Категории

        

Страстная седмица

Календарь Страстной седмицы

Страстная седмица, или Неделя Страданий Господа

 

(10 апреля – 15 апреля)

 

Великий Понедельник (10 апреля).

 

Великий Вторник (11 апреля)

 

Великая Среда (12 апреля)

 

Великий Четверг (13 апреля)

Чин умовения ног

Чтение 12-ти «Страстных Евангелий». Патриарх совершает освящение мира.

 

Великая Пятница (14 апреля) 

Богослужение Царских Часов.

Чин выноса Плащаницы.

 

Великая Суббота (15 апреля) 

Святые Отцы о Страстной седмице

Крестом и смертью Богочеловека окончено и совершено все, что было необходимо для нашего спасения: рукописание грехов человеческих изглаждено; правда и закон удовлетворены: слава Божия восстановлена; благодать и царство для рода человеческого заслужены. Вместе с сим должно было кончиться и уничиженное состояние нашего Искупителя и уступить место состоянию славы и величия, которое и началось теперь у самого Его гроба: и будет покой Его честь!

Читать полностью

«Блестяще написанная, эта книга была первым в России опытом историко-художественного изложения евангельских событий», — отозвался о книге свт. Иннокентия Херсонского «Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа» отец Александр Мень.

Иннокентий Херсонский в этой своей книге дал образец применения метода, впоследствии получившего широкое распространение в трудах Ф. У. Фаррара, А.-М. Дидона, Д. К. Гейки, А. Эдерштейма: иллюстрации подробностей евангельской истории данными из всеобщей истории, археологии и др. наук.

Интересно мнение святителя об издании этого труда (шире: о книгах по библеистике, богословию и вызываемой реакции на них): «Хотя в них [в рукописях «Последних дней»] и нет ничего еретического, но обстоятельства нынешние таковы, что охотники до ересей легко могут найти в них к чему привязаться, а мне уже давно наскучило иметь дело с инквизицией».

Читать книгу

Что особенно поразительно в Иуде — это то, что ведь во время пребывания своего с Господом он был по жизни точь–в-точь то же, что и все Апостолы. С ними ел, пил, ходил, проводил ночи, с ними слышал поучения и видел чудеса Господа, с ними терпел все нужды, ходил даже на проповедь Евангелия и, может быть, творил чудеса именем Господа; ни Апостолы, ни другие никакой от себя особенности в нем не видели. А между тем под конец видите, что вышло? Откуда же этот плод? Конечно, извнутри, из души. И вот, видите, внутри души зрело то, чему во время не было никаких признаков снаружи.

Знал ли даже сам Иуда, что у сердца своего он лелеял такую змею, которая сгубит его наконец? По обычаю врага нашего скрывать узы, коими опутывает он грешника, главную страсть всегда закрывает он разными сторонними благовидностями от сознания и даже совести и только тогда, как рассчитывает на верную погибель человека, выпускает ее — напасть — на него со всею неудержимою яростью. Можно, судя по сему, думать, что Иуда не видел всего безобразия своей страсти и сам себя сознавал не худшим других Апостолов. И пал, как бы не предвидя того.

ВО ВТОРНИК СТРАСТНОЙ СЕДМИЦЫ (Утруждая плоть, потрудите и душу)

В ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРТОК (Как хочешь, но устройся так, чтоб ты всегда был, как будто только что причастился)

В ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРТОК (Тело и кровь Господа есть великий дар)

В ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРТОК (Господь в нас! Озаботимся навсегда удержать его в себе)

Какое было то зрелище, которое приводило зрителей в совершенное недоумение? какое было то зрелище, которое запечатлевало уста зрителей молчанием и вместе потрясало души их? Приходили они на зрелище, чтоб удовлетворить любопытству; уходили со зрелища, ударяя в перси и унося с собою страшное недоумение… Какое было это зрелище?

На это зрелище смотрели не одни человеки: смотрели на него с ужасом и глубочайшим благоговением все Ангелы Божии; предметы небесные уже не привлекали их внимания; взоры их устремились, приковались к зрелищу, открывшемуся на земле. Солнце увидело невиданное им, и, не стерпевши увиденного, скрыло лучи свои, как человек закрывает очи при невыносимом для них зрелище: оно оделось в глубокий мрак, выражая мраком печаль, столь горькую, как горька смерть. Земля колебалась и потрясалась под событием, совершившимся на ней. Ветхозаветная Церковь растерзала свою великолепную завесу; так терзаются и не щадятся драгоценнейшие одежды при бедствии неотвратимом, решительном. Вси пришедшии народи на позор сей, видяще бывающая, биюще перси своя, возвращахуся… Какое это было зрелище?

Было зрелище, которое ныне мы созерцаем в воспоминании, в совершаемом церковном служении, в священном Изображении, предлежащем нашим взорам. Зрелищем был Сын Божий, сошедший с небес, вочеловечившийся для спасения человеков, обруганный, убитый человеками.

Какое чувство, как не чувство ужаса, должно всецело объять сердце при этом зрелище? Какое состояние, как не состояние совершенного недоумения, должно быть состоянием ума? Какое слово может быть произнесено при этом зрелище? Не замрет ли всякое человеческое слово во устах прежде исшествия из уст?

Слово в Великий Пяток

В Великий Четверток. О Святых Христовых Тайнах

Содрогнулся ад, ибо рушились его сила и власть. Расселись скалы, отверзлись высеченные в них гробы, и тела усопших святых поднялись, и вышли из гробов, и явились многим в Иерусалиме, благовествуя всем: «Совершилось».

Что совершилось? Совершилось дело спасения рода человеческого от власти диавола, сбылись древние ветхозаветные пророчества.

Читать книгу.

Какое печальное зрелище пред очами нашими! Спаситель наш во гробе. Во гробе Радость наша, Сокровище нашего сердца. Но как Ты, наша Утеха, мог заключиться в малом этом гробе? Здесь ли место Тебе? Ты, живя на земле, жизнь всем отдавал, а Сам теперь лежишь безжизнен. Ты всем слезы осушал, а теперь Сам Своих возлюбленных повергаешь в слезы о Себе. Тебе ли место здесь? Здесь место нам, смертным, а не Тебе Безсмертному, нам с тленными и греховными телами, нам грешникам, достойно осужденным на смерть, а не Тебе, Святейшему и Безгрешному.

   Братие! Восплачем и возрыдаем: это мы своими грехами заключили Безгрешного во узы смерти, это мы, осужденные на смерть, заставили Его снизойти до врат смертных, для нас, которых готов поглотить ад, Он сошел душою во ад, телом предлежа пред нами.

Читать полностью.

Христиане! Быв ныне призваны Церковью воззреть и мысленным и вместе чувственным оком на образ Иисуса Христа, в жизни и смерти преданного Богу Отцу своему любовью и послушанием, воспомянем, что, когда и сам Он в сем образе предстал Иудеям, ожесточенные чада гнева не пленились добротою красного паче сынов человеческих, но удаляли от себя образ Его и желали потребить Его. Да внемлем прилежно и нашему в безобразии первого Адама рожденному сердцу, каким гласом отзывается оно к образу второго Адама, в который мы должны преобразиться. Но говорит ли оно, что в сем образе есть слишком печальные и страшные черты, что оно желало бы носить токмо приятные и радостные, а распятие воли предоставить Распятому за нас плотию, что из детской преданности Богу должно исключить Богом утвержденные права разума и свободы? Ведайте, что сии или подобные сим чувствования и желания суть хотя тихие и отдаленные отголоски оного вопля Иерусалимского против Иисуса: Возми, возми, распни Его (Ин.19:15), между подражателями и врагами распятого Иисуса нет среднего состояния. Иже несть со Мною, - говорит Он, - на Мя есть (Мф. 12:30). Должно взять один из двух жребиев непременно: или жребий Распятого, или жребий распинателей. Сам Распятый нашего ради спасения благодатью своею да дарует всем нам верою разумети Его, и силу воскресения Его и сообщение страстей Его подражанием, сообразуяся смерти Его (Флп.3:10) во умерщвлении воли своей и самопредании в волю Божию, да тако и мы достигнем в воскресение мертвых [Флп.3:11]. Аминь.

Слово в Великий пяток, 1806
Слово в Великий пяток, 1813
Слово в Великий пяток, 1816
Слово в Великий пяток, 1817

О Великой пятнице: евангелисты, Лев Великий, Косма Маюмский, Илия (Минятий), Симеон Метафраст, Филарет Московский, Феофан Затворник, Иннокентий Херсонский, Игнатий (Брянчанинов), Иоанн Кронштадтский, Лука Крымский, Николай Сербский, Иустин (Попович), Сергий Мечев, Антоний Сурожский, Александр Мень, Александр Геронимус, Борис Гладков, Аверкий (Таушев), Кассиан (Безобразов), Чарльз Додд, Мария Красовицкая, Постная Триодь.

Читать книгу

О Великой субботе: Кассия Константинопольская, Косма Маюмский, Амфилохий Иконийский, Епифаний Кипрский, Фотий Константинопольский, Иоанн Дамаскин, Григорий Палама, Феофан Затворник, Иннокентий Херсонский, Серафим (Звездинский), Антоний Сурожский, Александр Мень, Георгий Чистяков, Иоанн Мейендорф, Иларион (Алфеев), Александр Геронимус, Мария Красовицкая, Триодь Постная.

Читать книгу

Книги о Страстной седмице

В результате получается, будто в смерти Иисуса не виноват никто. Первосвященники и старцы — просто фундаменталисты. Пилат — просто трусливый человек, испугавшийся личной катастрофы. Ученики просто разбежались. Римские воины — просто грубые солдаты со своими казарменными шутками. Тиберий вообще не имеет к этому никакого отношения. Он, наверное, был бы готов первый сделать что-то для Иисуса, потому что он боится богов и их гнева; он, вероятно, как и многие люди его времени, видел в Иисусе одного из языческих богов, сошедшего зачем-то на землю. Иуда, и это надо ясно понимать, тоже не главный виновник того, что случилось. Это просто маленький человек, решивший воспользоваться ситуацией и заработать на ней денег, пусть и небольшую сумму, — если бы его не было, Иисуса всё равно схватили бы, только на два часа раньше или, наоборот, позже. Иуда получил своё, но не выдержал и покончил с собой.

Таким образом, оказывается, что каждый по отдельности здесь слаб, конечно, может быть, и глуп, но не совсем плох и не преступен. А все вместе делают нечто чудовищное! Страшно, когда людей, поодиночке неплохих, объединяет не Бог, а зло, — тогда в них начинает действовать чёрная сила, которая способна на всё. Вот, наверное, самый страшный урок Страстной недели.

Георгий Чистяков «Страстная неделя»

Перед нами гроб Господень. В этом гробе человеческой плотью предлежит нам многострадальный, истерзанный, измученный Сын Девы. Он умер; умер не только потому, что когда-то какие-то люди, исполненные злобы, Его погубили. Он умер из-за каждого из нас, ради каждого из нас. Каждый из нас несет на себе долю ответственности за то, что случилось, за то, что Бог, не терпя отпадения, сиротства, страдания человека, стал тоже человеком, вошел в область смерти и страдания, за то, что Он не нашел той любви, той веры, того отклика, который бы спас мир и сделал невозможной и ненужной ту трагедию, которую мы называем Страстными днями и смерть Христову на Голгофе.

Скажете: как мы за это ответственны — мы же тогда не жили?! Да, не жили! А если бы теперь на нашей земле явился Господь — неужели кто-нибудь из нас может подумать, что он оказался бы лучше тех, которые тогда Его не узнали, Его не полюбили, Его отвергли, и чтобы спасти себя от осуждения совести, от ужаса Его учения, вывели Его из человеческого стана и погубили крестной смертью? Нам часто кажется, что те люди, которые тогда это совершили, были такими страшными; а если мы вглядимся в их образ — что же мы видим?

Мы видим, что они были действительно страшны, но нашей же посредственностью, нашим измельчанием. Они такие же как мы; их жизнь слишком узкая для того, чтобы в нее вселился Бог; жизнь их слишком мала и ничтожна для того, чтобы та любовь, о которой говорит Господь, могла найти в ней простор и творческую силу. Надо было или этой жизни разорваться по швам, вырасти в меру человеческого призвания, или Богу быть исключенным окончательно из этой жизни. И эти люди, подобно нам, это сделали.

Читать проповедь полностью.

Вопрос — о смысле страстей Христовых: разве они не излишни после боговоплощения? Разве они (как говорят последователи Иоанна Дунса Скота) не есть нечто дополнительное, акцидентное по крайней мере по отношению к основной цели — прославлению Отца через соединяющего в себе все Сына (Еф., 1:10)? Если же страсти Христовы — это центр всего, а боговоплощение становится путем, ведущим к этой цели, то разве тогда явление славы Божьей в мире не ставится в зависимость от греха человека, разве Бог не становится средством скорейшего достижения цели творения? Избегая любых внешних попыток гармонизации, в дальнейшем мы постараемся показать, что рассмотрение страстей Христовых в качестве центрального момента боговоплощения приводит к полному и совершенному совпадению обеих точек зрения: Бог, служа и омывая ноги своему творению, открывает глубины своей божественной природы и являет свою высочайшую славу

Читать книгу.

Сам Божественный Агнец приносит Себя в жертву. Содрогаются небо и земля. Солнце скрыло свой лик. Тьма надвигается на Голгофу. В одиночестве, с высоты Креста, встречает Он мрак. Внизу люди, глумящиеся и встревоженные, равнодушные и плачущие. Он один. «Изъязвлен за беззакония наши и мучим За грехи наши». Он умирает, умирает вместе со всеми пережившими муки и смерть, делит с миром последний ужас конца…

Читать книгу

Две лекции о Страстной седмице

Великий Пост заканчивается, его сменяет череда великих праздников: Лазарева суббота, Вход Господень в Иерусалим, Страстная седмица и, наконец, Пасха.

Службы Страстной седмицы, как и воспоминаемые в них последние дни земной жизни Господа Иисуса Христа, занимают центральное место в сознании Церкви. В одном из песнопений Великой Субботы эти дни прямо соотнесены с шестью днями Творения: там Бог дает жизнь своему творению, здесь — возвращает ее умершему грехом человеку; спасает мир, приводит его от смерти в Царство Вечной жизни.

Православные христиане продолжают поститься, и все же Страстная — именно праздничная неделя.

Мы приглашаем вас вместе с нами задуматься о смысле слова «праздник» в приложении к Страстным дням, внимательно вслушаться в евангельский рассказ и церковные песнопения о крестном пути Спасителя. Какие напутствия спешит дать Христос своим ученикам перед последней разлукой? О чем Его молитва? Как нам в эти дни «устроить сердце свое» угодным Господу?

Слушать или смотреть лекцию.

Лекция поможет понять, что происходит в храме в последнюю неделю перед Пасхой, как Церковь готовит нас к этому празднику, разворачивая перед нами события последних дней жизни Спасителя.

Страстная седмица — особое время в жизни Церкви. Каждый день уникален: у него своя тема, свои песнопения и специально подобранные чтения из Ветхого и Нового Завета.

Устав Церкви, каким мы знаем его сейчас, складывался тысячу лет, и разобраться в нем самостоятельно нелегко. Нужен тот, кто подскажет — что главное в каждом из дней, на что обратить внимание, о чем задуматься, к чему себя готовить.

Об этом расскажет Илья Александрович Красовицкий, регент с многолетним стажем, преподаватель литургики из Свято-Тихоновского университета. Лекция будет полезна и тем, кто только знакомится с православным богослужением, и тем, кто уже давно в Церкви.

Вот что будет на лекции:

— общие особенности Страстных служб. Что общего и чем отличаются Страстные службы и великопостные? Каково содержание воспоминаний каждого дня?

— Литургия в дни Страстной седмицы. В какой день и в какое время какая Литургия совершается и почему?

— рассказ о каждом дне недели с понедельника по субботу. Значение дня, какие службы служатся в этот день, основные чтения и песнопения.

Смотреть, слушать, читать лекцию.


Тематические страницы