Иларий Пиктавийский. Фрагменты

Иларий Пиктавийский. Фрагменты

Автор:

Тема: Вселенские соборы. IV—VIII века 

О произведении

Фрагменты творений свт. Илария Пиктавийского, одного из величайших Отцов Церкви: три из трактата «О Троице», «Единение верующих с Богом», «Изъяснение тайн», «Беседа на псалом 130». «О Троице» — главный труд святителя, один из центральных текстов святоотеческой письменности. «Изъяснение тайн» — трактат о толковании Библии, о «духовной» экзегезе.

Фрагмент из книги «О Троице» Илария Пиктавийского:

«Я принялся искать смысл жизни. Прежде всего привлекают богатство и досуг… Однако большинство людей, подталкиваемые самой природой, открыли, что для человека найдется лучшее занятие, нежели лопаться от обжорства и убивать время Жизнь дана человеку для великих свершений, для утонченных занятий. Если бы это было не так, каким образом мы могли бы считать даром Божиим эту жизнь с ее разъедающей тоской и множеством превратностей, способную лишь истощаться от лепета в колы......
Фрагменты творений свт. Илария Пиктавийского, одного из величайших Отцов Церкви: три из трактата «О Троице», «Единение верующих с Богом», «Изъяснение тайн», «Беседа на псалом 130». «О Троице» — главный труд святителя, один из центральных текстов святоотеческой письменности. «Изъяснение тайн» — трактат о толковании Библии, о «духовной» экзегезе.

Фрагмент из книги «О Троице» Илария Пиктавийского:

«Я принялся искать смысл жизни. Прежде всего привлекают богатство и досуг… Однако большинство людей, подталкиваемые самой природой, открыли, что для человека найдется лучшее занятие, нежели лопаться от обжорства и убивать время Жизнь дана человеку для великих свершений, для утонченных занятий. Если бы это было не так, каким образом мы могли бы считать даром Божиим эту жизнь с ее разъедающей тоской и множеством превратностей, способную лишь истощаться от лепета в колыбели до старческого бормотания? Люди старались жить в терпении, чистоте, прощении. Хорошо жить значило для них хорошо действовать и хорошо думать. Может ли бессмертный Бог даровать нам жизнь, очерченную иным горизонтом, нежели смерть? Может ли Он вдохнуть в нас такое желание жизни, если ее единственный конец — ужас смерти?..»