44). — Сколь бы ни был человек по видимому мал и незначителен, но почти в нем образ Божий, особенно когда он говорит, особенно когда он говорит с любовию; преимущественно когда говорит и делает дела любви.

Когда придешь в какой–либо дом и сердце твое будет искать Бога, то не ищи Его далеко: Он тут — во–первых, в тебе, во–вторых, в тех людях, которых ты там увидишь; Он действует постоянно в нашей совести, как жизненное Начало наших душ, как Закон их духовного бытия; Он — в их сердцах. Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? (1 Кор. 3,16.) — Он жеблагодатию Своею почивает и в вещественных иконах, как в тени Своей. — Он и в воздухе, и везде — на всяком месте, ничем не ограничиваемый и не стесняемый, высший всего. — Иже над всеми и во всех и чрез всех нас (Ср.: Еф. 4,6).

(Надежда зреть умный Свет' [113]) Вам обещается небесная, вечная, блаженнейшая жизнь, и эта жизнь не есть что–нибудь новое, необыкновенное для нас. Мы для ней созданы; начатки ее мы ощущаем еще здесь — как бы в залог будущего богатства благ, когда вкушаем Тела и Крови Господа, когда сердечно молимся Богу.

† Восприемлют мзду свою, восприемлют утешение свое, говорит Господь: значит, будет награда в вечности. Горе восприемлющим мзду свою здесь. Мф. VI. (Ср. также: Лк. 6, 24).

Если сердце твое смущается и болит при виде твоей вещи, руками других повреждаемой или похищаемой, то ты, верно, имеешь сердечную привязанность к земному: сердце твое больное: корень зла сидит в нем. († )

Если сердце твое скорбит при чувстве какой–либо боли или болезни в теле, то это значит, что ты имеешь сильную привязанность к жизни, не совсем чистую, особенно если ты скорбишь при боли или болезни, полученной при занятии делом Божиим. Христианин должен иметь беспристрастие и к самой жизни. Мне еже жити, Христос, и еже умрети, приобретение есть (Флп. 1,21). Иже погубит душу свою Мене ради и Евангелия, той спасет ю (Мк. 8, 35).

Если сердце твое скорбит и с болезнию и трудом расстается с деньгами, которые ты должен отдать другому, или с другими какими–либо вещами, то ты имеешь греховное пристрастие к ним. Такое пристрастие имел евангельский богач, который отъиде от Господа скорбя: бе бо богат зело. Не удобь такой человек в Царствие Божие внидет (См.: Мф. 19, 22–23). Надобно всеми силами позаботиться, чтобы этого губящего бессмертную душу пристрастия не было. — Жаление вещественности — смерть, нежаление, равнодушие к ней — жизнь для души. — Опыт.

Если в видах вещественной прибыли себе или чести ты лжешь и обманываешь — то ты ставишь Христа и вечное спасение души своей ниже твоей прибыли и твоей чести, словом, ставишь себя, свое грешное я, свое самолюбие выше Христа и Его святой истины и ненавидишь свою душу: любяй бо неправду ненавидит свою душу (Пс. 10, 5). Так точно и в удовлетворении другим своим страстям ты ставишь Христа и Его заповеди жизни ниже себя, пренебрегаешь ими по своему греховному, слепому самолюбию и, если не обратишься и не покаешься, убьешь душу свою временно и вечно.

Если ты раздражаешься при встрече препятствия, намеренно или ненамеренно поставляемого тебе другими, или случайно какою–либо вещию, то ты очень самолюбив, горд и чужд духа кротости Христовой.

† Потому, например, если ты дал читать кому–либо книгу свою и замарают или изомнут ее, не раздражайся этим и не говори: больше не дам, иначе ты покажешь в этом, во–первых, свою греховную привязанность к вещественности, во–вторых, изобличишь в себе пристрастие к блестящей наружности, вообще — к внешности и покажешь себя фарисеем, очищающим внешность сткляницы и блюда, а внутри полным хищения и неправды (Ср.: Мф. 23, 25). Давай читать свои душеполезные книги всякому и не огорчайся, когда их истреплют или замарают: польза душевная брата не больше ли твоей книги — ее чистой и красивой наружности? Только бы читали и получали пользу для души; коли польза получена, книга уже достигла своего назначения. Если же она будет лежать в твоем книжном шкафу, она осудит тебя, как сребро и злато — сребролюбивого богача, лежащее в его сундуках.

ЛЮБОВb — БОГ И БОГ — ЛЮБОВb, А БОГ — ЖИЗНb (Ср.: 1 Ин. 4, 8–9, 16).

† Господь говорит: Аз есмъ… живот, путь и истина… (Ср.: Ин. 14, 6.) Живот мой Иисус — во все периоды моей жизни, Живот во все минуты моего бытия, начиная с зачатия во чреве.

Если ты мыслишь только в голове, а не в сердце, то мышление твое не животворно, но если ты мыслишь в сердце, то есть мыслимое все передаешь сердцу и ощущаешь его сердцем, то мышление твое животворно и истинно. — Помысли в сердце своем.

† Отшельническая и постническая жизнь образовала тех святых подвижников, украшение земли, радость для Ангелов небесных, которые свои чистые созерцания Бога и дел Его и свои чистые и горячие стремления к Богу оставили нам в молитвах своих и в писаниях своих, доселе руководящих к Богу людей, живущих в мире. Мало разве этого нам от отшельников и постников? Смотрите, сколько приносит пользы пост и внутреннее стремление души к Богу.

(Притча Спасителя о Сеятеле и о семени (См.: Мф. 13, 3–9; Мк. 4, 3–9; Лк. 8, 5–8), наглядно рассказанная ученикам, расстрогала до слез тех, которых я спрашивал и коим объяснял. (Берников и Ребров.) — Действие Духа Святого.)

Небесное отечество есть город, а земная жизнь — путь к нему; христианин — странник. Как странствующий, например в Иерусалим, должен употребить на это должное время и перенесть трудности путешествия и после всего этого насладиться зрением святого града и его святыни, так и странствующий в небесное отечество, в Небесный Иерусалим, — должен употребить и время и перенести много трудов и скорбей и после всего этого вступить в небесное отечество свое.

† Величайшее благо, каким <его> почитают все люди — это есть жизнь; но жизнь, которую все мы имеем, далеко не совершенная, говоря собственно, и не жизнь: живота не имате в себе (Ин. 6, 53), говорит Сам Источник жизни (Ср.: Пс. 35, 10) о тех, которые не вкушают Тела Его и не пьют Крови Его. Буду говорить о надежде на истинную жизнь во Христе, которой начатки только подаются нам и в настоящей жизни; эта–то надежда жизни во Христе и есть надежда христианская.

Если я назначен для неба, то для чего, скажешь, брошен я на землю? Для того, что в порядке тварей нужно было именно быть такому существу, каков ты, то есть чувственно–духовному, то есть переходному существу, от чувственного к духовному. Ты образ и подобие Бога на земле: ты —царь над земными тварями, твой жребий — великий, счастливый. Умей только им воспользоваться. Не привязывайся же к земле и не говори: моя жизнь — только земная, временная, мне не верится, чтобы я был столь дорог у Бога, чтобы меня брать на небо — для вечного блаженства.

† Храм — преддверие рая, Богослужение — предначатие вечного славословия Богу в будущем веке с Ангелами и святыми. Оно изощряет, питает и поддерживает нашу надежду на будущие блага.

Признание истинной христианской надежды: терпение скорбей, пребывание в молитве. Скорби терпяще, в молитве пребывающе (Рим. 12, 12).

Когда мы молимся, тогда уши Господа в молитву нашу (Ср.: Пс. 33, 16): Он так тогда и вообще всегда близок к нам, как икона, пред которой стоим, даже гораздо ближе — Он у самого нашего сердца. Он весь зрение, до того осязательно ясно Его присутствие при нас, как видимая икона, и потому икона — действительное и наглядное представление того, как близок к нам Господь, как Он смотрит и слышит нас. А святые Божии в Духе Святом так близки к нам, как близок к нам Дух Святый, везде сый и вся исполнялй, [114] Егоже храм мы есмы (Ср.: 1 Кор. 3, 16), и в Духе Святом они видят и слышат нас так, как мы видим и слышим людей, говорящих с нами. Ведь Дух же Святый посредствует и в видении и слушании обыкновенном.

Кругом я в бедах в этой жизни: опасности для меня в пище, опасности в питии, опасности в одежде, опасности в сребре и злате, опасности от самого жилища; опасности в мысли, опасности в сердце, опасности в слове. Только у Господа я в полной безопасности, у Невидимого Владыки жизни моей. О, лети же ко Господу, душа моя! У Него — твое место.

Душа моя происходит от Бога, как капля из океана, как струйка воздуха из воздушного пространства, как светильник от огненной, всюду существующей стихии. Только моя капля — самостоятельная капля, моя струйка — самостоятельная и сама живая; мой светильник самостоятельный и сам одушевленный. Чем чище моя капля, тем скорее она увеличивается и превращается в реку воды живой, из чрева исходящей (Ср.: Ин. 7, 38). Чем чище моя воздушная струйка, тем больше веет на нее Дух Божий; чем яснее мой светильник, тем он больше растет и живится огнем Божества.

Слава Тебе, Господи, тяготы души моея вземлющий; слава Тебе, бедную душу мою обогащающий; слава Тебе, наготу души моей присно покрывающий златою одеждою правды Своея; слава Тебе, рукописание грехов моих державно растерзаяй (Ср.: Кол. 2, 14) и диавола присно иосрамляяй!

Везде диавол ловит и чрез все уязвляет меня!

Гостит, частым гостем гостит в нашем сердце бесплотный враг. А не замечают многие — притаился окаянный: и не найдешь — если внимательнее не посмотришь.

Как диавол склоняет человека ко всяким грехам? Он заседает в сердце и оттоле требует удовлетворения всем похотям плоти, похоти очей и гордости житейской (1 Ин. 2, 16). Так, у сластолюбивого и пияницы он сидит в сердце и требует вкусной пищи и вина; у пристрастного к дорогим и нарядным одеждам, к богатой домашней обстановке — сидит в сердце и требует нарядов и блестящей домашней обстановки; у любящего общественные удовольствия — он сидит в сердце и возбуждает тоску сердечную; словом, он всячески на всех действует; он — в ворах жаждет прибыли, в убийцах — крови человеческой, в лжецах — лжи, в неверах он богохульствует; благочестивых запинает сомнениями, ко всем приспособляясь, во всех действует сообразно с греховными привычками, расположениями и страстями каждого, чтобы как–нибудь кого поглотить (Ср.: 1 Пет. 5,8).

Когда просишь у Бога прощения грехов и спасения, верь, что это самое обычное дело Его благости и человеколюбия; говори: Твое есть еже миловати и спасати ны, Боже наш [115] — (Надежда.)

Поминки — обращать в средство к утверждению упования, а не в средство к иресыщению и буйному веселию и разгулу страстей человеческих. Горе потворствующим на таких пиршествах священникам.

Если враг засядет в сердце твоем, уязвляя, стесняя, паля и омрачая тебя, — призови с верою Господа и изобрази знамение Креста на чреве твоем; говори: Господи, Ты всегда со мною, испытуя мое сердце и внутренности (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23): прогони убо силою Креста Твоего врага моего.

Говоря о надежде, мы будем отвечать на заветные, священнейшие потребности и стремления вашего сердца. Сердце ваше ищет всю жизнь покоя и блаженства, но не находит его ни в чем земном. Мы покажем вам, где этого покоя вашего сердца следует искать и где его найти, где это блаженство, к которому оно так жадно стремится. Всеобъемлемость надежды: а) по отношению к людям всех званий и состояний; б) по отношению к всестороннему удовлетворению всех благородных их стремлений души.

Чего же мы надеемся? Чего мы не имеем? Не имеем истинной жизни в себе. Живота не имате в себе (Ин. 6, 53) — значит, мы мертвы по душе.

Надежда предполагает ожидание благ в будущем. Надежда христианская самым названием своим предполагает, что она внушена нам Христом и есть ожидание. Величайшее благо всякого человека в настоящей жизни, как всякий знает, есть жизнь наша, не эта внешняя жизнь, телесная, преходящая, а та — внутренняя жизнь сердца (которая полна бывает невозмутимого спокойствия, духовного света, правды, мира и радости оДусе Святе) (Рим. 14, 17), в которой мы чувствуем совершенное согласие всех душевных сил своих, этот небесный мир сердца, который оставил Господь ученикам Своим, сказав: мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, Аз даю вам. (Ин. 14, 27), — эту внутреннюю Божественную тишину, в которой чинным строем проходят в нашей душе святые помыслы, чистые и животворные чувства любви к Богу и ближним, тишину, в которой мы примечаем прикосновение к сердцу всякого нечистого помысла, всякого нечистого движения сердца и, не терпя ни на мгновение их омрачающего и возмущающего душу прикосновения, прогоняем их силою благодати Божией, в нас живущей и действующей; ту тишину, наконец, которую мы сохраняем при занятиях своих всеми житейскими делами, питая уверенность, что настоящее течение дел — временное, непостоянное, что оно служит, однако же, приготовлением для нас к другому, вечному порядку вещей и, что бы с нами здесь ни случилось, все пройдет — все радостное и печальное, и насту пит жизнь другая, вечная, в которой будет все новое — се, творю вся нова (Откр. 21,5), все радостное, все, что вполне насытит и ум наш и желания наши, словом: все, что удовлетворит бесконечным, святым желаниям нашего духа. Вот предмет надежды лучшей части человечества. По отношению к настоящей жизни это есть верх надежды. Это есть надежда христианская для настоящей жизни.

Надежда христианская есть успокоение сердца в Боге — с уверепностию, что Он непрестанно печется о нашем спасении и дарует нам обещанное блаженство.

Успокоение сердца в Боге. Сердце наше большею частию неспокойно — томится и страдает в этой жизни от разных грехов; кроме того, созданное для неба, для жизни в Боге, а не для земли, оно не находит здесь ни в чем покоя себе, кроме Бога, с Которым по временам соединяется во время молитвы и в Таинствах, принимаемых с верою, и чем чаще соединяется таким образом с Богом, тем больше и чаще ищет своего покоя в Нем, едином всех Упокоителе; между тем естественно ищет себе покоя и блаженства, ищет совершеннейшей жизни, и вот Бог сердца нашего (Ср.: Пс. 72, 26) в святом Слове Своем отвечает на такое искание, на такую потребность сердца — обещанием освободить нас совершенно от греха и смерти, обещанием вечной жизни, вечного покоя и благ, ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша (1 Кор. 2, 9). Потому–то надеждою христианскою можно назвать такое успокоение сердца в Боге, когда христианин с уверенностию взирает на Бога, как на попечительного Отца, Который с любовию недремлемо печется о нашем спасении, Который всем хощет спастися и в разум истины приити [116] и, как любящий, блаженнейший Отец, дарует им обещанное блаженство [117]. † Бог печется о нашем спасении: об этом свидетельствует всем совесть, награждающая за добро и наказывающая за зло, именно для того, чтобы отклонить человека от зла и заставить его делать добро, а за добро — впоследствии увенчать венцом Небесного Царствия; для того Бог ныне испытуем сердца и внутренности всех (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23) — в показание, что будет страшное испытание на последнем Суде, после которого праведники получат Царство Небесное, а грешники — погибель вечную. Бог печется о нашем спасении: в уверенности, что Бог не напрасно дает нам средства к соединению с Ним и блаженству в Нем, что Он отечески непрестанно печется о нашем спасении и дарует нам блаженство, которое Сам обещая. Об этом немолчно и ясно свидетельствует Священное Писание, которое говорит, что Бог тако возлюбил мир. то есть род человеческий, что и Сына Своего Единородна го дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный (Ин. 3, 16); об этом свидетельствует Крест Спасителя нашего, на котором совершено наше искупление от грехов и вечной смерти, его постоянная, нeпобедимая Божественная сила [118], всегдашним и видимым доказательством тому служит Церковь, основанная Господом на земле, ее Богослужение, дышащее духом спасения, и все Таинства, которые суть не иное что, как ответ Господа на вопиющие потребности нашей души, жаждущей спасения от грехов своих и блаженного упокоения. Об этом, наконец, свидетельствует вся природа, которая всем строем своим подтверждает ту великую истину, что если Бог промышляет о благосостоянии и блаженстве неразумных творений, подавая им все необходимое для их жизни, если Он питает птиц, зверей, рыб, насекомых, гадов и дал им все средства — добывать себе пищу и делать жизнь свою приятною и довольною, то тем более заботится о благосостоянии и блаженстве своих разумных тварей, которые, если не блаженствуют, как бы следовало ожидать, здесь, то будут блаженствовать там — на небесах, в соединении с Богом духов и всякой плоти (Чис. 27, 16). [119] — Не мнозех ли птиц <лучши есте вы> (Мф. 10, 31)?

Предметы христианской надежды. Показать блага Царства, а потом средства получить их: очищенье от грехов; средства: ходить в церковь к Богослужению, принимать Таинства.

Таинства и Богослужение церковное — ответ Бога на вопиющие потребности нашей души. Какое основание христианской надежды.

† Дело Божие требует умения преимущественно пред всяким делом: разумности, доброхотности, спокойствия. Таково дело молитвы.

Поклоняясь иконам, я, во–первых, почитаю в них Бога, родившего Сына Безначального — Образ Свой Живой, Который бесконечной мысли Бога Отца дал Образ, сотворив миры и человека и всех тварей, бывших в мысли Божией; человека, сотворенного по образу и по подобию Божию; 2) почитаю образ Бога воплощенного; 3) уважаю сам себя, свой образ человека, — вообще же уважаю в образе образ бессмертного, богоподобного человека, призванного быть причастником Божественнаго естества (2 Пет. 1, 4), едино с Господом; прилепляяйся Господеви един дух есть с Господем (1 Кор. 6, 17), храм Духа Святаго (Ср.: 1 Кор. 6, 19). Еще я невольно побуждаюсь почитать иконы потому, что вижу проявляющуюся чрез них спасительную силу Божию для верных и карающую — для неверных, как вижу и ощущаю эту же силу в образе Креста Господня, который по чудодейственной силе своей называется Животворящим. По всем этим причинам иконы заменяют для меня самые лица, имена коих они носят. Лики святых на наших иконах представляют нам близость по духу святых Божиих, которые все живы у Бога (Ср.: Лк. 20, 38) и во Святом Духе всегда близки к нам по сердечной нашей вере и молитве к ним — ибо что может быть отдаленным для Духа Божия везде Сущаго и вся исполняющаго [120] и сквозе вся проходящаго духи разумичныя (одаренные разумом), чистым, тончайшим (Прем. 7, 23).

Радость бывает пред Ангелы Божиими о едином грешнице кающемся (Лк. 15, 10). Значит, не только Богу, но и Ангелам открыты расположения нашей души. Предстоя пред Тобою и пред страшными и святыми Ангелы Твоими, приношу лукавыя моя и беззаконным деяния, являяй сия и обличали. [121]

Помни, что во время молитвы Господь совершенно соответствует нам, как Личный наш Первообраз, на каждое слово ответствует, на каждое движение сердца.

Реки воды живой (Ин. 7, 38) — то есть слова спасения, происходят от Духа Святого, наполняющего сердце наше. Вода живая — а) по действию в сердцах — животворному — ибо живо слово Божие и действенно (Евр. 4, 12); б) по живой, быстрой текучести.

† Молитва — также живая вода (Ср.: Иер. 2, 13; 17, 13; Ин. 4, 10; 7, 38), от Духа Святого истекшая: ибо Дух Святой научает нас молиться о чем подобает, ходатайствуя за нас нашими же устами в воздыханиях неизглаголанных (Ср.: Рим. 7, 26). — О, любовь Святого Духа!

Вам, брение, обещана бесконечная жизнь, вам, земля и пепел (Ср.: Быт. 18, 27), — предлагается вечное блаженство.

Читая сочинения других, я читаю как бы свои; уважая сочинения других, я уважаю свои, потому что в них отображаюсь совершенно я, с моим мышлением, с моими законами мышления, с моим словом, с моими законами слова. Я в них, совершенный я. — А в Слове Божием я читаю или слышу Самого Бога. О, благость! О, снисхождение!

Смотря на взор Спасителя на иконе, помни, что этот взор присно испытует сердца и утробы (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23) человеков, что этот взор якο пламень огнен — по действию на сердце человеков. Очи Его яко пламень огнен (Откр. 1, 14).

Плотский человек радуется тому, что он у ты, утолсте и разшире (Втор. 32, 15), и боится умерщвления плоти своей, а духовный радуется, когда представляется случай к умерщвлению его плоти, и скорбит, когда она отолстевает: потому что дух тогда приходит в бессилие. † 

Если какие помыслы и желания сердца приносят с собою в душу мучительный огонь и стеснение, не следуй им, но выбрось их тотчас, как ядовитых змей, как огонь адский, и говори: эти помышления — смерть, они от диавола, — я не сочувствую им ни на мгновение.

† Чем более чрево питается и услаждается снедями, тем менее сердце становится чувствительно к великим, потрясающим душу своим величием истинам Божиим, открытым нам в Слове Божием; тем бессильнее становится внутренний наш человек для веры, надежды и любви: потому что пища оземленяет, одебеляет его, делая его плотию. К сытым всегда людям идут слова Божии, сказанные о допотопных людях: не имать Дух Мой пребыва ти в человецех сих во век, зане суть плоть (Быт. 6, 3). — Нет и не может быть у таких людей в сердце воды живой, которая у верующих и постящихся течет реками (Ср.: Ин. 7, 38).

23 число января 1861 г. Понедельник. Удивил на мне Владыка милость Свою [122]. Спокойно, с верою отслужил Литургию на кладбище и причастился на несказанный мир и радость. Ах, сколь мне было хорошо!

В искании и приобретении Царствия Божия (в сердцах наших) и правды Его (Ср.: Мф. 6, 33) — покой, жизнь и блаженство наше, а не в алчбе, искании и приобретении благ земных. — А Господь царствует в наших сердцах чрез веру и любовь нашу взаимную. Несть Царство Божие брашно и питие, но правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14, 17).

Человек в чистом своем виде (праведный) и есть тот самый, который вышел дыханием из уст Божиих (См.: Быт. 2, 7). Так и ты, если очистишь сердце свое от грехов, ты уподобишься первобытному или первозданному человеку, до его падения, — что я говорю? Уподобишься Самому Богу, по образу и по подобию Коего ты сотворен, будешь едино с Господом, и Бог будет в твоем сердце и в твоих мыслях, и реки от чрева твоего потекут воды живы (Ин. 7, 38). Тогда близ ти будет Бог в сердце твоем и во устех твоих (Ср.: Втор. 30, 14; Рим. 10, 8).

А человек — грешник — работная храмина диавола, который заседает в сердце его и движет им по произволу, управляет и мыслями его, бывает и на устах его. Велик человек, когда он искренно на молитве обращается к Богу — тогда он Богоподобен: Бог тогда в сердце его и во устех (Втор. 30,14; Рим. 10, 8). Говорит ли он тогда молитвы ко Пресвятой Троице: Троица слышит его, потому что Она настолько тогда близка к нему, насколько близки слова молитвы его к сердцу его; при пламенной молитве сердца Троица в сердце его и в устах его. — Бог к нам несравненно ближе, чем икона Его, которой мы молимся.

Не забыть указать в уповании на козни врага, отводящего всех от надежды.

Указать на заупокойные Литургии, питающие нашу надежду.

Надежда христианская есть надежда наша на соединение с Богом в будущем веке. В настоящем нашем христианском положении все ответствует и направлено к этому соединению: и вещественные блага и духовные (благодать Божия в Церкви — Богослужение, Таинства, молитвы, плоды молитв; совесть, внутреннее Божие испытание и очищение; скорби, очищающие сердце, болезни (возмет крест свой (Мф. 16, 24)).

К небесному соединению с Богом подготовляет неспешное соединение — в усердной молитве, в таинстве причащения: в этом уверяет залог Духа Святого в сердцах христиан (Ср.: 2 Кор. 1, 22). По этой же причине всякое другое соединение сердца, кроме Бога и не для Бога, строго нам запрещается; по этой же причине — огребатися от плотских похотей (1 Пет. 2, 11) и от всякаго греха (сребролюбие, прелюбодеяние).

Иже не отречется всего своего имения, не может Мой быти ученик (Лк. 14, 33). Заметь это и будь совершенно беспристрастен к своему имению, не претендуя ни на кого из посетителей, как бы они часты не были.

† Я раб Божий: потому что законы Бога моего в мыслях моих и в сердце моем написаны (Ср.: Иер. 31, 33; Евр. 8, 10; 10, 16), и я присно работаю Ему (Ср.: Кол. 3, 24) исполнением Его законов и, если не исполняю, мучусь, а если работаю, мне Господь мой платит за то миром, жизнию сердца.

Почитая Ангелов, мы сродняемся с тем животворным для жизни убеждением, что есть другой мир разумных существ совершенно чистых, простых, бесплотных и, что значит, существование души нашей по смерти — есть дело не только возможное, но и действительно существующее. А почитая святых, привыкаем опять к той мысли, что есть жизнь для нас после смерти, что добродетель и святость по смерти награждаются, значит, если мы будем жить добродетельно, то будем также награждены, а зло — наказывается, как это представлено в евангельской истории о богатом и Лазаре (См.: Лк. 16, 19–31); значит, и мы будем наказаны за зло, какое здесь сделаем. Вообще, почитание Ангелов и святых, не отзываясь никаким многобожием, совершенно в нашей природе и ведет к существенной душевной пользе.

Над всеми, во всех и чрез всех и все Господь (Ср.: Еф. 4, 6): как же мне не уповать на Него? Я — ничто, да Он — все; я бессилен, да Он всесилен; у меня мал ум, да у Него бесконечен; у меня темен, да у Него пресветел. — Сердце мое! Уповай на Бога твоего (Пс. 41,6, 12)! Он Бог сердца (Ср.: Пс. 72, 26).

Многие из христиан век свой живут и не знают веры своей, не знают, чего надеются, не знают, чем должно угождать Богу, между тем как хлопочут всю жизнь по должности о нарядах, о пище и питии, о выходах и выездах! Бесконечная невнимательность ко благу души своей!

О театрах говорят, что они необходимы и полезны. Ложь. Грешный человек и в страстях находит хорошую сторону и страсти оправдывает. Спросите: для чего едут в театр? — Спросите: что им понравилось в театре? — Некоторые недовольны собою, своею жизнию. Отчего? Оттого, что сердце их пусто, оттого, что они недеятельны, ленивы, зарывают талант свой в землю. Как же душе не томиться? — Она чувствует, что погибает.

Указать на блага Царства Небесного, на обещания этих благ в Евангелии и показать, что они непременно исполнятся, как исполнились все ветхозаветные обетования и пророчества; как исполнились и исполняются обетования Самого Спасителя (например, о Святом Духе (См.: Лк. 24, 49) и ДР·)·

Яже (Церковь) есть тело Его, исполнение И сполняющаго всяческая во всех (Еф. 1, 23). И вот почему в лице нищих Он Сам принимает милостыню: они — члены Его, Он живет в них.

Воспоминай чаще слова Спасителя: не о хлебе едином жив будет человек, но о всяком глаголе исходящем из уст Божиих (Мф. 4, 4) — и впитывай их в сердце — верою и размышлением, обращай их в соки и кровь твою. — Слово Божие пред тобою: силу и животворность его знаешь? Без хлеба ты еще не жил, а сорок дней можно пробыть без него и по человеческой природе, подкрепляемой благодатию Божиею. Разумей, яже глаголю (2 Тим. 2, 7).

В молитве у молящихся диавол гонит мысль, неясную в словах усеченных, вперед не давая положить силы молитвы на сердце: знает окаянный, что усердная молитва приносит обильные плоды душе, потому всячески старается исказить ее, воспрепятствовать ей.

В будущем веке блаженство наше возрастет от удивления — видеть вдруг светлых и прекрасных Ангелов Господних, их бесчисленные мириады, их стройные чины, их иерархический порядок; от удивления — видеть всех святых, добрых, простых человеков Божиих из всех веков — пророков, апостолов… и всех, а главное — от созерцания Бога во свете неприступном (1 Тим. 6, 16); от собственного внутреннего просветления и блаженства совершеннейшего, не омрачаемого никаким грехом, никаким страхом, никакою заботою и печалию.

Когда к тебе придет кто–либо из посетителей, сохрани тебя Бог от того, чтобы ставить брата своего на одну доску с чувственными вещами, сопоставлять его с материальными твоими выгодами: я разумею скупость. Брат бесконечно выше всего материального. Как часто, не замечая, мы меняли бессмертную душу брата своего, за которого Христос умер (1 Кор. 8, 11) и которого питает Плотию и Кровию, и словом Своим, на пищу и питие или на сребро. — Со всеусердием и радушием угощай всякого, приходящего к твоей трапезе.

В храме Божием добрые, простые, верующие души как будто в доме Отца Небесного: так им свободно тут и легко, легко. Здесь предвкушают истинные христиане будущее Царство, уготованное им от сложения мира (Мф. 25, 34), будущую свободу от всякого греха и смерти, будущий покой и блаженство. Когда же предвкушают? Искренно обращаясь душою к Богу, усердно молясь Богу, принимая решительное намерение посвятить Богу жизнь свою и вне храма — совершая самым делом дела добродетели.

Надежда христианская есть надежда наша на жизнь во Христе: мы созданы были для жизни, но отпали от жизни и пали в смерть духовную и телесную, и если бы не Господь, вечно бы погибали, а уничтожиться никак не могли бы. Бог верен Сам Себе. Сотворивши Богоподобных, вечных духов, Он верен Сам Себе (Ср.: Втор. 32, 4; 1 Кор. 1, 9), Своей вечности в них: уничтожить их — значит отречься от Своей вечности, а принять в общение с Собою падших, грешных, неочищенных не может: иначе Ему нужно было бы отказаться от Своей святости и от Своей неизменяемости. — Потому–то препрославлена да будет во веки веков твердая к нам любовь Бога Отца, для искупления и очищения нас, грешных, от грехов не пощадившая Сына Своего Единородного (Ср.: Рим. 8, 32), на смерть за нас предавшего Себя, не только да очистит нас от всякой скверны [123], но и да освятит нас и представит нас славну Церковь, не имущу скверны, или порока, или нечто от таковых, но да будет свя та и непорочна (Еф. 5, 27). Аз живу, и вы живи будете (Ин. 14, 19). Вот в Ком и вот на чем основывается вся наша надежда. Я живу, говорит Господь: и вы живы будете, перейдете от смерти к жизни (Ср.: Ин. 14, 19; 5, 24). Все Евангелие подтверждает надежду нашу на жизнь (воскрешение Лазаря, разговор с Марфой и Марией) (См.: Ин. 11). Речи Спасителя по случаю установления Таинства Причащения в Евангелии Иоанна (См.: Ин. 14–17).

Воображаю Ангелов, служащих нашему спасению (не ecu ли <суть служебнии> дуси ) (Евр. 1, 14); святых, молящихся о нас. Бога, испытующа го сердца и утробы… (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. И, 20: Откр. 2, 23).

Вижу естество наше, уже посаженное на небесах и Предтечу о нас, туда возшедшего Христа. Идеже предтеча о нас вниде Христос (Евр. 6, 20). Залог Духа в сердцах (Ср.: 2 Кор. 1, 22). Сколько уверений!

Замечательный сон. Принесена и показана мне была земля, на которой покоились мощи святителя Митрофана: я же с некоторою недоверчивостию стал рассматривать ее на руке своей и трогать пальцем — и что же? Земля эта обратилась в живых, ползающих, отвратительных гадов, которые все расползлись: они — длинные, с острыми щупальцами на носу, кусались. Гады эти — что? — Сомнения. — Приложи это к случаям сомнения. Как прекрасно выражаются этим сном помыслы сомнения!

† Иисус Христос воскрес и вышел из гроба при затворенных дверях его, не повредив печатей его. Так Он родился и от Пресвятой Девы, ключи Ея не вредивый рождением Своим [124]. Так Он входит в души верующие сквозь тела их — проходя их сквозь невидимо, всегда свободно. Так Он входит в домы всех, и никакие стены и запоры не удерживают Его, беспредельного, ничем не ограничиваемого.

† Что вопиеши ко Мне? (Исх. 14, 15.) — Видишь, как слышит всегда Господь внутренний, сердечный глас? — Как Он внимателен к нашим молитвам сердечным? Молись же с совершенным вниманием: Бог слышит тебя.

Каждый раз, когда человек спит, не говоря о времени его бодрствования, с ним происходят чудеса Божественной благости, без его ведома: переваривание пищи, питание тела и циркуляция крови.

Всячески презирай во всякое время всякую вещественность — потому именно, что чрез нее сильно воюет на нашу душу диавол и мучит нас. — Ради покоя души своей пренебреги всем вещественным.

Был бы яко река мир твой. Господь входит в сердце наше миром, обильным, глубоким, как река, сладостным, легостным, как елей, умягчающим кости наши; а диавол — тягостным наводнением смущения.

Уне было бы, дабы не родился человек тот (Ср.: Мф. 26, 24): и вот многие не рождаются. Отчего многие рождаются с неисправными членами, слепые, глухие и др.? — Да помилованы будут в вечности, да научат родителей смирению и преданности в волю Божию!

Поветрия, пожары — все имеет отношение к нашей вечности и для приготовления к ней.

Какой признак, что Бог или Ангел или святой услышали нашу молитву? — Мир в сердце и внутренняя, сладостная уверенность в помиловании и спокойная преданность в волю Божию.

† Сретение Господне. О встрече Господа в церкви и в храме сердца своего и о ношении Его в сердце своем. — О последней встрече Господа при втором и славном Его пришествии, когда Он сотрясет не только землею, но и небом. (Ср.: Агг. 2, 7; Евр. 12, 26.) † 

Еще: мы можем не пред смертию только встретить Спасителя, и не много раз, а можем постоянно носить Его в сердце своем, как Симеон носил Его на руках и в сердце (См.: Лк. 2, 28). Как Игнатий Богоносец.

Лще глаголы Мои в вас, то есть в сердце вашем, пребудут, еже хощете, просите, и будет вам (Ср.: Ин. 15, 7). Когда мы соблюдаем слова Спасителя — тогда Он с нами, в нашем сердце и нашими устами Сам ходатайствует пред Отцем Небесным об исполнении наших желаний. — Значит, если хотим, чтобы молитва наша была услышана Богом, то мы должны исполнять заповеди Спасителя.

Взыскающим Его (молящимся Ему, прибегающим к Нему) Мздовоздателъ бывает (Евр. 11,6), то есть и в настоящей жизни. Пример тому — я. Всегда я взыскивал Бога от юности моей, и за то Господь возвел меня на высоту священства и внешнее положение мое устроил чудным и прекрасным образом, давши мне жену по сердцу и место знаменитое; да и постоянно доныне Он является щедрым воздаятелем мне. Слава Тебе, Благодетелю мой!

Вера есть смиренное признание сердцем истины того, что говорят высшие нас по духу, святые сосуды Духа. Для веры в их слова надобно иногда отказываться от собственной пытливости и не мыслить и не верить иначе, как мыслят и верят они.

Вы есте послание наше, писанное не чернилами, но Духом Бога Жива… (Ср.: 2 Кор. 3, 2–3.) По ученику виден Учитель, Его дух.

Господь всегда со мною. Только с искреннею верою изображу я знамение Креста на груди и на чреве своем, поражаемых врагом бесплотным извнутри, — сейчас мне делается легко, тотчас спасение от Христа приходит. — Слава Тебе, Господи!

Как велики ко мне щедроты Господа моего Иисуса Христа! Какой огромный долг ежедневно Он отпускает мне. О! Как я должен быть Ему благодарным за Его бесконечное милосердие ко мне! Как я должен Его любить! — Тайны Животворящие! Как достойно прославлю я бесценные, пресладкие плоды ваши: Тело и Кровь Господа моего — легота, прохлада моя, очищение великих прегрешений моих. — Господи! Я ясно виясу по причащении Тела и Крови Твоей, как много Ты отпускаешь мне прегрешений, как велики Твои щедроты.

Что удивительного, что хлеб и вино бывают Телом и Кровию Христовою и в них Иисус Христос почивает как душа в теле, — когда из подобного же вещества Господь творит постоянно в утробах матерних тела младенцев и в эти тела вселяется дух человека? Что удивительного, когда и диавол гнездится в ничтожном зародыше (в сердце) младенца, вместе с возрастанием тела усиливается, как в более крепком орудии<?>, так что и потом является на свет младенец с сокрытым и гнездящимся в сердце его [125] диаволом? — О, какая бесконечная благость и премудрость Господа открывается в даровании нам пречистых Таин Тела и Крови Его, в том, что они принимаются христианами в самое сердце? Заметьте — в сердце — туда, где гнездится диавол, имущий державу греха и смерти (Ср.: Евр. 2, 14), в совершенное противоядие ему, в дарование нам святости и жизни и в прогнание греха и смерти? — Как несомненно, что в сердце нашем гнездится часто диавол и всякий грех, так несомненно же, что в сердца же наши вселяется Христос. — Жизнодавец, Святыня наша. — Болий есть Господь наш диавола (Ср.: 1 Ин. 4, 4): если диавол живет и действует в наших сердцах чрез разные привязанности наши к предметам земным, то как не входить в сердце наше Христу, когда оно и создано Им быть храмом Божиим; как не входить в сердца наши Христу именно в Плоти и Крови Своей в соответствие нашей духовности и вместе плотяности? Еще: если диавол может давать дух и слово иконе звериной (Ср.: Откр. 13, 15), то как Христос не вселится в хлеб и вино и ие претворит их, не усвоит их совершенно Себе, как плоть и кровь?

Ты написал книгу, положим, «О Пресвятой Троице» и отпечатал ее в тысячу экземпляров, а можешь и столько, сколько тебе угодно. И во всех этих книгах у тебя не только один дух, но и одни и те же слова, одна и та же форма. Так и с приношением Тела Христова. По вселенной в бесчисленном множестве церквей приносится оно: но на всех алтарях христианских церквей действует Одна и Та же Троица; во всех Агнцах Один и Тот же Христос и Дух Его (как в книге содержание ее), везде одна и та же форма приношения — и выходит, что как будто это Святейшее Таинство есть Единая Великая, Священная Книга Любви Господа к роду человеческому, которая в бесчисленном количестве приготовляется по вселенной по одной и той же форме, с Одним и Тем же Живущим в ней Духом — любвеобильным, взявшим на Себя грехи мира (Ср.: Ин. 1, 29), Духом Христовым.

Еще подобие: какое множество на земле отдельных личностей человеческих: у всех одна форма тела, у всех одинаковая душа с одними, хотя не с одинаковыми способностями, и всем этим личностям одно название — человек; все люди как один человек и от одного Начала ведь произошли — первоначально от Бога Отца и Слова и Духа Его, а потом — от одной четы. Поэтому, между прочим, и повелевает заповедь Божия любить каждого, как себя. Итак, видишь, много лиц, и они — одно по тожеству природы души и тела, по тожеству, то есть, нашей природы. Так и Господь в животворящих Тайнах Своих, где бы они ни приносились, есть вечно единый и нераздельный Создатель от единыя крове всего рода человеческаго (Ср.: Деян. 17, 26) и чрез единый Дух Свой, Живущий в Тайнах Тела и Крови Своей, существующих во всех церквах мира, хочет соединить с Собою нас, отпадших чрез грех и покорность диаволу от соединения с Ним, и то, что во всех нас есть разъединяющего с Ним и между собою, отсечь и очистить. Да ecu едино будут: якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут (Ин. 17, 21). Вот цель Причащения.

Бог есть мысленное, благостное Начало, чисто духовное. Потому в действиях Его на душу твою Он является как мысленный Свет, как удовлетворение и успокоение всех душевных твоих сил, как Любовь, услаждающая сердце сладостию несказанною.

Θ Привязанность сердца к чему–либо земному по тому одному должна быть отвергнута, что она противоествественна ему, причиняет ему неестественную, жгучую жажду, убивающую душу, повергает ее в скорбь и уныние. Сама душа наша хотя и пленяется вещами земными, но во глубине своей чувствует, что они — не ее область. Область ее — предметы духовные, и прежде всего Сам Бог: Он один успокоивает нашу душу, утоляет ее жажду; привязанность к Нему Одному искренняя и полная делает нас совершенно блаженными.

Вы видали, что на иконах святых пишется вверху Господь Иисус Христос — с державою в руке и с благословляющею рукою? Это взято с самого дела. Господь всегда призирает с небес на подвизающихся ради Его на земле, деятельно помогает им, как всемогущий Царь, в борьбе со врагами спасения, благословляет подвижников Своих миром, и радостию о Дусе Святе (Рим. 14, 17) и дарует им, по совершении земных подвигов, венец жизни. — Итак, христиане, укрепляйтесь все в вере и надежде, взирая на Начальника веры и Совершителя Иисуса (Евр. 12,2), Который всегда призирает на вас с высоты небесной — на все ваши действия, как Он взирал на первомученика Стефана, открывши для него небо и славу Свою (См.: Деян. 7, 55), как взирал на Савла, впоследствии Павла, и также показал ему Себя в небесах, осиявши его светом Своим и огласивши его гласом Своим (См.: Деян. 9, 3–5).

Вы ощущали в теле своем во время молитвы или при чтении Слова Божия и других книг священного содержания (а иногда и светских — благонамеренного содержания, например, где описывается какой–либо случай, представляющий действие Промысла Божия над людьми), или в благочестивых разговорах — глас хлада тонка — так что по телу вашему как будто пробежит электричество? — Это — Господь посещает вас. Глас хлада тонка, и тамо Господь (3 Цар. 19, 12).

Кто знает постоянство и злобность над собою врагов бесплотных, тот не станет много унывать, хотя всячески они повергают сердце его в уныние; тот не станет и раздражаться на все, зная, что они всячески побуждают к раздражительности; злобиться, завидовать, прилепляться к деньгам и к вещественным стяжаниям, зная, что к ним сильно подстрекает диавол. Только conditio sine qua non [126]. Надо быть внимательным к себе, а то враг прикрывается нашим самолюбием и как бы ратует за наше благополучие, а сам губит, положительно губит нас. — Надежда христианская! Как много враг вредит ей! — Добровольные удавленники, утопленники, иным образом налагающие на себя руки; пьяницы, прелюбодейцы и прочие.

Господь сказал слово обетования: и исполнит слово Его, речет: и не пребудет ли? (Ср.: Пс. 148, 5.) — Господь указывает на законы природы, на постоянство и твердость их как на доказательство верности Своих обещаний.

Цель нашей жизни — соединение с Богом — в этой жизни в вере и надежде и любви, а в будущей жизни любовию всесовершенною. Но смотрите, как враг и мы сами искажаем здесь эту цель — мы соединяемся сердцем (любим) с разными предметами, по различию наших страстных привязанностей. Иногда — о ужас! — наша любовь обращаетя к сребру, к пище, питию, одежде, домашнему убранству, к подобным нам людям — до забвения Бога. Иногда мы гордимся, завидуем, ненавидим, лжем — и тогда мы соединяемся прямо с самим диаволом, который есть олицетворенная злоба, ложь, гордость, зависть; и как мы не оскорбим своего Владыку, Который сотворил нас по образу Своему и по подобию; как мы не искажаем этого Богописанного и с Самого Бога писанного образа? Как мало мы об этом думаем! Как мы не сведущи в том, что касается нашего существенного вопроса соединения с Богом?!

Реки от чрева его (верующего) истекут воды живы (Ин. 7,38). Иногда (не всегда) в нашем сердце стоят живые воды — реки живой воды {реки — по причине быстрой текучести, живой воды — по причине, что доставляют жизнь душам и плодотворно напаяют сердца человеческие). Эти воды не обременяют тебя, а, напротив, оживляют, облегчают всего тебя чудным образом и легче пуха — возносят тебя до небес; это — воды чистые, как чист Дух Святый; малейший помысл земного пристрастия, и они быстро оставляют тебя; воды свободы — не терпят они ни малейшего стеснения. Так как они — реки вод живых и не любят стоять, то обыкновенно они преизливаются чрез язык и уста — в живой речи к людям или чрез писанное слово — на бумагу и текут иногда на огромном пространстве веков, орошая бесчисленное множество духовной земли, или духовных, Божиих нив — сердец человеческих. Таковы писания пророков, апостолов, святых отцов — особенно вселенских великих учителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого, Ефрема Сирина, Афанасия Великого, Кирилла Иерусалимского и других. Святой царь и пророк Давид говорил, что язык его есть трость книжника скорописца (Пс. 44, 1). Книжник — Дух Святый; Он Скорописец: потому что воды живые обильны и быстры и ограниченное сердце наше по тесноте своей не может свободно поместить их и как бы невольно изливает их в слове. А иногда этих живых вод нет в сердце: сухость такая бывает сердечная — слово не идет вон, ни на бумагу, ни из уст. Диавол совершенно иногда лишает дара слова на время.

Надежда. Так мы надеемся, что завтра будет день и солнце обычным порядком поднимется над землею, что за днем наступит ночь и будет тьма. Но как верно следуют друг за другом дни и ночи, так верно наступит по окончании преемства дней и ночей вечный, единый невечерний день Царствия Божия [127]. И дни и ночи поочередно следуют по Божественному велению: они исполняют Его законы, данные им с началом бытия мира (как сказано: сотвори Бог два светила великая: светило великое в начала дне, и светило меньшее, в начала нощи, и звезды,…владети днем и нощию, и разлучати между светом, и между тьмою. <…>И бысть вечер, и бысть утро (Быт. 1, 16, 18–19). А обещание Царства Небесного есть тоже слово Божие, которого слушаются дни и ночи. Так аще мы надеемся, что после зимы будет весна, что вся растительность опять оживет и процветет, — затем лето, потом осень и опять зима, и так привыкли к этим годовым переменам, что последовательность их считаем совершенно несомненною. Но совершенно так же несомненно настанет весна общего воскресения всего рода человеческого, лежащего в нетлении — в земной персти, общее оживление, про цветение и просветление делами веры и добродетели одних, сухость, бесплодие и помрачение неверием и злыми делами — других; настанет вечное лето блаженнейшей жизни, вечное всерадостное пожинание плодов теми из нас, кои сеяли семена добродетели в здешней жизни, и вечный тартар для тех, кои сеяли щедро зло. Явления природы — образ и указание будущего: они должны возбуждать, питать и поддерживать нашу надежду на будущие блага. Будет весна пробуждения и оживления для людей, как она ныне есть для растений и насекомых; настанет всерадостнейшее лето жизни будущей, когда мы узрим Господа — Солнце правды (Мал. 4, 2) лицем к Лицу (1 Кор. 13, 12), когда свет Его присносущный вполне воссияет нам [128] и когда мы сами засияем вечным светолитием, льющимся от престола славы Его, и просветимся яко солнце (Ср.: Мф. 13, 43) — так что уже не нужно будет никакое другое солнце: Слава бо Божия просветит его, и светильник его Агнец (Откр. 21, 23) — Тот, Который взял на Себя грехи всего мира (Ср.: Ин. 1, 29) — Сын Божий. — Как на доказательство непреложности Своих обетов Господь Сам указывает у пророка на дни и ночи.

Еще надежда. Например, кто–нибудь просит у известного своею добротою и щедростию человека — помощи себе. Он обещает с удовольствием и говорит: теперь мне не время вам дать или — теперь нет с собою, а приходите ко мне в такое–то время, в такой–то час: я буду в таком–то месте и дам вам. С полною уверенностию, что обещание будет исполнено, я жду назначенного часа или дня и прихожу к этому щедрому человеку — и он, вижу, приготовил уже мне обещанное и с веселым лицом отдает его. Не подобное ли надо сказать о надежде христианской? Господь Бог есть этот Щедрый Домовладыка, Которого сокровищницы Царствия преисполнены благами духовными, вечными, превышающими всякое описание и меру, но причине их несказанной красоты, живительности и безграничности, и ожидают нас. Возьми Евангелие и читай притчи Христовы о Царствии (Мф. 13, 1–52; 18, 23–35; 20,1–16; 21, 28–44; 22,1 14; 25).

Возьми другой пример. Пусть какой–нибудь землевладелец, отличающийся своею добротою и щедростию, зная твою бедность, обещал дать тебе во владение участок земли — для того, чтобы ты трудился над ним, обработал его, удобрил, засевал и пожинал плоды (земля дана тебе добрая: только трудись — не ленись: плоды, при благорастворении воздуха [129], будут сторичные [130]). Но почему–нибудь он не дает тебе тотчас, вдруг этой земли, говорит: еще не время, теперь я сам пользуюсь и хочу собрать плоды, а дам тебе тогда–то; тогда приходи и вступай во владение ею. Тот, кому обещано, с полною уверенностию уходит и ждет наступления назначенного времени; по наступлении же этого времени с тою же уверенностию идет к обещавшему, который встречает его с добродушным и ласковым лицом, ведет его на обещанный участок земли, вводит его во владение им и говорит ему: вот тебе мой дар, владей им всю жизнь твою да благодари Бога. Но Царствие Небесное есть земля живых (Пс. 26, 13), обещанная от сложения мира Творцом и Господом неба и земли, и Господь скажет праведникам: приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира (Мф. 25, 34).

0 Вы, взимающие большие цены за земные обители своих временных жилищ, своих гнезд, невзирая на бедность лиц, не надейтесь получить небесные обители, если не исправитесь от своей жестокости и сребролюбия Иудина. Позор вам в здешней жизни. Позор пред Ангелами и человеками (Ср.: 1 Кор. 4, 9) на Страшном Суде!

На столы богатые, на пиры роскошные деньги есть, а подать нищему, а пожертвовать на храм щедрую милостыню — нет. А христиане! А надеются получить вечные блага Небесного Царствия! Покататься, попить, поесть сладко — десятков рублей не жалко, а свечку поставить, чтобы вместо света вещественного Господь возниспослал в душу свет благодатный, духовный — нет денег, жалко и 10 копеек.

0 Что сказать о христианствующей молодежи?

Недостойно ведет она себя; все счастье поставляет в одном весельи. Нет ее или весьма мало в церкви, а если есть, стоит дурно: разговаривает, озирается кругом, смеется, рассеянна, и очень. — Есть ли в ней мысли о будущей жизни? — И спрашивать нечего. Блажен человек, иже возмет ярем, в юности своей (Плач. 3, 27). В чесом исправит юнейший путь свой? Внегда сохранити оправдания Твоя (Ср.: Пс. 118, 9).

Θ Что сказать, в частности, о военной молодежи? Она высоко поднимает свою голову и рассеянна до крайности. Собрание (в клубе), театры, трактиры — вот их сфера; церковь — что–то чуждое для них. Сердце их далече отстоит от Мене (Мф. 15, 8). Вот что говорит об них Господь.

Вот богатый купец, у него много наличного капитала и, вдобавок, множество домов. По виду он аки благочестив: он читает но временам Евангелие, Жития святых отец, рассуждает о благочестии и о подвигах благочестия и ищет, как видно, спасения. Но вот я прихожу к нему с просьбою — ради Бога что–нибудь пожертвовать на храм Божий, беднейший, развалившийся. Объясняю ему, в чем дело: где, какой, какие средства у тех прихожан, а он указывает на Синод, говорит, что у него много денег, в заключение, впрочем, дает 3 рубля. Что же, возлюбленный? — Ты жалеешь своих денег на храм Божий! Так не упрекай, по крайней мере, святейшее сословие. Скупишься сам? Не укоряй других.

Θ Мой долг — показать вам истинное, вечное отечество и Отца будущаго века (Ис. 9, 6), ожидающего вас; показать путь к Нему; препятствия, какие лежат на пути от врага, и средства преодолевать их.

Θ Чтение светских книг отдаляет от чтения духовных книг; там — дух мира, а здесь — Дух Божий; но одно другому противоположны. Потому весьма мало между людьми, читающими светские книги, — таких, которые бы с удовольствием читали духовные. Большинство читает светские журналы и никогда не заглядывает в Библию или в Евангелие — в частности. — Хорошо, в ком благочестие глубоко укоренено: тот читает без вреда для души и светские книги, но не оставляет он духовных, и больше читает духовные, чем светские, особенно Слово Божие. — Как вредна для бессмертной души светская литература, говорит опыт каждого. Еще вот искреннее признание в том блаженного Иеронима Стридонского… Подлинно, где со кровище <ваше, там будет и сердце ваше> (Мф. 6, 21)… они от мира глаголют: и мир <тех послушает> (1 Ин. 4, 5).

Все, что может быть лучшего в человеке — это все сосредоточилось в лице Марии, как лучи солнечные сосредоточиваются в фокусе. Мария — избранница из всего человечества. Господь по человечеству и Мария — вот два Солнца, или вот Солнце и Звезда утренняя.

Θ К твоему сердцу приливаются реки зла, особенно пред святым делом: не возмущайся, не колеблись, стой на камени; к тебе<?> приидоша те реки (Ср.: Мф. 7, 25), о коих сказал в Евангелии Спаситель: отольются назад, не бойся. Враг только устрашает и пытается потопить, но если будешь твердо стоять и призывать в помощь Господа: ему не дано будет потопить тебя.

Сколько у христиан примет, гаданий! А отчего? От недостатка христианского упования. В одушевленных или даже в бездушных вещах видят свое будущее.

Смотри, как изысканно–роскошно украшена твоя квартира, твоя земная темница, твой земной гроб. Но вот ищу украшений в душе твоей и не нахожу, а вижу бедность, нечистоту, безобразие гордости, сребролюбия, жестокосердия, немилосердия, зависти, скупости, вражды. Что за несообразность? Что за безумие! Если украшать, так украшать бы душу, которая должна быть жилищем Святой Троицы, невместимой небесами и всем созданием и благоизволяющей поселяться в тебе, который стал для Нее дорог и честен, вселюсь в них, сказано, и буду ходить (Ср.: 2 Кор. 6, 16; Лев. 26, 12)? — Христианин! Обрати все внимание на нетленное украшение души своей! Это украшение вечно, а то — временно. Это — дело премудрости, а то — дело безумия.

Сколько милость Божия позволит, не попущу, чтобы язык мой при беседе был в разногласии с сердцем, чтобы меня поразила эта греховная двойственность. Но чтобы язык мой был отголоском сердца. Постараюсь не отделять вас от своего сердца, а иметь вас в сердце моем, как другое сердце мое, по слову Апостола: ты его, сирень мою утро бу, приим.и (Флм. 1, 12).

Господи! Если неудачи за неудачами будут следовать у меня в моих делах, буди воля Твоя! Если Ты лишать будешь меня время от времени благ земных: буди благословенно имя Твое(Ср.: Иов. 1, 21). Ибо Ты даешь, Ты и отъемлешь. Если болезнию поразишь мой состав или какую–либо часть его: буди Ты благословен, Вседержитель, ибо Твои руце сотвористе мя и создаете мя (Пс. 118, 73). Если скорбь на скорбь приложишь душе моей: я достоин того за грехи мои! Если близких сердцу моему отнимешь у меня: буди благословен Промысл Твой, Вседержитель! Да будет благословенно и прославленно имя Твое во веки (Ср.: Пс. 112, 2). Да будет воля Твоя (Мф. 6, 10)! Да разумеем мы, что мы — твари Твои, дела рук Твоих, да не самочинствуем мы, да познаем из неудач наших, что Ты владычествуеши всеми, и как благоизволишь Ты, так и бывает. — Аминь.

Ты негодуешь на то, что товарищ твой любим всеми, а к тебе люди совершенно равнодушны. Друг мой! Не сам ли ты заслужил это равнодушие? В нюже меру мерите, сказано, возмерится. вам (Мф. 6, 2). Ты не любишь сердечно людей, не любят тебя и они; ты не желаешь им искренно добра, не живешь для пользы людей: то же и ты встречаешь с их стороны; ты живешь для себя, любишь только себя, собираешь только деньги себе и у себя их удерживаешь, а другим не уделяешь: ну и ограничивайся только своею любовию для своей жены, детей, ну и требуй расположенности, любви к тебе у твоих денег, которые ты скопляешь и которые любишь и лелеешь: пусть они тебя прельщают, как Иуду, и да будут они с тобою в погибель. Что я говорю? — Пусть они дадут тебе жизнь, пусть мертвые оживят мертвого, если это возможно. — Но как это невозможно, то и не жалуйся на свою скуку и тоску при своих богатствах, не жалуйся, что не встречаешь в других искреннего сочувствия. Любовь покупается любовью.

0 Люди праведные должны восполнить число отпадших ангелов, вот почему радость бывает на небеси о едином грешнице кающемся (Ср.: Лк. 15, 7); вот почему демоны так злобно нападают на человечество и отвлекают их от веры и добродетели. — Люди злые должны навеки лишиться света и блаженства, потому что не оценили и не хотели оценить величие призвания своего, величие любви Отца Небесного, Сына Его и Духа Всесвятого и возлюбили земные наслаждения вместо вечных благ. Они должны будут мучаться во веки веков вместе с диаволами, которые также не оценили, по гордости, величия даров, излитых на них Творцом. — Братия! Ангелы ждут нас! Святые Божии ждут нас. Пойдемте, не страшась никаких препятствий, демонов немощныя дерзости сокрушим [131] в державе крепости Христовой.

Θ При том же тесно, дорого и трудно стало жить на земле — потечем же к небу: там хлеб и вода и одеяние жизни, и свет дается туне и просторно, и светло, и отрадно, и радостно. Чего же мы прилепляемся так сильно к земле? Оставим земные блага тем, которые алчут их и полагают в них свое блаженство и употребляют все свои силы к тому, чтобы собрать их как можно больше, чтобы вкусить их как можно больше: пусть они воспринимают свое утешение здесь (Ср.: Лк. 6, 24). — Наше житие на нсбесех есть, отонудуже и Спасителя ждем, Господа нашего Иисуса Христа (Флп. 3, 20).

Θ Бедные! радуйтесь о богатствах, уготованных вам на небесах! Богатые! плачьте о своей бедности душевной (Ср.: Иак. 5, 1) и о том, что восприемлете здесь утешение ваше (Лк. 6, 24): полюбите милостыню, чтобы спасла вас милостыня; но милостыню давайте щедрую, потому что и к вам Бог был и есть щедр. Сеяй скудостию, скудостию и пожнет: а сеяй о благословении (щедро), о благословении и пожнет (2 Кор. 9, 6).

Θ В этой жизни надо всегда надеяться на очищение грехов, хотя мы и грешны, и не отчаиваться, видя в себе бездну зла или грехов.

Θ Надежда христианская есть отрешение сердца от всего земного и тленного и устремление и прилепление его к небесному, вечному и Божественному. Она выражается кратко словами священника при Литургии: горе имеем сердца [132]; и: — всякое ныне житейское отложим попечение [133], яко да Царя всех подъимем [134] — Апостол вменял вся уметы быти, да Христа приобрящет (Ср.: Флп. 3, 8).

Едино тело, един дух, якоже и звани бысте во единем уповании звания вашего (Еф. 4, 4). Верующие — одно тело: очевидное тому доказательство в следующем — например, молясь по готовым образцам молитв, составленным святыми отцами Церкви, я могу совершенно войти в един дух с ними — так что молитвы будут как бы мое произведение: так силы и потребности души нашей общи и одинаковы. Дух святого отца, составившего молитвы, тогда бывает во мне, и мой дух в нем. Или точнее: тогда я познаю явно, что един Дух Божий и в нем и во мне един Дух. Вот отсюда–то понятны слова Спасителя нашего: ядый Мою Плоть и пияи Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56). Теперь перенеси это на всех, подвизающихся на земле, верующих: и они все имеют совершенно одни и те же потребности душевные; и они, значит, могут быть как бы одна душа с Богом, с тобою и со святыми Божиими, торжествующими на небесах; и их души может исполнять единый Дух Божий, как и святых Божиих, как и сказано: не весте ли, яко телеса eauia храм живу щаго в вас Святаго Духа, Егоже имате от Бога, и несте свои (1 Кор. 6, 19): и — вот в чем заключается единство Церкви или верующих. — Уди есмы от тела Его, от плоти Его и от костей Его (Еф. 5, 30). — Не весте ли, яко Христос в вас; Разве точию чим неискусни еете? (Ср.: 2 Кор. 13, 5.)

По противоположению перенеси это на людей века сего или на эту церковь лукавнующих (Пс. 25, 5): и там своего рода единение духа, только не Духа И же от Бога (1 Кор. 2,12), а духа, иже действует в сынех противления (Еф. 2, 2): смотри, какое единство направления людей века — к улучшению и удовольствиям временной жизни, в отрицании духа, в отрицании веры, упования и добрых дел, внушаемых Христианским Законом.

Как удобно неопытному христианину сделаться членом церкви лукавнующих (Пс. 25,5) или членом диавола вместо члена Христова! Блюдите, ка ко опасно ходите… (Еф. 5, 15.)

Какая польза человеку, аще приобрящет мир весь и отщетит душу свою; или что даст человек измену на души своей (Ср.: Мф. 16, 26). Приобрести свою душу, то есть вечную жизнь, а не богатство.

Иже не отречется всего своего имения, не может Мой быти ученик (Лк. 14, 33). Увы, как сильна надежда на богатство!

† Все земное — суета, скорбь и крушение духа (Ср.: Еккл. 1, 14; 2, 11). Доказательство тому — Соломон, обладавший великими сокровищами ума и земли. (Олицетворение непостоянства земного.)

Олицетворение надежды — святые подвижники.

Никтоже есть, иже оставит дом… и не приимет сторицею во время сие… и в будущий живот вечный (Мк. 10, 29–30).

† Надежда еще есть великодушное терпение всех искушений, всех гонений, скорбей, болезней, несчастий, всего неприятного, случающегося с нами, кроткое перенесение обид, бесславия — в чаянии, что все эти неприятности минутны и за ними последует вечная слава, вечный покой и радость.

Аз есмъ путь и истина и живот (Ин. 14, 6). Путь. Надежный руководитель мой — Христос: не надежна ли Самая Жизнь? Всякое слово Его — живит меня: потому что всякое слово Его — истина, дело, бытие. — Доверимся же Ему.

Что такое грех? — Отчуждение сердца от Бога, от Его повелений и привязанность к земному: потому что все, еже в мире, то есть все люди грешат похотию плоти, очей и гордостию житейскою (Ср.: 1 Ин. 2, 16). — Мене оставиша источника воды живы, и ископаша себе кладенцы сокрушеныя… (Иер. 2, 13.) Упование на Бога, значит, есть противоположное греху, добродетель.

Жива будут сердца их во век века (Пс. 21, 27). Замечательные слова!

Надежда христианская есть умственное путешествие к небесному отечеству, преодолевающее все трудности, встречающиеся на этом умном пути. Азесмь путь (Ин. 14, 6). Странники и пришельцы (Пс. 38, 13; Евр. 11, 13).

Надежда христианская должна быть основательна и благоразумна: начавши строить здание спасения, надо расчесть, будет ли чем совершить его; предварительно устранить зависящие от нас препятствия, или привязанности к земному.

Все сделано для твоей немощи в духовном отношении: тебя за руку ведут; только предайся сердечно и не спрашивай: как, почему?

Бог преимущественно есть Личность: потому что Он содержит личности всех, направляет и исправляет и потому что неизменяем.

Вот вы стоите в церкви и у каждого из вас есть свои нужды, свои тяготы душевные и телесные; или вас грехи тяготят, или бедность, недостатки в вещественных средствах, болезни; вас искушают враги невидимые. Долг наш — молитва о всех ваших напастях.

Я — недостойное орудие Божией благодати, действующей в таинствах и изливаемой на верных.

Что мы за лица? Вот лица святых, и лики их лучше нас: они изливают чудеса и точат исцеления. А мы непостоянные, ветреные личности; нас нельзя назвать и личными, а двуличными: мы — добры и злы; мы переходим то на сторону Божию, то на диавольскую.

Ведая ведай, что ни скорбь, ни теснота, ни смущение не должны разлучать тебя от любви Божией, яже о Христе Иисусе (Ср.: Рим. 8, 35, 39), в пречистых Его Тайнах заключающейся. Веруй в Тайны всем сердцем и тогда, когда по причащении почувствуешь не радость и мир, а смущение, скорбь и тесноту.

Избранных Божиих ожидает великая слава и бесконечное блаженство! О, если бы мне с вами вечно блаженствовать, если бы предпослать вас в такую вечную славу. Хотящей славе явитися общник (Ср.: Рим. 8, 17–18).

Внимай: заповедь Божию или постановление Церкви ставь всегда выше снеди или какой бы то ни было вещественности и не меняй первой на последнюю. Будь духовен, презирай вещественость. — С тех пор, как первый человек променял заповедь Божию на удовольствие покушать приятного плода — доныне многие люди меньше ценят слово, заповедь Божию, чем снедь, чем угождение себе. — Самолюбцы паче, нежели Боголюбцы (Ср.: 2 Тим. 3, 4).

Самолюбивый человек крайне раздражителен: он раздражается, если ветер на него дует (а необходимо дуть на нас ветрам, как духовным (духам злобы), так и естественным); если дым на него пашет; если воздух нехорош в его жилище, если пища неприятна; если слово кто негладкое скажет; если взглянет кто неладно; если оступится; если в грязь ступит; он хочет, ищет, требует, чтобы все гладили его по шерсти; чтобы все его лелеяло и ублажало.

Вседержитель. Значит — Он всех и все держит, а Его — никто и ничто.

Если бы, например, вещество удерживало Господа, было бы для Него непроходимо: то Он был бы бессильнее вещества, что нелепо; но Он Творец всякого вещества, и все для Него — есть брение ничтожное. Им держится вещество в бытии чрез законы сцепляемости. Двери гроба не удержали Его (См.: Мф. 28, 2; Мк. 16, 3); двери дома не удержали Его (См.: Ин, 20, 19, 26); вода носила Его на хребте своем (См.: Мф. 14, 25).

Не ведят бо что творят (Лк. 23, 34). Весьма многие грешат по неведению. От диавола прель стишася. [135] Больше того грешат по прельщению, по обаянию от диавола.

В духовной жизни нашей нет средины: человек бывает или Божий, или диаволь; есть в нем вера в Бога и любовь: он Божий, нет — диаволь.

Ф Кто имеет христианскую надежду, тот не любит мира, пи яже в мире (Ср.: 1 Ин. 2, 15).

Θ Как в причащении неопытных враг отревает от Таин, внушая сомнение, неверие, отягощая душу и тело расслаблением, усыплением, леностию, теснотою, так и от Слова Божия, внушая также сомнения, неверие, наводя омрачение, тупость. Вот от чего мало причащающихся и мало читающих Слово Божие.

Журналистика есть сеть, ловушка диавольская, посредством которой он ловит христиан в вечную погибель (болтливостию) празднословием, многословием и пустословием. Всмотритесь и увидите, что так: жалки и журналисты и их страстные читатели. Пекутся и молвят о мнозе, едино же есть на потребу (Ср.: Лк. 10, 41–42): а это они и выпустили из головы. Всяко слово праздное…<воздадят о нем…> (Мф. 12, 36.)

† Борьба с собою, с своими дурными привычками и страстями, борьба с страстями и вообще слабостями других людей, борьба одного государства с другим, войны, многочисленные другие бедствия — вот характер здешней жизни.

Верен Обещавый… (Евр. 10, 23.) Верен Бог, Иже не оставит вас… (1 Кор. 10, 13.)

Слово о надежде по необходимости соединяется с словом о врагах надежды христианской. Хоть Бог знает наши нужды, но молитва нужна для очищения и просвещения нашей души. Хорошо стоять на солнце: и тепло и светло. Так и на молитве пред Богом — нашим духовным Солнцем: и согреваемся и просвещаемся.

Надо омываться от грязи; а молитва есть омовение от духовной грязи, то есть от грехов, особенно слезная.

Аще кто Духа Христова не иматъ, сей несть Егов (Рим. 8, 9).

Страсть приобретать идет совершенно против слов: иже аще не отречется всего своего имения (сердцем), не может быти Мой ученик (Лк. 14, 33). Любящий приобретать плетет новые сети для души своей, чтобы больше опутать и лишить ее свободы; связывает ее новыми сетями, чтобы крепче привязать ее к земле.

В чем жизнь христианина? Чтобы не иметь ничего и иметь Христа в сердце; или чтобы, имея земные блага, не привязываться к ним нимало и всем сердцем прилепляться ко Христу.

Весь мир — паутина; в сравнении с душой человека–христианина, ничто в нем не постоянно и не надежно: ни на что опереться в нем наделено нельзя: все рвется; ни к чему не надо привязываться сердцем, кроме единого Бога, раскинувшего эту паутину, содержащего и оживляющего ее. — К чему ни привяжешься, кроме Бога, все то язвит и стесняет сердце, причиняя ему великое мучение. Бог только упокояет сердце; к Нему одному полная привязанность живительна.

Господь приходит в животворящих Тайнах к душе нашей, как кокош к оставленному птенцу (Ср.: Мф. 23, 37), оживляя, питая и радуя ее. — Как премудро устроил Господь, установив Таинство Причащения!

Потому ты не получаешь от Бога просимого, что мерзости идолопоклонства не оставляешь: служения чреву. Бога истинного просишь, а богу–чреву работаешь. Не может человек двема господинома работати (Ср.: Мф. 6, 24; Лк. 16, 13). Перестань служить идолу–чреву и тогда надейся получить просимое от Бога. Истинного Бога просишь, а ложному божку служишь: у него и проси, если может он дать.

Или ты работаешь бесу лихоимства, и потому истинный Бог, тобою пренебреженный и оставленный, не исполняет твоих молитв. — Или же ты работаешь идолу гордости и тщеславия, и этот идол владеет твоим сердцем, как те идолы: и вот Господь не склоняется к мольбам идолопоклонствующего сердца. Ты оставил источника живых вод Господа и ископал себе кладенцы сокрушенные (Ср.: Иер. 2, 13): ну и пей из этих кладенцов — воду мертвую, темную, как темна вода во облаиех воздушных (Пс. 17, 12).

Вместо древа жизни — Хлеб жизни; вместо плода древа познания добра и зла — тот же Животворящий Хлеб жизни. Тогда сказано: не прикасайтесь — да не умрете (См.: Быт. 2, 17); ныне сказано: вкусите — и живы будете. Тогда поверили Ева и Адам обольстителю: и умерли; ныне — напротив, мы веруем словам Господа жизни: сие есть Тело Мое, и сия есть Кровь Моя (Мф. 26, 26, 28), и оживотворяемся; чем пали, тем и восстаем; пали неверием Богу, непослушанием (неверия), восстаем послушанием веры; там мы согласились с диаволом против Бога и соединились с лжецом с ним — на смерть себе; ныне мы всем сердцем соглашаемся с Самою Истиною — Богом Спасителем и истинствующим сердцем соединяемся с Ним — на жизнь себе, на покой и радость. Оле страшнаго таинства! Оле благоутробия Божия! Како Божественнаго Тела и Крове брение причащаюся, и нетленен сотворяюся. [136]

Ты мечтаешь, что молишься, а ты давно оставил молитву: настоящая так называемая тобою молитва есть одни пустые звуки без значения для твоего сердца: слова говоришь, а сердцем не сочувствуешь им, ты обманываешь Бога и себя; молясь, непременно нужно внимать своему сердцу и словам молитв, чувствовать их истину и силу.

Теперь мы стоим и падаем (в вере и добродетели), но надеемся такого времени и такого состояния, в котором мы уже не возможем пасть, придем в состояние совершенной безопасности от падения, как Ангелы, которые теперь непреклонны ко злу [137] и навсегда утвердились в святости. Борись со грехом и надейся, что придет наконец время совершенной победы над грехом и над смертию, его порождением. Последний враг испразднится смерть (1 Кор. 15, 26).

Ныне и праведник седмижды падает и, падая, воздыхает и говорит: окаянен аз человек: кто мя избавит от тела смерти сея? (Рим. 7, 24.) — Сам аз работаю умом моим закону Божию, а плотию — закону греховному. Но придет пора, когда грехов ный закон, сущий во удех наших (Ср.: Рим. 7, 23), упразднится и водворится единый закон Божий.

Теперь мы ищем прочного блаженства и не находим; удовольствия, нами изобретаемые, непрочны, лживы, суетны, кратковременны. Но, если достойно своего звания — христианина поведем себя, то получим в наследие такое блаженство, которое истинно и прочно, потому что вечно и удовлетворит вполне потребностям нашей души.

Когда мы слышим дурные отзывы о каком–нибудь человеке, то, внутренно сравнивая его с собою, говорим в сердце своем: я не таков, я в сравнении с ним совершенство, и, мечтая так о себе и осуждая внутренно других, услаждаемся своим превосходством пред другими. Это — гордость сатанинская! Это — зловоние плотского, греховного человека! Да бегут из души прочь такие помышления! Да помышляем мы себя хуждшими всех людей. Когда будут о ком отзываться дурно, вздохнем и скажем про себя: мы хуже, грешнее этого человека в сто раз, и от души помолимся об осуждаемом брате.

Единому Богу, вечному, всемогущему, имеющему жизнь от Себя и в Самом Себе, свойственно не иметь надежды, а нам, существам однодневным, получившим жизнь и все дары с жизнию — от Бога, нам, существам преступным пред Начальником жизни (Ср.: Деян. 3, 15) [138], не сохранившим и не хранящим заповедей жизни, нам, тварям мятежным против своего Творца и Господа, оставлена в удел надежда, по единой только милости Самого Господа, измыслившего средства возвратить к жизни нас, падших от жизни [139] вечной в вечную смерть. — Все мы знаем, что мы носим смерть духовную в сердце, предуготовляющую постепенно смерть телесную. — Между тем, сердце наше, созданное для вечной жизни, хотя и вкусило смерть, но, будучи не совершенно поражено ею, стремится к жизни и блаженству. Это–то потерянное блаженство и возвратил нам Сын Божий Иисус Христос. И оно готово открыться для верующих в Него во время последнее. — Вот надежда на то, что мы получим во имя Христа обещанное блаженство, и есть христианская надежда. — Во все продолжение нашей земной жизни Бог Отец Небесный ради Сына Своего, нас ради вочеловечившсгося [140] и принявшего на Себя все грехи мира (Ср.: Ин. 1, 29), печется о нашем спасении, ведет к нему как бы за руку Духом Своим Святым, Который есть залог наследия будущего блаженства — чрез Богослужение, проповедь Слова Божия и Таинства Церкви, чрез совесть и испытание наших внутренностей — и наконец, ради заслуг Иисуса Христа, Сына Своего, введет нас в наследие обещанных благ.

Отверзе им ум разу мети писания (Лк. 24, 45). Един Господь отверзает умы учащих и учащихся. Потому законоучитель весьма много успеет в преподавании Закона Божия, если будет молиться Богу, чтобы Он и его ум открыл к вразумительному, живому и благоплодному преподаванию, и детские умы раскрыл к пониманию и сердечному усвоению преподаваемых истин веры и нравственности [141]. Благословляя после класса учеников знамением Креста, он должен благословлять их с верою в чудодейственную, просветительную и животворящую силу его, молясь внутренно, чтобы Господь, действующий посредством знамения крестного, раскрыл их умам и сердцам великую тайну Креста, на котором совершено наше искупление.

Сытость плоти производит мало–помалу расслабление сердца в вере и добродетели; охлаждает молитву, превращая ее в поверхностный перечень слов, заученных однажды; делает холодным и нечувствительным к бедности и бедствиям других, значит, изгоняет любовь из сердца, удаляет от нас Духа Божия, не имать, сказано, <Дух Мой> пребывати <в человецех сих… зане суть плоть> (Ср.: Быт. 6, 3) и подвизает на нас гнев Божий. Содом и Гоморра сытостиюхлеба и вина (Ср.: Иез. 16,49) довели себя до того, что вдались во все пороки, ударились во все мерзости и — лишились совершенно Божией милости. — Как поэтому необходим пост!

Есть люди, которые просят у Бога премудрости, а сами надеются на книги, и оттого не получают просимого. Не Бог ли просвещает и умудряет всякаго человека (Ср.: Ин. 1, 9); не Он ли Бог разумов, не Он ли имать разум всех, по свидетельству Слова Божия (См.: Пс. 110, 10)? — Не Он ли умудрил бескнижных рыбарей и сделал их богословами вселенскими, напояющими всех чистейшими и животворными водами евангельского учения? Не Он ли умудрил Давида, Соломона, пророков Своих, всех, прославившихся мудростию небесною? — От Кого текут реки воды живой (Ин. 7, 38)? — Не от Ипостасной ли Премудрости Отчей — Сына Божия и Духа Отчего, Духа всех дарований духовных? — Итак, читай больше всего Слово Божие, живи благочестиво, и Дух Божий вселится в тебя и исполнит тебя премудростию Своею.

Иисус Христос есть Белильник наших душ. Аще будут греси ваши яко багряное, яко волну убелю (Ср.: Ис. 1, 18). Как в жилищах человеческих на белую одежду из льна постоянно садится пыль и грязнит ее и ее нужно время от времени мыть в воде: так на душу человеческую, долженствующую быть белою паче снега (Пс. 50, 9), постоянно садится тлетворная пыль грехов и ее постоянно нужно обмывать молитвою с сердечным сокрушением, таинствами покаяния и причащения и делами милости. Омыеши мя, и паче снега убелюся (Пс. 50,9). Аз семь, Аз есмь заглаждаяй грехи и без закония (Ср.: Ис. 43, 25). Преображение Господа на Фаворе показывает, коль должна быть бела одежда души нашей. Одежда Спасителя, сказано, сделалась бела, как снег (Ср.: Мк. 9, 3): это отражение душевной чистоты и белизны Спаса; лице Его просияло, как солнце (Мф. 17, 2): это опять свет Его Божества, Его Богосоединенной души.

† Христианской надежды необходимо требуют от нас Божии свойства. Не надеяться — значит, отвергать Божии свойства: всемогущество, благость, премудрость, неизменяемость. Надежда есть, так сказать, взирание на Божии свойства.

Θ Странное дело. Большинство людей, весьма мало или совершенно не заботясь о достижении Царствия Небесного, об очищении себя от всякой сквер ны плоти и духа (Ср.: 2 Кор. 7,1), думают, что Царство Небесное само собою (достанется им) придет к ним; не радят об очищении своего сердца, о чтении Слова Божия и книг душеспасительных; нет у них разговоров душеспасительных, нет и помину о душевном спасении, и приближаются они к смерти совершенно беспечно, не приготовленные к страшному исходу из этой жизни. — Все их речи и заботы о нарядах, о пище и питии, о выездах и выходах на вечера и в театры; все их речи касаются только земного, они судят, рядят — только не о спасении души; играют и убивают время и зарывают совершенно таланты, Богом им данные для их умножения и соделания собственного их блаженства. — Боже! Просвети умы наши.

Братия! Кто имеет надежду на будущие блага, тот дорожит временем и не пользуется им легкомысленно, не смеет и думать о том, как бы убить его: потому что знает, что у Господа на счету каждый час, каждая минута его бытия и от каждого дня и часа его жизни Господь ждет соответственных плодов; знает, что вся жизнь его должна быть, по мысли Божией, единым стройным зданием, в котором должны быть совершенны все части. Бу дите убовы совершени,якоже Отец ваш Небесный совершен есть (Мф. 5, 48). А сколько в один час можно, при благодати Божией, сделать человеку для своего совершенства и приумножения будущего блаженства, и напротив, как можно много повредить душе своей и в один час и даже погубить душу свою? — Думаем ли мы об этом?

Ныне причащаемся мы Тела и Крови Христовых в твердое удостоверение, что мы будем причастницы Божественнаго естества, отбегше, яже в мире, похотныя тли (2 Пет. 1,4). — Надежда христианская.

Надеяться на Бога, значит — поручать Ему свою жизнь, свою судьбу, всю свою будущность и с уверенностию ждать исполнения Его обетований. — Надежда происходит от веры, как растение из семени, как ручей из источника.

Мы веруем, что Господь, благ и милосерд, что Он любит нас, как Отец, следовательно, Он желает нам всякого блага и истинного счастия. Он премудр и всеведущ: поэтому Он лучше, чем мы сами, знает, что для нас нужно и полезно. Он всемогущ: и так Он всегда может даровать нам то, что восхощет, исполнить то, что обещал. Он свят и праведен: и потому все слова Его — истина (Ср.: Ин. 17, 17), обетования Его неизменны. Высочайшее доказательство любви Бога к человеку мы видим в том, что Он не пощадил для нас Сына Своего Единородного (Ср.: Ин. 3, 16), но предал Его (Рим. 8, 32) на страдания и смерть. Укрепив душу свою мыслию о беспредельной благости, премудрости, всемогуществе и святости Творца и Промыслителя нашего, мы можем проходить поприще земной жизни нашей без страха и смятения, как дитя на руках матери, как корабль с надежным якорем. И потому благословен человек, иже надеется на Госпо да, и будет Господь упование его. Иер. 17, 7. Господь помощник мои и защититель мои (Ср.: Пс. 17, 3).Аз уснух… <яко Господь заступит мя.> Не убоюсяот темлюдий (Пс. 3,6–7). Впрочем, при надежде мы не должны быть беспечны и праздны. Христианская надежда, по сущности своей, есть живое, деятельное и постоянное стремление к высочайшему благу и Источнику всех благ — Богу, ненасыти — мое желание приближиться к Нему и получить от Него и в Нем Царствие Небесное, уготованное прежде сложения мира (Ср.: Мф. 25, 34). Имже образом желает елень на источники водныя, сицежелает душа моя к Тебе, Боже. Возжажда душа моя к Богу крепкому, живому: когда прииду и явлюся лицу Божию? (Пс. 41, 2–3.)

Θ В борьбе с препятствиями, неизбежно встречающимися на пути к вечному блаженству, соблазнами, искушениями, собственными своими слабостями, душа верующая надеется не на свои силы, но на благодатную помощь Божию. БезМене не можете творити ничесоже. Иоан. 15, 5. Сила Моя в немощи совершается. 2 Кор. 12, 9, говорит Спаситель. Падая в борьбе, верующий не приходит в уныние и отчаяние: потому что уповает на милосердие Божис, особенно на бесконечные заслуги Сына Божия, искупившего нас Кровию Своею. Верно слово и всякаго приятия достойно. На сие. бо и труждаемся. и поношаеми есмы,яко уповахом на Бога жива. 1 Тим. 4, 9 <-10>. Аще с Ним умрохом, то с Ним и оживем: аще терпим, с Ним и воцаримся. 2 Тим. 2, <11—>12. Аще врази бывше примири хомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся спасемся в животе Его (Рим. 5, 10). Аще кто согрешит <Ходатаяимамы ко Отцу>… (1 Ин. 2, 1.) С надеждою на Бога несовместна гордая самонадеянность человека, когда он полагается во всем только на свои собственные силы и способности, богатство и знатность, опытность и благоразумие. — Надеялся фараон на воинство — и погиб (См.: Исх. 14, 5–28). Хвалился Голиаф своею силою — и был убит юношею — Давидом (См.: 1 Цар. 17, 42–51). Рассчитывал евангельский богач на свое богатство — и в ту же ночь потребовали душу его к суду Божию (См.: Лк. 12,16–20). Суетна также надежда на других людей.

Не согласно с истинным понятием о надежде подвергать себя опасностям без всякой надобности, не заботиться об усовершенствовании своих сил, откладывать обращение свое к Богу и нерадеть о своем спасении. Еще пагубнее отчаяние.

Θ Люди, не имеющие надежды на Бога, выходят из себя, когда не исполняются их желания, плачут, ропщут, унывают, расслабевают для всякого дела. Ослабленным руки и ослабленная колена исправите и стези правы сотворите, ногами ваши ми, да не хромое совратится, но паче да изцелеет (Евр. 12, 12–13).

Как терпение, так и надежда познается в бедствии. Многие думают, что надежду на Бога имеют, но беда пришедшая открывает надежду их и показывает, на кого они надеются: от кого кто ищет в беде помощи и избавления, в том и надежду свою полагает.

(† ) Надеющийся на создание грешит против первой заповеди: Аз есмь Господь Бог твой (Исх. 20, 5): эта заповедь повелевает, чтобы мы Единого Бога знали, почитали, любили, боялись, на Него надеялись, к Нему в нуждах наших прибегали и помощи просили. Кто надеется на человека, тот отступил сердцем от Бога, как Пророк говорит: и от Господа отступит сердце его, и не верует в Бога, хотя устами и исповедует Его (Ср.: Ис. 29, 13). Ибо невозможно веровать в Бога и надеяться, в то же время, на создание Его. Ибо надежда неразлучна с верою, и одна без другой быть не может. Живая вера к Единому Богу как отроча к матери прилепляется… на Него Единого надеется; от Него Единого помощи и избавления чает. Надеющиеся на тварь прокляты Богом: проклят… иже надеется на человека… (Иер. 17, 5.) Такие люди и молиться правильно не могут. Вера и надежда весьма нужна в молитве: и без веры и надежды молиться невозможно. Такой человек в покое быть не может: ибо всегда будет бояться, скорбь и печаль иметь. Едина надежда на Бога ничего не боится. На Кого хочешь надеяться в день смерти нашей, на Того и ныне, во время живота нашего, всю надежду нужно полагать; к Нему прибегать и прилепляться.

Господь есть Врач, наш Оператор, и лучше их. Потому ли только мы мало ценим Божии над нами дела, что они неприметны простыми глазами и совершаются внутренно? — Как врач удаляет лекарствами все вредные начала из тела, составляющие болезнь и противодействующие началам здоровым, и если эти лекарства довольно острые, дает после них успокоительное и таким образом восстановляет здоровье больного; или как оператор отнимает или прижигает больные члены, чтобы они не распространили болезни на другие или чтобы скорее заживить известный член: так и Господь в невидимой душе нашей ежедневно, каждый час и минуту невидимо совершает величайшие дела премудрости, человеколюбия и всемогущества: Он удаляет из сердца гнилость греха и поселяет всякую добродетель и мир Свой.

Душа человеческая проникает все тело: истина несомненная; уколи иголкою какую угодно часть: боль чувствовать будет все тело или душа, находящаяся в каждой части тела. Так и Дух Господа Иисуса проникает все Тело, всю Пречистую Кровь Его (животворящие Тайны) — ив малейшей частичке Он Весь — нераздельно. Тело Его — Живое Тело; Кровь Его — Живая Кровь, и не только живые, но и животворящие. — Слава Тайнам животворящим!

Как единая душа оживляет все тело человеческое и управляет всеми частями тела человеческого, великими и малыми — почти до бесконечности разнообразными: так и Бог оживляет весь мир и управляет всеми частями его, великими и малыми, — необъятными светилами и былинками, попираемыми нашими ногами.

Ты скорбишь, что твои пороки разглашаются твоими же присными. Нельзя не скорбеть: ты поставлен светить, а не омрачать и без того темную тьму. Но но делам тебя бесславят. Если хорошая слава бежит, то и худая не лежит. Все должно в явление прийти: ничтоже бо покрове но есть, еже не открыется, и тайно, еже не разумеется (Ср.: Мф. 10, 26). Исправляйся же немедленно, да вскоре перестанут думать и говорить о тебе худо видящие твое о Христе житие.

Недостаток христианской надежды во всех сословиях общества. Преобладание надежд на земные блага.

Для Царствия Небесного изволил страннообразно пожить на земле муж, которого на земле не было больше в рожденных женами (Ср.: Мф. 11, 11); жил в пустыне, питался самою скудною и суровою пищею; носил одежду также самую грубую (См.: Мф. 3, 4; Мк. 1, 4, 6). — Так жили и живут доныне смиренные пустынники, оставив все прелести мира — просторное жилище, богатые одежды, вкусные и утучняющие снеди. А мученики отдали себя на все роды мучений, предвидя себе будущее упокоение и нетленные венцы.

Мы приглашаемся в сообщество Херувимов, Серафимов, Престолов, Господств… Ангелов и Архангелов — вместо отпадших, возгордившихся духов. — Эти возгордились и сказали в себе Богу: кем–то Ты восполнишь наш недостаток, который для Тебя нестерпим и ощутителен, как для Премудрого, не терпящего ни в чем недостатка и дисгармонии в мире Своем? А Господь в ответ и в посрамление диавола изволил создать от персти человека и перстными существами восполнить недостаток ангельских миров вследствие отпадения гордых духов — и это бесконечное посрамление, бесконечно великое наказание гордецам: оттого–то они все силы адские употребляют на погубление людей. — Для большего показания любви Своей и для большего посрамления диавола Сам Господь облекся в перстное тело человека, чтобы исхитить его от власти диавола.

Когда мы примем в себя животворящие Тайны, тогда вдруг настает внутрь нас тишина помыслов.

Так мятежники мгновенно стихают, видя вошедшим в место их собрания царя своего, окруженного силою и величием царским; так буйные ученики вдруг затихают, когда видят строгого учителя вошедшим в класс.

Пой радостно, душе моя, о себе: процвела есть пустыня, яко крин, Господи, языческая неплодящая церковь (грешное, языческое, неплодное сердце мое), пришествием Твоим, в неиже утвердися мое сердце [142]. Так и пустыня сердца моего цветет от пришествия в него моего Господа. Я сегодня причастился. И впредь надеюсь. (А много значит — не есть мясной пищи.)

Духовный человек — сердце и плотской — чрево, вожделение соприкасаются между собою во внутренностях — и вот почему для душевного спасения требуется пост и умерщвление плотского человека, то есть отказ желудку в приятных, утучняющих и обременяющих яствах и во всех похотях, коих источник в тех же внутренностях.

У мертвите уды ваши, яже на земли: блуд, нечистоту, похоть злую и лихоимание… (Кол. 3, 5.) Страсти названы удами, то есть членами человека по причине того, что они крайне к нам близки, крайне нас одолели, сделались как бы частию нашего существа.

Ходят в церковь, молятся по видимому, а об исправлении и не думают; придут домой и своими словами и поступками ясно доказывают, что они без пользы ходили в церковь, по привычке.

Θ Недостаток христианского упования виден из того, что вовсе почти не читает книг духовного содержания большая часть христиан, — мысли, желания, слова и дела большинства обращены только к земле: торгуют, строятся, ездят в увеселения, пируют. Все земное, весьма мало небесного.

(Начать беседы со слов Спасителя: Приидите ко Мне… (Мф. 11, 28.))

Не гневайся, если тебя кто–нибудь не слушается. Если ты не слушаешься часто Господа, не исполняешь Его вседержавных законов: то что удивительного, если не слушаются твоих приказаний, что необыкновенного, если не слушаются тебя, грешного человека? — В нюже меру мерите, сказано, возмерится вам (Мф. 7, 2).

Совет моего Ангела–хранителя: возгревать дар слова упражнением и помнить, что проповедничество не от меня, Божий дар. — Как на колеснице провезет меня Дух Божий на поприще слова. — Еще: я в Академии был тунеядец, потому что был ленив [143] и едва не самый последний из студентов, бессловесен в классе и на экзаменах [144], однако же чудом Божией благости благополучно кончил курс и получил отличное место. Между тем я так глуп, нерассудителен, скуп, что ныне не терплю людей, пользующихся часто даром моим столом. Неблагодарность пред Богом крайняя! Бессмыслие бесконечное!

Машины паровые, носящие нас из края в край, — образчик Божия вседержительства: так всю жизнь нашу держит и носит нас Господь, так Он носит и все миры сильным словом Своим (Ср.: Евр. 1, 3). — Прогрессисты, видите ли вы в силе паров силу Божию? — Осязательно тут сила Божия.

Как в телесной жизни своей мы не можем сделать одного волоса белым или черным, а носим такие волосы, какие Бог сотворил, или как не можем возрасту своему прибавить лакать един (Ср.: Мф. 6, 27): так и в духовной жизни мы не можем без Бога иметь и одной мысли истинно доброй и святой, и одного чувства доброго и к духовному возрасту своему не можем прибавить без Божней силы или благодати — ничего, хотя бы рвались изо всех своих сил. Мы совершенно бессильны без Бога для всякого добра. Да научимся же прибегать во всем к Божией помощи!

Болезни и скорби совершенно необходимы в порядке или лучше в беспорядке нашей внутренней жизни. Сердце наше способно как–то скоро забывать Бога в довольстве и вообще в благоприятных обстоятельствах, особенно — в сытости хлеба, мяс и вина (Ср.: Иез. 16, 49); верно сказано: уты, утолсте, разшире: и забы Бога (Втор. 32, 15). — Потому, вместо плотских удовольствий сердца, причиняющих забвение Бога, надо дать ему горькую полынь болезни или скорби, чтобы, как с сладостию брашен вошел в сердце грех, так с горечью болезни и скорби вышел из него. Оттого–то болезни — великое благодеяние для душ, ищущих спасения! Как поболишь — смотришь, толщина–то сердечная и спадет, и придет благодатию Божиею в душу обилие духовных помыслов и чувствований, и приближится к душе Царствие Божие. — По этой же причине необходим и пост.

Сегодня ночью на вид поставлены были мне грехи юности моей. Господи! Изглади грехи юности моей из памяти Твоей!

Люди крайне измельчали душами своими, скотам уподобились (Пс. 48, 21), оземленились; отпали от Божьего, от небесного, от духовного и привязались крепко сердцами к греховному, земному, телесному. Христианин не знает вечности, не думает о смерти, об ответе на Суде; он знает только плотские, грубые удовольствия. Он чревоугодничает, прелюбодействует, обманывает, гордится, не зная как ступить, высоко поднимая свою голову, бесчинствует, дерзко смеется. Несть Бога пред ним. Оскверняются путие его на всяко время (Пс. 9, 25–26). — Всякое возможное угождение похоти–плоти.

† Господь Вседержитель. Вседержительство Его объемлет всю тварь — горнюю и дольнюю, умную и чувственную, Ангелов и человеков, небо и все, что на нем; землю и все, что на ней; море и все, что в нем (Ср.: Пс. 145, 6). Его вседержительство объемлет решительно все вообще и все части тварей: так, оно объемлет сердце человека и мысль его; потому–то говорится, что сердце царево в руце Божией (Притч. 21, 1), потому–то апостолы говорят: не доволъни есмы помыслити что от себе, яко от себе, но довольство наше от Бога (2 Кор. 3, 5). Если благодать Божия оставит мое сердце и мой ум, я делаюсь как прах, ветром носимый (Ср.: Пс. 1,4), без всякой твердости нравственной, с наклонностию ко всевозможному злу; ум и сердце мое делаются пусты, мелочны, мрачны, бессильны. Так, вседержительство Божие объемлет мысль мою и сердце мое, и они — колесница Божия, на коей Бог восседит, силою Коего она несется, коею Сам Он управляет, а язык бывает тростию книжника скорописца (Пс. 44,1) — Духа. Но вседержительство объемлет и весь состав мой телесный: им держатся процессы — кровообращения, питания, плодотворения, возрастания, сна. Им я живу, двигаюсь и существую (Ср.: Деян. 17, 28).

Иной человек, даже монах, рад твоему посещению, силою влечет тебя к себе и, завлекши в свою квартиру или келью, предлагает вино и хлеб, овощи, какие попало, или другое что. Подумаешь: какое радушие! Оно и в самом деле так, да радушие–то выходит плотское: надо по одной рюмочке пройтись, как выражаются, потом по другой, а там и по третьей, — смотришь — и веселье плотское пошло. Вот как с доброго–то пути мы совращаемся на худой. А как незаметно, благовидно!

Если борет тебя страсть скупости или жаления яств и пития для братии и ты, воспоминая о неисчетных щедротах Божиих к тварям, по коим Он дает вся нам обильно в наслаждение (1 Тим. 6, 17), молишься Господу о ниспослании свыше помощи для победы над своею страстию и не поддаешься ее влечению, то ты распинаешь таким образом страсть скупости и тем угождаешь Господу, Который тотчас же является тебе внутренно Своею благодатною помощию и упокоением от борения страсти.

† Всячески враг бесплотный борет нас ко греху и убивает нашу душу: иногда непонятная убийственная тяжесть на душе — и скучно, и грустно, и тоскливо тебе, сам не знаешь отчего; кажется, у тебя все так хорошо, никакого несчастия нет и не было. А как вздохнешь от сердца ко Господу да скажешь: Боже! Милостив буди мне, грешному (Лк. 18, 13), особенно если прослезишься при этом: и вдруг тебе сделается легко, легко и ясно на душе твоей, и увидишь тогда, что эта скука и грусть были делом исконного нашего убийцы (Ср.: Ин. 8, 44).

Ангелы–хранители, несомненно, охраняют нас, наставляют нас и беседуют с нами во сне: это явно бывает по пробуждении, когда вообразишь себе добрые сны. — Часто пробуждаешься с словами мира, радости о Дусе Святе (Рим. 14, 17), любви взаимной, с словами на устах из Священного Писания, с словами молитвенными.

Но если видишь, что ты во сне объедаешься, осуждаешь, завидуешь, предаешься скупости, прелюбодействуешь, ссоришься, тогда верно знай, что с тобою начальник и учитель всякого зла — диавол и он искушал тебя, строил козни свои над тобою. Это значит, что ты неусердно помолился на ночь и не покаялся от всего сердца во грехах своих.

Се, сотворю их, да приидут и поклонятся пред ногама твоима, и уразумеют, яко Аз возлюбих тя (Откр. 3, 9). Мы видим на опыте, что к святым Божиим стекаются многочисленные толпы народу из разных краев, да приидут и поклонятся пред теми святыми человеками и услышат, и да воспользуются от них добрыми советами. А Кто это творит, что люди неведомые узнают об них, приходят отвсюду и кланяются им? Господь Бог вездесущий и нсемогущий. Почему Он так творит с верными рабами Своими? Потому что любит их· Се, сотворю их, да прайдут а поклонятся пред ногама твоимα, и уразумеют, яко Аз возлюбих тя. Теперь, Чье же учреждение, что мы молимся святым и их иконам? Господне учреждение: мы молимся святым и кланяемся их иконе, потому что это Господь повелел, потому что их Господь возлюбил.

† О дне рождения и именинах. Вы ежегодно празднуете дни своего рождения и именины. — Думаете ли вы в эти дни, что вы не только с каждым годом, но и с каждым днем и часом становитесь все ближе и ближе к вечности — благополучной или злополучной, и даете ли вы себе отчет в прошедшей жизни? Ведь жизнь–то дана нам именно для приготовления к вечности, и подумать о вечности, остановиться на ней подольше своим размышлением — всего естественнее и подручное в день рождения и в день Ангела: в эти дни вы и в церковь ходите — благодарить Подателя жизни за дар жизни и родных и знакомых своих собираете (кто имеет достаток) — чтобы с друзьями своими возвеселиться. — Это дни особенные, нарочитые в вашей жизни — для того и празднуются они, чтобы благодарить Господа Бога за дар бытия, особенно за дар будущей жизни, которую Он предуготовил — чтобы, празднуя в радости с своими родственниками, друзьями, знакомыми день своего рождения или Ангела (заметьте, мы и празднуем день Ангела, то есть день христианской нашей жизни), нам с особенным удовольствием вспоминать о жизни будущаго века [145] для которой мы и на свет произошли и живем на этом свете. — Так смотрите же: близки ли вы к своей цели, к Царству Небесному, или еще далеки, и очень далеки, так, что и не подвигались к нему. А к Царству Небесному надобно идти; и путь к нему лежит не ровный, широкий и гладкий, а шероховатый и узкий, путь трудов и скорбей, путь поста и молитвы, путь распинания грешной плоти с ее страстями и похотями (Ср.: Гал. 5, 24) и путь добрых дел. Собрали ли вы запас добрых дел? — Каковы ваши вера, надежда и любовь? — В день Ангела — самое лучшее время подумать об этом, самое удобное время — испытать свою веру, надежду и любовь. В другие дни вы преданы суете мирской: вам некогда — вы говорите — так теперь время самое благоприятное к тому; теперь день спасения (Ср.: 2 Кор. 6, 2). Поразмыслите же.

† Панихиды, которые так часто вы служите по своим родственникам, научитесь, возлюбленные, обращать в средство к оживлению вашей христианской веры и надежды на будущую жизнь; отошел родственник ваш в вечность: отойдете и вы; нуждается он в упокоении от Господа — и вы с нами молитесь: упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего [146] нуждаетесь в этом покое и вы: как теперь — потому что и ныне един Господь дарует нам душевное упокоение: приидите ко Мне, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28), так особенно будете нуждаться в этом Божием упокоении — тогда, когда душа ваша оставит тело и все обаяние мирской суеты, все мнимое услаждение ее исчезнет для вас. — Вы вкушаете сладкое варение в память по усопшим: да послужит это варение к утверждению той надежды христианской, что христианин, умерший с покаянием и в добродетели, по смерти предвкушает сладость будущего блаженства, уготованного нам от сложения мира (Ср.: Мф. 25, 34), и сами старайтесь жить в покаянии и в добродетели. — Вы держите при панихидах по усопшим зажженные свечи: из этого научитесь, что усопший, прошедши нощь настоящего жития, зрит теперь невечерний свет вечной жизни и ожидает светлого и явленного дня второго пришествия Христова, в который со славою приидет на землю Судия всех [147] — Христос, воздать каждому по делам его (Откр. 22, 12). — Так, при обрядах над усопшими и при молитве об них все указывает на ту — загробную жизнь, показывает ее свойства и научает нас изощрять и усовершать христианскую надежду, которая так сильно притупляется от многоразличных сует настоящей жизни. — А Литургия святая, которую вы просите служить по усопшим? О! Она вся направлена к тому, чтобы поселить в сердцах наших крепкое, христианское упование спасения и жизни вечной! Предмет Литургии есть Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, нас ради человек, и нашего ради спасения сшедший с небес, воплотившийся от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечившийся, распятый за нас, страдавший, погребенный, воскресший в третий день и восииед ший на небеса, и паки грядущий со славою судити живым и мертвым [148]. Во время Литургии тот, кто хорошо понимает, в чем она состоит, видит образ всей земной жизни Иисуса Христа с Его страданием за нас, смертию, воскресением и вознесением на небо; слышит Слово Божие — послания Апостольские и слово Самого Господа в Евангелии, возвещающее воскресение мертвых и жизнь вечную, слышит утешительнейшее, полное любви слово Самого Господа: приимите, ядите: сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое (1 Кор, 11, 24) — во оставление грехов (Мф. 26, 28); пиите от нея ecu: сия есть Кровь Моя — новаго завета, яже за вы и за многия изливаемая во оставление грехов (Мф, 26, 27, 28) — внушающее нам крепчайшую надежду на оставление наших грехов и на соединение наше с Самим Господом — в этой жизни в Таинстве Причащения, а в будущей — в преискреннейшем приобщении Ему (Ср.: Евр. 2, 14). — Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем. Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день (Ин. 6, 54, 56). Такова надежда, поселяемая в нас Божественною литургиею. Это — служба из служб, это — служба между другими службами то же, что Пасха между другими праздниками.

Для чего Господь послал нам утешение видеть в непродолжительном времени две значительные части Животворящего древа [149] и мощи мучеников, из коих один первый запечатлел веру во Христа своею кровию, быв побит камнями [150] (См.: Деян. 6–7), а другой всесожжен огнем и яко хлеб сладкий Троице принесен? [151]  [152] — Для оживления или возбуждения нашей угасавшей веры во Христа и надежды будущего века. В самом деле к нам приходили как бы сами святые великие мученики Христовы — обличить нашу холодность к вере и сильно ослабевшее чаяние воскресения мертвых и жизни будущаго века. [153] К нам приходили два твердых в вере, надежде и любви ко Господу свидетеля — первомученик Стефан и святой великомученик Феодор Тирон, а при у с тех двоих свидетелей твердо слово (станет всяк глагол) (Ср.: Втор. 19, 15). Извлечем же из этого для себя должный урок.

† Крайние степени надежды: и в 11–й час пришедшие приемлются, хотя и ничтоже достойно сделали (См.: Мф. 20, 1–16); [154] плодоносящие в 30 крат (Ср.: Мк. 4, 20), блудники, разбойники и убийцы, хульники и гонители, покаявшиеся, обретаются в Царстве Небесном. Великие надежды!

Что есть надежда христианская? Чтобы согласно с существом дела отвечать на этот вопрос, обратимся к самим себе и посмотрим: какого, самого главного блага лишены мы в этой жизни и которое, однако ж, есть надежда получить? Сердце — это средоточие нашей жизни — говорит нам, что мы не имеем истинной жизни в этом мире, что в нас — один только призрак жизни; сердце наше, жаждущее покоя и блаженства, ни в чем на земле не находит его, сколько бы ни искало его в земных благах, например в богатстве, в пище и питии, в различных увеселениях, в славе и отличиях, в здоровье, в красоте, в земной приязни родных и друзей; напротив, привязанность сердца к мнимым благам земным стесняет, помрачает его, производит в нем болезненную, жгучую жажду большего, все больше и больше усиливающуюся, тоску и скуку по удовлетворении сердца земными благами. — Где же наше истинное, постоянное благо? — Где покой и блаженство наше? — Где наша истинная жизнь? — В Боге Триедином, в сердечном соединении с Богом, от Которого мы отпали вначале, и Сын Божий, Иисус Христос, пришел на землю именно для того, чтобы даровать нам это будущее благо. Аз приидох, говорит Он, да живот имут и лишше имут (Ин. 10, 10). † Сие есть обетование, еже Сам обеща нам, живот вечный (1 Ин. 2, 25). Мне прилеплятися Богови благо есть (Пс. 72, 28). † Надежда на это соединение наше с Богом во упокоение и вечное блаженство наше в Нем в будущей жизни — во Христе Иисусе († ): приидите ко Мне ecu труждающиися и обременепнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). Успокоение нашего сердца в Боге — в уверенности, что Он непрестанно печется (Ср.: 1 Пет. 5, 7) — вот в чем и есть собственно, состоит христианская надежда. Вот определение и предмет надежды. Надежда, говорит святитель Димитрий Ростовский, есть добродетель свыше влиянная, чрез которую с точным вероятием ожидаются блага вечной жизни.

(Заметьте: все болезни наши рождаются и идут изнутри — от исходища греха — сердца. Оно постоянно приносит плоды смерти.)

Все явления духа нашего в этой жизни показывают, что он изшел от Бога и должен быть в соединении с Ним, чтобы иметь в себе истинную жизнь и блаженство: примечайте за собою.

Бог над всеми и во всех и чрез всех нас (Еф. 4, 6). Един Бог — Сый (См.: Исх. 3, 14; Откр. 1, 8) в собственном смысле, то есть как бы Он Один есть БЫТИЕ, а все прочее, что ни существует, есть только как бы тень Бытия, тень ЕГО ЛИЦА. Потому Он везде и во всем — так, как бы и не было другого бытия. Скройся в горных пещерах — Он там; погрузись во глубину морскую — Он там; заключись в своем доме — Он с тобою; поди в огонь — Он и там, и если угодно, огонь не сожжет тебя. Везде, везде Он есть.

Если вещественный свет проходит сквозь тела, то невещественный Дух не пройдет ли всякое тело?

Надежда христианская есть соединение верою сердца со Христом и в Нем чаяние благ, обещанных любящим Бога от сложения мира (Ср.: Мф. 25, 34; 1 Кор. 2, 9).

† О предвкушениях на земле будущего покоя и блаженства — при верности наших отношений к Богу, в искреннем обращении грешника к Богу, во время усердной молитвы, по причащении Святых Таин.

† Владычица благосерднейшая всех сынов и дщерей человеческих, как Дщерь Бога–Отца, Который есть Любовь, Мать Бога–Слова–Любви нашей и Избранная Невеста Духа Всесвятого, Иже есть Любовь — единосущная Отцу и Слову. Как не прибегать к Такой Владычице и не чаять от Нее всех благ духовных?

О косности вещества и Единой, Умной Вине всего. Вещество, мы видим, само по себе, без сообщенной ему силы, везде есть служебное орудие духа, начиная с неба и светил, повинующихся манию Творца, до земли и всего, что на ней, до морей и рек и всего, что в них, до тела человеческого, до дерева, растущего в поле и былинки, попираемой ногами. Знаем, что, например, дерево, как его обтешем, таково оно и будет, как положим, так оно и ляжет, как приспособим для себя, так оно и будет нам служить, по нашему действованию им; какое направление дашь при известной, сообщенной ему вовне силы, так оно и пойдет и само ни на волос вперед не подвинется, если его не подвинешь; словом сказать, вещество само по себе мертво, неподвижно, косно. Между тем мы видим, что тела в мире, большие и малые, обращаются какими–то стройными хороводами, как–то: земля, месяц, звезды, самое солнце; на земле — во всем стройное течение вещества: эти смены времен года: весны, лета, осени, зимы, согласие стихий, возрастания трав, цветов, деревьев, животных, людей; беспрерывное течение благорастворенных ветров, непрестанное течение рек; постоянные испарения из водяных вместилищ, образование громов и молний, излияние дождей; мудрые средства к размножению, поддержанию и самосохранению и блаженству тварей. — Все это необходимо возводит ум к Единой, Умной Вине, Бесконечному Уму, к Бесконечной Благости, к Невидимому и Непостижимому Богу–Духу, Коего невидимые свойства от начала мира твореньми помышляема видима суть, и присносущная сила Его и Божество (Рим. 1, 20), и Который премудро и благостно всем управляет.

Ты создаешь свой духовный дом, но смотри — тут же готов и разрушитель, подкапыватель его — диавол; тать твоего духовного имения — князь века сего (Ср.: Ин. 12, 31; 14, 30; 16, 11). При добрых расположениях сердца, при добрых подвигах веры, молитвы, добрых дел являются мысли гордые, самохвальные. Остерегайся. Это подкапыватели твоего дома; это хищники твоего духовного имения.

† Господь, промышляющий о нашем спасении, разными средствами спасает нас, предохраняя от гордости и других тяжких грехов и побуждая к смирению и добродетели: иного делает косноязычным, иного — глухим, иного — косым или слепым, иного лишает какого–либо другого члена, другому дает жало в плоть (2 Кор. 12, 7) — какую–либо болезнь, или же жало диавольское, иного смиряет чрез начальника, иного — чрез жену, иного — чрез детей, иного — чрез какой–либо умственный недостаток или чрез какую–либо нравственную немощь. — О всем да будет Ему слава!

Если в сердце твоем теснятся какие–либо гордые помыслы и самоуслаждение, тогда говори себе: нам, грешным людям, решительно нечем гордиться, нечем похвастаться пред Богом и пред людьми: всякое доброе расположение, всякое доброе дело мы имеем от Бога, а что не от себя оно в нас, а от Бога, доказательством тому служит то, что мы испрашиваем его у Бога молитвою иногда после продолжительного дурного расположения нашей души; а если в нас от природы — то есть при рождении, перешли от родителей добрые расположения, то и тем больше нам нечем хвалиться: потому что всякое добро в природе есть добро Божие; хвалят доброе сердце человека — но что значит наше доброе сердце? Временная вспышка доброты, временное оказание какого–либо относительного добpa, а на самом деле сердце наше всегда нечисто, значит, и не полно искренней любви к Богу и к ближнему, значит, и не благо. Верно слово, что никтоже благ, токмо един Бог (Мф. 19,17)—Триединая Благость, а мы настолько бываем благи, насколько осияваемся Триединою Благостию.

Гордятся душевными дарованиями, но как гордиться тем, что дано? Что имаши, егоже неси приял, говорит Апостол в обличение гордецу, аще же и приял ecu, что хвалишисяяко не приемь? (1 Кор. 4, 7.) Гордятся крепостию и красотою, но что они, как не летнее расцветание цветка? Пришла осень: и увял цветок; пришла старость: и исчезли крепость и красота. Гордятся богатством, но можно ли гордиться землею, которая не доставляет нам ни истинного блаженства, не избавляет нас от болезней и смерти? — Гордятся благочадием, но разве не Бог Творец рода человеческого? А если чада не благонравны — то, увы, люди гордятся тем, что умножают число погибающих! — Воистину нечем нам гордиться! Но есть много поводов смиряться, вменять себя в ничто и всеми силами благоговеть пред Богом! — Марта 2 дня 1861 года.

Иметь христианскую надежду значит мужественно бороться при борении нас грехом и диаволом и питать всегдашнюю надежду на Христа, что Он, призываемый, поможет нам побороть находящийся в сердце грех или, если уже он поборол нас и мучит нас, простит его, по молитве и сердечному раскаянию нашему в нем; простит не один, не два, не десять, не сто раз, а бесчисленное множество раз в один день, если, ненамеренно согрешивши, мы будем с твердым намерением прибегать к Нему в покаянии. Аще согрешит в себе брат мой, <запрети ему; и аще покается, остави ему> (Ср.: Лк. 17, 3) от юности моея мнози бо рют <мя страсти>. [155]

† Как для рождения детей Бог вложил в нашу природу приятно нудящее побуждение к тому, так и для произведения духовных исчадий (разумею — умственные произведения) также влагает в сердце наше приятно нудящее побуждение — произвести извнутрь во внешний мир наполняющую наше сердце жизнь, или богатство созерцаний, мыслей п представлений наших об известных предметах, вce от Бога, премудро устроившего и душу и тело наше. Только в телесных побуждениях эти последние действуют с увлекающею силою и там меньше имеет место наша свободная воля, а в духовных побуждениях больше нашей собственной свободной воли и для того, чтобы родилось в душе богатство созерцаний или идей, нужно подготовление к тому человека какими–нибудь явлениями из жизни семейной, общественной или религиозной, или из природы и собственными взглядами его на эти предметы и размышлениями об них. Но зато после, когда эти идеи уже явились в душе сильной и даровитой, их трудно удерживать в себе: как спертый в сосуде воздух, они ищут исхода чрез дверь языка или чрез перо. († )

(† ) Потому–то Сократ говорил: «Я узнал на стихотворцах только, что они стихотворствуют не из мудрости, а по какому–то естеству, в одушевлении, как прорицатели богов или оракульские певцы.

Ибо и сии говорят многое и прекрасное, но не знают ничего о том, что говорят [156]: так и стихотворцы». Апология Сократа.

Так бесконечное богатство мысли Божией, Его беспредельной благости, всемогущества побудило Господа, ни в ком и ни в чем не нуждающегося, создать мир Ангелов, бесконечное разнообразие миров вещественных и человека — существо духовночувственное со всем множеством и разнообразием видимых одушевленных тварей. Слава бесконечной благости Господа, от преизбытка Своей жизни даровавшего жизнь бесчисленному множеству тварей, пиющим от Него жизнь, всякое довольство и блаженство! Слава Его Божественной, всеблагой свободе, по которой Он, не имея нужды ни в ком из нас, дал нам жизнь, и отпадших от жизни возста вил паки, и не отступил, вся творя, пока не возвел нас на небо и не даровал Свое будущее Царство [157] — во Христе Иисусе.

† Положи в душе своей твердое намерение — крепко ненавидеть всякий грех — мысли, слова и дела и, когда будет искушение ко греху, противустой ему мужественно и с чувством ненависти к нему; только остерегайся, чтобы ненависть твоя не обращалась на лицо брата твоего, подающего повод ко греху: грех ненавидь всем сердцем, а о брате жалей и вразумляй его и помолись об нем пред Вышним, видящим всех нас и испытующим сердца и внутренности наши (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23). Не у стасте до крове, противу греха подвизающеся (Евр. 12, 4). Без утвердившейся в сердце ненависти ко греху нельзя часто не падать в него. Самолюбие надо с корнем вырвать: всякий грех от самолюбия, и грех всегда притворяется нашим доброжелателем, обещая нам и довольство и покой. — Добро древо (всякий грех) в снедь; угодно очима видети и красно есть, еже разу мети (Быт. 3, 6). Вот каким нам всегда кажется грех!

† Если бы Ангелы–хранители не охраняли нас от козней злых демонов — о, как бы мы часто тогда падали из греха в грех, как бы мучили нас тогда бесы, услаждающиеся мучениями людей! Что бывает с нами, когда Господь попускает — на время отступить от нас Ангелу–хранителю и кознодействовать над нами бесам — опытные знают это… Да, Ангелы мира, верные наставники, хранители душ и тел наших, [158] всегда с нами, ежели мы добровольно не отгоняем их от себя мерзостию плотоугодия, гордости, сомнения, неверия.

Как бы чувствуешь, что они покрывают тебя крылами невещественныя своея славы, [159] и только, только не видишь их. — Мысли, расположения, слова и дела добрые — от них.

Голосовая и инструментальная музыка у нас — христиан служит преимущественно земному, мало — небесному. А надо бы не так. Надо бы хвалить и хвалить Господа на музыкальных инструментах: на фортепиано, роялино, скрыпке и пр. и пр. В каком у нас пренебрежении и духовное голосовое пение! Как у нас поют в церквах? Иногда уши вянут. Чье это неглижерство? Препрославленный от вышних Сил Господи! Где слава Тебе на земле, приносимая стройным пением разумных Твоих тварей?

Ни в чем, кроме Бога, нет истинного покоя и услаждения нашему сердцу. Больше всего ищут услаждения в пище и питии. Но пища и питие, принятые в большем количестве, чем сколько нужно для поддержания сил телесных, обременяют нас. И тело наше не требует сладких брашен и различных брашен: для него полезен больше всего простой хлеб и вода. Итак, безумие — искать услаждения в приятных кушаниях и цельных винах. — Глаголом, исходящим из уст Божиих (Мф. 4, 4), — вот чем живет внутренний человек наш, вот что его покоит, радует и живит.

† Земная жизнь наша должна быть непрерывною надеждою на Господа во всех обстоятельствах, ибо и мы и все наше — от Господа. Особенно же да питаем надежду на Господа касательно спасения души своей.

Нигде с такою силою и ясностию не выражена христианская надежда, как в Псалмах Давидовых. — Вся Псалтирь есть выражение упования.

† Един Господь открывает человеку сердце — внимати с душевною пользою глаголемым в Священном Писании (Ср.: Деян. 16, 14), как говорится об этом в книге Деяний Апостольских об одной женщине — Лидии Порфиропродальнице. — Потому пред чтением Священного Писания помолись от сердца Господу, чтобы Он Духом Своим отверз тебе сердце к спасительному вниманию.

† Цель самой жизни (и нашего сотворения) есть соединение с Богом, от Которого мы отпали и отпадаем чрез грех. Соединение с Богом и вкушение сердечного упокоения в Нем предначинается еще здесь: к тому направлено все Богослужение церковное и Таинства, особенно Крещение, Покаяние и Причащение, священнодействия Церкви, и совершится окончательно в будущем веке. — Для того–то ныне посты, говение, хождение к службам и усиленные молитвенные подвиги, покаяние, причащение. Потому — иметь надежду христианскую — значит всю жизнь искать спасения души своей, или искать соединения с Богом, во Христе; все свои мысли, желания, поступки направлять к тому, чтобы заслужить спасение от Бога. Надеющийся на спасение души своей должен, плотския похоти вся поправше, проходить духовное жительство, вся ко благоугождению Господу, и мудрствуя и делая. [160]

Христианская надежда есть успокоение сердца в Боге с уверением, что Бог… Из этого видно, что надежда христианская есть дар Божий: потому что успокоение сердечное может быть только от Бога. Многие ли имеют это нредначинателыюе успокоение сердца в Боге–Спасителе? — Многие ли спокойно предаются Ему во всем? — Весьма, весьма немногие; самая наибольшая часть из нас ищут успокоения и радости своему сердцу в удовольствиях мира: в собраниях, в театрах, в суетных вечерах, в пище, в питии, в приязни и славе человеческой. Несть Бога (Ср.: Пс. 13,1) в сердце многих христиан, и нет сердца их в Боге. Исчезают в суете дни их (Ср.: Пс. 77, 33). Они не разумеют и не ищут Бога. Уклонишася от Него, непотребни быила, не творят благостыни (Ср.: Пс. 13, 2–3). (Гроб отверст гортань их, языками своими лъстят (Пс.b, 10). Яд аспидов под устнами их (Пс. 139, 3). Ихже уста клятвы и горести полна суть (Ср.: Пс. 9, 28). Скоры ноги их пролияти кровь (Ср.: Притч. 1, 16; Ис. 59, 7); сокрушение и озлобление на путех их, и пути мирнаго не познаша. Несть страха Божия пред очима их (Рим. 3, 12–18).) [161] Мы обещались поучать вас христианской надежде. — С Божию помощию приступаем к делу. Христианская надежда, возлюбленные братья, есть успокоение сердца в Боге, в уверенности, что Он непрестанно печется (Ср.: 1 Пет. 5, 7) о нашем спасении (с тем и сотворивший нас, чтобы даровать нам небесное блаженство, от которого мы отпали в лице Адама и Евы и которое возвращает нам воплотившийся Сын Божий), дарует нам небесное блаженство, уготованное от сложения мира (Мф. 25, 34), если сами будем Ему верны и сохраним Его заповеди. Из этих слов о надежде видно, что надежда христианская есть двоякая, имеет как бы два вида: одна касается здешней жизни, другая — будущего блаженства. Именно 1) каждый христианин должен (мы должны быть) в полной уверенности, что Бог (непрестанно печется о его вечном спасении), подает ему (нам) все благодатные средства ко спасению чрез Иисуса Христа во Святом Духе и все естественные пособия (как–то: пищу, питие, одежду) и что если он не будет спать духовным сном, то спасет свою душу. И надобно только самому христианину не спать, а хранить всегда в сердце веру в Бога и делать посильные добрые дела. Эта надежда на спасение не должна оставлять нас пи в каких случаях: будем ли мы богаты или Господь посетит нас нищетою, будем ли мы здоровы или больны, веселы или грустны (и печальны), в счастии или несчастии, будем ходить во свете лица Божия (Ср.: Пс. 88,16) или покрыет нас чуждая тьма окаяннаго [162] в добродетели <или> во грехах. Никогда, никогда не должна оставлять нас надежда христианская, ибо тогда–то поистине и можно будет об нас сказать, что мы имеем христианскую надежду, когда мы будем всегда носить ее в сердце: как Бог неизменяем в Своей благости и всегда верен Сам Себе (Ср.: Втор. 32, 4; 1 Кор 1, 9), как попечение Его о нашем спасении неотменно и обещанные блага несомненно существуют, так и надежда наша на спасение и на получение обещанных благ должна быть также неотменна, не напрасно Сын Божий сходил с небес, воплощался, распят на кресте, страдал, умер и погребен, воскрес из мертвых и возшел на небеса — все это было для нашего спасения — и Церковь на земле для спасения нашего Господь основал, Богослужение, для того пастыри и учители, чтобы спасать нас (для того таинства — в особенности Таинства Покаяния и Причащения); для того всеведущий и всеправедный Господь дал людям совесть, это око Свое в них, которое видит их же духовным зрением все их мысли, желания, слова, поступки и добрые награждает, а за худые осуждает; для того ежедневное и ежечасное испытание сердца и внутренностей всякого (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23); для этого и дарами земными нас наделяет, для этого же и убожит (потому что счастие не в богатстве и несчастие не в бедности); для этого болезни, скорби, для этого радость и горе, потому что всем Бог бывает вся, да всяко некия спасет (Ср.: 1 Кор. 9, 22). — (И нужна великая мудрость, чтобы спасти человека, это, как говорит святитель Григорий Богослов [163], хитрейшее и изменчивейшее из животных.) Потому–то никто не должен удивляться тому, что участь людей на земле слишком не ровна (иной чрез меру богат, а иной крайне беден, иной здоров, а иной болен); это принадлежит к бесконечной премудрости Отца Небесного, в Трех Лицах покланяемого, разными способами спасающего каждого, и разгадка всему будет в вечности. — И так каждый христианин должен быть несомненно уверен, что Бог неотменно и постоянно печется о его спасении, что ни один человек (царь и подданный, пастырь и пасомый, начальник и подчиненный, воин и земледелец, богатый и бедный, больной и здоровый, живущий в удовольствии и в скорбях) [164], он ни на минуту не оставляется Богом без попечения о спасении его бессмертной души. Аз есмь с тобою, сохраняли тя на всяком пути… (Быт. 28, 15.) Все эти попечения Божии о нашем спасении клонятся к тому, чтобы даровать нам вечное блаженство. <2)> В чем же будет состоять обещанное нам блаженство? Да, братия возлюбленные! Велика цель, для которой Господь нас создал и ввел в эту жизнь [165], нас ожидает вечное блаженство, если мы надежду свою сохраним до конца. Мы сделаемся причастниками Божественного естества (2 Пет. 1, 4), (мы Его и род) (Деян. 17, 28), будем едино с Богом и узрим Его, якоже есть (1 Ин. 3, 2). Да ecu едино будут: якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут (Ин. 17, 21), — говорил Господь наш Иисус Христос Отцу Своему Небесному; для чего Господь создал нас, для чего мы введены в этот прекрасный мир Божий. Нас ожидает величайшее блаженство — видеть лицом к Лицу Самого Творца нашего и Творца этого прекрасного мира. Узрим Его якоже есть, и не только видеть лицом к Лицу (Ср.: 1 Кор. 13,12), но и быть единое Ним. Мы увидим тот Свет незаходящий, Который создал. Вот мы вступим в общение с Ангелами и со всеми Силами небесными и со всеми святыми, от века благоугодившими Богу [166]: будем совершенно безгрешны и вполне блаженны; просветимся яко солнце (Ср.: Мф. 13, 43) от созерцания Лица Божия; смерти уже там не будет, ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но будет жизнь всерадостная и бесконечная [167]". Почерпать вечное блаженство в этом соединении с Ним мы, христиане, надеемся от Бога в будущей жизни. [168]

Вот какова наша надежда, и эта надежда так несомненна, что единение наше с Богом предначинается еще здесь — на земле — в Таинстве Причащения так несомненно, что в сердце–то христиан дан и залог Духа Святого (Ср.: 2 Кор. 1, 22; 5, 5), вполне уверяющего нас в получении будущих благ. По причине такого блаженства, нас ожидающего, по причине такой высочайшей чести, нам предназначенной. Господь строго запретил нам любить мир, ни того, что в мире (Ср.: 1 Ин. 2, 15), потому что все мирское не сродно нам, а всем сердцем любить только Его, Господа Бога нашего и ближняго, как себя (Ср.: Втор. 6, 5; Лев. 19, 18; Мф. 22, 37–39), — велел ни на что в мире не надеяться, а надеяться только на Него. Что же есть в мире, или у людей, любящих жить в полном удовольствии на этом свете? У них — похоть плотская, похоть очей и гордость житейская (1 Ин. 2, 16), то есть крайнее самолюбие и плотоугодие. Но Господь, как я сказал, строго запретил нам эту угодливость себе, своей плоти; учил нас не привязываться к богатству, изысканным столам, не отягчать сердец наших объядением и пиянством (Ср.: Лк. 21, 34), не искать славы у людей, не томить своего сердца заботами о пище, питии и одежде; Своим Собственным примером учил нас совершенной нелюбостяжательности, воздержанию и посту, презрению славы человеческой. Говорю: учил совершенному нестяжанию и Сам показал нам пример тому, потому что во время служения Своего нашему спасению не имел где прикло нить голову (Ср.: Мф. 8, 20), довольствовался приношениями от усердия некоторых благочестивых жен и других доброхотных дателей. Как Он учил воздержанию и посту? — Сорокадневным постом (См.: Мф. 4,1–11; Мк. 1,12–13; Лк. 4,1–13) — пред началом служения нашему спасению, — таким притом, что во все эти сорок дней не вкушал ничего; заметьте это, возлюбленные: Господь не ел ничего сорок дней — для того, чтобы победить в Своем Лице нашу сластолюбивую плоть, которая жадно требует изысканной пищи и пития и любит пресыщаться и упиваться, — чрез то плодятся всякие грехи в нашем сердце. Для того–то Господь постился сорок дней, чтобы в Своем Лице показать нам, как укротить, покорить духу нашу сластолюбивую, упорную, непокоряющуюся духу плоть, хотя Его плоть была пречистая, безгрешная. — Да за всю жизнь Свою не заботился Он о пище и питии; как же можем мы этого надеяться? Ради Иисуса Христа мы — грешники?

Его брашно, как Он Сам говорил, было — сотворить волю пославшаго Его Отца, совершить дело Его (Ср.: Ин. 4, 34). Приносят Ему ученики купленное брашно, зная, что Учитель давно уже не ел, говорят: Равви, ешь. А Он им отвечает: Аз брашно имам, егоже вы не весте (Ин. 4, 31–32), то есть то самое брашно, о котором сейчас сказано. — Как Он учил нас презирать славу человеческую? Опять Своим примером и Своими Божественными словами. Славы, говорил Он, от человек не приемлю (Ин. 5, 41). — Како вы можете веровати, славу друг от друга приемлюще, и славы, яже от Единаго Бога, не ищете? (Ин. 5, 44.) Вот вы, возлюбленные братья, вступили во святую великую Четыредесятницу. Поститесь же так, чтобы иметь всегда в виду пример Самого Иисуса Христа, постившегося нашего ради спасения [169] четыредесять дней; поститесь именно для того, чтобы иссушить или, по крайней мере, уменьшить нечистые потоки греха во плоти, которую доселе прилежно питали и утучняли и чрез то подавали ей силу — больше и больше удалять от Бога ваше сердце. Возлюбленные братья, тесное сродство и связь между обильным и приятным насыщением чрева и между всяким грехом находится: обильная и приятная пища удаляет сердце от Бога. Этого нет нужды и доказывать: всякий, сколько–нибудь наблюдавший за собою, за своею духовною жизнию, знает это. — Итак, поститесь с тем, чтобы ослабить грех во плоти (чтобы чрез пост телесный и вместе духовный), поститесь вместе и телесно и духовно, удаляя от себя всякую неправду, — и вы проложите путь к соединению с Богом, ибо Бог не может пребывать в сердцах тех людей, которые усердно служат плоти, — и надежда на спасение, как заря солнечная, взойдет в ваших сердцах, пока не озарит вас ясный, нескончаемый день будущего века (который узреть да сподобит Господь всех нас Своею благодатию и человеколюбием во Христе Иисусе Господе нашем, Которому слава со Отцем и Святым Духом ныне и всегда и во веки веков. — Аминь.)

Но возвратимся к предмету нашей надежды. Христианин, мы сказали, предуготовляется здесь к блаженному единению с Богом на небесех и что уже на земле верные христиане предначинают это блаженство. Теперь естественно спросить: отчего же так велика почесть человеку–христианину? Какое он имеет основание надеяться от Бога таких высочайших благ? Как человек грешный может надеяться на вечное блаженство на небесах, когда он недостоин не только небесе, но и земли, и сей временной жизни? [170]

† (NB.Чтобы иметь истинно христианскую надежду, для этого нужно познать самого себя, свою природу, именно — касательно тела надо знать, что оно для своего питания требует очень, очень малого; что блаженство сердца нашего, жадного до удовольствий, не на земле, а в Боге, что почестей, до которых жаден дух наш, — не здесь, на земле, надобно искать, а на небесах — по чести чад Божиих (Ср.: Рим. 8, 21).)

(Наставление. Почти, сказано, лице старно, и да убоишися Господа Бога твоего (Лев. 19, 32). Так почитай в своем отце — старце как бы Самого Отца Небесного, не жалей для него ничего, как для Бога, все тебе даровавшего, как и отец твой отдал тебе все, как бы наследником тебя сделал: отдал место, дочь в жены тебе. Тяжко согрешишь, не почитая отца или жалея чего–нибудь для него.)

Мальчик Петр Ламанов умнее меня, тверже меня в вере, крепче в терпении: он во время болезни испытывал сильные мучения и не стонал, а благодушно терпел; сам причастия просил; а я стонал в моей болезни, малодушествовал и прежде лечения не просил животворящих Таин, а уже после лечения отслужил Литургию.

О немецкой книге. Рассказ Сусанны Андреевны; суждения автора этой книги о Иисусе Христе только как о совершеннейшем Человеке, но не как о Боге [171].

О божестве нынешних христиан. Что обожают люди? — Чрево. Еще что? — Деньги. Еще? — Ум человеческий. — Кому же служат мнимые христиане? — Диаволу, а не Христу. Христа только по имени знают. — Да ямы и пием, утре бо умрем (Ис. 22, 13; 1 Кор. 15, 32).

Если кто тебя оскорбил, а ты прощаешь ему обиду и не сердишься на него, вменяя в ничто его обиду или в смирении и простоте сердца почитая себя достойным того, то ты побеждаешь оскорбителя, торжествуешь над ним, хотя и мечтает он, что торжествует над тобою; но если ты сердишься, злобишься на оскорбителя, то ты немощный нравственно и побежденный врагом и стоишь крайнего сожаления как не умеющий владеть собою, не научившийся еще смирению и не сведущий в том, как побеждать тебе духа гордости. — Только взглянуть на тебя при серчании: и всякий увидит, что ты — жалкий человек. [172]

Когда жалеющий свою плоть, ленивый человек становится на молитву, тогда враг представляет ему мнимую продолжительность молитвы и мнимую трудность ее для плоти и тем повергая в уныние сердце его, расслабляет его для молитвы. Очевидно, это — мечтание. Не надо жалеть своей плоти, а бодро, с твердою верою, надеждою и любовию приступать к ней. Для веры, надежды и любви нет ничего трудного и невозможного, равно как и продолжительного. Иаков по любви к Рахили и в надежде получить ее руку работал Лавану 14 лет, усталости не знал, и — быстро прошли для него 14 лет (См.: Быт. 29, 18–28). —Приложи это и к молитве. Если ты истинно любишь Бога, то никакая молитва не покажется тебе трудною и продолжительною, потому что надежда — принять Бога в сердце свое — усладит твой труд; все подвиги, ради Бога совершаемые, покажутся малозначащими и легкими; таково свойство любви. — Не потворствующий своей плоти жаждет молитвы, как голодный — пищи и пития, и в сладость насыщается [173] ею, не зная усталости; отстать не хочет, дни и ночи проводит в молитве и чем больше молится, тем большею воспламеняется любовию к молитве — так что если бы не немощь плоти, то он не вставал бы от сладостной беседы с Богом. — Вот почему мы видим святых подвижников, которые всю жизнь проводили в посте и молитве и не знали в ней сытости.

Дерзкие! Зачем вы отвергаете Божество Сына Божия, когда чрез Него вы сами можете обожиться и быть сынами Божиими? — Или невмочь вам такое блаженство, исчадия диавола, как диаволу невмочь было покоряться Сыну Божию и Святому Духу, Коим он возмечтал быть равным?

† Весь род человеческий едина плоть и кровь; зачем и не единый дух (Еф. 4, 4), как и быть должно бы? Люди благочестивые и Ангелы — едина Церковь; Бог и праведники едино. Все — от Единаго (Евр. 2, 11), и все должны бы возвести себя по подобию к Единому. Но увы! Грех разделил! Чрез Христа опять возводимся к блаженному единству.

† Врагу бесплотному почему–то сильно нравится быть у нас в правом боку и разжигать в нем, как сухой хворост, беззаконие (неверие, противление всякой истине и всякие страсти) и отвращать сердце от всякого доброго помысла, доброго желания и доброго дела. Особенно ему очень нравится это делать во время нашей молитвы, также пред прикосновением к предметам священным, иногда пред беседою и во время беседы с людьми, особенно же пред причащением Святых Таин (такой неугомонный)! Крепко, видно, ему не нравится всякое добро. Так оно и есть. Когда не делаешь доброго дела, не стремишься к Богу: ничего; стал стремиться всем сердцем: и пошла война, и заметали бомбы.

Имей такое уважение к истине, что если кто о тебе говорит дурно в глаза или заочно, но справедливо, люби его за правду, как друга; а если кто отзывается о тебе в глаза или на стороне хорошо, но несправедливо, обличи его в лести и скажи ему, что отзыв его о тебе несправедлив.

Если ты в сердце имеешь злобу на человека, не обнаруживая ее, и видишь на лице того человека также признак злобы на тебя, не говори ему в злобе твоей ни одного слова, хотя бы то для исправления его: враг действует в ваших сердцах и ждет только удобного случая к воспламенению сердец ваших всею силою злобы, и лишь малейший повод представится, злоба воспламенится, и вы доставите врагу случай торжествовать над собою. Души наши как–то понимают друг друга без внешних обнаружений. Чтобы избежать диавольской злобы, любовь друг ко другу прилежну имейте (1 Пет. 4, 8), говорил Апостол.

Подвизайся в державе крепости (Еф. 1, 19) Иисуса Христа ни на минуту не давать места злобе в сердце своем — и напротив подвизайся иметь всегда благость сердца. Бывайте блази… (Еф. 4, 32.) Христианину, как сыну Божиему по благодати, храму Духа Святого и члену тела Христова, не должно уподобляться по злобе диаволу и сердце свое делать жилищем его и как бы членом его.

† Чрез Свое воплощение Господь стал в ближайшее отношение к веществу. Дивно! Сам Бог соединен в одно лице с человеком — Бог стал плотию. — Слово плоть бысть (Ин. 1, 14); Сам вкушал нашу плотскую пищу и пил наше питие; возлежал в яслях, обитал в доме Невместимый небесами; ходил стонами по земле, по воде, по воздуху — (идущу, говорится, на небо) (Ср.: Деян. 1, 10); пригвоздился ко древу на ничесом же землю повелением Своим повесивыи. [174] Вся земля, воды и воздух, древа, камни, металлы, животные — все освящено вочеловечившимся Сыном Божиим: потому–то любезна для Него земля — это временное жилище человека, это гостиница человеческого рода, это место обитания Его между человеками. Но особенно любезны для Него люди, коих душу и тело Он принял в единство Своего Лица, и особенно истинные христиане. Он в них и они — в Нем.

Θ Надежда христианина обращается в молитве к Богу о всяком благе духовном и вещественном — в уверенности, что все от Него и ничего без Него. Вся Тем бита — все что было с нами, кроме греха, и все, что есть, и без Него ничтоже быспгь с нами, еже бысть и что бывает (Ср.: Ин. 1,3).

Глаголи, глаголи, Владыко, в сердцах людей Твоих, якоже в моем сердце милостивно глаголеши. Священно — научай люди Твоя.

Торопливый, неспокойный в службе священник или диакон, или дья<чок> есть орудие диавольское; ничего не остается у него на сердце; вся вера для него — мертвая буква.

† Надежда христианская есть постоянная, живая, на деле являемая уверенность, что жизнь наша, сила наша, покой и блаженство наше находятся только в едином Боге и ни в чем другом; что к Нему единому всем сердцем должно прилепляться и ни к чему другому, потому что все другое — прах и суета и не имеет в себе живительной силы для нашей души, которая происходит от единого Господа Животворящего.

Не справедливо ли, что гостю в гостях хочется получше покушать и поесть, чем дома? — Потому гостям всегда предлагай лучшее и кушанье и питье, чем они имеют дома. — Этого требует гостеприимство.

Θ При падениях, при неудачах крайне храни сердце свое от уныния и расслабления и ободряй и укрепляй его надеждою на восстание и благоуспешность в делах своих. Враг употребляет все меры, чтобы расслабить душу христианина унынием и повергнуть ее во глубину отчаяния — да поругается чрез нас Господу, Имже живем, движемся и есмы (Деян. 17, 28), Который всеблаг и всесилен и всегда может как избавить нас от греха, так и подать нам всякую помощь в делах наших.

Аз есмь с тобою, как бы так говорит Господь каждому христианину, сохраняли тя на всяком пути. аможе аще пойдеши, и возвращу тя в землю сию (в землю живых): яко не имам тебе оставити, допдеже сотворити Ми вся, елика глаголах тебе. Быт. 28, 15.

† Иметь истинную веру и надежду на Бога — значит, между прочим, терпеть великодушно все несправедливости, наносимые нам другими относительно нас и нашего имущества — в чаянии воздаяния за терпение в будущей жизни.

Иже о своих, паче же о присных не промышляет, говорит святой апостол Павел, веры отвергл ся есть и невернаго горший есть (I Тим. 5, 8). Потому христианский долг требует — промышления о присных, то есть родственниках, то есть помогать им больше, чем кому другому, как в духовных, так и в телесных нуждах, принимать их к себе с радушием, несмотря на учащение их приходов, угощать их с щедростию и лицом, показывающим родственное расположение.

Когда кто–нибудь из приходящих неумеренно вкушает сладостей твоих, дорого тебе стоящих, и твое сердце стеснится преступным жалением их, тогда от сердца скажи Господу: Господи! Ты обильными, неиссякающими потоками сладостей Твоих щедро питаешь и уиоеваешь всех тварей земных, рассеянных по вселенной и все, быв преисполнены сладостных плодов Твоих, прославляют немолчно щедроты Твои и любовь Твою — даруй убо и мне, Господи, от обилия даров Твоих мне, недостойному, щедро питать люди Твоя, к трапезе моей приходящие, и никогда же утеснятися в утробе моей жалением тленныя пищи; даруй мне любити их яко же себе и по сей любви желати и творити им тожде, еже и себе творю (Ср.: Мф. 7, 12).

Тленная пища, в умеренном количестве и в простом виде принятая, питает и укрепляет тело, а в излишестве и изысканная и приготовленная с искусством — расслабляет его и ввергает в неизбежные болезни. Та же пища — и жизнь, и смерть. Так и нетленная, Животворящая Пища Тела и Крови Христовой — для достойных бывает жизнию и житию с избытком (Ср.: Ин. 10, 10), а для недостойных — смертию; сего ради, то есть ради недостойного причащения Тела и Крови Христовых, говорит Апостол, в вас мнози немощии и недужливи, и умирают довольни (1 Кор. 11, 30).

Чтобы молитвы наши, приносимые Богу и святым Его, были услышаны, нужно вопиять с верою несомненною и душевною любовию: сродное сродным скоро будет услышано.

Где страдание ради противления греху, там Крест; где Крест, там Христос и Дух Святый. Итак, не унывай в скорбях и страданиях, а радуйся и уповай.

Θ Мы все грешники, но можем быть и святыми благодатию Христовой и собственным старанием; и мы должны надеяться быть святыми. — Плохой тот христианин, который не надеется быть святым, так же как плохой тот воин, который не надеется быть победителем.

Θ Надежда христианская то и есть, когда мы, борясь с грехом при помощи Господа Иисуса Христа, надеемся победить в себе грех в державе крепости Христовой (Ср.: Еф. 1, 19) и стать победителями греха и диавола, дать в своем сердце место Духу Святому со Отцем и Сыном Его и таким образом соединиться с Триипостасным Божеством, здесь предначинательно, а в будущем веке окончательно: будет бо тогда Бог всяческая во всех (1 Кор. 15,28).

Имеющий надежду христианин не дремлет, не слагает рук, но тщательно и постоянно испытывает сам себя и примечаемое зло всеми мерами старается искоренить благодатию Божию из своего сердца, а добро — утвердить и распространить, чтобы утвердилось и распространилось в нем Царство Христово: потому что Царство Христово распространяется в нас по мере свободного умножения нами в душе плодов веры и добродетели.

Когда сердце мое страстно сжимается от грешного жаления тленной пищи для брата моего, туне мой хлеб ядущего, тогда я, вспоминая о том, что я сам туне и недостойно часто приступаю к бессмертной бесценной Трапезе Господа моего, и от сердца признавая себя пред Господом недостойным бессмертной Пищи, до которой Он, однако же, милостиво допускает меня и живит ею, побеждаю страсть мою: сердце мое успокаивается и расширяется, и я славлю тогда Единого Живота всех Бога и как брение путей (Пс. 17, 43) вменяю все снеди мои. Так могущественно действует на сердца наши вера в Господа Иисуса Христа и в Его животворящие Тайны при страстном состоянии сердца, когда оно испытывает над собою обаяние тленной яди [175] чрез которую некогда грех и смерть вошли в мир (Ср.: Рим. 5, 12).

Молитва основывается на вере: я верю, что есть Бог, пред Которым соплетаю свою молитву, есть Вседержитель, держащий дланию всю тварь и давший разные роды гласов тварям для внутреннего общения их между собою, а Сам не нуждающийся ни в каком гласе, — и надеюсь, что молитва моя доходит до Него, или — точнее сказать — прямо от сердца переходит в уши Его. Так и переписка сына с отцом, или с матерью, с братьями и сестрами, отца с детьми, друга с друзьями, удаленными друг от друга, основывается также на вере: они уверены, когда пишут письма, что есть и живы те лица, к коим они пишут, надеются, что письменная беседа их дойдет до них, произведет в душе их соответственные с письмом представления мысли, чувства и они отзовутся на письмо сходственно с его начертанием. Так и в жизни мы руководимся во многом верою и надеждою. Тем более по отношению к миру духовному мы должны ходить до времени верою, а не видением (Ср.: 2 Кор. 5, 7).

Когда ты в каком–нибудь месте — в доме ли, на судне ли, под открытым ли небом усумнишься в присутствии Божием на том месте: тогда представь сердцу твоему следующее доказательство несомненного присутствия Божия на том месте: Бог все содержит в Своей силе, в том числе и меня с душою и телом и всякое вещество твердое и всякое вещество жидкое и прозрачное; так, Он содержит и тот воздух, в котором я нахожусь и которым дышу; содержит каждую его частицу, — потому Он и называется Вседержитель, как всю тварь — и самомалейшую — содержащий Своею дланию [176]. Как же Он может не быть где–нибудь, в каком–нибудь месте. Как может не быть где–нибудь вещей Истина [177], Причина их бытия? Когда скажешь себе внутренно такие слова — сердце, пораженное апоплексией сомнения, тотчас оживится и успокоится, что также доставляет сильнейшее доказательство вездеприсутствия Божия, особенно в наших душах. Слава Тебе, Вседержавный Царю, что Ты не оставляешь меня во тьме диавольской, но присно посылаешь свет Твой во тьму мою. Ты светильиик мой, Господи, и просветит и тьму мою (Ср.: Пс. 17, 29).

Молишься ли ты, ходишь ли, сидишь ли, лежишь ли, думаешь ли, говоришь ли, радуешься ли, скорбишь ли, здоров ли или болен, дома ли или в гостях, на суше или на воде — будь постоянно в полной уверенности, что Бог тебя преясно, ясно видит во всем совершенстве — со всеми твоими мыслями, желаниями, делами, во всех твоих состояниях, в каждый момент твоего бытия, — слышит лучше всякого тонкого слуха все твои внутренние движения, все твои слова, хотя Сам и не имеет глаз и слуха — этих раздельных и сложных, а потому и несовершенных органов познавания (хотя по нам они совершенны), будучи Сам в Существе Своем весь Зрение — почему и назвали его греки θεός (θεάομαι [178], вижу) и весь Слух, или, точнее, весь Свет и Ведение.

Θ Есть класс людей, имеющих особую нужду в утешениях веры и надежды христианской. Это — класс людей бедных, которые при бедности своей не просят милостыни, но с безмолвием делающе в поте лица едят свой трудовой хлеб (2 Фес. 3, 12), иногда в большой скудости по причине неблагодарности труда и многочисленности членов семейства. — Этим–то людям, живущим в нужде и горе, вкушающим хлебе поте лица (Ср.: Быт. 3, 19), не воспринимающим здесь утешения (Ср.: Лк. 6, 24), нужно сказать в утешение, что их–тο преимущественно Господь избрал богатыми в вере и наследниками Царствия Небесного (Ср.: Иак. 2, 5), что состояние их — самое благоприятное для спасения их души, потому что они больше богатых и знатных надеются на Бога: ибо на кого надеяться бедному, кроме Бога, при неимении всех других, видимых опор, на которые полагаются знатные и богатые? — К кому прибегать в нужде и горе, за неимением помощников в мире, как не к Богу? Так и мы знаем, что нищие в нищете своей научаются живой вере в Бога и надежде на Него, и потому мы больше всего слышим имя Божие на устах этого класса людей: Бог поможет, Бог не оставит — ясное доказательство живущей в сердцах их веры и надежды на Бога. Между тем как от богатых и славных людей мира не услышишь этого достопокланяемого Имени или услышишь произносимым с небрежением, по привычке и без сознания его величия и святости. Итак, братия, несущие бремя бедности, не ропщите на свою судьбу, а благословляйте Господа, приближающего сердца ваши к Себе чрез недостаток благ земных, которые легко могли бы отдалить вас от Бога; будьте уверены, что вас любит Господь ничем не меньше, чем тех, которые имеют все в изобилии; напротив, еще больше их — потому что вместо тленных благ земных Он отдает вам Себя — Сокровище нетленное и Богатство неистощимое [179]: что же может быть выше такого сокровища, что может быть высшим доказательством любви Его к вам? В людях бывает так, что больше видят доказательств любви искренней в том человеке, который не деньгами или вещами помогает известному человеку, а сам отдается ему в покорнейшего слугу, делаясь для него всем. — Итак, будьте, возлюбленные, уверены несомненно в промышлении Божием об вас и не тяготитесь своею участью. Вспомните Господа, нас ради обнищавшего и не имевшего где главу приклонити (Мф. 8, 20). Не приятно ли быть подражателями Ему и, так сказать, разделять Его земную участь? Сын ли Божий Единородный не был в любви у Бога Отца Своего (Ср.: Ин. 15, 10)? Не Сам ли Отец свидетельствовал об Нем: Сеи есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих (Мф. 3, 17)? И однако ж, возлюбленный Сын Божий не широким путем шел, а путем узким и скорбным, чтобы нам показать пример терпения и преданности Богу. Еще есть класс страдальцев, страдающих душевными и телесными болезнями. Есть люди, которых устрашает бездна их грехов, ни с чьими грехами, по их мнению, не сравнимых, — и они отчаиваются в Божием милосердии, готовом будто бы покарать их; они слишком преувеличивают в своем воображении каждый грех свой, или лучше, не они, а враг рода человеческого диавол, и они предаются тоске и грусти, не погружаясь в молитву и не предавая себя милосердию Иисуса Христа, взявшему на Себя грехи мира (Ср.: Ин. 1, 29) и прощающего истинно кающихся грешников. Чтобы сатана не увлек таких людей в бездну отчаяния, надобно и им показать силу веры и воодушевить их христианскою надеждою на прощение грехов. Кровь Сына Божия не очистит ли нас от всякого греха? Не болий ли Иже в нас, нежели иже в мире, то есть диавол (Ср.: 1 Ин. 4, 4)? А какое утешение предложить больным?

Скупости не имеет тот, кто равнодушно смотрит на домашние расходы — великие они или малые, лишь бы были нужные — на хороший стол, нарядную одежду и жилище; кто пренебрегает лишними против обыкновенного расхода копейками или даже рублями — для нужного случая; кто помогает другим охотно, без сожаления о своей помощи; кто подает милостыню с лицом веселым, доброхотно и щедро.

† Сердце — вместилище всякого греха: в нем водворяется леность к молитве и ко всякому благонамеренному труду, в нем — гордость и происходящее от ней противление Богу и людям; в нем лукавство, зависть, ненависть, блуд, прелюбодейство: это — помойная яма, смердящая всяким греховным зловонием.

Страхование домов и имущества противно христианской надежде. Где страх, там нет надежды. Боящегося Господа, говорит Давид, милость обыдет (Ср.: Пс. 31,10). Бойся Бога, живи по воле Его: и не приидет к тебе зло, и рана не приближится селению твоему (Пс. 90, 10).

Сыне, даждь Ми твое сердце (Притч. 23, 26), говорит Господь в Ветхом Завете. Блажени чистии сердцем, говорит Спаситель, яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8); сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав <обнови> во утробе <моей> (Пс. 50, 12), говорит Давид; апостол Павел желает, чтобы в сердце христиан вселился Христос (Ср.: Еф. 3, 17). Если же сродное ищет себе сродного, если Бог хочет и ищет от нас нашего сердца, то сердце есть душа наша, или душа наша — в сердце, то есть во внутренности нашей — там в ближайшем соседстве с нашим чревом (во утробе); живот (желудок) телесный и живот (сердце) духовный — два едино противу единого, как и сердце материальное и сердце духовное. Скажите: отчего весь главный механизм, которым поддерживается наша яшзнь, находится во внутренностях наших — под грудью? Оттого, что там престол нашей души; потому–то когда человек или животное обезглавлены, в туловище остается некоторое время жизнь. Об уме или голове нигде не говорится в Священном Писании так сильно, с таким вниманием, как говорится о сердце, голова признается служебным орудием сердца, хотя бы то и руководительным — до времени нашего будущего, всецелого обновления, и Сам Господь прямо низводит ум или мысль в сердце наше: векую вы мыслите лукавая в сердцах ваших (в сердцах, а не в голове) (Мф. 9, 4)? От сердца исходят помышления злая (Мф. 15, 19) (от сердца, а не из головы); оттого–то голова холодна без участия сердца (души) и от человека как в речи, так и во всех делах требуют не ума только, а непременно и сердца — сердечного участия, без которого слово и дело признается безжизненным, бездушным. Вот почему, потому то есть, что душа наша находится в ближайшем сообществе с желудком, нам необходимо, для преуспеяния в духовной жизни, соблюдать умеренность в пище и питии; вот почему неумеренность в пище и питии ведет нас к нравственному расслаблению и расстройству, к лености, нравственному нерадению, забвению Бога, к гордости, сребролюбию, скупости, зависти, распутству и ко всем возможным грехам. Да и опыт всех людей, наблюдавших за собою, точно говорит в пользу местонахождения души нашей в соседстве с желудком, печенью и вообще внутреннейшими нашими частями. Под грудною доскою и ниже — вот ее седалище. Там и совершаются все явления жизни и смерти духовной, как там же совершается процесс жизни телесной. — Потому–то обязанность всякого христианина состоит в том, чтобы всячески хранить свое сердце: Всяцем хранением блюди твое сердце: от того бо исходища живота (Притч. 4,23).

Знаете ли вы причину блестящих успехов этого человека в делах на пользу души своей, на пользу Церкви, на пользу семейную или общественную? Причина эта — его живая вера в Бога и молитва. Знаете ли, что за могущественная пружина движет пером этого мыслителя, написавшего столько полезных и назидательных книг? — Живая вера его и молитва. Так, мы часто видим одни явления, а главной пружины, которая движет умом и сердцем мыслителя, не видим.

† СЕРДЦЕ ЧЕЛОВЕКА. МОЛИТВА Чему уподобить молитву нашу? Сухому, бессердечному говору недобрых, хладных к отцу детей, пришедших в полное сознание, которые заучили однажды навсегда чужие слова и только из обычая говорят их своему отцу, и когда говорят, по лицу их и по глазам видно, что они говорят без участия сердца, по привычке, торопливо, только бы скорее кончить заведенную форму и отделаться; а отделавшись, с радостию бежат к столу и с полным усердием хватаются за пищу и питие или обращаются к своим игрушкам и с живейшим сочувствием играют ими, занимаясь ими как будто чем–то серьезным. Таковы едва не все мы, братия, по отношению к Отцу нашему Небесному. Мы молимся больше без сердечного участия, с хладными сердцами, по привычке; торопимся кончить, и когда кончим, внутренно радуемся, что кончили и поспешно обращаемся или к пище, как к сокровищу нашего сердца, изобличая тем идолопоклонническое расположение своей души: идеже бо со кровище… (Мф. 6, 21), или к суетным своим занятиям, как дети к игрушкам. Так ли надобно вести себя возлюбленным чадам Отца Небесного, которым приготовила любовь Его в вечное наследие обители райские (См.: 1 Кор. 2, 9)? — Такова ли любовь наша к Отцу Небесному, столько возлюбившему род человеческий, что Он и Сына Своего Единороднаго дал нам, чтоб не погибнуть нам навеки, но иметь живот вечный (Ср.: Ин. 3,16)? Это делаем мы по отношению к молитве. Но многие, по крайней мере, хоть еще как–нибудь молятся, хотя изредка, но, по крайней мере, иногда молятся и с некоторым чувством любви, особенно в нужде и беде. А что сказать о тех, кои совсем не молятся? Как они живут? — Если молитва есть сокровищница всех благ (молитва истинная), то живущие без молитвы полны всякого зла.

Радуйся и благодари Бога, когда Он посылает тебе случаи к злостраданию твоей плоти (например, в особых трудах по службе) и твоего грешного сердца: потому что это великая милость Божия, подобная тем милостям, которые явил Он мученикам, подвергши сих злостраданиям за веру; преподобным, изнурявшим тело свое, по благодати Его на земле леганием, пощением и почти постоянным бдением и молитвою [180]. То и худо, когда не страдает наша плоть, а живет в довольстве и неге: тогда она берет свою волю и захватывает нас в свои руки, делая нашу душу своей невольницей. Неприятны страдания или напряженные труды в поте лица (Быт. 3,19), да делать нечего: душе–тο от того большая польза: грехи выжимаются из ней этими страданиями или этими трудами в поте лица. В поте лица твоего снеси хлеб твой (Быт. 3, 19). О, если бы вы исчерпа ли всю глубину этих слов, постигли всю истину их, — и то, какая благость вместе с правосудием, какая премудрая целесообразность с состоянием грешника выразилась в них! В этих словах Бог, как премудрый врач, указал грешным людям на лучшее, действительнейшее лекарство против болезни греха; насильное противоядие яду греха: в них милость и истина сретостеся (Пс. 84, 11). Труд в поте лица — это первый крест за грех. И посмотрите, что говорит опыт: трудолюбивые по–христиански — люди не самые ли лучшие люди и лучшие христиане? Как слезы очищают наши скверны сердечные, так и трудовой пот — тоже очищает скверны души. Зато какие чистые души вы встретите между благонамеренными вольными тружениками! — Итак, радуйся, христианин, и благодари Бога, когда приходится тебе переносить особенные труды или другие злострадания плоти. Гоните прочь от сердца грешную неохоту взяться за дело, какое бы то ни было. Идите против своей ленивой плоти, против не любящего труда сердца; усиливайтесь всегда переломить себя — нудьте себя, делайте дело нехотя, убеждайте, умоляйте себя и наконец будете делать с охотою; свыкнется — слюбится.

Не знал я хитростей окаянного, а он и в чтении книг гонит мысль мою вперед, понуждая к торопливости: и потому от чтения книг у меня почти ничего не остается в голове.

0 Ты ничего не имеешь своего — от доброй мысли до струи воздуха, все Божие: во всем и надейся на Бога, а не на себя. Что имаиш (хоть бы волосок), егоже неси приял? (1 Кор. 4, 7.) Великий вопрос!

Как узнать, что я горд и самолюбив? Это сейчас можно узнать. Если кто–нибудь из моих знакомых сухо и небрежно обойдется со мною и я обижусь этим: это значит, что я горд и самолюбив. Если негладкое слово оскорбит меня: значит тоже, что я горд. Если кто против возразит мне и я тем обижаюсь и раздражаюсь: тоже я горд. Смиренный человек жаждет справедливого или несправедливого презрения и внутренно услаждается, когда другие презирают его и считают его за ничто; он кротко встречает противоречия и кротко убеждает противника.

† Словеса Господня словеса чиста, среброразж жено, искушено земли, очищено седмерицею (Пс. 11, 7). Это говорится о святой вере нашей православной. Она — то есть слово Господне чистое, серебро разжжепное, очищенное от земли, то есть от всех земных мудрований человеческих, семикратно очищенное — то есть на семи вселенских Соборах. Видите, что Пророк видел Духом Божиим в видении своем? Итак, слава Православной вере нашей!

ПрославляющыяМя прославлю, уничижали же Мя безче.стен будет (1 Цар. 2, 30). Ото исполняется постоянно на деле: ибо тогда как прославляющие Бога сердечно, в молитве и своею жизнию, своими делами и писаниями находятся в славе, уничижающие Бога холодным обращением с Ним, своими делами беззаконными терпят от людей позор и поношение. Это особенно бывает со священниками Божиими. — Что такое слава моя во граде сем и искал ли я ее? Не искал: она есть дело Божие: прославляющыя Мя прославлю. Что значит бесчестие некоторых, небрежно, холодно совершающих Богослужение, без сердечного участия проповедующих Слово Божие, сребролюбствующих в наследии Божием? Опять дело Божие: уничижали Мябезчестен будет. Слава правосудию Твоему, Господи!

Господь, все премудростию сотворивший (Ср.: Пс. 103, 24), и доселе делает или стремится к творчеству чрез всех Своих тварей — разумных, неразумных, и живых, и неодушевленных. В человеке благочестивом Он постоянно живет и действует чрез него, творя в его внутренностях сердце чистое и обновляя дух правый (Ср.: Пс. 50, 12); почивая в нем живою и животворящею водою святых созерцаний и изливаясь обильною рекою или устами к народу или на бумаге; творя чрез него дела добродетели и разные подвиги христианской жизни: производя в нем воздыхания неизглаголанные (Рим. 8. 26) и слезы по Бозе; далее — в отношении творения и сохранения живых существ — творит семя мужеское и из семени мужеского в утробе матери творит тела и души человеческие; творит соки и кровь, преобразуя пищу и питье в соответствующие начала. В животных также все Он творит: они несознательные Его орудия; Его премудрость в пчеле, строящей соты, в пауке, ткущем ткани, в шелковичном червяке, приготовляющем роскошные нити для одежд; в кокоше, несущем яйца и выводящем птенцов и собирающем их под крылья свои (Ср.: Мф. 23, 37); Его премудрость — в неодушевленных растениях, которые, быв неодушевленны и бесчувственны, ничего, естественно, сами собою не могут делать и суть только механические орудия Творца тварей.

Господь в круговращении всех стихий, сил и тел природы; Он премудро и всемогущею рукою держит их в удивительном равновесии и порядке; Его Дух содержит все эти миры; все эти силы в природе — Его силою сильны; все эти стихии Его премудрым умом содержатся в таком согласии и равновесии. Вся тварь да славит Господа, единого Творца всего, и ныне делающего все везде — на земле и на небе, в морях и во всех безднах (Ср.: Пс. 134, 6). —Да возвеличится имя Того единого (Ср.: Пс. 148, 13).

Когда ум наш действует в сердце и дружит с ним, тогда легко голове и работа ума бывает живительна, верна, дружна; но когда его работа остается только в голове, без участия сердца, оживляющего ум и все наше существо, тогда скоро неправильною и разрушительною для нервов головных оказывается его работа: и больно и тяжело голове, как котел она делается. И по справедливости наказывается голова: не разноглась с сердцем.

На бумаге–тο ты хорош, хорошо поёшь, а куда как ничтожен наделе, в любви христианской: как мелок, бессилен. Нетерпелив, раздражителен, чужд сердечного участия любви.

Отчего меня постигла вчера на исповеди такая страшная сухость сердечная, такая жгучая раздражительность? Не оттого ли, что я не ходил ко службам в продолжение Первой недели (не служебная неделя моя) и не постился, как должно, пил чай сладкий и ел вдоволь? Не оттого ли, что не приготовил души своей, как должно, к подвигу — врачеванию кающихся? Страшно! Сердце мое, кажется, изнежилось и не любит трудов! Это и было видно пред составлением бесед: как неохотно принимался за беседу. Не довольство ли во всем научило сердце мое неге и нетерпению? Господи, помоги!

Дивное дело! Я вчера исповедовал с 4 до 11 часов; и хотя немного устал, но, легши спать в 12 часов и вставши в 4½ часа, я чувствовал себя бодрым и здоровым! Как хорошо работать Господу! Как Он подкрепляет — дивно! А в начале исповеди какая сначала была лень, какая слабость — надо было только терпеть! Искушал лукавый.

Земледелец сеет семена в надежде, что они неведомым для него образом, Божиим велением и промыслом взойдут и принесут плод. Так непременно и ты, сея на нивах сердец человеческих, твердо надейся, что посеянное на многих сердцах человеческих взойдет, неведомым для тебя образом и Божиим Промыслом, благостию и премудростию, и принесет плод. То же и о молитве надо сказать. Грех сеять слова без надежды плода от них. Грех молиться без надежды плодов от молитвы. Слова — те же семена. Надо Богу молиться.

† Враг часто уязвляет своею злобою души наши и палит нас. Это уязвление и распространяется, как антонов огонь в сердце, если искреннею молитвою веры не остановишь его. А Бог любовию Своею уязвляет души наши, но это уязвление легкое, сладостное, не палящее, а согревающее и оживляющее.

Помни постоянно, что свет души твоей, мыслей твоих, сердца твоего от Иисуса Христа: Он свет очию сердца нашего (Ср.: Пс. 37, 11), — не так, как этот от солнца происходящий, являющийся и исчезающий (Ср.: Иак. 4,14), не проникающий сквозь непрозрачное вещество и многое оставляющий в темноте, не могущий просветить ни одной души во тьме греха; Он есть Свет, просвещающий всякаго человека (то есть главную часть его существа — душу), грядущаго в мир (Ср.: Ин. 1, 9). Да, свет Христов просвещает всех [181] даже язычников — свет во откровение языков (Лк. 2, 32). Он светит и во тьме греховной, но тьма греховная, людская, или люди, во тьме греха живущие, не понимают его (не объят) (Ср.: Ин. 1, 5), не догадываются, что свет, бывающий в их душах, — от Христа, и думают, что он их природный свет, что они природным умом своим, своею сметливостию, рассудительностию дошли до известной истины или совершили известное дело, не думают они, что только во свете Христовом они видят всякий свет (Ср.: Пс. 35, 10) — свет всякой благородной науки, благородного искусства, всякого дела.

У нас внутри есть духовное око, которым мы в миллион раз больше видим, чем телесным зрением, которое есть только орудие нашего душевного ока, — проводник, чрез который душа или душевное око познает все видимые предметы. — Какие предметы созерцания этого душевного ока? Явления мира духовного. Кроме видимого мира, есть Бог, бесконечный Дух, бесконечный Ум, все сотворивший и творящий в мире вещественном, который есть осуществление Его мыслей (идей), и есть мир духовный — ангельский, бесчисленный, живущий в постоянном созерцании Божества и всех дел Его всемогущества и премудрости. Духовное око наше и относится больше всего ко Господу, и в этом случае действие его называется созерцанием и Богомыслием; это созерцание и Богомыслие может простираться в бесконечность, как бесконечен Сам Бог, и имеет свойство очищать нашу душу от греха, усовершать ее и приближать все больше и больше к Богу, Источнику нашего света, или нашей мысли и нашей жизни; затем созерцать Ангельские чины, по мере откровения Божия, и их духовную, светоносную природу, их доброту духовную, их любовь к Богу и между собою и к нашему роду, их охранительные действия по отношению к нашей земле, к ее стихиям, к обществам человеческим, к священным и другим местам, и к каждому христианину в особенности. Еще духовное око обращается испытательно внутрь самого человека, и тогда его деятельность называется самоиспытанием, самопознанием, самоуглублением, священнободрствованием или трезвением над своими помыслами и желаниями.

† Приидите ко Мне ecu труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). Ах! Когда посмотрю я внимательно сердечными очами на себя, на внутренние мои немощи и борьбу с собою, когда размышляю я после вашей исповеди об вас и о ваших грехах и беззакониях, которые вы мне открывали, тогда я ни для себя, пи для вас не нахожу пригодней тех к изображению нашего состояния слов, как слова: труждающиеся и обремененные. Подлинно — труждающиеся и обремененные! Какой труд, бесконечный труд у нас с нашими грехами и беззакониями — и часто с какими грехами и беззакониями! Стыдно и страшно сказать! Какое бремя, бесконечно тяжкое для нас, бремя — наши грехи! Слезы невольно навертываются на глаза, когда представишь себе это бесконечно великое бедствие человечества, стенящего под собственным внутри — в сердце — сокрытым и постоянно умножающимся бременем, когда вообразишь себе эти страшные козни врага над бедными людьми! Как ни поругался над нами сатана, как ни посмеялся над нами! В какое зло, в какую мерзость греха он ни ввергнул нас! Но, друзья мои, не отчаивайтесь, несмотря на великость зла в вас, вы труждающиеся и обремененные своими мерзостями! Придите с сердечным покаянием ко Господу, откройте Ему ваши язвы сердечные, принесите к Нему ваше бремя греховное: и Он упокоит вас, снявши с вас грехи ваши. Приидите ко мне, и Аз упокою вы.

Молитвы, Богослужение, таинства, посты — все это дело вопиющей необходимости, данное милосердием Божием в ответ на болезненные о том вопли нашей души. А многие почитают все это ненужным или маловажным и думают как–то по–своему спасать свою душу.

Молитва — семена; только взори землю сердца хорошенько, пусти глубже рало ума да удобри сокрушением и вздохами — и взойдут и плод принесут: Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6, 6). Просите, и дастся вам. {Мф. 7, 7). Посеешь семя: не видишь, как оно там прозябает, а после видишь плод; сеешь слова молитвы: не видишь, что после с ними делается, а потом видишь плод.

Θ Так как человек состоит из души и тела и каждое нуждается в особых благах для поддержания своей жизни — то и надежда христианская двух видов: надежда от Бога благ духовных (духовных, благодатных даров) и надежда благ телесных, поддерживающих жизнь нашего тела. Как те блага несказанно велики, так эти — маловажны.

Θ Всем Бог показал великие надежды на спасение в Ветхом Завете и в Новом, и в собственной жизни каждого. Иной из нас был некогда мерзостию для Бога (Ср.: Притч. 15, 26), для себя и для людей, непотребен был Богу и человекам, от стыда очей не мог поднять на небо, стыдился людей и самых неразумных и неодушевленных тварей, отчаивался в милости Божией и своем спасении, а после, исправившись по благодати Божией, сделался добродетельным и Богу и людям благопотребным человеком, и в его сердце воссияла надежда на милость и спасение Божие, и он стал чадом Отца Небесного, из страны далекой возвратившись в дом Отца Небесного (См.: J1 к. 15,11–32). Ах! Если мы каждый со вниманием проследим жизнь свою, то нельзя нам не надеяться на милость Божию и отчаиваться в своем спасении — никому: пред нашими душевными очами раскроется бездна милосердия Божия; мы будем удивляться, как Бог терпел от нас столько беззаконий и как мы доселе пользуемся его милостию — притом так, что Его милость к нам не только с каждым годом, но с каждым днем больше и больше возрастает.

Θ (Признаки христианской надежды.) Кто имеет истинную христианскую надежду, тот доволен своим состоянием, в каком бы он ни находился: потому что уверен, что его состояние есть самое лучшее для его спасения, соображенное с его душевным состоянием и с его способностями.

Горе мне, когда в сердце моем нет Духа Божия! Нет во мне тогда ни веры, ни любви.

Мысленное отрицание Которого–либо из Трех безначальных Светов одинаково бывает смертью для души; таким образом и на деле Бог являет нам, что Каждое из Трех Лиц Божества есть Живот наш — Живот и Животы. [182] Врага легко узнать по отрицанию Лиц Божества, по жгучести его лжи в нашем сердце, по мраку и тесноте оттого нашей души.

† Господь держава моя и прибежище мое (Ср.: Пс. 17, 3; 143, 2). Каждое мгновение Он содержит душу мою и тело мое.

Как Дух Божий живет во множестве христиан и во всех весь со Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом и в то же время Он весь везде — и на небесах и на земли (Пс. 134, 6): так и Господь Иисус Христос во всякой частице Тела и Крови Своих весь — всецело, во всех христианских церквах, и в то же время весь везде — на небеси и на земли; как Бог, Он весь везде, и нет места, где бы Он не был весь. Беру одну частицу причащения — Он весь тут; беру другую — Он весь тут, третью и так далее, но во всех Один и Тот же Христос.

В мире вещественном, говорят, ничто не пропадает, так и в мире духовном ничто не пропадает, ни одна мысль, ни одно чувство, ни один вздох, ни одно движение сердечное, ни один нечистый помысл, ни одно слово. Только премудрость и благость Божия изобрела средство — изглаждать и уничтожать грехи; но соблазны все–таки остаются от наших грехов.

Когда замечаю мир в людях, предстоящих в церкви, тогда познаю, что мир Христов в их сердцах и Дух Святый благодатию Своею светоносно и животворно коснулся их внутренностей.

† Как при солнечном свете мы видим и воздух, и землю, и воды — и все, что в воздухе и на земле, так при свете мысленного Солнца в нашем сердце мы видим мир духов (Ангелов) и святых Божиих, Матерь Божию, патриархов, пророков, апостолов, святителей, мучеников, преподобных и всех святых. Мы так же видим их очами сердца (верою), как чувственным зрением видим предметы мира чувственного. Так, простое и чистое сердце так же видит, например, Божию Матерь внутренними очами, как естественное зрение видит Ее образ или другой какой видимый предмет.

Благотворящим во святых церквах. [183] Тогда как вы жертвуете Господу вещественные дары свои, Бог невидимо посылает в ум и в сердце невидимые, благодатные дары Свои; ваши дары служат к раскрытию ваших же духовных сил.

Нужно помнить молящемуся по церковным молитвам, что они — произведение великих святых и Богоносных подвижников, и каждое слово молитвы почитать совершенно истинным. Молитвы, ими составленные, Божий им дар: они произошли от озарения их сердец светом Божиим, от совершенного познания окаянства, нищеты и нужды нашего падшего естества! Их молитвы — вопиющий голос сердца всего человечества, существенная потребность каждого человека.

Не жалей сердца в молитве, не потворствуй его лености, принудь его к молитве искренней, сокрушенной (Царствие Божие нудится) (Ср.: Мф. 11, 12); выбей у него горячее сознание грехов, разбей его нечувствительность.

Горе, когда сухость встретится с сухостию, когда священник на исповеди, сам пораженный врагом в сердце и нравственно помертвевший, встречает духовное чадо, вовсе не приготовившееся к исповеди, бесчувственное, хладное, безответное. А как таких много!

† На предыдущей странице. [184]

Θ Призываю Господа Иисуса здесь: Он тут и слышит и спасает; вместе со мною призывает Его в другом месте другой подобный мне: Он там и слышит и спасает его; третий — в третьем месте — и тоже испытывает Его силу, и так далее до бесконечности; и везде — весь Христос, всех слышащий и спасающий и живущий в сердцах избранных Своих.

Из поступков твоих ясно видно, что ты больше любишь корысть вещественную, чем брата своего, чем разумную и бессмертную его душу. Но знаешь ли, что, питая брата даром, ты каждый раз делаешь это Самому Богу, Коего образ в себе <он> носит, ибо дело, делаемое образу, восходит к Первообразу! Ужаснись своих дел!

Ты горд и потому крайне не любишь, когда другие смеются над тобою, явно или намеком обличат тебя в какой–либо страсти или понапрасну укорят явно или намеком в каком–либо не существующем в тебе грехе. — А вспомни о Спасителе: Его, Самую Истину, называли льстецом: льстит народы (Ин. 7, 12), имеющий беса (См.: Ин. 8, 48, 52)… Люби все то, что не нравится плотскому человеку, из–за чего он скорбит — из–за того радуйся.

Ты не имеешь любви к Богу, к Божией Матери, к святым, ты не имеешь искренней любви к матери, к жене, к своим (по жене) [185] — значит, ты не начинал жить по–христиански, ты ни на шаг не подвинулся в христианстве.

Христа мы держимся верою, отпадаем от Него сомнением и неверием и сомнением и неверием соединяемся с диаволом.

† Пока вы не приступили искренно работать Богу (Ср.: Кол. 3, 24), дотоле вы, кажется, имеете и веру, и надежду, и любовь, а как стали искренно служить — откуда берется по времени сомнение, маловерие и неверие, уныние и самое отчаяние (в пучину [186] впад уныния) и ощущение крайнего недостатка сердечной любви к Богу и к людям. Но не отчаивайтесь: все надейтесь и надейтесь. Много козней враг строит над христианами, подвизающимися в надежде спасения: он в них производит и сомнения, и неверие, и уныние лютое, и сухость сердечную, и недостаток любви, а вместо любви — злобу, холодность к Богу и людям и жгучую привязанность к земным благам.

Не могу не верить, чтобы Владычица не слышала и не исполняла моих молитв: вслед за молитвою Она оживляет и просвещает мою душу; после Бога Она — держава моя; что Она слышит меня и исполняет мои молитвы — это так же действительно, как действителен я и моя скорбь. От Владычицы исходит сила для души моей, исцеляющая и сохраняющая.

Читаю, читаю священные книги о Боге и Его делах и все не насыщаюсь: все ищу больше и больше познаний об Нем, все хочу больше и больше приближаться к Нему. И что же? Будет ли жажда моя удовлетворена? О! Насыщуся, внегда явитимися славе Твоей (Пс. 16, 15). Жаждущии насытятся (Ср.: Мф. 5, 6).

Обличай чаще сердце свое в сомнении и неверии, в том, что оно, имея ежедневно столь много доказательств промышления Божия о тебе, еще дерзает сомневаться и вдаваться хоть на краткое время в неверие, по козням врага. Обвиняй себя чаще внутренно пред Богом в своем маловерии и моли Его помочь твоему неверию (Ср.: Мк. 9, 24).

Θ От недостатка надежды на Бога касательно земных благ — здоровья, внешнего благополучия (имения, пищи, пития), сколько бывает убийственных забот и беспокойств, негодования на других, на неблагоразумие свое и других, зависти, ненависти, рвения.

(Помолиться о рабе Божией Александре — о здравии ее.)

† Господи! Аз рех в сердце моем: Ты — держава души моея в коеждо мгновение жизни моея, Ты — хранение мое в добре, Ты — Сила моя, Ты — избавление мое от всякого зла и охранение от зла — и упокойся дух мой.

Сладость плотская и сладость духовная несовместимы в человеке. Потому, желающий сердечной, духовной сладости боится вкушать плотских сладостей, чтоб они не изгнали сладости Духа Святого.

Как невидимая душа оживляет и поддерживает тело, так Невидимый Бог оживляет и держит все миры и всех тварей.

Аз пришед изцелю его (отрока) (Мф. 8, 7). Ты веришь словам, например, часового мастера, когда на твою просьбу поправить твои попортившиеся часы он отвечает: я приду и исправлю их. Не тем ли тверже и бессомнительнее мы должны веровать, когда Зиждитель нашего тела и души говорит: Я приду, исцелю его, — или: Я приду, воскрешу его (Ср.: Ин. 11, 11). Как часовой мастер дает, так сказать, жизнь часам моим, в коих механизм повредился и перестал действовать, влагая в них упругий волосок и колеса вместо души, сообщая им движение и приводя в порядок все части механизма: так Господь, Жизнодавец и Бог наш, в одно мгновение может воскресить умершего как Зиждитель его души и тела.

Без всякого усумнения веруй, что слово Спасителя всемогуще: что скажет, то и сделает; скажет: исцеляю тебя, — и исцелеешь; скажет: встань, мертвец, — и станет. Слово Иисуса Христа Сына Божия, как слово Зиждителя, все сотворившего словом, всемогуще: все Ангелы и человеки и все миры со всеми тварями явились из небытия в бытие Им.

Птички поют; собаки лают и берегут хозяев; лошади перевозят тяжести; паук снует сети; муравей все лето трудится; пчела — тоже, а христиане для чего живут? — Для прославления Отца Небесного. Научитесь славить Бога здесь, чтобы приготовиться здесь к вечному, блаженнейшему славословию Его на небесах. Церковь — земное небо; в малом виде — бесконечное небо.

Признаки милости к нам Господа или Пречистой Матери после или во время молитвы есть мир сердечный, особенно после действия какой–либо страсти, которой свойство — отсутствие мира душевного. По сердечному миру и какой–то святой неге сердечной мы легко можем узнать, что молитва наша услышана и благодать просимая подана. — Успех молитвы узнается еще по силе духовной, какую мы внутренно воспринимаем к деланию дел нашего звания и по внутреннему свету, явно приходящему в душу.

В молитве надо подражать нам иерихонским слепцам (См.: Мф. 20, 29—34): громче, от всего сердца, с полною верою, несмотря ни на какие препятствия, вопиять: Сыне Давидов! Помилуй мя (Ср.: Мф. 9, 27). Так же и святых призывать усердно (как Церковь поет) [187]. Иначе не будем услышаны.

Господь — Державец мысли и слова моего: если оставит за маловерие — ни мыслить ясно, ни говорить не могу.

Зажигательное стекло тогда зажигает дерево или бумагу, или другое что удобосгораемое, когда мы наведем его на предмет так, что лучи солнечные, сосредоточенные в его фокусе, все сосредоточиваются на одной точке зажигаемого предмета и таким образом всею своею совокупностию действуют на него, и как бы все солнце в уменьшенном виде помещается на предмете. Так и в молитве — тогда душа наша согревается, оживотворяется и воспламеняется Умным Солнцем — Богом, когда умом своим, как зажигательным стеклом, мы наведем на сердце, как на духовную точку в нашем существе, это мысленное Солнце и когда Оно будет действовать на сердце всею Своею простотою и Своею силою. — То же и о Богоматери, и об Ангелах и святых. Наведи на свое сердце их образы так, как они есть, со всею их силою и святынею; пусть сердце примет озарение их на себя с возможною полнотою и силою — и оно воспламенится их любвеобильным, как бы огненным, действием, их чистота и святость, благость, сила сообщатся и твоему сердцу, и оно будет само очищаться, само укрепится в вере и любви, и чем далее, чем решительнее и постояннее ты будешь иметь сердце свое обращенным к Богу и к Его святым, тем более будет сердце твое просвещаться, очищаться и оживотворяться.

Мало говорить только о борьбе страстей: надо говорить еще о том, как побеждать их, искоренять, уничтожать.

Духовник пред причащением духовных чад своих в Великий пост выносит на себе, по определению Правды Божией, тяжесть наказания за те грехи, за которые их [чад] следовало бы удалить от причастия и за которые, однако ж, он не удалил. — Марта 18, 1861 года.

† Боже Ты мой! Боже Ты мой! Чего, чего не бывает в этом малом мире, называемом человек, в разное время? Чего, чего не вынесет его душа? Иногда такой мрак покроет ее, бедную, такое страдание, чуждое всякой малейшей услады, такое уныние безотрадное, что думаешь — вот–вот вырвется из уст богохуление и ропот: ее так ведь и нудит извнутрь темная сила к помыслам и словам богохульным; вот–вот духовно погибаешь, и некому за тебя заступиться! Ах! Как страшно и больно, когда ни тени добра в себе не замечаешь, ни искорки света, ни на волос внутренней силы. — И близок, близок бываешь к отчаянию. Но причастись с верою пречистых Таин или помолись от всего сердца: и всей тяжести душевной как не бывало: и мирно, и легко, и весело. — Такая благодать, такая сила Господня!

† О Владычице Богородица, пребыстрая Заступница наша! Твоим заступлением и помощию [188] я сегодня не один раз избавлялся от обышедших меня (Ср.: 11с. 31, 7) внутренних зол! Слава Тебе, Благосерднейшей!

Постоянно памятуй, что ты весь Божий, не свой: чужим умом думаешь, чужим сердцем желаешь добра и не своею силою стоишь в добре; чужим языком говоришь, и чужое слово в устах твоих; чужими глазами смотришь, чужими ушами слышишь, чужими руками делаешь, чужими ногами ходишь; чужим желудком варишь пищу для питания своего тела, да и пища не твоя, не ты ее про* извел; чужими жилами и костями сшит и укреплен; чужими легкими дышишь; все, все — у тебя чужое, не свое, все Божие; ты волоска одного себе не сделал и сделать не можешь. Душу и тело Бог тебе устроил: руце Твои сотвористе мя и создаете мя (Пс. 118, 73). Нечем, совершенно нечем человеку гордиться — оттого, что все у него чужое, только грех свой, но грех есть несчастие, болезнь, смерть — а кто несчастием гордится? Кто смертию может превозноситься? — Так, я должен прославлять непрестанно всегдашнюю державу надо мною Бога моего. — Я весь под Его владычеством — во всякую минуту и душою и телом. Диавол не хотел знать и чувствовать этого: и потому не знал и погиб.

Ты называешь Господа державою своею. — Люби же в ближнем то, что подобно державному Богу — душу его, и не променивай ее на то, что она сама содержит, то есть на вещество.

Если сердце твое поразится сомнением или отрицанием Божества в известном месте и покой сердца оставит тебя и мучительно–безотрадно стеснится твое сердце, тогда сделай себе принуждение — введи в сердце свое живую веру в вездесущие Божие, поверь сердечно, что Бог с тобою и тут, где ты: и теснота сердечная исчезнет, и сладостный покой водворится в сердце. Только верь сердечно, что Господь всегда и во всяком месте: и Он с тобою, ибо Он действительно на всяком месте. Неверие и сомнение, как порождение диавола, как ложь, разъединяет с Ним и мучит сердце, которого жизнь — Христос, так же как и грехи или греховные движения сердца разъединяют нас с Ним и мучительно стесняют наше сердце: ибо кое общение свету ко тьме? (2 Кор. 6, 14.) — Вот что говорят бесчисленные внутренние опыты. Удивительно то, как мы можем усумневаться в вездесущии Бога нашего, содержащего нас во всякую минуту нашей жизни дланию Своею [189] и присно нам соприсущего. Поистине это есть дело лести диавольской, нечистоты и лукавства нашего сердца и нетвердости нашей веры в Господа. — Вся возможна верующему (Мк. 9, 23): верою я соединяюсь преискренне с Богом моим, и Он творит обитель в сердце моем (Ср.: Ин. 14, 23).

Всякого человека признавай имеющим равные с тобою нравственные права как человека и особенно как христианина, и свое убеждение в этой равноправности с тобою всех людей показывай во всей своей жизни, во всем поведении своем с людьми Божиими. Всякий человек — другой я. Так учит нас смотреть на ближнего заповедь Господня, когда говорит: не послушествуй па друга твоего свидетельства ложна (Исх. 20,16)! Кто бы ни был человек, с которым я живу или с коим имею дело, есть друг мой, совершенно мне равный по одинаковости природы: он — другой я. Поэтому я должен везде и всегда оказывать ему полное уважение и любовь, как себе, даже больше, чем себе. Возлю биши ближняго твоего, яко сам себе (Лев. 19, 18; Мф. 22, 39). Честию друг друга болыиа творяще (Рим. 12, 10). — Отсюда же происходит обязанность — снисходить к немощам других, как мы снисходим сами к себе, и оставлять долги должником нашим (Ср.: Мф. 6, 12).

Господь показал мне (человеколюбно) в нынешнюю ночь, что душа моя стоит в грунте сухом и бесплодном и остается совершенно без питания, так что только туда–сюда зеленые иголочки торчат на ней, а большая часть облетела. И в самом деле, душа моя как бы сосна или ель, утвержденная в сухом и совершенно бесплодном грунте — в пристрастии к земным благам, которые для души нашей не иное что как каменный грунт, между тем ей должно было бы стоять в грунте земли, сильном и влажном — в Боге или в крепкой вере и уповании на Бога и крепкой любви к Нему и к ближнему нашему: ибо для души нашей один, если можно так выразиться сравнительно, грунт питательный и жизненный — это Господь Бог, или любовь к Нему и от Него и рода Его, прилежно распространяемая на всех, по образу и по подобию Его сотворенных. — В Нем душа обильно и с услаждением питается, зеленеет, тучнеет и цветет и приносит плоды, как древо насаж деное при исходищих вод, еже плод свои даст во время, и лист его не отпадет: и вся, елика аще творит, успеет (Пс. 1, 3). Страсти же плотские, в которых душа наша по слепоте своей живет, это как бы грунт земной — каменный и совершенно бесплодный; если будет душа оставаться в этом грунте, то и остальная зелень ее спадет и совершенно иссушится в ней Божественная жизнь и, как мертвая, сделается она добычею имущаго державу смерти, то есть диавола (Евр. 2,14). — Да, душа наша, как и тело, устроена так, что она получает пищу и жизнь из сродного ей Начала — Бога, как тело — из сродного ему начала — земли; не в себе мы имеем жизнь — ибо мы и ничего своего не имеем, как не могли дать себе и бытия — а в Боге, Который указал душам нашим Себя Самого, как Пищу, Питие, Одежду, Покой и вечное радование, сказав, что без Него мы будем мертвы душами своими: аще <не снес те Плот и Сына Человеческаго,> живота не имате в себе (Ин. 6, 53); а телу — этому временному жилищу нашей души — указал на произведения земли — на хлеб, разные другие плоды и овощи и на воду и другие пития, — тленному тленные, сложному сложные и повелел нам не привязываться к ним сердцем, как не сродным Богоподобной природе нашей души, которая бессмертна, а презирать и попирать их, когда они возмущают нашу душу, — как прах ног наших, как брение путей (Пс. 17, 43), по которым мы ходим. — Что же составляет пищу души нашей во временном нашем странничестве на земле? Как пища для младенца есть сосец матери, так пища для нас — младенцев о Христе, возрожденных водою и Духом (Ср.: Ин. 3, 5), есть Божественное Тело и Кровь нашего Господа, Творца сосцов матерних и млека матерняго, Его Божественное слово и сердечная, покаянная, благодарная и славословная молитва.

Без Бога моего жить не могу истинною жизнию, а призрачною: мое сердце без Него в томлении, в расслаблении, а с Ним — покойно и бодро.

Начиная с человека и слона до инфузории — всякое животное оживляет невидимая душа: во всяком теле вся душа заключена — от тела самого великого до самого ничтожного, не заметного простым глазом. Так и в Святых Тайнах — всецелый Христос во всякой частице Тела и Крови, хоть бы она была не заметна простым глазом. Потому всякую частицу Тела и всякую частицу Крови Христовой нужно беречь, как всецелое Тело Христово, как Самого Христа, пред всякою нужно благоговеть, как пред всецелым Телом и Кровию Христовой, как пред Самим Христом.

Всякий христианин есть член Христов. Потому я всякому должен оказывать великую любовь и во всяком видеть как бы Самого Христа. Понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25, 40).

† Христос Бог везде со Отцем и Духом Святым. Потому лишь имей везде живую веру в Него — и везде будешь с Ним; потеряешь веру — и разлучишься с Ним и сочетаешься с врагом — мучителем; сделаешь сердечное усилие к вере в Него, введешь ее в сердце — и опять Бог с тобою.

В Священном Писании говорится: разграбление имений ваших с радостию приясте, ведяще имети себе имение на небе се х пребывающее и лучшее (Евр. 10, 34). Приложи к себе эти слова в известных тебе случаях и утешься ими; переноси всегда с радостию кажущееся тебе разграбление твоих имений. Что я говорю? — Люби искренно и постоянно тех, которые по–видимому грабят тебя.

† 0 покаянии и молитве. Церковное покаяние должно быть искреннее и совершенно свободное, а никак не вынужденное временем и обычаем или лицом исповедующим. Иначе это не будет покаяние. Покайтеся, сказано, приближибося Царство Небесное (Мф. 3, 2); приближися, то есть само пришло, не нужно далеко искать его: оно ищет вас, вашего свободного расположения, то есть сами раскаивайтесь с сердечным сокрушением. Крещахуся (сказано о крестившихся от Иоанна), исповедующе грехи своя (Мф. 3, 6), то есть сами признавались в грехах своих. А так как молитва наша по преимуществу есть покаяние и прошение о прощении грехов, то и она должна быть всегда непременно искренняя и совершенно свободная, а не невольная и вынужденная обычаем и привычкою. † Такою же должна быть она и тогда, когда бывает благодарением и славословием. Благодарность предполагает полноту свободного, живого чувства в душе облагодетельствованного, свободно переливающегося чрез уста: от избытка сердца уста глаголют (Мф. 12, 34). Славословие предполагает восторг удивления в человеке, созерцающем дела бесконечной благости и премудрости и всемогущества Божия в мире нравственном и вещественном. Потому также, естественно, должно быть делом совершенно свободным и разумным. Вообще молитва должна быть свободным и вполне сознательным излиянием души человека пред Богом. Пред Господом изливаю душу мою (1 Цар. 1, 15).

Для того, чтобы очистить и воспламенить нашу молитву, Господь попускает диаволу мучительно разжигать внутренности наши — для того, чтобы мы, чувствуя в себе чуждый огнь (Чис. 3, 4) и страдая от него, старались внести в сердце свое смиренною молитвою огнь Божий, огнь Духа Святого, оживотворяющий сердца наши.

Реки вавилонские (Пс. 136, 1) — реки беззакония, которыми диавол влечет души наши к себе.

† Христос — Солнце мысленное. Как вещественное солнце испускает бесчисленное множество лучей на землю и ими освещает, согревает и оживляет бесчисленное множество тварей, сообщаясь, гак сказать, бесчисленному множеству их, хотя само остается все на небеси и, кроме того, в прозрачных телах, сколько их ни есть, отражается все — всем своим кругом, само оставаясь всегда всецелым; так и Господь Иисус Христос — наше Солнце Праведное [190], Свет от Света, Бог от Бога [191] источает от Себя бесчисленное множество света в мир духов, и в частности — в души человеческие, сообщаясь бесчисленному их множеству, всех освещая и прогоняя мрак греховный, и оживают воды, прогоняя мертвость греховную и в достойных душах сияя всецелым образом Своим, Сам в Себе всегда оставаясь Один и Тот же. — Удивляешься, как Один и Тот же Христос всем сообщается, но удивляйся же и тому, как вещественное солнце светит такому бесчисленному множеству тварей, само будучи всегда на небеси. Если тварь такие дивные дела делает дарованною ей способностию, то что сказать о Творце?

† Как един Хлеб раздробляется на множество частиц, равно как и единая Кровь Чаши также разделяется на множество капель — и все они, хотя их и много, от одного Тела и Крови и во всех — весь Христос, как в частицах стекла — все солнце; так и христиане (причастники и непричастники) — одно тело (Ср.: Рим. 12, 5; 1 Кор. 12, 12; Еф. 4, 4), хотя их и много и хотя они рассеяны по всей земле, все они, как раздробленное и в разные места разнесенное Тело Христово: у всех один Глава — Христос (Ср.: Кол. 1,18), все — от единого Тела и Крови Его приобщаемся (Ср.: 1 Кор. 10, 17), и все мы от единыя Крове сотворены Им — жити по всему лицу земному (Ср.: Деян. 17, 26). — Разбейте стекло вдребезги и размечите их по земле: много дребезгов, а все от одного стекла; много их, а во всех солнце сияет и все блестят его светом. Так и христиане: много их, а все от одного, много их, а во всех одно Солнце — Христос Бог со Отцем и Духом, и все они сияют больше или меньше светом Трисиятельного Солнца [192]. † 

В терпении вашем, сказал Спаситель, стяжите души ваши (Лк. 21,19). Да, без терпения нельзя спасти свою душу: ибо нетерпеливый — орудие диавола.

† Душа наша — не должна устремляться слишком в голову, сердце — к уму, жизнь — к тому, что само получает от нее силу. Это беспорядок, противный природе. От прилива к голове душевной теплоты (теплота крови от души) голова разгорячится, нервы неестественно–сильно напрягутся, а внутренность, или седалище души — сердце, останется холодно и животу, его соседу и сотруднику, не достанет теплоты для своего дела, и органы пищеварения и питания расстроятся в своей деятельности. Ум должен работать в сердце: там его место. — Образец согласного и стройного, живительного для души действования ума и сердца — в молитве. Как оно бывает сладостно, успокоительно, нимало не отягощая головы и сердца, но оживляя все существо! Так бы надо и во всех умственных трудах.

* Господь предает нас тиранству врага для испытания нашего — для укрепления наших духовных сил в борьбе со врагом и чтобы видеть нам, на что склоняется больше наше сердце, больше ли оно преклонно к терпению, вере, надежде и любви или к раздражительности, маловерию, ропоту, хуле, злобе и отчаянию. Потому не надо унывать, а благодушно и с терпением переносить находящие на душу нашу мрак сердца, расслабляющий и нудящий к нетерпению и злобе огонь, скорбь и тесноту, зная, что это необходимо в порядке нашей духовной жизни, Господь испытывает нас, не похулим ли мы путь истинный, путь святой веры и добродетели и не соблаговолим ли пути лукавому. Мы свободны и сами должны всемерно, всецельно укрепляться в вере и добродетели — до положения души своей за путь правды. А как это будет, если не будет с нами искушений?

Когда совершаешь требу, не думай о плате за нее, а ищи прежде всего в своем деле Царствия Божия и правды Его, как бы совершить ее достойнее и во спасение молящихся; все же прочее приложится тебе (Ср.: Мф. 6, 33); о плате позаботится Бог, Который сказал: достоин есть делатель мзды своея (Лк. 10, 7), и: не заградиши устен вола молотяща (Втор. 25, 4; 1 Кор. 9, 9).

Спаситель. Люди грешат по наущению диавола, как и первые люди согрешили. Потому и сиас и спасает нас Бог. От того отчаяние в спасении безумно. Господь всем хощет спастися [193] и ничего не пощадил и не пощадит для нашего спасения. Посрамим врага. Все возымеем крепкую надежду на спасение. Все обратимся к Спасителю, как овцы от волка к доброму пастырю.

† Сердце наше лениво и бессильно для всякого добра — для молитвы, для любви к Богу и к людям, для кротости, смирения, нестяжания, поста и прилежно и сильно для всякого зла — прилежит человеку прилежно помысл на злая от юности его (Ср.: Быт. 8, 21); отсюда необходимость для христианина, чающего вечного блаженства и проникнутого грехом, — принуждать себя ко всякому добру — к посту, к молитве, к святым разговорам, к чтению Писаний, к упражнению в собственных сочинениях, особенно духовного содержания, — к любви взаимной, к кротости, смирению, терпению, нестяжательности, щедрости. Царствие Небесное нудится, и нуждницы восхищают е (Мф. 11, 12).

† Диавол поражает сердца священников леностию, сухостию и бесплодием, чтобы они не могли проповедовать истин Евангелия людям Божиим, сказывать им всей воли Божией; он же во время молитвы заседает в сердце и поражает его бесчувственностию, чтобы молитва была не искренняя, а только привычная; он же не дает сердцу созерцать на молитве величия и всех совершенств Божиих, величия Богоматери, святых Ангелов и святых Божиих человеков. Диавол — это такая злая спица, что он во всякое время и всюду лезет в твои очи сердечные, затмевая и подавляя их; это — такая ядовитая пыль, которая постоянно носится в мысленной атмосфере нашей и садится едко на глаза, изъедая и сверля их. — То же он делает с законоучителями, поражая и их сердца сухостию, бесплодием и теснотою, чтобы они не могли с сочувствием преподавать молодым летораслям винограда Христова истин Божиих, напаять их живоносными струями Евангелия. Это говорится с опыта.

В нынешнем свете ясным доказательством приглашения на обед бывает письменная или печатная записка; кто получил ее, тот с полною уверенностию идет на званый обед и нисколько не сомневается в том, что или нет обеда, или ему будут не рады на обеде. Так, христиане имеют пригласительное письмо на вечерю Царства Небесного и между тем небрегут об ней, не готовятся к ней и не идут на нее; а ведь она также несомненно готова — идите — яко уже готова суть вся <упитанная> исколена (Ср.: Мф. 22, 4). Восиряните, братия, от маловерия и усыпления: вы много, бесконечно много теряете чрез свою беспечность. — Не будьте из числа тех, о коих сказано было, что званнии не были достоини (Мф. 22, 8).

Жалея чего–либо для пользы и удовольствия брата, мы, обыкновенно, таким образом ценим вещи ниже [194] души своего брата. Справедливо ли это? Бесконечно несправедливо. Если весь мир не так дорог, как душа человеческая, то что значат деньги, снеди или одежда и жилища, доставляемые мною брату? Притом скажите, отчего мы не привыкнем пренебрегать деньгами, пищею, питием, а братом так скоро наскучиваем, так скоро к нему привыкаем и так скоро им пренебрегаем — из–за тленного? — Бесконечно неразумно.

† Если придется тебе в доме своем или в другом месте исполнить какой–либо благочестивый обычай, например хоть помолиться иконам, и сердце твое лукаво усумнится в истине и святости этого обычая, не верь сердцу: оно в ту минуту сочетавается с диаволом, а верь без рассуждения, что то дело истинно: потому что оно принято и заповедано с давних времен Богомудрою Матерью — Церковию. Так и во всем, что принято Церковию, беспрекословно и без рассуждения исполняй, нимало не колеблясь сомнением. Подвергать все церковное критике разума — знак гордости.

Смирение и в том еще состоит, чтобы не обижаться, не скорбеть и не противоречить, когда другие восхищают нашу собственность каким бы то ни было образом, благовидно или нет: что бо имамы, егоже не прияли мы от Бога; аще же прияхом (Ср.: 1 Кор. 4, 7), почто скорбим, когда другие берут что–либо принадлежащее нам? Все наше — дары Божии и должно быть обще по великой любви нашей к Дарующему и к людям: бяху им вея обща (Деян. 4, 32). Ничесоже внесохом в мир сей: яве, яко ниже изнести что можем (1 Тим. 6, 7).

† Во время службы имей твердую уверенность, что сердце твое в руце Божией (Ср.: Притч. 21, 1). Если диавол будет строить над ним свои козни, станет смущать его чем–либо, скажи сам себе с несомненною верою: сердце мое в руце Божией. † 

Что значат все козни врага в сравнении с всесодержащею нас силою Божиею? Ничего. — Живая вера — сердечное воззрение ко Господу — и демоны обратились в бегство. — Потому, если шкодничают над тобою бесплотные враги где бы то ни было, усиливайся только держать веру в сердце в Господа Иисуса Христа: и они исчезая яко дым, исчезнут (Ср.: Пс. 67, 3).

Знай, кто кознодействует над тобою в Таинстве Причащения и лжет на Тайны, посевая в тебе мрак и мучительное сомнение. Это — диавол. Вопреки ему — мучителю вообрази с ясностию или с живою верою, что Тайны — Сам Христос Бог: и оживет мучимое врагом сердце твое, упокоится и возвеселится. Знай также, кто мучит тебя жалением тленнои яди [195]: опять это тот же враг — вмени тленную ядь в ничто, будь совершенно к ней равнодушен и увидишь, как сердце твое тотчас успокоится.

† Кроме Иисуса Христа со Отцем и Святым Духом, нет для меня блага на земле: Он единственное мое блаженство на земле. После Бога нет ничего дороже для меня (как и должно быть) на земле души человеческой: она всего дороже. Человек — предрагое существо: Сам Бог сошел для спасения его на землю. Пречистое Тело и Кровь (всего Себя) дает Он человеку в снедь и питие, только бы он был блажен, только бы не погиб. Все плоды земные, сокровища всех трех царств земли Он отдал во власть, пользу и удовольствие человека и всеми этими щедротами, превышающими всякую меру, показал и постоянно показывает, что Он бесконечно любит род человеческий и каждого человека в особенности. Будем и мы подражать любви и щедротам Божиим: будем по возможности милосерды и щедры, как Отец наш Небесный милосерд есть (Ср.: Лк. 6, 36).

† Человек зарождается с желудка, потом образуются легкие, сердце и затем голова. Не следует ли отсюда заключить, что душа наша — в ближайшем соседстве и сродстве с желудком? — Не для желудка ли в особенности требуется теплота души, и не есть ли самая душа — огнь животворящий для тела, как Бог есть для души Огнь Животворящий? Но местопребывание души в сердце доказывается главным образом тем, что бесы ищут именно нашего сердца и поселяются в сердце: там их лаборатория, равно и Господь ищет сердца нашего.

При составлении бесед отбросить всякое самолюбие в сторону, всякое желание блестеть выражениями. Простота.

Как узнать, что я горд? — Если неблагородные поступки других раздражают меня и выводят из себя; если я слишком беспокоюсь, когда нехорошо отзываются обо мне другие; если хочу поставить все на своем, например, у себя в доме, когда раздражаюсь, если не по–моему что–либо делает жена или другой кто, если сержусь на неисправности других.

† Начальникам, господам, отцам семейств, хозяевам надо твердо всегда помнить наставление Апостола: братий! Аще и впадет человек в некое прегрешение, вы исправляйте таковаго духом кротости: блюдый себе, да не и ты искушен будеши (Гал. 6, 1). Да, погрешающих в чем бы то ни было всегда нужно исправлять духом, кротости Христовой, в духе любви христианской, а отнюдь не пылать<?> на них, не раздражаться, не возмущаться, это не согласно с Христовым духом: притом мы, исправляющие, сами будем жалкие пленники, смешное орудие диавола; кроме этого, исправляя других, мы сами будем крайне неисправны, не умея совладеть с собою, с своим сердцем, и если мы не научимся быть кроткими при исправлении других, мы не можем быть ни хорошими начальниками, ни господами, ни отцами, ни хозяевами. — Как многие, безумно раздражаясь на других, вместо того, чтобы их исправить, нимало их не исправляют, а только вооружают против себя, да и сами себе причиняют немалый вред крайним смущением и беспорядочным волнением крови, от которого делаются болезненные приливы и портится кровь; между тем как, делая выговоры или употребляя другие меры к исправлению в духе кротости. спокойно, они наверное исправили бы согрешивших: потому что кроткое и ласковое слово имеет почти всегда необоримую силу на других, и себя сохранили бы в спокойной важности и не утратили бы своего настоящего значения, равно как силы своего слова, которое в людях раздражительных бессильно. — Блюдый себе, да не и ты искушел будеши. И так всякий смотри за собою, чтобы не искусил тебя дух вражды и нестроения и возмущения — в то время, когда ты будешь исправлять согрешающих; быстро охватывает неосторожных пламя возмущения диавольского; в мгновение воспламеняются внутренности человека и одно другого острее и враждебнее вылетают с уст его слова.

Соблазнители! Знаете ли вы, какое громадное зло распространяете вы в людях? — Вот эти несчастные жертвы страстей и пороков, предающиеся кощунству, пьянству, разврату, воровству, плутовству, услаждаясь скверными делами своими, с удовольствием вспоминают имена ваши, называют вас своими передовыми и учителями и, как на законе, почивают на ваших примерах своими постыдными делами, заматерели в них и не думают раскаиваться. О, примеры! Примеры! О, соблазны! О, соблазны! — О, соблазнители! Соблазнители! Горе миру от соблазн: нужда бо есть приити соблазном: обаче горе человеку тому, имже соблазн приходит (Мф. 18, 7): унее было бы ему, аще бы жернов осельский облежал о выи его, и ввержен был в пучину морскую (Ср.: Лк. 17, 2).

† Кто не испытывает неудач в жизни и лютого уныния, от них происходящего! Вот — уныние в делах житейских; уныние во время молитвы, уныние в бездействии? Люди мыслящие, ученые испытывают иногда такие неудачи, такую пустоту в уме и в сердце, что ими овладевает крайне злой дух уныния и они не рады бывают своему делу, а желали бы никогда его не делать. — Да, им приходится иногда вынести на своих плечах целую гору скорбей. — Но смиренно помолись они Господу, признай пред Ним свою немощь без Него, скажи: буди во всем воля Твоя — и мрак уныния исчезнет. — Опыт.

† Когда Иисус Христос говорит: Аз дам вам уста и премудрость, ейже не возмогут противитися (Лк. 21, 15), тогда Он говорит как Творец разумных и словесных существ, как Ипостасное Слово и Премудрость Отца, как Бог разумов [196]. Если от Него мы надеемся получить блага жизни вещественные, то тем больше должны надеяться получить от Него по молитве нашей озарение ума и просвещенныя очеса сердца (Ср.: Еф. 1, 18), уста и премудрость (Лк. 21,15), особенно когда небесное просвещение нужно нам для пользы Церкви Христовой, которую Христос возлюбил до конца и Себе предаде за ню (Еф. 5,25).

Отче наш — да приидет Царствие Твое (Мф. 6, 9–10).

Подобно есть Царствие Небесное (в человеке) зерну горушичну, еже взем человек всея на селе своем, еже убо малейше есть от всех семен: егда же возрастет, более всех зелии есть и бывает древо, яко приити птицам небесным и витати на вет вех его (Мф. 13, 31–32). Как всякое дерево в начале бывает ничтожным семенем и после, при благо приятных условиях грунта земли, света, теплоты, влажности, постепенно развивается и растет, все нужное для себя получая не из себя, а из земли, воды, из воздуха, света и теплотвора, так и Царствие Божие в человеке поначалу бывает только едва заметно, как маленькое зерно, все в нем бывает грех и область диавола. Человек творит волю плоти своей грешной и похоти отца своего диавола (Ср.: Ин. 8, 44); но когда человек предает себя водительству благодати Божией, тогда Царствие Божие начнет в нем расти и распространяться все больше и больше, наконец обнимет собою всю область его мыслей, желаний, намерений слова и деятельности — так что наконец в сердце человека совершенно воцаряется Христос и он говорит о себе: живу не ктому аз, но живет во мне Христос (Гал. 2, 20). — Ив этом благодатном царстве, так же как в царстве природы, человек все условия к своему духовному возрастанию получает исключительно не из себя, а от Бога: все благие мысли, желания, расположения, намерения, дар благодатного слова, все добродетели — веру, надежду и любовь, кротость, смирение, милосердие, воздержание. Иисус Христос — для человека благодатного бывает и землею питающею, или хлебом жизни (Ин. 6, 35), и водою, утоляющею его жажду духовную, и воздухом, и светом, и животворящею теплотою. Как дерево, укоренившись в земле, растет, одевается листьями и приносит плоды, так и христианин, утвержденный сердечною верою во Христа, растет духовно и приносит плоды добродетелей для жизни вечной. — Потому всякому христианину необходимо полагать всю свою надежду на Христа, Им дышать постоянно, Его благодатию напояваться, в Нем непрестанно утверждаться своим сердцем, как дерево утверждает свои корни в земле, — и пускать в Нем как можно шире и глубже свои сердечные корни. — Ископа и углуби (Лк. 6, 48). — Отсюда очевидно, что в христианине противна и всякая тень гордости: ибо что он имеет, по Апостолу, егоже не прият (Ср.: 1 Кор. 4, 7)? — Блажени нищии духом: яко тех есть Царство Небесное (Мф. 5, 3). Нищета духовная, или смиренномудрие, по преимуществу есть принадлежность христианина, лучшее его украшение и прочное основание для всех добродетелей; христианин всегда живо помнит, что Царствие Божие в нем было вначале едва заметно, как зерно горчичное, и потом только благодатию Божиею возросло в дерево, что все у него Божие и ничего нет своего. — Благодатию Божиею, говорит он, есмъ, еже есмъ (1 Кор. 15, 10).

Имеющий надежду жизни вечной стремится или спешит делать здесь дела милосердия, ибо знает, что хвалится милость на суде (Иак. 2, 13) и милостивые за дела милости вводятся в жизнь вечную. Мф. 25<, 31–46>. Вообще, имеющий христианскую надежду спешит сделать как можно больше добрых дел, ибо знает, что он создан на дела благие во Хри сто Иисусе, да в них ходит (Ср.: Еф. 2, 10).

О вездесущии Всесвятого Духа. Как вездесущ Бог Отец и Сын Божий, как ты сам испытываешь во всякое время и на всяком месте державу над собою Отца и Сына, так же точно вездесущ и Дух Святый и держава Его над тобою во всякое время и на всяком месте: ибо Едино Божество и Едина Сила [197] — Три Лица. — Как воображаешь Ипостасную Силу — Христа Бога пред тобою выну, яко одесную тебе есть (Ср.: Пс. 15, 8), так воображай и Ипостасную же Силу — Всесвятого и Животворящего Духа, яко одесную тебе есть.

Возлюбииш паче славу человеческую, неже славу Божию (Ин. 12, 43). Боже мой! Сколько мы сами себя мучим из–за своего славолюбия! Как мы сами себя терзаем потому только, что не любим славы Божией! Вот меня обнесли напрасным словом, приписали мне право или неправо то или другое дурное качество, ту или другую страсть: и я воскипаю гневом, злобою и мщением на несправедливо или справедливо меня обидевшего, как будто бы обидевший — это, как и я, немощное существо — лишает меня, в самом деле, доброго имени, лишает меня счастия, даже как бы лишает самой жизни моей; забываю я тогда Бога моего, Который Един есть Бог славы и Един по справедливости воздает всем славу или бесчестие; не обращаю я внимания на язвы сердца моего, на струпы греховные, коими оно все покрыто, на мерзости беззаконий моих, совершаемых тайно и явно пред Богом славы, Который Един есть Судия и Мздовоздаятель (Ср.: Евр. 11, 6) мой, ведущий все явное и сокровенное; не сужу себя немилосердо, беспристрастно, как бы следовало, не считаю себя грешнейшим из всех, достойным всякого порицания, попранием всех, — а смотрю только на погрешность против меня брата моего, который, может быть, по козням врага оскорбил меня: ибо все мы среди сетей его ходим [198]. —Вижу сучец в его душевном оке, а в своем не вижу бревна (См.: Мф. 7, 3); не состражду страждущему безвинно на кресте Господу, Который безвинно терпел при жизни клевету и злословие и совершенно невинно вознесен на крест — самую позорную казнь человеческую. — Боже мой! Сколь мы безумны и несправедливы сами к себе, когда алчем, как сокровища, как пищи, славы человеческой и не помним, не радим о славе Божией! Сколько мучений внутренних, растлевающих нашу душу; сколько беспорядочного, вредного для здоровья волнения крови! Сколько вреда для занятий по службе, если мы не в состоянии силою веры и сердечной молитвы победить в себе чувство ненависти и мщения к оскорбившему! — О, братия мои! Возлюбим славу Божию: и тогда слава человеческая будет для нас пустой звук; тогда мы будем иметь в душе постоянный, глубокий мир и всегдашнее чувство своего высокого достоинства как христиан — сынов и наследников Божиих и сонаследников Христовых в будущей жизни (Ср.: Рим. 8, 17), — достоинства, пред которым ничтожно всякое земное достоинство, как временное и преходящее. — Ревнуя о славе Божией, мы сами будем желать, как блага, осуждения человеческого, как достойного возмездия своим порокам, лишающим нас вечной славы Божией, как исправительного, Богом же посылаемого нам наказания за наши грехи, как врачевства, как противоядия греховному яду, заразившему все наше сердце и постепенно растлевающему нашу душу, назначенную к блаженному бессмертию и соединению с Богом. — Праведный Господь наказывает нас в этом мире не всегда непосредственно, а часто чрез тех же людей, с которыми мы живем и пред которыми обнаруживаем свои страсти и греховные наклонности. И люди, неправедно или праведно нас обижающие, бывают против их воли нашими же благодетелями, обнаруживая в нас таящиеся страсти и подавая нам повод к исправлению себя самих. И так будем принимать от людей всякую клевету и злословие как милость Божию!

Самолюбивый человек — сластолюбив, жаден, завистлив, злобен, сребролюбив, скуп, горд и раздражителен; уныл в напастях и близок к отчаянию. Так страсти тесно связаны одна с другою. Страсти расслабляют сердце человека для всякого — не только доброго, но и всякого обыкновенного дела. Плохой тот служитель алтаря или слуга престола и отечества, плохой семьянин и гражданин, кто подвержен страстям и не лечится от них.

Торгующие! Вы считаете по окончании дня свои доходы! О! Если бы вы приучили себя считать по окончании каждого дня и душевную прибыль свою — как это было бы полезно для души вашей: тогда наряду с заботами о вещественной прибыли у вас стояли бы заботы и о прибыли душевной, между тем как ныне у вас забота только об одной вещественной прибыли.

Ежедневно я бываю в руце двух существ: Одного, имущего державу жизни — Бога моего, и другого, имущаго державу смерти — диавола (Евр. 2, 14), врага Бога моего и моего собственного: попеременно я бываю рабом то Того, то этого.

Странное дело, что я не могу привыкнуть доселе и равнодушно смотреть на обыкновенные явления жизни домашней — экономической. А как они обыкновенны и ничтожны! — Кроме того, надо радоваться, что все на довольство своих идет.

Сердце царево в руце Божией (Притч .21,1). Значит же, сердце царево есть душа Его.

Палиньку считай своим господином, владыкою, как и должно, и не относись к нему как господин его.

Господь весь на всяком месте; потому Он весь же и на иконе, и на лик Спасителя на иконе надо смотреть как на живого Спасителя.

† Какая безмерно великая честь человечеству, что оно может отверзать уста свои пред Богом и вступать с Ним в беседу. Просить Его о своих нуждах, благодарить Его за благодеяния и славословить Его за неизреченную велелепоту Его и быть уверенным, что эта жертва благодарения и славословия приятная Богу (Ср.: Исх. 29, 18; Лев. 22, 29), что лучшие, духовные, ко спасению душ наших относящиеся прошения наши всегда исполняются! Как в этом отношении человек безмерно превознесен пред всеми чувственными и одушевленными тварями! Ни одна тварь не получила от Бога такой чести, хотя и они имеют свой язык, выражающий нужды их природы: ибо сказано, что и птенцы врановы призывают Господа (Ср.: Пс. 146, 9). — Будем же пользоваться, братие, этою высокою честию к тому, чтобы заслужить от Господа еще большие почести — горняго звания (Ср.: Флп. 3,14). Там — на небе — полная наша слава; а здесь только начатки ее, являемые верным христианам.

Чем больше земная поверхность находится в прямом положении к солнцу, тем на ней светлее и теплее; чем более в косвенном, тем холоднее и холоднее — так что на ней бывают снег и лед: так и душа человеческая, чем более она в прямом отношении к мысленному Солнцу — Богу, тем более она просвещается и оживотворяется, но чем более в косвенном — тем более помрачается, охлаждается и духовно умирает, так что в сердце делается лед бесчувствия ко всему духовному, святому и мрак адский. — А это бывает чрез молитву.

Душа моя, так сказать, в грунте Божием и из Господа все получает, как дерево из земли и воздуха.

Егда был ecu юн, поясался ecu сам и ходил ecu:… егда же состарееишся…<ин тя пояшет и ведет> (Ин. 21,18). Когда бываешь молод в духовной жизни, ходишь на воле и пояшешься сам — диавол на тебя не нападает ожесточенно; а когда будешь стареть в духовной жизни, то часто другой будет тебя опоясывать — внутренность твою, сердце твое и ведет его, аможе не хощеши (Ин. 21, 18).

Любиши ли Мя, паси овцы Моя… (Ин. 21, 16.) Поистине, надо иметь твердую любовь ко Господу, чтобы пасти усердно овец Его. Кто любит не Господа, а мир сей, не овец Его, а шерсть их, тот не может пасти их: потому что ищет не их, а ихнего.

Приучи сердце твое — не озлобляться на обижающих тебя как бы то ни было, а с любовию молиться за них, по заповеди Спасителя: молитеся за творящих вам обиду (Ср.: Мф. 5, 44).

Верно. Обратить внимание. [199]

Что такое — я? Я — орудие или орган Бога моего; Его мысль в уме моем; Его слово в устах моих; Его весь телесный состав мой. — Да буду же я убежден в этом каждую минуту, да даст Господь твердую веру сердцу моему, и да не касается сердца моего усумнение и маловерие.

Так как я только орган Бога моего, Духа Всесвятого, а Он всемогущ, то и я вся возмогу о укрепляю щем мя Господе (Ср.: Флп. 4, 13). Но только верою и любовию я могу быть органом Духа Божия. Этих–то великих даров и прошу усерднейше у Подателя жизни и Сокровища благих. [200]

Приимите Дух Свят: имже отпустите грехи, отпустятся им: и имже держите, держатся (Ин. 20, 22–23). Иисус Христос Духом Святым прощает или удерживает наши грехи; как Всесвятою и всеосвящающею, Ипостасною силою Вышнего.

Таинства все имеют видимую сторону по нашей телесности; потому в покаянии видимую сторону представляет священник исповедующий, как образ Иисуса Христа, а в причащении видимая сторона — самое пречистое Тело и пречистая Кровь Господа, Самим Им и Животворящим Духом Его исполняемая.

Если позавидуешь брату в вещественном его имуществе, положи на сердце свое слова Спасителя: не внегда избыточествовати кому живот его есть от имения его (Лк. 12, 15).

Духовное святотатство и лихоимство, между прочим, состоит в том, когда священник намеренно старается скорее исповедать как можно больше духовных детей, переходящих к нему от других собратов его, и имеет при этом цель — собрать как можно больше денег. Блюдитеся от лихоимства: яко не внегдаизбыточествовати…именияего(Я к. 12,15).

Душа наша в Боге, как дерево в грунте земли: лишь только пересадится она сомнением или другим каким грехом из Бога в диавольскую среду, тотчас ей становится дурно, тесно, огненно; а если исторгнется из ней верою несомненною и пересадится опять в Бога: и вдруг станет благо, просторно, прохладно.

Дыхание Вседержителево, поучающее мя. Дух Святый, Дух Отца Вседержителя везде сый и вся исполнялй [201], наставит на всякую истину (Ин. 16, 13), постоянно поучает мя, и я, Им наставляемый, придерживаюсь жизни по Духу; Он–тο рассеивает мои мраки сомнений, как облака, налетающие на душу и томящие ее смертию духовною; Он–тο Свет мой во тьме моей; Он–το Сила сердца моего, укрепляющая меня в вере и во всякой добродетели, Он — Святыня моя.

Слово плоть бысть (Ин. 1, 14). Сын Божий воплотился. И в устах человека слово имеет плоть или членораздельные звуки.

Делайте не брашно гиблющее, но брашно, пре бывающее в животе вечнем еже Сын Человеческий вам даст (Ср.: Ин. 6, 27). Как ничтожно обыкновенное, плотское брашно. Пред Брашном Плоти Сына Человеческого! То питает только тело, не питая души, и есть тленно, как и самая плоть наша тленна; а это и душу очищает от грехов, оживотворяет, покоит и веселит ее, и телу доставляет здравие, и в дополнение всего доставляет нам жизнь вечную.

Не подозревай брата своего, известного тебе с невыгодной стороны, исправно по наружности совершающего дело Божие, — в лицемерии; ты можешь легко обмануться в этом случае и впасть в ненависть и злобу к нему и запутаешься сам в сети диавола. Скажи себе: сердца наши известны одному Богу, и если кто по наружности хорошо исполняет дело веры и благочестия — то этого для нас, людей, и достаточно, а внутренность человека предоставим суду Того, Кто испытует присно наши сердца и утробы (Ср.: Пс. 7, 10; Иер. 11, 20; Откр. 2, 23).

Составляя беседы, не имей цели — издать их в свет, а имей ту цель, чтобы поучать ими твою паству. Имей всегда ее пред очами. Не будь отвлечен от действительности. Пиши с натуры. Писать для издания означает гордость.

† Молитва наша походит на подарок, чужими руками и усердием приготовленный и приносимый нами Богу без своего сердечного участия. Отец Небесный, взирая на дар, как бы говорит нам: ты каждый день, дитя мое, являешься с дорогими подарками, но только не со своими: если бы ото были твои, если бы на них Я мог читать такое же благо–искусство и усердие угодить Мне, какое оказано в них теми, кто их приготовлял, или хотя некоторая доля их усердия: как бы Мне были тогда приятны твои дары! А теперь Я вижу их отличную доброту, да твоего–то в них ничего нет; они, так сказать, дымятся теплотою души их, да твоя–то душа холодна; они блистают, как очищенное злато пред солнцем, да твоя–то душа темна темными делами греха; они, так сказать, животрепещут, да ты–то мертв для Меня. Как же Мне смотреть на твои дары? Сын мой! Дай Мне твое сердце (Ср.: Притч. 23, 26): вот для Меня лучший и приличнейший дар, а не уста твои; Я не благоволю к тем, кои приближаются Мне усты своими и устпами чтут Мене: а сердцем своим далече отстоят от Мене: всуе они чтут Меня (Ср.: Ис. 29, 13; Мф. 15, 8–9). Приблизь молитвы верных рабов Моих, влагаемые во уста твои Церковию Моею, — к сердцу твоему, усвой их себе, сделай их как бы своими; пусть их чувства будут твои чувства, их вера, надежда и любовь — блистающие в молитвах их лучше драгоценных камней — твоею верою, надеждою и любовию, их теплое покаяние — твоим; и тогда приму Я от тебя твою молитву, как драгоценный Мне дар.

Если бы Господь не поддерживал меня благодатию Своею, державою Своею, давно бы я погиб, погиб во грехах моих! О, Боже мой! Присная Держава моя! Слава и благодарение Тебе от недостойного раба Твоего. Силою Твоею я силен. Само по себе сердце мое так слабо для всякого добра, так удобопреклонно ко всякому злу, так нечисто, непостоянно! Ах! Надежда моя, Господи, Сила моя, не оставь меня! Иначе скоро, скоро, погибну я. Предвари скоро, скоро, погибох! [202]

Что Господь везде и всегда с нами: разительнейшим тому доказательством служит водруженный в нас непреложно образ Божий.

Ты рек, Владыко: и явились небеса и земля со всем украшением их; Ты рек: и из хлеба стало Тело и из вина — Кровь, и пребывают неизменно, и кто вкушает их недостойно, не с очищенною совестию, с сомнением или с злобою на сердце, или с нечистыми и хульными помыслами, или с привязанностию к сребру и стяжанием, тот суд, огнь себе яст и пиет и повинен будет Телу и Крови Господни (Ср.: 1 Кор. 11, 29, 27). Слава истине, всемогуществу и неизменяемости Твоей!

Кто не называет искренно, по гордости сердца отцом своим отца земного, не только родного, но и жениного или вотчима, тот не может несомненно, искренно и неосужденно призывать и Отца Небесного. Не любяй бо отца своего земного, егоже виде, и от которого получил столько земных благ, — как может любить Бога, Егоже не виде (Ср.: 1 Ин. 4, 20), и, любя, искренно призывать Его?

Как пренебрегаем мы буквами письмен — так пренебрегаем словами молитв и вообще книг.

† В молитве надобно довести сердце до такой теплоты и чистоты, чтобы оно трепетало желанием — достигнуть возможной безгрешности и святости, чтобы оно нелицемерно полагало все свое блаженство в безгрешности и не имело тайного желания оставаться во грехах.

† Вдуну (Бог) в лице состава человеческого дыхание жизни (Ср.: Быт. 2, 7). Видишь, что ты — весь Божий. Видишь, Чьи у тебя и душа и тело. — Слово дыхание указывает на то, что душа наша каждое мгновение нуждается в Духе Божием для истинной своей жизни, как тело (телесные органы — легкие) нуждаются для дыхания в воздухе.

Совесть каждого человека — это луч света от Единого, всех просвещающего и оживотворяющего духовного Солнца — Бога. Чрез совесть Господь Бог державствует над всеми, как Царь праведный и величайший, и как могущественна Его держава чрез совесть! Никто не силен совершенно заглушить ее голоса. Она говорит без лицеприятия всем и каждому, царю и подданному, как глас Самого Бога! Чрез совесть мы все у Бога как один человек: потому Десятословие обращено как бы к одному человеку: Аз есмъ Господь Бог твой… Да не будут тебе… Не сотвори кумира, не приемли; помни день субботный; чти отца и матерь; не убий; не прелюбы твори; не укради; не лжесвидетельствуй; не пожелай (Исх. 20, 2–4, 7,8,12–17). — Или: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и ближняго твоего якоже сам себе (Мф. 22, 37, 39; Втор. 6, 5; Лев. 19, 18) — потому что он совершенно то же, что — я.

† Сила мояиСветочию (Пс. 37,11) моего сердца, не остави меня. Един Сый! Помилуй мя яко не сущего: ибо ничтоже есмь без Тебя: Ты — Сила моя и Свет мой и Живот мой!

В одном священнике единой приходской церкви созерцай Того, Кто для нас стал Священником по чину Мелхиседекову (Пс. 109, 4).

В протоиерее каждой церкви созерцай образ Единой Главы единой по вселенной Церкви — Христа (Ср.: Еф. 5, 23); в епископе епархии (в архиерее) созерцай по преимуществу образ Главы Церкви — Христа, и наконец — тем более — в Синоде — образ Той же Главы — Христа, и сообразно с таким воззрением на них почитай их и повинуйся им, как Христу.

Веровать сердцем в Церковь, исполнять ее учения и заповеди — для спасения так необходимо, что в Символе веры после веры в Живоначальную Троицу полагается необходимый Член о веровании в Церковь! И действительно, в Церкви все положено, что нужно для нашего спасения, как в сокровищнице: в ней истинное учение веры, просвещающее и спасающее души наши; в ней живоносные Таинства, как живые воды Святого Духа, чрез которые подается благодатная сила Божия ко спасению; в ней и надежное руководство к вечному животу: досточтимые и богомудрые правила благоповедения, живые примеры христианского жития.

Твое есть Царство и сила и слава (Мф. 6, 13). Видишь, в Чьем мы Царстве, в Чьей все силе и Кого Единого слава. Славы, яже от Единаго Бога, не ищете (Ин. 5, 44).

Когда причащаешься пречистых Таин, тогда веруй и твердо помни, что в пречистом Теле и Крови — весь Господь и сообщается тебе весь, что Тот же Господь в церкви, с верующими, Он же вне храма — на всяком месте, что Тот же Господь и на небесах со Отцем, вся исполияяй Неописанный. [203]

При встрече с каждым человеком говори от сердца: спаси его, Господи! Господь так хочет каждому спасения, что хотел бы и от всех верных рабов Своих молитвы о спасении прочей немощной братии нашей. Да, крепко хочет: для спасения людей ведь и жизнь Свою Он положил, Тело и Кровь Свои им дал, чтобы они, вкушая Его Тайны, были живы и спаслись. Молитва о спасении людей — приятнейшая Господу молитва. — Везде, во всякое время и для всех ищи прежде всего спасения, или Царствия Божия, а все остальное, нужное для жизни временной, непременно приложится тебе (Ср.: Мф. 6, 33).

† Основание для крепкой надежды, в молитве просимое: если Господь Сына Своего не пощадил, но за нас всех предал Его, то как с Ним всего нам не дарствует? (Ср.: Рим. 8, 32.) — Попросить только — и дастся нам все необходимое.

К нему приидем и обитель у него сотворим (Ин. 14, 23): эти слова Господа подтверждают то, что Господь весь на всяком месте: ибо обителию Пресвятой Троицы может быть каждый человек, все люди, рассеянные по миру, и в каждом лице человека может быть всецелый нераздельный Бог.

Имеющие домы заботятся о том, как бы жильцов напустить в свои домы, и пускают их, а о жильце в доме тела своего не заботятся, то есть не заботятся о том, чтобы пустить в дом души своей Животворящего Жильца Иисуса Христа, Духа Святого, — дом душевный остается пуст.

Завистливый человек скорбит, видя успехи и благоденствие брата. Зависть изменяет и помрачает лицо человека, делает его печальным, угрюмым и всего его внутренно связанным. Низкое, сатанинское чувство — зависть: оно имеет в основании крайнее самолюбие и гордость, неуважение нравственных достоинств в брате, попрание Божия слова, Божиих законов любви, слепое невнимание к ним и слепую вражду к нему. Я не хочу, чтобы брат мой имел то же, что и я, чтобы он превосходил меня дарованиями и успехами в делах, чтобы делал такие же добрые дела, какие я делаю, не хочу, чтобы он получил ту же честь от людей, какою я сам пользуюсь. Как это низко! Если бы я любил брата своего, как самого себя, по заповеди Господней, то желал бы ему того же самого, чего желал бы себе; так, я желал бы, чтобы и он имел все, что я имею и больше моего; радовался бы его дарованиям и успехам, желал бы, чтобы и он был в такой же чести у людей, как я, чтобы и он отличался теми же благими делами, какие стараюсь делать я, чтобы и он спас душу свою, как я. Между тем я желаю только сам все, так сказать, захватить в свои руки: сокровища материальные, сокровища ума и сердца, любовь других, желаю только сам быть в чести людей, а брату того не желаю, хочу сам делать дела Божии, а брата считаю как бы недостойным или несостоятельным для таких дел, хочу сам спастись и спасать других, а брату того не желаю, и как бы хочу, чтобы он погиб: потому что, тайно думаю я, он богат, горд, лукав, злобен и потому не имеет права спасаться; он здесь все восприял, значит, не должен и не может быть наследником Царства Небесного, не может и других руководить к нему. И выходит, что я сам — самый недостойный, самолюбивый, гордый и завистливый человек и по своим страстям не вижу в нем ничего доброго, кроме дурного, сам в своем сердечном оке не вижу бревна, гордость на гордость, зависть на зависть громожу и оскорбляю тем крайне Божеские щедроты и Божию любовь и правду. Как же я не хочу видеть, что брат мой во всем подобный мне человек и носит в душе своей тот же образ Божий, имеет такие же достоинства, ту же благодать и те же права, какие имею я? Свете Святый [204] — просвети наши сердечные очи! Падая таким образом сердечно, я умираю душою. Внутренно падаю и внутренно же умираю. Мысленное падение и мысленная смерть. Боже мой! Как строго нужно следить за движением мысли и сердца! Какое потребно бодрствование!

Не разлучное с тем вместе терпение. В терпении вашем стяжите души ваши (Лк. 21, 19) на это.

В прошедшей беседе мы говорили, что назначение христиан — соединение с Богом в будущей жизни окончательное, а в нынешней жизни — предначинательное. Но так как блаженному соединению с Богом препятствуют всем нам грехи наши, к блаженному покою нашему в Господе полагают сильную преграду наши земные пристрастия, то надежда христианина, как добродетель,требует, чтобы мы в надежде на будущее блаженство всю жизнь боролись со грехом и побеждали его, призывая в помощь Господа Иисуса Христа, и упражняли себя во всякой добродетели, по слову Господа: будите убо вы совершени, якоже Отец ваш Небесный совершен есть (Мф.5, 48). Таково свойство христианской надежды — надеяться на Господа, но и самому трудиться в духовном делании, в очищении себя. И вот свойства христианской надежды — терпение в борьбе со грехом, <понуждение> себя в продолжение жизни ко всякому добру и усилие отстать от всякого греха. Царствие Не бесное нудится, — говорит Спаситель, — и нуждницы восхищают е (Мф. 11, 12). До крови стоять<?> противу греха. Но как грех, в нас живущий, проник все наше существо и от ног даже до главы нашей нет в нас целости (Ис. 1, 6), а все в нас — один цельный, злокачественный труп; так как грехом крайне заражено наше сердце, от коего постоянно исходят помышления злая, прелюбодеяния… (Мф. 14, 19; Мк. 7, 21), то нам предстоит трудная борьба с собою и с виновником всякого зла — диаволом на всю жизнь; в нас самих [205] должна совершаться упорная война. В чем состоит, возлюбленная братия, внутренняя или сердечная брань наша противу греха? Объясним. Вот вы, с Божиею помощию, решились исправиться в жизни и вести себя по заповедям Божиим. До сих пор вы жили без страха Божия и не давали себе отчета в своей жизни, не поверяли своих дел и зол (и всякий грех для вас был по вашему понятию), творя волю плоти и помышлений своих (Еф. 2,3). Вы давали себе простор во всем: думали, что хотели, желали, положим, чего хотели, говорили и делали без строгого разбора, что хотели; знали, что есть Закон Божий писанный, или Божии заповеди, но до них вам было мало дела, как до чего–то стороннего; многие из вас их не знали и не знают; знали, что в вас есть совесть и что совесть есть глас Божий: что она одобряет, то хорошо, что осуждает — худо, но вы думали, этот глас в нас (у нас есть воля, можно и не послушать своего гласа, вопиющаго в пустыне (Ис. 40, 3; Мф. 3, 3; Мк. 1,3; Лк. 3, 4; Ин. 1, 23) души нашей, и не слушались часто; знали, что и люди в свете одобряют добро и осуждают зло; но до суда человеческого опять дела вам было мало, вы думали: люди все во грехах, и грешнику грешника судить — пользы и успеха мало, потому что кто, говаривали вы, другого осуждает, тот сам то же делает: буду делать, что хочу, несмотря на пересуды подобных мне грешников). Но вот Слово Божие, которое вы слышали в церкви, или строгий и решительный голос духовника вашего, или спасительный совет другого какого человека, или болезнь, от которой вы были близки к смерти, или какие–нибудь житейские обстоятельства делают в вашей душе совершенную перемену: вы замечаете в душе духовный свет, который вдруг осветил всю храмину вашей души, и вы ясно видите всю свою греховность, все нечистоты своего сердца, всю далекость от Бога; видите в себе множество пристрастий к земным так называемым благам и отсутствие веры в Бога, надежды на Него и любви к Нему; видите, что вы доселе блуждали вдали от Бога — Источника жизни и напрасно жили на свете; что поле души вашей совершенно дико, невозделанно и все покрыто тернием и волчцами (Быт. 2, 18) и что вы не готовы к ответу на Страшном, последнем Суде. — Вы начинаете скорбеть или печалиться по Бозе; душа ваша начинает желать сама соединения с Богом и упокоения в Нем, коего сладость прежде только изредка испытывала; (вы решаетесь жить строго по воле Божией. И вот здесь вы вступаете с пути широкого и веселого, с пути грешного мира на путь узкий и прискорбный [206], на путь Божий — на тот, который один ведет к жизни вечной. И вот в чем эта прискорбность будет состоять). [207] Так как путь Божий состоит в очищении сердца, а для очищения сердца (как для очищения эолота или серебра от нечистых примесей), как в борьбе со грехом, в нас живущим, необходимы скорбь и теснота, а по временам и огонь попаляющий, то вы часто будете испытывать скорбь и тесноту (и уныние духа часто будут испытывать подвижники Царствия ради Небесного), но не скорбите безотрадно — это очистительное врачевство для вас, это тесный путь, вводяй в живот; что вы захотите подавить свою какую–либо страсть, какую–либо греховную привычку: это неизбежно будет соединено со скорбию; скорбь и теснота, и часто скорбь сильная; потому что страсти телесные как будто сроднились с нашим телом и душою и стали как будто природными членами нашими; на стремление к доброму, ко всякой добродетели опять будете испытывать скорбь, потому что плоть ваша противится добру, особенно же враг наш, который крепко противится искоренению страстей и насаждению в душе благих мыслей, чувств и стремлений и деланию добрых дел.

Во всем надо будет принуждать себя; хочешь отстать от греха: мало хотения одного, нужно принуждение, сила, терпение; хочешь делать добро: мало хотения, нужна опять сила к добру и принуждение себя к нему; без принуждения почти ни одного доброго дела не сделаем. Трудящийся Царствия ради Небесного на деле испытывает истину слов Спасителя: Царствие Небесное нудится и нуждницы восхищаюте (Мф. 11, 12). Грешить легко: грех так и влечет к себе, и приятно для грешной плоти его влечение, а добро делать не навыкшим трудно: приступишь к делу — откуда возьмутся трудности, разные помыслы, притом часто такие возмутительные, что многие из–за них оставляли добрые дела свои или от чрезвычайной скорби плакали от них. Но во всех обстоятельствах, состояниях души своей вы должны постоянно устремлять очи сердца своего на Христа — с надеждою от Него всесильной помощи. Он всегда с нами, и если мы будем верны Ему или не отвратим от Него сердечных очей своих: Он славно прославится (Исх. 15, 1) в нас во все дни нашей жизни и невредимыми поведет нас к тихому пристанищу вечного Царствия; страсть ли какая будет сильно беспокоить вас, немедленно обращайте сердечные очи ко Христу с молитвою: Иисусе, помози мне, Иисусе, Сам мя заступи и спаси [208]: — и Он пошлет вам силу побороть ее, и страсть исчезнет; помысл ли нечистый или сомнение в вере будет томить вас — опять призовите Его и успокоитесь, помыслы исчезнут, а мрак сомнения сменится светом веры; облако ли уныния найдет на вашу душу и вы предадитесь грусти безотрадной — опять призовите Господа в молитве, и уныние сменится спокойствием и радостию; в ваших глазах Иисус Христос будет творить над вами чудеса Своей благости и Своего всемогущества: и в один день вы будете воспевать много раз победную песнь Господу Иисусу, вашему всесильному Помощнику; и день от дня будете преуспевать в вере, надежде и любви, если не будете ослабевать от лености или уныния и маловерия. Христос всегда одесную вас (Пс. 15, 8), и Он будет хранить вас, по вере вашей, каждое мгновение вашей жизни, как мать своего младенца. (Только необходимое условие для получения помощи от Господа Иисуса Христа в борьбе со грехом есть то, чтобы принадлежать Церкви и пользоваться ее освягительными Таинствами). [209] Только не забывайте всегда обращаться к Нему с сердечною верою, всегда призывать Его с непоколебимым упованием на Его помощь. И таким образом безбедно пройдете трудный путь жизни и достигните будущих благ, которые да поможет Господь получить всем вам. Аминь.

Смотри, с женою твоею сколько пришло к тебе благ от Господа: сама она — образ Божий, воплощенная доброта и любовь, а с нею — обилие благ земных, благоустроенное и благовоспитанное семейство, которому ты можешь оказывать благодеяния и любовь и так заслуживать благоволение Небесного Владыки. Люби же и чти свою жену как себя.

Какая честь моему естеству! Я в малой моей клети, составляющей мое жилище, или в сердце моем, могу беседовать с Тем, Кто в деснице Своей содержит небо и землю, Коему служат со страхом Силы небесные, с Тем, Кто есть бесконечная Любовь (1 Ин. 4, 8, 16)!

Прими решительное намерение — избавиться от тиранства жестокого тирана — жадности к пище и питию. — Эта страсть водит тебя ежедневно за нос и лишает душу твою многих духовных плодов, особенно — плодов молитвы, сердечной веры, надежды и любви, и погружает тебя в мирское слияние [210], отчуждая от духовного.

По нашей телесности Господь привязывает, так сказать, Свое присутствие и Себя Самого к вещественности, к какому–нибудь видимому знамению, например в Таинстве Причащения Он Сам весь вселяется в Тело и Кровь; в Покаянии действует чрез видимое лицо — священника; в Крещении — чрез воду, в Миропомазании — чрез миро, в Священстве — чрез архиерея, в Браке — чрез священные венцы венчает Сам; в Елеосвящении — чрез елей; привязывает Свое присутствие к храму, к образам, к Кресту, к крестному знамению, к имени Своему, состоящему из членораздельных звуков; к святой воде, к освященным хлебам, пшенице, вину.

Но придет время, когда Тело и Кровь Его, равно и все другие видимые знаки, для нас не будут нужны, и мы будем истее Его причащаться, именно в невечернем, дни Царствия Его [211]; а теперь все — чрез телесное и чрез образы и знамения.

† Если я молюсь Богу моему с сердечною, живою, совершенною верою, тогда я близок не только к Нему, как сын к Отцу, живущему в одном с Ним доме, но и ко всем премирным Силам небесным, ко всем святым, царствующим на небесах: и они ничем не дальше от меня, как мои иконы, пред которыми я молюсь. Потому прекрасное у нас обыкновение иметь в своих домах иконы Господа, Пречистой Его Матери, Архангелов и Ангела–хранителя и святых и молиться пред ними: близость их к нашему взору телесному означает еще большую близость их взору душевному, вооруженному верою несомненною. Близость: радость бывает на небеси о едипем грешнике кающемся (Ср.: Лк. 15, 7), как в доме родительском братья радуются, когда провинившийся пред отцом брат их кается в оскорблении, нанесенном родителю недобрым поведением.

† Намереваясь говорить о молитве, мы прежде должны сказать особенно о вере и сердце — необходимых принадлежностях молитвы, о коих часто приходится упоминать в беседах о молитве, объяснить их значение, в чем состоит вера и что разуметь надо под сердцем; также — о надежде, с которою надо приносить молитву, и о любви сердца к Богу; должны сказать о вере, присутствии Божием и о том, что Бога на молитве нужно представлять Лицем, или Существом в Трех Лицах.

† Просите… ищите… толцыте… (Ср.: Мф. 7, 7) — эти слова относятся преимущественно к исканию Царствия Небесного и к избавлению от грехов, как являет это молитва Господня, в коей прежде всего просим — да святится имя Божие: да при идет Царствие Божие: да будет воля Его на земле (Ср.: Мф. б, 9–10) и пр., и как показывает цель сошествия на землю Сына Божия. Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его (Мф. 6, 33).

В отце своем созерцай образ Бога Отца, Отца милости, щедрот и человеколюбия [212], и не пощади для него никакой жертвы, будет ли она вещественная или духовная. † 

Для питания и напоения растений или бессловесных животных часто мы не щадим значительных издержек; для напитания ли и напоения человека, существа разумно–словесного, созданного по образу и по подобию Божию, пощадим чего–либо? — Жертва, приносимая ближнему из любви к нему, приносится Самому Богу. Понеже со твористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25, 40).

† Не щади ничего для своих: ты все от них получил. Апреля 2 дня 1861 года. Все им лучшее.

† Сами по своей воле отпали мы от Бога и от небесного блаженства, сами же по воле своей теперь постоянно грешим и удаляемся от Бога и Его Царствия внутреннего — сами же должны и приближаться к Богу сердцем, значит, сами должны и просить Господа: да приидет Царствие Его в нас (Ср.: Мф. 6, 10); по своей развращенной воле грешим — по своей же воле должны и каяться, или от всего сердца говорить покаянные молитвы. Сами грехом уничижили и уничижаем Господа препрославленного — сами же должны по своей воле и прославлять Его доброю жизнию и стараться, чтобы и другие прославляли. Как прежде чрез грехи допускали и допускаем, что имя Божие хулится нас ради (Ср.: Рим. 2, 24), как добровольно сделались неблагодарными вначале и теперь по большей части являемся бесчувственными и неблагодарными пред Подателем всех благ, пред Всесодержащим — так сами же добровольно должны теперь усиливаться благодарить Бога за все и самым делом благодарить, соплетать молитвы благодарения за все подаваемые нам блага, особенно духовные, за прощение грехов, за искупление Сыном Божиим от будущего гнева и за все Таинства и благодатные руководства, подаваемые Церковию. Таким образом, самым естественным образом молитва наша бывает или прошением, когда мы сердечно признаем пред Богом свою греховность, немощь, свое бессилие, свою зависимость от Него во всех нуждах духовных и телесных, свою веру в то, что мы все получили и получаем от Бога, или славословием, когда славим за величие дел Его в царстве природы и благодати, или благодарением за получаемые от Него ежедневно великие и богатые милости [213].

Уныние в христианине — безумие: ибо скажите, о чем нам унывать? О грехах? Но Христос прииде в мир грешники спасти (1 Тим. 1, 15). Несть грех побеждают, человеколюбие Божие [214], и Христос повелел седмьдесят крат седмерицею (Мф. 18, 22) прощать падающим в грехи. О кознях врага, о его тяжких нападениях на нашу душу? — Но это готовит нам венцы терпения; это составляет честь нашу, что мы ради жизни во Христе испытываем от него разные пакости.

Величайшее, постоянное заблуждение нашего сердца, с которым нам нужно бороться непрерывно — во всю жизнь, вечером, утром и днем — это тайный помысл его, будто мы можем быть без Бога и вне Бога где–нибудь и когда–нибудь, хотя бы то на одно мгновение; надобно непрерывно утверждать его в Боге, от Которого оно постоянно мысленно отвращается, хотя постоянно же и мучится от того, и верх нашего преуспеяния в христианской вере будет то, когда мы в состоянии будем искренно воспеть с Анною, материю Самуила: утвердися сердце мое в Господе, вознесеся рог мой в Бозе моем, разширишася уста моя на враги моя [215] (1 Цар. 2, 1).

Вездесущием Божиим объясняется то, что все, искренно молящиеся Богу, говорящие или поющие о Боге и Его делах, чувствуют в сердцах своих услаждение, умиление и тихую радость, от Бога приходящие, от пребывания Его в сердцах их. — Всем сообщается нелицеприятный, любящий и щедрый Владыка.

ЧТО НАДО? — НАДЕЖДА † 

Худой тот молитвенник, который не думает и не надеется получить просимого.

Благодарю Бога моего, попускающего мне терпеть неправду за дела, Ему благоугодные, дабы я не возмечтал об них и не возгордился; благодарю Судию моего, что Он не славою воздает мне за них, а бесчестием и поношением, и неправедными обидами со стороны тех самых, которым, ради их просьбы, хотя не для них самих, а для Бога, сделано добро. Это значит, что Господь испытывает меня: не ради ли житейских выгод, не корыстно ли я делаю дело Божие; значит, что Он приял мою жертву в пренебесный и мысленный Свой жертвенник, в воню благоухания духовнаго [216], Ибо где поношение и притеснение за правду, там Христос и сострадание со Христом. Люди при сохранении полной их свободы только орудия Божий: делают только то, что попустит Бог. — Надо молиться о творящих нам напасти (Ср.: Мф. 5, 44): потому что чрез них часто коварствует над нами диавол и устрояет наше спасение, сам того не желая.

Когда сядешь за стол обедать или пить чай, будь внимателен к голосу твоего ума касательно количества принятия пищи и не преступай его, иначе ты преслушаешь глас Ангела–хранителя твоего (будь доволен, что раз положил взять себе за столом; за другим приемом той же снеди не простирай руки). [217]

В очах наших Господь ежедневно претворяет хлеб и вино в самое пречистое Тело и в пречистую Кровь Свою. Это, между прочим, служит для нас постоянным уверением в том, что Господь так же чудесно преобразит тело смирения нашего из земного в небесное, из тленного в нетленное, яко быти ему сообразну телу славы Его (Ср.: Флп. 3, 21). — Ей, аминь (Ср.: 2 Кор. 1, 20)!

Отче наш! Иже ecu на небесех! (Мф. 6, 9.) На небесех Отец наш — говорим для того, чтобы всегда помнили, что наше житие на небесех есть (Флп. 3, 20), что мы — небесные по природе, что где Отец, там будут и дети. Да святится имя Твое. (Мф. 6, 9). Вот первое и пламеннейшее желание наше в этой жизни, чтобы святилось имя Отца нашего Небесного, грехами нашими бесчествуемое и хулимое. Да приидет Царствие Твое… (Мф. 6, 10) в нас царствует грех и диавол — не Бог… с натуры списать здесь все… с внутренней нашей жизни… Мы не можем святить имени Божия, доколе будет в нас царствовать грех и диавол. Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф. 6, 10). Чтобы воцарился в наших сердцах Господь, для этого мы должны отбросить свою волю и всем сердцем всегда желать, чтобы в нас была воля Божия; если будем следовать воле развращенного сердца своего, не приидет к нам Царствие Божие. — Не Моя воля, молился Господь, но Твоя да будет (Лк. 22, 42); не яко же Аз хощу, но якоже Ты (Мф. 26, 39). Что Мя зовете: Господи, Господи, и не творите, яже глаголю?.. (Лк. 6, 46.) В Царствие Небесное внидет творяй волю Отца Моего, Иже есть на небесех (Мф. 7, 21). Хлеб наш насущный даждь нам днесь (Мф. 6, 11). Кто хочет исполнять волю Божию, тот не печется много о пище, питии, одежде: ибо знает, что Господь весть, яко требуем сих всех (Ср.: Мф. 6, 32); ибо знает, что прежде всего и больше всего нужно искать Царствия Божия и правды Его (Ср.: Мф. 6, 33), что с достоинством его природы обоженной несовместно погружаться заботами в вещественность, а надобно горняя мудрствовать, идеже есть Христос о десную Бога седяй (Ср.: Кол. 3, 2, 1). И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем (Мф. 6, 12)… Истинный сын Отца Небесного, сердечно желая, чтобы святилось имя Божие непрестанно чрез него и чрез всех людей, чтобы пришло Его благодатное Царство и во всем была с нами воля Его, благая, угод пая и совершенная (Ср.: Рим. 12, 2), требующая, чтобы мы не заботились много о земном — о пище, питии и одежде, — молит Бога, чтобы Бог простил его грехи, жаждет и алчет не пищи и пития, а благодатного оправдания чрез Иисуса Христа, в Котором он делается сыном Отца Небесного.

Слова: да святится имя Твое (Мф. 6,9) — предполагают в молящемся искреннее желание прославления имени Божия святостию жизни христианской, христианскою благотворительностию, в особенности стремлением друг друга к просвещению, вспомоществованию и радость о прославлении Божественного имени; желание, чтобы воздвиг Бог больше деятелей к прославлению имени Божия разными делами благими.

Да приидет Царствие. Твое… (Мф. 6, 10) выражается желание, чтобы не царствовали в людях вражды, нестроения, зависть, сребролюбие, лихоимство, неправды, обманы, ложь, клятвопреступление, но чтобы царствовала между ними любовь, правосудие, щедрость, трудолюбие, всякая добродетель.

Зачем мы говорим: Отче наш, Иже ecu на небе сех (Мф. 6, 9)? Затем, что после грехопадения прародителей Господь, так сказать, удалился с земли на небеса, потому что храм и местопребывание Бога на земле — сердце человеческое, сердце чистое, а его–то и не стало после грехопадения: исполнися земля неправды (Ср.: Быт. 6, 11). Господь с небесе призре на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй, или взыскали Бога. Вси уклонишася… непотребни быша… до единаго (Ср.: Пс. 13, 2–3).

Затем говорим: да святится имя Твое — чтобы оно святилось, а не бесчестилось людьми, их неправдами, беззакониями; да приидет Царствие Твое — чтобы удалившееся с земли ради неправд человеческих Царствие Божие опять пришло; да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф. 6, 10) — чтобы Царство Божие открылось на земле исполнением на земле благой воли Божией (Ср.: Рим. 12, 2).

Кушать или не кушать в пост рыбную пищу — большая разница; не кушать — большая польза для души; кушать, особенно если не очень умеренно — вред для души. Сердце чувствует, что, когда мы не употребляем рыбной пищи, оно бывает тоньше, чище и легче; удобно обитает в нем живая вера и смирение и чувство Божия присутствия, легка для него бывает пламенная молитва, близки к нему слезы и недалек Владыка сердца. Когда же вкушаем рыбу в довольном количестве: сердце отолстевает, делается холодным, бесчувственным, маловерным, удаляется от Бога, тупеет и помрачается для молитвенных созерцаний. — Потому весьма благоразумно поступают те люди, которые, прилежа молитве, не вкушают никакой рыбы: они предохраняют тем сердце свое от духовной очерствелости и нечувствия. — Ах! Как потребен пост христианам для угождения Богу и для успехов в очищении сердца; также — для успешной молитвы! — Пост — украшение нашей природы; посильное уподобление бестелесным существам; путь к соединению души с Богом, изводитель очистительных для сердца слез, сильный помощник в молитве.

Просим у Господа разных благ для души и тела: потому что Он наш Творец, потому что мы все от Него получили и получаем. Это же самое утверждает в нас ту надежду, что мы получим по молитве своей, о имени Христовом, все необходимое для духовной и телесной жизни, особенно же для духовной.

Вера сердечная в Господа и в слово Его есть жизнь для души моей. Этого для меня довольно, чтобы искренно веровать в Господа и в слово Его (которое есть то же, что Он, и нераздельно с Ним). Сильнее этого доказательства быть не может. — Да бежит же бесплотный злодей далече от нас, всевающий в нас помыслы сомнения и маловерия.

† Ум есть страж сердца нашего, или души нашей, — временный, земной светильник сердца нашего, к земной жизни приспособленный. Если хочешь сохранить душу свою в целости, если хочешь, чтобы ее не окрали и не погубили мысленные тати и разбойники — крепко наблюдай, чтобы страж домашний, приставленный к небесному в нас жителю — душе, не спал, но всегда бодрствовал и светил ей светом своим. Диавол всегда не иначе нас окрадывает, как обольстив и омрачив нашего стража, после чего он свободно входит в душу, как в отворенный дом, лишенный защиты, и похищает ее сокровища и самую душу предает духовной смерти. Всяцем хранением блюди твое сердце посредством данного тебе стража — ума: ибо от сердца исходи живота (Ср.: Притч. 4, 23).

† (В молитве моей к Богу я усматриваю высочайшее достоинство души моей: я дерзновенно беседую с Ним, соединяюсь с Ним, одним духом делаюсь с Ним; познаю опытом, что душа моя от Бога произошла и к Богу должна всегда обращаться.)

† Покорись Церкви всесовершенно и верь, что она спасет и тебя; она спасла миллионы христиан, спасет и тебя. Будь только покорным слугою ее; исполняй, что она повелевает; не мудрствуй паче, еже подобает мудрствовати (Рим. 12, 3); до тебя достойнейшие мудрствовали в Духе Святом, тебе нечего, ты только принимай отверстым сердцем все преданное ею. Все, что тебе предано для хранения, душе спасительно; все это испытано, пережито умом, сердцем, делом, телом, всем существом.

† О молитве. Иные лишь только начинают молиться, как уже думают скорее кончить. Это наемничество. Недостойна христианина, как свободного существа и как сына Божия по благодати, такая молитва. Заранее не жди пользы от такой продажной молитвы.

† Цените высоко слово человеческое: одно слово — Иисус, сказанное от сердца, производит чудеса жизни в нашей душе. — Сам Бог называется Словом.

Слава животворящим Тайнам (Преждеосвященная Литургия в среду на пятой неделе Великого Поста)! — Вчера, купавшись вечером в шкафу, я от холодной воды значительно простудился, и утром на следующий день чувствовал себя тяжело; меня ломало; сердце было какое–то бесчувственное, маловерное, унылое, мрачное, больное, весь я был как бы скован со стороны тела болезнью, со стороны сердца — греховным маловерием и унынием (заметить надо, что я накануне повредил душе и телу своему пресыщением от рыбного стола, отчего чувствовал тяжесть накануне весь день — до купанья и до чая); молился за службою вяло, холодно, претыкался в ектениях и был, как и сам чувствовал, ни к чему не потребный раб. Но, о благость Божия! Лишь только я причастился Преждеосвященных Даров — вся моя вялость душевная и болезнь телесная спали мгновенно; я ободрился, возвеселился и день весь тот чувствовал себя хорошо!

Надо помнить, что Бог есть Бог Живой и оживляющий всех, что и Богородица жива, как и все святые и слышат нас в Боге. — Призывая в молитве Божию Матерь и святых, мы более и более утверждаемся в вере в жизнь по смерти и в надежде воскресения и жизни вечной. — Лютеране в этом случае много теряют, не почитая святых икон и не молясь святым как угодникам Божиим, ходатайствующим об нас пред Богом.

От обращения мыслей моих и сердца моего к Богу, к Владычице, к другим святым я получаю мир, радость, святыню сердца, жизнь — всегда, когда только искренне мое обращение. Что вы скажете против этого, вы, говорящие, что не получаете пользы от молитвы? Говорите: молишься, молишься, а пользы нет; нас никто не слушает? — Тогда как надо было бы всю вину слагать на себя, вы слагаете ее на Бога.

Бог дает и молитву молящемуся (Ср.: 1 Цар. 2, 9); как же Он не услышит? [218]

Ты знаешь по опыту, как враг злобно и сильно нападает па нас, заставляя нас мысленно произносить в какой–то злобе хулы на Самого Господа, Пречистую Матерь и святых Его; если ты, уже пириобыкший к духовной брани с врагами, если ты, священнонаучаемый в этой брани Духом Божиим и святыми Ангелами–хранителями, не увлекаешься невольно потоком диавольской хулы и мысленно не говоришь дерзости: это только благодать Божия подкрепляет тебя, а не своею силою противостоишь врагу. Поэтому не извинишь ли охотно и великодушно людей, говорящих тебе в лицо по злобе диавола, в них действующего, разные обидные, дышащие несправедливостию и злобою слова? Не перенесешь ли с совершенною, христианскою кротостию, зная их источник? Ей, перенесешь с кротостию и незлобием, и должен перенести. Только вспомни ты, каково тебе самому противиться действующему в тебе прилогу диавольскому, его клевете и хуле на Господа и на Пречистую Его Матерь и святых? — Вот, например, ты нередко не в состоянии бываешь разом отразить хулу диавола на Бога касательно Божественного свойства Его вездесущия и остаешься в маловерии касательно Его вездесущия. Разве это не крайнее оскорбление Господу, истинно везде, сущему и вся исполняющему? [219] — Господи! Прости нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим (Мф. 6,12). Все мы грешим много — против Тебя и друг против друга.

† Ты всюду — во всякий дом и во всякое место несешь с собою, на себе и в себе воздух и в том месте, куда входишь, непременно встречаешь воздух, равно на тех, которые там есть, pi в тех — то есть внутри их; Господа ли Бога не вносишь с собою и в себе и во всякое место, и Господь ли не находится в том месте, куда входишь, с теми и в тех, которые там есть, и не Господь ли поддерживает их мысленное или то, что по образу и по подобию в них, не Он ли содержит самый воздух, не Он ли Вседержитель? — Как у брега уст наших всегда стоит океан воздуха, как у рта рыбы так же всегда стоят воды, так у сердца нашего всегда стоит Господь: се, стою при дверех и толку (Откр. 3, 20). — А сердце запираем от Господа неверием и грехами.

† Бог есть всемогущая Держава всех миров вещественных, паче же — пречудная, преблагостная, всеправосудная Держава мира духовного — Ангелов и человеков. В руце Его все духи, их покой и блаженство и их томление и мука.

Когда Бог называется Отцем, Словом и Духом: то этим показывается превысочайшая целостность Божества, высочайшее Совершенство Его Существа, состоящее в Трех Лицах всесовершенных и, если можно так сказать, благопотребность Каждого из Лиц в Существе Божества, как и человек — образ Божий состоит из духа, души и тела, или имеет в своем существе мысль, слово и дух, от мысли или души чрез слово исходящий и в слове почивающий; или, поколику человек есть существо падшее и находящееся часто во власти диавола — имеет мысль мрачную, нечистую и беспокойную, чрез слово обнаруживающуюся в беспокойном и злобном духе, который часто есть истая диавольская сила. Братия мои! Не видите ли, как мы иногда хулим Божество своим нечистым, мрачным и злобным состоянием своей души — хулим Отца, Слово и Духа Всесвятого, Духа Утешителя, почивающего в достойных любовию и миром. Напротив, человек с благостным настроением души своей, способный утешать всех словом, славит тем Отца и Сына и Святого Духа Утешителя. Яко возмощи нам утешити коегождо утешением, имже сами утешаемся от Бога (Ср.: 2 Кор. 1, 4).

Помни всегда и держи на сердце великие слова Спасителя и Церкви о Боге: Твоя держава, и Твое есть Царство, и сила, и слава, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков [220]. Не диавола держава над миром и людьми, не его царство и сила: он хищнически вторгся и вторгается временно со своею державою и силою, ограниченными Богом и всегда ограничиваемыми ныне; не было его славы в мире Господнем: и мир грешников всегда хулили и хулят, а не славят его, отца лжи и убийцу (Ср.: Ин. 8, 44); а вечная держава, Царство, и сила, и слава над всем и над всеми — Отца и Сына и Святаго Духа; все Три Лица Божества равно явили и являют и до скончания века будут являть в Своем мире и в мире самых злых духов Свою вечную державу, Царство, силу и славу в благоденство и спасение тварей, в муку и вечную погибель злых духов и нечестивых человеков. — Да будет же наша крепкая надежда во всем на Отца, Сына и Святаго Духа, Коего державою содержимся, в Коем Царстве благоденствуем и спасаемся, Коего силою сильны, Коего славою славны и всегда восхищаемся телом и душою.

† Куда ни посмотрю сердечными очами: внутрь ли себя, на себя ли, вне ли себя, везде вижу сильный повод к благодарению и славословию Господа; но когда смотрю только внутрь себя, тогда вижу самый сильный повод к прошению, благодарению и славословию. Вся сила сердца моего, весь свет очию (Ср.: Пс. 37, 11) моего сердца — от Бога; вся крепость телесная, все, служащее к поддержанию жизни телесной, — от Бога: везде вижу славу, единую славу Бога моего и ничего не вижу в себе, чем бы я сам похвалиться мог своим, как своим. Слава Дающему мне крепость, слава Действующему мною и во мне [221]. Так как я ничего своего не имею, а имею все от Бога до малейшего доброго движения сердечного, до мысли святой и светлой, и без Бога я — ничтожество, хуже — всякое зло, то я сильный повод имею за всем прибегать с прошением к Богу. — Особенно я сильный повод имею благодарить Бога моего за пречистые и животворящие Его Тайны, Тело и Кровь: они — все для меня, и молитвы ко Причащению суть образец прошения, благодарения и славословия; тут вместе — и прошение, и благодарение, и славословие. Невольно славословлю Бога и Господа Иисуса Христа за неизреченную Его любовь к нам — смертным, в Святых Тайнах являемую.

† Для умной, невидимой души нашей искренняя мысль о Боге есть сила и жизнь.

Смотри, как благостно и премудро Господь Бог устроил: пчела трудится, собирает мед не для себя, а для других, для удовольствия людей. Так и ты не для себя только трудись и употребляй плоды трудов, но для других: пусть другие вкусят сладости от твоих трудов. — И это как в духовном, так и в житейском, экономическом отношении. — Радуйся, что ты можешь быть орудием бесконечной благости Божией к другим, проводником щедрот Его к тварям Его разумным, достойным или недостойным.

Господь не ограничивается ни бесконечно малым, ни бесконечно великим: потому что и то и другое Он создал; и для бесконечного, всемогущего Духа одинаково ничтожно Его творение, бесконечно малое и бесконечно великое (относительно), потому именно, что оно Его творение. † 

Святые по преставлении своем не в пример ближе к нам, чем при жизни: во время жизни они, естественно, находятся телом своим в одном известном месте, хотя духом своим и бывают иногда в других местах: как, например, дух Елиссея ходил с рабом его Гиезием, обманувшим Неемана (См.: 4 Цар. 5, 26); но после смерти они не связываются телом и, будучи един дух с Господом, по Писанию: прилепляяйся Господеви един дух есть с Господем (1 Кор. 6,17), — делаются некоторым образом причастными Его вездесущия и удобно слышат всех, призывающих их, видя в Боге нужды их душевные и телесные.

Все, не имеющие брачного законного соития, ведайте и помните, что вам, для сохранения своего тела в чистоте и целомудрии, нужно осторожно, С рассмотрением употреблять пищу и питие, и именно в скоромное время употреблять меньше питательной пищи, мяса, молока, яиц и пить вина, пива, а в постные — стараться или не есть свежей рыбы вкусной или есть умеренно, и при том — соленую; наше тело очень немного требует для поддержания его сил и здоровья, и если вы будете употреблять пищи и пития больше, чем сколько следует, то природа будет усиливаться извергнуть лишнее от себя чрез извержение семени; от того будет происходить раздражение половых органов и требование природы удовлетворить им — требование, которого вы виною будете сами. Не пейте много сладкого чаю и не кушайте много сладкого: это также влечет за собою извержение семени.

Еще будучи на земле, я, персть, посредством молитвы беседую с Херувимами, Серафимами и всеми небесными Силами, прося всех ходатайства о себе пред общим всех Владыкою. Молитва не знает расстояния или средостения между небом и землей. Я, как и они, образ Божий — вот мое право к беседе с ними.

Пятница пятой недели Великого поста. Исповедовал совершенно спокойно и совестливо, с теплотою души. Тяжести на сердце не было. Сомнения ядовитого — от прилога диавольского — тоже. Слава Богу! Дай Бог всегда так исповедовать!

† Когда я молюсь Богу или Владычице или Ангелам, я получаю ответы на свою молитву и из этого крепко уверяюсь, что есть мир духовный и что я составляю часть его, этого невидимого мира: молясь от сердца Богу или Владычице или Ангелам, я получаю в сердце свое свет, крепость, покой, блаженство и из этого познаю, что блаженство мое в Боге. — Далее развить.

Верь в человеческое достоинство человека, в его доброту, как бы он ни был зол, лукав, горд, сребролюбив, завистлив, скуп, и прощай ему всегда его грехи и прегрешения против тебя, зная, что и ты сам тому же подвержен.

Господи! Даруй мне служить другим всем и не себе угождати.

† Помни, что у людей бывают минуты или часы и дни мрака и минуты, часы, дни света, минуты добра и минуты зла, радости и уныния, мира и душевных бурь, но человек — не демон; он больше несравненно бывает добр, чем зол, больше ходит во свете, чем во тьме. Потому, видя человека в злобе душевной, или во мраке, или подверженным другой какой–либо страсти, вспомни, что он бывает и добр и любезен, покоен и весел; и потому не будь злобен против него сам в часы его злобы, но тогда–то особенно и старайся быть к нему добрым и ласковым, как к больному, зная, что это — переходное его состояние и большею частию бывает делом коварства над ним врага.

† Как тело наше живет теми стихиями, из которых само составлено, и постоянно впитывает в себя воздух, воду, органические тела, так и душа наша живет Божественным Духом, от Которого она имеет свое начало и постоянно впитывает в себя для поддержания своей жизни жизнь Триипостасного Бога чрез молитву и ум, свет ума и благие расположения и желания сердца и воли и крепость в добре. Как тело, не питаясь сродными ему началами, не сможет жить и умирает, так и душа наша, не питаясь молитвою или добрыми мыслями, чувствами, делами, — также умирает. — Как в телесной нашей природе все совершается благополучно, питание, возрастание тела, но если попадет яд или зараза чрез пищу или питие или дыхание, то вдруг причиняет ему боль и смерть, в случае неподачи помощи, так и в духовной нашей природе течет все благополучно, но когда приразится к ней диавол, тогда она тяжко страдает и как бы оцепеневает, и нужна ей бывает скорая помощь от Небесного Врача, Бога духов (Чис. 27, 16) [222], которая получается не иначе как чрез молитву — веры. Прилоги диавольские к душе человека соответствуют ядам в телесной природе. — Только яды вещественной природы редко попадаются в наше тело; а эти — всегда с нами или около нас. Как для питания и поддержания жизни нашего тела всегда готова та среда (средина), в которой оно живет, именно: свет, воздух, вода, пища, и воздухом, как более необходимым для его жизни, оно постоянно окружено, вода везде, так сказать, находится под руками, равно как растения и животные; так и для души нашей всегда готовы в изобилии силы для поддержания ее жизни, ее духовная пища, питие, одежда — в Триедином Боге, Который, находясь весь на всяком месте, как бы воздух, или как мысленный Свет, каждое мгновение нашей жизни готов, по вере нашей и ради постоянно молитвенного настроения нашей души, поддерживать наши душевные силы Своею всюду сущею благодатию, бывая для нас непрестанно светом нашего ума и сердца, воздухом, которым дышит душа наша, пищею, которою она питается и подкрепляется, и теплотою животворящею, которою она согревается, и одеждою, которою она не только прикрывает свою греховную наготу, но и украшается ею, как царскою порфирою: это одежда оправдания Христову. Так человек каждое мгновение своего бытия находится в двух средах — вещественной и духовной, из коих все получает; одна поддерживает его телесную, другая — духовную его природу: и одна есть видимая природа, другая — бесконечный Ипостасный Дух Божий; Который, будучи весь везде, есть превыше всего и, содержа все, Сам ничем не ограничивается. — Так ничтожен и немощен сам по себе всякий человек, что он все получает не из себя, а от иныды [223] — для поддержания своего бытия, сам он — ничто. — И как тело его поддерживается воздухом, пищею и питием, так душа — молитвою, чтением Слова Божия. С другой стороны — и Святыми Таинствами.

Так как в Царстве всеблагого и вседержавного Бога имеют место падшие, злые души, именно местом своим имеют воздух и землю, и как человек увлечен был ими ко злу с самого начала; как они всегда были и теперь есть и будут — до скончания века — вместе с родом человеческим: то и они составляют, так сказать, среду, которою мы окружены и в которой мы живем. — А как мы люди — существа свободные и притом падшие, хотя и восстановленные Сыном Божиим и стоящие в этой благодати свободно — верою, добрым расположением к Богу и добрыми делами, то мы должны постоянною молитвою к Богу огребаться от противных сил, воюющих на нашу душу, хотящих уловить нас в плен свой и сделать подобными им по духу; то крайне нужно остерегаться всем, чтобы по своему духу и по своим делам не освоиться нам с духами злобы поднебесными (Еф. 6, 12), чтобы они не сделались дыханием нашей души вместо Бога, чтобы зло, составляющее их природу, не сделалось нашим злом. Впрочем, мы должны всегда помнить при этом, что болий есть Иже в нас, нежели иже в мире (Ср.: 1 Ин. 4, 4), что Господь и их содержит в полной Своей власти и только попускает, сколько Его правда, благость и премудрость позволяют, действовать им в мире, к вразумлению и исправлению человеков. Но есть люди, которые диавола имеют и своею одеждою ii пищею и питием, как истинные христиане во Христа облекаются (Ср.: Гал. 3, 27), Его Телом и Кровию питаются. Везде в мире двойственность — одно против другого: дух и тело; добро и зло. Сатана имеет своих клевретов и помощников для распространения в людях своего владычества; Бог — имеет Ангелов, которых дает каждому христианину — для ограждения его и для руководства к блаженному Царству Христову.

Молитва — сердечная — избавление от духовной смерти; враг часто не дает сердечно помолиться, отводит молитву от сердца, чтобы остаться нам в нашем безотрадном состоянии. Надо принудить себя помолиться сердечно, прочувствовать искренне те грехи, в которых запутался в тот день: и слезы сокрушения и умиления расплавят грехи и омоют грешное сердце и бесов, возгнездившихся в нем, прогонят, а Бога умилостивят.

Помни, что рядом с веществом везде идет дух, господствующий над материею, потому–то в Церкви с вещественным везде идет об руку духовное, и наоборот, как и в самом человеке — душа и вещественное тело. — Обоя же Господь сотвори (Ср.: Еф. 2, 14).

Одна духовная, весьма умная и образованная дочь открыла мне на духу, что она имела несчастие представлять Третие Лице Святой Троицы не тем, чем Он есть в самом деле, а тварию, и горько об этом сокрушалась и плакала и вздохи из глубины сердца испускала; видно было по всему, что ложное мнение о Святом Духе было для нее несчастием душевным и великим несчастием, она не имела жизни в сердце, пока неправо мудрствовала о Третьей Ипостаси Святой Троицы. Так злой дух коварствует в сердцах и умах христиан против Святого Духа! Так демоны злобны против Святого Духа!

С жадною торопливостию никогда не употребляй пищи, а равнодушно, спокойно, с рассуждением. Кто ест с жадною торопливостию, в том коварствует бес и непрерывно <тот> будет часто ввергаться от него в объядение. Жадность к пище есть страсть; во всех страстях участвует диавол. Не надо забывать, что ядию он поверг в тление [224] весь род человеческий, и теперь он многих, многих предает вечной погибели чрез пищу и питие. — Посмотрите, как сильно обаяние пищи и пития; как неосторожные, оземленившие себя люди изысканно приготовляют себе пищу и все свое удовольствие, всю жизнь свою поставляют в пище и питии.

† Не верующий в вездеприсутствие Божие в мыслях своих и в сердце своем клевещет на державу Божию и не приписывает Ему и того свойства, которое имеет воздух: ибо и воздух есть везде: Творец ли воздуха не везде?

Что Бог везде, этому сильным доказательством служит самое неверие в вездесущие или вообще какой–бы то ни было грех. Так, при неверии сердце мое стесняется, претерпевает какое–то жжение, томится, мучится, ум помрачается, я нахожусь весь в безотрадном положении. Но при живой вере, что Бог везде, на всяком месте и, значит, всегда со мною и во мне, — мое сердце широко, свободно, легко, живо, ум светел; я — в отрадном положении. — Таким образом, то самое, что меня убивает, служит разительным доказательством того, в бытии чего я сомневаюсь. Неверие потому и мучит меня, что оно есть клевета сердца моего или злого духа на Бога, Который есть Жизнь моя, и мысленное отрицание моею свободною душою Само–Живота есть, естественно и праведно, смерть для ней. — Еще: Бог есть мысленное Существо, и душа моя — тоже мысленное существо от Первого мысленного: потому и общение с Богом бывает у меня чрез мысль, чрез веру сердца, которая есть не иное что как живая и ясная мысль, что Бог есть на всяком месте; когда у меня вместо такой мысли есть мысль противуположная, отрицательная, значит, когда соединительное начало души моей с Богом пресечено — тогда нет для меня и жизни истинной, а есть один призрак внешней, низшей жизни, животной.

За что мне сердиться на ближнего, если он и обижает меня? Все худое в нем — от диавола, как все доброе от Бога.

Зачем я доселе не попираю сердцем тленных снедей и не вменяю их наравне с брением путей (Пс. 17, 43)? — Еще я плотской человек, страстный, еще надеяние во плоти крепко во мне. — Замечательно, что когда я употребляю с услаждением и в обилии разнообразную и приятную пищу: тогда в сердце моем бывает крепче надеяние на пищу, сильнее бывает привязанность к ней; удобнее овладевает мною враг и труднее соединяюсь я с Богом.

Когда сердце твое алчно пожелает какой–либо награды, представь себе, что награда христианина, особенно священника, есть Христос: мзда Моя со Мною, воздати коемуждо по делом его (Откр. 22, 12). Явлыиуся Пастыреначальнику, приимете неувядаемый славы венец (1 Пет. 5, 4). Мзда ваша многа на небесех (Мф. 5, 12); что награждаемые здесь восприемлют мзду свою (Мф. 6, 2, 5, 16). — Когда нетерпеливо пожелаешь скуфьи на голову [225], представь, что величайший Подвижник и Подвигоположник Христос носил за Свое беспримерное служение человечеству на главе Своей терновый венец с острыми иглами; заметь — не фиолетовый бархат украшал Его главу, а червленая кровь Его из пронзенной тернием главы Его — и тогда остынет в тебе желание скуфьи или другой награды. Представь еще, что твои заслуги человечеству ничтожны, что ты больше служишь для себя, чем для людей, и что за свои труды получаешь достаточное вознаграждение.

Знайте и твердо помните, что чрез невоздержание в пище и питии постоянно пленяет вас диавол и держит в своей власти ваше сердце, а с сердцем и всего человека с его мыслями, намерениями, словами и делами.

† Что имаши, егоже неси приял? (1 Кор. 4, 7.) — Разбери свое тело: Кто его устроил? Сделал ли ты хоть один волосок в нем? — Нет. Разбери свою душу. — Чьи у тебя добрые, светлые мысли, слова, сила делать добро, равно как и желать его? — Божьи, и чтобы доказать твоей гордости, что они не твои, а Божьи, Бог лишает тебя нередко для вразумления твоего света мысли: и ты остаешься в умственном, убийственном мраке. Лишает тебя слова: и ты не можешь говорить; лишает твое сердце его света и силы для всякого добра: веры, надежды, любви, впрочем по твоей же невнимательности к себе, и оно бессильно бывает для всего доброго. Итак, прославляй вечную державу над людьми Бога.

† Степени блаженства и мучений в будущем веке будут различны. Это доказывается и настоящим состоянием душ у различных людей или у одного и того же человека в различное время при различных состояниях его души. Чем проще, добрее, общительнее человек, тем он блаженнее внутренне; чем лукавее, злее, самолюбивее, тем несчастнее; чем сильнее в нем вера и любовь, тем блаженнее; чем слабее, тем хуже, и маловеры, безверы, человеконенавистники — самые несчастные люди. — Поэтому разумевай и о будущих мучениях.

† С крестным знамением — коим мы крестимся обыкновенно, если оно соединено с живым представлением о Господе Иисусе Христе, соединена державная сила — прогонять бесов из сердца и страсти. — Опыт. Апреля 10, 1861 года.

Ищите прежде Царствия Божия (Мф. 6,33), то есть всеми мерами умудряйтесь достигнуть того, как бы воцарился в сердцах ваших Христос и исполнил чрез вас всякую добродетель; со всем усердием старайтесь искоренять из сердца своего всякое зло, всякую страсть — самолюбие, зависть, ненависть, скупость, сребролюбие, гордость, славолюбие, чрез которые царствует в вас диавол, и со всем усилием старайтесь насаждать искреннюю любовь к Богу и ближним, благожелание ко всем, стремление угодить всем всяким образом по истине, кротость, смирение.

Молясь Богу, помните, что Бог есть Три Лица и как Он есть Лице и Лица, то Он в бесконечности имеет все те совершенства, какие мы можем вообразить в совершеннейшем каком–либо, по благодати Божией, человеке, например, в Пресвятой Деве Марии, в Предтече, в Николае Чудотворце, в Иоанне Златоусте или в апостолах, пророках, исполненных Духом Божиим. Человек есть образ Божий и подобие Божие; по совершенному образцу можно отчасти судить о Первообразе, каков Он; все лучшее, привлекающее наши сердечные взоры и сердечное расположение в человеке —* от Бога, от Слова Его и от Духа Его. Например, Святитель Николай был и есть сострадателен и милосерд к людям по благодати Божией. Всегда он и ныне благопослушлив искренно его призывающим, но тому же благостному сердцу, которое имел при жизни и ныне имеет по благодати Божией. Теперь, Сам ли Г осподь Бог не сострадателен и не милосерд и сколько сострадательнее и милосердее? — Бесконечно больше, как Сам бесконечно больше Святителя Николая. Или возьми апостола Павла. Вот утроба человеколюбивая. Об Онисиме, слуге Филимона, он говорит его господину: ты его, мою утробу, при ими (Флм. 1, 12). Какая любовь! А какая любовь дышит в его посланиях! Сердце мое распространилось, говорит он Коринфянам, не тесно вмещае теся в нас (Ср.: 2 Кор. 6, 11–12). — Описал он в одном послании, в чем состоит любовь (См.: 1 Кор. 13, 1–8): Божественно это описание, но, читая его, чувствуешь, что Апостол на деле все то исполнил, что написал о любви. — Но откуда эта любовь в Апостоле, прежнем гонителе и досадителе христиан, который, входя в домы, влачил мужей и жен, предавая их немилосердо в темницы (Ср.: Деян. 8, 3)? — От Господа, Источника любви. — Он Един есть вечная и беспредельная Любовь (1 Ин. 4, 8, 16), обнимающая Собою всех тварей.

Ты получил набедренник: многозначительная награда [226]. Такою она и почиталась издревле в Греции и в России в древние времена. Доказательством тому служит то, что она усвояется, по скрижали, старейшим пресвитерам. Что она означает? — Ее значение показывают слова, которые говорит священник при надевании набедренника. Прочитаем их: Препояши мечь Твой по бедре Твоей, С иль не, красотою Твоею и добротою Твоею: и наляцы, и успевай, и царствуй истины ради и кротости и правды: и наставит Тя дивно десница Твоя (Пс. 44, 4–5) (Господь — десная рука моя) всегда, ныне и присно и во веки веков. Первоначально эти слова относятся к Спасителю, препоясавшемуся нашего ради спасения мечом плоти и Крестом Своим и этим мечом или мечами поразившему врагов нашего спасения; Он всю жизнь наляцал, успевал в деле нашего спасения и царствовал в сердцах добрых и простых людей истины ради Своей и кротости и правды. Во–вторых, они относятся к священнику, носящему на себе образ Христов, ратнику в подвиге спасения своего и своей паствы, пастырю и учителю и означают его преуспеяние, навык и силу в духовной жизни, в борьбе со врагами спасения; означают, что внутренность его бедра, которую сильно старается уязвить диавол и именно правого бедра — получила безопасность от врага с помощию Божественной благодати, которая есть красота и доброта христианина; что священник обязан напрягаться в подвигах мысленной брани с мысленными врагами спасения и успевать в ней с помощию Крепкого и Сильного в брани (Пс. 22, 8) и в сердце его должна царствовать истина, кротость и правда, то есть сам Христос или Его благодатное Царство. Достиг ли ты всего этого? Если достиг: благодари Христа Господа — Силу твою и носи твой набедренник как знамение твоего преуспеяния в духовной жизни и в борьбе со врагами спасения; и пусть он служит для тебя всегдашним напоминанием о твоем воинствоваиии в этой жизни со врагами твоими и врагами словесных овец твоих, о необходимости стоять тебе в истине, кротости и правде. — А если нет, напрасно носишь ты набедренник — только в обличение твоей жизни, не сообразной с твоим саном, в твоем бессилии против врагов спасения, в твоем небрежении и невнимании к делу спасения. † 

Когда покроет тебя адский мрак, вспомни тогда, что есть и свет Божий; есть ночь, но есть и день; есть смерть, но есть и жизнь — и торжество жизни везде.

Какое удовлетворение мы приносим Богу за все наши грехи? Никакого. Только веру в Бога и надежду на Его милосердие и сердечное покаяние в грехопадениях! О, как неизмеримо велики к нам милости Божии!

† Люби всякого человека, несмотря на его грехопадения. Грехи — грехами, а основа–то в человеке одна — образ Божий. Другие со слабостями, бросающимися в глаза, злобны, горды, завистливы, скупы, сребролюбивы, жадны, да и ты не без зла, может быть его в тебе и больше, чем в других. По крайней мере в отношении грехов люди равны — все, сказано, согрешиша и лишени суть славы Божией (Рим. 3, 23), — все повинны пред Богом, и все нуждаемся равно в Божием к нам милосердии. Потому, любя друг друга, надо терпеть друг друга любовию и оставлять, прощать им их погрешности против нас, чтобы и Отец наш Небесный простил нам согрешения наши. И так всею душою чти и люби в каждом человеке образ Божий, не обращая внимания на его грехи. Бог един Свят [227] и безгрешен. А смотри, как Он нас любит и, так сказать, почитает, что Он для нас сотворил и творит, как долготерпит, наказуя милостиво и милуя щедро [228] и благостно! — Еще почитай человека, несмотря на его грехи — потому, что он всегда может исправиться.

Умный, говорят, глупому уступает, чувствуя свое превосходство пред ним и умея приспособляться к обстоятельствам. Справедлива эта поговорка.

X Почему Церковь часто молится о царском доме? Потому, что земной царский дом носит на себе образ небесного Царского Дома, Содержащего всю тварь, — Бога Отца, Сына и Святого Духа.

† В классе с мальчиками нужно вести себя благоговейно, кротко, смиренно, как в храме, пред Богом. Ты говоришь, а Сам Бог внутренно священнонаучает; в классе совершается тайна Божия обучения. Един есть Учитель ваш, Христос (Мф. 23, 8), говорит Сам Господь. Бог един учит человека разуму (Ср.: Пс. 93, 10), как Бог разумов [229]; Он един говорит сердцу мальчиков. Всякий учитель должен крепко беречь простые, чистые и добрые сердца детей, их восприимчивую и впечатлительную, как воск, душу. Иначе строго взыщет с него Господь Бог, сказавший о детях: оставите детей приходити ко Мне и не браните им (Мк. 10,14). Блюдите, да не презрите единаго от малых сих… яко Ангели их на небесех выну видят лице Отца Моего Небеснаго (Мф. 18, 10).

† Человек всегда есть образ Божий, а в образе всегда должен отражаться Первообраз; потому, когда каким–либо грехом омрачил ты себя и потому не светит в тебе во всей ясности образ Божий, очисти только свой грех, сними его с образа Божия, как мрачное пятно, молитвою: и засияет опять в тебе образ Божий; а когда сомнением или неверием очернишь его, возбуди только веру, осуди сомнение и неверие со всею искренностию: и он опять засияет в тебе. — Испытано.

X О славословии. Душа невольно порывается к славословию, когда смотришь на звездное небо… Но еще более порывается к славословию, когда, смотря на небеса и звезды, яже Он основал (Ср.: Пс. 8, 4), представишь, как Он помнит о человеке, как Он бесконечно любит его и заботится о его вечном блаженстве, не пощадив и Сына Своего Единороднаго (Ср.: Рим. 8, 32) для спасения нашего во Царствие Небесное. Не можешь не славословить, когда воспомнишь, что ты из ничего создан, что ты предназначен от сложения мира (Мф. 25, 34) к вечному блаженству совершенно туне, не по заслугам, когда вспомнишь, какая благодать Божия подается тебе от Бога для спасения во всю жизнь твою, какое бесчисленное множество грехов тебе прощается и притом не раз, не два, а несчетное число раз; какое множество естественных даров тебе подается, начиная с здорового тела до струи воздуха, до капли воды. Невольно возбуждаешься к славословию, когда в удивлении видишь бесконечное разнообразие тварей на земле, в царстве животном, царстве растительном и минеральном, какое мудрое устройство во всем — в великом и малом! Невольно славословишь и говоришь: дивна дела Твоя, Господи: вся премудростию сотворил ecu! Слава Ти, Господи, сотворившему вся. [230]

Касательно слышания молитв наших следует сказать, что если Церковь составила и передала в общее употребление молитвы и песнопения Триединому Богу и святым Его, то это уже значит, что Бог слышит их и всегда близ молящихся находится. Но молятся большею частию так, как будто бы нет с ними Бога или как бы Он не внимает. Дадим Господу хотя то внимание, какое показывают добрые родители к просьбам детей, хотя ту промыслительную и внимательную любовь, какую имеют добрые родители к детям. Ведь Бог–то Лице (Из Евангелия) [231]. Не возвратится, говорит Владыка, глагол Мой ко Мне тощь, дондеже сотворит вся, елика восхотех (Ср.: Ис. 55, XI); так и наше молитвенное слово не возвратится к нам тоще [232], если от всего сердца помолимся. — Верно. Ежедневный опыт.

Верую и исповедую, что малейшая частица Агнца есть Плоть Христова, малейшая доля кажущегося вина есть Кровь Его [233] и что ядый сию Плоть и пияй сию Кровь в Господе пребывает, и Господь в нем (Ср.: Ин. 6, 56).

† В маловерии человек бывает горд и дерзок: совопросничает с Богом: как? почему? Может ли это быть? Между тем как червю, праху, следовало бы беспрекословно верить Божеству всемогущему. Ведь стоит только взглянуть светлым оком в звездный мир и на землю, и на себя, чтобы сказать в сердце эти слова: да, Богу все возможно (Мф. 19, 26).

Люди живут по всему земному шару. Но люди все от одного человека, от одной крови порождены Богом (Ср.: Деян. 17, 26). Если люди из одного человека сделались таким громадным множеством, живут по всему земному шару и таким образом человек стал как бы вездесущ на земле: то Бог ли не везде — на земном шаре, не говоря о бесконечных других пространствах? Может ли творение быть больше Творца? † 

† Некоторые из прогрессистов почитают Церковь врагом для себя. Но если есть кто любвеобильнее, благожелательнее и мудрее в своей любви относительно людей (после Бога), то это — Церковь; если есть что сообразнейшего с нашею природою и благопотребнейшего для нее — то это все заключается в Церкви, как в сокровищнице, как в Евангелии заключены глаголы живота (Ин. 6, 68). Церковь есть истая мать всего человечества, верующего право во Христа, самый верный друг христиан. Она сочувствует и отвечает всем существенным потребностям души и тела христианина деятельным пособием или подаянием помощи силою Господа Иисуса Христа и Духа Святого, Которым всяка душа живится. [234]

† Священники Господни! Когда молитесь в храме с народом, молитесь сердечно о предстоящих людях [235] и всех православных христианах и не молитесь только о себе, например, готовясь во время службы к причащению. Это неугодно Владыке: молитесь паче о вверенных вам овцах Господних: вы для них поставлены и служите. Тогда только вам позволительно молиться во время службы о самих себе, когда вы пред службою связали себя каким–либо грехом, по грехам своим не имеете дерзновения молиться о людях; но, принесши искреннее покаяние о себе, тотчас молитесь о людях; еще — когда в будни нет народу во храме, а в воскресные и праздничные дни и дни Великого поста молитесь непременно о предстоящих людях и вместе с ними. Не будьте только по одному имени священниками: вашей молитве Господь поручил овец Своих — вашей страже духовной. Чем лучше вам пасти овец, как не молитвою и словом? Потому старайтесь проповедовать часто и просто, от души, при всяком удобном случае.

Сколько раз я испытывал, что тленная пища, чуть–чуть лишне принята, отягощает тело и душу, помрачает, между тем как нетленная пища и душу веселит и укрепляет и телу доставляет покой, живость и легкость!

Слово насущный (хлеб) (Мф. 6, 11) показывает, что мы должны просить и употреблять хлеб только для поддержания жизни, не больше. Разуметь хлеб небесный.

И без Тела и Крови Ты бываешь во мне, Господи, без всякого посредства вещества, а тут — в Тайнах с Телом и Кровию Своею входишь в меня.

Умножение употребления пищи и пития — умножение в живом теле тяжести, болезней и тления. Воистину.

Когда в сердце твоем возгорится злоба против кого–либо: тогда поверь всем сердцем, что она — дело действующего в сердце диавола, возненавидь его и его порождение и она оставит тебя. (Не признавай ее за что–то собственное, не сочувствуй ей.) Испытано. Та и беда, что диавол прикрывается нами самими, скрывает свою голову и свой хвост, притаивается, а мы слепые и думаем, что это все делаем только мы сами, и стоим за дело диавольское, как за что–то свое, как за что–то справедливое. Прочь тут всякая мысль о какой–нибудь справедливости своей страсти: чисто — ложна, богопротивна, пагубна.

Верь также и относительно других. Когда видишь, что кто–либо злобится на тебя: не считай его злобы прямо его делом: нет, он только страдательное орудие врага всезлобного и не познал еще совершенно его лести и обманывается от него. Молись Богу, чтобы враг оставил его и чтобы Господь просветил его сердечные очи, помраченные ядовитым, тлетворным дыханием духа злобы. Надобно сердечно молиться Богу о всех людях, подверженных страстям: в них действует враг.

Страсти, по духовному устроению, заразительны: например, злоба, еще не высказанная на словах, не выраженная наделе, а скрывающаяся лишь в сердце и отражающаяся слегка на лице и в глазах, уже передается душе того, на которого я имею злобу, и другим приметна; возмущаюсь я страстию: мое возмущение касается сердца и другого, и делается какой–то духовный перелив нечистого потока из одного духовного вместилища в другое. Уничтожишь в себе страсть к брату: уничтожится и в нем; успокоишься сам: упокоится и он. Какая тесная связь между душами! Верно слово Апостола: мы есмы друг другу удове (Еф. 4, 25) — члены, или едино тело есмы мнози (1 Кор. 10, 17) (или как Христос говорит: якоже хощете да творят вам человецы, и вы творите им такожде (Лк. 6, 31). В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2). Это естественный закон возмездия, основанный на тожестве нашей природы) [236]. От единыя крове весь род человеческий (Деян. 17, 26). — Потому–то Божественная заповедь требует: возлюбиши искренняго твоего якоже себе (Ср.: Лев. 19, 18; Мф. 22, 39). На взаимном чутье или понимании наших душ друг друга основывается действие или бездействие проповеднических слов: если проповедник говорит не от сердца, лицемерно, слушатели внутренним чутьем понимают несоответствие слов проповедника с его сердцем, с его жизнию и слово не имеет той силы, которую оно могло бы принести в том случае, когда проповедник произнес бы его сердечно, особенно когда сам исполнял бы слово свое на деле. Между душами человеческими находится слишком тесная внутренняя связь и сообщение, потому–то и добрые, благочестивые, сердечные расположения сообщительны душам других, особенно же — добрые дела. Как человек состоит из души и тела, то соответственно с этим и средства к поддержанию его жизни двоякие: телесные и духовные. К поддержанию телесной жизни служат: воздух, пища, питие, свет, теплота; к поддержанию духовной жизни — молитва (как воздух), чтение Слова Божия, животворящие Тайны, благочестивые размышления.

Я в Боге, с Богом, пред Богом, под Богом. Он — Жизнь моя. Для телесной жизни моей Он разлил воздух, воду, произращает пищу, а для души моей — Сам, везде сый и вся исполнялй [237], Сам и воздух, и пища, и питие — постоянно я нахожусь и хожу, и сижу, и сплю, и ем, и делаю в воздухе: тем более душевно нахожусь всегда и во всяком месте в Боге.

Первое — образ Другого. Для дыхания нужно держать раскрытыми уста и обоняние; для жизни по духу — нужна молитва. Для того чтобы молитва была искренняя, всецело обняла душу, сосредоточена, для этого нужно внимание к своему сердцу, собранность или устремление ума и сердца к единому Богу, отвержение от сердца всякой лжи, двоедушия и приверженности к земному.

† Знамения веровавшим сия последуют: именем Моим бесы ижденут (Мк. 16, 17). Знамения веровавшим. Значит, когда бы и где бы ни жили и где бы ни были эти верующие — только бы они были верующие — они будут изгонять именем Спасителя бесов от себя или из других. Только произнеси с верою несомненно во всемогущую державу Спасителя–Бога имя Его или изобрази рукою знамение Креста: и кто бы ты и где бы ты ни был, ты прогонишь сопротивные силы.

† Все во мне, Господи, Твое, кроме греха; своего — ничего. — Впитай разумно эти слова сердцем своим, как губкою.

Радуйся, Благодатная: Господь с Тобою (Лк. 1, 28). — Господь и со всякою верующею в Него благочестивою душою. Сопребывание Господа с Девою Мариею до зачатия Ею Спасителя не есть особенность, свойственная Одной Пречистой Деве — нет: Господь со всякою верующею душою. Господь с тобою. Эти слова можно сказать всякому человеку, хранящему заповеди Господни. — И ко всем Господь близок: только люди сердцами своими далеки от Него, по мыслям своим, по намерениям, по расположениям сердечным, по словам и делам своим, противны Закону Божию. С вами есмь, говорит родившийся от Пресвятой Девы Господь наш, до скончания века (Мф. 28, 20), то есть с каждым из нас, во всякое время, во все роды (Еф. 3, 21), во все времена, на всем земном пространстве — до скончания века.

† Как жизнь тела моего зависит от воздуха и без него — в безвоздушном пространстве я не могу жить: вдыхание и выдыхание воздуха есть процесс жизни органической; так душа моя зависит всесовершенно от Духа Животворящего, и без Него я не могу жить душою и душевно умираю, то есть лишаюсь света, покоя, радости и остаюсь во мраке, убийственном хладе, скорби, томлении — или в огне, в тесноте, словом: испытываю многочисленные виды духовной смерти.

† Вся возможна верующему (Мк. 9, 23). Всоси эти слова в сердце свое. Что есть вера? Стояние сердца в истине Божией и отвержение от себя лжи диавольской, клевещущей на Божию истину. Как верующий соединяется верующим сердцем с Богом, так неверующий — неверующим сердцем соединяется с диаволом, отцом лжи (Ин. 8, 44) и смерти.

Сотни немощей прощай всякому человеку, тысячи — отцу своему и матери своей.

† Величайшее, постоянное заблуждение нашего сердца, с которым везде нам нужно бороться непрерывно — во всю жизнь, вечером, утром и днем, это — тайный, сатанинский помысл его, будто мы можем быть без Бога и вне Бога где–нибудь и когда–нибудь, хотя бы на одно мгновение; надобно непрерывно утверждать его в Боге, от Которого оно постоянно мысленно отвращается, и великий успех в христианской жизни стяжал тот, кто может искренно воскликнуть с Анною, матерью Самуила: утвердися сердце мое в Господе, вознесеся рог мой в Бозе моем, разширишася уста моя на враги моя, возвеселихся о спасении Твоем (1 Цар. 2,1).

БОГОМАТЕРb И СВЯТЫХ

† Хочешь видеть Бога, Которого ты так усильно хотел бы видеть и едва не осязать? Вот тебе образ и подобие Его — человек: осяжи его и виждъ (Ср.: Лк. 24, 39). Сотворим человека по образу Нашему и по подобию. И сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его: мужа и жену сотвори их (Быт. 1, 26–27). Ты везде в природе видишь рядом, об руку идущим дух и материю, видишь проявление в материи и ее силах премудрости, благости и всемогущества Бога, но нигде не видишь Его образа и подобия, — а вот в человеке и самый образ и подобие Божие: обними в нем подобие твоего Творца и Господа, возлюби его и люби его неизменно всю жизнь, как бесценный образ Его, великодушно прощая ему его погрешности в жизни или обиды против тебя, которые он делает большею частию по коварству диавольскому и крайне берегись чувств и расположений к нему злобы, лжи, зависти, скупости, гордости, которыми подстрекает тебя диавол, зная, что, питая их против него, ты питаешь их против Бога к разрушению святого, всесвязующего чувства любви. Возлюбиши искренняго твоего яко сам себе (Мф. 22, 39; Лев. 19, 18). Не любяй брата своего, егоже виде, Бога, Егоже не виде, како может любити? (1 Ин. 4, 20.)

Надобно помнить, что Бог есть Бог Живой и Оживляющий всех; что и Богородица жива, Ангелы и святые, что они слышат нас в Боге.

Отражение солнца в стекле фонаря. Я шел к утрени. Солнце было на востоке и отражалось в висящем на столбе фонаре. Отражение было так полно и ярко, что нельзя было смотреть на него, как на самое солнце. Я подумал: если вещественное, сотворенное солнце отражается с такою полнотою сияния в прозрачном стекле, то мысленное, Несозданное Солнце — Бог не отражается ли в чистом от греха (как темного начала) сердце человека, не отражается ли Он блистательно в святых Своих, ради соединения с Ним, ради любви к Нему очищающих себя здесь от всякой скверны плоти и духа и творящих святыню в страсе Божием [238]? — Да, велелепотно отражается в душах избранных Своих, и эти чистые души, эти чистые образы Божии, как стекло прозрачные, блестят, как злато на солнце, как алмазы лучшей воды, но блестят для Бога и Ангелов, не выказывая своего блеска людям, впрочем, по Божию устроению, сияя для них светом своей веры и своих добродетелей, как бы необходимо, подобно свече, поставленной на подсвечнике в комнате и освещающей комнату со всеми, которые в ней находятся. Еще: если сотворенное солнце отражается в фонаре, то не отражается ли Оно [Несозданное Солнце] все и притом существенно в Пречистой Плоти и Крови Своей на алтаре Господнем действием Духа Животворящего? — Да, отражается — все со всем светом Своим и со всею любовию Своею — так, что ядый Плоть сию и пияй Кровь сию в Боге пребывает и Бог в нем (Ср.: Ин. 6, 56) — Тело и Кровь бывает всецелый Христос.

Отражение стеклянного полукружия в куполе собора в стеклянном колпаке над ковчегом в соборе на престоле.

† О молитве. Прошение против гордой плоти нашей, все приписывающей себе; благодарение — против бесчувственности плоти нашей к бесчисленным благодеяниям Божиим; славословие — против плотского человека, ищущего славы только себе.

† О блаженствах. Почему Господь говорит: блажени… блажени (См.: Мф. 5, 3–11)? Опровергая ложные мысли о блаженстве людей века сего pi для того, чтобы обещанием блаженства истинного, вечного, привлечь свободных тварей к деланию добрых дел.

От обращения мыслей моих и сердца моего к Богу, к Владычице, к другим святым я получаю жизнь, мир, святыню, радость — всегда, когда только искренно мое обращение. Что вы скажете против этого — вы, говорящие, что не получаете пользы от молитвы? Отчего же я получаю? Отчего многие другие получают? Говорите: молишься, молишься, а пользы нет: нас никто не слушает. Вот что я вам скажу на это. Очистите руце, грешницы, прежде чем приступите к молитве, исправите сердца ваша, двоедушнии: постраждите и слезите и плачитеся… приближитеся к Богу, и приближит ся вам (Иак. 4, 8–9). — А то сами вы не приближаетесь к Нему сердцем, а только устами (Ср.: Ис. 29, 13; Мф. 15, 8), ложно, и говорите: вас никто не слышит. Заговорите голосом сердца на молитве вашей: и ваша молитва во мгновение у Господа и принесет вам плод. Соберите мысли свои из рассеяния мира и обратите их к Богу всецело; примиритесь со всеми; пусть в сердце вашем царствует мир и тишина — пусть замолкнут все страсти, все привязанности сердца к земному, воздыхайте глубоко и искренно, проливайте слезы теплые и нелицемерные о грехах своих, зрите свои грехи, осуждайте себя немилосердно и чистосердечно: и увидите, что Господь не заставит вас дожидаться Его; Еще глаголющу ти, речет: се, приидох (Ср.: Дан. 9, 21, 23) † (молитвы Даниила (См.: Дан. 9, 4–19), Захарии (См.: Лк. 1, 5–13), Корнилия (См.: Деян. 10, 1–4). — Бог, мы знаем, дает и истинную молитву молящемуся: как же Он не слышит?

Втор. 8, 3). Это надобно понимать так, что не хлебом одним жив бывает человек, но преимущественно и главно Словом Божиим, Которое и самый хлеб сотворило.

† По телесности и духовности нашей Господь со всем видимым и вещественным соединяет благодать Свою и даже всего Себя и чрез все действует: так хлеб и вино делает Телом и Кровию Своею, или видимою скиниею Своею; храм — домом Своим; на престоле в храме Он как Царь невидимо восседит; на Кресте Он Сам — как бы тем Телом, которым распят, и творит чудеса чрез Крест, являя животворящую силу чрез него; так Он во вселенной, как в храме, и притом весь, во всяком месте, не ограничиваемый никаким пространством, никаким твердым или жидким телом, будучи всегда выше всякого пространства и времени. Вы дивитесь, что Он со всяким веществом может соединять Сам Себя или силу Свою (спасительную благодать), подивитесь прежде всего тому, как Он соединил в человеке образ Свой Божественный с веществом, с землею, с прахом, как этот прах может и мыслить, и говорить, и разливать около себя благоухание кротости, правды, истины, любви, и делать в общежитии столько чудных, поистине чудных дел! Дивитесь, как в прах заключены разнородные бессловесные души, одаренные некоторого рода смыслом, жаждою жизни и радости, чувством самосохранения, уменьем доставать себе пищу, строить себе все, необходимое для безопасной жизни и произведения своих детей и умеющих искусно защищаться; дивись тому, как со всеми почти неодушевленными телами соединены невидимые, неосязаемые силы, которые то движут их огромные массы, как небесные тела, то образуют их в прекрасные, всегда тожественные, неизменные формы, как растения? Дивись: а ведь все силы— от одной Силы — Бога; и чрез всякую силу действует Сам Всесильный. Поистине, у Творца, как Бога чудес, все чудно, так и в вере все чудно, хотя невидимо, но, несмотря на то, истинно и действительно!

Будите вы милосерди, якоже Отец ваш Небесный милосерд есть (Лк. 6,36). А как милосерд Отец Небесный? А посмотри, сколько у Него людей праведных и неправедных (Ср.: Мф. 5, 45), и несравненно больше неправедных, чем праведных: и ко всем Он милосерд. Он благ и к неблагодарным и злым (Лк. 6, 35). На всех изливает неисчетные щедроты Свои. Так и ты будь ко всем, по возможности, милосерд. А беса скупости — убийцу не слушай. Отец Небесный щедр ко всем: и ты будь щедр. Ты сам испытал многократно, что когда преодолеешь убийственное чувство скупости и добровольно, доброхотно будешь угощать других своим хлебом–солью, чаем–сахаром, подавать милостыню, тогда тебе бывает самому, легко и приятно. Это значит, что ты поступаешь сообразно с заповедью Господнею и Господь благоволит о тебе, изрекая мир душе твоей. Где исполнение заповедей Господних, там мир душевный; где поступание против них, там нет мира, а теснота, скорбь, огонь, мука. Где исполнение заповедей Господних, там Господь; где поступание против них, там диавол в сердце.

† Чистии сердцем Бога узрят (Мф. 5, 8). Бог (θεός [239]) есть Око всевидящее, как бы умное Солнце, стоящее над миром, проникающее умными очами Своими в мысли и сердца людей, озаряющее всякую тварь. Душа наша — око от Ока, зрение от Зрения, свет от Света. Но ныне, по грехопадении, на нашем глазу–душе — бельмо — грехи. Сними бельмо — и увидишь Солнце мысленное, Око бесконечное, тмами тем крат светлейшее солнца (Сир. 23, 27) вещественного.

† Научиться истинно молиться — значит научиться быть истинно счастливым и блаженным. † 

Два случая бывают, когда терпеть скорби или болезни особенно нам неприятно и мы по слепоте своей думаем, что Бог оставил нас и не вменяет нам в заслугу терпение их: 1) когда сами бываем виною болезни или несчастия и скорби, например, пожара и подобного, 2) когда люди несправедливо или справедливо нас обижают, бесчестят, поносят, бьют. Мы думаем тогда тайно: ведь это не Бог нас наказывает, а только я сам своею оплошностию причинил себе эту болезнь или несчастие какое–либо, только люди по своим страстям причиняют мне неприятности — потому–то мы особенно тогда унываем в наших скорбях и болезнях. Но мы должны успокаивать себя тем, что Вседержавный Владыко наказывает нас и чрез людей, и чрез природу, и чрез нас самих, как Един, действуяй вся во всех (1 Кор. 12, 6).

Развей доброхотство сердечное в отношении ко всем людям во всех делах житейских и относительно всех будь доброхотен в служении их духовным нуждам и не щади для них себя, не дорожи своим спокойствием равно и в служении их телесным нуждам, и в случае их нужды и в обычаях житейской приязни и дружбы — не жалей для них своего материального состояния, помня, что в нюже меру меришь, возмерится самому (Ср.: Мф. 7, 2) и в этой жизни и что доброхотность сердечная угодна любящему и великодаровитому Владыке всех, потому что свидетельствует о доброте нашего сердца и живущей в нем любви к людям.

Чтобы не впасть в руки алчного к деньгам врага, не будь скуп в раздаянии милостыни бедным, будь щедр к своим и наблюдай строго умеренность в пище и питии.

Когда помысл от лукавого будет шептать тебе в каком–либо месте, что тут нет Бога, скажи, что ничто не может быть без Бога: ибо вся Тем быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть (Ин. 1, 3).

Знай твердо, в чем состоит сущность болезней духа: эта сущность есть ложь врага; например, гордость есть болезнь духа, потому что гордец ложно приписывает себе то, что есть только дар Божий; сомнение в вездесущии Божием есть болезнь духа, во всемогуществе — тоже, потому что Господь истинно вездесущ и всемогущ, а сомнение колеблется в том: везде ли Бог и всемогущ ли Он? Так, привязанность сердца к деньгам, к пище, питию, к одежде, к наружности своей, к украшениям — есть болезнь духа, потому что такая привязанность ложна, неестественна; сердцу прилепляться угодно к Богу и ко всему духовному, небесному, вечному, а не к вещественному, земному, временному: ибо сердце наше — дух небесный и вечный. Какой помысл или какая привязанность, страсть (возмущение) язвит твою душу: то и есть болезнь свободного духа твоего; отвергни разумно и свободно эти помыслы как ложные — и будешь покоен и весел: а это и будет знаком твоего духовного выздоровления.

Слава Тебе, Господи, — воззвал я к Тебе в скорби души моей, в скорби маловерия моего, воззвал на ложе моем (Ср.: Ос. 7,14): и Ты услышал меня и спас меня по великой, милости Своей (Ср.: Не. 50, 3)!

† Ты по опыту знаешь, что для полета мысли не составляют препятствия стены или то место, в коем ты живешь, и она во мгновение может уноситься из дома за облака или из одной части света в другую, из одного государства в другое, из одного города в другой. Но душа твоя — это мыслящее, разумное начало есть образ Божий, малый образ бесконечного Духа — Бога. Если мысль твою не удерживают четыре стены, не стесняют пространство и время, то что может удержать Господа, все создавшего? Могут ли Его удержать стены, ограничить пространства и время, как бы они ни были, по–нашему, бесконечны? — О! На всяком месте владычество Его (Ср.: Пс. 102, 22). Око Его всех и все зрит. — Скрывающихся в тайных местах, хотя в горах или в замках неприступных, Он зрит как на ладони Своей. Для того иногда Господь скрывает лице Свое от тебя и как бы оставляет тебя в мучительном духовном мраке, чтобы ты помнил всегда, Чьим светом душа твоя живет, то есть Божиим, и что если Бог отвратит лице Свое (Ср.: Пс. 8, 32) от тебя [240], отъимет от сердца твоего Духа Своего Святого (Ср.: Пс. 50, 13), то ты остаешься истинно во мраках ада и в мучениях адских, и да самым делом, хотя несколько познаешь, что такое будущий ад.

Молитва необходима для того, чтобы мы помнили, что все имеем —и в душе и в теле — от щедрот Божиих, не от себя и что мы не заслужили [241] даров Божиих и они подаются нам туне, по Божией милости. Значит, чтобы смирение в нас воспитать, привлекающее все дары Божии, благодать Божию. Так, и Царствие Небесное, нам обещанное, есть величайшая милость Владыки.

Чужих обойди, а своих найди. — Пословица.

В чем состоит любовь к ближнему? В том, чтобы желать, говорить и делать ему то же, чего желаешь, чтобы тебе хотели, говорили и делали другие: возлюбаша искренняго твоегоякоже сам себе (Мф. 22, 39; Лев. 19, 18). Якоже хощете да творят вам человецы, и вы творите им такожде (Лк. 6, 31). Например, какой–нибудь истинно бедный, беспомощный человек Просит тебя о помощи ему деньгами или другим чем: у тебя их — с избытком и лежат они без пользы в твоем сундуке или в шкатулке: если ты любишь другого, как себя, желаешь ему добра столько, как себе, то ты непременно с удовольствием поделишься с ним своими избытками, как сам с удовольствием принимаешь от других какую–нибудь помощь или услугу; ты не будешь любить денег больше, чем человека, по образу Божию сотворенного и одинаковую с тобою природу имеющего с одинаковыми чувствами и потребностями, как брата твоего во Христе Иисусе, за которого пролита кровь Господня так же, как и за тебя; который питается с тобою одним Телом и Кровию Господа и имеет одинаковую с тобою надежду будущих, бесконечных благ в Царстве Небесном. — Но если ты не любишь его по заповеди Господней, как себя: ты можешь презреть и презришь его просьбу, останешься к нему нечувствителен и сердечно привязан к деньгам, которые для тебя будут дороже души брата. Но, поступая таким образом , в этом последнем случае ты 1) уничижишь заповедь Господню, значит — Самого Господа, Который Сам, в лице бедного принимает нашу милостыню и Который сказал Своими пречистыми устами: Будите убо вы милосерди, якоже Отец ваш Небесный милосерд есть (Лк. 6, 36); или: понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе (Мф. 25,40); 2) уничижишь в брате Божий образ, по Которому он сотворен и Который всегда в себе носит — образ не мертвый, а живой образ Живого Бога, променяешь его на тлен и прах земной, каковы суть деньги; и 3) в брате твоем уничижишь самого себя, свою — по образу Божию — созданную природу, покажешь делом, что ты человек плотский, телесный, всему телесному всем сердцем преданный, а о духовном не радящий. Суть телес ни, духа не имуще {Иуд. 1,19). Эти слова Апостола подойдут тогда к тебе.

† Молитва — доказательство моей разумной личности, моей Богообразности. Залог моего будущего обожения и блаженства. Я из ничего создан, я ничто пред Богом, как ничего своего не имеющий, но я, по милости Его, есмь лицо, имею разум, сердце, волю свободную и при своем разуме и свободе могу сердечным обращением к Нему постепенно увеличивать в себе Его бесконечное Царствие, постепенно, все больше и больше умножать в себе Его дарования, почерпать из Него, как из приснотекущего, неисчерпаемого Источника, [242] всякое благо — духовное и телесное, особенно — духовное. Молитва внушает мне, что я — образ Божий, что при смиренном и благодарном расположении своей души пред Богом, при своей свободной воле я, бесконечно умножая (духовные) дары Божии, могу, таким образом, в бесконечность усовершаться и до бесконечности увеличивать мое Богоподобие, мое небесное блаженство, к которому я предопределен. О! Молитва есть знак моего великого достоинства, которым почтил меня Создатель. Но она в одно и то же время напоминает мне и о моем ничтожестве (из ничего я и ничего своего не имею — потому и прошу Бога о всем), как и о моем высочайшем достоинстве (я образ Божий, я обоженный, я могу другом Божиим назваться, как Авраам, отец верующих (Ср.: Рим. 4, XI), только бы веровал я несомненно в благое, благость и всемогущество Бога моего и уподоблялся Ему в сей жизни делами любви и милосердия).

Стремись к единству со всеми в духе любви, особенно же — с своими родственниками — в духе любви и в общении трапезы и имения. Помни великие слова Спасителя: да ecu едино будут (Пн. 17, 21) — или Апостола: бяху им вся обща: ни един же их глаголаше что свое быти (Ср.: Деян. 4, 32).

Слава силе Господа, сердечно вспомянутого и живою мыслию об Нем прогнавшего тесноту сердца и превратившего ее в пространство! — Чудно! Если хочу, я всегда могу носить в себе Господа и верою в Него, силою имени Его, сердечно воспоминаемого, прогонять страсти сердечные с их мучениями! — Ты, воскликну с Псалмопевцем, Господи, со мною ecu: потому аще и пойду посреди сени смертныя (греховной), нe убоюся зла (Пс. 22, 4). Слава и силе Креста Его, чрез знамение коего Он присно творит чудеса, как и ныне. Марта 13 дня 1861 года. Вечер.

Крестное знамение, которое мы изображаем на себе, означает то, что за всех нас, как за одного человека, пострадал Иисус Христос и все мы искуплены от греха и смерти крестными страданиями и пречистою Кровию Его и что мы все члены Его, как бы одно тело и одна душа с Ним — Распятым за нас. Христови сораспяхся(Тъл. 2,19). Обязанность христианина в жизни сраспинаться Христу.

О словах молитвы. В беседе о молитве необходимость требует сказать о разногласии наших уст с сердцем и самого ума с этим чувствилищем. Как в жизни часто бывает, что человек иное имеет на сердце, а иное на устах, и в одно и то же время представляется двуличным; так и в молитве пред Лицем Самого Бога, ведущего тайная сердца (Ср.: Пс. 43, 22), — человек нередко представляется двуличным: иное говорит, а иное имеет в мыслях и на сердце или же, что чаще бывает: не сочувствует сердцем тому, что говорит, будучи мертв от сердца (Пс. 30, 13), и бросает, таким образом, бросает слова на воздух, обманывая себя самого и думая, что такою молитвою можно угодить Богу. Страшная, греховная двойственность! Это — горький плод и свидетельство нашего грехопадения! Сердцу нашему как–то обычно лгать во всем: в молитве, в обращении с людьми, это — столп лжи. Надо все меры употреблять христианину, чтобы вырвать из сердца с корнем всякую ложь и насадить в нем чистую истину. Надобно начинать с молитвы — как с такого дела, в котором прежде всего необходима истина сердца — по слову Господа: духом и истиною достоит кланятися (Ин. 4, 24). Научившись говорить истину в сердце во время молитвы, мы не позволим себе лгать и в жизни: искренняя, или истинная, молитва, очистивши наше сердце от лжи, предохранит его от ней и в обращении с людьми в делах житейских. Как же научиться говорить истину в сердце на молитве? Нужно каждое слово молитвы довести до сердца и положить на сердце, прочувствовать сердцем его истину, сознать всю нужду для нас того, о чем просим Бога в молитве, или нужду сердечного благодарения за Его великие и неисчислимые благодеяния к нам и нужду всесердечного славословия за Его великие, премудрые дела в Его творении.

О пище плотской и духовной. Малозначимость плотской пищи, между прочим, видна из того, что без нее человек может жить несколько дней и, подкрепляемый благодатию Божиею, может жить сорок дней, а без Господа Бога, без Иисуса Христа и Животворящего Духа Его, Который есть истинная Крепость и Жизнь наших душ, — ни минуты; если Господь отвернет от нас лице Свое (Ср.: Пс. 9, 32) и отымет Духа Своего Святаго (Ср.: Пс. 50,13) — нас поражает страшная теснота, хуждшая самой смерти, огонь попаляющий, мы исчезаем. Слово Божие как образ Ипостасного Божия Слова, притом всякое или каждое в отдельности, также есть истинная пища для души нашей: оно оживляет, умиротворяет, веселит нашу душу.

Верь и твердо помни, что ты — двойственный человек: один плотской, больной страстями, ветхий (диавольский), плотского ищущий и в плотском поставляющий жизнь; его надо умерщвлять и ни в чем ему не удовлетворять, не преклоняться на его греховные, настойчивые, болезненные вопли; а другой — духовный, новый, здравый, Христов, во всем Христа ищущий, Христом живущий (вместо похотей мира) и во Христе обретающий покой и жизнь; кроме Христа, ничего не желающий иметь — в этом мире, вменяющий вся уметы быти, да Христа приобрящет (Ср.: Флп. 3, 8). — Как требования того человека всеми мерами нужно презирать — потому что исполнение их убийственно для души, так требования последнего надо всеми мерами исполнять: потому что они ведут к истинной и вечной жизни. Познай это всякий христианин и употреби труд — исполнять на деле познанное.

Как с Крестом или со знамеиием Креста Животворящего соединена благодатная сила Распятого на нем, так со всею видимою природою, со всеми отдельными предметами, малыми и великими, соединена так называемая естественная сила и жизнь Животворящей и всемогущей Троицы. Так, она соединена со светом, с воздухом, с водою, с землею, с огнем: во всем чрез природу действует Дух Божий. Так, в воздухе мы весьма часто замечаем особенные движения или силы, направленные к исполнению намерений Божиих, например, поветрия, бури к наказанию виновных или для искушения. Так, буря преследовала корабль, шедший в Фарсис, на котором был Иона Пророк (См.: Иона 1, 4): буря, тогда бывшая, была прямо делом Духа Божия; так и буря, постигшая корабль, на котором был Павел апостол (См.: Деян. 27,14–15), тоже была делом Духа Божия: 1) для наказания сотника, стерегшего Павла и не хотевшего слушаться Апостола (См.: Деян. 27, 11); 2) для укрепления души Павловой в бедствиях и для показания ему, как недремлемо блюдет за ним Небесное Око во всех бедствиях — от всех их избавил ны есть и избавляет, уповаем же, яко и еще избавит (Ср.: 2 Кор. 1,10), говорит он в своем послании о бедствиях своих и о цели их. Так, когда ученики Христовы переправлялись чрез озеро Геннисаретское, бысть буря ветрена велика (Мк. 4, 37), да явятся дела Божия (Ин. 9,3). — Так и со светом соединена сила Духа Божия: потому, когда Господь на кресте испустил дух, солнце, или свет солнца помрачился Духом Божиим (См.: Лк. 23, 45). А вода? Кто творит знамения в водах многих? (Ср.: Пс. 92, 4.) Кто творит шум волнам моря? Физики и все ученые скажут, что ветры; так: да ветры–то кто поднимает? Скажут: они бывают от полярных течений воздуха. Нет, братия, ветры — от дел Духа Божия: дхнет Дух Его, и зашумят воды (Ср.: Пс. 147, 7). Псалмы см<отри>. А земля, земля, земля! Эта смиренная послушница Духа Животворящего во всякое время! Тут Господь как горшечник является с материалом и мастерством Своим: земля часто страдательное орудие Духа Божия. Чрез нее–то Дух Божий осязательно уверяет нас, что в природе везде действует Троица Животворящая, премудрая, всемогущая, единосущная, нераздельная [243]. Какая во всем премудрость и благостная мысль! Какая премудрость и отчетливость в исполнении! Какая жизнь и сила в возрастании и в самом продолжении жизни! Какое единство творения при всем разнообразии отдельных тварей! О! Тут — на земле — мы на каждом шагу встречаемся с силою Духа Божия! Тут–то мы осязательно видим, что на всяком месте владычество Его (Ср.: Пс. 102, 22), что Он везде и все исполняет [244] (творит и наполняет). Мы видим Его тут в каждой былинке, в каждом цветке, листочке дерева, в плодах, во всем. В вере своей святой мы видим везде идущим об руку духовное с материальным — силу с веществом: например, Крест имеет силу животворящую — это не новость непонятная; в природе везде идет также об руку духовное с материальным, сила невидимая с материей, Дух Божий с бездушною тварию. То же и в Церкви. Только здесь по особенному намерению Божию и особенным действием Промысла Божия к вещественным предметам присоединена благодатная сила Божия: например, к Кресту сила животворящая, сила прогнания страстей сердца и демонов, сила, освящающая и исцеляющая немощи телесные; или в Таинствах — сила, соединенная с известными веществами, нанример, с водою в Крещении, с миром в Миропомазании, с елеем в Елеосвящении, с благословением в Браке, с рукоположением в Священстве, с лицом священника, с возложением епитрахили и рук на главу кающегося и со словами разрешительной молитвы; со святою водою, с иконами, с храмами, особенно с престолом во храме.

† Если хочешь быть в этой жизни внутренно покоен и доволен, да будет сердце твое соединено чрез веру с Богом — вездесущим и вся исполняющим [245], а отнюдь не с земными и телесными предметами — не с пищею и питием, не с сребром и златом. Да не будет оно привязано к лицам человеческим какими–нибудь нечистыми побуждениями и намерениями; да не будет оно привязано к одежде, к домашнему убранству, к книгам, вообще — к предметам земным; ради прилепления к Богу вменяй все земное в ничто, как из ничего оно и создано; а Бога и душу свою, как образ Божий, равно и душу брата, как образ Всетворца Бога, ставь безмерно выше всего. Поступая так, угодишь Сотворившему тебя и будешь на земле блажен.

† Когда молишься Владычице или святому какому-либо, вообрази твердо, что ты член Церкви, в которой Владычица — Главный Камень здания или Начальница мысленнаго наздания [246], и знай, что ты тесно связан внутренно со всеми небожителями, как камень в здании, хотя и маленький и нетвердый. Так понимая себя, поймешь, что молитвы наши слишком доходны к святым: ибо все мы под одним Главою — Христом (Ср.: Еф. 1, 10) и все одушевляемы одним Духом Божиим.

Не прельщайся брашнами: употребляя питательную пищу и в довольном количестве, ты делаешь из нее крепость врагу в сердце своем и горько раскаешься в этом, когда будешь исполнять святое дело: осилит тебя тогда враг и не будет Помо гающего (Ср.: 4 Цар. 14, 26; Пс. 106, 12): ибо сей род исходит молитвою и постом (Ср.: Мф. 17, 21). Особенно в Великий пост не прельщайся пищею: враг особенно воюет на нас в это время. Крепко храни среды и пятки, как в пост Великий, так и в другое время.

Господь — причина и постоянная поддержка (держава) моей органической, тленной жизни (чрез действие легких, желудка, сердца, жил, мускулов) и духовно–органической жизни духа — чрез ум и мышление, чрез озарение сердца светом Своим.

Сребро, злато, пищу и питие, одежду, жилище почитай ничем не больше брения или земли, из которой все это извлечено.

Старайся все делать напротив того, чего хочет враг бесплотный. Подстрекает тебя к гордости, самохвальству и осуждению брата? Ты смирись до земли и пепла (Быт. 18, 27) и осуждай как можно строже себя самого, а брата восхвали в сердце. Если брат твой, по действию врага, обходится гордо и злобно: ты обходись с ним смиренно и с любовию. Если подстрекает тебя к скупости: будь щедр с доброхотством. Так поступай и во всех подобных случаях, а поступая таким образом, заслужишь великую благодать Божию и сам, собственными сердечными очами увидишь ее. — Нет у тебя внутренней силы поступать так; враг силен, — говоришь ты: проси же в молитве Всесильного на всякое время и на всякий час [247] — и Он поможет тебе.

Как мы неразумны в своей жизни! Без числа Господь вразумлял и вразумляет нас, что без Него мы не можем жить в покое ни минуты; в день сто раз иногда вразумляет нас, что зло и горько нам оставлять Его, — а все совершенно не вразумляемся: вразумляемся на минуту, а потом — за старое заблуждение; опять думаем находить жизнь в прелестях мира, а не во Христе: и опять… мучимся. Уж натура! Бей, бей, да и мало.

(Страсти, как удушливые газы, стесняют и душат человека.)

Всякая привязанность к деньгам или к пище и питию — яд для сердца. Здесь яд, говори.

Не говорю о душе, которая не может жить без Христа, моего дыхания, покоя, радости, и тело мое живет Христовым словом: Христос, создав мне тело, дал мне позыв на пищу и питие, без которого я забывал бы принимать ее и тем поддерживать мое тело; дал мне позыв ко сну и сон в упокоение немощи моей плоти [248]; дал мне вату и лен — для согревания и прикрытия тела; для размножения рода человеческого дал мне необыкновенно сильное возбуждение половых органов, подчинив их, впрочем, моему рассудку — так что я и по телу живу совершенно Им, Его премудростию и вполовину есмь страдательное орудие Его премудрости: говорю — вполовину, потому что я почтен свободою, и влечения природы, выходящие из границ закона и умеренности, должен обуздывать силою моей воли, покорной закону Божию; и в этом случае, по благости Владыки, я могу обращать в добродетель и естественные свои стремления обузданием их.

Чрез веру нашу всесвободный Господь прислужит, подчиняется нам и Безначальный отдается в нашу власть (так что я всегда, по своему произволу, одною верою сердечною всегда <могу> обнять Господа). Чудно могущество веры! Живая мысль об Нем, сердечная вера в Него — и Он со мною; сердечное покаяние во грехах с верою в Него — и Он со мною; добрая мысль — и Он со мною; благочестивое чувство — и Он со мною. Но и диавол входит в меня чрез помыслы сомнения, страха, гордости, раздражительности, злобы, скупости, зависти — значит, и его власть надо мною совершенно от меня зависит: только будь я внимателен к себе да содержи непрестанно в уме имя Господа Иисуса Христа с верою и любовию: и он бессилен сделать мне какой–либо вред.

Вся область мысли (ее доброе направление) — Господня. Сфера мысли соответствует воздушной сфере.

Когда я причащусь достойно, тогда, если я спать лягу и во сне Господь, обитающий в сердце, поучает меня о Боге: и сон мой бывает поучением о Боге и славословием Богу.

Всех принимай с радостию, особенно — детей, особенно сироток. Не щади ничего для живых образов Живого Бога, как для себя самого. Скупость — это диавольское жало — всячески возненавидь.

Обратил я мысленные очи сердца ко Господу в тесноте сердца моего, воззвал о помощи мысленно, и Он спас меня. 16 апреля 1861 г.

Хочу весь быть орудием Бога моего, как пророки и апостолы, хочу быть храмом Божиим, хочу, чтобы сердце мое было престолом Божиим, чтоб слово мое было словом Бога, во мне живущего, чтоб руки мои делали только угодное Владыке. Достойно и праведно [249], я весь — Владыки, не свой, — да действует же Он чрез всего меня.

† Мы привыкли к делам Божиим и мало их ценим; даже человека, величайшее дело и чудо премудрости и благости Божией, далеко не ценим так, как бы следовало. Смотри на всякого человека, домашний он или чужой, как на всегдашнюю новость в мире Божием, как на величайшее чудо Божией премудрости и благости, и привычка твоя к нему да не послужит для тебя поводом к пренебрежению его. Почитай и люби его, как себя, постоянно, неизменно.

Чтобы смотреть с высоким почтением на всякого человека во всякое время и с любовию и радушием принимать его к себе, вообрази себя: как бы ты стал смотреть на царского сына, пожаловавшего к тебе в дом, как бы ты принял и стал принимать его всякий раз, когда бы он стал жаловать к тебе? Не все ли внимание твое, не весь ли ум твой, не всели сердце твое было бы с ним? — Так. Но ведь всякий человек, особенно христианин, есть царский сын, наследник Божий и сонаследник Христов (Ср.: Рим. 8, 17). Смотри же и на него всегда с глубоким уважением и любовию, принимай его к себе постоянно радушно и охотно, помня, что Сам Царь — Бог наградит тебя за такое почтительное и охотное обращение с ним.

Един Само–Живот Бог — в Трех Ипостасях; все прочее живущее из ничего получило жизнь волею Первого Живота; Ангелы — первые после Бога–Живота; люди — вторые; животные — третьи и так далее.

Ты просишь Бога, чтобы Он даровал тебе благоуспешно научить отроков Закону Его, а сам не готовишься ко классу. Молись, надейся, но и делай сам все, что нужно для надлежащего научения мальчиков: читай, размышляй, изощряй, украшай речь свою подобиями, сравнениями, примерами. — Не жди чуда от Бога: ленивым и нерадивым Бог не помогает. — Покажи свое усердие, труд: и Бог поможет.

Вы живете с злым человеком, положим с женою или с тещею, или с свояченицею, и они вас, как говорится, часто грызут, едят словами, не дают покою; или, если жена ваша — мачеха детям вашим, журит вашего сына, дочь; вы и сами на нее злы и тайно с внутренним презрением говорите другим: она зла, как ехидна, и говорите: хотел бы разойтись с нею. Друг мой! Не торопитесь, терпите — это искушение врага для вас: он искушает вас, по Божию попущению, чрез вашу жену (или чрез ваших родственников — братьев, шуринов, своячениц), и она есть жалкое орудие врага: злоба вашей жены (или ваших родственников) есть не что иное как сильный прилог врага; злобные выходки ее можно назвать припадками злобы, точно в таком роде, как у пьяницы бывают припадки пьянства, у прелюбодея — припадки любодейства, у чревообъястливого — припадки объядения или крайней алчности к пище, у сребролюбца — припадки сребролюбия, у скупого — припадки скупости, у гордого — припадки гордости, у празднословного — припадки празднословия, у ленивого — лености. Пройдут эти припадки: и опять ваш враг будет человеком, который, как говорится, в своей тарелке. Именем Господним молю вас, братия, будьте терпеливы, пожалейте о бедном человеке, насилуемом от врага, особенно о женщине: она слабое существо, по своему чувствительному сердцу особенно раздражительна и склонна к злобе вражией, ибо враг нападает на слабые наши стороны; имейте терпение, сносите тысячу раз, без числа сносите: потому что враг не дремлет и неутомим и не считает своих нападений; не горячитесь, не торопитесь; помните, что все мы имеем свои коньки, свои страсти, тоже ненавистные для других. Но что если бы и нас не стали терпеть, если бы не стали сносить припадков наших страстей? Ах! Возлюбленные братья, все мы среди сетей врага ходим, который всеми мерами хочет посмеваться над нами, над нашим, по Христе, житием; чтобы совсем не посмеялся он нам и не погубил нас, остается одно средство: терпеть великодушно его козни и не горячиться: терпением вашим спасайте души ваши (Лк. 21, 19), говорит Господь. Почему терпением? Потому что враг всячески старается затмить, путать нас на пути спасения. Вспомните милосердные слова Спасителя на вопрос Петра: Господи, аще согрешит в мя брат мой, отпущу ли ему до седмь крат? — Не глаголю тебе: до седмь крат, но седмидесят крат седмерицею (Мф. 18, 21–22). Пройдет страсть, и человек опять будет добр. Обыкновенно говорят о таких людях: на него временем находит что–то, а так он хороший человек. Это нахождение имеет прилог врага. † Отчего у Сократа философа — этого нравственного светила языческого мира — была злая жена — Ксантиппа. Она была орудие диавола [250], хотевшего поколебать нравственную твердость философа, а Бог употребил ее в орудие, которым укрепилось терпение философа и возвысилась чистота его нравственности до возможной в язычестве степени совершенства [251]. А ведь Богу приятен человек делали правду и бояйся Бога во всяком языце (Ср.: Деян. 8, 35), хотя бы он был язычник: ибо Бог всем хощет спастися, и в разум истины приити [252].

Вы становитесь на молитву: и вами овладевает тяжесть, расслабление, леность, скука; не отдавайтесь этим чувствам; не торопитесь бежать с молитвы: это искушение вашей плоти и врага, действующего чрез нее; сделайте усилие, преодолейте себя, припомните, к Кому и зачем вы пришли, воспряньте, раскройте сердечные очи, воспламените себя живым представлением присутствия Божия: и увидите, как убежат от вас и тяжесть, и расслабление, и леность, и скука. Ах! Как хитра наша плоть, или наш ветхий человек. Начни молиться или читать книгу духовного содержания: откуда возмется неохота, отвращение, лень, охота спать; начни же говорить что пустое или возьми книгу светского содержания: откуда охота, заманчивость, веселье. Не явно ли тут лукавство плотского, растленного грехом человека? И что было бы с нами, если бы мы совсем отдались только приятному, только тому, что льстит нашему самолюбию, нашей плоти? Так и на молитве — не обольщайтесь тем, что вам тяжело, скучно молиться: это обман плоти нашей грешной; вообразим, Кому мы предстоим, для чего предстоим, какая польза от благоустроенной молитвы, какая великая честь дана нам Богом — отверзать уста для беседы с Богом — и одушевитесь, прогоните расслабление, леность и скуку. Иначе не научитесь молиться.

Имя Господа царствует надо всеми и над всем: потому державное имя Его мы предпосылаем всюду — и в крестном именословном благословении и в молитве, как имя Единого Сущего и всесотворившего из ничтожества и всесодержащего.

Какова должна быть наша молитва? В храме? Дома? На всяком месте? Какова бывает?

† Молиться нужно для того, что нас посещают часто скорби, а в скорбях нет иного Помощника, кроме Бога и Пречистой Его Матери. Господи сил! С иами буди, Ииого бо разве Тебе Помощника в скорбех не имамы[253]

† Ты горд или сребролюбив, злая жена дана тебе для наказания: ибо Бог наказывает нас чрез наших же присных; так — и жену Бог укрепляет в терпении и очищает грехи ее пьяным и буйным мужем, который понесет от Бога должное наказание своим грехам и тем скорейшее и жесточайшее, чем он пьянственнее и жесточе к своей жене.

Приступающие к таинствам покаяния и причащения должны помнить, что тут — тайна Божия, и не должны любопытствовать и совопросничать внутренно, тем менее — сомневаться.

Ничтожность тленной пищи, кроме ее тленности, видна еще из того, что и много раз евши, все хочется есть, а Иисус Христос — есть Пища, которую идущие не будут алкать никогда (Ср.: Ин. 6, 35).

По чему можно еще узнать, что я горд? — Если я не люблю и не терплю слушать наставлений равного мне собрата и поучаться от него, хотя бы он препоучительно и преназидательно говорил.

Еще о зависти: зависть — смрад диавольский в душе завистника: завистник мучится душою и тогда, когда брат его ревностно проповедует Слово Божие в церкви велицей, в сонме мнозе (Ср.: Пс. 39, 10, 11), не падают слова проповедника на землю сердца его, а как от камня отталкиваются назад; не утешает его мысль, что проповедию святится имя Отца Небесного и людие Божии познают чрез нее любовь к ним Отца Небесного. И домостроительство Его об их спасении познают, волю Его и средства — исполнять ее. Он думает: зачем это не я проповедую, а он — он, которого я признаю недостойным стоять на кафедре и возглашать Божию истину; зачем он восхищает славу, которая должна бы принадлежать только мне? Зависть истинно — дело диавола: ибо только он не терпит славы Божией и славы других, и сам один желал бы пользоваться этою славою, как и требовал он ее себе в идолах и требует и домогается теперь в страстях человеческих, ибо удовлетворяющие страстям служат диаволу, который чрез страсти царствует в сердцах людей.

† Господь, сотворив миры, для поддержания их бытия дал им законы магнетизма или взаимного притяжения, и они вращаются мерно и стройно и благополучно в своих огромных пространствах. Так, и создав духовные миры — ангельские и человеческие Соборы, Он дал им законы бытия и благоденствия или блаженства в свободном и разумном влечении их к Нему — Всетворцу всецелого, нераздельного любовию (подобно тому, как земля всегда), и всегдашнем обращении их около Него, как мысленного Солнца, мыслями и сердцами своими, и во взаимной их любви. Как малые планеты вращаются около больших и тем поддерживают свое бытие и благоденствие, так и в мире духовном, после Господа Бога, разумные существа низшие и меньшие руководствуются высшими и тем сохраняются в своем бытии и блаженстве; так в небесной иерархии, так и в земной. Если бы какая–нибудь планета нарушила свой чин и потеряла свое место, то тем ниспала бы в бездну и причинила бы себе разрушение и произвела бы возмущение в других планетах, имеющих с нею тесную связь; так и в мире духовном, если бы какое–нибудь мысленное светило нарушило свой чин и не захотело бы идти общим стройным путем жизни, указанным от Творца, то чрез то ниспало бы с неба в бездну и, причинив себе гибель, заразило бы ею и другие соприкосновенные мысленные светила, возмутивши их чистый свет и мирное течение жизни. К несчастию, это и случилось в мысленном мире и наделало много шума и опустошений в мире Божием; одна великая духовная звезда своим страшным падением отторгла третью часть звезд небесных (См.: Откр. 12,4) и увлекла было в гибель чувственно–разумных жителей планеты земной. Но — О! Милосердие Творца! Чтобы восстановить в прежнее состояние, в прежний стройный порядок жизни земную, свободную, разумную тварь Свою, прельщенную сильным и хитрым отступником, Он отдал за нас Сына Своего Единородного (Ср.: Ин. 3, 16) на страдания и смерть за нас, чтобы принести выкуп за нас неумолимому правосудию Отца–Творца. Итак, восстановленные братия! Держитесь того чина, в который поставил вас снова Искупитель! Да влечет вас к Нему свободно горячая любовь ваша к Нему и любовь взаимная. Помните, что как жизнь планет есть взаимное притяжение их друг к другу, так жизнь ваша есть влечение сердец ваших прежде всего к Богу, а потом друг к другу, или чистая и крепкая любовь ваша к Богу и друг к другу. † Таковы законы бытия разумных тварей. Как стройный порядок течения планет зависит от правильного, точного обращения меньших из них около больших, так тихое и безмолвное житие (1 Тим. 2, 2) ваше зависит от строгого повиновения земным властям, и прежде всего — власти самодержавной. Царь — в народе — то же, что солнце у планет, или то же, что Серафим у Ангелов. — Благоговейте все пред мудрыми и благостными законами Творца.

† Возлюбиши Господа Бога твоего… и искренняго твоего яко сам себе (Мф. 22, 37, 39; Втор. 6, 5; Лев. 19, 18).

Праведны присно над нами суды Божии (Ср.: Дан. 3, 27): каждый из нас умирает насильственно от той страсти, которой порабощен был преимущественно и нераскаянно, то есть неисправимо: пьяница умирает от пьянства, обжора — от боли желудка, прелюбодей — от прелюбодейства или от болезней, сопутствующих этому пороку, честолюбец — от порывов честолюбия (поединка, им горячо принятого к сердцу), скупой — от скупости, раздражительный — от раздражительности, убийца — от рук других: ecu вземшии нож ножем погибнут (Ср.: Мф. 26, 52); болтун злобный — от своего языка и т. д. Итак, братия, берегитесь: будьте внимательны к себе в привременной сей жизни; замечайте, какая господствующая в вас, неисправимая по вашей лености страсть: исправляйтесь от ней скорее, иначе вы погибнете от ней, как от домашнего убийцы. Господствующая страсть в человеке оказывается, таким образом, по словам Спасителя, ножом, который перерезывает нить нашей жизни. — Аминь.

† В видении пророка Божия Иезекииля под Херувимами были руки человеческие (См.: Иез. 1, 8). Это значит, что как все вышние Силы, так и нас, земнородных, держит в бытии и благоденствии рука Божия, под нами находящаяся. — Так под сердцем каждого из нас — рука Вседержителя: потому говорится о царе, что сердце царево в руце Божией (Притч. 21, 1). Но как царево, так и наше.

Все делай ближнему для христианской любви, не опасаясь того, чтобы по любви к ближнему не сделать больше того, чем бы следовало, ибо любовь не знает меры в любви.

† Господи! По слову Твоему, проповеданному во вторник Страстной седмицы, хочу быть ласковым и общительным со всеми. Даруй мне благодать сию молитвами рождшия Тя Богородицы и честных и спасительных страстей Твоих нас ради претерпенных волею.

Чтобы молиться всегда верующим и твердым сердцем, в этом деле должно совершенно опираться: 1) на пример Господа Иисуса Христа, Который Сам молился, научил и нас молиться Отцу Небесному на всяком месте и дал нам самую молитву, и во всяком месте молившегося Отцу; 2) на апостолов, везде молившихся и других просивших о себе молиться; 3) на мучеников, молившихся в катакомбах, в темницах и на всяком месте; 4) на преподобных отцов–святителей, освященных и простых иноков, вообще на авторитет Церкви и веровать с детскою простотою наставлению и руководству своей Богопросвещенной матери, что если она нас учит, дала нам молитвы, то, значит, Бог слышит всегда наши молитвы, что они весьма полезны и необходимы для нас.

Еще нужно помнить молящемуся, что так как Господь всегда Себя изображает в душе человека, особенно христианина, как солнце — в капле воды, и свет мысленный в нем [человеке] присно от Бога, и мир — знак Его присутствия в сердце, то молиться потому Ему весьма удобно: где ни будь Он, только возведи око сердечное к Всевидящему Оку, только вознеси образ к Первообразу — и молитва услышана.

Иже не возненавидит мать, жену… (Ср.: Лк. 14, 26) то есть плотские требования их, как своего плотского человека мы должны ненавидеть, ветхого, греховного, противящегося спасительному учению Христову. А таковы именно и были весьма многие родители христиан особенно первых трех веков и теперь бывают, что своими плотскими требованиями отвлекают своих сыновей, мужей и прочих от последования крестному учению Христову. Кто любит, а не ненавидит таких родителей, такую жену, тот не может быть учеником Христа (Ср.: Лк. 14, 26).

X Говорится часто в церкви: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу — для напоминания всем о том, что все небо и земля славит непрестанно Создателя и что люди также должны всю жизнь направлять к славе Создателя, для чего они и созданы, значит — должны жить по воле Божией и по закону Божию, и что жить не по воле Божией — значит уродовать себя и выключать себя из строя тварей и отчуждать себя от блаженства, которое вкушают твари, послушные воле Божией. Славословие напоминает еще и о сотворении всего от Бога, Который по тому самому, что Он Создатель всего из ничего, Един вечно славен и соделал все Себе ради.

Не прельщайся сладостями вкуса и не кушай их — от сластей легко рождается сладострастие плотское, и враг легко запинает во сне и наяву сладко вкушающих и пиющих. — С тех пор, как плоть стала воевать на дух (Ср.: Гал. 5, 17), ей с большою осторожностию нужно позволять сладости: иначе усилим грех, в нас живущий, сладострастие или похоть плоти.

Жизнь моя со мною присно, то есть Господь мой Триипостасный.

Твердо помни слова Церкви: раздробляется Агнец Божий, раздробляемый, и не разделяемый, все гда ядомый и никогдаже иждиваемыи [254], то есть что Агнец Божий, на сколь много и на сколь мелкие части ни раздроблялся бы, Он никогда не разделяется, но остается весь и один и тот же во всякой самомалейшей частичке. И если бы кому в голову пришла глупая и диавольская (ложная) мысль, что Господь не весь или нет Его в какой–либо частичке, то ложно допускал бы, что Божество, ничем не ограничиваемое, ограничивается веществом или же что Он не может быть весь везде.

Будь прост в мыслях, желаниях, словах и на деле. От этой блаженной простоты во всем и доверенности зависит внутренний наш покой и довольство и свобода от козней врага.

† Владычице и Госпоже моей Пресвятой Богородице восписую благодарственная [255] я, многогрешный: сегодня (Великий Четверток, 20 апреля), во время ранней обедни — при множестве причастников — два раза по молитве моей избавила Она сердце мое от богохульного сомнения в полном присутствии Господа в каждой частице Тела и Крови и от огня сатанинского, неразлучного со всяким грехом. Возвел я два раза к Ней очи сердца, когда согрешал сердцем моим и мучился во пламени, и избавила Она меня от сомнения моего, от огня во внутренностях моих, от смущения моего, от срама лица моего: во мне вдруг являлись твердость и спокойствие сердца и мыслей, душевная прохлада, дерзновение лица пред Богом и людьми Божиими. Слава Тебе, Пренепорочная Мати, единая усердная Заступница [256], что Ты окружаешь меня радостями избавления. Только я возведу к Тебе с молитвою в тесноте сомнения, маловерия и страстей сердечные очи мои и узрю Тебя верою: Ты тотчас же посылаешь мне спасение с небеси. О, как Ты близка к нам Заступница! С какою надеждою мы должны всегда призывать Тебя! Не лиши меня и нас всех наследия Христова и на будущее время помощи Твоей, но присно нас избавляй, когда в тесноте воззовем к Тебе, и не дай в обиду врагу всезлобному наследия Твоего, Безневестная Мати!

О хульных помыслах, беспокоящих людей Божиих, поговорить больше.

Надо избегать гордой фарисейской похвальбы себя самого в сердце своем во время молитвы и превозношения себя пред другими.

Много ли для христианина нужно? Немного. Мир Христов в сердце и уломок хлеба для желудка да воды стакан.

Когда покоришь волю свою воле Божией: какое спокойствие стяжешь во всей жизни своей?

Когда священники поучают в храме или на дому: тогда поучает един Бог, дающий всем уста, свет и разум (Ср.: 1 Ин. 5, 20). † 

† Господь Иисус Христос есть Держава наша: потому что Он един держит нас в вере и добродетели, в благих мыслях, расположениях сердца, в непорочном житии, Сам же подавая все это нам благодатию Своею, и от всякого зла удерживает Он же един, именно: от страстей и самых начальных движений их, от худых мыслей, от сомнения, маловерия, неверия и разных страстей, или подает силу одолеть их и избавиться от них.

† Когда священник говорит проповедь или служит в храме, или совершает какое–либо таинство и молитву, тогда Дух Святый печатлеет, напаяет, возращает и утверждает в сердцах предстоящих сказываемое: слова раздаются в воздухе, а Он дает им силу и действие или совершение.

Молитвою часто называют то, что вовсе не есть молитва; сходил в церковь, постоял, посмотрел на иконы или прежде на людей, на их лица, наряды, говорит: помолился Богу; настоялся дома пред иконою, покивал головою, проговорил заученные слова без понимания и сочувствия, говорит: помолился Богу, хотя мыслями и сердцем вовсе не молился, а был где–либо в другом месте, с другими лицами и вещами, а не с Богом.

Молитва есть возношение ума и сердца к Богу; созерцание Бога, дерзновенная беседа твари с Творцом; благоговейное стояние души пред Ним, как пред Царем и Само–Животом, дающим всем живот; забвение для Него всего окружающего; нища души, воздух, свет, животворящая теплота ее, очищение грехов, благое иго Христово, легкое бремя Его (Ср.: Мф. 11, 30). Молитва — постоянное чувство своей немощи или нищеты духовной; освящение души, предвкушение будущего блаженства; блаженство ангельское; небесный дождь, освежающий, напаяющий и оплодотворяющий землю души; сила и крепость души и тела; очищение и освежение мысленного воздуха души; просвещение лица, веселие духа; златая связь, соединяющая тварь с Творцом; бодрость и мужество при всех скорбях и искушениях в жизни; светильник жизни, минование сетей врага; успех в делах; равноангельское достоинство, утверждение веры, надежды и любви. Молитва — сообщество с Ангелами и святыми, от века Богу угодившими [257]. Молитва — исправление жизни; мать сердечного сокрушения и слез; сильное побуждение к делам милосердия: меня милует без числа Господь: как мне не миловать других? Молитва — безопасность жизни, уничтожение страха смертного; пренебрежение земными сокровищами, желание небесных благ; ожидание всемирного Судии, общего воскресения, жизни будущаго века [258]; усильное старание избавиться от вечных мучений; непрестанное искание милости (помилования) у Владыки, хождение пред очами Божиими (Ср.: Быт. 24, 40); блаженное исчезание пред Всесоздавшим и Всеисполняющим Творцом; живая вода (Ср.: Иер. 2,13; 1 7, 13; Ин. 4, 10; 7, 38) души; вмещение в сердце всех людей любовию; низведение неба в душу, вмещение в сердце Пресвятой Троицы, по сказанному: к нему при идем и обитель у него сотворим (Ин. 14, 23).

Как близка к тебе твоя мысль, как близка вера к твоему сердцу, так близок к тебе Бог, и чем живее и тверже мысль о Боге, чем живее вера и познание своей немощи и ничтожества и чувства нужды в Боге, тем Он ближе. Или: как близок воздух к телу и к внутренностям его, так близок Бог: ибо Бог есть, так сказать, мысленный воздух, которым дышат все Ангелы, души святых и души людей живущих, особенно благочестивых. Ты не можешь жить без Бога ни минуты и действительно каждую минуту живешь Им: о Немже бо живем и движемся и существуем (Деян. 17, 28).

Твое сомнение в присутствии Божием в каком–либо месте и в какое–либо время и происходящее от того мучение души доказывает то, что мы ни минуты и нив каком месте не можем быть без Бога и во всякое мгновение и на всяком месте Им Одним живем. Значит, сомнение отрицательным образом только утверждает истину присутствия Божия на всяком месте и невозможность нам, как и всякой твари, быть без Него иигде. И действительно, где бы ты ни был, если усумнишься в присутствии Божием, и у тебя будет теснота и огонь на сердце, только плюнь на сомнение, сочти его обаянием, мечтою диавольскою: и тотчас тебе будет легко. Помнить надо всегда, что Бог, как и наша душа, суть мысленное, духовное Существо: и мыслями и сердцами нашими мы или приближаемся к Богу, бываем один дух с Ним (Ср.: 1 Кор. 6, 1 7), или удаляемся от Него и делаемся один дух с диаволом и всей споспешной его силой.

Познай всякий христианин лесть диавольскую, лежащую на всем мирском и тленном, отвращающую тебя под разными благовидными предлогами от любви к ближнему якоже к себе самому.

Как молитва утверждает нас в надежде на будущую блаженную жизнь? — Призывание Владычицы; явная помощь от Ней — Препрославленной.

Чрезвычайно грешный, изумительно–странный, непостоянный и жалкий я человек: то я прельщаюсь красотою лица и одежд и пленяюсь плотскою любовию, то отвращаюсь безобразия и нищеты и чувствую какое–то озлобление к людям совершенно невинным, то жалею другим ничтожного дара, когда сам имею с преизбытком; то сребролюбствую, имея уже много сребра и считая себя бедным и нищим при множестве (воистину, бедная душа); то завидую безрассудно брату — в том, что он имеет, хотя и сам имею, или хотя знаю, что без того, что брат имеет, я могу жить счастливо и что брат, может быть, лучше меня и заслуживает от Бога больших дарований, или, наконец, что просто такова воля всеблагого Бога; то я воспламеняюсь злобою безо всякой причины на другого, то унываю без всякой уважительной причины; то расслабеваю смехом без всякой, хотя сколько–нибудь достаточной причины; унываю тогда, когда не следовало бы или когда следовало бы радоваться и веселиться; смеюсь тогда, когда нужно было бы плакать и скорбеть или сохранять степенную важность. Странный я, непостоянный, ветреный человек. И как я мало имею свободы или воли над самим собою во всех этих случаях: я увлекаюсь унынием, злобою, смехом, страстями, как бы бурным каким потоком или быстрою рекою (приидоша реки) (Мф. 7, 25, 27) и едва–едва могу удержаться, и то Божиею благодатию, призвав ее в помощь. Из бездны адской дышит на меня — то злоба, то зависть, то скупость и сребролюбие, то зависть, то лукавство, то смех, то сомнение и упорное неверие, то уныние, то ожесточение и бесчувствие.

Господь видит и слышит чрез все: так сказать, каждым атомом вещества Он взирает и слышит нас, таким образом, нет и атома вещества, которым бы Он нас не видел и не слышал; нет мгновения, в которое Он не видел бы насквозь. Я не хочу сказать этим то, что Он видим чрез посредство вещества, но что нельзя представить никакого скрытного места, в котором бы нас не зрели очи Господа и не слышали уши Его; хотя Он непосредственно видит нас, будучи весь везде, весь Зрение и Слух.

Иконы требуются нашею природою. Может ли природа наша обойтись без образа? Можно ли, вспоминая об отсутствующем, не воображать его? Не Сам ли Бог дал нам способность воображения? Иконы — ответ Церкви на вопиющую потребность нашей природы. † 

Жена егда раждает, скорбь имать, яко прииде год ея: егда же родит отроча, ктому не помнит скорби за радость, яко родися человек в мир (Ин. 16, 21). (В этом сравнении Господа рождающей жены с скорбями учеников.)

Нечто подобное указанному обстоятельству в жизни женщин, возлюбленная братия, совершается ныне пред нашими глазами. Спасая род человеческий от вечных мучений, от вечной смерти в жизнь вечную, Господь Иисус терпит ныне как бы муки рождения: только Его скорби, Его мучения не сравнимы ни с какими муками рождения. Жена претерпевает муки рождения ради первой жены Евы, подвергшей греху, болезням и смерти весь род человеческий и за свои грехи, и ради рождения в мир человека по образу своему, такого же грешника, как сама. Господь Иисус Христос, совершенно безгрешный, терпит муки рождения в вечную жизнь всего человеческого рода, правосудием Отца Небесного обреченного за грехи на вечные мучения: чем больший плод, тем сильнейшие муки — эти муки должны были равняться всем тем мучениям, которые должен был вечно претерпевать весь грешный род Адама за все свои грехи, И вот Он, Милосердый, наш Спаситель, мучаясь как бы родами, скорбь иматъ. И скорбь терпит волею: ибо предвидит, что эта скорбь избавит избранное человечество от вечной смерти и сделает его наследником живота вечного (Тит. 3, 7), Царства Небесного.

Чтобы ты знал и, так сказать, глазами видел, что тебе всегда присуща благодать Всесвятого, всесильного и Живоначального Духа, ты при всякой церковной службе надеваешь епитрахиль — это как бы миро благодати, сходящее с главы до ног (Ср.: Пс. 132, 2) твоих: ибо обильно излита на тебя благодать Божия (и другим внушай это). Будь же верою орудием всесильного Духа.

Чтобы ты, человек, состоящий из души и тела, несомненно веровал, что благодать Иисуса Христа и Духа Святого передается со времен самих святых апостолов всем епископам, пресвитерам и диаконам: для этого при сообщении благодати Духа Святого употребляется видимый знак — рукоположение Архиерея, как в Крещении — вода крещения, в Миропомазании — миро, в Причащении — Тело и Кровь Христа Бога, и чрез это рукоположение, как электрический ток чрез проволоку или как чрез помазание миром, видимо преподается избранному благодать Духа учить народ, совершать Таинства и Богослужение и пасти народ Божий, и до конца его жизни остается при нем. Благоговей пред каждым рукоположенным, как сосудом, исполненным благодати Святого Духа. Благословен Бог, изливаяй благодать Свою на священники Своя, яко миро на главе, сходящее на браду, браду Аароню, на ометы одежды его (Пс. 132, 2). Употребляется в рукоположении рука — потому, что рукою мы обыкновенно подаем что–либо другому.

Любостяжание свое познаю по лишении чего–либо из имения; например, когда, потерявше что–либо, очень о том жалею и скорблю или жалею дать брату моему что–либо из любимых мною вещей. Надобно быть равнодушным, чуждым сердечной скорби и болезни после потери чего–либо из имения или и всего имения, зная, что жизнь наша не зависит от имения (Лк. 12, 15), по слову Спасителя, ведяще себе имение лучшее и пребывающее на небесех (Евр. 10, 34), и с радостию уделять брату или братии из того, что имеешь и что сам дорого ценишь, — да возлюбишь искренняго твоего, по заповеди Спасителя, якоже себе (Мф. 22, 39). — Всегда радуйся, каким бы то ни было образом безмездно благотворя образу Божию, каков и есть человек.

Любя принимать от других даяние, люби и сам давать: и всегда впредь дано будет тебе, и чем. Чтобы не недуговать любостяжанием, нужно помнить всегда, что нам очень, очень мало нужно вещественных благ для поддержания жизни нашей и приличия в одежде и домашнем убранстве, особенно же нам весьма мало нужно для напитания своего тела, и что главный наш долг — утешать души братий вещественными благами или ласковыми словами.

Сын Божий, образ Отца, сотворил Себе образ человека зрак раба, подобие человеческое (Флп. 2, 7). Ангелы являлись в человеческих образах. Что из этого?

Чем охотнее и щедрее ты будешь давать, тем охотнее и щедрее будут давать тебе — так, что твое даяние будет и в материальном отношении не потерею, а приобретением. В нюже меру мерите, воз мерится вам (Мф. 7, 2): меру добру, наткану, потрясну и преливающуся дадят на лоно ваше: тою бо — смотри — тою же мерою, еюже мерите, возмерится вам (Лк. 6, 38). Вот как премудро и благостно устрояет подающих другим общий всех Владыка и Един Прещедрый: и это — только еще образ будущих дарований.

Вещество мира яко ничтоже (Пс. 38, 6): везде и во всем Дух Божий Животворящий, превысший всего. Когда молишься Богу: представь, что вещество как бы не существует и все твари яко не сущии (Сир. 44, 8) и что Един только Бог всюду Сущий и Единый, Коему нет места, Который все Собою наполняет, объемлет, зиждет и хранит. Если и ты будешь беспристрастен к вещественному и будешь упражняться в посте и молитве, то и в тебе дух как бы поглотит плоть и ты будешь духовен, и будешь везде созерцать в природе Духа — Бога, тогда как напротив пристрастные к земному, особенно к пище, к питию, к деньгам, суть телесни, духа не имуще (Иуд. 1, 19) и во всем видят только плоть, не созерцая духа и даже отвергая духовную сторону в предметах.

Где строящееся вещество, там непременно предположить надо и Строителя его, потому что вещество, само по себе не имеющее никакого смысла и силы, не может само организоваться, расти и приносить плоды: очевидно, каждое мгновение его жизни им правит бесконечный Ум; всесильная Рука.

Христианин, удивляясь постоянному благосердию, заступлению и силе молитв о нас пред Богом Владычицы–Девы, называет Ее молитвы всесильными, говорит об Ней, что Она едина вскоре заступает нас пред Сыном и Богом Своим. [259]

Как солнце вещественное отражается всем своим кругом и сиянием в бесчисленных прозрачных предметах на земле, так Солнце духовное — Бог благоволит отобразить Себя в бесчисленных существах на небе и на земле: там — в Ангелах, а здесь — в людях, и как свет, даже вещественный, солнца не стесняется плотными, хотя прозрачными телами, но проходя сквозь оные беспрепятственно, сияет и в запертых со всех сторон от внешнего воздуха покоях дома или прозрачных предметах, обращенных к нему, так свет духовного Солнца не стесняется для духовных существ никакими вещественными преградами, ни стенами дома, ни мрачными стенами и сводами темниц, ни громадами гор, в пещерах коих скрываются рабы Божии, ни пропастями земными (Евр. 11, 38): всюду он проникает и везде сияет — во всякой душе, способной принять в себя сияние небесной истины (Павел и Сила молятся в темнице, поя Бога… и Господь внимает их молитве) (См.: Деян. 16, 25).

Аз есмь путь и истина и живот (Ин. 14, 6), говорит Господь, в противоположение диаволу, который есть заблуждение, ложь (Ср.: Ин. 8, 44) и смерть. — Слово Христово или учение Христово, заповеди Его или учение Его Церкви — путь: несомненно иди этим путем, живи по этому учению, поступай по этим заповедям — они путь и истина, потому что приводят к жизни: Аз есмь путь и истина и живот. Всякое слово диавола, все его внушения, все его козни — заблуждение, ложь: и потому приводят не к жизни, а к смерти. Слова: истина и живот — тесно связаны между собою внутреннею связию: что истинно, то непременно есть и жизнь; мудрование Божие — живот и мир (Ср.: Рим. 8, 6). — Что ложно, то непременно есть и смерть для души: в существе истины — жизнь, и в понятии лжи — смерть: одна без другой немыслимы.

Когда враг будет прельщать тебя жалением тленной пищи: вспомни тогда, чем живут Ангелы и святые Божии человеки на небеси? Не пищею тленною, а Богом; значит, и твоя жизнь прежде всего непосредственно поддерживается Богом; потому и сказано: не о хлебе едином жив будет человек, но о всяком глаголе исходящем изо уст Божиих (Втор. 8, 3;Мф. 4, 4).

То на тебя сам воюет враг, то людей к тебе подсылает для искушения.

Молитва — постоянное чувство своей духовной нищеты и немощи, созерцание в себе, в людях и в природе дел премудрости, благости и всемогущей силы Божией; молитва — постоянно благодарственное настроение души.

† Аз есмь лоза, говорит Господь, вы же рождие (Ин. 15, 5); вы же, то есть Церковь едина святая, Соборная и Апостольская [260]: потому–то как Свят Господь, так и свята Церковь, как Господь есть путь, истина и живот (Ин. 14, 6), таки Церковь: потому что Церковь одно и то же с Господом, есть тело Его от плоти Его и от костей Его (Еф. 5, 30), или рождие Его (Ср.: Ин. 15,5), внедренное в Него, Лозу Живую, питающееся от Него и возрастающее в Нем. — Церковь никогда не представляй отдельно от Господа: Иисуса Христа, от Отца и Святого Духа.

Когда враг приразится к сердцу сомнением в каком–либо слове Спасителя и уязвит тебя, скажи ему внутренно: каждое слово Бога моего Иисуса Христа есть жизнь для меня, и яд сомнения извержется из сердца, и спокойно и легко будет на душе.

Когда же приразится сомнением в каком–либо слове или изречении церковном, в действии, в обряде, скажи ему опять внутренно слова Спасителя о Церкви: егда приидет Дух истины, Той наставит вы (апостолов и Церковь, ими насажденную и распространенную, особенно пастырей и учителей) на всяку истину (Ср.:Ин. 16,13), и верь твердо, что по обетованию Спасителя в Церкви пребывает во век Дух Святый и наставляет ее на всяку истину; значит, в ней все истинно и спасительно: оттого она и называется столпом и утверждением истины (1 Тим. 3, 15). В церковных книгах, в поучениях святых отцов и Учителей Церкви везде — дышит Дух Христов, Дух истины, любви, спасения.

† Отчего имя Спасителя производит чудеса? Оттого, что оно выражает собою целость Его Божеского, всемогущего естества и объемлет в нашей мысли вдруг Существо Его и прекрасно выражает разом простоту, единичность Его, как имя человека разом объединяет все многочисленные принадлежности и качества его, или имя дерева — свойственные ему качества и принадлежности, равно имя животного — свойственные ему принадлежности и свойства, или как фокус схватывает и отражает в себе разом весь предмет. То же сказать надобно и о именах святых. Во время молитвы пусть только отразится умный лик их в фокусе твоего сердца, особенно же — лик Владычицы Богородицы: проси во время этого отражения их лика в душе твоей, как ясновидящий — и помощь тебе готова. — Опыт.

Если бы можно было видеть человеческому оку всю душу человека, то я увидел бы ясно, что живу не я, а живет во мне Христос (Гал. 2, 20), что все доброе во мне от Христа, а я — ничто.

Дух так прост, что беспрепятственно может заключаться в малейшей инфузории и развивать ее члены, — в едва заметном простым глазом семени человека, в котором он прирожденною ему от Бога силою (данною также всем растениям и животным) живя, развивает свое семя, при Божием содействии, творит составные части или члены и наконец образует полный вид человека. — Если так прост дух сотворенный, то как прост Дух несозданный — Бог?

Господь заключил созданные Им духи в бесконечно малых и великих телах, показал тем, что Он и Сам может обитать в бесконечно малом и великом; ведь это как бы Он Сам, а они как ничтоже (Пс. 38, 6).

Глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот суть (Ин. 6,63). Какие глаголы? Глаголы Его о Теле и Крови Своей, аще не снесте Плоти <Сына Человеческаго> ни пиете Крове <Его, живота не имате в себе>. Ядый Мою Плоть <и пияй Мою Кровь имать> живот вечный… Плоть Моя истинно есть брашно <и Кровь Моя истинно есть пиво>. Ядый Мою Плоть <и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз> в нем. Яко же посла Мя живый Отец <… и ядый Мя, и той жив будет Мене ради> (Ин. 6, 53, 54, 55, 56, 57), то есть Плоть и Кровь Моя суть Дух Мой (Я живу в них нераздельно в каждой частице) и живот для вкушающих оные: ибо только Духу свойственно оживлять души человеческие. Дух есть, И же оживляет, плоть не пользует ничтоже (Ин. 6, 63), то есть сама по себе плоть, без Духа Спасова, не пользует души, она вся проникнута моим духом. Итак, приступая к причащению животворящих Таин, нимало не колеблясь, нимало не любопытствуя о том, как Плоть и Кровь Спасителя оживляют, скажи себе внутренно то, что испытываешь от них на душе постоянно: они — Дух Спасов и жизнь для меня. Без них я не имею живота. И этого довольно.

Многомилостивый Господь томит грешника грехами его всюду, где бы он ни был, представляя их постоянно душе его — для того, чтобы он раскаялся в них, обратился и был жив, по написанному: хотением не хощу смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему [261] (Ср.: Иез. 33, 11): это хотение самым делом выражается в обличении грешника, в постоянном представлении ему грехов его и в томлении ими души его. Этим Господь являет нам, что без Него мы жить не можем, то есть не исполняя святой воли Его, не предаваясь вполне — всем сердцем, без всякого усумнения, истине Его; что наши пути кривы и пагубны и их нужно непременно нам выпрямить, если хотим быть живы. Так, например, будь такой грех, что усумнишься во время причащения Святых Таин в том, в самом ли деле это истинная Плоть и Кровь Спасителя, ты будешь томиться душою и не вкусишь покоя дотоле, пока от всего сердца не признаешь сомнения своего глупым или безрассудным и в сердце своем скажешь с искренностию и твердостию: да, это самое Пречистое Тело Господа моего, и сия есть Честная Кровь Его, верую [262] без всякого сомнения и колебания. — И это потому, что живот наш только в Спасителе, в Его Теле и Крови, которые для того и даны, чтобы нас очищать от грехов, оживлять, освящать и спасать. Апреля 23. 1861 г. 1–й день Пасхи.

Великий пост и Светлое Христово Воскресение. Великий пост — как время воздержания от пищи и страстей, как время борьбы с плотию, миром и диаволом, означает настоящую жизнь христианина, которая вся должна быть подвигом для Царства Небесного, а Светлое Христово Воскресение и вся Пятидесятница изображают будущую нашу — славную, блаженную, в неприступном свете (1 Тим. 6,16) Лица Божия жизнь на небеси. — Как после печали поста и покаяния, после подвигов умерщвления плоти и мучительной борьбы с миром и духами злобы поднебесными (Еф. б, 12) обильно вдруг воссиявает радость светлого праздника Христова при обилии внешнего света со внутренним, сияющим от самого Воскресения; обильно подаются, при духовных, и вещественные дары благости Божией: так после печали сей временной жизни, после подвигов умерщвления плоти и борьбы с врагами обильно воссияет в определенное судьбами Божиими время радость общего, славного воскресения всех и присносущного радования и блаженства и созерцания во славе неприступной Трисиятельного Божества [263]. Настоящие времена и празднества церковные — предуказание будущего. Теперь мы все весело стекаемся к Воскресшему Спасителю, радуемся около Него и Им. Это указание на будущее. Так, по общем воскресении все праведники радостно соберутся к Нему, как овцы к Пастырю, и будут вечно радоваться с Ним в Царстве Отца Небесного. Теперь встречаем мы Его, воскресшего из мертвых, радостно, со светильниками; придет час, когда встретим Его гряду щаго на облацех небесных с силою и славою многою (Мф. 24, 30), будем восхищени на облацех в сретение Господне на воздусе, и тако всегда с Госпо дем будем (1 Фес. 4, 17).

† Постоянный опыт души нашей показывает, что удали мы только греховное расположение из души — и Бог неотложно в нас, восседит в нас покоем, утешением, леготою. Потому сказано: греси ваши разлучают вас между Богом и между вами (Ис. 59, 2) — одни грехи, а не расстояние места или времени.

Не унывай, когда на душу твою налетают адские тучи одна другой мрачнее, когда к душе твоей приражается адская злоба, зависть, сомнение, противление и другие тучи, но твердо знай, что нахождение этих мрачных туч на мысленный горизонт неизбежно, как в природе нахождение мрачных туч на небо, но оно бывает не всегда и непродолжительно: поносятся да пройдут, и опять прояснится мысленная атмосфера души. В природе необходимо быть тучам на небе и помрачению дневного света, но эти тучи непостоянны: они скоро проходят, и после них воссиявает опять свет солнечный, и притом с новою силою.

Тело.

Вот мы и дождались Светлого Христова Воскресения. Вот мы и поклонились воскресшему Жизнодавцу. Вот мы и радуемся — не нарадуемся Его воскресению. Но чтобы действительно всем нам всегда радоваться и не нарадоваться Спасову воскресению, поговорим, какие надежды оно подает нам: ибо все праздники христианские пробуждают в нас надежду на будущее блаженство, а Светлое Христово Воскресение больше их всех обнадеживает нас в будущем нашем блаженстве. — Светлое Христово Воскресение, возлюбленные братия, крепко обнадеживает нас в той истине, что мы все непременно воскреснем, не можем не воскреснуть.

Все мы воскреснем. Христос вое та от мертвых, начаток умершим бысть (1 Кор. 15, 20), то есть Христос восстал от мертвых и тем положил начало нашему будущему воскресению. Чтобы чудо общего нашего воскресения было яснее и очевиднее для всякого, сравним Христа Спасителя и род человеческий с бесконечною цепью, у которой такое большое подъемное кольцо, за которое можно поднять не только всю эту бесконечную цепь, но еще можно прикрепить к ней, если бы можно было представить, еще такую же и не одну, а несколько, то первое, главное кольцо подняло бы и сдержало бы на себе все такие цепи, и куда бы поднято было оно, туда же поднялась бы и вся цепь (идеже есмъ Аз, ту и слуга Мой будет) (Ин. 12, 26). Уди Христовы (1 Кор. 6, 15). Теперь представьте, что главное, первое кольцо у цепи, за которое поднимается вся цепь, есть Иисус Христос, все следующие за ним кольца и колечки — это все люди, от начала мира жившие и до конца мира жить имеющие; представьте Иисуса Христа Главным Кольцом цепи, потому что Он в самом деле теснейшим неразрывным союзом соединил Себя с родом человеческим — так что стал нашим Главой, как говорит Священное Писание (и Той есть глава телу Церкве) (Кол. 1, 18), а мы Его — членами, членами Христа. Значит, мы соединены со Христом еще теснее, чем кольца цепи с главным кольцом. Теперь представьте, что кто–нибудь поднимает лежащую в земле или на земле цепь и поднимает ее на какое–нибудь высокое место, хотя на какую–нибудь высокую гору. Вы видите, что с поднятием главного кольца поднимаются кольца цепи, лежащей на земле, и чем выше поднимаете вы главное кольцо, тем выше, с одной стороны, будут подниматься ближайшие к главному кольцу кольца цепи, а с другой — постепенно одно за другим будут подниматься с земли вверх за передовыми кольцами дальнейшие кольца цепи, лежавшие на земле, пока, наконец, с поднятием главного кольца на недосягаемую высоту поднимется и вся остальная цепь. — Но вам кажется, что в этом сравнении цепи с воскресшим Жизнодавцем вознесут на высоту небесную и всех грешников нераскаянных. Нет: дайте мне докончить совершенно сравнение и увидите, что нет.

Когда ты, становясь на молитву или принимаясь за духовно–назидательное сочинение, чувствуешь неохоту к делу, доходящую до отвращения, леность, расслабление во всем теле, тогда постарайся всячески преодолеть, переломить себя и принудить к делу; вспомни, что греховный, ветхий наш человек отвращается от всего доброго и надобно силою заставлять его делать дело: Царство Небесное, говорит Спаситель, силою берется, и у потреб ляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12). Горе тебе, если всегда будешь побелсдаем плотию твоею ленивою: ты потеряешь от лености и бездействия Царствие Божие.

Боже мой! Как больно видеть, что лукавая плоть всячески отвращается дела серьезного и обращается с удовольствием к какому–либо делу ничтожному, пустому!

Считай себя последнейшим всех, попранием всех, как и действительно ты таков, и не служи гордости или, что все равно, гордецу диаволу никоим образом, ни на мгновение — да не прогневаешь Господа, противящегося гордым (Ср.: Притч. 3, 34; Иак. 4, 6; 1 Пет. 5, 5), и да не уязвишь и не свяжешь души своей на долгое время одним мгновением гордого расположения сердца. Особенно смиренно держи себя пред отцом своим, пред старцами, пред начальниками, пред духовным отцом, пред священниками.

Надеющимся на богатство — пример из Евангелия: Душе, имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждъ, пий, веселися (Лк. 12, 19). Что же Господь говорит таким людям? В сию мощь душу твою истяжут от тебе: а яже уготовал ecu, кому будут? (Лк. 12, 20.) И в одну ночь погибнет вся суетная надежда.

Господь есть жизнь моя, дыхание, сила моя, свет мой, мир, радование, пища и питие мое: что я принесу такому Благодетелю, или что воздам Ему? [264] — Воздам Ему при Его же содействии послушанием воле Его, исполнением заповедей Его: аще любите Мя, Сам Он говорит, — заповеди Моя соблюдите (Ин. 14, 15). Постараюсь угодить Ему исканием Царствия Божия и правды Его (Ср.: Мф. 6, 33) и вменением в ничто благ земных сравнительно с небесными, не буду прилепляться сердцем ни к чему земному. О Господи! Ты Сам даруй мне от сердца сказать сильное и действенное слово: «я постараюсь» или «я буду». Укрепи меня Сам десницею Своею. Сила моя, наставь меня! Даруй мне возложить надежду единственно на Тебя, моего Питателя — на Тебя, Который никогда не оставлял меня.

Жизнь есть сила животворящая. Потому Бог — Первая и Неточная Жизнь есть бесконечная, всех оживотворяющая Сила, потому и Ангелы называются также Силами небесными; и человеческая душа есть также сила: Ангелы и человеки — силы, оживотворяемые Первым Животом, носимые, руководимые и подкрепляемые Первою Силою в умном и свободном служении Первому Животу.

Смерть есть сила умерщвляющая. Первая такая сила в царствии Живого и все создавшего для жизни Бога появилась в лице диавола, а от него перешла на людей и на прочие твари земные: ибо сама тварь повинуся рабству тления за повинувшаго ю (Ср.: Рим. 8, 20, 21) — человека, подчинившегося первой умерщвляющей силе — диаволу. Так как диавол — сила умная, то он силою ума адского действует на наш ум поврежденный или своим дыханием первоначально и разлучает нас от Живота–Бога сомнением, недоверчивостию Богу — всемогущей и неизменной в своих свойствах Силе, от Бога любви разлучает духом вражды, злобы, зависти; от Бога–Духа разлучает сильною привязанностию нашего сердца к благам земным; мы замечаем, что в греховных, неестественных привязанностях нашего сердца действует сила, умерщвляющая нашу душу, как и в злобе, в сомнении и во всех грехах, в унынии, отчаянии, сомнении, противлении Божиим заповедям. Господь Бог также является в нашей душе Силою, по преимуществу любви, силою крепкияяко смерть любы (Ср.: Песн. 8, 6), силою всех добродетелей, преодолевающею все препятствия, противопоставляемые душе силами ада.

† На молитве должны мы помнить, что мы друг для друга — члены (Ср.: Еф. 4, 25) и должны молиться обо всех, как и молитва «Отче наш» являет. Апостолы тому пример, все святые. Если будем это помнить и молиться за других, то и Ангелы и святые будут молиться за нас как члены одного Царства Христова, одной Церкви, одного Тела. Едино (Ср.: Ин. 17, 21). — В нюже меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2).

Бог есть такое простое Существо, что Он быстрее молнии, быстрее мысли, незаметно посещает нашу душу. Потому и говорится: не приидет Царствие Божие с соблюдением: ибо Царствие Божие внутрь вас есть (Ср.: Лк. 17, 20, 21) — есть, то есть нельзя означить даже и мгновением приход Царствия Божия в нашу душу: отвергнул грех от сердца — и Он в сердце, и не заметишь, как и когда. И момент совершенного отвержения греха от сердца есть мгновение совершенного Его воцарения в нас, ибо Он воцаряется в нас по мере очищения от грехов. А Животворящие Тайны, по мере веры разом, мгновенно очищают, освящают и благоукрашают дом души. Так и диавол и духи злобы, как простые существа, хотя далеко не совершенные в своей простоте и сильно ограниченные, действуют надушу быстро, мгновенно, как быстра молния, кале быстра мысль. Мгновенное почувствование привязанности к земному или мгновенное склонение сердца ко греху, мгновенное усу мнение в истине — и он скочил в сердце, да он и производит в одно мгновение какую–либо страсть в сердце и потом по мере нашего ей сочувствия овладевает нами и влечет нас, куда ему угодно, как пленников, связанных по рукам и ногам. Если же мы противимся ему, то он старается чрез сильное омрачение ума и сердца уничтожить наши усилия в сердечной вере, и <помешать> благочестивым помышлениям и чувствам; чтобы победить его и прогнать от себя из сердца, нужно произвести в сердце совершенную веру в Господа Иисуса Христа и в то обстоятельство, что в тебе действует враг, что мысль твоя или расположения сердца и воли греховны, богопротивны, затем решительно отвергни их всем сердцем, рванись, так сказать, сердцем, со всею силою из греховных уз, как Сампсон, опутанный тетивами и разорвавший связи, как нитку (См.: Суд. 15, 14), силою Иисуса Христа, благодатию Святого Духа.

Помянуть Александру.

Боже мой! Как трудно терпеть иному неправду, клевету! Теснота, скорбь, огонь внутренний, мрачные мысли, одна другой мрачнее, представление в неправедном человеке врага злейшего, лютого, злоба и ненависть к нему, крайнее желание тотчас высказать ему в желчных выражениях его несправедливость и свою правду и, если можно, отплатить ему тем же, раздражительность — все это свирепеет внутри обиженного, как ад, и горе тому человеку, который бы в это время разгара страсти стал винить его самого. Он вышел бы из себя, и горячности его не было бы меры. А отчего это все, отчего эта нетерпеливость и раздражительность, это нехотение в человеке терпеть неправды, а гложет быть, даже и правды? — От гордости. Человек почитает себя едва не праведником, будучи величайшим грешником, мечтает, что его никто не должен попрекать ни в чем: потому что действия его все будто бы правильны. (Но он именно показывает себя величайшим гордецом.) Но, почитая себя правым, пылая гневом на обидчика или на того, кто сделал ему несправедливый выговор, он явно тем самым уже показывает себя гордым, а не смиренным, потому что признак истинного смирения состоит в том, чтобы с кротостию прощать обидящим и ненавидящим нас [265] представляя свою невинность и правоту видеть Судящему праведно (Ср.: 1 Пет. 2, 23), с кротостию и смиренною покорностию принимать справедливые выговоры, принимать и несправедливые, по–видимому, обиды и притеснения, за Божие посещение нас или Божие наказание за нашу гордость, Ему лучше всех известную, хотя для нас, может быть, и не заметную, или же за другие грехи: ибо кто ни [никто не] безгрешен. Итак, если ты не терпишь обиды и раздражаешься, то знай, что ты горд и крайне самолюбив и тебе нужно позаботиться о смирении, кротости и незлобии и великодушном перенесении обид в той уверенности, что ты за грехи свои достоин Божия наказания и терпения неправд от людей. Если же ты не терпишь справедливого обличения в своих проступках, то ты заражен самою сильною диавольскою гордынею и стал нечестивым человеком: ибо только для нечестивого обличение служит ранами. Не терпящему неправды нужно чаще взирать на Крест Спасителя и размышлять о том, как много претерпел неправды от людей Сам Господь, <как> велики были невинные страдания Его — Бога и совершенно праведного Человека: а Он оставил нам образ, да последуем стопам Его; надо и то помнить, что Его невинные страдания привели Его к славе.

† Еще нужно помнить, что как виновник обид неправедных есть общий враг рода человеческого, то он же производит и огнь гнева, тесноту, нетерпение и раздражительность в душе человека: и поэтому уже самому нужно быть равнодушным и хладнокровным при наносимых обидах, а обидчиков считать только достойными любви и сожаления орудиями врага, которые по допущению Божию изобидели нас. Кто не терпит здесь со Христом, тот и не может быть там, где Христос.

Христианин должен соблюдать спокойствие духа при всех искушениях и неправдах человеческих. Что я говорю? Хотя бы мир стал рушиться, и тогда он должен быть величественно–покоен духом своим, будучи утвержден сердцем во Христе. — Мир Мой даю вам… (Ин. 14, 27.) При идите ко Мне <вси труждающиися и обремененнии> и Аз упокою вы (Мф. 11, 28). Признак истинно христианской души — всегдашний внутренний мир и спокойствие. А мы каковы? — От всего беспокоимся, да еще сами даем простор в сердце беспокойным мыслям— растите и множьтесь (Ср.: Быт. 1, 22) себе на беду душе.

Обижаясь на клевещущих и злословящих тебя, ты обнаруживаешь чрез то желание, чтобы добре говорили о тебе ecu человецы. Но горе вам, сказал Спаситель, егда добререкут вам ecu человецы (Лк. 6, 26).

Как было бы мне хорошо, если бы я, во имя Господне, онемел и смирился, и умолчал (Ср.: Пс. 38, 3) от обиды протоиерея! Я был бы покоен и доволен собою, не раздражался бы до болезни не только духа, но и тела! Зачем я не поступил так, как решился поступить тотчас по причащении в Великую Субботу! Иисус же молчаше (Мф. 26, 63). Вот как нужно вести себя, когда неправедно на нас свидетельствуют! [266] И прекрасно поступил бы, сделавши так!

Еще заметь, что проложило в твое сердце доступ врагу — так взволновать и смутить тебя: ты во имя Христа Воскресшего какое дал целование десницы<?>. Вот это бесстыдное целование и проложило путь возмутителю правды. Помни твердо, что какое бы зло люди не сопл ели на тебя, они соплетают его по научению диавола и суть его орудия, значит, надо молиться об оскорбляющих, а не злобиться на них: Побеждай благим злое (Рим. 12, 21). Надо быть ласковым к ним. Зная хорошо в себе действия врага бесплотного, как не хочешь верить, что он же действует в других, зачем приписываешь оскорбления исключительно людям? Помни еще заповедь Спасителя: ударившему тебя в ланиту (то есть неправедно обижающему тебя), обрати и другую (Ср.: Мф. 5, 39).

Что означала купина, виденная Моисеем, горящая огнем и не сгоравшая (См.: Исх. 3, 2)? — Новозаветные животворящие Тайны Тела и Крови Христовых. Вы видите хлеб и вино, проникнутые огнем Божества (все в огне Божества), невидимым, но ощущаемым внутри человека, и между тем не сгорающие — потому что они суть самое Тело и самая Кровь Господа Иисуса Христа [267].

Ты ощущал в себе не раз пришествие Святого Духа внезапное, незаметное, быстрее молнии (электричества); твои внутренности в мгновение проникались и оживотворялись легким, упокояющим огнем Божества, Его преестественным дыханием; как огнем газ, так Святым Духом твое сердце мгновенно воспламенялось. Но с огнем вещественным и газом бывает это видимо, а с Духом Божиим и сердцем человека — невидимо: ибо Дух Божий есть чистое отрицание материи, противоположен ей совершенно.

На хлеб и вино Святых Таин, как на руно дождь или роса (Ср. :Пс. 71, 6), сходит Святой Дух и претворяет их в Тело и Кровь Божия Сына.

Когда при совершении Богослужения, Таинства или какой–либо требы почувствуешь в сердце упорное неверие или окамененное нечувствие [268] сердца к тому, что говорится в них, тесноту и трудность в произношении молитв, скажи тогда от всего сердца и в сердце: Господи, претвори меня из гордого фарисея в смиренного мытаря и даруй мне помолиться с мытаревым распололсением и сокрушением сердца (См.: Лк. 18, 10–14)! — И поверь, что неверие и бесчувствие пройдут и ты ощутишь вскоре в сердце своем блаженное смирение, живую веру и сладкое умиление: выйдешь на сердечную свободу, успокоишься и возрадуешься и возблагодаришь Господа, творящего дивная со смиренными рабами Своими. Да, Господь всегда призирает на смирение рабов Своих (Ср.: Лк. 1, 48), дает им благодать Свою, а гордым противится (Иак. 4, 6; Притч. 3, 34). О, тяжко гордым противу рожна прати (Деян. 9, 5). — Все дела и вся жизнь гордых есть тяжкий, невыносимый труд, потому что им в каждую минуту противится Вседержитель.

Мышление и выражение стройного мышления о предмете, одушевленном характером сочинителя, есть образ сотворения Богом мира. Сочинения людей — это чудеса премудрости Божией.

Господь приближает нас иногда к вратам смертным для того, чтобы мы помнили Его — Жизнодавца и были осторожны в жизни — со страхом жития вашего время жительствуйте (1 Пет. 1, 17).

Молитва поначалу почти бывает тяжела для плоти, а потом обмолишься: и легка, и животворна. Унывать не надо никогда, хотя даже и не получаем желаемого.

К молитве пред иконами или без них нужно приступать всегда с полною надеждою на получение просимого, например, избавления от скорби и душевной болезни и от греха: потому что прежде тысячу раз была получаема явная милость от Господа или Владычицы и не надеяться на получение просимого или сомневаться в слышании молитвы было бы крайним безумием и слепотою.

Если бы вас кто спросил: зачем вы молитесь иконам бездушным, какая вам от этого польза? — Скажите им, что от икон наших мы несравненно больше получаем пользы, чем от самого доброго и благотворительного человека; скажите, что от икон приходит всегда благодатная сила и помощь душам вашим, избавляющая вас от скорбей и болезней, особенно же — от икон Спаса и Богоматери; что одно сердечное, с верою, воззрение на них, как на живых и близ нас находящихся, спасает от лютых скорбей, страстей и мраков душевных; что если прикосновение к ризам Спасителя (См.: Мф. 9,20–21) и платкам апостолов делало больных здоровыми (См.: Деян. 19,12), то тем более Лики Спасителя и Богоматери сильны исцелить верующих от всякой скорби.

Моя душа может вообразить миллионы ликов, например, единой и Той же Божией Матери, а рука моя художественно начертать сколько угодно Ее Ликов: и все они будут досточтимые Лики Ее, как Сама Она — так Единица Пресущественная и Животворящая измыслила и чрез Зиждительное Слово Свое сотворила, а чрез Святого Духа освятила бесчисленное множество умных образов Своих — Сил небесных; так же Отец измыслил, а Сын — Сам Живой образ Отца — создал, освятил Духом Святым чувственно–разумный образ Свой — человека и от него единого, на постоянное удивление наше, доныне делает творчески такие образы; и все живые, прекрасные, Богоподобные, пребывающие, вечные. Так и я, сколько бы ни изобразил икон, все они для меня — истинные, досточтимые иконы, которые я буду, без сомнения, чтить поклонением, только бы они соответствовали действительным, живым святым образам (иконам) Божиим. Что препятствует нам иметь столько же Ликов, например, Спаса Христа, сколько отдельных лиц христианских: каждый Лик Спаса есть досточтинейший Его Лик, сияющий в душе каждого истинного христианина. Прекрасное и боголюбезное обыкновение у христиан иметь образ Спасов и молиться Ему: это — потребность вопиющая нашей души: Сам Господь с любовию, Ему свойственною, желает вообразиться в нас, как говорит Апостол: Чадца моя, имиже паки болезную, дондеже вообразится Христос в вас (Гал. 4, 19); или — вселитися Христу верою в сердца ваша (Еф. 3, 17); но как воображу я в сердце Христа, когда наперед не изображу Его себе чувственно и не представлю Его пред своими глазами? — И вот у нас образа Спасителя, Божией Матери и др<угих>. Любовь к ним христиан, желающая всегда обносить образы их в мыслях и в сердце, самая природа наша чувственно–духовная вызвали необходимость изображать их иконным писанием, ставить в почетнейшем месте дома, как в сердцах наших или в домах душ наших даем им самое почетное место, и чтить их поклонением прежде сердечным, а потом телесным. И как согласно с намерением Божиим наше почитание икон? — Небо отвечает нам в иконах, как бы с очистилища древле Господь в еврейской скинии, множество из них сияет чудесами.

Когда начальник желает чего от тебя, не ищи поставить на своем, да не в суд впадешь диаволь (Ср.; 1 Тим. 3, б).

Еще: при всех неправдах на тебя от людей, как и правдах, говори в сердце: Господи! Да будет воля Твоя!

Господи! Даруй мне сердце простое, незлобивое, открытое, верующее, любящее, щедрое.

После двух дней лютой скорби Господь изобильно пролил в душу мою утешение в животворящих Своих Тайнах. Я служил обедню покойно, причастился с твердою верою. — Так после грозных туч ясное солнце сияет на небе. Слава Богу о всем!

† Се, стою при дверех и толку (Откр. 3, 20). Это значит, что Господь постоянно стоит при дверях нашего сердца, запертого или запираемого для Него грехами или разными пристрастиями. — Вот стою. — Вы молитесь, а Он у самого сердца вашего стоит и внимает каждому сердечному вашему движению и чувству.

† Говоря с каким–либо человеком, мы уверены, что он слышит нас, несмотря на расстояние его от нас, иногда очень значительное, уверены потому, что получаем от него соответствующие ответы, хотя не знаем совершенно, как он слышит или как многие слышат слова меня одного и производят в их сердце те же понятия и расположения, какие во мне, или — мы говорим, например, в многочисленном собрании и уверены, что все собрание разом нас слышит и, если наши слова идут от сердца, они падают также на сердца слушателей и производят в них благие мысли и расположения души. Так, беседуя в молитве с Богом или со святыми, мы должны быть без малейшего сомнения уверены, что наши речи, от сердца произносимые, бывают слышимы (не говорю о Боге, Который везде и все знает, самое сердце) не только так же, как живыми людьми слышатся наши слова, но гораздо удобнее, по причине простоты мира духовного, и ответы на наши молитвы подаются также с большим удобством, и более мудрые и полезные, чем ответы земных лиц на наши просьбы по той же простоте и богопросвещенности небожителей. Это считать надо за аксиому, за истину, не требующую доказательства, за самое обыкновенное дело. Как в первом случае всякий уверен в слышании другими наших слов из опытов, так и здесь. То не объяснить вполне и это, но дело говорит само за себя.

Дух Святой — Дух истины, то есть, например, истины Священного Писания, истины Богослужебных книг, творений святых отцов, Дух истины для показания, что есть дух лжи — диавол.

Сон. Гумилевский прекально [269] пришел в церковь и стал вместо меня проповедовать, а потом, кончивши проповедь, предложил слушателям, чтобы они дали ему за то плату. Необротиши у стен вола молотяща (Втор. 25, 4; 1 Кор. 9, 9). Это значит, что мне непременно надо проповедовать.

А Отец Небесный вразумил меня, что Он постоянно назирает, кто как ведет себя и какие имеет расположения сердца. 28 апреля 1861 года. Пятый день Пасхи. Пятница.

Бог наш, поет Давид, Бог <еже> спасати (Пс. 67, 21). А мы можем ныне говорить то же и о Пресвятой Богородице: Мати Божия — Мати Спасати. 4–Страсти принимают на себя личину правды, и плевелы хотят уподобиться пшенице; но по внутреннему смущению, какому–то мучительному огню и тесноте легко отличить их от правды и добродетели. Так бывает, что священник завидует собрату своему, проповедующему хорошо и успешно, но не свое, а чужое. Посмотрите: он явно негодует на него и иногда злобно насмехается над ним, говоря об нем: он скомпилировал эту проповедь, или: эта проповедь такого–то. Что же? Ужели чужой труд, коим воспользовался брат мой для проповедания Слова Божия, дает мне право смеяться над ним и злобиться на него? — Нимало. Да разве мы сами свое говорим? Не Божие ли слово в устах наших, например, при чтении Евангелия, при совершении Богослужения и Таинств и разных молитв? — Не Бог ли просвещает сердца наши, когда мы составляем свои поучения и предлагаем их народу? Что в них бывает у нас своего–то? Мы, по Апостолу, не. довольны есмы помыслити что от себе, яко от себе, но довольство наше (способность наша) от Бога: Иже и удоволи нас (Он — Один сделал нас способными) служители быти Нову Завету (2 Кор. 2, 5–6). Итак, в насмешке над братом и в злобе на брата, проповедующего чужое, а не свое, скрывается действие змия–завистника, и горе тому, кто слагается с врагом на поругание брата и истины Евангельской: ибо смеющийся над проповедником смеется над Самим Христом: един есть Наставник ваш, сказано, Христос (Мф. 23, 10); да чрез всех священников Сам Он учит, а они — только орудия.

Горе, говорит Спаситель, егда добререкут вам ecu человецы (Лк. 6, 26), разумеется, неправедно. Значит, надо радоваться, когда зле рекут на нас. Блажени есте, егда поносят вам., ижденут и рекут всяк зол глагол на вы лжуще., Meнe ради (Мф. 5, 11).

Везде видишь на земле премудрого Художника Духа, вселяющегося полнотою радости в тварях и делах рук Своих и являющего без конца премудрость Свою. Всюду видишь Животворящего Духа, как художника или как горшечника, образующего многоразличные одушевленные и неодушевленные сосуды. Особенно Его видишь в святых людях, как в величественных, прекрасных храмах Его. Но в людях неверных и нечестивых видишь почти на каждом шагу и дела злого духа — все страсти, возмущения, нестроения, вражды, противления.

Бог есть Бытие и Жизнь всего существующего. Потому Он и называется Сый (См.: Исх. 3, 14), как бы единственное Бытие, Первое, Несозд