Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Самопознание
Книга, написанная в уникальном жанре философской автобиографии. Читатель прикоснется в ней не только к личности Бердяева, его интереснейшей жизни, истории становления его взглядов, истории России и Запада.
Книга удалена по требованию правообладателя.
Книга, написанная в уникальном жанре философской автобиографии. Читатель прикоснется в ней не только к личности Бердяева, его интереснейшей жизни, истории становления его взглядов, истории России и Запада 1-й пол. XX века, но и к самой его философии. Этот жанр как нельзя лучше отвечает бердяевскому пониманию философии: экзистенциальное личностное познание, истина как бытие, жизнь.
О жанре «Самопознания» Бердяев пишет: «Я не хочу писать воспоминаний о событиях жизни моей эпохи, не такова моя главная цель. Это не будет и автобиографией в обычном смысле слова, рассказывающей о моей жизни в хронологическом порядке. Если это и будет автобиографией, то автобиографией философской, историей духа и самосознания. […] Между фактами моей жизни и книгой о них будет лежать акт познания, который меня более всего и интересует. […] В книге, написанной мной о себе, не будет выдумки, но будет философское познание и осмысливание меня самого и моей жизни. Это философское познание и осмысливание не есть память о бывшем, это есть творческий акт, совершаемый в мгновении настоящего. Ценность этого акта определяется тем, насколько он возвышается над временем, приобщается ко времени экзистенциальному, то есть к вечности. Победа над смертоносным временем всегда была основным мотивом моей жизни. Книга эта откровенно и сознательно эгоцентрическая. Но эгоцентризм, в котором всегда есть что-то отталкивающее, для меня искупается тем, что я самого себя и свою жизненную судьбу делаю предметом философского познания. Я не хочу обнажать души, не хочу выбрасывать вовне сырья своей души. Эта книга по замыслу своему философская, посвященная философской проблематике. Дело идет о самопознании, о потребности понять себя, осмыслить свой тип и свою судьбу. […] Книга моя написана свободно, она не связана систематическим планом. В ней есть воспоминания, но не это самое главное. В ней память о событиях и людях чередуется с размышлением, и размышления занимают больше места. Главы книги я распределил не строго хронологически, как в обычных автобиографиях, а по темам и проблемам, мучившим меня всю жизнь. Но некоторое значение имеет и последовательность во времени.
О своей эпохе, одной из самых трагичных в мировой истории Бердяев пишет: «Мне пришлось жить в эпоху катастрофическую и для моей родины, и для всего мира. На моих глазах рушились целые миры и возникали новые. Я мог наблюдать необычайную превратность человеческих судеб. Я видел трансформации, приспособления и измены людей, и это, может быть, было самое тяжелое в жизни. Из испытаний, которые мне пришлось пережить, я вынес веру, что меня хранила Высшая Сила и не допускала погибнуть. Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же эпохи несчастные и страдальческие для отдельных людей, для целых поколений. История не щадит человеческой личности и даже не замечает ее. Я пережил три войны, из которых две могут быть названы мировыми, две революции в России, малую и большую, пережил духовный ренессанс начала XX века, потом русский коммунизм, кризис мировой культуры, переворот в Германии, крах Франции и оккупацию ее победителями, я пережил изгнание, и изгнанничество мое не кончено. Я мучительно переживал страшную войну против России. И я еще не знаю, чем окончатся мировые потрясения. Для философа было слишком много событий: я сидел четыре раза в тюрьме, два раза в старом режиме и два раза в новом, был на три года сослан на север, имел процесс, грозивший мне вечным поселением в Сибири, был выслан из своей родины и, вероятно, закончу свою жизнь в изгнании».
Материалы по теме
Литургия смерти и современная культура
Небольшая книжка (запись четырех лекций) о, вероятно, главном в христианстве — победе над смертью. «…
Небольшая книжка (запись четырех лекций) о, вероятно, главном в христианстве — победе над смертью. «Что это значит для нас — тех, кто ведь все равно умрет?» — главный вопрос отца Александра. Но не единственный.
Собрание писем
Письма Амвросия Оптинского, наверное, самого знаменитого оптинца. Настоящее сокровище, чистое золото…
Письма Амвросия Оптинского, наверное, самого знаменитого оптинца. Настоящее сокровище, чистое золото святоотеческого духовного наставления. Трезвость, строгость, точность и, конечно, любовь — основные черты этих писем.
Полное собрание писем
Полное собрание писем святителя Игнатия (Брянчанинова): к мирянам, монашествующим, родным и близким.…
Полное собрание писем святителя Игнатия (Брянчанинова): к мирянам, монашествующим, родным и близким. Наставления и свидетельство жизни великого учителя духовной жизни.
Птицы небесные, или Странствия души в объятиях Бога
Автобиография Симеона Афонского
Автобиография Симеона Афонского
Несвятые святые
«“Несвятые святые” и другие рассказы», наверное, самая знаменитая православная книга наших дней. Ее …
«“Несвятые святые” и другие рассказы», наверное, самая знаменитая православная книга наших дней. Ее составили короткие автобиографические рассказы, в большинстве своем связанные с Псково-Печерским монастырем.
Под кровом Всевышнего
Замечательная во всех отношениях книга. «Под кровом Всевышнего» Соколовой — автобиография — по сути …
Замечательная во всех отношениях книга. «Под кровом Всевышнего» Соколовой — автобиография — по сути история верующей семьи во времена советских гонений — дочери известного духовного писателя Н. Е. Пестова, жены священника, матери.
Козел отпущения
Книга, резюмирующая в наиболее краткой и понятной форме теории Жирара — теорию миметического насилия…
Книга, резюмирующая в наиболее краткой и понятной форме теории Жирара — теорию миметического насилия, связывающей насилие и желание и теорию учредительного насилия («козла отпущения»), объясняющей генезис культуры как таковой.
Нам оставлено покаяние
Собрание писем игумена Никона (Воробьева). Игумен Никон продолжал традицию Игнатия (Брянчанинова): а…
Собрание писем игумена Никона (Воробьева). Игумен Никон продолжал традицию Игнатия (Брянчанинова): акцент на трезвении, покаянии, борьбе со страстями.
Воспоминания об игумене Никоне Воробьеве
А. И. Осипов вспоминает об игумене Никоне (Воробьеве). Игумен Никон — выдающийся подвижник XX в. Его…
А. И. Осипов вспоминает об игумене Никоне (Воробьеве). Игумен Никон — выдающийся подвижник XX в. Его «Письма» — подлинная жемчужина духовной литературы. Как известно, профессор А. И. Осипов, наш современник, был духовным сыном игумена Никона.
История сексуальности
Исследование христианских дискурсов и практик покаяния, послушания, откровения помыслов, девства, бр…
Исследование христианских дискурсов и практик покаяния, послушания, откровения помыслов, девства, брака и т. п.
Мысли мудрых людей. Круг чтения. На каждый день. Путь жизни
Одна из главных причин бедствий людей — это ложное представление о том, что одни люди могут насилием…
Одна из главных причин бедствий людей — это ложное представление о том, что одни люди могут насилием улучшать, устраивать жизнь других людей. Истинные слова неприятны; приятные слова не истинны.
Дневники
Дневники Пришвина — блестящая литература, глубокая мысль, уникальное по объему, меткости, подробност…
Дневники Пришвина — блестящая литература, глубокая мысль, уникальное по объему, меткости, подробности описание первой половины XX в. С уверенностью можно говорить, что пришвинские дневники — одна из главных русских книг XX в.
Другие произведения автора
Бердяев, Николай Александрович
О назначении человека
Одна из главных книг Бердяева и одна из лучших по этике. Бердяев остро критикует «обыденную», «естес…
Одна из главных книг Бердяева и одна из лучших по этике. Бердяев остро критикует «обыденную», «естественную» этику, пытается найти корни самого разделения на добро и зло, разбирает этику закона, искупления и творчества.
О рабстве и свободе человека
Одна из главных книг Бердяева, «самая радикальная, самая духовно революционная из моих книг», как ха…
Одна из главных книг Бердяева, «самая радикальная, самая духовно революционная из моих книг», как характеризует сам философ. Рабство и свобода — можно сказать, что Бердяев ни о чем больше, в общем-то, и не писал.
Христианство и классовая борьба
Церковь и новая социальная действительность. Человек и класс. Социальный вопрос как вопрос духовный.…
Церковь и новая социальная действительность. Человек и класс. Социальный вопрос как вопрос духовный. Факт классовой борьбы. Теория классовой борьбы Маркса. Христианская оценка классовой борьбы. Христианское отношение к человеческой личности.
Смысл творчества
Ранняя книга Бердяева, в каком-то смысле главная. Всё дальнейшее творчество Бердяева будет развитием…
Ранняя книга Бердяева, в каком-то смысле главная. Всё дальнейшее творчество Бердяева будет развитием тем, поднятых в ней.
Миросозерцание Достоевского
Одна из лучших книг о Достоевском. Глубокий анализ творчества Достоевского перерастает в целую систе…
Одна из лучших книг о Достоевском. Глубокий анализ творчества Достоевского перерастает в целую систему христианского мировоззрения.
Творчество и объективация
Одна из лучших книг Бердяева, во многом итоговая. Две главных темы философа: объективация духовной р…
Одна из лучших книг Бердяева, во многом итоговая. Две главных темы философа: объективация духовной реальности в нынешнее состояние мира («мир сей») и эсхатологический рывок свободы к Богу.
Смысл истории
Книга, единственная из ранних (наряду со «Смыслом творчества»), которую Бердяев по собственному приз…
Книга, единственная из ранних (наряду со «Смыслом творчества»), которую Бердяев по собственному признанию «единственно ценил». При этом Бердяев писал, что «философию истории считал своей специальностью».
Царство Духа и царство кесаря
Одна из главных книг Бердяева. Книга о двух силах, борющихся за мир или о двух состояниях мира: своб…
Одна из главных книг Бердяева. Книга о двух силах, борющихся за мир или о двух состояниях мира: свободы и необходимости, любви и власти, Распятого и палачей, Духа и кесаря.
Рекомендуем
Письма. Статьи. Рецензии. Заметки. Записные книжки. Дневники
Здесь вы найдете чеховские записные книжки, дневники, статьи, рецензии, заметки 1881-1902, гимназиче…
Здесь вы найдете чеховские записные книжки, дневники, статьи, рецензии, заметки 1881-1902, гимназические и стихотворные тексты.
История античной эстетики
Грандиозное восьмитомное исследование Лосева о античной культуре. Гениальная книга, далеко выходящая…
Грандиозное восьмитомное исследование Лосева о античной культуре. Гениальная книга, далеко выходящая за рамки исследований Античности (хотя в этом, конечно, она — абсолютная классика).
Жития святых
Это знаменитые Четьи-Минеи — излюбленное чтение русских православных на протяжении многих лет. Четьи…
Это знаменитые Четьи-Минеи — излюбленное чтение русских православных на протяжении многих лет. Четьи-Минеи святителя Димитрия Ростовского составлены отчасти по труду Макария, отчасти по Acta Sanctorum болландистов.
Полное собрание сочинений в семи томах
Сочинения Сергея Есенина, великого русского поэта, чье творчество носит ярко религиозный, но притом …
Сочинения Сергея Есенина, великого русского поэта, чье творчество носит ярко религиозный, но притом крайне противоречивый характер: от богоборческих стихов до чисто религиозных.
Добротолюбие
Добротолюбие — перевод термина «филокалия» — но было бы вернее — «любовь к красоте», любокрасие. Ант…
Добротолюбие — перевод термина «филокалия» — но было бы вернее — «любовь к красоте», любокрасие. Антология святоотеческих текстов, собранных Никодимом Святогорцем и Макарием из Коринфа (впервые опубликовано в 1782 г.).
Рассказы
Рассказы Рэя Брэдбери — невероятно красивые, часто грустные, но при этом — светлые, человечные, поэт…
Рассказы Рэя Брэдбери — невероятно красивые, часто грустные, но при этом — светлые, человечные, поэтичные; в хорошем смысле «простые» — такие, что их читает не первое поколение подростков, но при этом подлинно мудрые, философские
Фауст
Один из центральных текстов европейской — шире христианской культуры
Один из центральных текстов европейской — шире христианской культуры
Рассказы и юморески 1880-1887
Чехов — может быть умнейший, человечнейший русский писатель; не «обличитель», не «критик», не «патол…
Чехов — может быть умнейший, человечнейший русский писатель; не «обличитель», не «критик», не «патологический талант» — но несравненный живописец утопания в пошлости, в бессмыслице, в несчастье.
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle