Избранные места из священной истории...

О книге

Свт. Филарет — великий экзегет, переводчик Библии, проповедник и автор Катехизиса. Здесь святитель работает в жанре «прикладного», «житейского» толкования, ищет смыслы Писания, которыми может руководствоваться христианин в своем «ежедневном» деле спасения. Помимо этого, святитель отвечает на наиболее распространенные сомнения в тех или иных местах Библии. Структура книги такова: сначала пересказ библейского отрывка, сразу после него — «размышления».


Читать



По благословению Архиепископа Самарского и Сызранского СЕРГИЯ

Издание подготовлено Самарским отделением НООФ «Родное пепелище»

Избранные места из священной истории Ветхого и Нового завета с назидательными размышлениями святителя Филарета Московского. - Самара: НООФ «Родное пепелище», 2010г. - 384с.

Эта книга была обнаружена в старинной библио­теке Городецкого музея в доме графини Паниной. Святителя Филарета поправу называют русским Зла­тоустом. Он является ещё и составителем Катехизи­са. Назидательные размышления - плод духовной мудрости святого и вполне могут восприниматься как наставления духовного отца в нелегком деле спасе­ния. Как и Катехизис, книга адресована святителем широкому кругу читателей.

ISBN - 978-5-98948-021-0

Исходный pdf - http://mirknig.com/knigi/religiya/1181660413-izbrannye-mesta-iz-svyaschennoy-istorii-vethogo-i-novogo-zaveta-s-nazidatelnymi-razmyshleniyami.html

Содержание

ИЗБРАННЫЕ МЕСТА из СВЯЩЕННОЙ ИСТОРИИ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Сотворение мира

В начале всех времен Бог сотворил небо и землю.

Земля, исходя из ничтожества, была совер­шенно пуста - без дерев, без плодов, без всякого украшения; тьма была над бездною вод, которы­ми земля была, как бы поглощена, и Дух Божий носился над водами, приготовляя их к произведе­нию тварей, которые Творцу угодно было из них извести. Бог рек: «Да будет свет!» - и явился свет: Бог отделил свет от тьмы и назвал его днем, а тьму - ночью. Вот первый день творения!

Потом Бог рек: «Да явится твердь, и да раз­деляет воды, которые под твердью, от вод, кото­рые над твердью!» - явилась твердь, и Бог на­звал ее небом. - День второй

Бог рек: «Да соберутся воды поднебесные в одно место, и да явится суша!» - и явилась суша, и Бог назвал ее землею, а собрание вод - морем. Бог рек: «Да произрастит земля траву,

дающую семя, и деревья, дающие плод по роду своему!» - это исполнилось. - День третий.

Бог рек: «Да явятся светила на тверди не­бесной, да разделяют день от ночи, и да будут знамением для указания времен, дней и лет; да сияют они на тверди, освещая землю!» - и яви­лись два великие светила: одно большее - солн­це - Бог поставил для управления днем, другое меньшее - луну - для управления ночью; Бог сотворил также звезды на тверди, чтобы они освещали землю. - День четвертый.

Бог рек: «Да изведут воды животных, пла­вающих в них, и птиц, летающих над зем­лею!» - и явились большие рыбы и все живот­ные, живущие в водах; явились также все роды птиц. Бог благословил сотворенных животных, говоря: «Плодитесь, размножайтесь и напол­няйте воды морские, а птицы да размножаются на земле!» - День пятый.

Потом Бог рек: «Да произведет земля живот­ных различных родов, скот, пресмыкающихся и зверей!» - это исполнилось. Бог рек, наконец: «Сотворим человека по образу Нашему и подо­бию, с душою разумною, бессмертною, способ­ной познавать и любить; да владычествует он над рыбами морскими, над птицами небесными, над скотами, над зверями и всеми пресмыкаю­щимися, живущими на земле и над всей зем­лей». - И сотворил Бог человека по образу Свое­му: образовал из персти земной тело его, вду­нул в лицо его дыхание жизни, и таким образом соединил с бренным телом душу бессмертную, разумную. Имя первому человеку было Адам.

И сказал Бог: «Не хорошо быть человеку одно­му - сотворим ему помощника подобного ему, чтобы он, с его помощью, множился на земле». И так Бог сотворил жену: Он навел на Адама глу­бокий сон и, во время сна, взял у него ребро, пло­тью наполнил место его и из этого ребра сотворил жену. Когда Адам пробудился, то Бог привел к нему жену. Адам сказал: «Вот кость от костей моих, и плоть от плоти моей: она будет назы­ваться женою - пусть само ее наименование по­казывает, что она взята от мужа. Посему человек оставит отца своего и мать и прилепится к жене своей; муж и жена будут так тесно соединены между собою, что два будут плоть едина». Бог благословил первую чету и сказал: «Раститесь, размножайтесь и господствуйте над землей; об­ладайте рыбами морскими и птицами небесны­ми, й всеми животными, живущими на земле». И воззрел Бог на все сотворенное, и увидел, что все прекрасно - соответствует целям Его Прему­дрости и Благости. - День шестой.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Как нелепы все системы, которые были выду­маны философами, чтобы объяснить, или даже, чтобы заменить повествование о сотворении мира, которое дает нам книга Бытия! Одни, отре­каясь принять с верою то, что кажется нам столь сообразным и с разумом, впали в смешные пред­положения. Другие, своими ненужными объ­яснениями, ослабили понятие о всемогуществе Божием и превратили его в какой-то призрак, не позволяя Творцу, даже и в начале творения, дей­ствовать независимо от законов, которые Его Бо­жественная Премудрость в последствии постави­ла в природе для ее сохранения.


Грехопадение прародителей и первые его последствия


Господь насадил прекрасный сад на востоке и произрастил в нем роды дерев, прекрас­ных на вид, с плодами, приятными для вкуса. Среди этого земного рая Он также произрас­тил древо жизни и древо познания добра и зла. В этом раю радости Господь поселил первого че­ловека с тем, чтобы он его возделывал и хранил; позволил ему пользоваться плодами всех де­рев, произраставших там, но запретил вкушать от древа познания добра и зла, сказав ему, что в тот день, в который он вкусит запрещенного плода, он будет поражен смертью.

Адам и жена его были оба наги и не стыди­лись, потому что были невинны. Но диавол, за­видуя их блаженству, решился лишить их, его, увлекши их к непослушанию воле Божией. Для этого принял он на себя вид змия, хитрей­шего из животных, и сказал жене: «Для чего Бог запретил вам есть плоды всех райских дерев?» Жена отвечала ему: «Мы едим плоды дерев, ра­стущих в раю; Бог запретил нам есть и даже ка­саться плодов только одного этого дерева, расту­щего посредине рая, чтобы нам не умереть». Ди­авол отвечал жене: «Нет, вы не умрете; но Бог знает, что, как только вы вкусите этого плода, очи ваши откроются, и вы будете как боги, зная добро и зло». Жене показался плод приятным для вкуса и прекрасным на вид - она сорвала, вкусила и подала своему мужу, который также вкусил. Тотчас у них обоих открылись глаза - они увидели, что были наги, и сделали себе пре- поясания из листьев смоковницы.

Услышавши глас Господа Бога, ходивше­го в раю, мучимые угрызениями совести, Адам и жена его поспешили скрыться среди райских дерев. Тогда Бог, дабы привести Адама к рас­каянию, воззвал к нему: «Адам, где ты?» Адам отвечал: «Я услышал глас Твой, Господи, и убо­ялся явиться к Тебе, потому что я наг». «Как ты узнал, что ты наг, и что ты должен этого сты­диться? Не ел ли ты плода, который Я запретил тебе есть?» Адам, вместо того, чтобы смиренно сознаться в своем грехе, хотел оправдаться, сла­гая вину на Самого Бога, и отвечал Ему: «Жена, которую Ты мне дал в помощницу, подала мне плод этого дерева, и я ел его». Господь сказал тогда жене: «Зачем ты это сделала?» - Она, же­лая также оправдаться, отвечала: «Змий об­манул меня, и я ела этот плод». Тогда Господь Бог сказал змию: «За то, что ты это сделал, ты проклят между всеми животными земными; ты будешь ползать на чреве твоем и питаться пер­стню. Я положу вражду между тобой и между женой, между семенем ее и семенем твоим; Ис­купитель, который от нее родится, сотрет главу твою, и ты будешь блюсти его пяту». Потом Он сказал жене: «В тяжких болезнях ты будешь родить детей твоих и, в наказание за то, что ты вышла из повиновения Творцу твоему, ты бу­дешь, подвластна мужу: он будет владычество­вать над тобой». Наконец, сказал Адаму: «За то, что ты послушался жены своей и вкусил плода, запрещенного Мной, земля будет проклята за дела твои, и, в продолжение всей твоей жиз­ни, ты не иначе будешь получать от нее пищу, как с изнурительным трудом. Она произрастит тебе тернии и волчцы; ты будешь ее возделы­вать и в поте лица будешь есть хлеб твой, пока возвратишься в землю, из которой взят». Адам нарек своей жене имя Ева, что означает жизнь: потому что она должна была сделаться матерью всех живущих на земле. Господь Бог сотворил Адаму и Еве кожаные одежды и облек их ими; они должны были напоминать прародителям, что, быв сотворены для того, чтобы уподоблять­ся Богу святостью жизни, своим грехом они уподобились бессловесным животным. Господь изгнал первых человеков из рая, так что они не могли уже пользоваться живоносными плодами древа жизни, но, возделывая землю, из которой взяты, в поте лица снедали хлеб свой. Херувим с пламенным оружием приставлен охранять путь к древу жизни.

У Адама и Евы было два сына. Пришедши в возраст, они оба принесли жертвы Богу. - Каин, который занимался земледелием, принес Господу плодов земных, а Авель - первород­ных из своего стада: Господь милостивым оком призрел на Авеля и на дары его, но не воззрел на Каина и на дары его. Каин пришел в негодо­вание и потупил взоры. Господь обличал его: но он, нечувствительный к словам Господа и сне­даемый завистью, вызвал брата своего Авеля в поле и там бросился на него, и убил его. Тогда Господь сказал Каину: «Где брат твой Авель?» - Он отвечал: «Не знаю! Разве я страж моего бра­та?» Господь сказал ему: «Что ты сделал? Кровь брата твоего вопиет ко мне от земли! С сей ми­нуты, проклят будешь ты на земле, которая пила кровь, пролитую твоей братоубийственной рукой; земля не воздаст тебе плодов, когда ты будешь ее возделывать; ты будешь изгнанни­ком и странником на земле».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Первородный грех есть камень преткнове­ния, о который сокрушается гордость нече­стия; а между тем нет истины более очевидной в глазах разума, более твердой для веры, как несчастное падение наших прародителей. Все в нас и вокруг нас напоминает нам о нем; но, особенно, оно ощутительно в превратностях на­шей жизни, в переходах от счастия к несчастию, от здоровья к болезни, от веселья к страданиям, словом - от жизни к смерти. Мы чувствуем, что душа наша слаба, особенно когда бывает по­ставлена в необходимости выдерживать страш­ную борьбу, делая выбор между обязанностью и удовольствием, добродетелью и пороком, лю­бовью и ненавистью. Отсюда те бесчисленные преступления, которые со смерти Авеля ужаса­ют, тяготят и оскверняют человечество.


Мир во зле лежит. Но какое гибельное тор­жество зла, когда человек считает себя в праве создавать сам себе и религию, и правила нрав­ственности, хочет сам быть верховным судьей своей совести, своих действий! А это-то и про­поведуют, этого-то и хотят, к этому-то и ведут философы без Бога, умствователи безумные.

Потоп

Когда Ной построил ковчег и исполнил все, что ему было повелено от Господа, Бог ска­зал ему: «Войди в ковчег со всем твоим семей­ством; потому что из всех живущих на земле, тебя одного вижу Я праведным предо Мною. Возьми также по паре всех животных и всех птиц - по одному мужского пола и по одному женского, и по семи из чистых животных, что­бы сохранить племя их на земле: потому что через семь дней Я наведу дождь на землю в про­должение сорока дней и сорока ночей и истре­блю на ней все, сотворенное Мною». Ной ис­полнил повеление Господа: он вошел в ковчег, а с ним и его сыновья - Сим, Хам и Иафет, жена его и жены сыновей его; он взял также, по пове­лению Божию, по паре всех животных; сам Го­сподь затворил дверь ковчега.

Через семь дней - в семнадцатый день вто­рого месяца, в шестисотый год жизни Ноя, от­верзлись все источники бездны вод, разверзлись облака небесные. Дождь продолжался сорок дней и сорок ночей, и прибывшие воды подняли ковчег высоко над землею; вскоре и вершины

всех гор покрылись водою, которая поднялась на 15 локтей над высочайшею из них.

Всё, живущее на земле, - от человека и до скота - погибло: остался один Ной и те, которые были с ним в ковчеге. Вода покрывала землю в продолжение ста пятидесяти дней.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Будем иметь страх Божий, будем непорочны пред очами Господа - вот все, что нужно для че­ловека! - Отложим заботу обо всем прочем! Го­сподь бодрствует над нами. Его Провидение печется о наших нуждах, неожиданно подает нам помощь, избавляет нас от опасностей, под­держивает наше стремление к добру, облег­чает бремя бедствий, неразлучных с жизнью, услаждает наши горести, утешает нас в уны­нии, исполняет нас святыми надеждами!... Его Божественная рука да направляет наши стопы; будем повиноваться Его велениям, тогда, с чув­ством живой благодарности, воскликнем вместе с царственным пророком: «Господь пасет мя, и ничтоже мя лишит. На месте злачнее, тамо всели мя». (Пс. XXII, 1. 2.).

Напрасно нечестие мира, подобно опустоши­тельному потоку, угрожает праведнику - верно­му Христианину, напрасно соблазны поражают его взоры, его слух и все его чувства; напрасно враг спасения мечет в него самые ядовитые стре­лы своей злобы, напрасно расставляет вокруг него самые хитрые козни. «Хранит Господь вся любящия Его, - говорит Св. Царь Давид, - и вся грешники потребит... Плешма своима осенит тя, и под крил Его надеешися; оружием обыдет тя истина Его... Падет от страны твоея тяся- ща, и тьма одесную тебе; к тебе же не прибли- жится: обаче очима твоима смотриши, и воз­даяние грешников узриши. Яко Ты Господи упо­вание мое: Вышняго положил ecu прибежище Твое». (Псал. CXXIV, 20); LCXXX, 4, 7-10).

Для Ноя и нескольких праведников, быв­ших в его время на земле во время потопа, убе­жищем был ковчег. Для нас, среди развраще­ния и заблуждений, наводняющих мир, прибе­жище, которое Господь благословил даровать нам по Своему милосердию, есть Церковь Ии­суса Христа, Святая, Кафолическая, Апостоль­ская, Восточная, которой только образом был ковчег. В ковчеге было только одно семейство Ноя: только принадлежащее к благословен­ному семейству Иисуса Христа по благодат­ному возрождению составляют Церковь. Вне ковчега все погибло на земле: вне Церкви нет спасения. В ковчеге все было расположено по­рядком; по велению Божию, для сохранения и поддержания живых существ, которые долж­ны были избежать всеобщего потопа: в Церк­ви удивительно приуготовлено все, потребное для несомненного дарования мира и вечной славы всякому, желающему спастися: таин­ства - неисчерпаемый источник благодати, со­ответственно всем случаям жизни; хлеб слова Божия, которое обращает грешника, укрепля­ет слабого, подкрепляет праведника; неж­ная попечительность несравненной Матери, которая не перестает молиться за детей своих с минуты возрождения их крещением во Христе Иисусе, и продолжает спасительное действие спасительных молитв своих за пределы гроба.

Ковчег есть также символ креста. «Чело­век! - восклицает Бл. Августин. - Небо - твое отечество; к нему единому ты должен стремить­ся: но между небом и тобою лежит море житей­ское, исполненное опасностей бурь и подводных камней. Ты не имел средств держаться на этих глубоких водах, непрестанно готовых погло­тить тебя: и вот - пришел к тебе Спаситель при­вести тебя в твое отечество, и Сам сделался пу­тем, по которому ты должен идти: Аз есмъ путь. Путем по морю может быть только древо, пла­вающее по воде и противящееся бурям: это дре­во есть древо креста. Из сего древа состоит этот священный ковчег, этот священный корабль, спасающий души. Тебе трудно войти в этот ков­чег? Ты стыдишься древа креста Сына Божия, древа Его Божественного уничижения, которое одно могло исцелить нас от опасной язвы нашей гордости? Ты стыдишься этого древа, которое посрамляет гордых и спасает их, делая смирен­ными? Безумец! Неблагодарный! Тебе должно переплыть море, а ты презираешь древо!» (Бл. Авг. На Иоанн. Тр. 2.)

Наконец, ковчег изображает нам Пресвятую Деву, благословенную в женах, Которая и Себе и нам обрела благодать у Бога; Пречистую Ма­терь Божию, Матерь Милосердия, на Которую все чада Евы возлагают все упование свое, всех скорбящих радость, прибежище Христиан.


Жертвоприношение Ноя

Наконец, Бог вспомнил о Ное и о животных, бывших с ним в ковчеге, повелел ветру подуть на землю, и воды начали убывать. За­крылись источники бездны и облака небесные, перестали дожди: вода начала убывать с земли спустя полтораста дней, и, в семнадцатый день седьмого месяца, ковчег остановился на горах Араратских; вода все убывала, и, в первый день десятого месяца, показались верхи гор. Спустя сорок дней, Ной открыл окно ковчега и выпу­стил ворона - он вылетел и не возвращался. Че­рез семь дней он выпустил голубя, желая узнать, осушилась ли земля; но голубь не мог найти ни одного сухого места, куда бы сесть, и возвратил­ся к нему: Ной опять взял голубя в ковчег. Еще через семь дней он опять выпустил голубя — го­лубь возвратился к нему вечером с масличной веткой, покрытой зелеными листьями. Таким образом, Ной узнал, что земля осушилась; но, еще через семь дней, он опять выпустил голубя, который уже не возвратился к нему.

И так, в шестьсот первом году жизни Ноя, в первый день первого месяца, поверхность зем­ли была уже совершенно свободна от вод, ее по­топлявших, и Ной, открыв крышу ковчега, по­смотрел и увидел, что земля совершенно суха; в двадцать же седьмой день второго месяца она могла уже быть обитаема. Тогда Бог сказал Ною: «Выдь из ковчега с женою твоей, с сыновья­ми твоими и с женами сыновей твоих; выпусти также всех животных, бывших с тобой: расти­тесь, и множьтесь, и наполняйте землю!».

Потом Ной воздвиг жертвенник Господу и, взяв от всех чистых животных, принес их на нем во всесожжение; Бог, зная сердечное расположение Ноя, принял жертву его в воню благоухания, и сказал: «Не буду более про­клинать землю за грехи человеческие; ибо сердце человека от юности устремлено к злу. Не буду поражать всего живущего, как Я то сделал: сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима не прервутся, пока будет существовать земля». Потом Бог благословил Ноя и детей его, говоря: «Раститесь и множьтесь, и напол­няйте землю!» Он подтвердил также за чело­веком владычество над землей: «Да трепещут перед вами все звери земные, рыбы морские, птицы небесные, и все, что движется на зем­ле: Я даю вам все это в пищу, также как и все, что произращает земля». Бог постановил завет с Ноем и потомством его, обещая ему, что бо­лее не будет потопа; видимым знамением сего завета поставлена радуга: «Душу Мою, рек Го­сподь, полагаю во облаце, и будешь знамение завета вечного между Мной и между землей».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Святой Киприан в вороне, о котором гово­рит Моисей, видит поразительное изображение грешника, прельщенного пристрастием к миру. Его страсти - это кумиры, которым он всего себя приносит в жертву; его душа, сделавшаяся совершенно плотской, любит только тление и утешается тем, что ее оскверняет и убивает. Ценой своего вечного спасения, купив кратков­ременное и гибельное удовлетворение своих не­чистых похотей, он успокаивает свою совесть одним исполнением некоторых внешних обря­дов религии, сколько того требуют обществен­ные приличия и его собственные выгоды. Го­лубь, по изъяснению Святых Отцов, изобража­ет души святые, чистые, которые среди внеш­них занятий, требуемых порядком общежития, не находят во всем мире места, где бы сердце их обрело истинный покой. Страшась заразы века сего, они горят желанием возвратиться в ков­чег, к истинному Ною - Иисусу Христу, Боже­ственному Утешитейю в скорбях, неразлучных с бедствиями сей жизни, которые, как потоп, отовсюду обуревают Христианина. Масличная ветвь, принесенная голубем, знаменует неиз- глаголанный мир, которым Святой Дух испол­няет верную душу, бегущую духа мира сего.

Сама ли по себе была благоприятна Богу жертва Ноя? - Нет: она была благоугодна Ему потому, что очи Его, проникающие в сокро­венные изгибы сердца, видели в ней искрен­нюю дань покорности и благодарности сего до­стойного Патриарха.

Мы, живущие в Новом Завете и более бла­женные, нежели Ной, должны приносить Богу жертву совершеннейшую, по наставлению Апостольскому: представите телеса ваша жертву живу, святу, благоугодну Богови, сло­весное служение ваше; зиждитеся в храм

духовен, святительство свято, возносити жертвы духовны, благоприятны Богови, Иисус Христом. (Рим.XII, 1. 1 Петр.II, 5.) Для удо­влетворения наших духовных нужд есть свя­щеннодействие, превосходнейшее жертв Вет­хозаветных, ежедневно повторяемое в Боже­ственной Литургии, - жертва крестная. Поза­ботимся о том, чтобы достойно принимать сей несравненный дар милосердия Божия!

Переселение Авраама

В то время, когда Авраам жил еще в земле Ур, в Халдее, Господь воззвал к нему: «Оставь отечество твое, родных твоих и дом отца твоего и иди в землю, которую я тебе укажу. Я произ­веду от тебя народ великий, благословлю тебя и прославлю имя твое; благословлю и тех, ко­торые будут благословлять тебя, прокляну тех, которые будут проклинать тебя, и все народы земные благословятся о том, Который родится от тебя». Авраам пошел, как повелел ему Го­сподь; ему было тогда 75 лет от роду. Он взял с собой жену свою Сарру и племянника своего Лота, все, что им принадлежало, и домочадцев, которые у них родились в Харране.

Прибыв в землю Ханаанскую, Авраам про­шел ее до места, называемого Сихем, и до ду­бравы Мамврийской. Здесь Господь явился ему и сказал: «Я дам землю сию потомству твоему».. Авраам соорудил жертвенник на том месте, где явился ему Господь.


НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Размышляя о святости Авраама, которая блистает во всех обстоятельствах его жизни, можно ли с великим Апостолом, воздавшим хвалу величайшему из Патриархов, не поди­виться, сколько он имел духа Христианского еще до пришествия Христова, и сколько в жиз­ни его высоты Евангельского совершенства было прежде, нежели было проповедано Еван­гелие? Справедливо Святые любили взирать, как на образец, на эту покорность веры Авраа­ма, который, по одному гласу Господа, оставля­ет все, что есть самого драгоценного для чело­века, что составляет отраду в жизни, - родину, родных друзей, дом - для того, чтобы, подобно изгнаннику, идти в страну чуждую, даже не зная, куда угодно было Господу привести его. Все помыслы, внушаемые немощью человече­ской, умолкали перед мужеством этой великой души, верность которой непрестанно получала новые знамения благословения от Духа Святого. Он не мог не слышать гласа природы - и Свя­той не совершенно свободен от этих тяжелых оков, которыми связано человечество в сем дольнем мире; но человек всегда получает до­вольно силы свыше, чтобы выдержать тяжесть искушения, чтобы заглушить несправедливый вопль непокорного естества, чтобы дать в себе восторжествовать благодати Божией. И что значат блага мира сего для человека, у которого только вечность в мыслях, только Бог в сердце!

Бог с самого начала поступает с Авраа­мом, как с человеком совершенным, который должен будет послужить примером для всех тех, кого Бог призовет к совершенству. Пове­ление Его оставить родных, отечество и Ему следовать - это совет Иисуса Христа тем, ко­торые хотят быть совершенными. Будучи обя­заны Богу всеми благами, как духовными, так и вещественными, мы должны воздать Ему всецелую любовь и послушание; оставить все для Бога, предпочесть Его всему, что есть само­го любезного - вот совершеннейшее исполне­ние наших обязанностей в отношении к Нему! Бог не называет Аврааму земли, в которую он должен идти, Он только обещает ему показать ее: Авраам же со своей стороны не смущается этой неизвестностью, потому что он действует по вере, которая проста и не терпит пытливо­сти. - Когда ты услышишь глас Божий, повеле­вающий тебе оставить мир и всё, что ты имеешь в нем любезного, - повинуйся Ему, как пови­новался Авраам, а потом молись усердно о том, чтобы Господь указал тебе святое убежище, ко­торое Он тебе назначает и которое должно быть для тебя землею обетованной.

Великое благословение Божие, возвещенное Аврааму относительно его потомства, - это то благословение, которое осеняет землю со вре­мени воплощения Бога Слова. Святой Апостол Петр, во второй своей проповеди к Иудеям, го­ворил: Вы есте сынове Пророк и Завета, егоже завеща Бог к отцам вашим, глаголя к Авраа­му: и о семени твоем благословятся вся отече- ствия земная- Вам первее Бог, воздвигши отро­ка своего Иисуса, посла его благословяща вас, во еже отвратитися вам комуждо от злоб ваших. (Деян.Ш, 25, 26.) Тайна совершилась: нам оста­лось теперь только отречься мирских похотей и возревновать о добрых делах, которых требу­ет от нас святость нашего призвания к вере.

Авраам и три странника

Спустя немного после того, как Авраам по­лучил первое обетование о том, что Сарра родит ему сына Исаака, и после того, как он совершил обрезание над собой и над всем муж­ским полом в доме своем, Господь опять явился ему у дубравы Мамврийской, когда он, во время полуденного зноя, сидел у двери своего шатра. Авраам увидел недалеко от него стоявших трех мужей, тотчас побежал им навстречу и, покло­нившись до земли, сказал тому, который стоял к нему ближе: «Господин! Если я обрел благово­ление пред очами твоими, не пройди мимо дома раба твоего: я принесу воды и омою ноги ваши; потом вы отдохнете здесь под деревом, а я меж­ду тем принесу вам хлеба для подкрепления сил ваших, и после пойдете в путь». Они остались и расположились под деревом.

Авраам поспешно вошел в шатер свой и при­казал Сарре испечь хлебы, а сам побежал к ста­ду, выбрал самого лучшего теленка и приказал рабу приготовить его в пищу. Предложив пищу странникам, он сам служил им, стоя перед ними. После обеда они спросили его: «Где Сарра, жена твоя?» Он отвечал им: «В шатре» (Скром­ность Сарры не позволяла ей явиться перед мужчинами). Тогда Господь, устами одного из странников, сказал Аврааму: «Я опять приду к тебе через год в этот же час, и тогда у Сарры, жены твоей, будет сын». Услышавши это, Сар­ра, стоявшая за дверью шатра, рассмеялась, го­воря себе самой: «Мне ли и мужу моему родить детей в такой строгости?» Но Господь, от Кото­рого не укрылась мысль Сарры, сказал Авраа­му: «Для чего это рассмеялась Сарра? Разве есть что-нибудь трудное для Бога?» И снова подтвер­дил, что через год, в это же время, у ней будет сын. Потом странники встали и направили путь свой к Содому, а Авраам пошел провожать их.

И сказал Господь: «Скрою ли Я то, что хочу сделать, от Авраама, который должен быть ро­доначальником племени великого и могуще­ственного, и в котором благословятся все наро­ды земные? Вопль беззаконий Содома и Гомор- ры усилился, и грехи их тяжки». Между тем два Ангела пошли в Содом, а Авраам остался с третьим - это был сам Господь. Авраам сказал Ему: «Ужели Ты погубишь и праведника с нече­стивым? Если есть в этом городе пятьдесят пра­ведников, ужели и они погибнут вместе с дру­гими? Ужели Ты не пощадишь города, если в нем найдутся пятьдесят Праведников? Нет! Ты этого не сотворишь; Ты не погубишь правед­ника вместе с нечестивым, Ты не сравняешь до­брых со злыми! Судья всей земли поступит ли неправосудно?» - Господь отвечал ему: «Если Я найду во всем Содоме пятьдесят праведни­ков, то ради них пощажу весь город». Авраам сказал: «Дерзну еще вопросить Господа моего, хотя я не более, как прах и пепел, если найдешь не более сорока пяти праведников, погубишь ли город?» - Господь отвечал каждый раз, что по­милует. - «Господи, - сказал наконец Авраам, - не гневайся, если я еще раз попрошу Тебя: что будет, если Ты найдешь только десять правед­ников в этом городе?» - «И тогда не погублю» - Авраам не дерзнул вопрошать более: Господь удалился, а Авраам возвратился в жилище свое.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Св. Отцы Церкви, и особенно Бл. Августин (De Trin. lib. 20), усматривают в сих трех Анге­лах, явившихся Аврааму, превосходный образ таинства Пресвятой Троицы: Святой Патриарх видел трех, а поклонился Единому.

Великая добродетель - страннолюбив! «Страннолюбия не забывайте, - говорит Апо­стол, - тем бо не ведяще нецыи странноприяша Ангелы». (Евр.ХШ. 2). Страннолюбец Патриарх удостоился принять Самого Господа.

Ходатайство Авраама за жителей Содома и Гоморры может для нас служить уроком бла­горазумия и милосердия. Нет ничего в мире обыкновеннее опрометчивости, с которой про­износят невыгодные и нескромные сужде­ния о других - только по одной наружности, по слухам, по неверным рассказам. Как часто, по подозрению, совершенно неосновательному, обвиняют лицо невинное, сомневаются в добро­детели! Да научит нас пример Авраама быть снисходительными к человеческой немощи, быть милосердными к согрешающим!


Сарра и Агарь

Господь, по обещанию Своему, посетил Сар­ру и исполнил над ней то, что было ей ска­зано: в старости она зачала и родила сына в то самое время, которое назначил ей Бог. Авраам назвал сына своего Исааком и, в восьмой день, обрезал его, как повелено было ему от Бога. Тогда Аврааму было уже сто лет. Сарра сама кормила сына молоком своим и, делая намек на имя Исаака, которое означает смех, гово­рила: «Вот Господь послал мне предмет смеха и радости; всякий, кто об этом узнает, пораду­ется со мной. И кто мог бы поверить, что когда- нибудь сказали Аврааму, что Сарра в старости родит ему сына и будет кормить его? » Дитя вы­росло и отнято от груди: по этому случаю Авра­ам сделал великий пир.

У Авраама был еще сын от Агари Египтян­ки. Сарра, увидевши один раз, что он, играя с Исааком, обижал его, сказала Аврааму: «Из­гони из дома своего эту рабу и сына ее: он не должен быть наследником после тебя вместе с моим сыном Исааком».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Новорожденное дитя есть предмет радо­сти в Христианском семействе: с живой верой Патриархов на него взирают как на дар Божий, как на благословение небесное, вспоминая сло­ва Псалмопевца: Плоды трудов твоих спаси, блажен ecu, и добро тебе будет: жена твоя, яко лоза плодовита в странах дому твоего, сынове твои, яко новосаждения масличная окрест трапезы твоей: се тако благословится человек бояся Господа (Пс.СХХУП,2-5.). Для человека без религии, для эгоиста, жертвующего всем честолюбию, роскоши или распутству, дети со­ставляют только бремя, с которым он не знает, что делать: вот источник стольких беспорядков в обществе и соблазнов в семействах. Впрочем, не всегда Бог добродетельным людям дает мно­гочисленное потомство: у Авраама был один только сын от Сарры, да и этого сына обетова­ния он ждал долгое время. Отцы самые благо­честивые не всегда имеют детей, которые идут по следам их стезею мудрости: Илий и Давид имели несчастье видеть в детях своих недостой­ных приемников себе. Наконец, Новый Завет открыл путь совершеннейший - путь девства, идя по которому, человек, бесплодный по пло­ти, может быть дивно плодоносен по духу. Душа, углубившаяся в саму себя, верная Богу, подвизаящаяся угождать ему, - вот супру­га, которая составит счастье нашей жизни; ее плодом будет бесчисленное множество добрых дел; весь наш внутренний мир она наполнит святыми мыслями, которые будут как бы на­шими детьми, она не даст им рассеиваться вне и заразиться язвой мира; ее мысли будут иметь своими спутниками мир и помазание, ибо они родятся от любви к Богу. Будем подавать друг другу добрый пример: да назидаем наших бра- тий нашим смирением, искренним исполне­нием обязанностей, предписываемых Религи­ей пламенным словом любви; будем пламенно

молиться о расрространении и утверждении веры в душах, об искоренении ересей, об обра­щении грешников: таким образом, мы породим Иисусу Христу бесчисленное потомство — по­томство, которого мы, может быть, не будем знать на земле, так как не будет знать нас и оно, но которое мы найдем, и которое будет венцом нашей славы на небеси.

Обрезание есть обряд, который Бог повелел Аврааму совершить, как печать завета Своего с сим Патриархом, как знамение, которым из­бранный народ должен был отличаться от всех народов. В Новом Завете есть обрезание неру- котворенное в совлечении тела греховного пло­ти (Колос. 11. 11.) - Святое Таинство креще­ния, которое очищает нашу душу от первород­ного греха и делает нас чадами Божиими - на­следниками Богу, снаследниками Христу: по­неже с ним страждем, да и с Ним прославимся (Рим.УП1.17). Вот высокое титло, вот высокое назначение Христианина! Христианин! С бла­гоговением и благодарностью к Богу, с готовно­стью служить Ему усерднее прежнего воспоми­най о священном дне твоего крещения и о вели­ких обетах, при таинственной купели данных тобою Богу; с глубоким уважением размышляй о данном тебе имени - это имя Святого: с мыс­лью о нем да возбуждается в душе твоей жела­ние подражать его добродетелям. Святой, имя которого ты носишь, есть твой покровитель, твой предстатель перед Богом: призывай его с верой, и он подаст тебе благодатную помощь для достойного исполнения твоих обязанностей.

Священное писание говорит, что Сарра соч­ла себе за честь, за удовольствие, за обязан­ность кормить сына своего собственным моло­ком. Святой Амвросий Медиоланский строго осуждает матерей, которые, без важных при­чин, отказывают своим детям и себе самим в утешении столь естественном и столь Хри­стианском. Это полу-матери, или даже вовсе не матери детей своих: вверяя их чужой жен­щине, они даже не всегда достаточно заботятся выбрать кормилицу добрую и честную; а опыт свидетельствует, что кормилицы, имеющие дурные привычки, передают детям с моло­ком семена пороков, которые в последствии отравляют им всю их жизнь. Счастливо дитя, вскормленное матерью Христианкой! «Я же­лаю, - говорит один умный писатель (De Lau- rentie Letres sur 1 education), - я желаю, чтобы дитя долгое время покоилось на коленях мате­ри, - не для того, чтобы принимать ласки, ко­торые его изнеживают, но чтобы пользоваться советами и попечениями, которые его укре­пляют». Счастливое дитя! Его мать будет неж­но направлять первые шаги его жизни и будет утешать его в первых скорбях; она вложит в ум его первые мысли, и пробудит первые движе­ния в его сердце; она первая будет говорить ему о боге; она откроет его очи для созерцания этой обширной вселенной... она истолкует ему неко­торые чудеса творения. Посмотрите на это дитя, которое молится на коленях с глубоким внима­нием! Откуда эта сила? Молитва есть возноше­ние души к Богу: и это дитя, которого заботы

ограничены только одними игрушками, спо­собно возноситься к небу? Да! И такое чудо сде­лано матерью, или лучше сказать, эта мысль о Боге врожденна человеку, и довольно одного нежного голоса для ее пробуждения. Дитя еще ничего не знает, а уже Бог - Существо Непости­жимое, ему присущ. О, Философы! Размышля­ли ли вы когда-нибудь об этом чуде?

Изгнание Агари и Измаила

враам принял с прискорбием требова­ние Сарры - изгнать Агарь: ему тяжело было расстаться с сыном своим Измаилом. Но Бог сказал ему: «Не огорчайся словами Сарры, жены твоей, и исполни то, что она тебе сказала о сыне рабыни, потому что потомство твое про­изойдет от Исаака: на нем должны исполниться мои обетования. Но Я и сына этой рабыни сде­лаю родоначальником народа великого, потому что и Он сын твой». Авраам, повинуясь повеле­нию Божию, встал рано утром, взял хлеба и мех воды, положил на плечи Агари и приказал ей уйти с сыном из дому своего.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Все удивительно в этой истории изгнания Агари и Измаила. Строгость Сарры к Агари и сыну ее; данное от Бога Аврааму повеление исполнить ее желание; способ, которым Авра­ам его исполняет, изгнание навсегда из дома матери со слабым младенцем: все кажется противным приличиям, человеколюбию, спра­ведливости и, наконец, всему, что мы знаем о высоком характере и великодушии Авраама; между тем, самая необычайность этих обстоя­тельств убеждает нас в том, что они скрывают в себе тайну. - Св. Апостол Павел изъясняет нам эту тайну, представляя ее символом раз­личных характеров Ветхого и Нового Завета, Синагоги и Церкви. «Писано бо есть, - гово­рит Апостол в послании к Галатам,- яко Авра­ам два сына име: единого от рабы, по плоти родился, а иже от свободной, по обетованию. Яже суть иносказаема: сия бо еста два Завета (ГалатЛУ, 22-24.): Измаил прообразует рабов, чад Ветхого Завета, Евреев, которые, будучи по плоти детьми Авраама, не одушевлены, как он сам, духом веры и любви: их сердце - это сердце рабов, занятое только земными благами и повинующееся Богу только из страха наказа­ния. Таков характер Синагоги, которую Апо­стол Павел называет нынешним Иерусалимом; Иерусалим вышний, небесный - Православная Церковь, прообразуемая Саррой, есть благо­словенная мать Христиан, чад обетования, про­образуемых Исааком. Действительно - в лоне церкви мы получаем чудесное духовное рож­дение силой Таинств и Слова Божия. «Темже братья, -прибавляет Апостол, - несмы рабы­ни чада, но свободные»(Галат. IV, 30), потому что мы служим Богу по любви, духом и исти­ной. Вот свобода, еюже Христос нас свободи! Но ЯТСОЭ/Св тогда по плоти родивыйся гоняше духовного, такожде и нынь (Галат. IV, 29);

Иудеи ненавидели и преследовали истинного Исаака, Иисуса Христа и Его Учеников, - и до конца мира, ecu хотящие благочестно жить о Христе Иисусе, гонимы будут (2 Тим.№., 12) людьми плотскими. Посвящать себя доброде­тели и хотеть, чтобы не встретить противоре­чия вне себя со стороны мира и внутри себя со стороны нечистых похотей, — это сущая меч­та!. У нас беспрестанно перед глазами примеры того, как послушание Христианина, простого праведника, и, наконец, все, что есть самого высокого в Религии, — как все это служит пред­метом насмешек и оскорблений для нечести­вых и развратных. Но что глаголет Писание? Изжени рабу и сына ее: не имать бо наследо- вати сын рабынин с сыном свободной (Галат. IV, 30): будучи рождены от свободной матери, можем ли согласиться на то, чтобы смешаться с толпою рабов? Между тем, что делаем мы тог­да, когда, наскучив исполнением обязанностей, налагаемых на нас нашей святой Религией, за­видуем миру в его глупых утехах и опасных удовольствиях? Будем пользоваться свободой, которую стяжал нам Иисус Христос силою Сво­ей благодати и Своего примера: мы должны, мы можем это сделать. Свергнем иго наших грехов и страстей; вот свобода чад Божиих - единая, которой они могут дорожить и которой могут искать на земле.

Как Авраам изгоняет рабу и сына ее, дав им только не много хлеба и воды, так и на­род Еврейский, не имеющий части в сво­боде чад Божиих, изгнан из дома Господня с неумолимой строгостью и осужден умирать от голода и жажды, за то, что он не принял Того, Кто есть хлеб животный и источник воды, те­кущий в живот вечный (Иоанн.VI, 35. IV, 14.).

Агарь и Измаил в пустыне

Агарь, вышедши из дома Авраамова, заблу­дилась в пустыне. Наконец, у нее не стало воды в мехе: она и сын ее пришли в изнеможе­ние от жажды и зноя, и смерть угрожала им. В отчаянии, Агарь положила сына под деревом, отошла от него на один выстрел из лука, говоря: «Я не хочу видеть смерти моего сына», — и нача­ла громко стенать; отрок тоже плакал и кричал. Господь услышал вопль его, и Ангел воззвал с небес к Агари: «Что ты, Агарь? Не бойся - Бог услышал вопль отрока. Встань и возьми его; бе­реги его - Я сделаю его родоначальником народа великого». В то же мгновенье Бог открыл очи ее, и она увидела перед собой источник воды, по­шла, наполнила мех свой и напоила сына.

Бог пребывал с отроком: он вырос, стал жить в пустыне и был искусен в стрелянии из лука. Мать его взяла ему в жены Египтянку.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Агарь и сын ее, блуждающие в пустыне без проводника, без дороги, без цели и понапрасну утомляющиеся, представляют нынешний на­род Еврейский, который, отвергши Евангелие, лишился света, мудрости, упования и плода всех своих трудов. Нет ничего несчастнее Иудея, нет ничего пустыннее Иудеи: храм, Священство, Иерусалим, царское достоинство, даже самое отечество, всё отнято у Иудеев. Агарь и Исмаил блуждают долгое время около источника и не видят его: Евреи могли бы увидеть во всех Свя­щенных Писаниях Иисуса Христа, свет креста Его сияет всюду, они находятся среди Его цар­ства, - но мрак, которым они окружены в своем жалком ослеплении, скрывает Его от них.

Агарь и сын ее сидят подле обильного источ­ника и умирают от жажды; нужно было, чтобы Бог послал Ангела чудным образом открыть глаза Агари и показать ей источник, между тем как легко было его увидеть, и он был ей необ­ходим: увидев его, она спешит утолить жажду своего сына и радуется, как будто бы с этой живительнои водой она нашла все. В этом можно видеть живое изображение грешника, которо­го греховные привычки удаляют от Бога и за­ставляют блуждать в пустыне страстей, где он скоро бывает доведен до ужаснейшей край­ности. Если в то время, когда небо скрывается от очей его, омраченных грехом, он, чувствуя тяжкое положение, в которое приведен свои­ми грехами, начинает стенать и взывать к Богу, как Агарь, о плачевной участи души своей: то Бог внезапно благословляет его слезы и в свя­щенных водах покаяния указует врачевство от уныния и скорби, его пожирающих.

Заметим, между прочим, что Авраам от­пустил Агарь одну с сыном, не дав ей ни раба для несения небольшого дорожного запаса, который она взяла с собой, ни проводника для указания пути в пустыне, между тем как он имел такое множество рабов. Это подает нам случай заметить весьма похвальную чер­ту в нравах древних Патриархов: не смотря на то, что они имели множество рабов, знаме­нитейшие из них не пренебрегали занятиями, которые мы теперь считаем уделом работников и слуг; учились делать все, чтобы быть в состо­янии, в случае нужды, воспользоваться своим знанием и умением. Таким образом, тогда нуж­да никого не застигла врасплох. — Как жал­ки молодые люди нашего времени, которые, вследствие ложных понятий о воспитании, ча­сто пренебрегают средствами к образованию себя, коими в изобилии наделил их Промысел Божий, и являются в свет только с одним запа­сом тщеславия и невежества!

Жертвоприношение Авраама

Бог искушал Авраама и сказал ему: «Возь­ми своего единственного и возлюбленного сына Исаака, иди с ним в землю Мориа и при­неси его Мне в жертву на горе, которую Я тебе укажу». Авраам встал рано утром, оседлал осла, взял с собой двух рабов и Исаака, сына своего, наколол дров для жертвоприношения и пошел туда, куда Господь повелел ему идти. Они шли два дня; на третий Авраам увидел из­дали место, указанное ему Господом, и сказал рабам своим: «Останьтесь здесь с ослом и подо­ждите меня; а я и сын мой пойдем туда, покло­нимся Господу и возвратимся к вам».

Авраам положил дрова на плечи сыну свое­му Исааку, а сам взял огонь и нож, и пошли оба вместе. На пути Исаак сказал отцу своему: «Ба­тюшка! Вот у нас огонь и дрова: где же агнец для всесожжения»? - Авраам отвечал: «Господь Сам приготовил агнца во всесожжение Себе». Пришедши на место, указанное Господом, Ав­раам соорудил жертвенник, разложил дрова, потом связал Исаака и положил его на дрова: Исаак этому не противился. Но лишь только Авраам простер руку и взял нож, чтобы заклать сына своего, в ту минуту Ангел Господень воз­звал к нему с небес и сказал: «Авраам! Авраам! Не поднимай руки твоей на сына твоего. Теперь Я знаю, что ты боишься Бога, потому что ты по­слушался Меня и не пожалел своего единствен­ного сына». Авраам возвел очи и увидел овна, который запутался рогами в кустарнике; взяв его и, как жертву, посланную Самим Богом, принес во всесожжение вместо сына своего. Ан­гел Господень воззвал к Аврааму в другой раз и сказал ему: «Клянусь Мною Самим, - говорит Господь, - так как ты это сделал и не пожалел единственного сына своего, то Я благословлю тебя и умножу семя твое, как звезды небесные и как песок морской; твое потомство будет не­когда обладать городами врагов своих, и благо­словятся в семени твоем все народы земные за го, что ты послушался гласа Моего».

После этого Авраам возвратился к дожидав­шимся его слугам.


НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

В Священном Писании слово искушать бе­рется в двух различных значениях: возбуждать ко злу и испытывать верность.

Невозможно, чтобы Бог искушал, внушая зло, - «несть Бог искуситель злым», - говорит Апостол Иаков (гл.1, ст. 13): но Он часто подвер­гает испытанию добродетель Своих рабов - или для их исправления, или для того, чтобы дать им случай заслужить большую награду, или для того, чтобы приготовить их к принятию бо­лее обильных даров благодати, если они умеют этому соответствовать и быть достойными этого. Увы! Очень часто человек не знает себя самого, не старается отличить в себе крепость от слабо­сти: искушение дает ему случай услышать голос, его научающий. При виде опасности, благораз­умие побуждает его к бдительности и молитве, бдительность держит его в готовности отвратить удар, а молитва дает ему мужество и силы.

С первого взгляда кажется, что чрезвычай­ное повеление, данное от Бога Аврааму, недо­стойно Бога. Но Высочайший Владыка жиз­ни и смерти может продолжить или сократить дни наши, как ему угодно. Если бы по воле Его жизнь Исаака пресеклась от болезни или от какого-нибудь несчастного случая, был ли бы Авраам в праве роптать?

Бог не допустил, чтобы Авраам принес сына своего в жертву, - для Него довольно было одной готовности к послушанию, которую до­казал сей Святой Патриарх: Ему угодно было только испытать его. Но скажут, Бог, Который ведает глубину сердца, Который предвидит наши будущие чувствования с такой же ясно­стью, как видит наши настоящие сердечные расположения, не имел для Себя нужды испы­тывать Авраама. - Это, правда; но Авраам имел нужду быть испытанным, и род человеческий имел нужду в этом примере, чтобы познать, что Бог в праве требовать от нас, когда Ему угодно, жертв, которые мы должны приносить охотно и с непоколебимым благодушием: потому что Он, как Всесильный, нас вознаградит за них.

Повеление Божие тем труднее было испол­нить Аврааму, что оно наносило удар самым важнейшим его привязанностям, самым спра­ведливым надеждам: потому-то Священное Пи­сание и превозносит похвалами веру и муже­ство Авраама. «Ок помыслил, — пишет Ап. Па­вел к Евреям, - яко и из мертвых воскресить силен есть Бог».(XI, 19), и скорее сделает чудо, нежели не исполнит Своего Обещания. Авраам в этом случае явился более Ангелом, нежели человеком, и благодать в нем совершенно вос­торжествовала над естеством. Он жил верой и умел, когда нужно, налагать молчание на раз­ум, чтоб слушать только одной веры. «Правед­ник, — говорит Бл. Августин, — приемлет глас Божий, как гром с небеси, и, когда ему глаголет Господь, он не умствует, а повинуется».(De ci- vit. Dei lib.XVI cap. XXXII).

Есть разительное отношение между жертвой Исаака и жертвой Иисуса Христа. И тот и Дру­гой принесены Богу в жертву на горе, и даже, по мнению некоторых из Св. Отцов, Исаак был

приносим в жертву на Голгофе - там же, где че­рез две тысячи лет был распят Иисус Христос. Исаак сам несет дрова, на которых он должен быть принесен в жертву; Иисус Христос Сам несет крест, на котором он испустил последнее дыхание. Авраам сам должен заклать един­ственного своего сына Исаака: Отец небесный не пощадил Сына Своего Единородного, но за всех нас предал есть Его (Рим.VIII, 32). Исаак не противится своему закланию, но готов уме­реть добровольно и охотно: Христос пострадал и умер, потому что восхотел страдать и умереть. Исаак был еще, по изъяснению св. Иоанна Зла­тоуста, превосходным изображением жертвы наших алтарей - жертвы бескровной, но служа­щей живым воспоминанием жертвоприноше­ния, совершенного на Голгофе.

Елиезер и Ревекка

Авраам, достигший глубокой старости и на­деленный всеми благами от Господа, воз­намерился сочетать браком сына своего Исаака. Он призвал старейшего из слуг своих Елиезера, который управлял всем его домом, и сказал ему: «Клянись мне Господом Богом неба и земли, что ты верно исполнишь поручение, которое я на тебя возложу, и сыну моему не возьмешь жены из дочерей Хананеев, среди которых я живу, но пойдешь на мою родину - туда, где живут мои родственники, и там возьмешь жену Исааку. Господь Бог неба и земли, Который вывел меня из дома отца моего и с клятвой обещал дать эту страну потомству моему. Господь Сам пошлет Ангела Своего перед тобой и поможет тебе там взять жену сыну моему Исааку». Елиезер по­клялся господину своему исполнить его при­казание: взял десять верблюдов, навьючил их самыми дорогими вещами для подарков и на­правил путь свой в Месопотамию, в город Хар- ран, где жил Нахор.

Вечером, прибыв к кладезю, находившему­ся за городом, куда обыкновенно девицы при­ходили за водой, Елиезер остановился и воззвал к Господу: «Господи, Боже Авраама господина моего! Ниспошли ныне мне помощь Твою и ми­лость Аврааму, господину моему! - Сотвори, чтобы девица, которой я скажу: «Наклони твой водонос и дай мне напиться», и которая будет отвечать мне: «Пей, - я напою и верблюдов тво­их», - сотвори, чтобы эта девица была та самая, которую ты предначертал в жену Исааку, рабу Твоему». Еще он не успел окончить сии слова в уме своем - и вот идет Ревекка, дочь Вафуи- ла, сына Нахора, брата Авраамова, с водоносом на плечах, - девица редкой красоты: она уже успела наполнить водонос свой и возвращалась домой. Елиезер подошел к ней и сказал: «Дай мне немного испить из водоноса твоего!» Она отвечала: «Пей, Государь мой»! - и с сими сло­вами поспешила спустить водонос с плеч своих и подала пить Елиезеру; потом вылила быв­шую у ней воду в корыто верблюдам, побежа­ла к кладезю и принесла им еще воды. Между тем Елиезер молча смотрел на нее, желая знать, благословил ли Господь его путешествие, или нет. Когда напились все верблюды, он подарил ей золотые серьги и два запястья и сказал ей: «Чья ты дочь? Нет ли в доме отца твоего места нам для ночлега»? Она отвечала: «Я дочь Вафу- ила, сына Мельхи и Нахора; у нас много соломы и сена и просторное место для ночлега». Елие- зер поклонился и воздал благодарение Господу. Между тем Ревекка поспешила домой и расска­зала матери своей о том, что случилось: ее ро­дители увидели в этом тайные пути Промысла. Елиезер был с уважением принят в семействе Нахора, вместе со всеми, бывшими с ним, и ис­полнил возложенное на него поручение: он ис­просил Ревекку в жену Исааку и поспешил от­правиться с ней к господину своему.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Священное Писание не без причины пред­ставляет нам, как Авраам озабочен выбо­ром супруги сыну своему Исааку. Вот пример родителям-Христианам, которые не могут не заботиться о том, что решает участь детей их! Это для них дело величайшей важности: они не могут быть покойны до тех пор, пока не уви­дят его благополучно приведенным к концу. И тот, кто желает купить дом, не верит на сло­во продавцу, но сам тщательно его осматривает: а брак дело великое. - Вступающий в супруже­ство! Ты на всю жизнь соединяешься с женщи­ной - размысли внимательно о том, что Ап. Па­вел (Ефес.У) написал о высоком значении брака и обязанностях супругов; советуйся с людьми опытными и благомыслящими, которых мне­ние достойно твоего уважения.

Богатство, красота и таланты только тогда могут быть украшением девице, когда воспита­ние ее совершается в духе Христианского благо­честия. Только воспитание, основанное на пра­вославной вере и благочестии, может пригото­вить женщин истинно добродетельных, женщин, способных ко всему, чего требует благоустрой­ство домашнее, женщин трудолюбивых, утеше­ние мужьям, истинных матерей семейства, укра­шение домашнего очага. Молодой человек! Если ты," вступая в неразрывный союз брака, хочешь найти счастье, не увлекайся обольстительной внешностью: в женщине Христианские начала, простота, трудолюбие - вот первые условия, ко­торые могут ручаться тебе за будущее счастье.

Исаак благословляет Иакова

Пришедши в старость, Исаак почти совер­шенно лишился зрения. Он призвал к себе старшего сына Исава и сказал ему: «Сын мой! Ты видишь, что я уже стар, и я не знаю, когда придет моя кончина; возьми лук и колчан твой, поди на охоту и из ловли твоей приготовь мне любимое мое кушанье: я хочу благословить тебя прежде смерти моей». Ревекка слышала эти слова и, когда Исав отправился в поле, призва­ла младшего своего сына Иакова и сказала ему: «Я слышала, что отец твой сказал брату твоему Исаву: принеси мне что-нибудь от лова твоего и приготовь мне любимое мое кушанье - я хочу лагословить тебя прежде смерти моей. Итак, сын мой, последуй моему совету: поди, принеси мне из стада двух лучших козлят: я приготовлю из них любимое кушанье твоего отца, ты подашь его ему, и он благословит тебя». Иаков отвечал ей: «Ты знаешь, что тело брата моего Исава по­крыто волосами, а мое -нет: я боюсь, чтобы отец мой, ощупав руки мои, не подумал, что я хочу его обмануть, и не проклял бы меня». Тогда мать сказала ему: «Сын мой! Я беру на себя это про­клятье, которого ты боишься; последуй моему совету - поди, сделай то, что я тебе сказала». Он пошел, принес двух козлят и отдал матери:'Ре­векка приготовила из них кушанье, потом одела Иакова в самое лучшее платье Исава, обернула ему шею и руки кожей этих козлят и дала ему нести к Исааку приготовленное кушанье.

Принесши к Исааку кушанье, Иаков сказал ему: «Батюшка!» - «Кто ты, сын Мой?» - спро­сил его Исаак. Иаков, думая, что он не солжет, если назовется Исавом, потому что Бог отдал ему право его первенства, и потому что сам Исав продал ему оное за блюдо чечевичной похлебки, отвечал ему: «Я Исав, первенец твой; я сделал то, что ты повелел мне». Исаак опять спросил его: «Ты ли это, сын мой Исав?» - «Я» - отве­чал Иаков. Потом, ощупав его и сказав: «Голос Иакова, а руки Исава», Исаак приказал Иако­ву подать себе приготовленное кушанье; кон­чив трапезу, подозвал Иакова, облобызал его и, услышав благовоние от его одежды, сказал, благословляя его: «Благовоние сына моего по­добно благовонию нивы, которую благословил

Господь. Да даст тебе Господь обилие пшеницы и вина, росы небесной и тука земного. Да поко­рятся тебе народы и поклонятся племена; будь господином братьев твоих, и да поклонятся пред тобой дети матери твоей; да будут прокля­ты проклинающие тебя, и да будет благослове­ние на тех, которые будут благословлять тебя».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Чтобы оправдать поступок Ревекки и Иако­ва, должно вспомнить, что Исав сам уступил свое первородство Иакову, и что Бог предрек Ревекке, что из двух близнецов, которых она носила в чреве, больший поработает меньшему. Святой Златоуст так рассуждает о благослове­нии Исава и Иакова: «Возлюбленный! Наблю­дай здесь неизреченную премудрость Божию. Отец, желая изъявить естественную любовь, дает приказание Исаву, а благоизобретательный Владыка через Ревеку приводит в исполне­ние Свое предречение, научая нас, как велика сила добродетели и кротости нравов. Ибо тот, мечтавший иметь первенство и по первородству, и по родительскому к нему расположению, вне­запно всего лишился, потому что не хотел со своей стороны употребить тщания, чтобы быть этого достойным; а сей, поелику имел в себе до­бродетель и был вспомоществуем определением Божиим свыше, вопреки желанию отца, вос­хитил его благословение...Ревекка действовала не по собственной только воле, но и служила орудием к исполнению предречения Божия...

Смотри, как здесь все было делом вышней бла­годати... Что ж, скажешь, Бог помогал такой лжи? - Возлюбленный, не только исследуй, что делается, но вникни в цель: это сделано не для приобретения какой-нибудь земной выго­ды, но из желания снискать благословение отца. Не на то смотри, что слова Иакова были ложь, но имей в мысли то, что все устроил таким обра­зом Бог, дабы привести в исполнение Свое предречение. А чтобы тебе убедиться, что Бог все это облегчил и трудное сделал удобоисполняемым, смотри, как праведник не мог проникнуть об­мана, но верит словам Иакова и, вкусив снедей, платит ему за них благословением. Да и Исав возвратился с ловитвы не прежде, как уже все было сделано, дабы мы из всего этого позна­ли, что совершившееся было по воле Божией». На Быт. Бесед.LIII

Иаков, получающий благословение пер­венства, а Исав, теряющий оное, по изъясне­нию Ап. Павла (РимлЛХ), изображают тайну определения Божия о призвании язычников и отвержении Иудеев. На сию тайну указыва­ют и слова Спасителя: «Глаголю вам, яко мно- зи от восток и запад придут и возлягут с Ав­раамом и Исааком и Иаковом во царствии не­бесном; сынове же царствия изгнаны будут во тьму кромешную» (Матф. VIII, 11.12).

Возвращение Иакова из Месопотамии

Когда благословение, ниспосланное Богом на Иакова и на все, ему принадлежавшее во время пребывания его у Лавана, возбудило за­висть в сем последнем и в сыновьях его, то Свя­той Патриарх увидел, что благоразумие требо­вало оставить Месопотамию, подобно тому, как он оставил некогда землю Ханаанскую, чтобы избегнуть гнева Исавова. Но, опасаясь действо­вать по собственной воле, он долго не решался исполнять своего намерения; наконец, Господь явился ему и сказал: «Возвратись в землю отцов твоих, на родину твою: Я буду с тобой». Тогда Иаков открыл свое намерение женам своим Ра­хили и Лие: они одобрили его и согласились сле­довать за ним. Итак, Иаков посадил жен и детей своих на верблюдов и бежал с ними из дома те­стя своего Лавана, взяв с собой свои стада и все, приобретенное им в Месопотамии, и отправился в землю Ханаанскую к отцу своему Исааку.

Лаван в это время занимался стрижением овец; воспользовавшись его отсутствием, Ра­хиль унесла его идолов и взяла их с собой. Иа­ков, решившись оставить как можно поспешнее дом тестя своего, не известил его о своем отъез­де, боясь, чтобы он не стал удерживать его. Он уже перешел Евфрат - тогда только, уже на тре­тий день, Лаван узнал о его бегстве и тотчас от­правился за ним в погоню с сыновьями и род­ственниками своими и со всеми рабами, гнался за ним семь дней и, наконец, догнал, намерева­ясь отомстить ему за бегство: но Бог явился ему во сне и запретил оскорблять Иакова.

Увидевшись с Иаковом, Лаван сказал ему: «Зачем ушел ты тайно от меня и увел с собой дочерей моих, как пленниц? Зачем скрыл ты от меня отъезд свой? Я отпустил бы тебя с весе­льем и песнями, при звуке тимпанов и гуслей! Ты не дал мне поцеловать в последний раз до­черей и внуков моих; ты поступил безрассудно, и я мог бы теперь воздать тебе злом за зло, но Бог отца твоего сказал мне вчера: «Не оскор­бляй ничем Иакова. Но пусть бы ты ушел, по­тому что пожелал возвратиться в дом отца сво­его: зачем же ты украл богов моих?» Иаков от­вечал ему: «Я тайно ушел от тебя потому, что боялся, чтобы ты не отнял у меня дочерей сво­их; что же касается до покражи, в которой ты меня обвиняешь, то пусть, в присутствии род­ственников наших, смертью будет наказан тот, кто будет в ней уличен: ищи и, если найдешь здесь что-нибудь принадлежащее тебе, возь­ми». — Он не знал, что идолы были у Рахили. - Лаван начал искать своих идолов, но не нашел их в шатрах ни у Иакова, ни у Лии, ни у двух служанок, и, наконец, вошел в шатер Рахили, но она поспешила положить идолов под вер­блюжье седло и села на него: осмотрев шатер, Лаван не нашел их и здесь. Тогда Иаков с гне­вом сказал ему: «Что я тебе сделал? Зачем ты погнался за мной и теперь своими поисками привел в беспорядок все имение мое? Что на­шел ты здесь, принадлежащего тебе? Затем ли провел я двадцать лет с тобой?.» Здесь Иаков в сильных чертах выставил скупость Лавана и свою верность, и усердие к нему, которые до­казать он имел столько случаев... Но, наконец, они помирились и расстались, дав друг другу клятву жить в дружбе.


НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Позволительно ли было Рахили украсть идолов отца своего? - Некоторые толкователи Св. Писания во извинение поступка ее представ­ляют то, что идолы, которые, вероятно, были золотые или серебряные, взяты ею в вознаграж­дение за несправедливость Лавана, который не дал приданого ни ей, ни сестре ее Лии и не воз­наградил достаточно Иакова за его услуги. Не­которые полагают, что Рахиль хотела через это отнять у отца своего предмет идолопоклонства. Правда, в этом случае Рахиль действовала, по- буждаясь ревностью справедливой; но действие, само по себе противное закону Божию, не мо­жет быть оправдано доброй целью: «не должно,- говорит Ап. Павел, - творить злая, да придут благая» (Рим.III. 8).

Иногда неблагодарность и забвение, или еще более, несправедливость и притеснение бывают воздаянием за труды самые усердные, честные и полезные: но должен ли поэтому трудящийся упасть духом и прийти в уныние? - Нет! Самое лучшее оружие против несправедливости есть терпение и непобедимое мужество.

Иосиф, проданный братьям

Возвратившись из Месопотамии, Иаков посе­лился в земле Ханаанской, где жил и отец его. У него родйлись 12 сыновей, и младший из них Иосиф был его любимцем; такое предпо­чтение навлекло на него ненависть братьев, кото­рая особенно усилилась по следующему случаю.

«Послушайте, - говорил он им однажды, — ка­кой видел я сон: мы вязали снопы на поле, и вот мой сноп встал и стал прямо, а ваши снопы окру­жили его и поклонились ему». «Неужели ты бу­дешь царствовать над нами, а мы будем твоими подданными»? - отвечали ему с досадой братья. Он еще видел и другой сон, который также рас­сказал отцу и братьям. «Я видел во сне, - гово­рил он, — что солнце, луна и одиннадцать звезд поклонились мне». Услышав это, отец сделал ему выговор, говоря: «Что это за сон, виденный тобой? Ужели твоя мать, твои братья и я придем поклониться тебе до земли»? Братья досадовали на Иосифа, а отец сохранил в уме рассказанное им, размышляя о намерениях Божиих каса­тельно этого отрока.

Однажды братья Иосифа пошли со стадами отца своего в Сихем, и Иаков послал его про­ведать их. Увидя издали подходившего к ним Иосифа, братья вздумали воспользоваться этим удобным случаем в удовлетворение своей злобы, вознамерились убить его и сказали друг дру­гу: «Вот идет этот сновидец! Пойдем, убьем его, бросим в какой-нибудь колодец и потом ска­жем, что он растерзан лютым зверем: тогда уви­дим, что будет из снов его». Услышав это, Ру­вим сказал братьям: «Не проливайте крови его, но бросьте его здесь в пустыне — в этот колодец». Он говорил это с тем намерением, чтобы изба­вить Иосифа от рук их и возвратить его к отцу.

Лишь только Иосиф подошел к братьям, они сняли с него прекрасную разноцветную одеж­ду, сделанную ему отцом в отличие от братьев и бывшую, вместе с другими знаками любви престарелого отца к Иосифу, причиной их зави­сти, и бросили его в безводный колодезь, с тем, чтобы там уморить его голодом. Вскоре уви­дели они караван Измаильтян, которые везли в Египет различные благовония, и Иуда сказал братьям: «Что нам пользы убить нашего бра­та и скрыть смерть его? Лучше продадим его этим Измаильтянам и не обагрим рук наших его кровью, ибо он брат наш». Братья на это со­гласились и, когда Мадиамские купцы прохо­дили мимо их, вытащили Иосифа из колодезя и продали им за двадцать сиклей серебра. Когда братья ушли, то Рувим, который не был с ними в то время, когда они продали Иосифа, при­шел к колодезю с намерением спасти отрока; не нашед там его, в отчаяньи он растерзал свою одежду и, пришед к братьям, сказал им: «Отро­ка нет: что мне теперь делать»? - Братья взяли платье Иосифа и, замарав его кровью убитого козленка, послали к отцу и сказали ему: «Вот мы нашли одежду: посмотри, не сына ли твое­го эта одежда»? Узнав платье своего сына, Иа­ков сказал: «Лютый зверь растерзал его», раз- драл одежду свою, облекся во вретище и долго оплакивал своего сына; напрасно дети стара­лись утешить его - он говорил им: «Не пере­стану плакать до тех пор, пока не сойду в гроб и не соединюсь с сыном моим». Между тем Ма- дианитяне отвели Иосифа в Египет и продали Пентефрию, евнуху Фараона и начальнику те­лохранителей его. Господь пребывал с Иоси­фом, который был благоуспешен в делах своих и, живя в доме господина своего, пользовался его полной доверенностью. Но, будучи оклеве­тан, он был заключен в темницу, где скоро имел случай показать свою мудрость, изъяснив сны хлебодара и виночерпия царских, находивших­ся вместе с ним в темнице.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Так, среди злоумышлений, в рабстве и са­мом глубоком унижении, к которым привела Иосифа зависть братьев, Господь обратил злобу человеческую к его возвышению и прославле­нию. Не должно думать, чтобы в этих происше­ствиях было что-нибудь случайное, что-нибудь такое, что зависело только от причин челове­ческих: самих врагов и сами препятствия Бог заставляет служить Своим предначертаниям, чтобы показать нам, что никто не может воспре­пятствовать исполнению Его воли. Итак, когда тебя преследуют, не отчаивайся, не ропщи, не ожидай конца искушения и будь уверен, что Бог и само гонение может обратить в твою поль­зу. Все, чего Он от нас требует в этом случае, есть непоколебимое терпение.

Иосиф изъясняет сны Фараона

Спустя два года после того, как Иосиф изъ­яснил сны виночерпия и хлебодара, сам Фа­раон видел два сна. Ему виделось, что он стоял на берегу Нила, и из этой реки вышли семь ко­ров красивых и чрезвычайно тучных и паслись на берегу; потом оттуда вышли семь коров без­образных и чрезвычайно тощих, которые также паслись на берегу: тощие коровы пожрали туч­ных. Тут Фараон проснулся, заснул опять и уви­дел другой сон: ему виделось, будто из одного стебля вышло семь прекрасных и полных коло­сьев, после них вышло семь других очень тощих и иссушенных палящим ветром: последними съедены были первые.

Фараон испугался и, созвав утром всех сно­толкователей и мудрецов Египетских, расска­зал им свои сны: но ни один не мог объяснить их. Тогда виночерпий вспомнил об Иосифе и до­ложил о нем царю, сказав ему: «Я согрешил, за­был о моем благодетеле: в то время, когда вме­сте с хлебодаром, подпав под гнев царский, мы были заключены в темницу, мы оба в одну ночь видели сны, которые предвещали нам нашу бу­дущую судьбу; мы рассказали наши сны Еврей­скому юноше, служителю военачальника твое­го, бывшему вместе с нами в темнице, — он изъ­яснил нам их и события вполне подтвердили его изъяснения; точно так, как он сказал, я был возвращен к моей должности и хлебодар пове­шен». Тотчас Иосиф, по повелению царя, был освобожден из темницы; его остригли, одели приличным образом и представили царю.

Фараон сказал ему: «Я видел сны и не могу найти человека, который бы мне объяснил их, - мне сказали, что ты умеешь толковать сны». Ио­сиф отвечал: «Не я, а Бог дает царю спаситель­ный ответ». Фараон рассказал ему свои сны, и Иосиф отвечал: «Оба сна царевы означают одно: семь коров тучных, вышедших из Нила, и семь полных колосьев - это семь лет плодоро­дия, которые будут следствием благополучного разлития Нила; семь коров тощих, вышедших после из реки, и семь тощих колосьев, пожжен­ных палящим ветром, означают семь лет голода. Это исполнится таким образом: сперва будет во всем Египте семь лет необыкновенного урожая, а потом за ним последуют семь других лет такого неурожая, что в продолжении их даже исчезнет память о предшествовавшем плодородии; голод истребит плоды всей земли Египетской и земель соседних с ней, и прежнее необыкновенное пло­дородие будет как бы поглощено чрезвычай­ной скудостью, которая за ним последует. А что и в другой раз ты видел сон, который означает то же, что первый, это показывает, что слово Бо- жие твердо исполнится непременно, немедленно. Избери человека мудрого и поставь его над всем Египтом, чтобы он послал во все области чинов­ников и собрал бы в общественные житницы пя­тую долю плодов земных в течение семи наступа­ющих лет урожая; пусть вся эта пшеница посту­пит в распоряжение царя и хранится в городах; это будет запас для Египта на семь лет голода».

Совет сей понравился Фараону и советни­кам его, и он сказал им: «Где найдем мы такого человека, который был бы исполнен духа Бо- жия»? - Поэтому он поставил Иосифа над всем Египтом и осыпал его почестями.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Взирая на этот долгий ряд несчастий, кото­рые тяготели над Иосифом в течение стольких лет, но не поколебали его веры и упования на Бога, мы научаемся, что не только временное благополучие не всегда бывает наградой добро­детели, и несчастья не всегда бывают наказа­нием за грех, но и самые жестокие страдания и скорби, которые иногда, по неисповедимым судьбам Промысла Божия, претерпевают до­бродетельные, бывают для них путем к славе. В приключениях Иосифа, мы также видим по­учительный опыт того, как вечная Премудрость Божия умеет действия страстей человеческих самые преступные и постыдные направлять к тому, чтобы возвысить достоинство Святых, подобно тому, как искусный живописец упо­требляет самые темные краски для того, чтобы придать более виду и блеска чертам наиболее важным в картинах, Бог в знаменательных сно­видениях возвещает, что Иосиф будет некогда велик: это навлекает на Иосифа ненависть бра­тьев и тяжкие страдания, а Бог сами страдания полагает в основание его величия.

Святые Отцы, которые с удивлением видят в Иосифе одно из самых поразительных преоб­разований Иисуса Христа, указывают на соот­ношения между возвышением спасителя Егип­та и между славой Спасителя мира. Иосиф, из­веденный из темницы, возвышается и получает от самого царя неограниченную власть над все­ми народами Египта: Иисус Христос, исходя из гроба победителем смерти, получает от Отца Своего владычество над небом и землей. Иосиф, по вдохновению свыше, изъясняет тайны Божии и приготовляет богатый запас пшеницы, чтобы спасти народ от погибели во время голо­да: Иисус Христос открывает миру сокрови­ща мудрости небесной и установляет Таинства, как благодатные потоки для распространения по всей вселенной обилия заслуг страдания Сво­его и смерти и огня любви Божественной.

Свидание Иосифа с братьями

Иосиф, тридцати лет от роду, получив от Фа­раона великую власть и будучи наименован первым по царе, все свои заботы обратил на то, чтобы вверенный ему народ сделать благополуч­ным. Царь дал ему в жены Асенефу, и он имел от нее двух сынов.

Наступили семь лет плодородия; по повеле­нию Иосифа, во всем Египте пятая часть хлеба была ежегодно оставляема в житницах в запас на голодные годы, и когда по предсказанию Ио­сифа настали сии последние, и повсюду был го­лод, во всем Египте был хлеб.

Голод постиг и землю Ханаанскую, в кото­рой жил Иаков. Услышав, что в Египте продают пшеницу, он приказал своим сыновьям отпра­виться в Египет за хлебом, а младшего из них Ве­ниамина оставил с собой, опасаясь, чтобы с ним в дороге не случилось какого-нибудь несчастия.

Иосиф управлял тогда всем Египтом, и хлеб продавался народу не иначе, как с его позво­ления. И так братья его, приехав в Египет, предстали ему и поклонились лицом до земли: увидя братьев, он тотчас узнал их, но не от­крылся им и, может быть, думая, не поступилили они с юным Вениамином, как поступили с ним, обошелся с ними сурово, как с пришель­цами, показывая, что принимает их за согля­датаев. Они старались оправдаться, откро­венно объясняя ему цель своего путешествия. «Нет, - сказал Иосиф, - вы точно соглядатаи, как я сказал вам. Я испытаю, правду ли вы го­ворите». - Он отдал их под стражу на три дня, а потом, призвав их к себе, сказал: «Если вы люди мирные, то пусть один из вас останется под стражей, а другие пусть возвратятся в стра­ну свою, отвезут купленный хлеб и потом при­ведут ко мне младшего брата, в доказательство того, что вы меня не обманываете; тогда вы останетесь живы». Они решились исполнить то, что было им приказано. Итак, Иосиф удержал заложником Симеона и отпустил прочих бра­тьев, приказав наполнить мешки их пшеницей и положить им туда же деньги, привезенные ими в уплату за оную. Они отправились и вско­ре увидели, что с ними и деньги их.

Возвратившись к Иакову отцу своему, они рассказали случившееся с ними. Иаков пришел в безутешную скорбь, узнав, что они дали слово взять из его объятий Вениамина. Он вспомнил печаль, которую ему причинила некогда потеря Иосифа, и решительно сказал, что не отпустит с ними последнего, самого любимого из детей своих. Между тем, когда купленная пшени­ца вышла вся, должно было опять отправиться в Египет, и как сыновья Иакова не осмелива­лись явиться к правителю сей страны без своего младшего брата, то, наконец, Иаков должен был решиться отпустить с ними Вениамина. Итак, они отправились, взяв подарки для Иосифа.

Увидев их возвратившихся с младшим братом, Иосиф приказал домоправителю своему ввести их в дом свой и приготовить для них пир. Они не понимали причины этого благосклонного приема и притом боялись, чтобы не обвинили их за уве­зенные ими деньги, которые они нашли в своих мешках: чтобы избежать угрожающий опасно­сти, они объявили домоправителю Иосифа, что привезли и те деньги, - но он успокоил их и осво­бодил Симеона из темницы. Иосиф благосклон­но принял их подарки и спросил, здоров ли отец их. Увидев Вениамина, который, так же как и он, был сын Рахили, он не мог удержать слез и уда­лился от братьев, чтобы плакать на свободе; по­том пришел к ним опять, сел за стол и посадил их с собой. Когда они были готовы к обратному пути, он опять приказал наполнить мешки их пшени­цей и положить им деньги их, как в первый раз, а в мешок Вениамина приказал, кроме того, по­ложить и свой кубок. Едва они выехали, как он послал за ними в погоню и велел своему управ­ляющему упрекнуть их в похищении кубка: они все уверяли, в своей невиновности и говорили, что согласны, чтобы тот из них, кто будет уличен в покраже, остался заключен в темницу: осмо­трели мешки и нашли кубок у Вениамина - это привело их в великий ужас.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Богу угодно было допустить, чтобы для про­славления Иосифа послужила средством ненависть его братьев, дабы через то показать неверующим, что люди не могут воспрепятство­вать исполнению Его воли, что нет в мире ни мудрости, ни силы, которые могли бы Ему про­тивиться, и что само сопротивление людей Он обращает к исполнению Своих намерений, дабы без всякой трудности, против их воли и через них совершать то, что Ему угодно. Человек ода­рен свободой, а между тем его обязанность - при помощи благодати Божией воздавать славу Богу, подчиняя свою волю Его воле, но, когда он де­лает противное, то Бог являет торжество Своей Премудрости и Святости, заставляя и само зло служить средством к достижению добрых целей.

Свидание Иакова с Иосифом

Когда Иосиф объявил своим братьям, что Вениамин, у которого в мешке найдена его чаша, должен остаться у него рабом в Египте, тогда Иуда стал умолять его отпустить Вениами­на, соглашаясь сам вместо него остаться у него в рабстве и представлять ему, что обещался отцу своему непременно привести назад младшего брата невредимым, и что престарелый отец не переживет потери любимого сына. Тогда Иосиф не мог более удерживаться и приказал всем быв­шим тут выйти и оставить его одного с братьями, не желая, чтобы кто-нибудь из чужестранцев был свидетелем того, как он откроет себя братьям своим; потом со слезами сказал им: «Я Иосиф. Жив ли отец мой»? - Братья смутились и не мог­ли отвечать от страха. Он приказал им подойти к себе и сказал с кротостью: «Я Иосиф, брат ваш, проданный вами в Египет; не бойтесь и не пе­чальтесь о том, что вы жестоко поступили, про­дав меня: ибо для вашего спасения от голода Бог послал меня прежде вас в Египет. Бог меня привел сюда и поставил начальником всего дома Фараонова и владыкой всего Египта. Поспеши­те к отцу моему и скажите ему: «Вот что прика­зал нам сказать тебе сын твой Иосиф: Бог сделал меня господином над всем Египтом: поспеши ко мне; ты поселишься в земле Гесемской, и бу­дешь жить близ меня со всеми детьми и внуками твоими, со всеми твоими стадами и со всем твоим имением: я здесь буду питать тебя, ибо еще оста­ется пять лет голода. Скажите отцу о всей славе моей и обо всем, что вы видели в Египте, и поспе­шите привести его ко мне»! Потом он обнял и об­лобызал единоутробного брата своего Вениами­на и прочих братьев: Иосиф и братья проливали слезы. Фараон, узнав об этом, прислал богатые подарки братьям Иосифа, как для них самих, так и для вручения отцу их, и дал им колесницы для перевезения в Египет Иакова со всем его се­мейством и имением.

Итак, братья Иосифа возвратились в Египет в землю Ханаанскую к Иакову, отцу своему, и сказали ему, что сын его Иосиф жив и управ­ляет всей землей Египетской. — Этой вестью Иаков как бы пробудился от глубокого сна и не верил тому, что ему рассказывают; но когда они еще пересказали ему все, что с ними было, и показали ему колесницы и все, присланное. Фараоном, тогда ожило сердце его и он сказал: «Сын мой Иосиф жив - теперь мне нечего более желать: пойду, увижу его, пока я еще не умер». Израиль отправился в Египет со всем имением своим и, пришедши к Кладезю Клятвенному, принес жертву Богу отца своего Исаака: здесь Бог явился ему в ночном видении и сказал: «Я Бог отца твоего: не бойся, иди в Египет, ибо Я сделаю тебя родоначальником народа велико­го; Я пойду туда с тобой, и некогда опять выве­ду оттуда потомков твоих».

Иаков переселился в Египет со всем семей­ством своим, в котором было семьдесят пять душ. Когда он прибыл туда, Иосиф выехал на встречу к нему в Гесем и, увидев его, пал на шею его, проливая слезы. Иаков сказал Ио­сифу: «Теперь я умру с радостью, потому что я увидел лицо твое».

Иаков был представлен Иосифом Фараону и получил от него для обитания своего землю Гесемскую, плодоноснейшую во всем Египте.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

По мнению Св. Отцев, Иосиф в своих страда­ниях и в славе, за ними последовавшей, прообра­зовал Иисуса Христа, воскресшего в славе после Своего страдания и смерти. В исполненном кро­тости и любви поведении Иосифа в отношении к братьям, которые так бесчеловечно предали его, нам представляется трогательное изображение беспредельного милосердия Иисуса Христа к Иу­деям, из которых многие сперва требовали у Пи­лата Его смерти, а потом^были обращены первой

проповедью Апостола Петра и образовали из себя юную церковь, которой пламенное благочестие в таких назидательных чертах нам представля­ет Книга Деяний Апостольских, Иосиф подверг своих братье испытанию, привел их к раскаянью в их преступлении и простил им вину их. Подоб­но сему и милосердие Божие призывает греш­ников к покаянию и спасению. Благо тому, кто, согрешив, не стыдится раскаяться в своем грехе и загладить его! Да притечет он с упованием ко Господу, Который ведает нашу немощь, и Кото­рого милосердие препобеждает множество и тя­жесть грехов человеческих.

Иаков благословляет детей Иосифа

Иаков, почувствовав приближение своей смерти, призвал к себе Иосифа и взял с него обещание с клятвою в том, что он не похоронит его в Египте, но перенесет кости его в землю Ха­наанскую и положить в гробнице отцов его: Ио­сиф поклялся исполнить его волю. Спустя не­сколько времени, Иосифу возвестили, что отец его очень болен, и он пошел к нему с сыновьями своими Манассией и Ефремом. Когда он вошел, то Иаков, собрав последние силы, сел на одре своем, потом, увидев сынов его, спросил: «Кто это?» Иосиф отвечал ему: «Это дети, которых Бог дал мне здесь». «Подведи их ко мне, - ска­зал Иаков, - я благословлю их». Зрение его было слабо от старости, и он не мог видеть ясно. Манассия и Ефрем поклонились ему до земли, и Иосиф поставил Манасссию против правой

руки отца своего, а Ефрема против левой, дабы он благословил их; но престарелый Иаков, про­стерши руки свои крестообразно, возложил пра­вую на главу Ефрема (младшего), а левую на гла­ву Манассия (старшего) и, благословляя детей Иосифа, сказал им: «Бог, Которому благоугож- дали отцы мои Авраам и Исаак, Бог, питающий меня от юности до сего дня, Ангел, избавляю­щий меня от всех зол, да благословит отроков сих; да носят они имя мое и отцов моих, и да умножится потомство их на земле»! Иосиф, уви­дев, что отец его возложил правую руку на го­лову Ефрема, подумал, что он ошибается, и хо­тел переложить ее на голову Манассии, говоря: «Не так, родитель мой - вот старший мой сын: возложи правую руку на его голову». Но Иаков отвечал ему: «Знаю, сын мой, знаю; и этот так­же будет родоначальником народа и умножит­ся племя его; но брат его младший будет более его, и потомство его будет многочисленнейшим и сильнейшим из народов». Потом он сказал Ио­сифу: «Я умираю: Бог будет с вами и возвратит вас в землю отцов ваших».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Святой Иоанн Златоуст, рассуждая о бла­гословении Иакова, говорит: «Подражайте сему праведнику, и старайтесь такое наследие оставлять детям вашим, которое бы ни от чего не могло потерпеть ущерба. Не будем забо­титься о том, чтобы собирать деньги и остав­лять их в наследство нашим детям: ибо будем научать их добродетели и просить им благо­словения от Бога. - Вот драгоценнейшее стя­жание! Вот богатство неизобразимое словом, неистощимое, и на каждый день приносящее новый прибыток! Ничто не может сравнять­ся с добродетелью, нет ничего могуществен­нее ее! Итак, все устремим к сему наши мысли , и будем научать наших детей всему предпочи­тать добродетель и ни во что вменять богатство (На книгу Бытия беседа LXVI).

Иов

Иов родился в стране Хус, между Идумеей и Аравией, за 1700 лет до Рождества Хри­стова. Он был человек праведный, детей своих воспитывал в благочестии и усердно служил ис­тинному Богу. Чтобы испытать его веру, Господь попустил, чтобы он лишился всего своего име­ния; даже дети его были во время пира задавле­ны развалинами их дома. Все сии несчастия слу­чились в одно и тоже время, и Иов принял весть о них с удивительным терпением. - «Господь даде: Господь отъял, - говорил праведник, - яко Господеви изволися, тако быстъ: буди имя Господне благословенно во векиН Напоследок, по Божию попущению, диавол поразил самого Иова тяжкой болезнью: тело его покрылось стру­пьями от ног до головы; сидя за вратами города, он очищал черепком гной, который тек из ран его. Сама жена его не только не утешала его, но еще увеличивала его страдания своим ропо­том и упреками; она насмехалась над его верой и ругалась над его терпением; но Иов отвечал ей: «Ты говоришь, как безрассудная женщина: аще благая прияхом от руки Господни, злых ли не стерпим?» Даже друзья его, Элифаз, Валдад и Софар, пришедшие посетить его, не принесли ему утешения: они изъявляли подозрение, что он сам своими грехами заслужил свои несчастия.

Наконец, Бог умилосердился над верным ра­бом Своим: возвратил ему здравие и наградил его имением вдвое больше прежнего, и детей дал ему Господь более прежнего: - у него еще родились семь сынов и три дочери. Он прожил после этого сто сорок лет и имел утешение ви­деть свое потомство до четвертого рода.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Нельзя отрицать, говорит блаженный Ав­густин (De Civitata Dei.XVIII, с. 47.), что были между народами языческими верные, кото­рые могли быть причтены к истинным Иуде­ям, гражданам Иерусалима небесного; а кто будет это отрицать, тому опровержением будет служить пример Иова, сего мужа столь свято­го и удивительного, который не принадлежал к числу Израильтян, но происходил от народа, обитавшего в Идумее, где он родился и умер. Само слово Божие так превозносит этого пра­ведника, что, говоря о его благочестии и право­те, утверждает, яко не бе таковаго от сущих на земли. Сверх того, хотя летописи народа Ев­рейского и не указывают нам на время, когда он жил; но из того, что читается в книге, носящей его имя, и принятой Евреями в число кано­нических, мы можем заключить, что он жил в третьем поколении после Иакова. Несомнен­но, что Божественное Провидение устроило это для того, чтобы примером сего праведника убе­дить нас, что и между народами языческими могли быть святые, жившие по закону Божию, угодные богу и принадлежавшие к Иерусалиму небесному. Но, вместе с сим, мы должны веро­вать, что этого удостоились только те, которым был предвозвещен единый Ходатай Бога и чело- веков - Иисус Христос.

Бог восставил Иова, чтобы всем временам дать пример терпения, как говорит Священное Писание в книге Товита. Господь восставил его среди народов чуждых Святому Завету, как буд­то бы для того, чтобы язычникам дать залог бу­дущего их присоединения к Церкви Иисуса Хри­ста. В лице Иова мы видим, как могущественна непоколебимая добродетель и в самом блестя­щем счастье, и в самых тяжких бедствиях. Пра­ведник, и в счастие, и в несчастии прошедший испытание с непоколебимой твердостью, пред­ставляет собой пример для людей всех состоя­ний. В счастие своем Иов научает нас не надеять­ся на богатство, которым обладание так неверно, не презирать ни нищего, ни странного, судить без лицеприятия, неусыпно трудиться для дела нашего спасения. В несчастии Иов дает нам при­мер покорности и терпения в перенесении самых тяжких страданий. Потеряв имение, лишившись детей, оскорбляемый упреками тех, которые наиболее должны принять участие в скорбях, он ни одним словом не обнаруживает нетерпения.

Пораженный ужаснейшей болезнью и сделав­шись жертвой всех зол, какие может только изобрести злоба диавола, и какие только могут, постигнуть человека, он сохраняет совершен­нейшую преданность воле Творца своего; благо­словляет Его крепкую десницу, прославляет Его величие и благоговеет перед судьбами Его. Если в горести у него и исторгаются какие-нибудь жа­лобы и какие-нибудь слова, выражающие силь­ную скорбь: то он тотчас смиряется перед Богом и приносит покаяние. Друзья его хотят ему до­казать - грешник и лицемер: но его благочестие, его смирение и познание путей Божиих, и суд самого Бога служат ему защитой против этих упреков. Обращаясь к путям Промысла Божия, являющегося в сем мире в судьбе добрых и злых, он доказывает, что за пределом сей жизни есть вечные муки для нечестивых и вечная награда праведникам. Он доказывает, что Бог, по Своей беспредельной власти над тварью, может посы­лать ей в сем мире кратковременные страдания по причинам, непостижимым для мудрости че­ловеческой. Наконец, он доказывает своим при­мером, что Всемогущий иногда посылает рабам Своим бедствия и для того, чтобы испытать их добродетель и возвысить их заслугу.

Спасение Моисея из вод Нила


Потомки Иакова, поселившиеся в Египте при Иосифе, весьма размножились в этой стране и жили счастливо. Между тем, спустя пять­десят четыре года по смерти Иосифа, в Египте воцарился новый царь, которому неизвестны были великие заслуги сына Иаковлева. Стра­шась умножения евреев и опасаясь, чтобы они когда-нибудь в случае войны не присоедини­лись к врагам его, он стал обременять их тяж­кими налогами и притеснять всеми мерами: но Господь сохранял их чудным образом, и чем с большей жестокостью их притесняли, тем бо­лее они размножались; что еще более увеличи­вало ненависть к ним египтян. Тогда царь дал повеление повивальным бабкам египетским умерщвлять всех еврейских младенцев мужско­го пола немедленно при рождении: однако они этого не исполняли, и Фараон дал еще более же­стокое повеление всему народу своему - бросать в реку всех новорожденных младенцев еврей­ских мужского пола.

В это время Иохаведа, жена Амрама, из ко­лена Левина, родила сына — младенца необык­новенной красоты; она скрывала его три ме­сяца, но потом, видя, что не может скрывать доле, сплела корзину из тростника, осмоли­ла ее и в нее положила дитя в тростнике у бе­рега Нила, оставивши дочь свою наблюдать, что будет с младенцем. Тогда дочь Фараона со своими служанками пришла на реку мыться: заметив корзинку в тростнике, она приказа­ла одной из своих служанок взять и принести ее, и, увидевши в ней плачущего еврейского младенца, сжалилась над ним и пожелала вос­питать его при себе. Заметивши это, сестра младенца подошла к ней и предложила при­вести ей кормилицу из евреянок: когда ца­ревна на это согласилась, то она привела мать младенца, которой и было поручено кормле­ние его. Когда дитя возросло, Иохаведа приве­ла его к царевне, которая усыновила его и на­звала Моисеем, что значит взятый из воды. Моисей был воспитан при дворе Фараоном, был научен всей мудрости египетской и был силен в словесах и делах.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Какое высокое чувство - нежная любовь к детям, которую Бог влагает в сердца матерей, особенно, когда это естественное чувство ожив­ляется и облагораживается живой верой, как в матери Моисея! Сколько мужества, сколь­ко героизма в сердце матери Христианки, ког­да жизнь ее дитя в опасности! Сколько забот, сколько предосторожностей, чтобы отвратить опасность, угрожающую его невинности! Дитя! Благословляй, благодари Господа, даровавше­го тебе добрую, заботливую мать; старайся этой нежной любви соответствовать совершенным послушание и быть радостью своей матери!


Для Господа Бога не довольно было сохра­нить жизнь Моисея против воли жестокого Царя; чтобы явить в большем блеске Свое мо­гущество, Он устроил так, что Фараон сам спас младенца руками своей дочери, сам послужил судьбам Божиим, воспитав это дитя, сам при­готовил мстителя за Израильтян, которых он притеснял, и исполнителя праведного суда Божия над Египтом. Так Господь часто поража­ет врагов своих их собственными руками.


Бегство Моисея из Египта в землю Мадиамскую

Моисей,  на сороковом году своей жизни, оставил двор Фараона, чтобы посетить братьев своих израильтян в угнетении, которое они тер­пели. Один раз он увидел египтянина, который бил еврея: зная, что Господь избрал его для из­бавления народа своего от рук египтян, он осмо­трелся кругом и, не видя никого, вступился за еврея и убил египтянина, а тело убитого зарыл в песок. На другой день он увидел двух евре­ев, которые ссорились и дрались между собой, и сказал обижавшему: «За чем бьешь ты брата своего? ». А этот отвечал ему: «Кто поставил тебя князем и судьей над нами? Или ты и меня хо­чешь убить, как убил вчера египтянина»? Мои­сей испугался и удивился, ибо думал, что никто не видел, как он убил еврея. Между тем узнал об этом Фараон и приказал преследовать Моисея, а он, чтобы спастись, удалился из Египта в Каме­нистую Аравию, в землю Мадиамскую. Прибыв туда, он сел отдохнуть при колодце; в это самое время пришли за водой семь дочерей священни­ка Мадиамского, именем Рагуила или Иофора, и хотели поить свои стада; но пастухи отогнали их от колодца: Моисей вступился за девиц и по­мог им напоить их стада. Когда они возврати­лись к отцу своему, то он спросил их: «Отчего вы сегодня возвратились ранее обыкновенного»? - Они отвечали ему: «Какой-то египтянин защи­тил нас от пастухов, начерпал нам воды и напоил овец наших». «Где он? - спросил Рагиул, - зачем вы отпустили его? Подите, позовите его вкусить с нами хлеба». Моисей пришел в дом Рагуила и остался жить у него. Спустя несколько вре­мени он женился на его дочери Сепфоре и имел от нее двух сыновей: одного назвал он Гирсамом, а другого Елиезером.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Из того, что Ап. Павел в послании к Евреям говорит о Моисее, оставляющем двор Фараона, ясно виден дух, его одушевлявший, и то, как он приготовлялся к исполнению определения Бо­жия о нем. «Верою, - говорит Апостол, - Моисей велике быв, отвержеся нарицатися сын дщере Фараоновы, пачеже изволи страдати с людьми Божиими, нежели имети временную греха сла­дость, большее богатство вменив Египетских сокровищ поношение Христово: взираше бо на мздовоздаяние». (Евр. XI, 24-25). Моисей, ру­ководимый светильником веры, знает, что этот народ бедный, презренный, обремененный не­счастиями, есть народ Божий, а тот роскошный двор, при котором он воспитан, есть общество людей нечестивых и врагов Божиих. Он пони­мает, что утехи двора языческого скоропреходя- щи, а за ними последуют вечные муки; взирая на страдания и уничижение, переносимые с кро­тостью, как на верный залог вечного блажен­ства, он избирает их от всего сердца и попирает ногами все богатства египетские. Богатство по­гибающее бывает истинным богатством только в той мере, как мы, отрекаясь от него, достигаем сокровища вечного. Не удивительно, что по­ношения и нищета кажутся ужасными, когда рассматривают их самих в себе, или по сужде­нию человеческому: но Моисей открывал в них сокровище, обращая взоры свои к небу, а мы должны судить о них и ценить их, взирая на Ии­суса Христа в нищете и в уничижении.

Св. Апостол Павел, называя поношением Христовым то унизительное положение, в ко­торое Моисей сам себя добровольно ставит, по­казывает нам этим, во-первых, что этот провоз­вестник Ветхого Завета был только преобразо­ванием Иисуса Христа, творца Завета Нового; то, что делает Моисей, оставляя придворное ве­ликолепие, чтобы идти освободить братьев сво­их или страдать вместе с ними, можно рассма­тривать как образ того, что впоследствии сделал Сын Божий, оставив славу Отца Своего, что­бы спасти нас и пострадать за нас. Во-вторых, Св. Апостол Павел дает разуметь нам, что Свя­тым Патриархам и Пророкам Ветхозаветным была, по Божию откровению, известна тайна воплощения Сына Божия. Как теперь Бог дает оправдание только тем, которые веруют в при­шедшего на землю Сына Его и уповают на Него; так и тогда благодатное оправдание было до­стоянием только тех, которые с той же верой и тем же упованием взирали на Сына Его гряду­щего. Бог требует от нас, чтобы мы участвовали в страдании и уничижении Иисуса Христа - Он требовал этого и всегда от праведников всех времен. Истинное благочестие всегда было и бу­дет неразлучно с верой в Избавителя, врага че­ловеческих страстей и всесильного Исцелителя страждущих недугом греха, Ходатая сострада­тельного к нуждам падшего человечества и все­могущего в их удовлетворении.

Моисей отмщает за обиду, нанесенную Ев­рею Египтянином, смертью обидевшего. Если бы Моисей убил этого человека по собственно­му побуждению, не возможно было бы изви­нить его. Но слова Св. Архидьякона Стефана к Евреям не оставляют нам никакого сомнения, как замечает Благ. Августин (Contra Faust lib. XXII,), в том, что он действовал в этом случае по вдохновению свыше.

«Мняше разу мети братиям своим, - говорит Первомученик, - яко Бог рукою его дает им спа­сение» (Деян.УП, 25). Итак, Моисей знал, что он был предназначен освободить Израиль. Бог вложил в руку его меч на народ, который при­теснял людей Его: убив Египтянина, который бил Еврея, Моисей хотел показать пример нака­зания, которое должно постигнуть Египет. Это должно было служить для Евреев предзнамено­ванием его будущего высокого служения и их избавления: но народ сей, характером которого всегда было неверие, не захотели признать по­ел анничества Моисея, подобно тому, как его по­томки отвергли в последствии Сына Божия.

Манна в пустыне

Сыны Израилевы, в пятнадцатый день по вы­ходе из Египта, пришли в пустыню Син; не находя себе там пищи они начали роптать на Моисея и Аарона и сожалели о том, что оста­вили Египет. Тогда Господь сказал Моисею:

«Я о дождю вам хлеб с небес: пусть каждый со­бирает его, сколько ему нужно на один день, - не более: в шестой же день пусть собирают его вдвое против прочих дней, чтобы оставить в за­пас на седьмой дейь - Субботу». Моисей и Аарон сказали Израильтянам: «Сегодня же вечером вы получите доказательство того, что Господь Всемогущий вывел нас из Египта, а мы только исполнители воли Его; завтра же утром увидите вы славу Господню, ибо он услышал ропот ваш на Него. Что ропщите вы на нас? Ваш ропот от­носится не к нам, а к Богу! Сегодня вы получите мясо в пищу себе, а завтра - хлеб с избытком». В то время, как Аарон говорил еще это к народу, слава Божия явилась в облаке.

Вечером великое множество крастелей по­крыло весь стан, а утром вокруг него вся по­верхность земли была покрыта каким-то белым веществом наподобие снега. Увидев это, Изра­ильтяне говорили друг другу: «Манн гу»? что значило на их языке: «Что это такое»? ибо они не знали, что это было. Моисей сказал им: «Это хлеб, который дает вам Господь; Он повелел, чтобы каждый из вас набрал его столько, сколь­ко ему нужно на один день для пропитания». Израильтяне исполнили это и собрали один бо­лее, а другие менее: но ни у тех, которые собрали более, не было излишеств, ни у тех, которые со­брали менее, не было недостатка: те, у которых было более, нежели сколько нужно, излишнее уделили тем, у которых был недостаток. Мои­сей запретил оставлять манну на следующий день, но некоторые не послушались - и манна, которую они хотели сберечь до следующего утра, оказалась совершенно испортившейся и напол­ненной червями: Моисей разгневался на них за неповиновение их и неверие в Господа, Который дал им эту, пищу и обещал посылать ее ежеднев­но. После этого каждый собирал утром не более того, как сколько ему нужно было для дневного пропитания; то, что оставалось за этим на зем­ле, таяло от лучей солнечных. В шестой день собрали они манны вдвое более обыкновенного, чтобы не нужно было собирать в день субботний, посвященный Господу, и манна не портилась. Некоторые непослушные вышли собирать ее и в седьмой день, но не нашли. Манна была ви­дом бела, как снег, а вкусом походила на самую чистейшую муку, смешанную с медом.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Дивно попечение Провидения Божия о чело­веке: «Очи всех на Тя уповают, Господи, - го­ворит царственный Пророк, - и Ты даеши им пищу во благовременъе: отверзаеши Ты руку Твою, и исполнявши всякое животно благово­ления» (Пс.СХЫУ, 15,16). Божественное Про­видение действует непрестанно. Оно произ- ращает плоды на полях, оно одевает волною овец: а между тем как часто пользующиеся сими благодеяниями бывают неблагодарны и не помышляют о той руке, которая каждый день изводит солнце на горизонт для того, чтобы сно­ва осыпать их благодеяниями!

Чудесная манна, которой Господу угодно было питать народ Свой в пустыне, есть удиви­тельный образ разнообразной духовной пищи, которую Господь Иисус Христос дает в изоби­лии верующей душе для освящения ее. Сей то пищи искать и просить у Бога заповедовал нам Иисус Христос, говоря: «Делайте не браш- но гиблющее, но брашно прибывающее в жи­вот вечный, еже Сын Человеческий вам даст» (Иоанн.VI,27). Манна есть также символ сло­ва Божия, которое по словам Бл. Августина, должно быть для наших душ в плане промыш- ления Божия о нас тем же, чем манна в пусты­не была для тела. Кто ходит по путям Божиим, тот с охотой и жаждой слушает Его и ощущает в себе Его сокровенную силу, которая его под­держивает и утешает, соответственно его раз­нообразным духовным нуждам и его состоянию.

Наконец, манна, по изъяснению Спасите­ля, есть образ Святой Евхаристии, этого брашна по превосходству, которое есть для нас источник благодати и залог бессмертия: это пища пустын­ная — ее вкушает душа, удалившаяся от мира своими чувствованиями и здесь долу поставляю­щая свое величайшее блаженство в том, чтобы воздыхать о земле обетованной — о небе, нашем истинном и вечном отечестве (Иоанн.VI, 47-50).

Моисей источает воду из камня

В первый месяц четвертого года, по исходу из Египта, Израильтяне пришли в пусты­ню Син и остановились при Кадисе. Был недо­статок в воде, и народ возмутился, в неудоволь­ствии собрался к Моисею и Аарону и сказал им: «Лучше бы нам погибнуть от гнева Господ­ня вместе с братьями нашими (пораженными в Фаране) (Числ.Х1). За тем ли вы привели народ Божий в эту пустыню, чтобы мы вместе с нашими стадами померли от жажды» Зачем вы вывели нас из Египта и привели в это не­счастное место, где нельзя сеять, где нет ни смо­ковниц, ни лоз виноградных, ни яблонь, и где даже нет воды для питья»? Моисей и Аарон, от­пустивши народ, вошли на Скипию Свидения и, пав ниц, воззвали к Господу: «Господи Боже, услыши вопль народа сего и отверзи ему сокро­вище твое; источи поток живой воды, чтобы он утолил жажду свою и перестал роптать». Тогда слава Божия явилась им, и Господь сказал Мо­исею: «Возьми жезл твой, пойди с братом тво­им Аароном, собери народ и повели камню, ко­торый находится перед ним, и он источит тебе воду: пусть пьет ее народ и все стада его».

Итак, Моисей, по повелению Божию, взял жезл Аарона, хранившийся в скипии, собрал народ перед камнем и сказал ему: «Послушай­те, народ мятежный и маловерный, можем ли мы извести вам воду из сего камня, после того, как вы сделались столь недостойны такого чуда»? Потом Моисей воздвиг руку свою и уда­рил камень два раза жезлом (вместо того, что­бы, как повелел Господь, только сказать ему слово) - и из него истекла вода в таком изоби­лии, что достаточно было для утоления жажды народа и всех стад его.

Господь прогневался на Моисея и Ааро­на и сказал им: «За то, что вы не уверовали в Меня и не прославили Меня перед сынами Из- раилевыми, не сочли достаточным одного слова для изведения воды из камня, за это вы не вве­дете этот народ в землю, которую Я дам ему».

Место, где сыны Израилевы роптали на Го­спода, и где Господь чудесным изведением воды из камня явил им славу Свою, а Моисею и Аарону объявил Свой гнев и наказание, названо во­дой пререкания.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Вот для нас превосходный пример осторож­ности в наших суждениях! Не судите, говорит нам Иисус Христос, да не судимы будете: вот истина, достойная внимательного размыш­ления! Один кажется нам виновен и между тем, на самом деле, совершенно невинен, или, по крайней мере, согрешение его весьма изви­нительно; другой кажется нам непорочным, но он не таков в глазах Того, перед Которым еди­ным открыты сокровеннейшие тайны совести. Читая повествование о чудесном изведении воды из камня ударом жезла Моисея, мы не за­мечаем в этом случае ничего такого, чем бы Мо­исей и Аарон могли прогневать Бога: но мы не можем не поверить существованию со стороны их какой-нибудь вины в этом случае, когда Сам Бог упрекал вождей народа Своего в маловерии и строго наказал их за оное.

Пример Моисея, впадшего в согрешение, для нас весьма поучителен; этот случай нам представляет новый опыт немощи человече­ской и побуждение бдеть неусыпно над собой, не полагаясь на свою мудрость и добродетель, и молить Господа, да сохранит нас от падения. Подобный поучительный пример немощи чело­веческой представляет ладение Давида - одно­го из знаменитейших предков Мессии, Петра - первоверховного Апостола, который изъявлял даже готовность пожертвовать жизнью. Тем же,по совету Ап. Павла, мняйся стояти, да блюдется, да не падет (1 Кор. X, 12).

Камень, из которого истекло такое множе­ство воды, представлял Иисуса Христа, как изъясняет Ап. Павел (l.Kop.X, 14). Изобилие истекшей из камня воды изображает благодать, изливаемую от Мессии Христа, на что указыва­ют слова Пророка Исаии: почерпите воду с весе­лием от источник спасения ( Ис. XII, 3); жезл, которым Моисей ударяет камень, представляет крест Господень; поведение современных Мои­сею Иудеев, которые прогневаша Бога на воде пререкания и прегорчиша дух Его (Пс. СУ, 32), изображает неверие и упорство, которые Иу­деи последующих времен противопоставляли проповеди Иисуса Христа и Апостолов; суд Бо­жий над Евреями, прогневавшими Бога своим неверием и ропотом и за сие не удостоенными вступить в землю обетованную, есть образ суда Божия над теми, которые неверием в Еванге­лие Иисуса Христа сами преграждают себе путь к истинной земле обетованной - к небу, вечному спасению и блаженству. Указывая на сие, го­ворит Ап. Павел: «Блюдите братие, да не ког­да не будет в некоем от вас сердце лукаво, ис­полнено неверия, во еже отступити от Бога жива. Да убоимся убо, да не когда оставлену обетованию внити в покой Его, явится кто от вас лишився. Ибо нам благовествовано есть, якоже и онем: но не полъзова онех слово слуха, не растворенное верой слышавших. Входим бо в покой веровавши» (Евр.Ш, 12, IV, 1-3).

Скрижали Закона

В сороковой день по выходе из Египта, Из­раильтяне пришли в пустыню Синайскую. Моисей взошел на гору, и Бог воззвал к нему с высоты ее, говоря: «Скажи сынам Израиле- вым: вы видели, что сделал Я с Египтянами и как Я перенес вас, подобно тому, как орел переносит на крыльях птенцов своих, и привел вас к Себе; итак, если будете повиноваться гласу Моему и будете верны закону Моему, вы будете преимущественно Моим народом, избранным из всех народов; ибо Моя вся земля, а вы будете царским священством и народом святым». Мои­сей возвратился к народу и, собрав старейшин, возвестил им, что повелел ему Господь: весь на­род отвечал единогласно: «Мы исполним все, что повелел Господь». Моисей представил Го­споду ответ народа.

Бог повелел Моисею в продолжение двух дней приготовить народ к принятию зако­на, который ему было угодно дать ему на горе Синайской. На третий день был слышен гром, и заблистала молния; густое облако покрыло гору, раздался глас трубный, и народ пришел в трепет. Господь сошел на Гору Синай, воз­звал Моисея на вершину дымившейся горы  и повелел ему сказать народу, чтобы он с благо­говением внимал глаголам Его. Моисей возве­стил народу волю Божию и возвратился на гору.

Господь изрек закон, заключающийся в де­сяти заповедях:

«Аз есмь Господь Бог Твой, изведый тя от земли Египетской, от дому работы. Да не будет тебе бози инии разве Мне».

«Не сотвори себе кумира и всякого подобия, елика на небеси горе, и елика на земле низу, и елика в водах под землей: да не поклонишися им, ни послужиши им: Аз бо есмь Господь Бог твой, Бог ревнитель, отдали грехи отец на чада до третьего и четвертого рода ненави­дящим Мене, и творяй милость в тысящах лю­бящим Мя и хранящим повеления Мои».

«Не возмеши имени Господа Бога твоего всуе; не очистит бо Господь приемлющего имя Его всуе».

«Помни день Субботний еже святити его: шесть дней делай и сотвори ( в них) все дела твои; в день же седьмой, суббота Господу Богу Твоему; да не сотвориши всякого дела в он, ты, сын твой, и дщерь твоя, и раб твой, и раба твоя, и вол твой, осел твой, и всякий скот твой, и пришелец, обитая у тебя. Зане в шести днех сотвори Господь небо и землю, море и вся яже в них, и почи в день седмый: сего ради благо­слови Бог день седмый и освяти его».

«Чти отца твоего и матерь твою, да бла­го ти будет, и да долголетен будеши на земли блазе, юже Господь Бог твой даст тебе».

«Не убий».

«Не прелюбы сотвори».

«Не укради».

«Не послушествуй на друга твоего свиде­тельства ложна».

«Не пожелай жены искреннего твоего, не пожелай дома ближнего твоего, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякого скота его, ни всего елика суть ближ­него твоего» (Исх. XX,2-17).

Потом Моисей получил от Бога наставления о сооружении Скинии Свидения с ее принад­лежностями и две скрижали каменные, на ко­торых был написан закон перстом Божиим.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Иисус Христос сказал в Евангелии, что Он пришел не разорить закон, а исполнить его. Как закон естественный, так и писанный, равно не­изменяемы; Иисус Христос усовершенствовал их, дав им большую против прежнего обшир­ность и новую силу: так Божественный учитель, запрещая гневаться и обращать на женщину не­чистые взгляды, несравненно лучше предупре­ждает убийство и прелюбодеяние, нежели сама заповедь, их запрещающая.

Ежели не помог закон естественный, говорит Св. Иоанн Златоуст (на Поел к Рим. беседаVII), не больше сделал и закон писанный, а напротив, и тот и другой послужили бременем для людей, которые не воспользовались ими как должно, и обнаружили, что они заслуживают большее наказание: то нет уже иного средства спастись, кроме благодати. Закон естественный, бессильный дать доброе направление нравственности, не мог спасти мудрецов языческих от нелепо­стей идолослужения и от всех пороков разврата; писанный не могши оправдать сам собой, не воспрепятствовал Евреям предаться тем же за­блуждениям, как и язычники, как в том беспрестанно их упрекали Пророки, которых посылал к ним Бог, и по этому, некоторым образом, по­служил к тому только, чтобы сделать их еще виновнее: Он возвещал заповедь, но не преду­преждал ее нарушение; Он обнаруживал грех, но не давал средств избежать его: это был за­кон священный, но поврежденный неверными блюстителями. Итак, необходимо было, чтобы новая благодать заменила закон естественный и дополнила закон писанный, исправляя пер­вый и совершенствуя второй: все народы мира ждали этого от отеческой благости Бога, Кото­рый сотворил их всех и пред очами Которого нет ни Иудея, ни Скифа, ни варвара. Сию Боже­ственную благодать нам даровал Ходатай Ново­го Заьета - мы называем ее законом благодати: ею мы оправдываемся без дел закона. Закон не уничтожен: вера в Иисуса Христа не только не разоряет его, но еще сообщает ему твердость.

Золотой телец

Между тем как Моисей находился на горе Си­найской для принятия от Бога закона, ко­торый Ему угодно было дать своему народу, Ев­реи, видя, что вождь их долго не возвращается с горы, приступили к Аарону и сказали: «Сде­лай нам богов, которые шли бы перед нами; мы не знаем, что случилось с Моисеем, который вывел нас из Египта». Аарон приказал им со­брать и принести к себе золотые серьги жен и дочерей их и, расплавив их, слил из них тель­ца наподобие идола Египетского. Тогда Евреи воскликнули: «Вот, Израиль, Боги твои, кото­рые вывели тебя из Египта»! Аарон соорудил перед тельцом жертвенник и, собрав на другой день весь народ, принес тельцу жертву; после жертвоприношения народ сел вокруг жертвен­ника есть и пить, а за идоложертвенной трапе­зой следовали увеселения и игры.

Тогда Господь сказал Моисею: «Сойди с горы: народ, который ты вывел из Египта, впал в грех. Он скоро удалился от пути, который ты указал ему, слил себе тельца, поклоняется ему, прино­сит ему жертвы и говорит: вот, Израиль, Боги, которые вывели тебя из Египта. Я вижу, что Израильтяне Меня оставили; Я изолью гнев Мой на них - истреблю их, а тебя сделаю родо­начальником народа великого». Моисей умолял Господа о помиловании Евреев и взывал к нему: «Господи, почто возгорается гнев Твой на этот народ, который Ты силой крепкой и мышцей вы­сокой вывел из Египта? Да не подумают, да не рекут Египтяне: Он с хитрым умыслом вывел их из Египта, чтобы погубить их в горах и истребить с лица земли. Утоли гнев Твой, буди милостив и прости грех народу Твоему! Вспомни об Авраа­ме, Исааке и Иакове, рабах твоих, которым Ты клялся Тобой Самим, говоря: размножу племя ваше как звезды небесные, и всю эту землю дам потомству вашему во владение вечное». Господь умилостивился и не совершил того, чем угро­жал народу Своему. Моисей сошел с горы, держа в руках две каменные Скрижали Завета, на кото­рых рукой Божией был написан закон, данный от Бога Израильтянам; эти скрижали были дело рук Божиих, как и закон, написанный на них.

Когда Моисей приближался к стану, то Ии­сус Навин, услышав шум и вопли народа, ска­зал Моисею, что в стане слышны ратные крики. Но Моисей отвечал ему: «Это не крики побеж­дающих, и не вопли обратившихся в бегство; я слышу шум упившихся вина». Приблизив­шись к стану, они увидели тельца и пляски в честь его: в великом гневе, он бросил и раз­бил скрижали у подошвы горы, тельца превра­тил в порошок и, всыпав в воду, заставил народ пить ее; потом упрекал Аарона в его недостой­ной угодливости народу, остановился у врат стана и, желая строго наказать виновных, воз­звал: «Соберитесь ко мне истинные чтители Го­спода»! Потомки Левины, которые не принима­ли участия в нечестии прочих, собрались около него, и он дал им повеление вооружиться мечём и убивать виновных: от меча их пало в этот день около трех тысяч мужей.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

После того, как народ Еврейский оказал­ся неверным перед Богом, мы не должны удив­ляться тому, что он несколько раз показывал

себя непокорным и неблагодарным перед Моисе­ем. С целым народом бывает тоже, что и с одним человеком: уклоняясь на путь несчастия, он погрязает в глубине зла на погибель себе и дру­гим. Кто удаляется от Бога, того и Бог оставляет и предает в неискусен ум творити неподобное.

Что Аарон, брат Моисея, предназначенный быть первосвященником народа Божия, мог дойти до того, что не только своим молчанием и согласием попустил столь ужасное нечестие, но даже сам сделал идола, это для нас должно служить доказательством немощи естества че­ловеческого и обличением самонадеянности тех, которые полагаются на свою мудрость, благоразумие, силу. После такого примера че­ловеческой слабости, кто может полагаться на свои собственные силы?

Господь угрожает истребить народ, сделав­шийся неверным Ему, но прощает ему грех его, будучи умилостивлен молитвой Моисея, По­знаем из сего, как сильна перед Богом молитва праведника и как мощно ходатайство Святых к отвращению страшных ударов гнева Божия!

Сколько любви и милосердия к людям! Ка­кое высокое самоотвержение в Моисее! Он, как отец, которому ничто не мило без детей его, от­рекается от славы быть родоначальником мно­гочисленного потомства и личной своей славе предпочитает спасение своего народа.

Медный змий

Приближалось время, назначенное Господом для вступления сынов Израилевых в землю обетованную; они находились уже на границе земли Ханаанской и готовились вступить в нее. Чтобы сократить путь, им надлежало пройти че­рез землю Идумеев, потомков Исава, и потому Моисей послал к царю Идуменскому просить у него позволения пройти через землю его, обе­щая, как повелел Господь, не останавливаться в ней, не делать никакого беспорядка и запла­тить за все, что будет взято: но царь, опасаясь допустить такое множество вооруженных людей в землю свою, отверг просьбу Израильтян и вы­ступил против них с многочисленным и силь­ным войском. Итак, Израильтянам необходимо было обойти стороной царство Идумейское: они не должны были взять силой то, чего не могли получать просьбой, ибо Господь запретил им во­евать с Идумеями, братьями их (Второзак.П, 4). Между тем, царь Арадский, услышав о прибли­жении Израильтян, выступил также против них с войском, напал на них и сначала одержал верх, но скоро был ими разбит: они разрушили города его и взяли богатую добычу.

Беспрестанные походы и сражения, про­должительность и трудность пути начали приводить народ в уныние: они возроптали на Моисея и сказали ему: «Зачем извел ты нас из Египта погибнуть в пустыне? У нас нет ни хлеба, ни воды, а эта скудная пища (Манна) нам надоела!» Услышав ропот израильтян, Го­сподь наслал на них змей, которых ужале- нье было смертоносно. Когда многие погибли от них, то народ раскаялся и, пришед к Моисею, сказал ему: «Мы согрешили ропотом нашим на Бога и на тебя: помолись Ему, да избавит нас от змей» - Моисей помолился Господу и Господь сказал ему: «Сделай из меди змея и повесь его на знамени перед народом: кто из ужаленных змеями воззрит на него, тот получит исцеле­ние». Моисей исполнил повеление Господне - поставил перед народом медное изображение змея, и ужаленные змеями немедленно исцеля­лись при воззрении на изображение.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

На ропот Израильтян и жалобы на труд­ность долгого пути можно смотреть как на одно из опаснейших искушений, которые могут по­стигнуть Христианина. Кто не старается воз­буждать в себе веру и надежду на Бога, тот часто бывает в опасности пасть под тяжестью скорбей и трудностей на узком пути жизни, особенно, когда Промыслу Божию угодно бывает продол­жить испытание. В сии минуты горести, чело­век должен вспоминать о благости Бога, Кото­рый нас не обидит, но в научение наказует приближающихся к Нему (Юд. VIII, 27), и смириться в сознании грехов своих, которые заслуживали бы несравненно большего наказа­ния, если бы Господь внимал только правосудию своему; он должен прибегнуть к Богу с любовью и преданностью, повторяя слова Псалмопевца: Благо мне, яко смирил мя ecu. Мне же прилепля- тися Богови благо есть, полагати на Господа упование мое (Пс.СХУШ, 71; LXXII, 28).

Как Моисей был единственным посредни­ком, через которого Бог говорил с народом Ев­рейским, обличал его или миловал: так Право­славная, Кафолическая, Апостольская Церковь есть единственная, установленная Господом Иисусом Христом, истолковательница вечных истин, сокровищница Его милосердия и провоз­вестница правды Его.

О целебной силе медного змея и о его значе­нии так рассуждает и священный Писатель Вет­хозаветный: «Егда тем найде жесток зверей гнев, и угрызеньми свирепых истребляхуся зми­ев, но не до конца пребысть гнев Твой: в наказа­ние же вмале смущены быша, знамение имущее спасения на воспоминание заповеди закона Тво­его: обративыйся бо не вещию зримою целяшеся, но Тобою, всех Спасителем. И в сем же показал ecu врагам нашим, яко Ты ecu избавляй от вся­кого зла» (Прем. Сол. XVI, 3-8). Врачевство было единственное, но сильное, ибо было Боже­ственное; оно помогало всем - бедным, богатым, рабам, господам, чужестранцам, и не было пред­почтения ни для кого: раны всех были равно не­исцелимы всяким другим средством.

В Священном Писании Нового Завета значе­ние медного змея открыто еще с большей ясно­стью. Змеи, которых укушение сопровождалось чувством нестерпимого жара в теле, изображали демонов и змея древнего, князя их (Апок.ХП,9): они смертельно уязвляют нас и воспламеняют в сердцах наших палящую жажду, которая ни­чем утолена быть не может и оканчивается смер­тью. Их яд, проникая все существо наше, и нас

самих превращает в змей, ибо ко всем греш­никам относится то, что Иисус Христос и Его Предтеча сказали об Иудеях: змия порождение ехиднова ( Матф. III, 7. XXIII, 33.). Иисус Хри­стос безгрешный/чтобы исцелить нас и избавить от смерти, явился в подобии плоти греха (Римл. VIII,3). Как змей, повешенный на кресте, исце­лял тех, которые к нему приближались и на него взирали, так Иисус Христос, распятый на кре­сте, спасает тех, которые приближаются к нему сердцем сокрушенным и взирают на Него с ве­рой и упованием: Яко же Моисей вознесе змию в пустыне, тако подобает вознестися Сыну че­ловеческому, да всяк веруя в Он не погибнет, но иматъ живот вечный (Иоанн.Ш. 14-16). Иисус Христос на кресте есть врачевство единственное, высочайшее, необходимое для всех и всех исце­ляющее: кто, чувствуя тягость своего духовного недуга, взирает на Него с живой верой, кто толь­ко от него ожидает и с полной уверенностью дер­зает просить исцеления, тот, сколь бы ни были застарелы и многочисленны его болезни, не по­гибнет, но жив будет.

Халев

Когда Израильтяне на пути в землю обетован­ную были уже на пределах ее в Кадис-Варни, то Бог повелел Моисею избрать из двенадцати ко­лен по одному человеку и послать их для осмотре- ния земли Ханаанской и для собрания сведений о изобилии плодов, ею производимых, о числе и силе ее обитателей и о городах и укрепленных местах, в ней находившихся. Сии соглядатаи рас­сказами своими о чрезвычайном могуществе на­родов, обитавших в земле Ханаанской, привели Израильтян в уныние и смятение; Израильтяне возмутилиеь против Моисея и Аарона, и хотели возвратиться в Египет, избрав себе другого вождя вместо Моисея. Напрасно Иисус Навин и Халев, бывшие в числе соглядатаев, старались успокоить народ уверениями в несомненной помощи и за­щите Всемогущего Бога - их хотели побить каме­ньями. Разгневанный этим, Господь объявил, что ни один из вышедших из Египта не войдет в зем­лю обетованную, кроме Иисуса Навина и Халева.

Когда по смерти Моисея Израильтяне, так как было повелено от Господа, разделили меж­ду собой землю Ханаанскую, то Халев сказал Иисусу Навину: «Ты знаешь, что Господь ска­зал обо мне и о тебе Моисею, когда Моисей по­сылал нас из Кадис-Варни осмотреть землю обе­тованную, и когда я сделал ему донесение самое справедливое, между тем как братья мои, быв­шие со мной, своим неосновательным рассказом привели народ в возмущение. - Тогда Моисей сказал мне с клятвой:

«Земля, на которой ты стоял, будет навсег­да наследием твоим и детей твоих, ибо ты по­служил Господу Богу моему. Господь сохранил до сего дня жизнь мою; уже сорок пять лет про­шло с того времени, и мне теперь восемьдесят пять; но я и теперь так же крепок, как и тогда, когда был послан осмотреть страну. Итак, дай мне эту гору, которую обещал мне Господь, как ты слышал сам: на ней живут все исполины в крепких городах, и я хочу испытать, не будет ли Господь со мной, и не смогу ли я истребить их». Иисус Навин благословил Халева и отдал ему Хеврон во владение.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Бог истины любит сердце правое, отвраща­ющееся ото лжи и двоедушия и готовое лучше претерпеть всякое несчастие, нежели изменить откровенному и благородному характеру истин­ного слуги Божия, а особенно, когда дело каса­ется религии и славы Божией. Смотрите, как Халев награжден за свою верность, и помни­те, что мужественная борьба в защиту истины и справедливости рано или поздно приносит до­брые плоды. Служащий Богу от чистого сердца не лишится награды.

Действия Халева в отношении к получе­нию земли, которая была обещана ему и потом­кам его, достойны подражания: он не употре­бляет ни изворотов, ни хитростей, но прямо, со справедливым сознанием своего достоинства, объявляет свое право на то, что ему принадлежит. В Иисусе Навине мы видим человека Божия: он спешит воздать должное истинной заслуге.

Наказание Ахара

Господь передал в руки Израильтян укре­пленный город Иерехон, царя Иерехонско- го и все, что было в городе; стены города, после семидневного обхождения около их с Кивотом Завета, должны были пасть сами собой, при вос­клицании народа и звуке трубном. Тогда Ии­сус Навин сказал народу: «Господь передал вам Иерехон. Да будет сей город проклят, да будет пощажена только одна Раав со всем, находя­щимся в доме ее, за то, что она скрыла в доме своем соглядатаев, посланных нами. Берегитесь брать что-нибудь из того, что вы найдете в горо­де, чтобы не навлечь гнева Божия на весь полк Израильский: все золото и серебро, все сосуды медные и железные, которые найдены будут, да будут посвящены Господу и да будут положены в сокровищницу Скинии».

Раздался клик народный и глас трубный - и стены пали: Израильтяне вторглись в город, взяли его и убили всех, кто был в нем, - мужей, жен, детей, старцев; не было пощады и живот­ным. Был пощажен только дом, по повелению Иисуса Навина, дом Раавы со всем, что в нем на­ходилось. Тогда Иисус изрек на город прокля­тье: «Да будет проклят перед Господом человек, который дерзнет восстановить город Иерехон; да умрет первенец его в то время, когда он будет полагать ему основание, и да погибнет послед­ний из детей его, когда он поставит врата его».

Некоторые из Израильтян преступили запре­щение и утаили часть того, что было запрещено им брать под клятвой: между таковыми нахо­дился и Ахар из племени Иудина. Это навлекло на Израильтян гнев Господень, который скоро обнаружился при нападении их на город Гай: как этот город казался незначительным, то со­глядатаи донесли Иисусу Навину, что не нужно идти против него всему народу Еврейскому, а достаточно трех тысяч человек для его взятия; Иисус Навин исполнил этот совет - но войско, вместо обычной победы, потерпело поражение и обратилось в бегство. Иисус растерзал одежды свои и со всеми старейшинами Израильски­ми пребывал до вечера, пав ниц перед Господом и посыпав пеплом головы; он воззвал к Госпо­ду: «Господи! Неужели за тем перевел Ты народ Твой через Иордан, чтобы предать нас в руки Амореев и погубить? Зачем не остались мы за Иорданом, чтобы там поселиться? — Теперь Хананеяне и все обитатели этой земли, услы­шав о нашем поражении и бегстве, соединятся между собой, окружат нас и истребят имя наше на земле, и что будет тогда со славой Твоего имени?» Господь отвечал Иисусу: «Встань! Из­раильтяне согрешили и преступили Завет Мой: они утаили и спрятали между имением своим часть сокровищ Иерехона, которые с клятвой запрещено было брать. За сие Израиль не устоит против врагов своих и побежит от них; Я не буду более с вами, доколе вы не истребите клятвы из среды своей». Иисус собрал народ, по повеле­нию Божию, и объявил, что виновный в татьбе должен быть сожжен. Чтобы отыскать его, спер­ва бросили жребий по коленам; и он упал на ко­лено Иудино, потом бросили жребий по сонмам и домам этого колена, и он пал на сонм Зары и на дом Замвриин, и указал в нем на Ахара.

Тогда Иисус сказал Ахару: «Сын мой, воз­дай славу Господу и признайся в том, что ты сделал». Ахар отвечал ему: «Поистине, я согрешил перед Господом Богом Израилевым! Вот проступок мой: увидев между добычей пре­красную пурпурную одежду, двести сиклей се­ребра и золотой сосуд в пятьдесят сиклей, я за­хотел иметь их, взял и зарыл в земле под ша­тром моим». Иисус послал отыскать серебро, сосуд и одежду — и все было найдено в том месте, которое указал Ахар: все это было принесено пред Иисуса и пред Изхраильтян. Ахар и все его семейство побиты камнями и со всем их имуществом сожжены, а над телами его, дочерей его и сыновей наметана груда камней.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

В падении Иерехона можно видеть образ действия благодати Божией в душе грешни­ка. При посредстве слова истины, разрушают­ся твердыни царства греховного, подобно тому, как при звуке труб пали неприступные стены города. Но горе грешнику, если после того, как разрушено царство греха в сердце его, он сно­ва, по своему нерадению, подпадает под власть своего жестокого врага! Евангелие говорит, что злой дух, изгнанный из человека, пользуясь не­радением его, возвращается и поймет с собой седмь иных духов лютейших себе, и вшедше жи­вут ту: и будут последняя человеку тому гор­ше первых (Матф. XII, 45).

«Аще утаится кто в сокровенных, и Аз не узрю ли его? Рече Господь...Очи Мои на всех путех их: не сокровенны суть от лица Моего, и не утаена суть беззакония их от очию Моею» (Иереем, XXIII, 24. XVI, 45). Ничто не может утаиться от всеведенья Божия! Беззаконие, со- деланное тайно, обличается Богом и наказыва­ется явно: поразительный пример этого пред­ставляется на Ахаре.

Бог есть любы, и, как Он часто говорит в Священном Писании, не хощет смерти греш­ника, но еже обратитися и живу бытии ему. Но при этом не должно забывать также, что Бог есть и бесконечное правосудие. Посылая нака­зание грешнику, Он хочет всегда, чтобы зло по­служило к добру, если не прямо, то, по крайней мере, косвенно, как пример: Он хочет, чтобы кара, посылаемая Им за грех, внушала святой ужас тем, которые являются нечувствительны­ми и неблагодарными к Его благости.

Дочь Иеффая

За непослушание и неблагодарность к Богу, в которые Израильтяне впадали много раз после Иисуса Навина, Господь разгневался на них и предал их в руки Филистимлян и Ам- монитян, которые жестоко угнетали их в про­должение нескольких лет. Вразумленные сим бедствием, они пришли в раскаяние, обратились к Господу, ниспровергли в земле своей идолов языческих и стали опять поклоняться Господу Богу, и Он умилосердился над ними.

Чтобы освободить их от порабощения, Бог избрал Иеффая, уроженца Галаадекаго. Быв изгнан братьями из дома отеческого, он сде­лался начальником скопища людей праздных, занимавшихся разбоем. Когда Аммонитяне ополчились против Израильтян, старейшины Галаадские пришли к Иеффаю и умоляли его идти им на помощь, предлагая ему начальство над собой: Иеффай, упрекнув их в том, как они прежде поступили с ним, и взяв с них обещание поставить его начальником народа в случае по­беды над Аммонитянами, пошел с ними, и весь народ избрал его начальником своим. Иеффай дважды посылал послов к царю Аммонитскому, чтобы представить ему несправедливость его действий и убедить его оставить в покое народ Израильский: но царь невразумился.

Дух Божий исполнил Иеффая: он высту­пил с войском против Аммонитян и, отправля­ясь в поход, дал Господу обет, в случае победы посвятить ему, или принести во всесожжение первое, что выйдет ему из дома его на встре­чу по его возвращении. Господь предал врагов в руки его: он взял и разрушил многие города их и опустошил страну их; Аммонитяне долж­ны были покориться Израильтянам.

Когда он возвратился из похода и прибли­жался к дому своему, единородная дочь его вы­шла ему навстречу. Увидев ее, Иеффай раздрал одежду свою: сердце его было в тяжкой борьбе между сознанием обязанности исполнить обет, данный Богу, и родительской любовью к доче­ри. Но дочь сказала ему: «Родитель мой! Если ты дал обет Господу, исполни его; я прошу у тебя только одного: отпусти меня на два ме­сяца в горы оплакивать мое девство». Иеффай исполнил желание дочери; по прошествии двух месяцев она вернулась к нему и, по обету его, посвятила себя на служение Господу, во всю жизнь пребывши девой.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Господь в гневе Своем часто карает народы, семейства, людей порознь. Несчастия и уда­ры от руки Божией, каковы бы они ни были, могут быть и действительно бывают средства­ми к спасению, которые Провидение посыла­ет людям, чтобы заставить их прийти в себя, смириться и покаянием заслужить прощение и милосердие. Сколько душ своим обращением одолжены несчастиям, которыми Бог, по бла­гости Своей, наказал их грехи! Это доказывает опыт Израильтян: «Егда убиваше я, — говорит о них Псалмопевец, - тогда взыскаху Его, и об- ращахуся, и утренневаху к Богу: и помяну­та, яко Бог помощник им есть, и Бог вышний избавитель им есть» (Пс.ЬХХУП, 34,35.) О не­изреченное чудо Твоей бесконечной премудро­сти, Господи! Ты наказуешь тех, кого любишь! Что мир называет несчастием, это при нашем раскаянии, при нашей покорности Твоей свя­той воле, делается истинным источником мира, утешения и блаженства.

Обет Иеффая некоторым кажется необду­манным и исполнение его жестоким и про­тивным закону Божию. Но для предупрежде­ния всякого невыгодного суждения о Иеффае и о его обете должно заметить,: во-первых, что Апостол Павел свидетельствует о вере Иеффая и причисляет его к праведникам Вет­хого Завета, ревнителям благочестия и правды (Евр.XI,32-33.).; во-вторых, книга Судей пред­ставляет его мужем, исполненным Духа Бо­жия: и бысть на Иеффае Дух Божий; в-третьих, из той же книги Судей можно заключить, что Иеффай не принес свою дочь во всесожжение, что противно было Закону Божию, а только по­святил на служение Богу, с тем, чтобы она всю жизнь пребывала девой - и сотвори на ней обет свой, им же обещася; и сия не позна мужа.

Далида предает Сампсона

Сампсон, двенадцатый из судей Израиль­ских, отличался необыкновенной силой. Раз пришел он в Филистимский город Газу: узнав об этом, Филистимляне поставили тайную стражу у городских ворот, с тем, чтобы схватить и убить его, когда он будет выходить из города. Но Сампсон встал в полночь и пошел из города; дошедши до городских ворот и нашедши их за­пертыми, он снял их с вереями и запорами, по­ложил на плечи, и, прошедши на одну из близ лежащих гор, оставил их на ней, в насмешку над ухищрениями Филистимлян.

Он ослепился страстью к некоторой жен­щине Далиде, жившей в долине Сорек. Узнав об этом, начальники Филистимские приш­ли к ней и сказали ей: «Постарайся выведать от Сампсона, от чего зависит столь великая сила его, и каким образом можем мы овладеть им: за это ты получишь от каждого из нас по тысяче сту сребреников». Далида старалась выведать от Сампсона тайну его необыкновенной силы; он три раза обманывал её, и Филистимляне три раза тщетно старались взять его; наконец он сказал ей: «Никогда железо не касалось во­лос моих; ибо я Назорей, посвященный Богу от чрева матери моей! Если мне обреют голову, то сила оставит меня, и я сделаюсь так же слаб, как и прочие люди». Далида призвала к себе князей Филистимских, открыла им тайну и по­лучила за это обещанные деньги. Потом она скрыла Филистимлян в доме своем и усыпи­ла Сампсона у себя на коленях; призвав брадо­брея, она велела обрить Сампсону голову и, по­сле того, зная, что сила оставила его, разбуди­ла его, говоря: «Сампсон! Филистимляне напа­дают на тебя!» Проснувшись, Сампсон не знал, что Господь оставил его, и хотел по-прежнему освободиться от врагов, но уже не мог этого сде­лать. Филистимляне взяли его, выкололи ему глаза и, обременив оковами, отвели в Газу: там заключили они его в темницу и приставили к мельничному жернову.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Судьба Сампсона поучительна. Тот, в кото­ром обитала такая крепость, и которому одно­му не могли противостоять все Филистимляне, был побежден хитростью развратной женщис ны. Такова сила преступной страсти, так ги­бельны ее действия, когда она овладевает серд­цем человека! Так диавол, постепенно ослабляя в сердце веру и страх Божий, увлекает его в без­дну греха. Сампсон, ослепленный страстью, не видел сетей, расставляемых ему той, к которой он привязался преступной любовью; он уверен в своей непобедимой силе, а эта уверенность по­рождает в нем беспечность, которая губит его: Сампсон изнеможе даже до умертвил (Суд. XVI, 16.). Но вот, с другой стороны, спаситель­ный плод покаяния, к которому Бог призывает, возбуждает и приводит грешника путем скорби и страданий временных. Сампсон лишен зре­ния, заключен в оковы, осужден на тяжкую и унизительную работу, и среди этих страда­ний отверзлись его духовные очи, он познал свое духовное рабство, обратился к Господу, и Господь обратился к нему; с сим вместе и воз­вратилась к нему его телесная сила, и он ис­полнил свое назначение, отмстил Филистим­лянам за свое уничижение и притеснение свое­го отечества: Бысть мертвых, ихже умертви Сампсон при смерти своей, множае, неже ихже умертви в животе своем (Суд. XVI, 30.).

Вооз и Руфь

Ноэмминь, жена Элимелеха, из колена Иу- дина, последовавшая за мужем своим в землю Моавитскую, лишилась его в сей стра­не. Женивши двоих сыновей своих Хелеона и Маалона на Моавитянках Орфее и Руфи, она осталась жить с ними; но, когда они умерли, то, не находя средств к пропитанию в земле Моавитской, она решилась возвратиться в Иудею,

Руфь не хотела расстаться со свекровью своей, и они вместе отправились в сию страну и приш­ли в Вифлием во время жатвы.

В один день Руфь отправилась по приказа­нию Ноэммини на ниву Вооза, человека очень богатого и близкого родственника Элимелеха, собирать колосья, оставляемые жнецами. Заме­тив ее, Вооз спросил у одного из жнецов: «Кто эта девица?» Тот отвечал ему: «Это та Моави- тянка, которая пришла с Ноэминью из земли своей; она просила у нас позволения ходить за жнецами и подбирать колосья, оставляемые ими, и трудится в поле без отдыха с самого утра и до вечера». Вооз сказал Руфи: «Послушай, дочь моя! Не ходи ни на чью другую ниву соби­рать колосья, но останься на этом поле со слу­жанками моими и ходи за жнецами: я приказал слугам моим не обижать тебя». Руфь, покло­нившись ему до земли, сказала: «Откуда мне такое счастие! Чем я заслужила такую милость твою? Ты благосклонно говоришь со мной, хотя я и чужестранка!» Вооз отвечал ей: «Мне рас­сказали все, что ты делала для свекрови своей по смерти мужа твоего, и как оставила ты род­ных твоих и отечество твое, чтобы идти посе­литься среди народа тебе неизвестного. Да воз­даст тебе Господь за добро, которое ты сделала! Да наградит тебя Господь Бог Израилев, к Ко­торому ты пришла и под крилями Которого ты искала убежища!» «Я нашла милость пред оча­ми твоими, - сказала ему Руфь, - будь же бла­гословен, господин мой, за то, что ты утешил меня: Я буду теперь как одна из рабынь твоих».

После трапезы Руфь стала продолжать со­бирать колосья, и Вооз сказал рабам своим: «Не препятствуйте ей собирать и даже нарочно остав­ляйте ей более колосьев». Она трудилась в поле до вечера,, потом вымолотила собранные колосья и принесла зерна свекрови своей вместе с остат­ками от обеда, которые она сберегла для нее..

Ноэмминь сказала ей: «Где собирала ты се­годня и где работала? Благословен да будет тот, кто сжалился над тобой!» Руфь рассказала ей, что она собирала колосья на ниве одного богато­го человека именем Вооз, и Ноэмминь открыла невестке своей, что он их близкий родственник. По обычаю Еврейскому вдова, оставшаяся без­детной, должна была для продолжения племе­ни вступить в супружество с ближайшим род­ственником своего мужа: по этому Руфь сдела­лась женой Вооза и имела сына Овида, бывшего одним из предков Мессии.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

История Руфи составляет предмет особенной книги Священного Писания, которая имеет це­лью не только объяснить нам родословие Дави­да, и следовательно, и Самого Иисуса Христа, но также показать нам удивительное попечение Божие о добродетельных. В ней видны благие последствия твердой привязанности к истинной религии, утешение, которое благочестие прино­сит в скорбях, благотворные последствия скром­ности и доброй славы. Благоразумие Ноэммини, приверженность к ней, покорность и кротость Руфи, великодушие Вооза прекрасны, трога­тельны и поучительны. Наконец, великая на­града, которую Бог послал чужестранке за ее ве­ликодушие, показывает Христианам, чего они должны ожидать от благости Божией, когда они отрекутся от всего, подобно ей, чтобы служить Господу с самоотвержением и покорностью.

Всего более заслуживает внимания в Руфи дух зависимости и покорности, которым она ру­ководствуется в отношении к свекрови своей: она не делает ничего без ее полного согласия, не имеет от нее никакой тайны и во всех обстоя­тельствах доказывает своё почтение и любовь к ней самым похвальным образом.

Илий и Самуил

При Первосвященнике Илие, потомке Ифа- мара, второго сына Аронова, в маленьком городке Армафеме жил некто Елкана. Жена его, благочестивая Анна, долго была неплодна, но, наконец, по пламенной молитве ее, Бог даровал ей сына в награду за её благочестие и веру. Дитя своё, как дар особенной милости Божией к себе, она по обету, данному ею еще до его рождения, . посвятила Богу, и отрок Самуил сделался служи­телем Господним при Илие Первосвященнике.

У Илия было два сына: Офни и Финеес — люди нечестивые. Будучи Священниками, они нерадиво исполняли обязанности своего звания и даже своими поступками оскорбля­ли и соблазняли народ, приходивший к Ски­нии для жертвоприношений, и охлаждали его усердие к Богослужению. По излишней любви к сыновьям, или по слабости, происходившей от преклонных лет, Илий не употреблял до­вольно решительных и строгих мер к прекра­щению беспорядков, и Бог объявил ему, что в наказание за это право Священства будет от­нято от племени его.

Однажды Самуил заснул в храме Господнем, где был Кивот Завета, и Господь воззвал к нему ночью: «Самуил! Самуил!» Думая, что зовет его Илий, Самуил поспешил к нему и спросил, что ему угодно: Илий отвечал, что он не звал его и велел ему идти спать. Но когда глас, звавший Самуила, повторился еще дважды, то Илий ска­зал ему: «Поди, спи, а если услышишь, что тебя опять будут звать, отвечай: глаголи, Господи! Слышит раб твой». Самуил опять заснул, и Го­сподь опять явился и воззвал к нему - он от­вечал, как научил его Илий, и Господь возве­стил ему о ужасных бедствиях, которые долж­ны были постигнуть Илия и все его семейство, и которыми Он уже угрожал первосвященни­ку за то, что он не обуздывал недостойного по­ведения детей своих. Утром Самуил пошел, по обыкновению, отворять двери дома Господ­ня и боялся рассказать Илии о своем видении: но Илий призвал его и убедил рассказать, что открыл ему Господь. Самуил все рассказал ему в точности и ничего не скрыл от него: Илий с смиренной покорностью правосудию Божию и с готовностью претерпеть наказание, которое заслужил дурным воспитанием своих детей, от­вечал: «Да будет воля Господня».

Самуил возрастал и Бог был с ним: все, что он говорил, исполнялось, и весь Израиль при­знал его Пророком Господним.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Счастливы матери, которые подобно Анне, матери Самуила, уверены, что дети их при­надлежат Богу, а не им; что они им вверены как драгоценный залог, в котором они должны будут отдать отчет Богу, и по этому они долж­ны воспитывать их в страхе Божием и люб­ви к Богу, стараясь с младенчества направить их на путь добродетели. «Юность, - говорит Св. Василий Великий, - подобна мягкому и нежному воску, который принимает всякую форму, которую ему хотят дать, и легко усту­пает внешнему действию». Одна благочести­вая мать беспрестанно повторяла своему сыну: «Сын мой! Я люблю тебя более самой себя: но я лучше желаю видеть тебя мертвым, нежели оскверненным каким-нибудь смертным гре­хом». — Воспитание, основанное на таких нача­лах, приносит богатые плоды.

Не довольно того, чтобы отец сам был до­бродетелен; он должен стараться сделать таки­ми же и детей своих, с кротостью и твердостью исправлять их пороки и принимать предосто­рожности для ограждения их от опасностей, которые на каждом шагу встречаются в мире. Те, которые нерадят о воспитании детей своих, становятся более губителями их, нежели отца­ми. «Итак, будьте, - восклицает Св. Киприан, — истинными отцами детям вашим, а не предате­лями, отдающими их во власть диавола».

Все, что Священное Писание говорит нам о младенчестве и юности Самуила, представля­ет важное нравоучение для детей - они находят в Самуиле превосходные примеры всех добро­детелей, соответствующих их возрасту: неиз­менная верность обязанностям, охотное послу­шание, совершенная покорность, простота и не­винность, преспеяние в добродетели по мере возрастания. Почти в тех же чертах Священное Писание представляет нам и юность Христа.

Не должно ставить в вину религии поро­ки некоторых ее служителей и соблазн, про­изводимый худыми христианами: Церковь, по материнской заботливости, не первая ли напоминает каждому из чад своих об их обя­занностях? Посмотрите, как она их беспре­станно увещевает, ободряет и, в случае нужды, угрожает им наказанием! Она, во имя их спо­койствия в сей и блаженства в будущей жизни, заклинает их принести покаяние, если они имели несчастие пасть, убеждает пребывать в молитве, стараясь сделаться святыми и на- зидать других добрыми примерами.

Низвержение идола Дагонова

Филистимляне напали на Израильтян и одержали над ними победу: сыно­вья первосвященника Илия, находившиеся в войске с Кивотом Завета, были убиты, а сам Кивот Завета взят Филистимлянами; Илий, пораженный вестью о сём, упал со своего седа­лища и умер. Так исполнилось предсказание Са­муила о сем несчастном семействе. Кивот Завета, взятый Филистимлянами, был отнесен в столи­цу их Азот и поставлен в капище Дагона, подле сего идола: но на следующий день они увидели Дагона распростертым на земле ниц перед Ки­вотом. Они подняли его и поставили на прежнее место, но и на следующий день случилось то же самое; притом голова, руки и ноги идола, отде­ленные от туловища, лежали на пороге капища. Господь наслал различные бедствия на жителей Азота: весь город пришел в смятение, и старей­шины решились удалить Кивот из города. Та­ким образом, Кивот был перевозим из одного го­рода в другой, и в каждом присутствие его было ознаменовано губительной болезнью жителей, так что, наконец, Филистимляне должны были познать перст Божий в бедствиях, которые тяго­тели на них, и возвратить Святыню Евреям.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Победа Филистимлян над Израильтянами, взятие Кивота Завета, наказание Илия и детей его представляют великие уроки, как для це­лых народов, так и для каждого человека. Из­раильтяне своей неблагодарностью к Богу сделались недостойным того, чтобы обладать Святым Кивотом Господним. Филистимля­не имели высокую идею о святости Кивота и о могуществе Бога Израилева, Которого Престо­лом он был: они приняли его с радостью и по­ставили в храме, но этот храм был осквернен присутствием в нем идола; они поставили его подле этого идола, намереваясь соединить вме­сте служение истинному Богу и божествам ложным. Но они не подумали о том, что Бог Из- раилев есть Бог ревнитель, Который не терпит совместников, и за это были поражены мечём Его правосудия. Вот верное изображение тех полу христиан, которые в душе восхищаются высотой религии, превозносят чистоту нрав­ственных правил, ею проповедуемых, считают себя счастливыми, что обладают истинами, ко­торых познание не дано ни Иудеям, ни многим другим, не озаренным светом веры, народам: но, тем не менее, ставят эту святыню в храм идола и, вместо того, чтобы чистосердечно отказать­ся от всего, что не совместно с духом Евангель­ским, хотят согласить Иисуса Христа и Велиа- ла, верование в возвышенные тайны Право­славной Церкви с нелепыми мудрованиями лжемудрия. Бог, в наказание за это, попускает их порабощать пороками и постыдными стра­стями, подобно тому, как по Апостола Павла, языческие философы за то, что премениша ис­тину Божию во лжу и почтоша и послужиша твари паче Творца, преданы были в страсти бесчестия и в неискусен ум творити неподоб­ная (Рим.1, 23, 26, 28.).

Но как Бог попустил, чтобы Кивот Завета перешел таким образом во власть врагов Его на­рода? - Господь хотел посрамить в Израильтя­нах суетную надежду угодить Ему одним наруж­ным поклонением, чуждым духа веры и любви, и в тоже время явить славу своего могущества перед язычниками. Кивот Завета, престол Бо­жий, приносится в землю Филистимскую как бы побежденным и плененным, и между тем, застав­ляет почитать себя, как победителя и владыку; как военная добыча, он поставляется в капище Дагона, и заставляет самого идола поклоняться себе; падший идол восставляется, но сила Свя­тыни Божией опять повергает его долу и сокру­шает. Он заставляет с торжеством переносить себя из города в город, дабы обитатели всей зем­ли Филистимской познали, что Бог Израилев есть Единый Бог, великий и страшный: действи­тельно они познали это и, испытав тяжесть руки Его, были принуждены с честью отпустить Кивот и проводить его до пределов земли Израильской.

Давид игрой на арфе прогоняет тоску Саула

С тех пор, как Давид был помазан на царство, Дух Господень почил на нем и отсту­пил от Саула, которого начал с того времени, по праведному суду Божию, мучить дух лука­вый. Тогда придворные Сауловы сказали ему: «Ты видишь, что дух лукавый, посланный от Го­спода, тревожит тебя; если тебе угодно, то мы, рабы твои, поищем человека искусного в игре на арфе, чтобы он играл перед тобой и успока­ивал тебя своей игрой, когда будет беспокоить тебя дух лукавый». Саул приказал им найти и представить себе такого человека, и тогда один из них отвечал ему: «Я видел Давида, сына Иессеева, из Вифлеема: он искусен в игре на арфе, и притом юноша сильный и крепкий, способ­ный к воинской службе, сильный словом, пре­красный собой, и Господь с ним».

Итак, Саул приказал сказать Иессею: «От­пусти ко мне сына твоего Давида, который на­ходится при стаде твоем». - Иессей взял тотчас осла, положил на него хлеба, вина, козленка и все это с сыном своим Давидом отослал в дар Саулу. Царь полюбил юношу, сделал своим ору­женосцем и оставил при себе. Каждый раз, как дух лукавый овладевал Саулом, Давид начинал играть перед ним на арфе, и Саул получал об­легчение - дух лукавый оставлял его

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Мною царие царствуют и силънии пи­шут правду, вещает Господь (Притч.УШ, 15.). Несть власть, аще не от Бога; сущия же вла­сти от Бога учинены суть, учит Апостол (Римл. XIII, 1.). Так Господь избрал и пома­зал Давида на царство, и ношашеся Дух Госпо­день над Давидом от того дня и потом (1 Цар. XVI, 13). Власть Царей происходит свыше - от Царя Царей и Господа господ; Дух Божий, с минуты священнейшего помазания, непре­станно почивает на них и через них управляет судьбами народов. - Вот высокое, неоспоримо сильное, Христианское побуждение к повино­вению власти! Вот единственное непоколеби­мое основание благоустройства царств и на­родов! Повинитеся всякому человечу началь­ству Господа ради; Бога бойтеся, царя чтите (ШетрЛ, 13, 17.): в лице царя бойтесь и чти­те Бога. Забвение этого великого урока, прене­брежение этой великой заповеди, по грозному суду Божию, тяжко наказывается ужасными последствиями, которые влечет за собой осле­пление, в которое впадают народы, приведен­ные в буйство лукавым духом лжемудрования, безумной гордыни и своеволия.

Когда Бог удаляется от души, во зло употре­бляющей Его бесконечное милосердие, остается ли она только оставленной самой себе? - По­истине, и в этом случае ее состояние уже очень тяжкое, но ее участь еще ужаснее: где Бог, как отец, не царствует своей благодатью, там диа- вол свирепствует посредством греха. Но как говорит слово Божие, нераскаянна дарования и звание Божие (Рим.XI, 29), - дары благодати, посылаемые Богом, не могут остаться без плода для Его славы: итак, что же делает Господь? - Отвергая сердце гордое и самолюбивое, Он при­зывает к наследию благ Своих сердце смирен­ное, сознающее свою слабость и ничтожность тварей и возлагающее все упование свое только на помощь Вышнего.

Тоска Саула не была обыкновенная бо­лезнь; это было страдание души, удалившейся от Бога непослушанием Его воли и подпадшей под власть духа лукавого. Это видно как из яс­ного свидетельства слова Божия, так и из того, что средством к врачеванию служила музыка певца, исполненного Духа Божия и посвятив­шего Богодухновенную песнь свою хвалению имени Божия. Вот высокое служение музыки -

быть провозвестницей славы Божией и оруди­ем к возбуждению в душе помыслов высоких и чувствований святых! Какое оскорбление, ка­кое унижение для сего священного дара, ког­да, сделавшись языком нечистых страстей, он служит орудием к распространению яда греха и по чертогам богатых и по хижинам бедных! Музыка говорит уму и сердцу: но то, что она иногда высказывает и в публичных собраниях, и в мирном кругу бесед семейных, не служит ли к изгнанию из общества благотворного духа стыдливости и целомудрия?

Победа Давида над Голиафом

Спустя около восьми лет после помазанья юного Давида, возгорелась война между Филистимлянами и Израильтянами; оба народа собрали все свои силы, ополчились и стали ла­герем друг против друга так близко, что только долина их разделяла. И вот из стана Филистим- ского вышел великан, по имени Голиаф, шести локтей и одной пядени (5 аршин) ростом; он но­сил на голове медный шлем и был одет в кольчу­гу, весившую около 5000 сиклей (1500 фунтов); на ногах его были медные набедренники, а пле­чи его закрывал медный щит; железное острие его копья весило 600 сиклей. - Этот исполин явился перед полками Израильтян и закричал им: «Зачем пришли вы сюда и ополчились про­тив нас? - Кончим войну без пролития крови многих: изберите из среды себя человека, кото­рый вышел бы со мной на единоборство; если он меня одолеет, то мы будем рабами вашими, если же я одолею его, то пусть вы будете рабами на­шими». Услышав это, Саул и все Израильтяне пришли в ужас и не могли найти никого, кто осмелился бы сразиться с Голиафом; а он между тем в продолжение сорока дней выходил утром и вечером и повторял свой вызов. Давида, сына Иессеева, не было тогда с Саулом; он возвратил­ся в Вифлием пасти овец отца своего. Случилось, что в это самое время отец послал его в стан Саула повидаться с братьями, находившимися в войске, и отнести им некоторые запасы. Лишь только он пришел в лагерь, как Голиаф вышел из стана своего и повторил перед Израильтяна­ми свой вызов. Между тем Израильтяне говори­ли: «Как этот человек поносит Израиля! - Кто убьет его, того царь осыплет сокровищами, даст ему в супружество дочь свою и освободит от по­датей дом отца его». Услышав это, Давид стал расспрашивать о награде, назначенной за убие­ние Филистимлянина, и все, кого он спраши­вал, повторили ему сказанное: но старший брат его Элиав, услышав такой его разговор, рассер­дился на него и сказал ему: «Зачем пришел ты сюда и зачем оставил без присмотра в пустыне небольшое стадо наших овец? Я знаю гордыню твою и лукавство твое: ты пришел сюда только за тем, чтобы смотреть на битву». — Давид ста­рался оправдать себя перед братом и, отошед- ши от него, продолжал расспрашивать, и опять услышал то же, что сказано было ему прежде. Потом, будучи призван к царю, он сказал ему: «Не бойся угроз и ругательств Филистимлянина: я, раб твой, выйду против него». Саул отвечал ему: «Ты не можешь с ним бороться, ибо ты еще юн и неопытен, а он привык к битвам от юности своей». Давид возразил ему: «Когда раб твой пас стадо отца своего, то случалось, что приходили лев или медведица и похищали овцу; я дого­нял их и вырывал добычу из пасти; а если они бросались на меня, то я хватал их за горло и ду­шил. Итак, я, раб твой, убивал льва и медведя; - тоже будет и с этим Филистимлянином: пойду, убью его и сниму позор с Израиля. - Кто этот необрезанный, который осмеливается ругаться над воинством Бога живого? Господь, спасший меня от когтей льва и от пасти медведя, спа­сет меня и от руки его». После этого Саул ска­зал Давиду: «Иди, и Господь да будет с тобой!» и приказал дать ему вооружение. Вооружив­шись, Давид едва сделал несколько шагов, как увидел, что оружие, шлем и панцирь слишком непривычны для него, и поспешил сложить их с себя. Взяв свой пастушеский посох, он набрал в руке пять гладких камней, положил их в свою пастушескую сумку, взял в руку пращу и вы­шел против Филистимлянина. - Голиаф изде­вался над Давидом, но он полагал свою надежду на Бога: «Господь, - говорил он исполину, - пре­даст тебя в руки мои, да уразумеет вся земля, что есть Господь Бог в Израиле, и да увидит все это множество людей, что ни мечём, ни копьём спа­сает нас Господь; Он решает судьбу войны и пре­даст тебя в руки наши». Давид взял из котомки своей один камень и кинул его из пращи в испо­лина: камень вонзился ему в лоб под шлемом — он упал и умер; Давид собственным мечём его отсек ему голову. Увидев это, устрашённые Фи­листимляне обратились в бегство; Израильтяне преследовали их и разграбили их стан.

Давид с торжеством внес в Иерусалим голо­ву Голиафа среди восклицаний и ликования на­родного.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Промысел Божий всегда действует с одинако­вой премудростью; но высочайшая премудрость его наипаче открывается тогда, когда он упо­требляет средства, по-видимому, самые незна­чительные и малые для разрушения замыслов гордыни, дерзающей противиться Господу Богу, и, таким образом, заставляет нечестие сознать­ся в своем ничтожестве. Так рукой юного Дави­да, вооруженного пращей, поражен надменный великан. Так через двенадцать бедных рыбарей оружием креста покорен Иисусу Христу весь мир.

Давид и Нафан

Давид впал в прегрешение — прегрешение одно повлекло за собой другое. Он пожелал, чтобы жена Урии, одного из военачальников его, сделалась его женой, и чтобы достигнуть этого, дал Иоаву повеление, во время войны с Аммонитянами поставить Урию на таком ме­сте, где бы смерть его была неизбежна: Урия убит, и жена его Вирсавия сделалась супругой Давида и родила ему сына.

Господь, прогневанный грехом Давида, по­слал ему пророка Нафана, и сей, пришедши к царю, сказал ему: «Царь! В одном городе жили два человека - один богатый, а другой бедный; у богатого было множество овец и во­лов, а у бедного - одна овца, которая выросла с детьми его, ела с ним один хлеб, пила из его чаши, спала у него на коленях, — он любил её как дочь. Раз странник пришел к богатому, и он, не хотя брать ничего из своих стад на уго­щение его, взял овцу бедного и приказал из­готовить из нее обед гостю». - Давид пришел в гнев на богатого и воскликнул: «Жив Господь! Тот, кто сделал это, достоин смерти; он запла­тит за овцу вчетверо, за то, что обидел бедного». Тогда Нафан сказал ему: «Ты тот человек. - Вот что глаголет Господь Бог Израилев: «Я пома­зал тебя в царя над Израилем и избавил тебя от руки Саула; Я отдал тебе дом и жен господи­на твоего; Я сделал тебя владыкой народа Изра­ильского и Иудейского, и, если этого мало, при­ложу еще новые милости. Зачем же презрел ты слово Мое и сотворил зло перед очами Моими? Ты мечём поразил Урию Хеттеянина и жену его взял себе в жены: за это меч никогда не отсту­пит от дома твоего, и, в наказание за твое пре­ступление, Я в самом доме твоем воздвигну тебе беды. Ты согрешил тайно: а Я перед лицом все­го Израиля совершу суд Мой над тобой». Давид с чувством глубокого раскаяния сказал Нафа- ну: «Я согрешил перед Господом!» - и пророк отвечал ему: «Господь, видящий искренность твоего раскаяния, простит тебе грех твой: ты не умрешь; но сын твой, рожденный от преступле­ния твоего, не будет жив». Нафан оставил Да­вида, и по предсказанию его, младенец - плод преступления Давидова - умер.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

«Провидение, - говорит св. Амвросий, - по­пускает иногда и Святым впадать в согрешение. Поставляя их образцами для нас, оно попуска­ет им падать, дабы мы назидались не только их непорочностью и святостью, но и их покаянием. Это имеет еще и другую цель - вразумить Свя­тых, чтобы они не приписывали своей собствен­ной силе того добра, которое совершает в них благодать Божия, а сами собственным опытом познали ее необходимость для спасения. Если бы мы видели только то, как они идут тверды­ми стопами среди опасностей века сего, мы, да­лекие от их совершенства, могли бы подумать, что их природа выше нашей и недоступна не­мощам человечества: эта ошибка повела бы нас к ложному убеждению в том, что невозможно уподобиться им. Но, читая повествования об их согрешениях, мы узнаем, что и они не были сво­бодны от слабостей наших, и отсюда заключаем, что и мы можем подражать их добродетелям».

Как страсть омрачает души самые прекрас­ные! Давид - это душа столь высокая и просве­щенная - Давид, возлюбленный Богом и наро­дом, и не знает о грехе своем: необходимо, что­бы Бог послал ему Пророка Своего открыть грех его. Нафан сначала прикрывает цель своего посланничества и в прекрасной притче пред­ставляет Давиду его самого. Изображение пре­ступления так живо и сильно, что Давид не мо­жет удержаться, чтобы не осудить виновного на смерть; но, ослепленный грехом, не узнает самого себя в преступнике, и только прямое об­личение открывает ему глаза. «Царь, - говорит ему Пророк, - ты этот человек!» Давид как бы пробуждается от глубокого усыпления, познает грех свой и исповедует его перед Богом. - Вот пример истинной ревности, которая умеет сое­динять неустрашимость в обличении с уваже­нием к лицу обличаемому! Вот образец истин­ного раскаяния, которое умеет смиряться сре­ди величия! Давид согрешил как человек, но со смирением обратился к Богу. Как было искрен­не раскаяние и решительно обращение Давида, свидетельством сему служат Псалмы его. Какое в них дышит живое чувство сокрушения! Какое пламенное желание загладить сделанный грех, который он оплакивает! Какая трогательная покорность в очистительных скорбях, которые ему посылаются милосердием и правосудием Божиим! Какое упование на бесконечное мило­сердие Божие! Какая высота духа в уничиже­нии! Какое мужество в несчастии!. У вы! Между нами нет никого, кто бы не имел себя упрекнуть в чем- нибудь! Мы, грешные подобно Давиду, будем подражать ему и в покаянии! Нас ожида­ют те же дары, проистекающие от преизбыточе- ствующей благодати Иисуса Христа: покажем себя верными в употреблении их — и блажен­ство будет воздаянием нашим.


Давид и Авигея

Давид, преследуемый Саулом, должен был искать спасения в бегстве и удалился в пу­стыню Фаран. Близ Фарана, в пустыне Маон, жил один весьма богатый человек именем На­вал-человек грубый и злой; напротив, жена его именем Авигея была женщина благоразу­мная и прекрасная собой. Стада Навала паслись на горе Кармиле и воины Давида не только не причиняли ему никакого оскорбления, но еще оказали ему услугу охранением стад его. Давид, находясь в нужде, послал к нему дружествен­ное посольство с изъявлением ему своего ува­жения и с просьбой о пособии для содержания себя и людей своих: но Навал дерзко и оскорби­тельно отвечал посланным и прогнал их от себя. Они пересказали Давиду ответ его, и Давид ре­шился наказать его за это и отправился к нему с четырьмястами человек вооруженных, оста­вив двести для охранения своего обоза. Один из слуг Навала открыл Авигее, как принял муж ее присланных от Давида, оказавшего им боль­шие услуги, и какие несчастные последствия вероятно произойдут от сего безрассудного по­ступка: она немедленно приказала навьючить несколько ослов различными съестными при­пасами и, ничего не сказавши Навалу, послала все это со слугами к Давиду, а сама отправилась вслед за ними. Спускаясь с горы, она встретила Давида, который в гневе шел со своими людьми наказать Навала и истребить весь дом его.

Увидевши Давида, Авигея сошла с осла и пала ниц к ногам его, говоря: «Господин мой! Пусть падет на меня вина в оскорблении, тебе нанесенном: позволь рабе твоей сказать тебе не­сколько слов и не откажись выслушать ее». - Она умоляла его простить Навалу дерзкий его поступок, старалась извинить сей поступок безрассудством его и просила Давида принять принесенное ею. - Давид отвечал ей: «Да будет благословен Бог Израилев, пославший тебя на­встречу мне; буди благословенна и ты, не допу­стившая меня пролить кровь и сотворить мще­ние рукой моей: клянусь Господом Богом Израилевым, не допустившим меня сотворить зло, — если бы ты не встретила меня теперь здесь, завтра утром ни человека, ни скота не осталось бы в живых в доме Навала». Давид принял все, принесенное ею, и сказал: «Иди с миром в дом твой: я готов исполнить просьбу твою».

Авигея возвратилась в дом свой и нашла На­вала на роскошном пиру, в весели и уже пья­ного, и до самого утра ничего не сказала ему о случившемся. На другой день, когда он вы­трезвился, она рассказала ему все происшед­шее, и он как бы окаменел от ужаса; через де­сять дней Господь поразил его, и он умер. Узнав об этом, Давид сказал: «Благословен Господь, воздавший Навалу за оскорбление, мне нанесен­ное, сохранивший раба Своего от зла, которое он готов был сделать, и обративший неправду на главу Навала». Он послал к Авигее просить ее быть своей супругой: услышав это, она пала ниц и приказала посланным сказать ему: «Раба твоя сочла бы себе за счастие даже умыть ноги слугам твоим». Она отправилась с пятью рабы­нями своими к Давиду и сделалась его женой.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Повествование о Навале показывает нам, как Бог ненавидит жестоких и гордых, не вни­мающих воплю бедного, или угнетающих его. Рано или поздно Господь сам мстит за него: Ему оставлен есть нищий, Он сиру помощник (ПсалЛХ, 35.). Терпящие несправедливость и обиды да научатся у Давида обуздывать гнев, который делает человека скорым на мщение! Пример Авигеи показывает, как много добра в домашнем благоустройстве может сделать жена кроткая, заботливая и благоразумная.

Язва в царствие Давида

Царство Иудейское вполне наслаждалось вну­тренним и внешним миром, и Царь Давид в благоговейной песне воспел Господу благодар­ность за освобождение от врагов. Но внезапно гнев Божий снова возгорелся против народа Ев­рейского. Среди всеобщего спокойствия Давид впал в тщеславие и самонадеянность: это вну­шило ему мысль сделать счисление народа, и он приказал военачальнику своему Иоаву и на­чальникам Еврейским перечислить весь народ и донести о числе подданных. Иоав старался от­клонить его от этого и говорил ему: «Да умно­жит Господь Бог сторицей народ твой! Какая тебе нужда делать счисление его? Не вменил бы Господь это в грех Израилю!» Но Давид не ува­жил его представлений, и он должен был испол­нить повеление царское: он отправился вместе с другими военачальниками Иудейскими, про­извел народосчисление и, возвратившись через девять месяцев и двадцать дней, донес Царю, что, кроме колен Левина и Вениаминова, кото­рых он не перечислял, неохотно исполняя по­веление Царя, оказалось 1 300 ООО способных носить оружие. Едва было кончено народосчис­ление, как Давид почувствовал раскаяние и воз­звал к Господу Богу: «Я согрешил перед тобой, Господи, но молю Тебя - прости грех сей рабу Твоему: Я поступил безрассудно!» - На другой день, по повелению Божию, пришел к нему Про­рок Гад и сказал ему: «Господь дает тебе на вы­бор одно из трех бедствий в наказание тебе: или в царстве твоем три года будет свирепствовать голод, или три месяца будут преследовать тебя враги твои, или три дня мор будет над землей твоей. Итак, подумай и скажи мне, что должен я отвечать Пославшему меня». Давид отвечал ему: «Ужасны все сии бедствия, и я недоумеваю, которое из них избрать; но хочу лучше впасть в руки Господни, нежели в руки человеческие, ибо Господь беспредельно милосерд». Итак, Го­сподь наслал на Израиля язву, истребившую семьдесят тысяч Израильтян; когда, наконец, Ангел поражающий простер руку свою над Ие­русалимом, чтобы опустошить его, Господь уми­лосердился и повелел ему удержать руку свою. Давид смирился, принес Богу покаяние, воздвиг по повелению Божию, возвещенному через Про­рока Гада, жертвенник и принес на нем Господу всесожжение. Господь отвратил гнев свой от Из­раиля и повелел престать страшной язве.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Когда Бог являет человеку, или целому на­роду, милосердие Свое, и когда получающий благодеяния Его оказывается неблагодарным, тогда возгорается гнев его, и часто для Него до­статочно бывает в наказание предоставить ви­новных влечению их собственных мыслей, чув­ствований и желаний: И не послушаша людие Мои гласа Моего, и Израиль не внят Ми, и от- пустих Я по начинанием сердец их, пойдут в начинаниих своих (Пс. LXXX, 12-13.). Бог не влечет никого к злу, но, когда Он удаляется от человека, то диавол овладевает человеком.

«Поведение высших, - говорит Св. Григорий Великий, - бывает соответственно поведению подвластных им: часто случается, что царь или пастырь добродетельный впадает в погрешность вследствие грехов людей, находящихся под вла­стью его. Давид, сей великий Пророк, которому Сам Бог дал такое славное свидетельство и кото­рому Он открыл безвестные и тайные Премудро­сти Свои (Псал.дст.8.), впал в грех гордости и по­велел сделать народосчисление: наказание за этот грех пало на подданных его, которые и сами были во многом грешны».(Нравоуч.кн.23).

Само по себе, народосчисление не было действием противозаконным: но оно было предосудительно по тем побуждениям, из кото­рых проистекало. С первого взгляда на это об­стоятельство, можно подумать, что Давид не имел другой цели, кроме славы Божией, - но, на самом деле, он имел в виду только славу свою собственную: так, когда мы бываем не довольно бдительны над самим собой, самолюбие различ­ным образом приводит ум наш в заблуждение, так что, в то самое время, как нам кажется, что мы приносим жертву Богу и исполняем нашу обязанность, на самом деле, мы приносим жерт­ву идолу своей собственной воли, и, что всего прискорбнее в этом случае, - это есть презрение к самым мудрым советам, упорство в выполне­нии намерения, которого дурные последствия нам предсказывают люди благоразумные.

Слово Божие, говоря о погрешности Дави­да в наше предостережение от обольщений са­молюбия и самонадеянности, с другой сторо­ны, представляет нам в пример его смирение и покорность воле Божией, которые так светло блистают в его раскаянии. Пророк, посланный Богом, предлагает ему на выбор голод, войну и моровую язву - три бедствия, равно способ­ные напомнить ему истину, которую он, как кажется, забыл: что множество его подданных и сила их, которыми он возгордился, ничто пе­ред величием Бога, Который, когда Ему угодно, в краткое время опустошает самые цветущие государства, вооружая всю тварь против гор­дых, которых Ему угодно смирить. Давид воз­дал славу Богу, покоряясь Его правде, и этой мудрой покорностью обезоружил, некоторым образом, гнев Судьи своего: Тии же (Израиль­тяне ) преогорчиша Его советом своим, и сми- ришася в беззакониях своих, И виде Господь внегда скорбети им, и услыша моление их: и по­мяну завет Свой, и раскаяся по множеству ми­лости Своей (Пс.СV, 43-45).

Мудрость Соломонова

Соломон, казнив смертью Адонию, Иоава и Се- мея и изгнав Авиафара, которые злоумышля­ли против отца его и против него самого, утвердил свое царство и заключил союз с Фараоном, царем Египетским, женившись на его дочери.

Соломон всем сердцем возлюбил Господа и жил по наставлениям отца своего. Однажды он принес в Гаваоне в жертву Богу тысячу всесож- жений; после этого жертвоприношения Господь явился ему в ночном видении и сказал ему: «Проси у Меня всего, чего хочешь». Соломон в ответ на это благословил милосердие Господа, которое так щедро было изливаемо на отца его Давида и на него самого, и просил только еди­ной мудрости. Господь принял с благоволением молитву Соломона и сказал ему: «Так как ты не пожелал ни долголетия, ни богатства, ни поги­бели врагов твоих, но пожелал единой мудро­сти, чтобы отличать правду от неправды, Я ис­полню твое желание и дам тебе сердце столь му­дрое и разумное, что никогда не было и не будет мужа равного тебе. Но Я дам тебе еще и то, чего ты не просил у меня, - богатство и славу выше всех царей. Если ты будешь идти путем Моим и будешь исполнять волю Мою, подобно отцу твоему, и долголетие дам Я тебе».

Проснувшись и размыслив о виденном во сне, Соломон отправился в Иерусалим, принес всесожжение перед Кивотом Завета и устроил великий пир для всех служителей своих. В это время две женщины пришли к нему, и одна из них сказала ему: «Государь! Окажи ми­лость - выслушай меня! - Мы обе жили в одном доме, и в нем не было никого, кроме нас; я ро­дила дитя в той комнате, которую мы занима­ли вместе с этой женщиной, и она родила, спу­стя три дня после меня. Сын этой женщины умер ночью - она задушила его во сне: пользу­ясь сном моим, она встала ночью, взяла моего сына, спавшего подле меня, положила его с со­бой, а мне подложила своего мертвого младен­ца. Вставши утром и взявши младенца, чтобы кормить его, я заметила, что он мертв, а рассмо­трев его внимательно, увидела, что это не сын мой». Другая женщина отвечала ей: «То, что ты говоришь, не правда: мой сын живой, а твой мертвый». Первая возражала ей напротив: «Нет, ты лжешь: мой сын живой, а мертвый - твой». Таким образом они спорили перед царем. На­конец, Соломон повелел принести меч и ска­зал: «Рассеките пополам живое дитя и отдай­те им по половине». Тогда женщина, которой действительно принадлежал живой младенец, желая спасти сына своего, сказала: «Государь! Умоляю тебя, отдай этой женщине живое дитя и не убивай его». Другая говорила напротив: «Не хочу, чтобы младенец достался мне или тебе одной: разделите нам его!» Услышав это, царь сказал: «Отдайте той живое дитя, ибо она мать его». - Весь Израиль узнал о сем суде Соломо­на, и все стали благоговеть перед ним, видя, что Премудрость Божия изрекает суд устами его.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Закон запрещал Израильтянам браки с ино­племенницами: между тем Священное Писа­ние не порицает Соломона за то, что он вступил в брак с дочерью царя Египетского. Причиной этого можно полагать то, что дочь Фараона, всту­пая в супружество с Соломоном, приняла веру в истинного Бога, и, таким образом, перестала быть иноплеменницей. Примеры таких супру- жеств представляет Священная История и в древ­нейшие времена: так Моисей сочетался браком с Сепфорой Мадианитянкой, Вооз с Руфь Моави- тянкой, Давид с дочерью царя Гессурского.

Слава Соломонова

Мудрость, которую Господь даровал Соломо­ну, в краткое время сделалась предметом удивления народов, и многие из царей ино­земных желали видеть его лично и беседовать с ним. Так царица Савская, дабы лично убедить­ся в истине слышанного ею о Соломоне, прибы­ла в Иерусалим и привезла с собой множество драгоценностей: ее верблюды были навьючены ароматами и несметным количеством золота и драгоценных камней. Она предложила Соло­мону для решения различные трудные вопросы и получила на них от него глубокомысленные ответы. Убедившись в его премудрости, увидев­ши его блистательный дворец, пышность его двора, роскошный стол, великолепное богос­лужение в храме, им созданном, она была вне себя от удивления и сказала царю: «Справед­ливо то, что я слышала о твоем величии и тво­ей премудрости в земле моей; я не хочу верить молве, но теперь вижу, что слышанное мной не составляет и половины того, что я видела моими собственными глазами. Твои сокровища и му­дрость далеко превышают то, что о них гласит молва! Счастливы подданные твои! Счастливы слуги твои, находящиеся беспрестанно перед то­бой! Благословен Господь Бог твой, возведший тебя на престол Израильский и поставивший тебя царем в образ Свой! - Бог возлюбил Изра­иля, и, чтобы сохранить его на веки, поставил тебя править им и изрекать ему справедливый суд ». Она поднесла Соломону в дар сто двадцать талантов золота и множество ароматов и дра­гоценных камней: никогда не было видно аро­матов столь превосходных, как те, которые ца­рица Савская принесла в дар Соломону. - Царь Соломон дал ей в дар все, чего она только могла пожелать, несравненно более чем она принесла ему. После этого она возвратилась в свое царство со всей своей свитой.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Священное Писание представляет нам Со­ломона богатейшим из всех, бывших когда либо, царей, а между тем Господь говорит нам в Евангелии: Смотрите крин селных, како ро- стут: не труждаются, ни прядут; глаголю же вам, яко ни Соломон во всей славе своей об- лечеся, яко един от сих ( Матф.У1, 29). Иисус Христос хотел таким образом отвлечь наши очи и сердца от всего, что может нам казаться прекрасным и великолепным в мире; сравни­вая великолепие царя, славнейшего из всех, бывших когда- либо в мире, с растением, днесь сущим и утре в пещ вметаемым, и ставя его ниже роскошного убранства сего последнего. Он научает нас правильно судить о славе мира сего и показывает вместе с тем, как безрассу­дно тварь предпочитать Творцу.

Сам Соломон, будучи просвещаем свыше, познал цену сокровищ земных: изведав всю славу и вкусив все удовольствия мира, он сви­детельствует, что они суета суетствий, и что не в них человек должен искать блаженства, о котором он воздыхает здесь на земле. Этот мудрый царь презирал в глубине сердца своего земные блага и просил от Бога благ иных, более способных удовлетворить потребностям души его. Мудрость - это божественное сокровище, которого ни червь, ни тля тлит, которое не боится всесокрушающей руки времени, - му­дрость, вместе с миром - ее неразлучным спут­ником, составляла первый предмет его пламен­ных желаний: она, более, нежели богатство, соделала его и сильным и славным; она осы­пает обладающего ею драгоценными благами и избавляет его от всех зол. Вот чудная молит­ва, которую Соломон воссылал к Господу среди блеска его окружающего: «Боже отцев и Госпо­ди милости Твоея, сотворивши вся словом Тво­им, и премудростию Твоею устроиввый челове­ка, да владеет сотворенными от Тебе тваръми, и да управляет мир в преподобии и в правде, и в правоте душисуд да судит: даждъ мне Твоим престолом приседящую премудрость и не от- рини мя от отрок Твоих. Яко аз раб Твой и сын рабыни Твоея, человек немощен и маловреме­нен, и умален в разуме суда и законов: аще бо кто будет и совершен в сынех человеческих, от существующей Твоей премудрости ни во что же вмениться... Поели ю с небес святых и от престола славы Твоея поели ю: да сущи со мною Трудится, и увем, что благоугодно есть пред Тобою. Весть бо она вся и разумеет, и на­ставит мяв делех моих целомудреннее, и сохра­ните мя во славе своей: и будут приятна дела моя, и рассужду люди Твоя праведнее, и буду до­стоин престолов отца моего. Кто бо от чело­век познает совет Божий, или кто помыслит, что хощет Бог? Помышления бо смертных боязливаи погрешительна умышления наша: тело бо тленное отягощает душу, и земное жи­лище обременяет ум многопопечителен. И едва разумеваем, яже на земли, яже на небесех, кто исследи? Волю твою кто позна, аще бы не Ты дал ecu Премудрость, и послал ecu Духа Свя- таго Твоего от высоты? И тако исправишася стези сущих на земли, и я же Тебе угодна, на- учашася человецы. И премудростию спасошася (Прем. Солом. IX, 1-6, 10-19.).

Воспользуемся и мы примером Соломона, и не будем прилепляться к тому, что ослепляет взоры наши в сем мире; ибо все это скоро прохо­дит, оставляя только пустоту в уме и сердце; но возлюбим мудрость и будем всеми силами ста­раться снискать этот драгоценный дар! Будем приближаться к ней молитвой о ней, Святыми Таинствами, отвращением от греха! Только она может утолить жажду души, она есть верный залог блаженства в сей жизни и будущей!

Идолослужение Соломоново

Соломон пристрастился ко многим языче­ским женщинам, происходившим из на­родов, о которых Господь сказал Израильтя­нам: «Вы не должны брать себе жен из стран сих и дочери ваши не должны выходить замуж за обитателей их, ибо они развратят сердца ваши и вовлекут вас в идолослужение! Соломон забыл повеление Божие и предался этим женщинам: у него было семьсот жен и триста наложниц - они развратили сердце его, и он в старости при­лепился к богам чуждым. Сердце его не было столь непорочно перед Богом, как сердце Дави­да, отца его, и он не следовал путям, по которым Давид ходил перед Богом.

Он воздвиг на горе против Иерусалима храм Хамосу - идолу Моавитскому, Молоху - идолу Аммонитскому и Астарте - богине Сидонской, подобным образом он построил храмы богам всех жен своих, и они совершали в них идолос­лужение. Соломон забыл, что Господь дважды являлся ему и дважды подтверждал ему, чтобы он не уклонялся к богам иным, но хранил и ис­полнял заповеди Его. За сие Господь прогневался на него и сказал ему: «За то, что ты так поступил и не соблюл заповедей Моих, и преступил повеле­ния, данные Мною тебе, Я раздеру и раздроблю царство твое, исторгну его из руки твоей и дам его одному из рабов твоих; но ради Давида, отца тво­его, не сотворю Я сего при жизни твоей, а испол­ню то, когда царство перейдет в руки сына твоего. Но и у него не отниму Я всего царства, а дам ему одно колено, ради Давида, раба моего, и Иеруса­лима, который избрал Я в жилище Себе».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ


Вот еще тяжкий опыт в подтверждение того, как далеко простирается духовная немощь че­ловека! Можно ли без скорби и ужаса подумать о Соломоне, царе, который некогда удивлял на­роды своей мудростью и правосудием; который более всего просил у Бога мудрости и правосу­дия, как драгоценнейшего сокровища; который, сознавая и исповедуя тщету удовольствий и бо­гатства, среди блеска величия своего, был пред­метом удивления вселенной и потом вдруг пал в бездну, сделался рабом чувственности и осле­пился заблуждениями идолопоклонства!. Му­дрый! Не гордись твоей мудростью! Сильный! Не полагайся на крепость твою! - Самонадеянность и самоуверенность есть первый шаг к погибели; прежде сокрушение возносится сердце мужу и прежде славы смиряется (Притч.XVIII, 12.).

Тот близок к падению, кто забывает, что его со­вершенства суть нечто иное, как луч света, ис­текающий от Бога - Солнца истины и правды, кто с греховным самоуслаждением свои взоры останавливает на самом себе, вместо того, чтобы возноситься к Богу, от Которого истекает и му­дрость, и добродетель, Который посылает и бо­гатство, и славу. Как страсти ослепляют челове­ка! До каких ужасных крайностей доводят они того, кем овладевают! Не будучи обуздываемы, они, подобно бурному потоку, увлекают челове­ка в бездну греха и погибели. Так Соломон, осле­пленный чувственностью и женолюбием, дела­ется поклонником идолов и созидает им храмы!.

Ахаав и Иезавель

То, чем Бог угрожал Соломону за грехи его, исполнилось.

По смерти его, десять колен Народа Еврейского отложились от сына его Ровоама, состави­ли Царство Израильское и в то же время впали в идолопоклонство. Цари израильские все были нечестивы; но всех прочих в нечестии превзошел Ахаав. Он был женат на дочери Царя Си донско­го Иезавели, и, в угодность ей, в самой Самарии, столичном городе поставил капище Ваалу. К заб­вению Бога истинного он присоединил и неспра­ведливость к людям. В соседстве с его дворцом был виноградник одного из его подданных - На- вуфея. Ахаав пожелал иметь этот виноградник, убеждал Навуфея уступить его себе и вместо него предлагал ему или другой виноградник, или плату. Навуфей не хотел отдать царю на­следие предков своих; Ахаав, раздраженный отказом, в сильной досаде не хотел есть. Может быть чувство справедливости, или страх суда Бо­жия, коих некоторые слабые остатки еще были в сердце его, удерживало его от насилия. Но Ие­завель, превосходившая в беззакониях своего мужа, приняла на себя исполнение его беззакон­ной воли. По козням ее, Навуфей, оклеветан­ный в хулении Бога и царя, был побит каменья­ми, а виноградник его сделался собственностью царя. Ахаав, узнав о смерти его, изъявил свою печаль - раздрал одежду свою и облекся во вре- тище; но эта печаль была лицемерная. Он от­правился в виноградник Навуфея с тем, чтобы вступить во владение им. Здесь, по повелению Божию, встретил его Пророк Илия и сказал ему: «Ты убил Навуфея и завладел его виноградни­ком: за это на том самом месте, где псы и свиньи лизали кровь его, они полижут и твою кровь. Так говорит Господь: «За твои беззакония и за соблазн, произведенный тобой в Израиле, Я пре­дам на погибель дом твой и все твое потомство, как потомство предшественников твоих нечести­вых царей». - Ахаав пришел в страх и раская­ние: проливая слезы, облекся во вретище и по­стился. Господь умилосердился над ним и через Пророка Илию открыл ему, что суд над домом его не совершится при жизни его; но не преминет и не замедлит исполниться при сыне его. Ахаав погиб в войне с Сириянами; по смерти его сде­лался царем сын его Охория и ходил по стопам отца своего и матери своей. Он умер от болезни, последовавшей от падения из окна дворца его, и после него вступил на престол брат его По­рам: при нем совершился суд Божий над домом Ахаава. - Военачальник Ииуй, избранный Бо­гом и помазанный по повелению Божию Елисе­ем в цари Израильские, поразил Иорама стрелой и приказал его повергнуть в виноградник Наву- фея, Иезавель выбросить из окна дворца и труп ее отдать на съедение псам, а прочих семьдесят сынов Ахаава, живших в Самарии, обезглавить.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Гибель нечестивого дома Ахаавова пред­ставляет поучительные примеры ужасных следствий любостяжания, несправедливости к ближнему и беззаконного усвоения чужой собственности. Горе совокупляющим дом к дому и село к селу приближающим, да ближнему от- ъимут что! еда веселитеся едини на земли? Услышашася бо во ушесах Господа Саваофа сия: аще бо будут домове мнози, в запустении будут велицыи и добрии и не будут живущие в них. (Ис.У, ст.8-9). Велика неправда, тяжко престу­пление Ахаава, но могущественна и благотворна сила поста, покаяния и слез! И быстъ глагол Го­сподень рукою раба его Илии в Ахааве и рече Го­сподь: видел ли ecu, яко умилися Ахаав от лица Моего: сего ради не наведу зла во днех его.

Елисей и Соманитянка

Пророк Елисей пришел один раз в Соман, город колена Иссахова, и там одна бедная женщина пригласила его в свой дом подкре­питься пищей; после этого, всегда, когда он про­ходил через сей город, он заходил к ней, и был ею угощаем. Почувствовавши глубокое уваже­ние к Пророку, она сказала мужу своему: «Этот странник, часто приходящий к нам, воистину есть человек Божий: устроим ему и снабдим всем нужным особенную горницу, чтобы он всегда в ней мог останавливаться». - Это было испол­нено, и Елисей, приходя в Соман, всегда распо­лагался в приготовленной для него горнице. Раз, отдыхая в сей горнице, он приказал Гиезию, слу­ге своему, призвать благотворительную Сома- нитянку и сказал ей через Гиезия: «Ты усердно служишь нам: чтобы мне сделать для тебя в бла­годарность за это? Нет ли у тебя какого-нибудь дела, по которому бы я мог ходатайствовать за тебя перед царем или перед военачальником?» Она отвечала ему: «Нет! Я живу здесь в мире сре­ди народа моего». Тогда Пророк сказал Гиезию: «Что же сделать мне для нее?» - «У нее нет сына, а муж ее стар, - отвечал ему слуга его, - испроси ей у Бога сына». Тогда, опять призвав ее, Елисей сказал ей: «Через год, в это самое время, и даже в этот самый час, у тебя будет сын». «Господин мой! - возразила она ему - человек Божий, не солги рабе твоей!» - Действительно она родила сына в тот самый час, как назначил ей Пророк.

Отрок вырос и, раз пришедши на поле к отцу во время жатвы, сделался болен: отец прика­зал отнести отрока к матери его - и он в полдень умер на коленях ее. Она положила его в горни­це Елисея на постеле его и, выпросивши у мужа одного слугу-с ослицей, отправилась к Пророку на гору Кар ми ль, где он тогда находился. При- шедши на гору, она пала к ногам человека Бо­жия и открыла ему печаль свою. Елисей ска­зал Гинезию: «Соберись в путь, возьми посох мой, иди в дом сей женщины и возложи посох мой на лице умершего отрока». А неутешная мать сказала Пророку;

«Как жив Господь, и жива душа твоя, так и я не отступлю от тебя, пока ты не пойдешь сам за мной». Итак, он отправился за ней в дом. Меж­ду тем Гинезий, пошедши наперед, возложил по­сох его на лице отрока; но умерший пребывал бездыханен. Елисей, сам вошед в дом, увидел мертвого отрока на постеле своей, затворил дверь и, оставшись один, вознес молитву к Господу; по­том семь раз распростерся над умершим: тогда отрок открыл глаза, и Пророк, призвав Сомани- тянку, отдал ей сына ее. Она прицала к стопам Пророка и возблагодарила Бога.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Познаем из этого трогательного происше­ствия высокое достоинство странноприимства. Соманитянка приняла и успокоила странника Елисея. Вместе со странником благодать Божия поселилась в жилище ее - и дело милосердия получило богатую награду. И может ли быть иначе, когда приемлющие странника под кров свой в лице его приемлют Самого Иисуса Христа по глаголу Его: Странен бых, и введосте Мене!

В молитвах и слезах Соманитянки об умер­шем сыне ее представляется обличение нечув­ствительности тех родителей, которые оставля­ют детей своих коснеть в смерти греховной, не способствуя их духовному воскресению настав­лением, обличением, и, всего более, пламенной молитвой за них к Богу.

В истории Соманитянки, и особенно в об­стоятельствах, сопровождавших воскресение сына ее, можно видеть изображение промыш- ления Божия о спасении рода человеческого. — Сын Соманитянки представляет род человече­ский, пораженный смертью духовной. Для его духовного оживотворения явился Моисей, воо­руженный жезлом закона, - но закон немоще- ствоваше (Римл. VIII, 3.) - оказался бессиль­ным к оправданию и спасению человека. Бог Отец умилосердился над нами, и нас мертвых прегрешеньми, воскресил и оживил Единород­ным Своим Сыном, Иисусом Христом^ Он со­шел с небес и Своим воплощением снисходит до человека, приближается к нам, склоняет к нам свое величие и, по непостижимому чуду любви, приспособляется к нашей немощи; он принимает на Себя смертность и немощь наше­го естества, чтобы даровать нам жизнь и силу. Себе умалил, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Филипп. II. 7.), Он со­вершил то великое дело, еже Отец Небесный даде Ему да совершит, и вверил нас попече­нию нашей матери Церкви.


Помазание Иоаса и возведение его на царство

Пофолия, мать Охозии, по смерти сына своего истребила все царское племя; один из сынов Охозии, Иоас, был спасен Иосавефой, еврей тет­кой, и скрыт от ярости Гофолии в храме Господ­нем, где он жил до шести лет в тайне. Гофолия в это время царствовала в Иудее, предаваясь идо- лослужению: она даже отняла у храма Божия священную утварь и разные вещи, в него пожерт­вованные, и отдала все это в капище Баалово.

Спустя шесть лет по смерти Охозии, Перво­священник Иодай, собрав начальников войска Иудейского, показал им сына царева и вверил им и войску его охранение. Потом он собрал в Иерусалим Левитов из всех городов Иудей­ских и начальников всех родов Израильских, роздал им оружие и, представив им юного Иоа- са, возложил на него венец, облек его в порфиру царскую, дал ему в руку книгу закона, провоз­гласил его царем и помазал его на царство — все воскликнули: «Да здравствует царь!»

Услышавши клики народа, Гофолия пришла в храм: увидев Иоаса, стоящего на возвышен­ном месте при входе в храм среди ликующего народа, она раздрала одежду свою и воскликну­ла: «Измена! Измена!» Иодай приказал воена­чальникам: извлечь ее за ограду и там умерт­вить.— Это тотчас было исполнено. Восстано­вив таким образом законного Царя, Иодай взял обещание с Царя и народа вести себя так, что­бы достойно называться народом Божиим. Весь народ устремился на храм Ваала, разрушил его,

разбил идолов и перед жертвенником умертвил Мафана, жреца Ваалова. Иодай поставил стра­жу около дома Господня й восстановил в нем об­ряды и жертвоприношения по закону Моисееву и по; установлению Давидову. Вместе с сотника­ми и начальниками народными, он вывел царя из храма, ввел, его во дворец царский и посадил на престоле., Весь народ возрадовался, и в Иеру­салиме водворился мир.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

В истории народов мы нередко видим, как Промысл Божий являет свою силу, восстановляя падший народ или спасая находящуюся в опасности Церковь через одного человека, разрушая рукой его тщетные замыслы Своих упорнейших врагов. В Иосифе, освобожденном из рабства в Египте, в Моисее, спасенном из вод Нила и воспитанном при дворе Фараона, в Иоа- се, сохраненном от руки Гофолии в храме, в Да­виде, в Иеффае, во многих других открывается нам эта Божественная премудрость, непрестан­но бодрствующая над судьбой царств и наро­дов, защищающая их от врагов и избавляющая от величайших опасностей. Да памятуют сие народы и да возлагают свое упование не на му­дрость человеческую и не на руку сильных, но на помощь небесную и силу Всевышнего!

Товит

Товит, из колена Неффалимова, был женат на Анне, из того же колена, и имел от нее сына Товию. Когда Израильтяне были побежде­ны Ассириянами и отведены в плен в Ниневию, не избег и Товит участи своих собратий и был отведен туда же со всем семейством своим. Но и в пленении он остался почитателем истинно­го Бога, верным закону Его и преданиям оте­ческим: за это Бог наградил его - он заслужил благоволение царя Салманассара. Милостивым расположением царя он пользовался для облег­чения своих плененных собратий: часто посещал их и раздавал им милостыню, Бог награждал его дела милосердия, но посылал ему и несчастья для его испытания. Самым тяжким испытани­ем его веры было лишение зрения. - К делам милосердия его относилось и то, что он преда­вал погребению тела своих несчастных едино­племенников, лишенных жизни по повелению жестокого Сеннахирима, преемника Салманас­сара. Однажды, после такого труда, он отдыхал подле стены: из птичьего гнезда, находившего­ся на стене, упала ему на глаза нечистота - и от этого сделались бельма на глазах его, и он ослеп. Но Бог, пославший испытание вере и добродете­ли Товита, даровал ему и избавление от скорби и утешение. Товит, по своей сострадательности к нуждам ближних, одному своему родствен­нику Гаваилу, жившему в Мидийском городе Рагах, дал взаймы десять талантов без всяко­го обеспечения; вспомнив об этом, он призвал своего сына Товию и приказал ему отправиться к Гаваилу и получить с него деньги, которые сей был ему должен. - Юноша тотчас отправился, и Господь послал ему спутника Ангела Рафаила, принявшего на себя образ такого же юноши, как и он. На пути, когда хотел омыть-ноги-в реке Ти­гре, большая рыба, выскочившая из реки, хоте­ла поглотить его. Ангел приказал ему поймать ее, вынуть из нее сердце, печень и желчь и взять их, говоря, что это принесет много пользы впо­следствии. Когда же они пришли в Экбатану, Товия, по совету Ангела, женился на дочери родственника своего Рагуила Сарре, которая уже семь раз вступала в супружество, и все му­жья ее были задушены демоном в первую ночь брака. Ангел научил Товию отгнать демона по­средством курения рыбьей печенью. Получив деньги с Гаваила, он в сопровождении Ангела благополучно возвратился к родителям. Ког­да они приближались к дому родителей, Рафа­ил сказал Товии: «Как скоро войдешь ты в дом свой, помолись Господу, Богу твоему; потом облобызай отца твоего и помажь глаза его при­несенною тобой рыбьей желчью: глаза его от­кроются, он узрит свет небесный и возрадуется, видя тебя! Услышав о прибытии сына, Товит и Анна вышли ему навстречу и с радостными слезами лобызали его, и благодарили Бога. Тог­да Товия взял рыбью желчь, помазал ею глаза отца своего; отец прозрел и со всем семейством своим, с родными и знакомыми, прославил Бога. Жена Товии, Сарра, прибыла спустя семь дней после мужа своего, который отправился пре­жде ее; она привела с собой свои стада, принесла большую сумму денег, полученную ею в прида­ное, и десять талантов, полученные с Гаваила.

Товия рассказал отцу о всех благодеяниях Бо­жиих, явленных ему во время пути его.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Святой Царь - Пророк Давид, рассуждая в Псалмах своих о праведнике, возлагающем надежду свою на Господа, говорит: «Вышняго положил ecu прибежище Твое. Но придет к тебе зло, и рана не приближится телеси тво­ему. Яко Ангелом своим заповесть о тебе, со- хранити тя во всех путех твоих: на руках воз- мут тя да не когда преткнеши о камень ногу Твою: на аспида и василиска наступиши, и по- переши льва и змия. Яко на Мя упова, и избав­лю и; покрыю и; яко позна имя Мое: Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним есть в скорби, изму его и прославлю его: долготою дней исполню его, и явлю ему спасение Мое ( Пс. LXXXX, ст. 9-16). Сии утешительные слова Царя-Пророка подтверждаются многими примерами, особен­но же примерами Товита, сына его, и Сарры, дочери Рагуиловой. Какое непоколебимое в не­счастии ограждение от уныния составляет упо­вание на всепремудрый и всеблагий Промысл Божий и свидетельство непорочной совести! История Товита показывает нам, как мило­стыня привлекает к нам милосердие Божие: Блажены милостивии, яко ти помиловании будут ( Матф.У, 7)! Покровительство, оказан­ное Товии Рафаилом, научает нас чтить Свя­тых Ангелов Божиих и особенно того, которому Бог вверил хранение каждого из нас. Наконец, в исцелении старца Товита мы видим, что Бог посылает на нас, т.е. попускает, болезни, и Бог же исцеляет от них, благословляя естественные врачества и подавая им целебную силу. Как ча­сто люди забывают эту истину! Если бы чаще вспоминали о ней, то мы не видели бы столь неблагодарными к Господу людей, которые от угрожавшей смерти возвращены неожиданно к жизни и к здравию!

Видение Валтасара

Валтасар, царь Вавилонский, приготовил ве­ликолепный пир для тысячи вельмож дво­ра своего. Упившись вином, он повелел подать себе золотые и серебряные священные сосуды, взятые отцом его Навуходоносором из храма Ие­русалимского, и пил из них вино с вельможами своими, восхваляя богов своих. Вдруг явились персты руки человеческой и написали неведо­мые слова на стене палаты, в которой пировал Валтасар. Царь смутился и изменился в лице, он повелел тотчас привести к себе волхвов и гадате­лей и сказал им: «Кто из вас прочтет и изъяснит мне сии слова, тот будет облечен в багряницу, получит золотую цепь на шею свою и будет тре­тьим по мне в царстве моем». Но никто из мудре­цов Вавилонских не мог прочесть таинственных письмен: царь еще более смутился, вельможи его также были в великом страхе.

Услышав о происшедшем, царица пришла к пирующим и сказала царю: «Живи многие лета, царь! Не смущайся: есть в царстве твоем человек, исполненный Духа Божия; он сделал­ся известен мудростью при царе Навуходоносо­ре, отце твоем, и был поставлен от него началь­ником над всеми мудрецами Вавилонскими, ибо нет человека мудрее его в изъяснении снов, в открытии тайн и в разрешении трудных во­просов. - Это Даниил, прозванный Валтасаром: призови его, он изъяснит тебе сии письмена».

Царь призвал Даниила и сказал ему: «Ты ли Даниил, один из пленных Иудеев, приведен­ных отцом моим из земли Иудейской? - Я слы­шал, что в тебе Дух Божий, и что нет человека, который мудростью мог бы сравниться с тобой. Мудрецы Вавилонские являлись пред лицо мое, но ни один из них не мог прочесть сйх письмен: ты слывешь человеком сведущим в изъяснении тайн - объясни мне смысл сих слов, и я повелю облечь тебя в порфиру, возложить на шею золо­тую цепь, и ты будешь третьим по мне в царстве моем». Даниил отвечал: «Я не желаю даров тво­их - отдай их служащим при дворе твоем: я изъ­ясню тебе таинственные слова. Царь! Всевышний Бог дал царство, силу, славу и честь Навуходоно­сору, отцу твоему, и поэтому все народы благо­говели и трепетали перед ним: в его руках были жизнь и смерть всех; он возводил и низводил, кого хотел. Но когда возгордилось сердце его, он был низведен с престола и лишился царства и славы. Он был изгнан из среды людей, жил с ди­кими ослами, питался травой, как вол, и блуж­дал без крова до тех пор пока не признал верхов­ную власть Всевышнего над царствами и над ца­рями. И ты, сын его Валтасар, не смирил сердца своего, хотя знал все это: ты восстал против Го­спода Бога, Царя Небесного, повелел принести на пир сосуды, взятые из храма Его, пил из них вино с вельможами твоими, на пиру хвалил без­душных богов своих, которые ничего не видят и не имеют, - но не воздал славы Богу, содержа­щему на деснице Своей жизнь твою. Поэтому Бог послал персты этой руки, писание которой ты ви­дишь. - Вот что написано: Мани, Фекел, Фарес, и вот что значат слова сии: Мани - Бог счел дни царствования твоего и назначил близкий предел ему; Фекел - ты взвешен на весах правосудия Его и оказался слишком легким; Фарес - твое цар­ство разделено и отдано Мидянам и Персам.

Тогда царь повелел одеть Даниила в порфи­ру, возложить на шею его золотую цепь и объ­явить во всем царстве, что он третий по царе. В эту самую ночь исполнился суд Божий: Вал­тасар, царь Халдейский, убит, и ему наследовал Мидянин Дарий.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

В Валтасаре мы видим сластолюбца и свя­тотатца, получившего примерное наказание от Бога. Притом в последней судьбе его нам представляется опыт сей великой истины, что Вышний владеет царством человеческим, и ему же восхощет даст е (Дан. IV, 22).

Эсфирь и Артаксеркс

Артаксеркс, царь Персидский, по наветам пер­вого вельможи своего, злодея Амана, повелел истребить всех Евреев, находившихся в царстве его. Верный Мардохей, дядя супруги царевой, Евреянки Эсфири, узнав об этом, явился к ней и умолял ее просить у царя помилования своим собратьям. «Аман, второй по царе, - говорил он ей, - замышляет погубить нас. Вспомни дни си­ротства твоего, вспомни, как я воспитывал тебя: призови Господа в помощь, поди к царю — и твоим ходатайством спаси нас от погибели». Эсфирь по­велела ему собрать всех Иудеев, живших в Сузах, столице Персии, и вместе с ними три дня и три ночи провести в молитве и посте, а сама со слу­жанками своими облеклась в печальное платье и три дня провела в усердной молитве к Господу. На четвертый день Эсфирь в блестящем одеянии, с двумя прислужницами, пошла к царю, скры­вая под веселым видом свою печаль и страх гнева царева, ибо никто, не быв им призван, не должен был входить к нему. В это время царь во всем бле­ске величия своего сидел на престоле; вид его был грозен. - Увидя Эсфирь, он бросил на нее гнев­ный взгляд, и царица лишилась чувств и упала на руки своих служанок; тогда Бог переменил на милость сердце царево - он сошел с престола своего и старался ободрить ее. Эсфирь сказала ему: «Государь! Увидевши тебя, я помыслила, что вижу Ангела Божия - и сердце мое пришло в смя­тение от величия твоего». Сказавши это, она опять упала и снова готова была лишиться чувств. Тог­да царь сказал ей: «Что ты хочешь, Эсфирь, и ка­кая твоя просьба? Я готов дать тебе даже до по­луцарства моего». Она отвечала ему: «Умоляю царя пожаловать завтра вместе с Аманом ко мне на пир». На другой день царь вместе с Аманом прибыл на пир. Во время пира, Артаксеркс об­ратился к Эсфири и снова подтвердил ей свою готовность исполнить ее просьбу и дать ей даже до полуцарства своего. Эсфирь отвечала ему: «Вот моя просьба: если я обрела милость перед очами царя, и если ему угодно исполнить мою просьбу, то пусть царь вместе с Аманом и завтра пожалует на пир мой; - тогда я открою царю мое желание». Аман с торжеством возвратился в дом свой; про­ходя, он увидел Марходея, который, сидя у двор­ца царского не только не поклонился ему, но даже вовсе не обратил на него внимания. Скрыв свою досаду, гордый вельможа возвратился в свой дом, и, призвав жену свою Зосару и друзей своих, изо­бразил перед ними свое богатство, свою славу и почести, оказываемые ему царем и царицей. «Но все сии почести для меня ничто, - присовоку­пил Аман, - пока я буду видеть Еврея Мардохея сидящим на дворе царском». - Зосара и друзья его отвечали ему: «Повели поставить высокую ви­селицу, и испроси завтра утром у царя повеление повесить Мардохея - и тогда с полной радостью пойдешь на пир царицы». Этот совет был по серд­цу Аману, и он приказал поставить виселицу. Но Бог защищал Мардохея от ярости врага его, и со­блюдал Амана, дабы на главу его низринуть след­ствия его зависти.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Удивительное поведение Эсфири в этих столь трудных обстоятельствах представляет нам чудный пример молитвы перед Богом. Мо­литва, излитая ко Господу этой добродетельной

Царицей прежде нежели она стала предстатель­ствовать перед царем за братий своих Евреев, представляет нам образец истинного языка бла­гочестия и верности Богу.

Господи мой Царю наш! Ты ecu один, помо­ги мне единой и неимеющей помощи разве Тебе, яко беда моя в руце моей! Аз слышах, Господи, от отца моего, в племени отечества моего, яко Ты, Господи, приял ecu Израиля от всех язык, и отцы наши от всех праотец их в наследие вечное, и сотворил ecu им, елика глаголал ecu, и ныне согрешихом пред Тобою, и предал ecu нас в руки враг наших, занеже славихом Бога их: праведен ecu, Господи и ныне недоволни быша го- рестию работы нашея, но положиша руки своя на руки идол своих исторгнути заповеди уст Твоих, и погубити наследие Твое, и заградити уста славящих Тя, и угасити славу храма твое­го, и олтаря твоего, и отверзети уста языком во угождения суетных, и удивитися цареви плот­скому во веки. Не предаждь, Господи, скиптра Твоего сим, иже не суть, и да не посмеется в па­дении нашем, но обрати совет их на ня; начен- жего же на нас, в притчу положи: помяни Госпо­ди, познан буди во время скорби нашея, и мене сподоби дерзновения, Царю Богов и всякого на­чальства Содержителю, даждь слово благоугод- ново уста моя пред львом, и премени сердце его в ненавидение воюющаго ны, во истребление его и с ним советующих: нас же изми рукою Твоею, и помози ми единой и неимеющей никогоже, ток­мо Тебе, Господи: всех разум имаши, и веси, яко возненавидех славу беззаконных и гнушаюся ложа необрезанных, и всякого иноплеменника. Ты веси нужду мою, яко гнушаюся знамения гор­дости моея, еже есть на главе моей во днех ви­дения моего, гнушаюся его, яко рубищ осквернен­ных, и не ношу его в день молчания моего. И не яде раба Твоя от трапезы Амоновы, и не прослав- лях пира царева, ниже Пиях вина требищ идоль­ских; и не возвеселися раба Твоя от дне премене- ния моего даже до ныне, точию от Тебе, Господи, боже Аврамов; Боже, могий над всеми! Услыши глас безнадежных, и избави нас от руки лукав- нующих и изми мя от страха моего (ЭсфЛУ, 17)

Почести, возданные Мардохею

В ночь после пира Царицы, Господь отнял сон у Артаксеркса, и он приказал читать себе памятные записки о происшествиях, слу­чившихся в его царствование. В них, между прочим, упомянуто было о том, что Мардохей открыл заговор двух евнухов злоумышлявших на жизнь царскую: услышав это, царь спросил: «Чем награжден Марходей?» И узнав, что он не получил никакой награды, призвал Амана, при­шедшего в то время во дворец просить повеления повесить Мардохея, и сказал ему: «Что должно сделать тому, кого царь хочет удостоить высшей почести?» Думая, что царю не кого прославлять кроме него, Аман отвечал: «Человека, которого царь хочет прославить, должно облечь в цар­скую одежду, посадить на царского коня и воз­ложить на главу его царский венец. Первый вельможа царский должен облечь его и вести его коня по всему городу, и провозглашать: «Вот по­честь, которую царь хочет воздает тому, кого хо­чет прославить!» Тогда царь сказал: «Так поди же скорее сделай все это Иудеянину Мардохею, служащему при дворе моем». Аман исполнил повеление царя и, стеная от злобы, возвратил­ся в дом свой, и о случившемся рассказал жене и друзьям своим. - Они отвечали ему: «Если из племени Иудейского этот Марходей, перед которым ты должен был смириться, то ты па­дешь в борьбе с ним».

Между тем пришли посланные звать Амана на пир к царице, и он отправился к ней вместе с Артаксерксом. В этот день царь опять сказал Эсфири: «Скажи мне, что ты желаешь: я готов тебе дать до полуцарства». Эсфирь отвечала ему: «Царь! Если я обрела милость перед очами твои­ми, умоляю тебя даровать мне мою собственную жизнь и жизнь моего народа, ибо мы осуждены на погибель. Есть клеветник, который ищет на­шей погибели; этот злодей не достоин быть во дворе царском». Разгневанный царь спросил: «Кто этот злодей?» - И Эсфирь назвала ему Ама­на. Тогда Артаксеркс с гневом встал из-за стола и удалился в сад. Аман бросился перед царицей на колена, умоляя ее о заступлении перед царем: но в это время вошел Артаксеркс и, видя, что Аман припал к ложу царицы, еще более разгне­вался на его дерзость. Тут один из придворных сказал царю: «Аман поставил на дворе дома сво­его высокую виселицу для Мардохея, который спас жизнь царю». - Царь тотчас повелел пове­сить на этой виселице самого Амана, и это было немедленно исполнено. А царице было отдано все имение Амана, и Мардохей представлен царю, как дядя ее. Царь вручил ему перстень, который носил Аман, и Эсфирь поставила его над всем имением Амановым. По ходатайству Эсфири, Артаксеркс издал указ, которым не только от­менена была казнь, на которую осуждены были Евреи, находившиеся в царстве Персидском, но и дарованы были им различные милости.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Да не смущается верующий, когда злочести- вый торжествует, гонит его добродетель, посме­ивается над его верованиями и хулит его Бога. Нечестивый - это слепец, которого нечистые страсти волнуют и низвергают в бездну в ту са­мую минуту, когда ему кажется, что он достиг всего, чего желал. Он ослепил сам себя, он не знает, куда идет, и в ту самую минуту, когда мечтает быть на пути к славе и счастью, Пре­мудрый Бог в праведном гневе Своем попуска­ет ему обретать наказание себе в самом беззако­нии своем; меч, который он дерзко подъемлет над главою тех, коих вся вина в том, что они мешают его честолюбию, алчности в корысти и плотоугодию, упадает на него самого в поуче­ние народам и семействам, что есть Провидение, которое внимает воплям угнетенной невинно­сти и видит неправды нечестивого себялюбия.

Даниил во рве львином

Дарий, Мидянин, царь Халдейский, поста­вил в царстве своем сто двадцать сатрапов для управления областями под главным над­зором трех начальников, между которыми был и Даниил: им должны были сатрапы от­давать отчетно всем, дабы не беспокоить царя. Даниил был первым между начальниками, ибо он был исполнен Духа Божия; царь даже был намерен поставить его над всем царством своим. Такое расположение царя к Даниилу возбудило к нему зависть в прочих началь­никах и сатрапах, и они стали искать случая обвинить его перед царем. Не могши найти ничего дурного в поведении верного Даниила относительно его должности, они решились поставить ему в вину само его благочестие и ревность по закону Божию. Они пошли к царю и сказали ему: «Царь Дарий! Здрав­ствуй многие лета! Все князья, военачаль­ники и сатрапы царства твоего молят тебя издать повеление* чтобы тот, кто в продол­жение тридцати дней попросит чего-нибудь у какого-нибудь бога или человека, кроме тебя, был ввержен в ров львиный». Царь со­гласился и тотчас издал повеление. Даниил имел обыкновение, открыв окно, обращенное к Иерусалиму, каждый день три раза при­носить молитву Богу, преклонив колена. Не взирая на повеление царское, он продолжал молиться ежедневно, и враги его тотчас до­несли об этом Дарию. Пришедши к царю, они сказали ему: «Царь! Не повелел ли ты, чтобы тот, кто, в продолжение тридцати дней, бу­дет просить чего-нибудь от какого-либо бога или человека, кроме тебя, был ввержен в ров львиный?» — Он отвечал им: «Вы говорите справедливо: таково повеление, данное всем Мидянам и Персам, которого никто не сме­ет нарушить». Тогда они сказали: «Даниил, один из пленных Иудеев, не повинуется твое­му повелению и каждый день три раза молит­ся Богу своему.». Услышав это, царь очень огорчился и старался найти средство к спасе­нию Даниила: но придворные говорили ему, что закон, данный всем Мидянам и Персам, не может быть безнаказанно нарушен, и царь вынужден был дать повеление ввергнуть Даниила в ров льёиный, утешая его надеждой, что его Бог спасет его. Итак, Даниила ввергли в ров львиный и вход в него завалили камнем, который запечатали печатями царя и вель­мож: но Бог заключил челюсти львов, и они не сделали никакого вреда Даниилу.

В этот день, от горести, царь не мог вкусить пищи и ночью не мог заснуть; наутро он встал рано и пошел ко рву львиному. Пришедши ко рву, он громким, но прерываемым воздыхания­ми, голосом позвал Даниила, говоря: «Даниил, раб Бога живого! Бог, которому ты служишь, спас ли тебя от челюстей львиных?» — Даниил отвечал ему: «Царь! Здравствуй многие лета! Бог мой послал мне Ангела Своего, который заградил пасть львов, и они не сделали мне никакого зла, ибо Он увидел невинность мою перед тобой, - и что я не сделал никакого пре­ступления». Тогда царь возрадовался и повелел вывести Даниила из рва львиного, а тех, ко­торые обвиняли его, ввергнуть туда с женами и детьми их: они были растерзаны львами пре­жде, нежели достигли до дна рва.

После этого Дарий всем народам, обитавшим в его царстве, дал указ, которым предписывалось всем подданным его со страхом и трепетом чтить Бога Данилова, ибо Он Бог живой и пребываю­щий во веки; Его царство не разрушится никогда и власть его пребудет во веки; Он избавляет и спа­сает, творит знамения и чудеса на небеси и земли; Он избавил Даниила от уст львиных. После этого Даниил продолжал управлять государством в цар­ствование Кира, царя Персидского.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Провидение вознесло Даниила наверх поче­стей и скоро добродетель его, первая причина его славы, испытана блистательным образом. Высшее достоинство в великом государстве не в силах было поколебать его и совершенная доверенность его государя не могла ослабить в нем чистой веры. Но то, что составляло ве­личие его перед богом и царем, подало людям случай к козням против него, возбудило про­тив него зависть вельмож и подвергло его веру еще тягчайшим испытаниям: однако Даниил был непоколебим в своей добродетели, Даниил не престал молиться - и Господь Сам посрамил злобу врагов его.

Так диавол непрестанно ухищряется отвлечь нас от Бога, дабы мы прилепились к твари; счастлив тот, кто среди искушений усугубляет бдительность и молитву: он не погибнет, доколе не отступит от источника жизни!

Старец Елеазар и семь братьев Маккавеев

Иудеи, после пленения Вавилонского, были в зависимости сперва от Персидских, по­том от Македонских, после от Египетских ца­рей; напоследок они подпали под владычество царей Сирийских. Приходном из сих последних, Антиохе Епифане, они терпели жесточайшее гонение. - Он ограбил и осквернил храм Иеру­салимский, истреблял Священные книги, за­прещал Евреям праздновать субботу и прочие праздники и даже принуждал их оставлять веру отцов и поклоняться идолам, а тех, которые оставались непоколебимыми в вере и законе Бо- жием, предавал жестоким мучениям.

В это время жил благочестивый и мудрый старец Елеазар из почтенного сословия книж­ников. Он был взят язычниками и принуждаем вкусить пищу, запрещенную законом Божиим. Старец, предпочитая смерть жизни, куплен­ной нарушением закона, отказался, и, когда знавшие его умоляли только показать вид, что вкушает идоложертвенное мясо, отвечал им: «Недостойно преклонных лет моих лицемерие: юноши, видя девяностолетнего Елеазара, пре­ступающего закон, соблазнятся этим примером, и я, сохранив ненадолго мою жизнь, посрамлю старость свою. Что пользы теперь мне изба­виться от муки человеческой?— От руки Все­могущего я не избегу ни в жизни, ни по смерти. Если же я теперь умру мужественно, то явлюсь достойным своей старости и юношам подам добрый пример, как умирать ради закона Бо­жия». - Такая речь его еще более раздражила мучителей, и его твердость была увенчана вен­цом мученическим.

Примеру Елеазара последовали семь братьев, юные Маккавеи, вместе со своей матерью: му­читель заставлял их вкусить свиного мяса, во­преки закону Моисееву - но ни истязания бича­ми, ни другие мучения не могли поколебать их твердость. Старший из них сказал царю: «Чего хочешь ты от нас? - Мы готовы скорее умереть, нежели преступить отеческие законы». Раз­драженный Антиох повелел отрезать ему язык, содрать с него кожу и, отрубив руки и ноги, жарить его на раскаленной сковороде. Мать и братья его, смотря на его мучения, ободряли друг друга к мужественной смерти.

Когда первый испустил дыхание, повели на мучение и второго: содрав ему кожу с голо­вы, спросили его: хочет ли он исполнить волю царя? - Но отрекся и подвергся участи брата своего: он испустил дух, исповедуя свое упова­ние на Бога и надежду воскресения и живота вечного. При последнем издыхании, сказал он царю: «Ты отнимаешь у нас временную жизнь: но Царь мира нас, умирающих за Его закон, воскресит в воскресении живота вечного».

Третий на угрозы мучителя неустрашимо от­вечал: «От Бога получил я жйзнь - не страшусь мучений за Его закон: от Него надеюсь получить жизнь вечную». Царь и бывшие с ним удивля­лись твердости юноши, но ничто не могло поко­лебать их жестокости - и он был замучен.

Такой же участи подвергся и четвертый. При последнем издыхании, он обратился к царю и сказал ему: «Мы, убиваемые от человеков, воскресения чаем от Бога: Тебе же воскресения в жизнь вечную не будет».

Пятый, будучи предан мукам, воззрел на царя и сказал ему:

«Хотя ты облечен властью, но ты такой же смертный человек, как и мы: не думай, чтобы Бог нас оставил без защиты и тебя без наказа­ния. Ты некогда познаешь власть Его над со­бой, и гнев Его откроется на тебе самом и на всем роде твоем».

Шестой умирая, сказал царю: «Мы страж­дем и умираем за грехи наши: но ты, враг Бо­жий, не надейся остаться без наказания!»

Между тем, мать бестрепетно взирала на страдания сынов своих и каждого из них уве­щевала не изнемогать в вере отцов и мужествен­но идти на смерть. «Я не знаю, - говорила она, - как зачала вас во чреве моем; я не дала вам душу и жизнь, не я образовала ваши члены: но Творец мира, создавший род человеческий. - Не щадите своей жизни ради законов Его: Он паки оживотворит вас!» Антиох, испытав безуспеш­ность угроз и мучений, младшего из Маккавеев хотел лестью и обещаниями преклонить к идо­лопоклонству, с клятвой обещая осыпать его за это почестями: но юноша не колебался. Тогда мучитель повелел матери стараться советами своими склонить его к исполнению воли цар­ской. - Но она сказала сыну своему: «Сын мой! Сжалься надо мной, носившей тебя в чреве сво­ем, питавшей тебя молоком своим и с такими заботами воспитавшую тебя до сего возраста! .Воззри на небо, на землю и на все, что их на­полняет, - все это и род человеческий сотворе­ны из ничего Богом: не отрекайся от него ради мук, но умри бестрепетно и яви себя достой­ным братьев твоих, чтобы я тебя вместе с ними сподобилась встретить в селениях вечной радо­сти». Едва она успела это сказать, как юноша обратился к мучителям и сказал им: «Чего вы ждете? - Я не слушаю повеления царева, но по­винуюсь закону, данному отцам нашим через Моисея. - Но ты, причинивший столько зла народу Иудейскому и поднявший руку на рабов Господних, не избегнешь гнева Божия. Братья наши, по кратковременных страданиях, по­лучили живот вечный, по обетованию Божию: а ты, по праведному суду Божию, будешь на­казан за твою гордыню. Подобно братьям моим, я предаю душу и тело мое за отеческие законы, призывая милость Божию на Израиля: а ты не­когда страданиями и терзаниями приведен бу­дешь в сознание и исповедуешь, что Бог един есть. Я с братьями моими понесу на себе гнев Вседержителя, на весь народ наш». Слыша это, царь пришел в ярость и повелел предать отрока лютейшим мучениям.

За сынами последовала и доблестная мать их.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Благословен Бог и Отец Господа нашего Ии­суса Христа, иже по мнозей Своей милости порождей нас во упование живо воскресением Иисус Христовым от мертвых, в наследие нетленно и нескверно и неувядаемо, соблюдено на небесех вас ради (I Петр. I. 3-4). И в Ветхом Завете надежда воскресения и вечной жизни сияла, как лучезарная звезда: а мы непоколе­бимое утешение и залог ее имеем в воскресении Иисуса Христа. Блажен, кто в ней ищет утеше­ния среди трудностей и скорбей, отрады и одо­брения в подвигах самоотвержения, защиты от страха смерти. Жалки мнимые счастливцы мира сего, живущие без упования вечной жиз­ни и в одних благах и утехах скоропреходящих и непостоянных ищущие удовлетворения жела­ниям души, созданной для бессмертия!

ИЗБРАННЫЕ МЕСТА ИЗ СВЯЩЕННОЙ ИСТОРИИ НОВОГО ЗАВЕТА

Св. Дева Мария посещает Елисавету

(Ев. От Луки гл 1. стр. 39 и далее)

Благословенная и Непорочная Дева Мария, вскоре по зачатии от Святаго Духа, нося в своей чистой утробе вочеловечившегося Сына Божия «Воставши, с поспешностью пошла в на­горную страну, в город Иудин. И вошла в дом Захариин и приветствовала Елисавету., Когда Елисавета услышала приветствие Мариино; то взыгрался младенец во чреве её; и Елисавета ис­полнилась Духа Святаго, и воскликнула гром­ким голосом, и сказала: благословенна ты в же­нах, и благословен плод чрева твоего. И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне? Ибо когда дошел голос приветствия твое­го до ушей моих: тогда взыгрался младенец ра­достно во чреве моём. И блаженна поверившая; потому что сказанное ей от Господа исполнится. Тогда Мария выражая перед своею родствен­ницею чувства смирения и благодарности, наполнявшие Её пресвятое сердце, сказала: «Величит душа моя Господа; И возрадовался дух мой о Боге Спасителе моем; Что призрел Он на смирение рабы Своей; ибо отныне блаженною нарекут меня все племена, Что сотворил мне ве­личие Сильный; и свято имя Его; И милость Его в роды родов боящимся Его. Явил силу мыш­цы Своей; расточил горделивых в помышлени­ях сердец их. Низложил сильных с престолов и вознёс смиренных. Алчущих исполнил благ и богатящихся отпустил ни с чем. Восприял Из­раиля, раба Своего, да помянет милость, (как говорил отцам нашим), к Аврааму и семени его до века. - Мария, пробывши у Елисаветы около трех месяцев, возвратилась в дом свой.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Пример нашего Господа, равно как пример Святыя Девы и апостолов, доказывает нам, го­ворит один просвещеннейший Богослов, что нет состояния совершеннее того, где жизнь внешняя освящается жизнью внутренней. Живущие таким образом никогда не теряют из виду Бога среди занятий внешних; они всег­да имеют пищу на небе,-как Ангел, сопрово­ждавший Товию на земле.

Мария, не тщеславясь высоким достоин­ством, до которого она была вознесена, и не смотря на трудности пути, предупреждает свою родственницу Елисавету и идет повидать­ся с ней из одной любви. О сколько благода­ти и благословений излилось на дом Захарии, когда Пресвятая Дева вошла в него! Ежели Авраам получил столько благодати, приняв в своем доме трёх Ангелов, ежели Иаков при­нёс столько благословений Лавану, язычни­ку и идолопоклоннику; ежели Лот избавлен от пламени Содомского, дав ночлег двум Анге­лам, ежели Пророк Илия наполнил елеем со­суды бедной вдовы; ежели Елисей воскресил сына Соманитянки; наконец, ежели ковчег за­вета, когда Аведдар дал ему пристанище в сво­ём доме, был для него источником милостей небесных; то как же велики и многообразны поэтому были милости и благословения, ис­полнившие дом Захарии, когда он принял Ал- гела великого совета, истинного Иакова, Бо­жественного Пророка, истинный ковчег завета, нашего Спасителя, находившегося во чреве Его Божественной Матери?

Между тем, как чудесная благодать, соеди­ненная с посещением Марии, дает нам прови­деть, чего мы можем ожидать от неба при её ходатайстве: Святый Дух устами Елисаветы научает нас, как мы должны прославлять и мо­лить Её. Эта святая жена называет блаженной великую Деву, не за иное что, а только за дары, Ею полученные от Бога и за те Святые располо­жения, с какими Она прияла их, и не расточа­ет светских приветствий, которых предметом бывают только преходящие выгоды и тленные земные блага. «Блаженна поверившая!» Бла­женны также, восклицает Святый Амвросий, все вы, слышашие и верующие; ибо всякая душа, имеющая живую веру, зачинает также и рождает духовно Слово Божие, и в смирении признает Его дела чудные. Мария, слыша по­хвалы своей родственйицы, сходит в глубину своего ничтожества, и приписывая Богу все дары благодати, пребывающей в Ней, выра­жает свою любовь, благодарность и смирение удивительной песнью, которую Церковь еже­дневно повторяет на утрени. В сей песни, видна возвышенность чувствований, мыслей и сло­га, превосходящая писания древних Пророков. Святая Дева восхваляет в ней Бога за Его беско­нечные милости и Ему воздает всю славу. В вос­торге радости Она поклоняется своему Спасите­лю, благоволившему призреть на Её смирение. Хотя все народы должны называть Её блажен­ною, Она говорит, что удел Её - одно уничиже­ние, и что тайна совершающаяся в ней, дока­зывает только всемогущество и благость Бога, Который никогда не переставал и не перестанет покровительствовать народу Своему и пещись о доставлении ему обладания великими блага­ми, обещанными верным.

Потщимся и мы, по примеру Пресв. Девы Марии, освящать наши свидания и беседы, слу­жащие для многих Христиан поводом к столь­ким грехам; будем, подобно Ей, убегать всех разговоров, чуждых святости, пустых и бес­полезных. Если дух наш нуждается в отдохно­вении, постараемся, сколько возможно, что­бы наши беседы служили к соделанию нас бо­лее добродетельными или, по крайней мере, к умножению наших познаний и средств делать добро. Изгоним эти ребячества, унижающие и стесняющие душу. Будем скромны: в обще­стве нет ничего несноснее этих беспрестанных говорунов, которые не могут удержать своего, часто разглашают то, о чём гораздо лучше бы было молчать, высказывают свои мысли, не дав им времени прийти в должный порядок в голо­ве, и, одним словом, имеют талант надоедать всем, становясь сами смешными. От скольких ошибок и неприятностей избавились бы мы, если бы имели счастливую привычку владеть собой и быть осторожными в словах!

Рождество Господа нашего Иисуса Христа

( Ев. От Луки гл. 11)

"В те дни вышло от Кесаря Августа пове­ление сделать перепись по всей земле, подвластной Римской Империи. Сия перепись была первая в правление Квириния Сирией. И пошли все вписываться, каждый в свой го­род. Пошел также и Иосиф из Галилеи, из го­рода Назарета, в Иудею, в город Давидов, на­зываемый Вифлеем (потому что был из дома и рода Давидова), вписаться с Мариею, обру­ченною ему женою, которая была беременна. В бытность их там наступило время родить Ей. И родила Сына своего первенца и единородно­го, и спеленала Его, и положила Его в ясли; по­тому что не было им места в гостинице».

«В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим. Ангел сказал им: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всему народу; Ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Ко­торый есть Христос Господь. И вот вам знаме­ние: вы найдёте Младенца в пеленах, лежащего в яслях. И внезапно явилось с Ангелом много­численное воинство небесное, хвалящее Бога и взывающее: слава в вышних Богу, и на земли мир, к человекам благоволение».

«Пастухи, по отшествии от них Ангелов на небо, говорили между собой: пойдем в Виф­леем и посмотрим, что там случилось, о чем Господь возвестил нам. И пришли поспешно, и нашли Марию и Иосифа, и Младенца, лежаще­го в яслях. Увидев же, рассказали то, что сказа­но им о Младенце сем. И все слышавшие диви­лись тому, что рассказывали им пастухи. А Ма­рия сохраняла все слова сии, слагая в сердце сво­ем. И возвратились пастухи, славя и хваля Бога за всё то, что слышали и видели, как им сказано было. По прошествие осмии дней, когда надле­жало обрезать (Младенца), дали Ему имя Иисус, наречённое Ангелом до зачатия Его во чреве».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Римская Империя никогда не была так об­ширна и могущественна, как при Цезаре Ав­густе. Так как самая большая и лучшая часть из трёх, тогда известных стран света, покори­лась власти Римлян, то они и называли себя владыками всей земли. Посему Август, желая с точностью знать силы и доходы Империи, ве­лел сделать перепись своим подданным и на­ложил на них поголовную подать, которая взыскивалась со всех. Для этого каждому долж­но было придти на родину, записаться в общие списки и заплатить за себя назначенную сумму. Сей Государь имел при этом, вероятно, только тщеславные и корыстные виды: но Божествен­ный Промысл устроил это так для того, что­бы Иосиф и Мария принуждены были придти в Вифлеем, и Мессия родился в том городе, в ко­тором, по предсказаниям Пророков, Он дол­жен был родиться. Как мысли Божии далеки от мыслей человеческих!.

Иосиф и Мария не нашли никого из своего колена, ни из своих родных, кто бы принял их в своем доме. Сильные земли имеют велико­лепные дворцы, самый бедный ремесленник живет в доме; а Господь и Владыка вселенной при Своём рождении не находит другого убе­жища от холода и суровости воздуха кроме вертепа. С самого Своего явления в мир, Боже­ственный Спаситель должен был испытать со стороны людей жестокость и презрение. И не богатым, не умным людям в Вифлееме Бог воз­вестил с самого начала рождение Своего Сына: гордость, скупость и изнеженность послужи­ли бы сильным препятствием к тому, чтоб идти поклониться обнищавшему, страждуще­му и уничиженному. Прежде всего возвещено было об Иисусе Христе пастухам, людям бед­ным, низким и привыкшим к работе: они то были способнее других к тому, чтобы простою и пламенной верой принять тайны религии, которые Бог благоволит открывать людям ма­лым и скрывает от великих.

Слава Богу и мир - людям! Сии два слова со­ставляют высокое значение всех тайн в деле ис­купления рода человеческого. Все Божествен­ные совершенства, могущество, премудрость, благость, правосудие являются здесь в самом ясном свете. Иисус Христос рождается, чтобы примирить мир со Своим Отцом, воздавая Богу славу, которую грех старался у Него похитить, рождается, чтобы вести брань с грехом и по­бедить его, связать диавола, покорить плоть духу и соединить воли человеческие между со­бой и с волей Божией; следовательно, Ангелы достойно и праведно воспели сию песнь радо­сти и счастия: Слава Богу! Мир — людям! Сла­ва Богу, отмщающему прощением! Мир людям, послушным учению и благодати Спасителя. Научимся у пастырей не пренебрегать внуше­ниями Божественными; подобно им будем по­ощрять друг друга и назидательными словами и добрыми делами, с верностью соответствовать действию благодати. Если иногда в совершении дел благочестия не находим мы тех утешений, какие надеялись найти; то это от того, что мы не совершали их с усердием и готовностью, при­мер которых подают нам здесь пастыри.

Не распространяясь о силах Божественно­го Имени Иисуса, пред Которым преклоня­ется всякое колено небесных, земных и пре­исподних, заметим однако же, что, быв соб­ственным именем Спасителя, оно подает повод возражению, почему Иисус Христос не назывался Еммануилом, как предсказывал Пророк Исайя. Враги религии, как-то Иу­деи, язычники, древние еретики, ставили ей в упрек сие мнимое противоречие, между тем, нет ничего легче, объяснить сие. Имя Еммануил было предсказано не как собственное имя Иисуса Христа, но как имя, означавшее, чем должен быть Иисус Христос, и действительно, поелику Он был в одно время и Бог и человек и обращался с людьми, то Он воистину был Еммануил, то есть: с нами Бог. Подобным об­разом, тот же Исайя говорил: и нарицается имя Его: Чуден Советник, Бог крепкий, Князь мира, Отец будущего века; это не значит, будто каждое из сих имен должно быть Его собствен­ным именем, но показывает только то, что Он будет всем, что означают имена сии, и что каж­дое из них Ему прилично.

Поклонение волхвов

(Матф. 2, 1-12)

Когда Иисус родился в Вифлееме Иудейском, во дни Царя Ирода: пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где новорождённый Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке, и пришли поклониться Ему. Услы­шав сие, Царь Ирод смутился, и весь Иеруса­лим с ним. И собравши всех первосвященни­ков и книжников из народа, спрашивал у них: где должно родиться Христу? Они сказали ему: в Вифлееме Иудейском; ибо у Пророка написа­но так: И ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше главных городов Иудиных; ибо из тебя изыдет вождь, который упасёт народ Мой, Из­раиля. Тогда Ирод, тайно призвав волхвов, вы­ведал от них время явления звезды. И послал их в Вифлеем, сказал: подите, и тщательно раз­ведайте о младенце; и когда найдёте Его, изве­стите меня, чтобы и я пошёл поклониться Ему. Они, выслушав Царя, пошли: и се звезда, кото­рую видели они на востоке, шла пред ними; как, наконец, пришла и остановилась над местом, где был Младенец. Увидев же звезду остановив­шуюся, они возрадовались весьма великою ра­достью. Вошли в дом, увидели Младенца с Ма­терью Его Мариею, и падши поклонились Ему; и открыв свои сокровища, поднесли Ему дары: золото, ладан и смирну. И получив во сне пове­ление, не возвращаться к Ироду, - иным путём отправились в страну свою.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Думают вообще, хотя и без совершенной достоверности, что Волхвы, о которых пове­ствует Евангелие, были люди, возвышавшиеся над другими по своей власти и по своим позна­ниям: предание, основанное, кажется, на числе принесённых ими даров, полагает, что их было трое; качество сих даров подало повод думать, что волхвы пришли из Аравии.

Можно делать только догадки о свойстве явившейся им звезды, о стране неба, где они её видели, и о том, как она направляла их путь. Вот что говорят о сем с большею вероятностью. Это была неистинная звезда, но похожий на звезду метеор, с блеском гораздо более ярким, нежели у обыкновенных звёзд, потому что он не был по­мрачаем светом дня. Они видели звезду над Иу- деею: ибо как она могла внушить им мысль о рождении Царя Иудейского, если бы они виде­ли её над страною, в которой сами жили? И про­рочество предвозвещавшее: возсияет звезда от Иакова (Числ. 24, 17), могло ли относиться к звезде, явившейся внезапно над Аравией? Стоя над Иудеею, эта звезда одним своим положением служила им руководительницею. Достигнув Ие­русалима, они перестали видеть её. Если можно думать, что Бог повелел ей исчезнуть из виду, дабы испытать веру их, то можно сказать ещё, что Провидение сделало так для того, чтобы Иудеи от волхвов узнали о рождении мессии, а волхвы от Иудеев о месте, где должен родиться Мессия и о согласии пророчеств с чудным знаме­нием, привлекшим их.

Мы призваны подобно волхвам: светильник веры сияет пред очами нашими: да управит Он путь наш к тому духовному Вифлеему, где мо­жем мы поклониться Спасителю нашему ду­хом и истиною и принести Ему в дар самих себя. Волхвы пошли, как скоро увидели звезду: та­кая верность должна быть образцом для верую­щих в продолжение всех веков. «Легко, - гово­рит по сему случаю Св. Иоанн Златоуст, - лег­ко следовать движению Благодати, когда это ничего не стоит для природы, и повиноваться внушению Божию, когда не встречается ника­кого препятствия со стороны мира. Достоинство веры и мудрости Христианской состоит в том, чтобы отказаться когда нужно, даже от того, что любишь со всею нежностью, оставлять свои привычки, прерывать свои связи, лишаться вы­год и удовольствий жизни и принуждать себя насильно, без чего нельзя достигнуть Царствия Божия». Пойдём же и мы в след сих блажен­ных странников так же мужественно, как они. Выйдем из тех богатых стран, в которых живёт мир вдали от Иисуса Христа; поспешим к яслям, чего бы это нам не стоило, дабы удостоиться ви­деть там нашего Божественнаго Владыку. Не устрашимся трудностей пути: если бы Волхвы не решились оставить свою отчизну; то они не ведали бы ничего, кроме звезды, не имели бы несказанного утешения видеть Солнце правды и созерцать Спасителя. Итак, будем мужаться, оставим суеты мирские, пойдём в путь, потечём с радостью к дому, где возлежит Божественный Младенец. Если люди и стихии вооружаться против нашей веры и станут противиться ис­полнению столь святаго долга, не попустим бла­гочестивому усердию охладеть в душах наших. Только с мужественною верою можно восторже­ствовать над всеми препятствиями. Волхвы из­бегли сетей, расставленных Иродом, только после того, как уже насладились созерцанием Божественнаго Младенца, и едва удовлетвори­ли они движению сердца своего, как в нём во­царился мир, и тогда уже не сияние звезды, но голос Ангела стал управлять путём их. Итак, убежим от мира сего, где царствует беспорядок, где беспрестанно можно подвергнуться пустому обаянию лжи и обмана, и укроемся во святый град, где всё спокойно и где питаются хлебом небесным. Будешь ли ты простой пастух, ты бу­дешь допущен зреть там Иисуса. Будешь ли ты царь, украшенный порфирою и посвящённый во все тайны науки, если ты не придёшь туда воз­дать честь Божественному Младенцу, весь блеск твоего достоинства и все твои знания не спасут тебя. Впрочем, бойся того, чтобы иметь малей­шее сходство с нечестивым Иродом, который спрашивал о том, куда пойти поклониться Ему в яслях, с тайным намерением погубить Его, та­ковы люди, рабы любви своей к богатству, по­честям и удовольствиям, воспитывающие в са­мих себе исполненного зависти к Иисусу Христу тирана, которому невозможно соединиться со Христом. На них походят все те, которые, возда­вав внешним образом почтение Иисусу Христу и принося молитву только устами, делами свои­ми противоречат вере Христианской.

Относительно даров, принесённых Волх­вами, примем изъяснение, которое препода­ют Отцы Церкви, и которое одобряет Церковь: приносят Иисусу золото, как царю; приносят ладан, чтя Его Божество, и смирну, воздавая честь его человечеству. Если вы богаты, повер­гните золото ваше к стопам Его: а давать Иису­су значит раздавать в руки бедных. При виде сих странников, пришедших издалека узреть Его в колыбели, вы останетесь без оправдания, вы, боящиеся сделать шаг, дабы приблизиться к больному или несчастному, страдающему без помощи в нужде и скорби.

Сретение Господне

(Лук. 2, 22 и след.)

А когда исполнились дни очищения Марии, по закону Моисееву; тогда принесли Мла­денца Иисуса в Иерусалим, чтобы представить пред Господа, как предписано в законе Господ­нем, чтобы всякий младенец мужеского пола, разверзающий ложесна, был посвящаем Госпо­ду (Исх. 13, 2); и чтобы принести жертву, по ска­занному в законе Господнем, две горлицы или двух птенцов голубиных. Тогда был в Иерусали­ме некто, именем Симеон, человек праведный и благочестивый, чающий утешения Израиле- ва, и Дух Святый был на нём. Ему было пред­сказано Духом Святым, что он не увидит смер­ти, пока не увидит Христа Господня. Он пришёл по внушению Духа в храм: и когда родители принесли младенца Иисуса, чтобы совершить над Ним законный обряд; то он взял Его на руки свои и благословил Бога, и сказал: ныне отпу- щаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром; ибо видели очи мои спасение Твоё, ко­торое Ты уготовал пред лицеем всех народов, свет к просвещению язычников, и славу народа Твоего Израиля. Иосиф же и Матерь Его диви­лись сказанному о Нём. И благословил их Симе­он, и сказал Марии, Матери Его: се лежит Сей на падение и на восстание многим во Израиле, и в предмет противоречий, (даже и Тебе Самой пройдёт меч душу), да откроются помышления многих сердец. Тут была также Анна пророчица, дочь Фануилова, от колена Асирова, достигшая глубокой старости, прожив с мужем от девства своего семь лет, вдова лет осьмидесяти четырех, которая не отходила от храма, постом и молит­вою служа Богу день и ночь. И она, в то время, подошедши, восхваляла Господа и говорила о Нём всем чающим избавления.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Есть обстоятельства, в которых, хотя закон и не обязывает сам собою, должно, однако же, исполнить его в точности, частью для того, что­бы не соблазнить ближнего, частью, чтобы по­дать ему назидание, таково было поведение Ма­рии особенно в случае принесения божествен- наго младенца Иисуса в храм. Должно заметить здесь два различные закона: один обязывал женщин приходить в храм по истечении извест­ного числа дней после их родов для очищения; другой предписывал приносить Господу всякого первенца мужеского пола. Сии законы не отно­сились ни к Иисусу, ни к Марии. Иисус Христос, как Бог, был выше всего закона: но поелику Он добровольно подчинил Себя исполнению зако­на Моисеева, то, как первенец, не мог не испол­нить Его. Закон очищения имел целью очистить осуждаемую законом нечистоту женщин, навле­каемую чадорождением, Мария, соделавшись матерью, не перестала быть чистейшею девою, и потому не подлежала сему закону; но Её со­вершенная чистота была тайною, которой над­лежало ещё остаться неведомою. Поэтому Она не могла оставить Общую обязанность, не пока­завшись как бы нарушительницею закона, т. е. не подавши соблазна; в сем случае повиновение закону было для Неё обязанностью любви.

Когда Иисус Христос был принесён в храм, там находились лица из всякого сословия: но Он допустил узнать Себя только Симео­ну и Анне по причине святых расположений души, которые обрёл в них. Из этого мно­жества верных, посещающих наши Церкви, сколь не многие ощущают там присутствие Иисуса Христа и покланяются Ему как долж­но! Ветхозаветные праведники жили с верою, в чаянии утешения Израилева, и взирали на время, когда должно было придти Мессии не низким и плотским образом, как народ Иу­дейский вообще, но образом духовным и до­стойным истинных чад Авраама, которые непрестанно духом и сердцем помышляли о вечно пребывающем граде, коему художник и строитель есть Сам Бог (Евр. 11, 10).

Драгоценна минута, когда Св. Старец Си­меон имел счастие держать на руках своих Бога своего! А христианин, при святой трапе­зе, пользуется ещё большею благодатию. «По благодати, - говорит Ориген, - какую получи­ла жена Евангельская, прикоснувшись к краю ризы Иисуса Христа, можно судить, как вели­ка была благодать, которую получил Симеон, держа на своих руках Самого Иисуса Христа и объем ля Его живою верою! После того, как узрел он Спасителя всех народов, мы видим, что он, совершенно исполненный Духа Божия, не помышляет уже ни о чем, относящемся к жизни настоящей и готов умереть с неизре­ченной радостью. Бог, по Своей премудрости, определил даровать с сего времени даже на­родам языческим надежду спасения; надеж­ду, которую Он действительно начал приво­дить в исполнение чрез призвание^ Волхвов, и которую вначале скрыл от Апостолов только для того, чтоб исполнить обетования, данные Израилю и относившиеся прежде всего к пле­мени Авраама. Иудеи были первые призваны, по этому-то и говорит Симеон, что Иисус Хри­стос есть слава народа Израильского, видев­шего Его рождение по плоти из рода царей Из­раильских. Но Св. Иоанн говорит, что Боже­ственный Спаситель, пришедши к своим, не был ими узнан; и так, в следствие их неблаго­дарности и неверия, Божие милосердие скорее озарило очи язычников светом жизни, осве­щавшем сначала Иудеев.

Иосиф назван отцом Иисуса Христа, частью потому, что в качестве обручника святой Его Матери он мог быть так назван гораздо спра­ведливее, чем те, которые в прежние времена назывались отцами детей, ими усыновлённых; частью потому, что, по общему мнению наро­да, он действительно почитался отцом Иисуса, ибо не пришло ещё время открыть всенарод­но тайну чудесного воплощения Сына Божия в чистой утробе Святой Девы. Отец и Мать Иисуса дивились сказанному о Нём! Но какие слова человеческие могли удивить сию Жену, благословенную паче всех жен, которой Ан­гел открыл так полно всю тайну воплощения Слова? Должно думать, что Мария не вдруг узнала все последствия этой великой тайны. Она знала, что Её Божественный Сын будет царствовать вечно над домом Иакова; но Ан­гел не сказал того, что объяснил Ей Симеон: что Иисус не только будет славою Израиля, но и светом язычников. Ангел также не сказал Ей, что этот Божественный Младенец лежит на падение и на восстание многих и в пред­мет противоречий многих людей. Наконец, Ангел не возвестил Ей, какое участие примет Она в Его страданиях. Иисус Христос только постепенно открывает нам тайны совершен­ной жизни. Потщимся, подобно Марии, быть внимательными к малейшим внушениям Бла­годати; это самое верное средство достигнуть скорее полноты деятельного познания Иисуса Христа, Который есть верх святости.

Святое семейство

(Ев. от Луки гл.II.)

Когда Иосиф и Мария совершили по Зако­ну Господню всё, относящееся к представ­лению Иисуса в храме: то они возвратились в Галилею, в город свой Назарет. Младенец же возрастал и укрепился духом, исполнился пре- мудростию, и благодать Божия была на Нём.


НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

При виде Божественного Младенца Иису­са на руках Марии, в сопровождении Иосифа, верующий не знает, чему более удивляться, величию ли Бога, которое ежеминутно, днём и ночью возвещает нам вся природа, или уни­чижённому состоянию, в какое Он благоволил облечься, вочеловечившись и соделавшись при­частным слабостей и немощей младенческих.

Ещё замечательное явление. Священное Писание ничего не говорит нам о младенчестве Иисуса; и между тем, в последствии веков, что могло бы быть занимательнее самых обстоя­тельных подробностей жизни столь драгоцен­ной? Когда родится сын Государя, весь двор находится в движении: в нем замечают всё, за­поминают его первые слова, рассматривают его детские движения и по ним стараются угадать, чего должно надеяться в будущем для государ­ства. Отчего же происходит совершенное мол­чание о первых летах Того, Кто долженствовал устроить счастие всей вселенной? Человек мир­ской видит здесь непроницаемую тайну; чело­век Божий, человек внутренний, и только он один, может извлечь отсюда великий урок.

Иисус Христос всегда был совершенным че­ловеком - не только в первые дни Своей жизни, но и тогда, как находился в девственном чреве Своей Пресвятой Матери. Эту истину легко по­нять, если отдельно рассмотрим в Иисусе Хри­сте Его Божество, душу и тело.

По своему Божеству Он никогда не был младенцем, хотя был Единородным Сыном Бога, Отца Своего, потому никогда не начинал жить: правда, Он имеет происхождение, но не имеет начала во времени, потому что так же вечен, как и Отец Его.

По Своей душе, действительно Он начал су­ществовать с минуты зачатия во чреве Девы, Его Матери. Но в ту минуту, как была сотворена Его душа, чудом Божественного всемогущества, чу­дом, в котором участвовал Он сам вместе с Отцом и Святым Духом, она была столь же совершенна, как и ныне; ей даровано полное употребление разума, - она была преполнена всеми дарами Благодати, озарена полнотою света сверхъесте­ственного и естественного, обогащена всеми до­бродетелями, объята самой совершенной любо­вью к Богу. Итак, Иисус Христос еще до Своего рождения был совершенным человеком по слову Пророка Иеремии: жена окружит мужа.

Но по телу Своему Он действительно был младенцем и походил на других младенцев; в чём и видна Его дивная любовь к нам. В са­мом деле, представьте себе, как вечное Слово, сильное сотворить из ничтожнства тысячи ми­ров, соединённое с сею великою душою, которая одна имела более разума и силы, нежели все Ан­гелы и человеки, соединяется ещё с сим малым телом, которому Воплотившийся мог бы в одно мгновение ока дать все совершенства, раскрыв­шиеся в Нём с годами, и которое, однако ж, Он принял во всей его слабости, потому что Сло­во, со делавшись плотью, дабы принять на Себя все немощи нашего естества, благоволило ожи­дать медленного и неприметного возрастания, свойственного нашей природе. Сын Божий пре­доставил телу Своему расти нечувствительно, не придавая ни членам Своим более сил, чтобы мог­ли они скорее вполне возрасти, ни языку Своему более подвижности, для скорейшего глаголания, ни ногам Своим более твердости для хождения, ни рукам более крепости для действования ими; Он был как простой младенец, подобный всем другим. О Боже, как глубоко это смирение Тво­ей бесконечной мудрости, что Ты благоволил подчинить Себя слабостям и недостаткам мла­денчества! О Божественное Слово, до какой сте­пени Ты снизошло из любви к нам!

Но надлежало ли, чтобы Всемогущий Бог, дающий всякому живому существу пищу, Сам должен был питаться млеком Своей Матери? Нужно ли было, чтобы сия Преблагословенная Матерь приготовляла Ему детскую пищу и за­ставляла употреблять её, чтобы Она утешала Его разными ласками, и, наконец, принимала о Нём все прочие попечения, в которых нужда­ются вообще все дети, не имеющие ещё разу­ма? Бесконечная премудрость имела ли в этом нужду? Или лучше, как могла она принять сии детские утешения, лишние для человека в более зрелых летах?

Какое восхитительное зрелище! Бог Младе­нец, Бог отлагающий на время всемогущество Своего Божества и всё величие души, чтобы оставить естество телесное в том же состоянии, в каком находятся все дети; Бог, подчиняю­щийся всем нуждам этого столь нежного возрас­та. О Пречистая Мария! Какая слава для Тебя!

Ах! Без сомнения Пресвятая Дева, знавшая до­стоинство сего Божественного Младенца, ис­полняла все обязанности в отношении к Нему, как самая лучшая мать. Как постыждает Она Своим примером тех забывающих побуждения природы, или безрассудных матерей, которые, часто без всякой благовидной причины, торо­пятся сложить с себя на других заботу кормить грудью и воспитывать их детей. Святый Иосиф удостоился славы быть споспешником Марии в том высоком служении, чтобы питать и хра­нить истинного Сына Божия: в поте лица своего, трудами рук своих он содействовал к этой цели несколько лет. О великий Святый! Какое было для души твоей наслаждение давать хлеб Тому, Кто Своим промыслом питает и хранит всю сию великую вселенную.

Счастливы мы, Христиане, могущие в раз­ных видах исполнять в отношении к Боже­ственному Младенцу Иисусу обязанности, подобные тем трогательным обязанностям, которые исполнять призваны были Иосиф и Мария. Постараемся посредством пламен- ноусердного приобщения Святых Тайн удо­стоиться того, чтобы Иисус более и более жил и действовал в наших сердцах; постараемся добрым примером своей жизни содействовать и к тому, чтобы Он обитал в сердцах наших братьев; будем поддерживать, руководство­вать, утешать страждущих, заблуждающихся и погибших членов Его благочестивыми мило­стынями, мудрыми советами и словами мира: так, поистине, можно достигнуть той славы, чтобы, подобно Иосифу и Марии, наречься ма­терью и хранителем Спасителя.

Бегство в Египет

(Ев. от Матфея И. 13-15)


По отшествии волхвов, се, Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: возьми Младенца И Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе; ибо Ирод станет ис­кать Младенца, чтобы погубить Его»

«Иосиф встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и отправился в Египет. И был там до смерти Ирода; да сбудется речённое от Госпо­да, чрез Пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Упомянем теперь о суетном, неоснователь­ном упрёке, который Цельс, а впоследствии, и другие распространители нечестия, делали Господу Иисусу касательно Его бегства в Еги­пет: «Какая была нужда Тебе переселяться в младенчестве? Боязнь ли умереть? Но страх смерти должен ли проникать в душу Бога? Вот сшедший с неба Ангел велит бежать Тебе и Тво­им ближним, спасаться от общей опасности; но разве Бог не мог избавить Тебя от неё, когда по любви к Тебе Он посылал уже неоднократно своих Ангелов?» Цельс говорит, как человек, не признающий решительно ничего божествен­ного в теле и душе Иисуса. Но мы веруем, что в Нём было и Божество и человечество: Он был Бог, Который, как Он Сам говорит, есть путь, истина и жизнь (Иоанн. XIV, 6); Он был и Че­ловек, как Сам Он свидетельствует другими словами: вы ищите убить Меня, человека сказавшаго вам истину, которую слышал от Бога (Иоанн. VIII, 40). Когда Сын Божий облекся человеческой плотью, то странно ли, что Он поступает как человек, то есть убегает от опас­ности? - Он мог избрать другие средства. Кто спорит против этого? Но надлежало ли рас­точать чудеса, когда достаточно было способов простых и естественных? Средства необыкно­венные и разительные не всегда согласовались с Его намерением явить миру, что сей, види­мый людьми, человек, есть Слово Божие, Бо­жия Сила и Премудрость, Христос, Сын Бо­жий. (Ор. прот. Цельса кн.1)

«Удивляются, — говорит Иоанн Златоуст (Бес. 8. на Ев. от Матфея), - что Бог не спас сего Младенца от ярости Ирода иным способом, как только повелел Ему бежать с Матерью в Египет. Но сим-то кажущимся бессилием Сын Божий начинает действовать сообразно с божествен­ным устроением тайны Его воплощения. Ибо, если бы Он всегда действовал как Бог, во всем величии Своего могущества, то осмелившиеся представить Его воплощение басней ещё с го­раздо большей дерзостью стали бы отрицать то, что Он некогда восприял плоть нашу. Итак, Он убегает не по действию страха человече­ского, но по Божественной Премудрости; не по необходимости, но по произволению. И при­чиной бегства в Египет было то же самое мило­сердие, которое позднее побудило Его приять крест и принесть Себя на нём в очистительную жертву для нашего спасения».

Сверх того, это распоряжение Божественно­го Промысла касательно Иисуса Младенца не только славно для Бога, но и полезно для челове­ка, который через размышление об оном может найти здесь утешение в неприятностях и под­крепление в гонениях, которые всегда предстоят Церкви, её служителям и Святым. Так Св. Ио­сиф, праведный человек, верный раб Божий, ни­каких человеческих умствований не противопо­ставляет повелению, которое дано ему свыше; он не взирает ни на опасности, ни на трудности про­должительного странствования; он повинуется Господу и Ему предоставляет всё попечение о его путеводительстве. Если мы удивляемся, видя, как Иудея изгоняет Иисуса Христа, то не менее подивимся тому, как Египет даёт Ему убежище от гонителей Его. Притом вспомним, что Бог как в сынах Патриархов предначертал преобразо­вания будущего, так и в жизни Иисуса Христа - судьбу Церкви. Таким образом, спасение языч­ников, призванных к вере вследствие неверия Иудеев, было ясно прообразовано этим бегством Спасителя, гонимого из Иудеи и укрываемого среди язычников. Дабы некоторым образом при­готовить неверных к благодати Евангелия, Сын Божий вышел из владений Ирода, своего гоните­ля, и своим убежищем избирает царство самых суеверных язычников. Так объясняется столь известное падение идолов при вступлении Бо­жественного Младенца в Египет, по пророчеству Исаии: придет во Египет и потрясутся рук&т- воренная Египетская от лица Его (Ис.ХГХ, 1). Присовокупим к сему еще, что преизобильная благодать, озарившая Египет во времена Св. Ан­тония, Пахомия, Иллариона и стольких других пустынников, живших там жизнью Ангельскою, есть действие Божественного благословения, принесённого Иисусом, когда приходил Он туда укрыться от ярости Иродовой.

Сколько времени Иисус пробыл в Египте? Мнения об этом довольно различны; для нас довольно знать, что Он оставался там дотоле, пока продолжалась опасность. Одна из предо­сторожностей, которую наставники, писавшие о подвигах внутренней жизни, и опытные отцы духовные внушают истинно кающимся, состо­ит в том, чтобы убегать случаев, бывших или могущих быть, по их мнению, вредными, мест, лиц, предметов, удовольствий, возбуждавших или могущих возбудить в них греховные склон­ности. Это не только простой совет, но непре­менная обязанность, без которой ни грешник не может надеяться исправления, ни праведник твёрдого стояния в добре. Сердце не отрешилось от греха, пока придерживается ещё случаев, по­дававших или могущих подать повод к его па­дению; и если не зависит от него не встречать­ся с ними, он, по крайней мере, властен не ис­кать их и удаляться от них. Христианин, опыт­но дознавший свою слабость, должен бояться малейшей опасности; предметы, совершенно невинные для других, не таковы для него. Свя­тый Дух предупреждает нас, что любящий опасность, погибнет от неё (Сир. III, 26). (Екл. III. 27). Иисус Христос учит нас вырвать глаз и отрезать руку, если они соблазняют нас, то есть не допускать до себя случаев, приводящих к греху (Мф. V, 29).

Иисус, Мария и Иосиф живут в Египте до того времени, когда Господь повелел Им от­туда выйти; и, живя среди мерзостей языче­ства, тем не менее, они пребывают верны Богу. А мы нередко жалуемся на свое состояние, должность и воображаем, будто при них нель­зя хорошо служить Богу: опасное заблужде­ние! Состояние, в котором лучше всего можем мы стараться о святой жизни, есть именно то, на какое поставил нас Бог. Его благодать освя­щает нас, и Он умеет соразмерить её с нашими различными состояниями и обязанностями общественными. Нередко в миру спасается тот, кто погиб бы в монастыре.

Избиение младенцев

(Матф. 2, 16-18)

Ирод, увидя, что осмеян от волхвов, весь­ма разгневался и послал избить в Вифлее­ме и во всех пределах его всех детей мужеского пола, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов.

Тогда сбылось реченное Пророком Иере- миею, который говорит: глас в Раме слышан, плач и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не может утешиться; ибо нет их (Иер. 31, 15).

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Если бы Ирод не увлёкся гневом и укротился, говорит св. Иоанн Златоуст, то познал бы, что он предпринимает дело невозможное. Но душа бесчувственная не принимает врачевания, Бо­гом даруемого, сердце, управляемое мрачною и тиранскою страстью честолюбия, противится всему. Упорный в своём намерении, Ирод по­мышляет только об убийстве и в слепоте своей спешит низвергнуться в пропасть. Вполне объ­ятый гневом и завистью, как демон, он хочет какой бы то ни было ценой удовлетворить своей досаде и политическому опасению. Его ничто не останавливает. Природа немеет во глубине этого сердца, омрачённого неистовством; ненависть к волхвам излилась на невинные создания, и из­биением младенцев Ирод возобновил ужасное событие, которое некогда покрыло кровию Еги­пет. Он приказывает избить всех малолетних де­тей в Вифлееме и окрестностях его.

Как изобразить ужас этой страшной казни? Как начертать сии картины плача и жестоко­сти? Жалобные крики умирающих жертв, ры­дания отцов, матерей, смешанные со зверскими угрозами палачей; с одной стороны любовь упо­требляет усилия спасти плод чрева своего, вы­рывает из вооружённой руки воинов мечи, бро­сается под их удары, старается исторгнуть у них добычу с опасностью сделаться другою жертвою их бешенства; с другой, неистовые крики убийц, одной рукой отрывающий сына от груди матери, а другой - вонзающих нож в их внутренности, убивая за одно и сына и мать, и разом проливая кровь одного и другой! Как представить отчая­ние отцов, их стоны и мольбы о пощаде детей, обнимаемых ими в последний раз!

Бл. Иероним замечает, что Св. Писание на­зывает невинных младенцев, избиенных за Ии­суса Христа, детьми Рахили, потому что подле Вифлеема было поле, принадлежащее колену Вениаминову, на котором погребена была Ра­хиль, жена Иакова и мать Вениамина. Св. Иларий думает, что Рахиль, бывшая долго бесплод­ною, изображает в сем случае Церковь; равно как многочисленность невинных жертв Иродо­вой ярости прообразует множество мучеников, долженствовавших пролить кровь за Иисуса Христа. О Церкви, этой святой матери, бывшей столько веков бесплодною, впоследствии сде­лавшейся столь плодоносною в святых мучени­ках, воистину можно сказать, что она внимала их стонам, и во время их славных страданий, плакала не столько о смерти своих детей, сколь­ко о погибели убийц их. Мы все можем подра­жать удивительной любви сей святой матери; и будем подражать ей, если страшимся быть причиною её скорби. Не телесная смерть сильно огорчает её, но душевная. Она научилась от сво­его Божественного Жениха и от своих главных членов хвалиться в скорбях и страданиях, но она страшится соблазнов, умерщвляющих пред Богом тех, кого она любит, как нежная мать. Тронемся же тем, что её так глубоко смущает; будем чувствительны к её болезням. Станем избегать всего, что могло бы соблазнить братьев наших, и будем подобно Церкви, проливать слёзы только о грехе и его ужасных следствиях.

«Где, - восклицает Боссюет, - люди для под­крепления своей веры, желающие, чтобы язы­ческие истории того времени упоминали об этом злодействе Ирода, так же как и о других? Как буд-то наша вера должна зависеть от того, что Историки мира, по нерадению, или политиче­ским видам скажут или умолчат в своих исто­риях. Но оставим сии ничтожные мысли. Одни человеческие виды, если бы они были у Еванге­листа, могли бы воспрепятствовать ему лишить доверия своё Св. Евангелие описанием такого публичного дела, которое не было бы верно».

Но, спрашивают, для чего Бог допустил пре­ждевременную смерть сих младенцев? И обви­няют Его правосудие, не помешавшее такому гнусному убийству!

Бог допустил это убийство так же, как Он до­пускает и другие преступления людей, и как Он сносит хулы неверных, откладывая наказание дотоле, пока Ему угодно. Он мог бы сохранить Иисуса Христа другим образом; но есть ли ка­кое средство, против которого неверие не пред­ставило бы сомнений и упрёков? Скажем бо­лее, не в человеческой власти причинить кому- нибудь действительное зло. Бог попускает нам испытывать скорби частию для очищения на­ших грехов, частию для оставления нам случая к заслуге. Кто переносит их с мужественной покорностью, тот не только не терпит от них никакого зла, но ещё извлекает из них самые драгоценные выгоды. Младенцы, принесённые Иродом в жертву его кровавому властолюбию, разве несчастны тем, что умерли вместо Иисуса Христа? Не справедливее ли будет сравнить их с детьми высокого рода, служащими Царскому сыну, которых Иудея представила своему младенчествующему Царю, и которых Церковь во все века чтит и принимает за цвет мучеников».

Напрасно Ирод проливал потоки крови ужасным убийством: не подвергся ему Тот, Кого он хотел погубить. Он убил тысячи вместо одно­го; и Сей один, Кого хотел он схватить, спасся от него, и Его рождение получило от того ещё больше славы. Почему? Потому что написано: нет ни совета, ни мудрости против Господа. Таково было и таково всегда будет действие всех гонений на Иисуса Христа и на Его Церковь: Он и Церковь Его покажут бессилие властей зем­ных, исполнят пророчества, распространят по­знания истины, доставят вечное блаженство тем, кои будут их жертвами.

Иисус посреди учителей

(Лук. 2, 41-51)


Каждый год родители Его (Иисуса Хри­ста) хаживали в Иерусалим на праздник Пасхи. И когда Он был двенадцати лет, приш­ли они по обычаю в Иерусалим на праздник.

Когда же по окончании праздничных дней возвращались; остался отрок Иисус в Иеруса­лиме; и не заметили того Иосиф и Матерь Его; но думали, что Он идёт с другими. Прошедши же целый день, стали искать Его между род­ственниками и знакомыми. И не нашедши Его, пошли назад в Иерусалим, искать Его. Чрез три дня нашли Его в храме, сидящего посреди учителей, слушающего их, и вопрошающего их. Все, слушавшие Его, дивились разуму и от­ветам Его. И увидев Его, удивились; и Матерь Его сказала Ему: «Сын! Что Ты сделал с нами? Вот отец Твой и я с великою скорбью искали Тебя». Он сказал им: «Зачем было вам искать Меня? Или вы не знали, что Мне должно обра­щаться в том, что принадлежит Отцу Моему?» Но они не поняли слов, которые Он сказал им. И Он пошёл с ними, и пришёл в Назарет; и был в повиновении у них. И Матерь Его сохраняла все слова сии в сердце Своём.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Мужчины у Иудеев обязаны были прихо­дить в Иерусалим для жертвоприношения три раза в год: в Пасху, Пятидесятницу и празд­ник кущей, на основании следующего закона Моисеева: Три краты в лете да явится всяк мужеск пол твой пред Господом богом тво­им (Исх. 23, 17). Когда народ Божий размно­жился и был разделён на колена, невозможно было, чтобы все Палестинские жители прихо­дили в Иерусалим три раза в год и в одни и те же дни. Однако, хотя все, особенно отдалённые от Иерусалима, и не были обязаны к тому, но многие не переставали приходить туда по бла­гочестию. Так поступали святый Иосиф и свя­тая Дева в праздник Пасхи. Не довольно того, чтобы строго исполнять заповеди, надобно ещё, для упражнения в добродетели, совершать не­которые дела истинно благочестивые и одобря­емые Церковию, каково было в Ветхом Законе посещение храма Иерусалимского в дни празд­ников особенно посвящённых Господу.

Как только дети достигли возраста раскры­тия разумности, родители должны стараться водить их с собою в Церковь и в такие места, где они видели бы только примеры благоче­стия и добродетели, дабы приучать их носить иго Господне от юности (Плач Иереем. 3, 27). Что подумать о тех, которые стараются освобо­дить себя от воспитания своих детей, как толь­ко могут, и в воспитании их вполне полагаются на попечение людей, о правилах и вере которых они мало или вовсе ничего не знают!

Другие с некоторою заботливостью воспи­тывают при себе дитя, которое весьма может избаловаться от самого излишка их нежно­сти, - когда вместо того, чтобы стараться в мо­лодом и послушном сердце глубже посевать се­мена добродетели, мать в своей дочери или отец в сыне восхищаются часто первым проблеском рождающейся страсти, как собственным произ­ведением, и, не стараясь остановить её, потому только, что она принята развратом, или суе­тою века, занимаются средствами согревать её и поддерживать. Не будем же более удивляться, видя то детей, неприлично обходящихся с родителями и не имеющих к ним ни любви, ни уважения, - так как они их никогда не зна­ли: то молодых людей без благочестия и страха Божия, увлекаемых своими прихотями и при­чудами юного воображения, погружённых в ле­ность и врагов всякого честного занятия; им только для виду толковали первые начатки ре­лигии Христианской, но никогда не подавали примера воздержания и порядка; никогда не внушали желаний скромных и любви к тру­ду; и удивительно успели сделать из них детей испорченных и порочных. С самого рождения младенца Иисуса, Пресвятая Дева, Его Мать, никогда не оставляла Его, и нигде не говорится, чтоб Она водила Его куда-нибудь, кроме храма. Отцы и матери, научитесь отсюда, с каким вни­манием и с какими самопожертвованиями вы должны сами воспитывать и образовать детей своих, или, по крайней мере, вверять их только таким лицам, на благочестие и добродетели ко­торых вы могли бы совершенно положиться.

Иисус, зная, какое огорчение причинит Он Марии и Иосифу Своим отсутствием, не мог не чувствовать сего; но Он хотел научить нас, что когда надобно следовать воле Божией, ясно возвещённой внутренним влечением спокой­ной совести и советами мудрых людей, с ко­торыми должно наперёд посоветоваться, то должно наложить молчание на естественные чувства и уметь, когда нужно, пожертвовать самыми законными привязанностями, чтобы последовать гласу любви Божией, побуждаю­щей и зовущей нас.

Мария и Иосиф не имели на свете ничего дороже Иисуса; Он составлял всё их утешение, всё их сокровище; надобно ли после этого удив­ляться беспокойству и старанию, с каким они искали Его? Увы! Сколько Христиан мало бес­покоятся, лишившись Иисуса Христа, когда они, подобно Марии и Иосифу, не только ли­шаются Его присутствия, но, что гораздо жа­лостнее, Его любви и благодати! Господь скры­вает иногда Своё присутствие от душ ревност­ных; но пусть не перестают они искать Его; они непременно обретут Его после нескольких дней скорби и слёз; они обретут Иисуса Христа в храме, во время молитвы.

Легко удивляться учению Иисуса Христа; даже трудно не удивляться ему; но до чего до­стигнем, если ограничимся, как обыкновенно бывает, только удивлением Его Божественным примерам и высокому учению? Может быть, всё равно и даже в некотором отношении лучше не знать их, нежели пренебрегать исполнением их.

Иосиф и Мария замечали в Спасителе лю­бовь к уединению и неизвестности; поэтому они удивились, заметив Его, всенародно обнаружи­вающего Свою Божественную премудрость. Они не понимали тогда намерений Отца Небеснаго, Который удержал Сына Своего в Иерусалиме; не видно у них даже желания постичь их. Они остались довольны, как скоро нашли Спасителя и узнали причину Его отсутствия.

Проповедь св. Иоанна Крестителя

(Марк. 1, 2. 3. 6. Матф. 3, 14)

Как написано у Пророка Исаии: се Я посы­лаю вестника Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Господу, исправьте стези Ему!. Приходит Иоанн Креститель и про­поведует в пустыне Иудейской, и говорит: по- кайтеся, ибо близко царствие небесное. Он но­сил одежду из верблюжьего волоса и кожаный пояс на чреслах своих; а пища его была акри­ды и дикий мёд.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

В евангельских событиях, последующих одно за другим, человеческий разум видит толь­ко отдельные происшествия, но проницатель­ное око веры открывает в них удивительную связь тайных пред у строений, которыми Боже­ственное Провидение постоянно достигает Сво­ей цели и совершенного исполнения намерений Всевышняго. Если последующие происшествия и не всегда возвещаются наперёд; то из них осо­бенным образом объясняются события пред­шествовавшие, перестающие тогда быть непо­нятными. Чем важнее событие само по себе и по своим последствиям, тем более оно связано с со­бытиями второстепенными: так Иоанн Крести­тель заключает собою ряд Пророков и открыва­ет миру пришествие Иисуса Христа, Который по жизни Своей есть осуществление всех преоб­разований, а по учению - исполнение закона.

Послушаем здесь возлюбленного ученика, величественно начинающего своё евангельское повествование: «В начале было слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог, оно было в на­чале у Бога. Всё чрез Него произошло, и без Него не произошло ничего, что ни произошло. В Нем была жизнь, и жизнь была свет челове­кам. И свет во тьме светит; но тьма не объяла его. Был человек, посланный от Бога, именем Иоанн. Сей пришёл для свидетельства, чтобы засвидетельствовать о Свете, дабы все уверова­ли чрез него. Не сам он был свет, но был послан, чтобы засвидетельствовать о свете. Был Свет ис­тинный, который просвещает всякого челове­ка, приходящего в мир. Был в мире, и мир Им получил бытие^ но мир Его не познал. Пришёл к своим, но свои Его не приняли. А тем, кото­рые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть соделываться чадами Божиими, которые не от крови, не от хотения плоти, не от хотения мужа, но от бога родились. И Слово стало пло- тию: и обитало с нами, полное благодати и ис­тины; и мы видели славу Его, славу как едино­родного от Отца. Иоанн свидетельствует о Нём, и, восклицая, говорит: «Вот Тот, о Котором я говорил, что идущий за мною, первенствует передо мною, потому что был прежде меня».

После тридцати лет, проведённых в уедине­нии, молитве и самых строгих подвигах умерщ­вления плоти, Иоанн Креститель начал пропо­ведовать в пустыне, где жил с самого детства. Он мог бы возвещать слово Божие в городах ве­ликим и богатым, но он довольствуется научать людей низкого состояния и бедных, в отдалении от шума мирского. Он знал, что Бог ни во что вменяет силу мира сего, и возносит смиренных: и так он свидетельствует о Сыне Божием; сви­детельствует смело и громко; свидетельствует с самоуничижением, признавая, что Иисус Христос бесконечно выше его и во всём должен быть предпочтён ему. Свидетельство. славное для Божественного Спасителя, но имеет слав­ное и для самого Иоанна Крестителя, ибо ис­тинная слава раба состоит в том, чтобы прослав­лять своего господина.

Иоанн Креститель, по замечанию Блаженно­го Иеронима, первый проповедует о Царстве не­бесном, - преимущество предоставленное одно­му Св. Предтече Мессии. Иудеи ожидали тог­да Спасителя, царствование Которого,, испол­ненное великолепия, сделает их счастливыми на земле и победителями врагов; ибо во все вре­мена ветхаго Закона им обращаемы были блага временные и наградами земными они привле­каемы были к точному исполнению заповедей Божиих; но как скоро настало время нового За­кона, Иоанн начинает открыто проповедовать истину и возглашает в пустыне, где Дух Божий обыкновенно любит говорить сердцу человече­скому, это столь удивительное и неслыханное слово: Покайтеся!... Вот приближается время исполнения данных вам в течение стольких ве­ков обетований; и начало не временного и пре­ходящего царства, каким вы его воображали доселе, но царства небесного. Иоанн пропове­довал Иудеям покаяние, говорит Св. Иларий, при приближении царства небесного, - потому что только чрез покаяние они могли отказаться от заблуждения, в котором находились, и вый­ти из бездны своих грехов, приняв твердое на- мёрение оставить их.

Увы! Может быть вы уже находитесь при конце своей жизни; ваши лучшие дни минова­лись; свет померкает в ваших глазах, и вы поч­ти достигли той минуты, когда надобно перейти в царство небесное, если старались заслужить его. Если же вы и не заслужили его, то не всё ещё потеряно для вас: Покайтеся\... Как бы ни были вы далеки от пристани, покаяние может вас привести туда. Восплачьте о пренебреже­нии стольких милостей, о потере стольких лет для вечности: и сии слёзы, если только они ис­кренни, могут ещё вознаградить ваши потери и избавить вас от слёз вечных.

Иоанн крестит и учит приходящих к нему

(Матф. 3, 5. 6. 7. Лук. 3, 8-18)

Ревность Иоанна Крестителя скоро сделалась известною и уважаемою: «Тогда Иеруса­лим, вся Иудея и вСя окрестность Иордана вы­ходили к нему, и крестились от него в Иордане, исповедуя грехи свои. Увидев же многих Фари­сеев и Саддукеев, идущих к нему креститься, он сказал им: «Порождения ехидны! Кто вразумил вас бежать от наступающего гнева? Если привели вас сюда страх суда Божия и искреннее желание обратиться: Принесите плоды, достойные по­каяния, и пусть ваши добрые дела будут верным признаком вашего истинного обращения к добру; но если ваши намерения преступны, если наруж­ный вид добродетели скрывает только ваше ли­цемерие, честолюбие и злость: не говорите в себе: мы отцем имеем Авраама: ибо сказываю вам, что может Бог из камней сих воздвигнуть детей Ав­рааму. Уже и секира при корне дерев лежит; вся­кое дерево, не приносящее плода доброго, сру­бают и бросают в огонь. И спрашивал его народ: что нам делать? Он сказал им в ответ: у кого две одежды, тот дай неимущему; и у кого есть пища, делай то же. Пришли также и мытари крестить­ся у него и сказали ему: Учитель! Что нам делать? Он ответствовал им: не берите больше надлежа­щего. Спрашивали его также и воины, говоря: а нам что делать? И сказал им: никого не оби­жайте; не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованием. Когда же народ был в недоумении, и все помышляли в сердцах своих об Иоанне: не Христос ли он? Ответствовал Иоанн всем, говоря: «Я крещу вас водою; но грядет Сильнейший меня, Которому я не достоин развязать ремень у сапо­га; Тот будет крестить вас Духом Святым и огнём. Лопата в руке Его; и Он вывеет хлеб на гумне Сво­ем, и соберёт пшеницу в житницу, а солому со­жжёт огнём неугасимым. Много и другого благо- вествовал Он народу, увещевая его.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Взгляд на множество народа, собравшегося вокруг Св. Иоанна, представляет действительную пользу; когда вникнем какой был плод его при­шествия. Иоанн желает не нравиться, но толь­ко приобретать души Иисусу Христу; с другой Стороны к нему приходят не удивляться ему, но пользоваться его учением и примером.

Крещение, совершаемое Иоанном Крестите­лем, не имело силы таинства отпущать грехи, это было не более, как известный, употребляв­шийся под сим именем у Иудеев, обряд очище­ния законных нечистот. Впрочем, крещение Иоанново было замечательно тем, что ему пред­шествовало покаяние, то есть, скорбь о грехах и отвращение от них, дела удовлетворения за неправды и перемена жизни, и что оно сопрово­ждалось исповеданием грехов. Оно было совер­шеннее Иудейского; это, по мнению Св. Иоан­на Златоустаго, был как бы мост, проводящий от крещения Иудейского к крещению Иисуса Христа, высший первого и низший второго.

Заметим мимоходом, против нечестивцев, утверждающих, будь-то Священники устано­вили исповедь, что Евангелие здесь очень ясно говорит os исповеди, не беглой и кое-какой, не о признаний себя только грешником вообще, не о неопределённом признании в проступках и не­исполнениях закона мыслию, словом и делом; нет, это было ясное и подробное открытие своих прегрешений, противных закону. Такова была исповедь Иудеев, когда они клали руки на голо­ву жертв о грехе. (Прим. Некоторые достойные люди уверяют, что Иудеи при самой кончине и доселе исповедаются почти так же, как и мы. Обратившийся знаменитый Раввин, кавалер

Драк, в своём рассуждении, недавно напеча­танном в Риме [год издания1851], доказал лож­ность этого мнения, в котором Православие не имеет нужды для того, чтоб подтвердить Боже­ственное установление исповеди вопреки на­смешкам неверующих, ожесточённых против такого священнодействия, которое так сильно противоречит их нечестию.) Из деяний Апо­стольских видно, что обращавшиеся язычники приходили исповедывать грехи свои к ногам Апостольским. Это доказывает, что исповеда­ние грехов вообще и в частности - не новое изо­бретение, но было освящено и подробно учреж­дено самим Иисусом Христом, когда Он устано­вил таинство покаяния; ибо Апостолы не мог­ли бы с точностью пользоваться правом вязать и разрушать, которое даровано им Божествен­ным Учителем, не зная, каковы были грехи, которые они должны были отпускать или дер­жать, а самое простое и естественное средство узнать их есть исповедь.

Когда надлежало сокрушить ожесточённые сердца Фарисеев, Иоанн Креститель показы­вает пламенную и строгую ревность Илии: По­рождения ехиднины - говорит он им; но его рев­ность кротка, и как у Моисея, снисходительна к мытарям и воинам, поведение которых заслу­живает более снисхождения. Итак, истинные служители Иисуса Христа и вообще все люди, имеющие какую-либо власть, далеки и от чрез­мерной ревности, всё осуждающей, и от слабой ревности, всё извиняющей. Истинная ревность должна быть мудра и благоразумна, и потому,

то кротка, то строга, смотря по различным ха­рактерам и различным нуждам тех, на кого она действует. Особенно остерегайтесь смешивать злоупотребление должности с самою долж­ностью. Должность от Бога, а злоупотребле­ние от человека. Св. Иоанн не творит чудес, а между тем думают, не Мессия ли он, на Том основании, что святость жизни гораздо более и трогательнее всех чудес. Святые тем ниже в собственных глазах, чем выше в очах Божиих и чем более их почитают люди за их добродете­ли. Но это и есть как бы чудо, которое может сотворить только одна святость. Душа истин­но смиренная всё сделанное ею считает за ни­что и, по примеру Иоанна Крестителя, старает­ся только возвеличивать дела Бога и воздавать Ему славу в Господе нашем.

Свидетельство Иоанна Крестителя

(Еван. от Иоанна гл. I)

Святый Иоанн, возлюбленный ученик Хри­стов, сообщая высокое понятие о Слове Сыне Божием и о тайне Его воплощения, изла­гает нам как Св. Иоанн Креститель был послан свидетельствовать о воплотившемся Слове, Бо­жественном Спасителе, Господе нашем, Иису­се Христе: «Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Бог был Слово. Оно было вначале у Бога. Всё Им получило бытие, и без Него не получило бытия ничто, что не получило бытия. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит: и тьма не объяла его. Был человек, посланный от Бога, именем Иоанн. Сей пришел для свидетельства, чтобы засвидетельствовать о Свете, дабы все уверовали через него. Не сам он был свет, но был послан, чтобы засвидетель­ствовать о Свете. Был Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир. Был в мире, и мир Им получил бытие, но мир Его не познал. Пришёл к своим, но свои Его не приняли. А тем, которые приняли Его, веру­ющим во имя Его, дал власть соделываться ча­дами Божиими, Которые не от крови, ни от хо­тения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились. И Слово стало плотию: и обитало с нами, полное благодати и истины: и мы видели славу Его, славу как Единородного от Отца. Ио­анн свидетельствует о Нём и восклицая говорит: сей есть Тот, о Котором я говорил, что Идущий за мною первенствует передо мною, потому, что был прежде меня. И от полноты Его все мы по­лучили и благодать на благодать. Ибо закон дан через Моисея: (а) благодать и истина произошла через Иисуса Христа».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Куда я погружаюсь, в какую глубину, в ка­кую бездну! Воскликнул Боссюет, читая первую страницу Евангелия Св. Иоанна. Можем ли мы познать Иисуса Христа, рождённого прежде всех век? Конечно, потому что нам дано Еван­гелие. Пойдем под предводительством орла из Евангелистов, возлюбленного из учеников, который говорит не человеческим языком, ко­торый блещет как молния, гремит, оглуша­ет и покоряет в послушание веры всякий дух сотворённый, когда быстрым полётом, рассекая воздух, проницая облака, и возвышаясь выше Ангелов, выше Сил небесных, Херувимов и Се­рафимов, так начинает своё Евангелие: Вна­чале было Слово... Для чего говорить о начале, когда дело идёт о Безначальном? Дабы сказать, что вначале, при происхождении вещей, Он уже был: Он не начинался, Он был: Он не со- творён, Он был, и кто был Он? Кто был Сей не созданный и не имевший начала, когда Бог да­вал всему начало? Сей, бывший вначале, был Слово, Слово внутреннее, Божественный Раз­ум, Смысл, Премудрость, внутренний Глагол Божий, Глагол без разглагольствования, Раз­ум без умствований, в которых выводят одно из другого по заключениям, Глагол вечный, в Котором существенно пребывает вся истина, и Который есть самая истина. Где я? Что вижу? Что слышу? Умолкни мой разум: и без умство­ваний, без рассуждений, без чувственных обра­зов, без слов, изрекаемых языком, без звуков, без содействия волнующегося воображения, без смущения, без усилий человеческих, скажем внутренно, скажем верою, пленив и покорив ей разум: В начале, без начала, прежде всякого на­чала, выше всякого начала, было сущее и всегда существовавшее Слово, вечный Глагол, вечная и ипостасная Мысль Божия: Оно было самосущно, но не как нечто отдельное от Бога, ибо Оно было в Боге, не как наша мысль в нас, но как Лице, различное от Бога Отца, в Котором Оно пребывает. Оно было у своего Отца, в лоне Его. Оно было, и что Оно было? Кто может сказать это? Кто исповесть, кто объяснит нам род Его (Ис. LIII, 8)? Оно было, как и Отец Его, Сый; Оно есть самое совершенство, Присносущий, и самое бытие; но что Оно было? Кто знает сие? Ничего мы не знаем, кроме того, что Оно рож­дено от Бога, и самосущно пребывает в Боге; то есть, Оно есть Сын Божий и сам Бог».

Единство Божие и различие в Боге Лиц — вот что обязан я не исследовать, но принимать ве­рою; это тайна, которую я должен не проникать, но благоговейно чтить. Только именем Единого Бога в трех Лицах я омыт от грехов! Всё созда­но Словом; ибо кроме того, что Божественное могущество принадлежит Ему одинаково с От­цом, Он мысль Божия, образ существа Божия (Евр. I, 3), есть и Божественный Первообраз, по которому созданы все существа. Удивитель­на несмысленность человека! Собственная его природа возвещает ему о Творце его; но он глух к сему глаголу и не хочет видеть в предметах сотворённых ничего другого, кроме того, что льстит его чувственности и превратным жела­ниям. Признаем черты образа Божественного Слова во всей твари, станем особенно узнавать и чтить их в самих себе, и тем воздадим Ему славу и честь за Образ Божий в нас и за всё, что создано для нашего употребления.

Так как Божество Иисуса Христа было со­крыто под покровом человечества, то Иоанн Кре­ститель был послан возвестить, что Иисус есть истинный Бог и истинный человек, и уяснить миру, какое сокровище имеет он в Богочеловеке. Иоанн свидетель неукоризненный: чудеса, со­провождавшие его рождение, святость его жиз­ни, предсказания о нём Пророков были неоспо­римыми доказательствами его посольства. Иисус Христос есть свет истинный. Он ни у кого не за­имствовал Свой свет, и всякий просвещается Им. Он возжигает в нас и светильник разума, и све­тильник благодати: он есть источник всех наших познаний, естественных и вышеестественных.

Наконец, свет сей никогда не может исто­щиться и всегда изливается; но, увы, человек сам закрывается, чтобы не видеть его, произвольно смежает очи, и любит больше тьму, нежели свет. Блаженны отверзающие очи к свету Иисуса Хри­ста, Солнца Правды! Какое преславное рожде­ние - это духовное рождение, соделывающее человека чадом Божиим и наследником Богу! - О Христианин, познай своё достоинство, не живи как ничтожный сын человека, но чти дарован­ный тебе сан и приобретённое тобою благород­ство. Бог смирился, чтобы тебя возвести к Себе; засвидетельствуй это, подобно Иоанну Крести­телю, жизнью чистою, смиренною и доблестною, и, ежели потребуют того обстоятельства, лучше умри, нежели измени своей вере и святым обя­занностям, которые она тебе предписывает.

Искушение Иисуса Христа в Пустыне

(Ев. от Матф. IV, Марк.1, Луки IV)

Приняв крещение от Иоанна Крестите­ля, «Иисус, исполненный Духа Святаго, возвратился от Иордана и поведен Духом в пу­стыню, для искушения от диавола. И постив­шись сорок дней и сорок ночей, живши со зве­рями, напоследок взалкал». Он показал в Себе эту человеческую немощь, дабы дать диаволу смелость искусить Его; диавол, действитель­но, принял это алкание за удобный случай или соблазнить Иисуса, или, по крайней мере, от­крыть кто Он. «Тогда приступил к Нему ис­куситель и сказал: если ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами. Но Он сказал в ответ: в Писании сказано: не хлебом единым живёт человек, но всяким словом, ис­ходящим из уст Божиих (Второз.УШ, №.). По­том берёт Его диавол во святой град и поставля­ет Его на кровле храма, и говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз; ибо в Писании сказа­но: Ангелам своим заповесть о Тебе (сохранить Тебя), и на руках понесут Тебя, да не преткнёшь­ся о камень ногою Твоею (Псал.ХС, 11, 12). Ии­сус сказал ему: в Писании сказано также: не ис­кушай Господа Бога твоего {Втор. VI, 16). Опять берёт Его диавол на весьма высокую гору и по­казывает Ему все царства и славу их; и говорит Ему: всё сие дам Тебе, ежели падши поклони- шися мне. Тогда говорит ему Иисус: отойди от Меня сатана; ибо в Писании сказано: Господу Богу твоему покланяйся и служи Ему едино­му (Втор.VI, 13). После сих искушений диавол скрылся до времени страданий Иисуса Христа, когда он мучениями искушал Того, Кого не мог победить ни чувственностью, ни властолюбием, ни тщеславием». Тогда пришли к Иисусу Анге­лы и служили Ему.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Неверующие, которые иногда принимают на себя вид благочестивой ревности, соблаз­няются тем, что Спаситель попустил диаволу искушать Его; это значит, говорят они, в сво­ей притворной ревности, дать врагу спасения власть, оскорбительную для достоинства Сына Божия. Отцы Церкви давно уже на эти возра­жения, подновляемые ныне, ответствовали так: Спасителю мира так же приличествовало быть искушаемым, как и быть облечённым немоща­ми человеческого естества, или терпеть поруга­ния от иудеев и быть распяту ими. Ему угодно сим научить нас, что искушение само по себе не вина; что если мы противимся ему, то доброде­тель получает от того ещё большее достоинство и новую цену. Он хотел ободрить души робкие и мнительные, которые считают себя виновны­ми потому, что с большей или меньшей силой бывают искушаемы, и по этому неправильному о себе заключению унывают на пути доброде­тели. Наконец, Он хотел показать им, какими оружиями должно защищаться от искусителя. Сии оружия суть: пост, молитва и наставления слова Божия. Сын Божий должен был, как го­ворит Св. Павел в послании к Евреям, во всём уподобиться братьям, чтобы быть милостивым и верным Первосвященником в отношении к Богу, для умилостивления за грехи народа (Евр.П, 17). Ибо как Он сам претерпел иску­шения и страдания; то может помогать и ис­кушаемым (Евр.П. 17, 18). Мы имеем не такого Первосвященника, который не может страдать с нами в немощах наших, но такого, Который подобно нам испытал всё, кроме греха. Посе­му да приступаем смело к престолу благода­ти, дабы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи (ЕврЛУ, 15,16).

Почему Иисус оставался со зверями, и какое общество имел Он в пустыне? Потому что звери пребывали в своем естественном состоянии, так сказать в невинности; напротив, у людей всё из­вращено грехом: Всякая плоть развратилась в путях своих. Между людьми, говорит Боссюэт, находим только притворство, неверность, своекорыстную дружбу, взаимный обмен лести для удовольствия тех и других, ложь, тайную зависть под видом тайного доброжелательства, непостоянство, несправедливость и разврат. Будем же убегать от сего хотя духом, звери для нас будут лучше общества людей в мире. И нам предлежат искушения, как Иисусу Хри­сту, представившему Себя нам в образец; тогда и нам, подобно как Ему, будут служить Анге­лы. Они буквально служили Спасителю в нуж­де, в которой Он благоволил быть после столь долгого поста, и мы должны помнить, что они служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые должны наследовать спасе­ние (Евр.1,14); и что в честь Спасителя они ста­новятся служителями тех, которые постятся с Ним в пустыне, любят молитву и уединение и живут, воздерживаясь от того, в чём находит своё удовольствие ветхая природа, и не прила­гают к тому сердца своего.

Превратности и огорчения, придающие не­которое отвращение от света, а ещё менее, осо­бенная дружба, привлекающая нас к устра­нению от мира, недостаточны для этого: всё это не может услаждать труды и скорби, свой­ственные уединению, и помогать переносить их с твёрдостью. Чтобы переносить постоянно скуку, искушения и строгости отшельниче­ской благочестивой жизни, чтобы удостоить­ся общения с Ангелами, т. е. чтобы получать утешения и помощь свыше, для сего нужно Божие призвание к уединённой жизни, нужно водительство Духа Святаго, - подобно как наш Спаситель Им приведён был в пустыню, нуж­но в тишине чувств и особенно воображения, с точностью удостовериться в правоте своих намерений, которые, чтобы быть приятными Богу, должны стремиться единственно к са­моотвержению, добродетели, без которой все другие только пустой дым.

Св. Григорий Великий и многие другие свя­тые учителя заметили, что искушение находит на нас тремя образами: внушением, услажде­нием, соизволением. Внушение бывает тогда, (когда) или диавол представляет нам какой- нибудь помысл, или сей помысл рождается от соприкосновения нашего с внешними пред­метами. Диавол только сим образом и мог иску­шать Сына Божия: но, что касается до нас, коль скоро помысл сопровождается произвольным услаждением, и коль скоро ум останавливает­ся на нём, то должно думать, что скоро после­дует и соизволение, и похоть, которая, по сло­вам Св. Ап Иакова, рождает грех и смерть (Иак. I, 15). Итак, останавливайте искушение при первом шаге, который ещё не виновен; ибо, если дадите ему возможность льстить вашим чувствам и упоить их, и если тут вмешается диавол, могущий действовать на тело, какая буря поднимется тогда в вашей душе! Потщи­тесь же возбудить вашу веру, может быть усы­плённую; прервите искушение с первого раза. Предупредите удовольствие, рождающееся или от чувств, или от тщеславия, или от любом- щения, чтобы оно не проскользнуло и не про­никло до вашего сердца, и не увлекло его к со­изволению, так хитро подготовленному. Даже после одержанной мужественными усилиями победы, не должно переставать бодрствовать. Горе тому, кто предаётся безрассудному покою: ибо враг возвращается нечаянно, захватывает душу самонадеянную и овладевает всей добы­чей, которую потерял - было.

Иисус Христос изгоняет продавцов из храма

(Иоанн. 2, 12-22)

Удостоив Своим присутствием брак в Канне, ШшкИисус Христос «пришёл в Капернаум, Сам и Матерь Его, и братья Его, и ученики Его; и там пробыли немного дней. Приближалась Пасха

Иудейская, и пришёл Иисус в Иерусалим. И на­шёл, что в храме продавали волов, овец и голу­бей, и сидели меновщики денег. И сделав бич из верёвок, выгнал из храма всех, также и овец, и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, и сто­лы их опрокинул. И. сказал продающим голу­бей: возьмите это отсюда, и дома Отца Моего не делайте домом торговли».

«При сем ученики Его вспомнили, что в Пи­сании сказано: ревность по доме Твоём снеда­ет Меня (Пс. 68, 10).' Но Иудеи, вступив с Ним в разговор, сказали: каким знамением дока­жешь Ты нам, что имеешь власть так посту­пать? Иисус сказал им в ответ: разрушьте храм сей; и Я в три дня воздвигну его. На сие сказа­ли Иудеи: сей храм строился сорок шесть лет; и Ты ли в три дня воздвигнешь его? А Он гово­рил о храме тела Своего. Когда же воскрес Он из мертвых: то ученики Его вспомнили, что Он говорил сие; и поверили Писанию, и слову, ко­торое сказал Иисус».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Если мы желаем знать, что могло побудить Господа отступить от Своей обыкновенной кро­тости, чтобы показаться столько раздражен­ным против продававших и покупавших в хра­ме; то ответ, сделанный Им, объясняет нам всё. Христос, снедаемый ревностью по доме Своего Отца, не мог без негодования сносить того, ка­кое неуважение оказывали сему дому молитвы, делая его вертепом разбойников.

Если предположить, что торговля была про­изводима со всею добросовестностью; то и тог­да должно согласиться, что очень нечестиво заниматься делами совершенно человечески­ми в месте, посвящённом на служение Богу и на испрашиванйе у Него благодати, необхо­димой для того, чтобы идти твёрдыми шагами по пути спасения. Но поелику редко, и особенно в наше время, сохраняется честность между продающими и покупающими; Иисус Христос не напрасно обвиняет их в том, что дом молит­вы делают они вертепом разбойников. Есть ли, в самом деле, что-либо более неуместное, как быть единственно заняту своими страстями в том святом убежище, куда только и входить нужно для того, чтобы трудиться над разрушением их? Есть ли что-либо более предосуди­тельное, как делать новые беззакония в доме Божием, посвящённом на то, чтобы в нём со­вершалось покаяние, очищающее уже соде- ланные грехи? «Чтобы сделал Господь наш, — говорит достопочтенный Беда,- если бы увидел неприличное положение тела, соблазнитель­ные развлечения, суесловные разговоры, ко­торые позволяют себе в наших церквах в при­сутствии Его, Который изгнал из храма тех, которые покупали там овец и голубей для при­ношения Ему жертв? И между тем, в наших храмах мы чтим не образы Тайн, которые не­когда чтили Патриархи, но самые тайны!.»

Есть другой храм, более драгоценный в очах Господа, нежели сии вещественные хра­мы, построенные из камня и мрамора, храм, осквернение которого ещё более раздражает Го­спода: это наши сердца; они суть живые храмы Святаго Духа, как говорит святый Павел Ко­ринфянам. Сердце человека сотворено для Бога, оно есть тайное место, куда мы должны уда­ляться, чтобы ежедневно покланяться там на­шему Творцу, Искупителю и Освятителю. Но если проникает туда грех, то сердце человека скоро превращается в ужасное гнездо страстей и пороков. «Мы должны, - говорит святый Ам­вросий, - не только показывать ревность в от­ношении к наружным нашим храмам; но все­го более обязаны употреблять её на очищение внутреннего нашего храма, из опасения, что­бы он не сделался вертепом разбойников». Ибо пороки, если хорошо рассмотреть их, суть не­что иное, как похитители славы Божией. Итак, возьмём бич умерщвления плоти, чтобы из­гнать из сердца все сии зародыши зла, которые похоть хочет возрастить в нём. Сколько дел мы прощаем сами себе потому, что смотрим на них как на неважные, даже как на позволительные, или, по крайней мере, извиняемые обычаем и примером других, и на которые Божествен­ный Господь не смотрит так! Итак, научимся исправлять наши суждения и поведение, при­нимая во внимание не мнение или обычаи лю­дей, но святость Бога, Которому мы служим. Истинная ревность отказывается от всякого че- ловекоугодия, и начало своих побуждений име­ет только в Боге и в той великой награде, кото­рую Он предназначил для верного раба Своего.


Иисус и Самарянка

(Ев. Иоанн гл. 4)

Иисус Христос узнал о дошедшем до фарисе­ев слухе, что Он более приобретает учени­ков и крестит, нежели Иоанн (хотя сам Иисус и не крестил, а ученики Его); поэтому Он оста­вил Иудею и снова удалился в Галилею. А над­лежало Ему проходить через Самарию. Итак, приходит Он в город Самарийский, называемый Сихарь, близь наследственного участка земли, данного Иаковом сыну своему Иосифу. Там был колодезь Иаковлев. Иисус, устав от пути, сел над колодезем. Было около шестого часу; в это время приходит женщина из Самарии почерп­нуть воды. Иисус говорит ей: дай Мне пить. (Ибо ученики Его отлучились в город купить пищи). Женщина Самарянская говорит Ему: как, Ты, будучи Иудей, просишь пить у меня - Самарян- ки? Ибо Иудеи не имеют сообщения с Самаряна- ми. Иисус сказал ей в ответ: если бы ты знала дар Божий, и Кто говорит тебе: дай Мне пить; то ты сама стала бы просить у Него пить, и Он дал бы тебе воду живую. Женщина говорит Ему: Господин! Тебе и почерпнуть нечем, а колодезь глубок; откуда же ты возьмёшь живую воду? Неужели Ты больше отца нашего Иакова, ко­торый дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его? Иисус сказал ей в ответ: всякой, пьющий воду сию возжаждет опять: а кто испиёт воды, которую Я дам ему, никогда не будет иметь жажды; но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную. Женщина говорит Ему: Го­сподин, дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды и не приходить более сюда черпать воду. Иисус говорит ей: поди, позови мужа своего и приди сюда. Женщина сказала: у меня нет мужа. Иисус говорит ей: правду ты сказала, что у тебя нет мужа: ибо ты имела пять мужей; и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе: это правду ты сказала. Женщина говорит Ему: Господи! Вижу, что ты Пророк. Отцы наши поклонялись на сей горе; а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме. Иисус говорит ей: поверь Мне, женщина, что насту­пает время, когда и не на сей горе и не в Иеру­салиме будете поклоняться Отцу. Вы не знаете, чему кланяетесь; а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от иудеев. Но настает и уже на­стало такое время, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине: ибо та­ких ищет Отец поклонников Себе. Бог есть дух; и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине. Женщина говорит Ему: я знаю, что скоро придёт Мессия (т.е. Христос); а когда Он придёт, то изъяснит нам всё. Иисус говорит ей: это Я, который говорю с тобою. В сие время пришли ученики Его и удивились, что Он разго­варивает с женщиною: однако ж, ни один из них не сказал Ему: чего Ты требуешь от неё, или, о чём говоришь с нею? Между тем женщина оставила водонос свой, пошла в город и говорит людям: подите, посмотрите человека, который сказал мне всё, что я ни сделала: не Он ли Хри­стос? Они вышли из города и пошли к Нему.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

История Самарянки содержит в себе много высоких уроков для служителей Божиих, и во­обще, для всех, кто заботится об обращении грешников, равно как для самих обращённых душ: действие благодати в сердце грешника, предрасполагающей его, возбуждающей в нём умиление, пременяющей его и наполняющей ужасом к своим проступкам, преклоняющей к чувствам покаяния и укрепляющей его в до­бре, живо представляется здесь очам веры, вни­мательно размышляющей о всех обстоятель­ствах сего назидательного повествования.

Иисус Христос просит у женщины немного воды, возбуждая в ней этим жажду к той пре­восходнейшей воде, которую Он хочет дать ей. Таков образ действия благодати: сначала она требует от нас немногого, требует некоторой бдительности над самим собой, некоторого обу­здания себя и подчинения своим обязанностям; но, отдавая ей то немногое, чего она требует от нас, мы через сие поставляем себя в возмож­ность получить полноту небесных даров, кото­рые она предуготовляет нам. Дары Божии суть различные благодатные силы соответствующие различным потребностям наших душ, и со- делывающие нас тем, чем мы действительно бываем пред Богом. Без благодати мы не мо­жем ничего доброго сделать, с благодатию всё можем. Но, не сознавая цены ей, люди часто от­вергают её, часто злоупотребляют ею! Как труд­но смело взглянуть на то зло, которое любишь! Как ещё труднее пожелать уврачевания от оно­го! Самарянка сознаёт беспорядочность своей жизни; вот первый шаг её к обращению! Но в ту же самую минуту она отклоняет от себя воспо­минания о своих беспорядках, миролюбец охот­но согласится рассуждать с вами о религии; но лишь поднимите вы руку, чтобы коснуться ран его сердца, он тотчас уклонится от того и заста­вит вас переменить разговор.

Иисус Христос ни в одном месте Евангелия так открыто не объявляет Себя Мессиею, как здесь. Какая благость со стороны Спасителя, что Он так открыл Себя женщине, не имевшей ниче­го хорошего и достойного похвалы, кроме одной расположенности слушать Его, которую притом в ней возбудил Он же Сам! Грешная душа! Да не ослабляет твоей надежды на Иисуса Христа множество грехов твоих. Если ты приносишь покаяние, если пребываешь верною тому гласу, который Он возбуждает в глубине твоего серд­ца, то ты можешь всего ожидать от Его благости, даже можешь надеяться ближайшего общения с Ним и особенных Его милостей.

Удивление учеников показывает нам то, как Иисус Христос всегда уклонялся от собеседова­ния с женщинами наедине; но образ действий Божественного Спасителя представляет нам также и то, как мудрая и просвещённая рев­ность умеет полагать надлежащие пределы та­кому уклонению. Посему- то, с одной стороны

нужно быть очень осторожным в своих сужде­ниях, с другой - нужно быть весьма благоразу­мным в своих сношениях с людьми. Не предсто­ит опасности в беседах такого рода, если в них действительно рассуждают только о нуждах души и о деле спасения.

Чудесный лов рыбы

(Лук. 5, 1-11)

Однажды, когда Иисус стоял у озера Генни- саретского, и народ теснился около Него, желая слышать Слово Божие, увидел Он две лодки, стоящие в заливе, а рыбаки, вышед­шие из них, вымывали сети. Вошедши в одну лодку, которая была Симонова, Он просил от­плыть несколько от берега; и седши, учил народ из лодки. Когда же перестал учить; сказал Си­мону: отплыви на глубину, и закиньте сети свои для лову. Симон сказал Ему в ответ: Наставник! Мы промучились всю ночь и ничего не пойма­ли: но по слову Твоему закину сеть. Сделав сие, поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась. И дали знак товарищам, бывшим на другом судне, чтобы пришли помочь им; и пришли, и наполнили оба судна, так что они начинали тонуть. Увидев то, Симон Пётр припал к коленам Иисусовым, говоря; выди от меня, Господи! Я человек грешный. Ибо ужас объял его, и всех бывших с ним, от множества рыб, ими пойманных; также и Иакова, и Ио­анна, сынов Зеведеевых, бывших товарищами Симону. И сказал Симону Иисус: не бойся; с сего времени будешь ловить не рыб, а человеков. И вытащив оба судна на берег, оставили всё и пошли вслед за Ним.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Святое Евангелие, выражая так живо усер­дие народов к слушанию Слова Божия, ничего не говорит нам о перемене их нравов. Неужели сии народы вместо наставления искали только наслаждения в трогательных словах Спасите­ля? Вот утешение проповедникам, (когда толпа стекается только их слушать, а не пользоваться проповедью), если только они сами проповеду­ют с той же целью, как и Спаситель! Увы! Слово Божие, иногда бесплодное даже в устах Иисуса Христа, научает верных, что им должно припи­сывать это бесплодие.

Хотя, можно сказать о бесполезной жизни знатных людей, что они не живут праздно и без труда, и не в этом состоит важнейший и в самой Церкви беспорядок; напротив, какими не обре­менены там заботами? Каких не начинают пред­приятий и, для успеха в них, каких не делают усилий? Но самое плачевное из всех несчастий то, что вотще истощают жизнь свою в столь мно­гих трудах и заботах; что столько предприятий и планов не приводят ни к чему существенно­му, что трудящиеся не извлекают собственно никакого плода из стольких утомительных уси­лий, и что после столь многих забот, бывают доведены до той же жалобы, какую высказали

Апостолы: мы трудились целую ночь, и ничего не поймали. Почему это? Потому что столько мир­ских людей трудятся, без Ийсуса Христа и во мраке, обнощь всю труждшеся. Правда, Дея­тельно трудятся в мире, но трудятся сообразно с миром, по видам мирским и для мира. А это и есть трудиться во мраке и ночью, потому что Бог, так сказать, не присутствует здесь и не при­нимает в этом никакого участия; и поелику Бог приемлет только то, что относится к Нему и де­лается для Него, то все труды для мира не име­ют никакой цены в очах Его, и за них нельзя ожидать никакой награды: ничесоже яхом. Же­лаешь ли ты, чадо Церкви, собрать сокровище и обогатиться перед Богом, хочешь ли, подоб­но Апостолам, наполнить свои сети и иметь лов обильный истинами? Призови Иисуса Христа и трудись по воле Его, и во имя Его: по глаголу же Твоему ввергу мрежу; то есть трудись при свете веры, действуй сообразно с верою и вер­но, и упражняйся в делах веры, сих делах свя­тых и освящающих, делах необходимо нужных, чтоб не потерять самой веры и поддержать её.

Иисус Христос оставляет на берегу народ, сле­довавший за Ним, и, удаляясь в открытое море, в одну минуту дает ученикам поймать чудесное множество рыб. Вот видимый образ, во-первых, оставленного народа Иудейского, слышавше­го столько раз Божественнаго Учителя и видев­шего от Него столько чудес; потом язычников, взысканных благодатию в бездне мрака, дабы в одну минуту наполнить ими корабль Церкви.

Некоторые учёные толкователи думают, что Св. Пётр, поражённый могуществом нашего Господа, и видя свою лодку, готовую потонуть, побоялся, чтобы Бог не попустил ему погиб­нуть за то, что такой грешник, как он, осмелил­ся войти в одну лодку с Иисусом Христом, и не могши уйти сам, просил Господа удалиться. Но большая часть учителей думают, и это вероят­нее, что сии слова Петра показывают глубокое уважение к Божественному Учителю и святой ужас при виде столь великого чуда. Так, спра­ведливо, что глубокое смирение обыкновенно бывает следствием необыкновенных успехов людей истинно Апостольских. Они смотрят на себя только как на слабые орудия, приписы­вают Богу всю славу дел; и через то становятся избранными сосудами, способными к исполне­нию самых обширных намерений.

Как скоро Иисус Христос объявил Петру и его сотрудникам, что Он избрал их для слу­жения Евангельского, тотчас Он заставляет их оставить всё и следовать за Ним; ибо для того, чтобы успешнее приводить людей к Богу, и внушать им любовь к благам небесным, должно не только ничего не иметь, но и не быть привязанным ни к чему на земле. Жизнь Христианина, и ещё более жизнь священни­ка, - это жизнь самоотвержения, ожидающая награды только на небе и утешающаяся мыс- лию о надеждах бессмертных среди напастей, посеваемых духом злобы под ногами доброде­тельного человека.


Исцеление в день субботний

(Иоанн. 5, 2-40, 46, 47)

По исцелении сына одного царедворца в Капер­науме, Иисус пришёл в Иерусалим на празд­ник Иудейский: есть же в Иерусалиме у Ове­чьих ворот купальня, называемая по-еврейски Вифезда, при которой было пять крытых ходов. В них лежало великое множество больных, сле­пых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды. Ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду; и кто первый вхо­дил в оную по возмущении воды, тот выздорав­ливал, какою бы ни был одержим болезнью. Тут был некоторый человек, находившийся в болез­ни в тридцать восемь лет. Иисус, увидев его ле­жащего, и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной от­вечал Ему: (хочу) Господи, но человека не имею, который бы опустил меня в купальню, когда воз­мутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постелю твою и ходи. И он тотчас выздо­ровел и взял, постелю свою, и пошёл. А это было в день Субботний. Посему Иудеи говорили исце­лённому: сего дня Суббота; не должно тебе брать постели. Он отвечал им: Кто меня исцелил, Тот сказал мне: возьми, постелю твою и ходи. Они спросили его: кто тот человек, который сказал тебе: возьми, постелю твою и ходи? Исцелённый же не знал, кто Он: ибо Иисус скрылся в народе, бывшем на том месте. Потом Иисус встретился с ним в храме и сказал ему: вот ты выздоровел: не греши же, чтобы не случилось с тобой чего хуже. Человек сей пошёл и объявил Иудеям, что исце­ливший его есть Иисус. И за то Иудеи стали гнать Иисуса, что Он делал такие дела в субботу. Иисус же говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я де­лаю. И ещё более искали убить Его Иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и называл Бога Своим Отцом, делая Себя равным Богу. Ии­сус же, обратя к ним речь, сказал: истинно, ис­тинно говорю вам, Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего; ибо что творит Он, то и Сын творит так же. Ибо Отец любит Сына и показывает Ему всё, что творит Сам: и покажет Ему дела больше сих, так что вы удивитесь. Ибо как Отец воскрешает мертвых и оживляет: так и Сын оживляет, кого хочет. Ибо Отец и не судит никого, но всякий суд отдал Сыну; дабы все чтили Сына, как чтут Отца. Кто не чтит сына, тот не чтит и Отца, пославшего Его. Истин­но, истинно говорю вам, слушающий слово Моё и верующий Пославшему Меня имеет жизнь веч­ную: и суду не подлежит, а перешёл уже от смер­ти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам, насту­пает время, и настало уже, что мертвые услышат глас Сына Божия, и, услышав, оживут. Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе: так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть и суд производить, потому что Он есть Сын чело­веческий. Не дивитесь сему: ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия: и изыдут, творившие добро, в воскресение жизни; а делавшие зло, в воскре­сение осуждения. Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой пра­веден: ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца. Если Я свидетельствую Сам о Себе: то свидетельство Мое не есть истинно. Есть Другой свидетельствующий о Мне; и Я знаю, что истин­но то свидетельство, которым Он свидетельству­ет о Мне. Вы посылали к Иоанну, и он засвиде­тельствовал об истине. Впрочем, Я не от человека приемлю свидетельство; но говорю сие для того, чтобы вы спаслись. Он был светильник, горящий и светящий: а вы хотели малое время порадо­ваться при свете его. Я же имею свидетельство больше Иоаннова: ибо дела, которые Отец дал Мне совершить, самые сия дела, Мною творимые, свидетельствуют о Мне, что Отец послал Меня. И пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне. А вы ни гласа Его никогда не слыхали, ни лица Его не видали. И не имеете Слова Его пре­бывающего в вас: потому что вы не верите Тому, Которого Он послал. Исследуйте Писания: ибо вы сами думаете, чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне. Но вы не хотите придти ко Мне, чтобы иметь жизнь... Если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне: ибо он пи­сал обо Мне. Если же его писаниям не верите: как поверите Моим словам?

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Обратив должное внимание на сие пове­ствование Евангельское, мы заметим в нём ожесточённую борьбу лжи с истиной. Ложь > сама себя покрывает стыдом; а истина сияет но­вым блеском от нападений на неё. Нет ничего похвальнее, как почитать закон; но когда из двух законов один противоречит другому: то, очевидно, должно предпочесть более совершен­ный. Так строгое соблюдение наружных обрядов должно уступить требованиям милосердия; но, увы, ложное благочестие вдается в обман; соблю­дая строгость во всём, что может быть прекрасно, но не существенно необходимо, оно беззаботно питает в своём сердце более преступные страсти: гордость, ненависть, зависть. Иисус Христос об­ращает внимание Иудеев на их ложную стро­гость ( в жизни), и ясными, точными словами открывает им Своё сокровенное Божество. Но тщетно говорят за Него святость Его жизни и ве­личие чудес: корысть, страсти и предрассудки препятствуют видеть оскорбительную истину. Ревнители закона опасаются остаться побеж­дёнными, и вместо того, чтобы искать наставле­ния, вдруг возмущаются. Вот краткое изображе­ние неверующих и вообще всех людей, которые, для того, чтобы удержать свои предубеждения, заглушают свой слух, и думают избежать тягост­ных последствий своих неосновательных мне­ний тем, что не внемлют голосу благоразумия и истинного попечения о их благе.

Иисус исцеляет расслабленного

(Марк. 2, 1-12)

"Спустя несколько дней по исцелении прокаженного, Иисус опять пришел в Капер­наум; и как только слышно стало, что Он в доме, в котором обыкновенно останавливался, тотчас собрались многие, так что и за дверьми не было места; и Он говорил им слово. Но пришли к Нему с расслабленным, которого несли четверо. И не могши дойти до Него за множеством народа, раскрыли кровлю дома, спустили одр, на кото­ром лежал расслабленный. Иисус, видя веру их, говорит расслабленному: чадо, отпущаются тебе грехи твои. Тут некоторые из книжников сиде­ли и помышляли в сердцах своих: Что Он так бо­гохульствует? Кто может отпущать грехи, кро­ме единого Бога? Иисус, тотчас уразумев духом Своим, что они так помышляют в себе, сказал им: для чего вы так помышляете в сердцах ва­ших? Что легче? сказать расслабленному: отпу­щаются тебе грехи? Или сказать: встань, возь­ми одр твой и ходи? Но дабы вы знали, что Сын человеческий имеет власть на земле отпущать грехи, (говорит расслабленному): Тебе говорю, встань, возьми одр твой и поди в дом твой. Он тотчас встал, взял одр и вышел при всех; так что изумились все и славили Бога, говоря: никогда не видали мы подобного.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ


Весь плод воплощения и смерти Иисуса Христа состоит в том, чтобы Господь отгнал диавола от душ наших и мирно царствовал в них Своею благодатию. Расслабленный, ле­жащий на одре без движения, принесённый четырьмя человеками к Сыну Божию для ис­целения, даёт нам двоякое назидание. Прежде всего, мы должны научиться из сего примера  тому, как необходимо придти к Иисусу Христу и обратиться к Нему, когда мы, по несчастию, грехами своими удалились от Него; никакие препятствия не должны нас устрашать, если находим, что их нельзя не встретить на каж­дом шагу в пути к Нему. Обольщения мира, прелесть удовольствий, опасение соблазнов, боязнь пересудов, срам насмешек — всё это употребляет против вас враг спасения; он уве­личивает нападение по мере нашего желания переменить жизнь свою. Но самых страшных неприятелей мы имеем внутри себя; это пыл­кие страсти, кои должно укрощать, - прият­ные склонности, кои должно оставить, заман­чивые удовольствия, кои должно изменить, дорогие связи, кои должно прервать, укоре­нившиеся привычки, которые должно преодо­леть. Воображение увеличивает ещё сии труд­ности, и часто одна мысль об усилиях, какие необходимо употребить для этого, останавли­вает нас на первом шагу. Увы! Сколько этот пагубный страх борьбы с самим собою рассеял святых мыслей и уничтожил спасительных намерений! Сколько обращений, начавшихся счастливо и иногда уже довольно продолжен­ных, несчастно погибли от одного искушения, случая, дурного примера, человекоугодия. Если бы бедный, расслабленный стал уны­вать; если бы, уступая трудностям, остановил­ся; если бы, отчаявшись достигнуть до Иису­са Христа, оставил свои усилия, несчастный на всю жизнь остался бы больным, и, что ещё печальнее, умер бы обременённый тяжестью грехов. Вот участь грешников, удерживаемых леностью от вступления на путь покаяния или ослабевших на сем пути; не имеющих бодро­сти предпринять шествие, или продолжать его, трепещущих при мысли о препятствиях, или отступающих при виде их. Без сомнения, мы не должны надеяться на себя, но можем ли не надеяться на Бога, обещавшего нам свою помощь? Будем умолять об этой помощи, с ко­торою непременно восторжествуем; но вместе не забудем и того, что она будет соразмеряться с нашими усилиями.

Если, по своей слабости, мы не можем сами идти к Иисусу Христу, то должны просить бо­гоугодных друзей привести нас к Нему, или, по крайней мере, не противиться их заботли­вой ревности привести нас к Нему. «О вы, чьи души, расслабленные многими грехами, не в силах сбросить эту тяжесть и выражают толь­ко напрасные желания; ввертесь добродетель­ным путеводителям ваших душ. Они вас пове­дут, и, если нужно, понесут к Иисусу Христу. Их знание просветит вас, опытность - наставит, и любовь поддержит. Они вас научат делать, по вашему мнению, невозможное. Их молитвы, приятные Богу, донесут Ему ваши молитвы; они будут вместе и благодетельными посредни­ками, испрашивая вам прощение, и счастливы­ми судиями вашей совести, произнося его.

Иисус, видя такую веру, вместо одного чуда сотворил три. Прежде всего, Он отпустил грехи, дабы научить нас, что все человеческие болезни происходят от греха; что величайшая наша брлезнь, избавление от которой мы, прежде все­го, должны просить, есть грех; что, для очище­ния его, мы должны переносить скорби теле­сные. Второе чудо, хотя тайное, было разитель­нее: Иисус проник самые тайные мысли Фа­рисеев, и обличил их упорную злобу; и нам не должно забывать, что верховный Судия наш ви­дит все наши мысли и все наши побудительные причины наших действий. Последнее чудо было явственнее и подтверждало два первые. Толь­ко один Бог мог отпущать грехи, в этом созна­лись даже враги Спасителя; также один только Бог мог читать в сердцах. И вот Иисус Христос, для посрамления их, явил им видимый и нео­споримый знак Своего Божественного всемогу­щества над телом и душой: Он исцелил рассла­бленного в одну минуту и одним словом!. Когда Иисус, устами Своего служителя, преподаёт нам отпущение грехов, наша жизнь доказывает ли исцеление и благодарность? Встаём ли мы? Отстаём ли от дурных привычек, беспечности, нерадения, лености, духовного расслабления? Тверды ли мы в своих намерениях? Не подвер­гаемся ли прежним болезням, прежней при­вязанности к тварям? Есть ли в нас мужество одолеть, удалить и уничтожить все причины к греху? Имеем ли благородство торжествовать над ними и воздвигать из сего памятник побе­ды нашему Освободителю? Занимаемся ли в уе­динении богомыслием и молитвою? Вся наша жизнь, все наши действия прославляют ли Го­спода и содействуют ли нашему спасению?


Укрощение бури

(Матф. 8,18-23, 25-27. Марк. 4, 37.38. Лук. 8, 23)

По исцелении тёщи Св. Петра, видев Иисус вокруг Себя множество народа, велел уче­никам отплыть на ту сторону. И подойдя, один книжник сказал Ему: Учитель! Пойду я за То­бою, куда Ты ни пойдёшь. Иисус говорит ему: лисицы имеют норы и птицы небесные гнезда; а Сын человеческий не имеет, где преклонить голову; не лучшей участи должны ожидать и те, которые хотят следовать за Ним. Другой из учеников Его сказал Ему: Господи! Позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего. Но Иисус сказал ему: иди за Мною и оставь мерт­вым хоронить своих мертвецов. И когда вошёл Он в лодку; ученики Его последовали за Ним. Во время плавания их, Он заснул. На озере подня­лась буря; волны били в лодку так, что она уже наполнялась водою, и они были в великой опас­ности. А Он спал на корме, на возглавии. Уче­ники Его, подошедши к Нему, стали будить Его, говоря: Господи! Спаси нас; погибаем. И сказал им: чего вы испугались, маловеры? Тогда встав, запретил ветрам и морю, и настала великая ти­шина. Люди же, удивляясь, говорили: кто это, что и ветры и море повинуются Ему?

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Лодка, в которую вошёл Иисус Христос, по единодушному мнению свят. Отцов, есть образ единенной, святой, кафолической, апо­стольской Церкви, которая, несмотря на то, что ею управляет божественный Владыка, ча­сто подвергается различным бурям. В этом море, волнующемся не по обыкновенным за­конам природы, но по воле и власти Того, Кто посылает ветры из их хранилищ, и Кто по­ложил пределы морю, наш Спаситель хотел показать Своим ученикам образ тех бурь, ка­ким они подвергнуться впоследствии; и, сре­ди этого моря, усмирённого в одно мгновение силою Его слова, Он вдохнул в учеников Сво­их доверенность, какую они должны иметь к Нему, с тем, чтобы предварить их и убедить в минуту опасности прибегать к Нему с мо­литвою. Он хотел поставить на опыт их веру: приготовить их, как мужественных воинов к браням, какие они должны испытать по­всюду на земле; хотел поколебать их, что­бы укрепить, устрашить при Себе, чтобы ис­полнить их упованием и неустрашимостью по удалении Своём от них. Они видели мно­жество больных, чудесно исцелённых; но не ощущали над собой того могущества, которое Он оказывал над другими. Поелику же, - го­ворит Св. Иоанн Златоуст, - мы гораздо луч­ше чувствуем то, что происходит в нас самих, нежели то, что происходит в другом; и поели­ку между Апостолами не было ни слепых, ни хромых, ни больных, Он попускает восстать буре, чтобы избавились от явной гибели дей­ствием Его благодати, они с большею силою и доверенностью прилепились к Тому, Чью благость и всемогущество они испытают. Бес­конечное утешение для огорчённых и несчаст­ных в жизни, знать, что Спаситель находится пред ними и переносит с ними всё, что они пе­реносят за Него.

Заметим, что Он берёт только учеников и отсылает народ, подвигнутый более любо­пытством, чем чувством благочестия. Это нау­чает нас, что Христианину не должно желать самой покойной жизни, что лучше во время бури быть с Христом, подобно Его Апостолам, нежели быть удалену от Него, подобно тому народу; и что чем более Он посылает нам огор­чений и напастей, тем более мы должны видеть в них милосердный Его промысл о нас. Итак, не будем думать, что находящийся с Иису­сом Христом не будет страдать; напротив, по­тому что мы с Ним, и Он любит нас, потому-то Он часто и подвергает нас величайшим опас­ностям и жесточайшим гонениям, не для того, чтобы предать нас смерти, но для прославле­ния Его, Сына Божия. В таких трудных об­стоятельствах вся наша опора и наш долг при­бегать к Господу, уповать на Него, молить Его благодать о даровании всегдашней победы над нашими врагами видимыми и невидимы­ми, и пребывать непоколебимыми среди вели­чайших напастей, говоря вместе со Св. Пав­лом: если Бог за меня, то кто против меня? (Рим. 8, 31). «Мы плаваем, - говорит Блаж. Августин, - в море мира, где нет недостатка в ветрах и бурях, то есть где много искушений и гонений. Мы часто можем пасть под силою одних и тяжестью других. Отчего это? Оттого, что Иисус спит, а мы не стараемся Его разбу­дить». Иисус спит в нас, когда мы спим пред Ним и когда усыплена наша вера. Он спит, но Его сердце бодрствует; Он спит, чтобы мы сами бодрствовали; Он спит, наконец, для того, чтобы мы разбудили Его!

Всегда бывают люди, которые, будучи осле­плены своим развратом и гордостью, во зло употребляют свой разум и положение в обще­стве, без основания отзываясь презрительно о церкви, и своими, холодно рассчитанными клеветами исполняя жалкую должность воз­дымать волны вокруг таинственного корабля — Христова. Жаль, что некоторые защитники религии придают иногда слишком много важ­ности этим безрассудным нападениям. Что могут сделать против Церкви сии ненавист­ники догматов и нравственности, сии учёные без правил, говорящие с высокопарностью и клеветами о том, чего не знают; толкующие о религии, не разумея и первоначальных её оснований или самой азбуки? Известно, что их слова не имеют никакой силы для всяко­го просвещённого и прямодушного человека; и если сильны совратить некоторые умы, уже сбившиеся с истинного пути религии и фило­софии, то этим только лучше обнаруживают своё бессилие; ибо корабль, управляемый Бо­гом, постоянно плывёт и величественнее вы­ступает против жалких нападений и непре- стающей ярости богохульников. Что сделает мощному путнику лай собачонок, бегающих иногда на' дорогу лаять у ног его? Таково положение ядоносных умствований сих учите­лей нечестия; и что нужды, что их слова про­поведуются с более возвышенной или более скромной кафедры? Их мысли и усилия могут ли кончится чем другим, кроме пустого шуму? Поучишася тщетным!. Церковь со всею сво­ею красотою всегда древнею и всегда новою менее ли жива оттого, что некоторым бесстыд­ным людям угодно петь над нею похоронные песни, бросая в неё грязь, которая отскакива­ет на них самих и покрывает их стыдом? Итак, успокоимся: «есть удовольствие, — говорит Паскаль, — быть в обуреваемом корабле, ког­да мы уверены, что он не погибнет». В таком состоянии Иисус Христос благоволил поста­вить Церковь, созидая её. Пусть воздвигнется самый ад со своими сообщниками; сделает ли он что-нибудь против Церкви больше того, что уже сделал в продолжение осьмнадцати веков, никогда, однако, не одолев её? Довольно ска­зать, что и никогда не одолеет!

Исцеление кровоточивой

(Ев. Марк гл.У)

Освободив одного несчастного от нечистого й^Видуха, обладавшего им и делавшего жизнь его плачевною, Иисус опять переправился на другую сторону моря; и собралось к Нему множество народа. Тут приходит и ищет Его один из начальников синагоги, по имени Иаир и, увидев Его, падает к ногам Его и убедительно просит, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на неё руки Твои, и она исцелится и будет жива. Иисус пошёл, с ним, и за Ним по­шло множество народа, и теснили Его. В это время одна женщина, страдавшая кровоте­чением двенадцать лет, много претерпевшая от многих врачей, истощившая всё своё иму­щество, но не получившая никакой пользы, и ещё приведённая в худшее состояние, услы­шав о Иисусе, подошла к Нему в народе сзади и прикоснулась к одежде Его. Ибо говорила Она: если я к одежде Его только прикоснусь; исцелюся. И вдруг остановилось течение крови её, и она почувствовала в своём теле, что исце­лилась от болезни. Тотчас Иисус почувствовав Сам в Себе, что из Него вышла Сила, обратился к народу и спросил: кто прикоснулся к Моей одежде? Ученики Его отвечали Ему: Ты ви­дишь, как народ теснит Тебя, и спрашиваешь: кто прикоснулся ко Мне? Но он посмотрел во­круг, чтобы увидеть, кто сделал сие. Женщи­на, зная, что с ней сделалось, объятая страхом и трепетом, пала к стопам Его и исповедала Ему всю истину. Иисус же сказал ей: дщерь! Вера твоя спасла тебя: иди с миром и будь здрава от болезни твоей. Ещё Он говорил, как приш­ли из дому начальника синагоги и говорят ему: дочь твоя умерла, что ещё трудишь Учителя. Но Иисус, услышав сии слова, говорит началь­нику синагоги: не бойся, только веруй. И он не позволил идти за Собою никому, кроме Пе­тра, Иакова и Иоанна, брата Иаковлева. Когда они пришли в дом начальника синагоги, Иисус увидел множество людей в смятении плачу­щих и громко вопиющих. И войдя, Он говорит им: чТо за смятение, и что вы плачете? Девица не умерла; но только заснула. И они смеялись над Ним. Он же, выслав всех, взял отца и мать девицы, и бывших с Ним и вошёл в ту комнату, где лежала девица: и взяв её за руку, сказал ей: талйфа куми: что значит, девица, тебе говорю, встань. Тотчас девица встала и начала ходить: ей было двенадцать лет. Изумление присут­ствовавших было крайнее. Но Он строго при­казал им не говорить никому ничего: и велел дать ей есть.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Человек, вследствие первородного греха, подвержен в этом мире трём великим бедстви­ям: бедствию, сокрушающему тело, бедствию, поражающему душу и крайнему бедствию, со­крушающему вместе и душу, и тело через раз­лучение их^ т. е. смерти. Господь наш, при­шедший в мир, чтобы восстановить разрушен­ное грехом, благоволил при различных обсто­ятельствах давать людям осязательные дока­зательства Своего Божественного посланниче- ства, являя Себя владыкою сих трёх бедствий. Он показал своё всемогущество и через чудес­ное исцеление различных болезней, которые часто признаны были неисцелимыми, и через освобождение многих несчастных от владыче­ства диавола, и, наконец, через воскрешение многих мертвых. Необходимо было, чтобы Апостолы, которым Бог предопределил неког­да засвидетельствовать воскресение Иисуса Христа, самою очевидностью наперёд удосто­верились в Его всемогуществе над природою, смертию и злом.

Мы видим, что и всегда многие теснятся к стопам нашего Господа; но не все, прибли­жаясь к Нему, получают желаемое; это зави­сит единственно от внутренних расположений душевных. Не в том одном заключается всё дело спасения, чтобы только приближаться к Господу нашему, например, через воспоми­нания о Нём, через предстояния при соверше­нии Св. Тайн, через приобщение Им; чтобы воспользоваться сим преизобильно благодат­ными средствами, для сего нужно очистить своё сердце, стараться отрешиться от благ сего мира и желать более близкого и искреннего единения с Богом; необходимо нелицемерное смирение, соединённое с полным упованием и пламенною молитвою. Только тогда мы мо­жем, несомненно, обрести у Иисуса Христа врачевство наших болезней, укрепление в не­мощах и утешение в скорбях наших.

Женщина, испытавшая все врачевства, употребительные между людьми, и мгновен­но почувствовавшая себя исцелённою через одно только прикосновение к Спасителю, есть живой образ сердца, которое, долго искав­ши своего успокоения во благах сотворенных и в удовольствиях человеческих, находит оное в искреннем обращении к Иисусу Христу. Это сердце, доселе несчастное и мятущееся, вдруг чувствует, что в нём иссякает источник его бес­покойных пожеланий, потому что оно любит теперь только те блага, для коих оно сотворено, и которые только одни могут удовлетворить его. Евангелие повествует, что врачи заставля­ли много потерпеть эту женщину, и что, одна­ко ж, все их старания не подали ей никакого облегчения в её болезненном состоянии. Очень часто самые искусные врачи не понимают бо­лезни, или, если и угадают её, то не знают, что с ней делать. Больные Христиане долж­ны знать, что всякий врач - есть не более как перевязыватель ран, но что исцеляет их Сам Бог, то есть Бог благословляет предписывае­мые врачебным искусством лекарства, чтобы они могли производить благотворное действие. Посему-то, в страданиях телесных молитва к Богу не есть дело бессильное; Господь низ­водит во ад и возводит (1 Цар. II. 6) к жизни. Честь врачу, если он исповедует перед Богом, что всё человеческое искусство, как бы хоро­шо не разумел его врач, имеет не много силы над болезнями, тогда он смиряется и заслужи­вает, чтобы Бог его просветил и помог ему об­легчить болезнь, о которой с ним советуются.

Иногда много надобно употребить усилий Духовнику, чтобы открыть верно болезнен­ное состояние души; между тем как он может дать спасительный совет только в том случае, если ему откровенно и чистосердечно исповеда­ют зло, коего развитие он должен прекратить, следы изгладить и разрушенное восстановить. В таких трудных обстоятельствах сам верующий обязан оживить свою веру и испове­доваться с полною откровенностью...

Вот на прахе могилы в цвете лет единственная дочь человека, высоко поставленного по своему званию! Поистине, ни род, ни богатство, ни воз­раст ни на одну минуту не могут нас обезопасить от нечаянных ударов смерти! Иаир' уверен, что Иисус Христос может возвратить ему дочь одним возложением руки на неё: Божественный Спаси­тель мог это сделать одним Своим словом, одним простым желанием. Но Иисус Христос при сём, как и при многих других подобных случаях, упо­требляет видимые знаки: без сомнения для того, чтобы сделать зрителей более внимательными к чудесам, которые Он совершал, и дать им луч­ше постигнуть величие оных, а может быть и по другим причинам, которых мы не знаем. Здесь особенно достопримечателен тот способ, каким Божественный Наставник располагает душу к принятию утраченной ею благодатной жизни: сей способ состоит в удалении от души всяко­го шума и смятения, чрез это поставляется она в возможность слушать глас Его.

Усекновение главы Иоанна Крестителя

(Матф. XIV Марк VI)

Ирод, четвертовластник, управлявший Галилеею, услышал молву об Иисусе; ибо имя Его сделалось известным во всей стране. Он был извещен о всех чудесах, совершенных Иисусом, и не знал, что и подумать о сем, по­елику некоторые говорили: Это Иоанн воскрес из мертвых, и потому делаются им чудеса. Дру­гие говорили: это - Илия. Иные, наконец: это — один из древних Пророков возвратился в мир. Ирод же сказал: верно это - Иоанн, которому я отсёк голову: он воскрес из мертвых. Ибо Ирод сам послал схватить Иоанна и приказал в оковах посадить его в темницу за Иродиаду, жену Филиппа, его брата, с которой он имел незаконную связь; так как Иоанн говорил ему: не должно тебе иметь жену твоего брата. За это Ирод хотел умертвить его; но боялся народа; потому что Иоанна почитали за Пророка.

Между тем Иродиада, злобясь на Иоанна, искала убить его; но не могла достигнуть этой цели, потому что Ирод боялся Иоанна, и, зная, что он был человек праведный и святый, берёг его, даже во многих случаях действовал по его совету, и с удовольствием слушал его. Нако­нец, наступило удобное время - день рожде­ния Ирода, когда сей царь давал пир своим вельможам, тысященачальникам и старейши­нам Галилейским. Дочь Иродиады вошла туда и плясала, и так угодила Ироду и всем гостям его, что царь сказал девице: проси у меня, чего хочешь, и дам тебе. Да, повторил он с клятвою, я дам тебе всё, что ты ни попросишь, хотя бы даже до полуцарства моего. Она вышла и, рас­сказав своей матери обещание и клятву царя, спросила у неё: чего просить? Головы Иоанна Крестителя, отвечала мать. И тотчас, войдя с поспешностью к царю, она сказала ему: хочу, чтобы ты дал мне теперь же на блюде голо­ву Иоанна Крестителя. Царь опечалился: но, по причине данной клятвы и для гостей своих, не захотел отказать ей; и тотчас, послав одно­го из своих стражей, велел ему принести главу Иоанна; и страж пришёл в темницу, отсёк ему голову и принёс её на блюде, и подал её девице, а девица отдала оную матери своей. Ученики Иоанна, услышав о его смерти, взяли тело его и положили оное в гроб. Потом известили о сем печальном событии Иисуса.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Угрозы, оскорбительное обращение, темни­ца - таков бывает иногда удел тех людей, кото­рые по-своему званию должны возвещать ис­тину сильным земли. Св. Иоанн дерзновенно увещевал Ирода и безбоязненно в лицо обли­чал его в кровосмешении и в соблазнительной жизни. Этот злой властитель не только не об­ратил в свою пользу спасительных обличений Св. Иоанна, но и приказал наложить на него оковы. Но какая великая слава для предте­чи Мессии защищать дело Божие с потерею своей свободы, даже своей крови и жизни! Не огорчайтесь и вы, верные слуги Господа, если мир обременяет вас обидами; не возможно вам выполнить, как следует, обязанности своего служения без того, чтобы не быть предметом несправедливых гонений! Чего вы не вытерпи­те от демона, когда будете ревностно старать­ся о сокрушении его власти и царства греха? Чего не перенесёте от людей, раболепствую­щих своим страстям, когда вы будете обличать их пороки и проповедовать им тесный путь, ведуйщй к небу? Уверьтесь же наперёд, что если вы будете исполнять в точности свой долг, то не избегните скорбей. Св. Павел сказал это не только о посланниках истины, но и о всех, хотящих благочестиво жити о Христе Иисусе (2 Тим.III, ст.12). Сердце преступное не может быть спокойно и без угрызений совести; оно всегда само себя наказывает, и таким образом невольно бывает орудием правосудия Божия против самого себя. Напрасно бесстыдный вооружается своим нечестием, напрасно нече­стивый не признаётся в своём бесстыдстве: чу­деса Иисуса всегда будут составлять мучение для его сердца. Не только слава Спасителя, но Его религия, Богослужение, Им основанное, и Его Божество, исповедуемое всею вселенною, будут, подобно тяжкому бремени, подавлять нечестивца и возмущать спокойствие, кото­рым он напрасно хвалится. При дворе Ирода никто не думал о Мессии; мысль о Нём поверг­ла бы Ирода и рабов его ещё в больший ужас, нежели мысль о воскресшем Иоанна. Ах! Не подражайте этим ожесточённым слепцам; исповедуйте Божественного Владыку в де­лах Его всемогущества. Если вы преступны, уступите угрызениям совести и прибегните к милосердию Иисуса: если же благодать Его предохранила, или освободила вас от нече­стия, благодарите Его и молитесь Ему, да не перестанет Он поддерживать вас на стезях не­винности или покаяния.

Какое сначала неблагоразумие, и потом ка­кая слабость и низость являются в Ироде! Вот до чего доводит упоение страсти! Так видим мы каждодневно, что люди, и притом образо­ванные, слепо жертвуют своим имуществом, счастием и даже честью предмету понравив­шемуся им, и делают из него идола, которому ни в чём отказать не могут: и так как от безза­конной любви до жестокости один только шаг, то его часто и делают; и тогда преступление самое постыдное, напр. пролитие невинной крови, ничего не значит для сердца развра­щённого. Глава величайшего из Пророков де­лается наградою за пляску! Из этого научитесь матери Христианские, восклицает Св. Амвро­сий, какие правила вы должны внушать своим дочерям и от какого рода забав должны их от­клонять! Ах, если вы любите чистоту и целому­дрие, то давайте вашим дочерям лучше уроки религии, нежели уроки пляски.

Иисус Христос исцеляющий больных

(Матф. 14, Лук. 6)

Иисус Христос, после чуда умножения хле­бов, переплыв озеро Тивериадское, пришёл со Своими учениками в страну Геннисаретскую. Когда они вышли из корабля, то жители узна­ли Иисуса, и когда Он проходил по всей стра­не, они приносили к Нему больных на постелях всюду, где слышали, что Он находится. И в ка­кое место ни приходил Он, были ли это города, или селения и деревни, они полагали больных на площадях и просили Его позволить им при­коснуться только к краю одежды Его, и все при­касавшиеся исцелялись.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Видя, как народ во множестве прибегал со всех сторон просить у Иисуса Христа не­которого облегчения в различных болезнях, тяготивших его, и получал полное исцеле­ние от них, в награду за свою веру, можем ли мы удержаться, чтобы не воскликнуть с цар­ственным Пророком в чувствах самой живой благодарности: кто во облацех уравнится Господеви, уподобится Господеви в сынех Бо- жиих (Пс. 88, 9.7)? Какую благость, какую любовь к людям, так часто неблагодарным, Сын Божий явил в том, что смирился до при­нятия на Себя человеческой природы, чтобы даровать людям: во времени помощь и уте­шения, в вечности жизнь и блаженство! Но увы! До какого безумия не простирается зло­ба повреждённого человека и слепота нече­стия? Бога не хотят признавать даже в са­мых великих Его благодеяниях... И можно ли было говорить уму и сердцу языком более убедительным и трогательным, нежели язык стольких Сверхъестественных дел Божествен­наго Спасителя, которые Он, сожалея о несча­стиях всякого рода, рассевает по стопам Своим, чтобы явить Своё всемогущество и подтвердить высокое достоинство и назначение, которое Он получил от Бога, Отца Своего?

Так, скажем это с одним из самых знаме­нитых наших новых защитников веры, госпо­дином Фрейсину, Епископом Гермопольским, словами его превосходного творения Защита Христианства (том II): «чудеса, описанные в наших Евангелиях, вот вечные памятники Божественнаго посланничества Иисуса Хри­ста; и если бы Христианин даже не имел дру­гих, его вера была бы достаточно обоснована и разумна. Пусть раздаются в его ушах име­на суеверия и легковерия, пусть вспоминают о ложных чудесах, представляемых летопися­ми различных народов, пусть осмеливаются наводить неприличные сравнения между Ии­сусом Христом и прославившимися обманщи­ками! Христианин оскорбится всем этим пу­стым шумом насмешек и лжеумствований; но, если он узнал доказательства Религии, его вера не поколеблется. Для него насмешки, хотя бы они были ещё более замысловаты и колки, не­жели насмешки неверующих, не имеют силы доказательств; он знает, что между слабостью ума легковерного и гордостью ума упорного есть справедливая и мудрая середина; что есть правила справедливости строгой, но не при­вязчивой, для того, чтобы отличать истинные истории от неверных рассказов; что ложные чудеса не ослабляют силы истинных, что фаль­шивая монета не уничтожает действитель­ной, что софизм не разрушает здравого разума. И когда вспомним, что превосходнейшие ге­нии на земле, в продолжение осьмнадцати ве­ков прославленные и за их учёность и за добро­детель, и известные по их глубокому знанию языков и древностей, совершенно искренно верили истинности чудес Евангельских, уви­дим, что можно веровать, не имея слабого ума, и легко утешимся, слыша пустые и лёгкие упрёки в легковерии... То, что служило осно­ванием Христианству, не было ни красноре­чие, ни сила оружия, ни потворство сластолю­бию, но верования в чудеса Евангельские, воз­вещённые во вселенной. Вот как они связан:^ с преобразованием мира самым удивительным, самым всеобщим, самым долговременным, ка­кое только видел род человеческий с самого своего начала... Апостолы не были умозритель­ные мечтатели, которые свои мнения делают идолами и защищают до потери своей жиз­ни. Они не говорят вам: мы думаем, мы судим, мы заключаем; их собственные мнения могли быть ложны, их суждения неосновательны, их заключения худо выведены и ошибочны; они нам говорят: слышахом, видехом очима наши- ма, и руки наша осязаша (1 Иоан. 1,1). Итак, признаем, что писатели Нового Завета были одушевлены любовью к истине; что, при про­стоте Апостолов, их согласие, их смелость, с какой они готовы были умереть и умерли за исповедание чудесных дел, которых, по их словам, они были очевидными свидетелями, - служат неопровержимыми доказательствами их искренности, какой напрасно ищут в исто­риях языческой древности. Что это за век наш, в который знание и остроумие имеют, кажется, только для того, чтобы делать умозаключения и соображения, направленные против религии, без смысла и логики!

Чего не придумывали неверующие всех ве­ков, стараясь ослабить, если это можно, тя­гостную для них силу чудес Божественного Спасителя! Одни говорили, что больные, ис­целённые Им, не были в самом деле больны, но притворялись, и, называя себя больными, были обманщики, подосланные самим Ии­сусом Христом! Другие говорили, что если сии больные и в самом деле были больны, то исцеление их были только кажущиеся. Мно­гие предполагали, что исцеления их были естественным делом искусства, но невежды Иудеи принимали их за чудеса. А Иудеи, со своей стороны, приписывали их диаволу; по­том учителя их писали, что Иисус совершал их через произнесение неизреченного имени Бога. Сии разноречия уже дают нам видеть замешательство неверующих и доказывают, что никакая увертка их не может удовлетво­рить умного человека,. Если бы можно было обличать во лжи повествования Евангелистов, то не было бы нужды прибегать к стольким ухищрениям, искусные врачи разных времён доказали, что большая часть сих болезней, в том виде, как они описаны Евангелистами, не могли быть излечены естественными сред­ствами. Отдавая справедливость достоинству труда их, мы думаем, что это не очень необ­ходимо, потому что человек добросовестный легко обойдётся и без таких разъисканий, а человек недобросовестный не будет ими тро­нут и не перестанет упорствовать в своём оже­сточении и противлении истине. Это также бесполезно, как и останавливаться на тех от­вратительных сравнениях, которые осмели­вались делать некоторые страстные любители магнетизма, - сравнения чудес нашего Спаси­теля с их удивительными обманами.

Но не только прикосновение к драгоценной одежде Спасителя, не только мановение Его Божественных рук, не только слово, исходя­щее из Его священных уст, суть способы, ко­торыми Господь наш исцеляет наши немощи. Он, даруя нам всецелого себя в святом при­общении, даёт жизнь душе, а потом здравие телу, если оно нужно для спасения. И, однако, сколько слабых, сколько немощных и, что осо­бенно жалко, сколько несчастных видим мы, которые и не думают искать единственного врачевства, но врачевства несомненного, пред­лагаемого в живой вере и искреннем благоче­стии для их страданий, для их горестей и, мо­жет быть, для их отчаяния.


Хананеянка у ног Иисуса Христа

(Матф. 15. Марк. 7)

Иисус Христос, вышед из земли Геннисаретской, где, после исцеления множества больных, обличал книжников и фарисеев за их обычаи, основанные на предании, Он «удалил­ся в страны Тирские и Сидонские: и, вошедши в дом, хотел, чтобы никто не узнал о сём; но не мог утаиться. Ибо, услышавши о Нём некото­рая женщина, которой дочь одержима была нечистым духом, пришла и упала к ногам Его; а женщина та была язычница, родом Сирофи- никиянка, по происхождению Хананеянка. И она умоляла Его, говоря: помилуй меня, Го­споди, сын Давидов; дочь моя жестоко беснует­ся. Но Он не отвечал ей ни слова. И подошедши к Нему ученики Его просили, говоря: отпусти её, потому что кричит за нами. Но Он сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева. Она же, подошедши, кланя­лась Ему, говоря: Господи, помоги мне. Но Он сказал в ответ: несправедливо отнять хлеб у де­тей и бросить псам. Она же сказала: так Госпо­ди! Но и псы едят крошки, падающие со стола господ своих. Тогда Господь сказал ей в ответ: О женщина! Велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему. И исцелилась дочь её в тот самый час. Она возвратилась в дом свой и на­шла, что бес вышел, и дочь лежит на постели».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Великая вера, глубокое смирение, непобе­димое терпение - таковы добродетели в Хананеянке, которым удивляется в Хананеянке, и которые представляет нам, как пример для подражания, Блаж. Иероним.

Хотя бы Господь ничего не говорил о вере этой женщины, хотя бы Он не научал нас, что достоинству сей добродетели она одолжена ис­целением своей дочери, мы и тогда, конечно, нашли бы в том месте Евангелия, где говорит­ся о Хананеянке, черты самой совершенной веры. В самом деле, чем более Хананеянка имела препятствий веровать в Иисуса Христа, тем более чудесною должна казаться её вера. Она не только была чужестранка и язычни­ца, но, когда Евангелие говорит нам, что она происходила из Ханаана, то, говорит Святый Иоанн Златоуст, это для того, чтобы побудить нас вспомнить о сем беззаконном народе, кото­рый превратил в самых основаниях естествен­ные законы и был отделён от Иудеев для того, чтобы не развратил их. Итак, подивимся силе и могуществу благодати Иисуса Христа, Ко­торый может, когда угодно Ему, от камения воздвигнуты чада Аврааму (Матф. 3, 9); и Ко­торый даёт нам видеть в жене, из страны идо­лопоклоннической, веру столь совершенную, что она не ослабевает ни от молчания, ни от ка­жущегося презрения Того, Который для всех был полон кротости и снисходительности... Не­достатку нашей веры вообще должно приписы­вать то, что мы так .редко получаем просимое нами у Бога. Скажем же Господу с Апостола­ми: приложи нам веру (Лук. 17, 5); и потом не станем колебаться в нашем уповании и будем умолять, как Хананеянка, об освобождении нас от диавола. Кто видит себя в рабстве сата­ны, может ли просить другой милости прежде той, чтобы быть освобождённым от такого ти­рана? Но кто живёт под властью страстей, то не есть ли раб сатаны. Итак, если демон нечи­стоты владеет тобой, или демон скупости дер­жит тебя в своём плену, или демон честолюбия господствует над тобой, словом какое искуше­ние ни томит тебя, скорбь ни угнетает, какая ни терзает печаль, взывай ко Господу: Господи! Сжалься над моею душою: ибо она жестоко мучится от демона!. Пусть будет мо­литва твоя краткою; но главное, да будет она горяча и полна веры - вот что необходимо.

Когда размыслим с одной стороны о ве­личии Божием, а с другой о нашем ничтоже­стве, о безмерности наших нужд, о множестве наших грехов; то мы тотчас поймём необ­ходимость непрестанно смиряться пред Бо­гом, и особенно в то время, когда приступаем к молитве. Искреннее смирение столь угод­но Богу, что не только Он исполняет молит­вы праведника, смиряющегося пред Ним, но даже останавливает удары, которыми готов поразить нечестие, когда видит грешника, по­вергшегося пред Ним, и признающего, что Он един есть Господь и Владыка. Посему да не подумаем, что Иисус Христос хотел отвер­гнуть просьбу Хананеянки: Он хотел только,

Своим отвергающим видом, испытать все до­бродетели этой женщины, и в особенности её смирение, для того, чтобы нам представить прекрасный образец. Никогда никто не был столько убеждён, сколько она, в нужде все­могущества Божия для исцеления её дочери; никто не понимал лучше её, сколько она была недостойна такой великой милости; и вот что делает это глубокое смирение, вот что произ­водит и та неотступность, с которой она про­сит, и терпение, с которым она переносит всё, что кажется ей суровым в словах Господа, вот, наконец, почему, вместо того, чтобы требовать исполнения должного, она просит только ми­лости; она смиренно представляет свое несча­стие и просит единственно милосердия, А мы, к сожалению, очень часто и не подозреваем того, какую нужду имеем в милосердии Божи- ем надменному убеждению, что Бог должен их давать тому, кто требует, приступаем к мо­литве с гордостью, как Фарисей, о котором говорит Евангелие; между тем, как написано: Господь гордым противится, смиренным же даёт благодать (Иак. 4, 6).

Никогда милости Божии не бывают столь по­лезны для нас, как тогда, когда мы их долгое вре­мя желали и просили. «В самом деле, - говорит Блаженный Августин, - Бог не перестаёт нам по­могать тогда, когда медлит помогать; и, отдаляя от нас свою помощь, этим самым подаёт нам её: потому что если бы Он тотчас исполнял наши не­терпеливые и торопливые желания нашего вы­здоровления; то мы могли бы получить от Него только слабое и несовершенное здоровье». Итак, будем просить, как Хананеянка, будем просить с постоянством, с непобедимою преданностью воле Божией, если мы хотим, чтобы Бог испол­нил наше прошение. Сие-то так настоятельно советует нам Святый Павел, и сему Отцы Церкви учат во всех своих писаниях. «Исполняет ли Го­сподь наши молитвы? - говорит Святый Иоанн Златоуст, - будем свидетельствовать Ему нашу живую благодарность. Или не соглашается Он на наши желания? Будем неотступнее в молитве, чтобы Он даровал нам просимое. Если мы недо­стойны милости, в которой имеем нужду, то мо­литва сделает нас достойными». Итак, познаем, что Господь ещё более желает ущедрить нас Свои­ми дарами, нежели мы - получить их, и что если Он испытывает нас замедлениями, то это значит, что Он при этом желает даровать нам самое по­лезное. Чем более кажется, что Он отвергает нас; тем более покажем усердия, чтобы благочести­вою неотступностью преклонить Его на милость; будем взывать к Нему, как Иаков: не пущу Тебя, аще не благоеловиши мене (Быт. 32, 26). Так бу­дем молить Его, и мы возрадуемся о наших уси­лиях и воскликнем с кающимся царём: благ Го­сподь и ввек милость Его (Пс. 135,1)

Преображение

(см. Матф. 17. Марк 8. Лук. 9)

Иисус Христос, назвав блаженным Ап. Петра за его исповедание веры и обещав ему дать ключи царства небесного, предвозвестил учени­кам Своим о Своем поносном страдании и о слав­ном торжестве Своем над смертью, для то£о, чтобы предохранить веру их от малодушия и соблазна; и присовукупил: «истинно говорю вам, неко­торые из стоящих здесь не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе и Сына Человеческого грядущего во царствии Своем». Это великое общение не замедлило ис­полниться: в самом деле, дней через восемь Ии­сус взял с Собою Петра, Иоанна и Иакова, брата его, и взошел с ними на гору высокую и уединён­ную помолиться. И когда молился, вид лица Его изменился, и Он преобразился пред ними; лицо Его просияло как солнце, одежды Его блистали светом, и сделались белы, как снег; и вот, яви­лись им два мужа, Моисей и Илия, с Ним бесе­дующие; они были окружены славою и говорили о той преизбыточествующей любви, которую Он хотел засвидетельствовать людям, приняв за них страдания и смерть в Иерусалиме. Пётр и бывшие с ним были отягчены сном, но пробудися, увиде­ли славу Иисуса и двух мужей, стоявших с Ним. И как Моисей и Илия отходили от Него. Пётр, восхищённый славою своего Господа, и предвку­шая отчасти радость, которою слава Господня исполняет Святых, созерцающих её во всём бле­ске, сказал Иисусу: «Господи, хорошо нам здесь, если хочешь поставим здесь три сени, Тебе одну и Моисею одну, и одну Илии». Когда ещё он го­ворил сие, вдруг светлое облако осенило их; и се глас из облака, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором всё моё благоволение:

Его слушайте. Ещё слышан был сей глас, как Ии­сус остался один; и потому ученики Его не могли уже усомниться, что к Нему только одному от­носились слышанные ими слова. При сих словах упали они на лица свои и были объяты великим страхом. Но Иисус, приступив, прикоснулся к ним и сказал: встаньте и не бойтесь. Тогда воз­ведши очи свои и смотря вокруг себя, они никого не увидели кроме Иисуса. Когда же они сходили с горы, Иисус приказал им никому не сказывать о том, чта они видели, разве после того, как Он воскреснет из мёртвых.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Сын Божий, чудесно преобразовавшись на Фаворе, явил Своим ученикам свойственную Ему славу Божественного естества Своего, и тем как бы прекратил на время то удивительнейшее постоянное чудо, которое состояло в сокрытии Его славы продолжавшемся во всё время зем­ной жизни Его - для того, чтобы исполнилось предопределение Бога Отца о спасении рода че­ловеческого. Ничто не было более праведным достоянием Его святого человечества, ничто не было Ему более естественно, как просияние славы Его. Но, поелику Бог Отец восхотел спа­сти человеков через уничижение и страдания Сына Своего, то для сего нужно было оное по­стоянное чудо, состоящее во внутреннем со­крытии сияния Божественного величия, при- кровенного завесою плоти, так что в состоя­нии истощения Богочеловека ни один луч сего сияния не проторгался в наружцость, и в этом то проявлялось преизбыточествующее уничи­жение Господа Иисуса, ибо Он, из послушания Отцу Своему, подчинил Себя состоянию столь­ко недостойному Его величия; смирил Себе, как говорит Святой Павел, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Филипп. II. 6, 7, 8); в этом явилась и преизобилующая лю­бовь Его; ибо по любви к нам Он покорился всем определениям воли Бога Отца, как бы ни много­болезненно было их исполнение.

Иисус Христос преобразился во время Сво­ей молитвы, но не сказано в Евангелии, что Он молился о том, чтобы быть преображенным. Не должно просить Бога о таких необыкновенных дарах; Святые даже бояться их; они скрывают их по примеру Спасителя, который для явле­ния сияния Своей славы выбрал уединённую гору и взял с Собою немногих свидетелей, кото­рым потом повелел молчать о том, что они виде­ли. Но когда Он восхотел претерпеть позорную смерть; то выбрал гору открытую взорам всего Иерусалима. Так Он смиряет нашу гордость! Благочестивый Франциск де Саль говаривал, что истинное благочестие состоит в том, чтобы прилепляться не столько к утешениям Божи- им, сколько к Богу всякого утешения. Свет, ко­торым блистало лицо Иисуса Христа во время Его молитвы и белизна Его одежды показывают нам, что во время молитвы просвещается душа, и что в ней возгорается тогда огонь Божествен­ной любви, который изглаждает её пятна и очи­щает её пред очами Бога.

Иисус в сей тайне является между Моисеем и Илиёю: Ибо Иисус Христос есть конец и цель, к которой относятся весь древний закон и Про­роки. Он есть ключ Святых Писаний, и чтобы с пользою разуметь их, должно всегда во вре­мя чтения их иметь Его перед глазами. Вечный Отец повелевает слушать Иисуса Христа; пото­му что Иисус Христос есть истина, истинный свет мира, и последующие за Ним не ходят во тьме. Он не приказывает слушать людей, гово­рящих от себя: потому что они, как люди, под­вержены лжи и заблуждению и могут говорить языком страстей. Впрочем, Иисус Христос ска­зал Своим Апостолам и в лице их Священникам Своей Церкви: Слушали вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается (Лук. X. 16). Служитель Алтаря, в Святом судилище покаяния, с Христианской кафедры повелевает, изрекает суд и проповедует только во имя Ии­суса Христа; и он должен, подобно Божествен­ному Учителю, почерпать свою силу в молитве и власть свою в послушании.

Добрый Самарянин

(Лук. гл. X)

Немного спустя после Своего славного Преоб­ражения, Господь Иисус избрал ещё семьде­сят учеников, которых послал перед Собою по два во все города и места, куда должен был Сам идти. И сказал им: идите; вот Я посылаю вас, как аг­нцев в средину волков; слушающий вас, Меня слушает, и отвергающий вас, Меня отвергается, отвергающийся же Меня, отвергается Послав­шего Меня. И возвратились семьдесят учеников с радостью и говорили Ему: Господи, и бесы по­винуются нам по силе твоего имени. Иисус отве­чал им: Я видел сатану, спадшего с неба, подоб­но молнии. Се даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражию, и ничто не повредит вам. Однако же не тому радуйтесь, что духи вам повинуются; но радуйтесь, что имена ваши написаны на небесах. В тот час возрадовал­ся духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче, Го­споди неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных, и открыл то младенцам; Ей, Отче! Ибо так было Тебе благоугодно. Всё предано От- цем Моим, и никто не знает, кроме Отца, кто есть Сын; равно никто не знает и сего, кто есть Отец, кроме Сына, и того, кому Сын восхощет открыть. И обратясь к ученикам, особо сказал им: блаженны очи, видящие то, что вы видите; ибо Я вам сказываю, что многие пророки и цари желали видеть, что вы видите, и не видали; слы­шать, что вы слышите и не слыхали. Тогда один законник встал и, чтобы искусить Его, спросил: Учитель! Что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Иисус спросил его: в законе что написано? Как читаешь? Он отвечал: возлюби Господа Бога своего всем сердцем своим и всею душою своею, и всею крепостию своею, и всем разумением своим; и ближнего своего, как само­го себя. Иисус сказал ему: правильно ты отве­чал, так поступай, и будешь жить. Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближ­ний? На сие сказал Иисус: некоторый человек, проходя из Иерусалима в Иерехон, попал в руки разбойников, которые сняли с него платье, из­ранили его и ушли, оставив его едва живым. По случаю, некоторый священник шёл той доро­гой и, увидев его, прошёл мимо. Так лее и Левит, быв на том месте, подошёл, посмотрел и прошёл мимо. А один проезжающий Самарянин, найдя и увидев его, сжалился. И подошедши, пере­вязал ему раны, возливая на них масло и вино; и посадив его на своего осла, привёз его в гости­ницу, где имел о нём попечение. На другой день, отъезжая, вынул два денария, дал их хозяину и сказал: позаботься об этом человеке, и если что издержишь более, я всё отдам тебе, когда возвра­щусь. Кто, думаешь, из сих троих был ближний попавшемуся разбойникам? Законник отвечал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди и сам поступай так же.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Какое видим достоинство в обращении Иису­са Христа со Своими учениками! Как Он пользо­вался всяким случаем, чтобы показать, как они достойны почтения, и внушить народу глубокое уважение к тем, которых Он посылал вместо Себя для исцеления, утешения, увещания. Он был Бог, и называл Апостолов более друзьями Своими, не­жели слугами. Увы! Время сжало сердца; охла­дило любовь, и иногда, т. е. весьма часто, в наши дни с глубокою скорбию видим, как эту суще­ственную добродетель Христианства, оставляют даже те, которые должны быть смиренными учи­телями любви и постоянными её образцами.

Есть два рода пользы, говорит Святый Иоанн Златоуст, которые имеют отношение к любви, и с которыми мы должны соображать все от­правления этой добродетели, именно: польза собственная и польза другого; польза собствен­ная, которая обыкновенно бывает предметом на­ших самых пылких страстей, и польза другого, которою мы вообще мало трогаемся; польза соб­ственная, которую мы бережём со всем возмож­ным старанием, и польза другого, которой мы не боимся делать подрыв; первая, т. е. собственная польза, бывает препятствием к любви, другая, т. е. благо ближнего, есть предмет любви. Размыс­лив1 внимательно о сих двух видах пользы, тот­час можем согласиться, во-первых, что сколь­ко бы ни была велика наша собственная поль­за, исключая разве спасение души, - мы всегда должны быть готовы ею жертвовать для любви Христианской; во-вторых, что сколько бы ни была мала польза ближнего, мы всегда должны уважать и охранять её для поддержания люб­ви Христианской. В самом деле: что возмущает между людьми порядок любви? Две вещи: лю­бовь к собственной корысти, изнеженность или самость, и равнодушие к пользе ближнего, же­стокость или несправедливость.

Счастие учеников Спасителя состояло не в том что они видели Его только глазами теле­сными, ибо и Иудеи видели Его, так же, как и они, и, однако же, не переставали гнать Его с ожесточением даже до смерти; и не в том толь­ко, что они видели Его очами веры; ибо по сви­детельству Священного Писания известно, что и Авраам, Исайя и многие другие Патриархи и Пророки видели таким образом славу Господа, но в том, что они видели Его вместе и очами теле­сными, и очами духовными. Это преимущество - видеть и слышать телесно и духовно Спасителя, и исповедать Его Христом и Сыном Божиим, да­ровано только ученикам Его. Что касается до нас, то мы видим Спасителя мира только очами ду­ховными, но, между тем, гораздо яснее, нежели ветхозаветные праведники. Нам не нужно со­жалеть, что мы не живём во времена Апостолов; потому что в те времена гораздо труднее было признать Сыном Божиим и Самим Богом Того, Кто любил скрываться в народе и под смирен­ным кровом древоделя, нежели веровать в Него теперь вместе со всею вселенною, вместе с верою осмнадцати веков. Между тем, мы должны при­лагать к себе слова Иисуса Христа: блажени очи, видящии ЯЖб видите (Лук. X, 23), потому что счастие Христиан в том состоит, что они видят и слышат то, чего не видали и не слыхали столь многие языческие народы, не имеющие никакого понятия о Религии Иисуса Христа, без которой нельзя спастись; и вместо того, чтобы запутывать свой разум в отыскании причин, почему Бог од­них оставил во мраке заблуждения, а других из­вёл из него, постараемся лучше возбудить в себе чувства справедливой благодарности к Богу за то, что Он удостоил нас Своих даров, и помыслить об обязанностях, которые возлагает на нас то ве­ликое благодеяние, что мы призваны к вере.


Иисус Христос в доме Марфы и Марии

(Лук. 10, 38)

Марфа и Мария, сёстры Лазаря, жили со сво­им братом в Вифании, селении, находив­шемся близ Иерусалима.

Божественный Спаситель неоднократно удо­стаивал Своего присутствия это семейство до­бродетельное и очень почтенное в той стране.

Однажды Иисус Христос пришёл в Вифа- нию. Марфа приняла Его в дом свой. Тогда Ма­рия, сестра её, сидя у ног Божественного Учите­ля, слушала слово Его. Между тем «Марфа мно­го заботилась об угощении, и, подойдя, сказала: Господи! Или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? Скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! Ты заботишься и суетишься о многом: а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у ней».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Се что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе (Пс. 132,1), писал Святый Пророк Давид. Это счастие предполагает дружбу твёр­дую и постоянную, которая может быть плодом только великого благочестия и истинного духа любви. Любовь делает продолжительною и об­лагораживает дружбу, научая людей взаимно сносить различие характеров и проступки друг друга; благочестие укрепляет её, устремляя все привязанности сердечные к Богу. Как жаль, что дружба сделалась столь редкою, даже между родственниками! Ах! Это от того, что почти не­известны в мире ни благочестие, ни любовь!

Должно ли удивляться, что Господь Ии­сус Христос, Который пришёл принести мир на землю, Который называет блаженными ми­ротворцев, Который даёт нам мир, как благо самое драгоценное, должно ли удивляться, что Он любит принимать гостеприимство таких лю­дей, которые, как Ему известно, всегда желают сего неизреченного сокровища? Сколько лиц завидуют жребию Марфы, сподобившейся при­нять Иисуса. Христа к себе и служить Ему при столе? Но не сказал ли Спаситель: взалкахся, и даст Ми ясти... понеже сотвористе едино­му сих братии Моих менших, Мне сотвористе (Матф.ХХУ, 35, 40)? Сколько других хотели бы с Мариею поспешить к ногам нашего Госпо­да, чтобы непосредственно принимать от Него пищу совершенно духовную и Божественную? Но не можем ли мы всегда иметь это блажен­ство, с очень многими другими преимущества­ми, в святом приобщении, или во время горячей молитвы? Не сказал ли Христос, что Он по ис­тине есть наша пища? И когда мы имеем Его в себе, то не даётся ли нам, чрез это, находиться у ног Его, слушать Его, и питаться Его небес­ным учением? Тогда-то Он чудным образом даёт нам понимать важность спасения, которое есть единственное нужное для нас дело; тогда-то Он с благостию убеждает нас и склоняет к тому, чтобы бескорыстно пожертвовать всем, что мо­жет подвергнуть гибели нашу душу,..

Различают в духовной жизни два состояния, которые называют жизнию деятельною и жиз- нию созерцательною. Каждое из сих состояний предлагает свои утешения и преимущества; но в том и в другом представляются также своего рода и заблуждения и опасности. Бог, Которого намерения непостижимы, и Который есть Вла­дыка Своих даров, иногда особенным образом призывает верные души к одному из сих двух состояний; но соединение того и другого есть более обыкновенный путь к достижению совер­шенства в этой жизни, где созерцание необхо­димо для того, чтобы в молитве и познании веч­ных истин и воли Божией дать душе свойствен­ную её пищу; и где труд необходим, как заглаж- дение греха и средство для поддержания жизни и для приумножения добродетелей.

Деятельность предполагает нужды и бедствия, и соответствует здешней жизни, которая полна ими. Созерцание ищет жизни более спокойной и более чистой и останется, или, лучше сказать, будет совершенным тогда, когда вместо этого слабого луча вечного света, который душа, здесь содержась пленного в оковах плоти, несовершен­но усматривает, она, освободившись от всего, что привязывает её к вещам сотворённым, увидит самый свет в его источнике. Итак, понятно, по­чему наш Спаситель утверждал, что Мария из­брала лучшую часть; и если не все призваны к тому, чтобы проводить жизнь созерцательную в монастыре и в уединении, то все, однако ж, должны выбирать такое состояние жизни, в ко­тором безопаснее могут достигнуть спасения; все должны, сообразно со своим состоянием, сбере­гать несколько минут каждый день, чтобы раз­мышлять о последней цели жизни и отдавать себе отчёт в своём преуспеянии на пути деятельного исполнения христианских добродетелей. «Не должно, - говорит Блаженный Августин (О гра­де Божием, кн. XIX.), - так предаваться покою созерцания, чтобы не думать вместе быть полез­ными ближнему, не предаваться деятельности так, чтобы забывать о созерцании. Спокойствие, которое должно любить, не есть праздность, но удаление от забот и сует для искания истины, чтобы приносить пользу и самому себе, и другим. В деятельной жизни то, что должно иметь в виду не есть ни честь, ни власть, ни утешение, кото­рые могут иногда быть связаны с сею жизнию, но подвиг, соединённый с нею, когда он способству­ет нашему собственному освящению и преуспеянию в любви к ближнему.

Жена, обличённая б прелюбодеянии

(Иоанн. 8)

Фарисеи постоянно употребляли новые усилия, чтобы возложить руки на Бо­жественного Наставника и предать Его смер­ти. Но час Его ещё не пришёл. Однажды, после довольно жаркого прения между Фарисеями, в котором принял участие и Никодим, укоряя учителей Закона за непоследовательность их действий, внушённых ослеплением страсти, Иисус пошел на гору Масличную. А утром опять пришёл в храм, и весь народ шёл к Нему. Он сел и начал учить их. Тут книжники и Фарисеи приводят к Нему женщину, взятую в прелю­бодеянии: и, поставя её посреди, говорят Ему: «Учитель! Сия женщина взята в самом действии прелюбодеяния; а Моисей в законе заповедал нам побивать таковых камнями: Ты что на это скажешь? Говорили же сие, искушая Его, дабы найти что-нибудь к обвинению Его. Но Иисус, наклоняясь вниз, писал перстом на земле, не обращая на них внимания. А как настоятельно стали спрашивать Его; то восклонясь сказал им: «Кто из вас без греха, пусть первый бросит на неё камень». И опять наклоняясь вниз, писал на земле. Они же, слышав то, и будучи обличае­мы совестью, уходили один за другим, начиная от старейших до последних: и остался один Ии­сус, и женщина, стоящая посреди. Иисус, вос­клонясь и невидя никого кроме женщины, ска­зал ей: «Женщина! Где твои обвинители? Никто не осудил тебя?» Она отвечала: «Никто Госпо­ди!» Иисус же сказал ей: «И Я тебя не осуждаю. Поди, и впредь не греши».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

То, что делали враги Иисуса Христа в опи­санном обстоятельстве с целью уловить Его в слове и погубить, только послужило к их собственному обличению и возбудило удивление к Его мудрости и благости. Положение Боже­ственного Наставника, по-видимому, было за­труднительно: Ему надлежало и удержать Своё достоинство, и сохранить любовь народа, и обличить лицемерную злобу Фарисеев, и спасти виновную, но несчастную жену, и соблюсти за­кон: и вот Иисус удовлетворяет всем сим требо­ваниям спокойно, смиренно, без всякого чуда!

Строгость законов и нравственного суда про­тив прелюбодеяния, очевидно, основывается на благе общественном. Этот порок и нарушает общественный порядок, и ведёт к совершению других преступлений. Чем важнее обязанности, возлагаемые брачным состоянием, тем необхо­димее, чтобы сей союз был священным и ненару­шимым. Когда это преступление однажды совер­шено, то уже не остаётся более ни уважения, ни доверенности, ни взаимной нежности между су­пругами, - не говорим уже о других, более пагуб­ных последствиях, которые могут произойти от­сюда; - связь, которая долженствовала соделать супругов счастливыми, делается для них невыносимою. Отсюда рождаются явные раздоры, со­блазнительные разводы супругов, взаимное бес­славие, открытая ненависть между семействами: а до каких крайностей может довести ревность, мстительность, ярость? Каковы примеры для де­тей, которые должны находить образцы доброде­телей в тех, от которых они получили жизнь?

Вот как умозаключали Фарисеи: Если Он того мнения, что должно побить камнями эту женщину, то Он поступит вопреки той кротости, которая привлекает к Нему все сердца; а если Он думает, что должно отпустить её без наказания, то Он явно нарушит чувство справедливости. Без сомнения, чтобы не потерять в умах народа того превосходства, которое делает Его предме­том всеобщей любви, Он выразит мысль, что не должно её предавать смерти, - и тогда мы будем иметь прекрасный случай схватить Его и обви­нить как презрителя Закона, Итак, Иудеи ду­мали привести Спасителя в замешательство; но верно слово, ещё прежде сего сказанное Духом Святым: тщетно постираются мрежи перна­тым (Пр. 1, 17). Божественный Наставник отве­чает совершенно неожиданным для них образом. Он не сказал, что не должно побить камнями сию женщину, чтобы не нарушить закона; не сказал, что нужно побить её камнями, потому что Он пришёл не погубить, но спасти: Он так смягчает Свой ответ, что не оскорбляет ни справедливо­сти, ни милосердия. Кто из вас без греха — вот благость и милосердие Богочеловека, имеющее целью освободить сию женщину из рук её обви­нителей! Пусть первый бросит на неё камень, - вот правосудие Всевышнего, которое требует, чтобы грех был наказан; ибо, по изъяснению Блаженного Августина, Спаситель здесь как бы так говорит: грешница пусть будет наказана, - но не грешниками; закон должен быть исполнен, но не нарушителями закона. Сей ответ, испол­ненный правоты, привёл в смущение людей раз­вращённых, которые поспешили удалиться, что­бы сокрыть свой стыд.

Эта снисходительность Спасителя нашего не должна внушать ложного упования грешникам, но только научать их, что если они покают­ся, то Иисус Христос всегда готов простить им грехи. Фарисеи сами были уловлены в сеть, ко­торую они распростирали для Божественного Наставника. Мы должны знать, что привле­каем на себя подобное же посрамление всякий раз, когда обвиняем других в пороке, в котором и сами виновны. Чтобы не подвергнуться столь важному и по несчастию, столь обыкновенно­му недостатку, мы, прежде, нежели с такою строгостью станем осуждать слабости другого и даже, как часто делается, требовать за них наказания, должны добросовестно испытать себя, в состоянии ли мы бросить на него первый камень. Увы! Сколько людей, которые видят сучец в глазу брата своего, не примечая бревна в своих очах! Сколько есть таких, кои при всех своих разговорах, только для того отверзают уста свои, чтобы порицать поступки такого-то, разбирать поведение такой-то, но как скоро они умолкли бы, когда сказали бы им: кто из вас без греха, пусть первый бросит камень! Даже если бы человек и не был виновен в пороке, им по­рицаемом, то пред очами Божиими достаточно и того, что он не вполне невинен, чтобы при­влечь на него то же осуждение, какому подвер­глись Фарисеи; ибо они были свободны от поро­ка прелюбодеяния, в котором обвиняли женщи­ну, приведённую ими ко Христу; но их сердце было омрачено завистью и ненавистью, какую они питали к Нему. Если бы, прежде осуждения других, мы испытывали самих себя, то и к дру­гим оказывали бы ту же снисходительность, в какой имеем нужду для нас самих; мы бы не осуждали, дабы не быть осуждёнными: были бы смиреннее при виде недостатков ближнего, ибо узнали бы, что от них не свободен никто, и что ежеминутно можно впадать в проступки не­сравненно значительнейшие.

Блудный сын

(Лук. гл. XV)

Однажды, когда мытари и грешники приблизились к Иисусу Христу, чтобы послушать Его, фарисеи и книжники роптали на это и гово­рили: вот Он принимает грешников и ест с ними. Но Иисус предложил им следующую притчу.

«У одного человека было два сына. Млад­ший из них сказал отцу своему: отец мой! Дай мне часть имения, которая должна мне достать­ся. И отец разделил им своё имение. Через не­сколько дней младший сын, собравши всё, отправился в дальнюю сторону, и там расточил имение своё, живя распутно. Когда же он про­жил всё, настал великий голод в той стороне, и он начал нуждаться. Тогда он пошёл и при­стал к одному из жителей этой стороны; а тот послал его на свои поля пасти свиней: там он рад был наполнить чрево своё кормом, кото­рый ели свиньи, но и того никто не давал ему. Наконец, пришедши в себя, он сказал: сколь­ко наемников в доме отца моего с избытком до­вольствуются хлебом, а я мру с голоду! Вста­ну, пойду к отцу моему и скажу ему: родитель!

Согрешил я против неба и пред тобою, и уже не­достоин называться сыном твоим: прими меня, как одного из наемников твоих. Встал и пошёл к отцу своему. И когда ещё он был далеко, отец увидел его и сжалился над ним, и, побежав, бросился к нему на шею, и целовал его. Сын же сказал ему: родитель! Я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сы­ном твоим. А отец сказал своим слугам: прине­сите лучшую одежду и наденьте его, и наденьте ему перстень на палец и сапоги на ноги; и при­ведите откормленного телёнка и заколите: ста­нем есть и веселиться; потому что сей сын мой был мёртв и ожил; пропадал и нашёлся. И на­чали веселиться. Между тем, старший сын его был на поле, и возвратясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; призвав одного из слуг, он спросил, что это такое. Слуга отвечал ему: брат твой возвратился, и отец твой заколол откормленного телёнка, потому что увидел его здоровым. Он осердился и не хотел войти. Отец его, вышедши, звал его; но он отве­чал ему: я столько лет служу тебе и никогда не ослушался тебя ни в чём, что ты не приказывал мне; но ты никогда не дал мне и козлёнка, что­бы мне повеселиться с друзьями моими. А ког­да возвратился этот сын твой, промотавший имение твоё с непотребными женщинами, ты заколол для него откормленного телёнка. Отец сказал ему: сын мой! Ты всегда со мною, и всё моё - твоё. А о том надобно было порадовать­ся и веселиться, что этот брат твой был мёртв и ожил; пропадал и нашёлся.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Все наставления Иисуса Христа ознаме­нованы печатию истины и бесконечной му­дрости, которой неизреченные сокровища со­крыты в Его божественном сердце. От чего же происходит, что не все сии наставления произ­водят столь глубокое впечатление, как притча о блудном сыне? Это от того, что она представ­ляет самую чувствительную картину, самую живую противоположность и самое трогатель­ное описание чрезвычайного заблуждения че­ловеческого сердца и неистощимого милосер­дия Божия. Сколько здесь в немногих словах уроков, и какие уроки! Можно ли прочитать эту притчу и не тронуться, не почувствовать ужаса к пороку, не решиться любить Бога, Ко­торый, чтобы привлечь нас к Себе, изобра­жает Себя в чертах, означающих несравнен­ную доброту. Можно ли, остановив свои взоры на превосходном изображении блудного сына, которое начертано кистью Спады* (*Спада, знаменитый Болонский живописец XVI столе­тия), не тронуться до глубины сердца, и вместе с блудным сыном, проливая сладкие слёзы со­крушения и любви, не воскликнуть: Отец мой! Я прихожу к тебе; моё поведение не будет более поруганием тем благодеяниям, которыми ты осыпал меня! Я хочу сделаться лучшим.

Цель этой притчи состоит в том, чтобы по­казать, каким путём человек удаляется от до­бродетели, и потом, как возвращается к Богу; от каких зол освобождается и какие приобрета­ет блага через искреннее обращение. Расточение отеческого богатства изображает нам то злоу­потребление, которое делает грешник из есте­ственных и сверхъестественных даров, получен­ных им от Бога. Голод и бедность есть та неиз­меримая пустота, которая образуется в душе, сотворённой для одного Бога, которую ничто не может наполнить, даже среди изобилия, когда она не имеет в себе Бога. Хозяин, которому отда­ёт себя блудный сын, есть диавол. Ах! До какого рабства дошёл он посредством ложной свободы, вместо сладкой свободы, обретающейся в раб­стве чад Божиих! - Свиньи суть те гнусные стра­сти, которых он сделался рабом; а свиной корм - те жалкие удовольствия, которым он всё принёс в жертву, которые часто не даются его желани­ям и всегда остаются неспособными удовлетво­рить им. Распутный сын, который говорит: ка­кое зло делает это отцу моему? — есть безумец, который к обиде присоединяет наглость; и греш­ник, который говорит: какое зло делает мой грех Богу? - есть нечестивец, который к без­законию присоединяет богохульство. Сколько грешников, которые говорят подобно блудному сыну: встану и пойду: но одни идут немедлен­но, другие откладывают своё возвращение: вот отчего происходят кающиеся и нераскаянные; избранные, которые прежде много грешили, и отверженные, которые тысячу раз предпо­лагали покаяться. - Драгоценная одежда есть символ первоначальной невинности. Перстень есть залог возвращения Святаго Духа в сердце, из которого Он был изгнан через грехи, в кото­рое снова возвращается с полнотою Своих даров и благодати. Сапоги охраняют ноги кающегося против камней соблазна и защищают их от уку- шения адского змия. Телец упитанный изо­бражает плоть Иисуса Христа, которая дается кающемуся в знамение примирения, и в пищу необходимую для сохранения духовной жизни, которая ему милосердно возвращается.

Иисус благословляет детей

(Лук. гл. XVIII)

Возвестив ученикам Своим о славном прише­ствии Своём в день последнего суда, Иисус предложил им притчу о том, что должно всегда молиться и не унывать, говоря: в одном городе был некоторый судья, который Бога не боял­ся, и людей не стыдился. В том же городе была некоторая вдова, и она, приходя к нему, гово­рила: защити меня от соперника моего. А он долгое время не хотел; но после сказал сам себе: хотя я и Бога не боюсь, и людей не стыжусь, но как вдова сия мне докучает, вступлюсь за неё, чтобы она не приходила беспрестанно докучать мне. И сказал Господь: слышите, что говорит судья неправедный. Бог ли не защитит избран­ных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? Я вам сказываю, что по­даст им защиту вскоре. Но Сын человеческий пришедши, найдёт ли веру на земле?

«Также  к некоторым, кои уверены были о себе, что они праведны, и уничижали других, ска­зал следующую притчу: Два человека пришли в храм помолиться: один Фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! Благодарю Тебя, что я не таков как про­чие человеки, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как сей мытарь. Пощусь два раза в неделю; даю десятую часть от всего, что приобретаю. Мы­тарь же стоя вдали, не смел даже очей возвести на небо: но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! Милостив буди мне грешнику! Я вам сказываю, что сей пошёл оправдан в дом свой, а не тот: ибо всяк возвышающий сам себя унизится, а унижа­ющий себя возвысится».

«Приносили к Нему и младенцев, чтобы Он прикоснулся к ним; ученики же, видя то, не до­пускали приносящих. Но Иисус, подозвав их, сказал: пусть приходят ко мне дети: ибо таковых есть царствие Божие. Истинно говорю вам: кто не примет царствия Божия, как младенец; тот не войдёт в него. - И спросил Его некто из знат­ных, говоря: Учитель благий! Что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Иисус сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Ты знаешь запове­ди: не прелюбодействуй; не убивай; не кради; не лжесвидетельствуй; почитай отца твоего и мать. Он же сказал: это всё сохранил я от юности моей. Услышав сие, Иисус сказал ему: ещё одного тебе недостаёт: всё, что имеешь, продай и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небеси, и приходи и следуй за Мною. Он же, услышав сие, опечалился, потому что был весьма богат., Иисус увидя, что он опечалился, сказал: как трудно имеющим богатство войти в царствие Божие! Ибо удобнее верблюду сквозь игольные уши пройти, нежели богатому войти в царствие Божие. При сем сказали слышавшие: кто же мо­жет спастися? Но Он сказал: невозможное чело­векам возможно Богу. Петр же сказал: вот мы оставили всё и последовали за Тобою. Он ска­зал им: истинно говорю вам: нет никого, кто бы оставил дом, или родителей, или братьев, или сестёр, или жену, или детей для царствия Бо- жия, и не получил бы более во время сие и в век будущей жизни вечной».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Люди истинно благочестивые, а не те, кои ста­раются только казаться такими, не только имеют определённые часы предназначенные собствен­но для молитвы, но, чтобы исполнить заповедь божественного Наставника, они, возобновляя свои добрые намерения,^возвышаясь непрестанно духом к Богу, стараются все свои действия обра­щать в молитву, хотя не устную, но, тем не менее, сильную внутренно и непрерывную. Видя, что просьба вдовы могла смягчить сердце даже само­го немилосердного судии, чего не должны ожи­дать мы от Бога, Который есть самая благость? Наш Божественный Наставник, предлагая сей пример действенности молитвы, научает нас, что Бог, имея живейшее расположение благотворить нам, тем не менее, желает, чтобы мы молили Его о сем пламенно и постоянно.

Ничто столько не противно духу Евангель­скому, как характер тех тщеславных людей, кои, выдавая себя образцами праведности, пре­зирают других. Как много есть людей, кои, подобно Фарисею, привносят в молитву только дух гордости, входят в святилище, чтобы здесь тщеславиться своею роскошью, выставлять на­показ своё богатство и просить у Бога Его мило­стей так, как бы требовали должного им, всегда будучи готовы обратить в предметы суетности Божественные дары, когда Господь ниспосы­лает их, и роптать, если Он отказывает в них! Увы! Слишком много людей, самообольщенных и неправо понимающих сущность благочестия, кои, по-видимому, всю добродетель поставля­ют в наружной строгости жизни и в исполне­нии внешних обязанностей религии. Это оттого, что гораздо легче изнурять тело постом, неже­ли укрощать дух смирением, несравненно лег­че отказаться от имущества, нежели отречься от самолюбия. Но самое суровое изнурение плоти, самая строгая справедливость, самая неукоризненная чистота не могут отверзть нам неба, если сии добродетели не сопровождаются Христианским смирением. Грех, смиряющий человека, - чрез спасительное сокрушение, ко­торое он возбуждает в душе, снова возвыша­ет его из состояния уничижения. Ибо Бог, как скоро видит нас припадающих к стопам Его, тотчас возвращает нам Свою милость и осыпа­ет нас благодеяниями; но Он с гневом отвергает и оставляет во грехе гордого Фарисея, который не видит в мире ничего лучше себя.

Иисус Христос осуждает неправильно по­нимаемое чувство уважения к Нему Своих учеников, отдалявших от Него детей из опа­сения, чтобы они не были Ему в тягость, Сим Он научает великих мира и людей имеющих какую-либо власть, быть доступными даже для самых незначительных лиц, выслушивать их просьбы, их жалобы. Сильные земли! Этот бедный человек, которого не примечают ваши взоры, потому что или его скромность, или ваша горделивость удерживают его в отдалении, этот человек, незнаемый в своём скромном по­ложении, может быть вблик пред Богом своею невинностью и добродетелью. Итак, страшитесь за одну незначительность положения в мире не уважать тех, на коих Бог взирает, как на Своих друзей, тех, коих добрые качества ценит и са­мый мир, более вас справедливый.

Спасение трудно для богатых, потому что богатство всегда почти производит какое- либо из сих трёх следствий: или воспламеняет в сердце корыстолюбие, или надмевает гордо­стью, или делает человека чувственным и са­молюбивым. Блажен тот, кто при виде этих трудностей взирает на богатство с опасением, вместо того, чтобы увлекаться им: ибо внима­тельность к опасности, грозящей ему гибелью, заставляет его находить и употреблять во бла­го средства, которые Божие милосердие всегда полагает во власти его, чтобы спасти его от ко­раблекрушения и утвердить в святой надежде достижения царства небеснаго.


Работники в винограднике

(см. Свят Матф. XX)

Царство небесное подобно хозяину, который рано по утру вышел нанять работников в свой виноградник. Договорясь же с работ­никами заплатить им по денарию на день, по­слал их в свой виноградник. И вышедши около третьего часа, увидел других стоящих на торгу праздно, сказал и им: подите и вы в виноград­ник мой, и что следовать будет, я заплачу вам; и они пошли. Опять вышедши около шестого и десятого часа тоже сделал. Наконец, вышед­ши около одиннадцатого часа, нашёл других, стоящих праздно, и говорит им: что вы стоите здесь целый день праздно? Отвечают, ему: ни­кто нас не нанял. Он говорит им: подите и вы в мой виноградник. Когда же наступил вечер, говорит господин виноградника управителю своему: позови работников и отдай им плату, начав с последних до первых. И пришедшие около одиннадцатого часа получили каждый по денарию. Те же, которые были наняты пер­вые, прищедши в свою очередь, думали, что они получат больше; однако, и они получили по денарию. И получив, стали роптать на хо­зяина и говорили: сии последние работали только час, и ты поставил их наравне с нами, которые трудились целый день и терпели зной. Но он отвечал одному из них: друг мой, я тебя не обижаю: не за денарий ли ты договорился со мной? Возьми своё и поди. Я же хочу сему последнему дать то же, что и тебе. Разве я не властен в своём делать что хочу? От того ли твой глаз завидлив, что я добр? Так последние будут первыми, а первые последними: потому что много званных, а мало избранных.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Многие Отцы Церкви видят в этой притче преимущество, данное язычникам перед наро­дом Иудейским, который был избран и призван прежде их. Весьма вероятно, что действитель­но таково было намерение Божественного Спа­сителя, когда Он предлагал её. Но, по мнению большей части толковников, она имеет и дру­гой смысл, который, вероятно, Спаситель наш также имел в виду, и на него мы обратим вни­мание; потому что он ближе и прямее относит­ся к нам и подает нам более обильный источник назидания. В этой притче мы видим нежное изображение бесконечного милосердия Господа, Который милостиво простирает руки к грешни­ку и с любовью принимает его, в какое бы время он ни пришел к Нему. К несчастию, многие от­кладывают на долго своё обращение по ложно­му расчёту, от которого иногда и погибают.

Пока в человеке остаётся дыхание жиз­ни, он находится во власти Божия милосер­дия, которое ожидает его покаяния; это совер­шенно истинно; но человеку со своей стороны очень безрассудно воображать, что он, про­ведши большую часть жизни в бесконечности, или в забвении правил благочестия, будет, как предполагает, в последние дни иметь и охоту, и довольно времени основательно позаботиться о своем спасении. Сколько страшных нечаянно- стей, которые должны повергнуть нас в святой страх, и убедить нас безотлагательно приняться за дело, чтобы обезопасить, пока это ещё в на­шей власти, успех единственного дела, для ко­торого мы живём в этом мире.

Господин виноградника - есть Бог; работ­ники - мы, виноградник - наша душа, кото­рую мы должны обрабатывать охотным испол­нением обязанностей нашей Святой Религии; часы дня, суть различные возрасты жизни, в которых труд, как бы продолжителен он не был, есть только труд одного дня; наконец, де­нарий - есть небесная награда. О как благ Бог наш, Который призывает и ищет нас от утра до вечера, то есть, от нашей колыбели до моги­лы! Он приглашает, Он убеждает нас Святым Своим словом, добрыми примерами, которых свидетелями бываем мы, скорбями, которыми Он огорчает нас и побуждает иногда убегать от грехов болезнями, несчастиями, непредви­денными смертями, словом - всеми происше­ствиями, нас окружающими. Особенно Он дей­ствует на нас возбуждая в нас добрые чувство­вания, святые мысли, благочестивые желания, спасительные намерения, беспокойства, ко­торые нас тревожат, угрызения совести, ко­торые нас беспокоят, — всё это суть внушения, которые Бог посылает нам и которыми побуж­дает нас не оставаться праздными... Ах! Пере­станьте, наконец, упорствовать против Его нежности; имейте столько же сожаления о ва­шей душе, сколько Он имеет; имейте столько же попечения о вашем счастии, какое Он вам показывает. Какой бы ни был час дня вашей жизни, ступайте, как работники, упоминае­мые в настоящем Евангелии, трудиться в ви­нограднике и начните заслуживать награду, которую Он вам обещает. Но сию награду Он назначает неослабному прилежанию, и через это показывает вам, что жизнь Христианская не есть жизнь рассеянности и удовольствий; а чтобы лучше дать нам понять это, Он при сем выбирает для сравнения работу в виноградни­ке, которая особенно требует много бдитель­ности и забот самых непрерывных и трудных. Восполняйте кратность времени вашей ревно­стью, отсекайте бесполезные ветви, то есть из­лишества, обременяющие душу: исторгайте из сердца преступные привязанности, кото­рые заражают его; искореняйте до последней отрасли гнусные страсти, которые удушают вашу ревность о спасении. Обрабатывайте не­престанно виноградник ваш, чтобы привлечь на него росу святого помазания. Приведите его жаром вашей ревности, в такое состояние, что­бы представить его Домовладыке столь же свя­тым, как вы получили его после вашего креще­ния, и ещё более, изобилующим богатыми пло­дами для вечности.

Господин виноградника в настоящей прит­че дает равную награду и тем, которые работа­ли один час, и тем, которые трудились целый день; но, говоря это, Божественный Спаситель не имел намерения сказать, будто равную будут иметь славу Святые, царствующие на небе. Те же уста, которые изрекли, что всем работникам дано было по денарию, возвещают, что в дому Отца небеснаго обители многи суть (Иоанн. XIV, 2); и что в Царствии небесном большим бу­дет тот, кто более смирит себя на земле. Все по­лучат одну награду, но получат её сообразно со своими заслугами. Таким же образом иные под­вергнутся в аду одному наказанию, но муки их будут сообразны с их преступлениями.

Иисус воскрешает Лазаря

(Ев. ИОАН. 11)

В Вифании был болен Лазарь, брат Марии и Марфы. Посему сестры его послали ска­зать Иисусу: «Господи! Тот, кого Ты любишь, болен. Иисус, услыша то, сказал: сия болезнь не к смерти, но к славе Божией, да прославиться через неё Сын Божий...» Потом сказал Своим ученикам: «Лазарь, друг наш, уснул: но Я иду разбудить его. На сие ученики Его сказали: Го­споди! Если уснул, то выздоровеет. Иисус же го­ворил о смерти его; а они думали, что Он говорит о сне обыкновенном. Тогда Иисус сказал им пря­мо: Лазарь умер; и радуюсь за вас, что Меня там не было; дабы вы уверовали; но пойдём к нему».

«Иисус пришедши нашёл, что он четыре дня уже лежит во гробе. Вифания же была близ Ие­русалима, стадиях в пятнадцати; многие из Иу­деев пришли к Марфе и Марии утешать их в печали о брате их. Марфа, услыша, что идёт Иисус, пошла навстречу Ему; а Мария сидела дома. Тогда Марфа сказала Иисусу: Господи! Если бы Ты был здесь, брат мой не умер бы. Но и теперь знаю, что чего Ты попросишь у Бога, даст Тебе Бог. Иисус говорит её: воскреснет брат твой, Марфа говорит Ему: знаю, что вос­креснет в воскресение, в последний день. Иисус сказал ей: Я есмь воскрешение и жизнь; верую­щий в Меня, если и умрёт, оживёт. И всякий живущий и верующий в Меня не умрёт во век: веришь ли сему? Она говорит Ему: так Господи! Я верую, что ты, Христос, Сын Божий, Которо­му надлежало придти в мир. Сказавши сие, по­шла и позвала тайно Марию, сестру свою, гово­ря: Учитель здесь, и зовет тебя. Она, как скоро услышала, поспешно встала и пошла к Нему».

Иисус же не пришёл ещё в селение; но был на том месте, где встретила Его Марфа. Иудеи, которые с нею в доме и утешали её, увидя, что Мария поспешно встала и вышла, пошли за нею, думая, что она идет на гроб плакать там. Мария же пришедши туда, где был Иисус, и, увидевши Его, пала к ногам Его и сказала Ему: Господи! Если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Ии­сус, когда увидел её плачущую и пришедших с нею Иудеев плачущих, сам огорчился духом и возмутился. И сказал: где вы положили его? И говорят Ему: Господи! Поди и поемотри. Ии­сус прослезился. Тогда Иудеи говорили: смотри, как Он любил его. А некоторые из них сказали: не мог ли Сей, отверзший очи слепому, сделать, чтобы и этот не умер? »

«Иисус же, опять скорбя внутренно, прихо­дит ко гробу. То была пещера, и камень лежал на ней. Иисус говорит: отнимите камень. Се­стра умершего Марфа сказала Ему: Господи! Уже смердит; ибо четыре дня как он во гробе. Иисус говорит её: не сказал ли Я тебе, что если будешь веровать, увидишь славу Божию? Итак, отняли камень от пещеры, где положен был умерший. Иисус же возвёл очи к небу и сказал: Отче, благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда послушаешь Меня, но сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня. Сказав сие, воз­звал громким голосом: Лазарь! Иди вон. И вы­шел умерший, обвитый по рукам и ногам пеле­нами, и лицо его было обвязано платком. Иисус говорит им: развяжите его, пусть идёт. Тогда многие из Иудеев пришедшие к Марии и видев­шие, что сотворил Иисус, уверовали в Него».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Евангелие повествует нам только о трёх слу­чаях воскрешения мёртвых нашим Спасите­лем. Сими тремя воскрешениями, по мнению Блаженного Августина, означаются различ­ные степени порочности и повреждения греш­ника, также как различные степени благода­ти необходимой грешникам для обращения их к Богу. Первое воскрешение, совершённое Спа­сителем, было воскрешение дочери начальника Синагоги, умершей в доме отца своего, и находившейся ещё на ложе; образ души, ко­торая подверглась несчастию согрешить, но которая после первого греховного увлечения остановилась на пути к злу, пораженная своим преступлением. Второе воскрешение сына вдо­вы Наинской, бывшего мертвым в продолжение целого дня, и которого уже выносили из дому, есть образ тех грешников, кои жили некоторое время в беззакониях, но ещё не пали во глуби­ну бездны. Последнее воскрешение - Лазаря, умершего уже четыре дня и подвергшегося гни­ению, есть образ грешной души, погребённой в пагубных привычках, как бы во мраке гроба.

Увы! Отчего происходит, что люди стремятся к греху, которого могут избежать, если захотят, тогда как с великою заботливостью стараются избегнуть смерти, которой удары неизбежны? Странный беспорядок, крайнее извращение, не­вероятное ослепление человека, который изби­рает худшее и всегда стремится к невозможно­му? Ах! Если бы возможно было извлечь людей из этого рокового усыпления, вдохнуть в них то же пламенное стремление в вечной жизни, ка­кое они прилагают к сохранению это преходя­щей жизни! Чего не сделает иной человек, чтобы продолжить на несколько жалких мгновений жизнь свою! Прикажите ему предпринять дол­гие пути шествия - он отправляется; нужно ли предаться тягостным трудам, - это для него ни­чего не стоит: а когда Бог заповедует нам столь немногое для приобретения бессмертной жиз­ни в недрах блаженства, - мы отказываем Ему в повиновении!. Когда к греху присоединяется несчастная привычка грешить, тогда Иисусу Христу нужно употребить всю силу своей благо­дати, чтобы исторгнуть сию душу из недр смер­ти; тогда есть о чём плакать и чем возмущаться; ибо, что достойнее слёз Богочеловека, как душа, сотворённая по образу Божию и соделавшае- ся пленницею диавола и греха? Какой пред­мет способнее возмутить сердце Спасителя, как зрелище людей, искупленных ценою Его крови и увлекаемых привычкою ко греху, к самому средоточию погибели?

Своим смущение Иисус Христос даёт нам ви­деть, что Он есть человек и в то мгновение, когда через воскрешение Лазаря Он представил одно из самых поразительных доказательств Своего Божества. Вознесши молитву к Богу, Отцу Свое­му, Иисус воззвал громким голосом: Он не ска­зал: Отче Мой, воскреси сего умершего; но, даже воссылая молитву, показал, что Его собственно­го могущества достаточно для совершения сего чуда. Смиренный в Своих словах, Он действует как Бог. Иисус говорит мертвому как живому: Лазарь, иди вон, — и вышел умерший! Что может сравниться с подобным могуществом! Не есть ли это дело Владыки природы? Поистине, Ии­сус воскрешает Лазаря не для чего иного, как для засвидетельствования, что Он Сын Божий, равный Богу, Отцу Своему.

Миро Марии

(Ев. Иоанн гл. XIXII)

Многие из Иудеев, видевших воскрешение Лазаря, уверовали в Иисуса Христа. Но некоторые из них пошли к Фарисеям и сказали им, что сделал Иисус. По этому случаю, перво­священники и Фарисеи собрали совет и говори­ли: что делать нам? Этот человек много чудес творит. Ежели оставим Его так; то все уверуют в Него и придут Римляне, и завладеют и местом нашим и народом. Один же из них, по имени Каиафа, бывший на тот год первосвященником, сказал им: вы ничего не знаете и не подумаете, что лучше нам, чтоб один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб. Сие же сказал он не от себя, но, будучи на тот год первосвященни­ком, предсказал, что Иисусу надлежало умереть за народ; и не только за народ, но чтобы и рас­сеянных чад Божиих собрать воедино. Таким об­разом, с того дня положили они убить Его: Иисус же не ходил более между Иудеями явно, а пошел оттуда в страну близ пустыни, в город называе­мый Ефрем, и там оставался с учениками Свои­ми. Но так как приближалась Иудейская Пасха, то многие из той страны пришли перед Пасхою в Иерусалим, дабы очиститься. Там они искали Иисуса и говорили друг другу: как вы думаете? Не придёт ли Он на праздник? Но первосвящен­ники и Фарисеи дали повеление: если кто узнает, где Он будет, то объявил бы им, чтобы взять Его.

За шесть дней до Пасхи Иисус пришёл в Ви- фанию, где находился Лазарь умерший, кото­рого Он воскресил. Там приготовили для Него ужин, и Марфа служила, а Лазарь был один из возлежащих с Ним. Мария взяла фунт благо­вонного мира из чистого нарда - дорогой цены; помазала им ноги Иисуса и отёрла их своими во: лосами; и дом исполнился благоуханием от мира.

Тогда один из учеников Его, Иуда Искариот, ко­торый после предал Его, сказал: для чего бы не продать это миро за триста денариев, и не раз­дать их нищим? Сказал же сие не потому, чтобы заботился о нищих; но потому, что был он тать, имея денежный ящик, носил, что туда опускали. Иисус же сказал: оставьте её, она это сберегла на день Моего погребения. Ибо нищих вы всегда будете иметь с собою, Меня же не всегда иметь будете. Многие из Иудеев, узнав, что Он там, пришли сюда не только для Иисуса, но чтобы видеть и Лазаря, которого Он воскресил из мерт­вых. Между тем, первосвященники положили убить и Лазаря, потому что многие из Иудеев ради него приходили туда и веровали в Иисуса».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Странно ослепление человека! Страсть всегда приводит его к соображениям совершенно про­тивным его пользе, хотя он, как кажется, имеет в виду только свою пользу. Примером сему слу­жит сумасбродство Иудеев после воскресения Лазаря и пагубный плод их плотского мудрова­ния. Тем самым они навлекли на себя бедствия, которых боялись, чем хотели предохранить себя от них. Через умерщвление Иисуса Христа думали они предотвратить ниспровержение не­зависимости народа своего и разрушение горо­да; но именно за то, что они убили Его, - и на­род Иудейский лишился своей самостоятель­ности и город был разрушен. В одно и тоже вре­мя они лишились и временного самодержавия, которое боялись потерять, и жизни вечной, о которой они не думали.

Часто Промысл даёт пророчествовать челове­ку, облечённому в высокий сан, без его воли и не­чаянно. Это именно случилось с первосвящен­ником Каифою. Но здесь, естественно, рождает­ся и другое размышление, что иногда, несмотря на недостоинство служителя Господня, не испол­няющего должным образом существенных обя­занностей своего звания, Дух Божий не лишает его дарований, соединённых со священником до­стоинством его звания и тех сил, которые оттоле проистекали. Первосвященники Иудейские, как ни унижали себя и при вступлении в свою долж­ность, и при прохождении оной, однако ж не пе­реставали, по замечанию Блаж. Иеронима, вла­деть во время своего служения дарами Духа Бо­жия, усвоенными их высокому сану, и не лише­ны были Его дотоле, пока не предали смерти Ии­суса Христа, верховного Первосвященника Ново­го Завета. По сей-то причине Евангелист, переда­вая замечательные слова Каиафы, уне есть нам, да един человек умрет за люди, а не весь язык погибнет, тотчас же присовокупляет: «сего же о себе не рече, но архиерей сый лету тому проре- че, яко хотяше Иисусу умрети за люди.

Хотя Иисус Христос мог без опасения про­должать являться между Иудеями, не взирая на их ненависть и угрозы, однако Он благово­лит соблюдать в наружных Своих действиях сообразность с немощию, свойственною челове­ческой природе, которою Он был облечён, дабы подать Своим ученикам, как говорит Блаж. Ав­густин, Своим уклонением от напастей, образец благоразумия и несамонадеянности в опасных обстоятельствах, когда идти против опасности без нужды, - значило бы искушать Бога.

Иисус Христос не отказывается от пирше­ства, которое было приготовлено единственно для Него. Истинное благочестие не отвергает не­которых невинных приличий, принятых в свете, но оно умеет освящать их употребление и нахо­дить в них предмет для добродетели. Мы имеем здесь перед глазами образец трапезы Христиан­ской; присутствие Иисуса Христа научает нас вкушать пищу перед очами Бога, Которого бла- годеющая Десница даёт нам её каждый день; дух любви, изображённый в лице Марфы, уме­ренность и самоумерщвление - представленные в лице Лазаря... Мы знаем, что Господь при­сутствует на наших алтарях, чтобы принимать наши обеты и поклонение в наших больницах, в темницах, в убежище бедного и несчастного, чтобы принимать там помощь и утешение; но приходим ли к Нему туда? Ах! Эта самая наша холодность и нерасположение к посещению сих мест должна наложить молчание на наше тщес­лавие и самолюбие; и между тем нет страсти, ко­торая изобретала бы больше красот для прикры­тия себя, как скупость и гордость.

Торжественный вход Иисуса Христа в Иерусалим

(Матф.21)

Божественный Спаситель, пробыв несколь­зко времени в Вифании у Лазаря, Им воскрешённого, предпринял обратный путь в Ие­русалим. «Когда Господь и ученики Его при­близились к Иерусалиму и пришли в Виффагию к горе Масличной; тогда Иисус послал двух уче­ников* сказав им: подите в селение, которое пря­мо пред вами; и тотчас найдите ослицу, привязан­ную и с нею ослёнка; отвязав, приведите ко Мне. И ежели кто скажет, что-нибудь вам, ответствуй­те, что они надобны Господу; и тотчас отпустят их. Сие всё было, да исполнится реченное Проро­ком, который говорит: скажите дщери Сионовой: се, Царь твой грядет к тебе кроток, сидя на осле младом, рождённом от подъяремныя. (Зах. 9,9).

«Ученики пошли и поступили так, как по­велел им Иисус, привели ослицу и ослёнка, по­крыли их одеждами своими, и Он сел поверх их. Множество же народа постилали одежды свои по дороге: а иные резали ветви с деревьев и бро­сали по дороге. Народ же, предшествовавший и сопровождавший, восклицал, говоря: Осан­на Сыну Давидову! Благословен грядый во имя Господне! Осанна в вышних! И когда вступил Он в Иерусалим, весь город пришел в волнение, говоря: кто это? Народ же говорил: это Иисус, Пророк, из Назарета Галилейского»

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Наконец, наступил торжественный день в земной жизни Божественного Спасителя, - день, в который Он всенародно должен быть признан Мессиею и Царем Израиля. К про­славлению Иисуса стекается весь народ; и если впоследствии сей же народ кончил тем, что от­верг Его, то нужно было, чтобы он в этом пред­шествующем прославлении дал свидетельство против самого себя, свидетельство той истины, что Иисус представил достаточные доказатель­ства того, что Он есть Сын и посланник Божий, потому что, наконец, каковым и признал Его народ, без всякого другого побуждения, кро­ме уверенности в этой истине. Умы всех были расположены к сей уверенности не наёмными увещевателями, подосланными склонить чернь и нищенски выпрашивать её одобрения; Иисус не употреблял ни одного из подобных средств, которыми пользовались против Него; ЕгсЬдЩО- бродетели, Его учение, чудеса, одни говори­ли в Его пользу и из чудес — преимущественно воскрешение Лазаря, которое недавно совер­шилось и теперь было пред очами у всех. Вот что было причиною Его славы и приготовило Его торжественный вход; но и здесь напрасно думали бы увидеть такое великолепие, какое обыкновенно окружает торжествующих побе­дителей. Здесь всё было в совершенном согла­сии с характером Того, Кто сказал: научитеся от Мене, яко кроток есмъ и смирен сердцем (Матф.11, 29). Его враги не могли иметь доста­точных оснований заключать отсюда, что Он помышляет о царском достоинстве, к которому никто не захотел бы так шествовать, как ше­ствовал Иисус. Впрочем, должно заметить, что сообразно с обычаями того времени и той стра­ны, обстоятельства вшествия Христова в Иеру­салим не представляли ничего странного или смешного, как может быть показалось бы нам: всё здесь было только выражением простоты и скромности; и всё простое придавало новое сияние к славе Спасителя, показывая, что нео­быкновенные почести, полученные Им, не были исторгнуты, и как бы вынуждены тем страш­ным блеском, который окружает царей земных, но были возданы Ему единственно по чувствам высокого уважения и глубокого благоговения к Его Лицу, коими был проникнут весь народ. «Не станем воображать, - говорит Блаженный Августин, - что для Царя Ангелов составля­ло бы какое-нибудь преимущество быть также и царём человеков. Царство, которое Ему угод­но учредить над нами, есть мир, свобода, есть жизнь и спасение Своего народа. Он не Царь, чтобы требовать налогов, собирать многочис­ленные войска; но Он Царь потому, что правит душами, потому, что сообщает нам вечные бла­га, соделывает участниками Своего Царства тех, кого любовь подчиняет Его владычеству». (Homil in Math.)

Обязанность служителей Иисуса Христа со­стоит в том, чтобы по Его повелению разрешать грешников, изображаемых двумя животными, чтобы привести их к Нему и соделать орудиями торжества Его благодати: напрасно диавол, мир и плоть противятся освобождению души. Го­сподь есть владыка: и в то мгновение, когда Он объявляет, что сия душа, каким бы то ни было образом, должна быть подчинена предначерта­ниям Его милосердия, они оставляют её и ни­что уже не воспрепятствует ей принадлежать

Господу; её твёрдая воля, вспомоществуемая благодатию, победит все препятствия.

Как живо и простосердечно благочестие сего народа, который снимает свои одежды, чтобы постилать их под ноги Иисуса! А мы в лице бед­ных часто видим Его нагим и страждущим, и не думая покрыть Его избытком своих одежд, от­даём Ему только негодные к употреблению лох­мотья. «У вас требуют только немного денег, немного хлеба для бедных/ умирающих от го­лода и нищеты, да и то едва можно исторгнуть из ваших скупых рук, - говорит по сему случаю Святый Златоуст, - что ж, если бы на вас возло­жили гораздо большие пожертвования? »

Странное ослепление! После такого мно­жества поразительных чудес, совершённых Иисусом, в Иерусалиме ещё спрашивают: кто такой Иисус? Так видим и мы множество мир­ских людей, которые, быв воспитаны в недрах Церкви, не знают Иисуса Христа. - Здесь на­род воздаёт свидетельство о достоинстве Спаси­теля. Так, о Боже наш, Ты находишь у малых, у простых людей способность к принятию по­знания Иисуса Христа, тогда как большая часть богатых, учёных и великих мира смежают очи свои пред светом. Но в истинном смысле слова, в мире нет ни богатых, ни мудрых, ни великих, кроме знающих и любящих Иисуса Христа. На­прасно нечестие ропщет, подобно Фарисеям, при виде торжества Богочеловека. Если оно внимает только своей ненависти к Иисусу Хри­сту, если смерть Праведного уже решена, на­конец, если крест уже уготовляется; то и ныне, как в прежнее время, злоумышления нечести­вых рушатся, и сей самый крест будет спасени­ем .вселенной.

Динарий с изображением кесаря

(Лук. гл.20)

Божественный Наставник сделался пред­метом ненависти книжников и первосвя­щенников. Всё, что Он совершал или говорил для того, чтобы заставить их углубиться в са­мих себя, только более и более их раздражало. Однажды, после того как они предлагали Ему коварные вопросы, ответы на которые повергли их в замешательство и смущение, Он «начал го­ворить к народу сию притчу: некоторый человек насадил виноградник и отдал его виноградарям, и отлучился на долгое время. И в своё время послал к виноградарям слугу, чтобы они дали ему плодов из виноградника; но виноградари, прибив его, отослали ни с чем. Ещё послал дру­гого слугу; но они и его, прибив и отругав, ото­слали ни с чем. И ещё послал третьего: они же и того, изувечив, выгнали. Тогда сказал го­сподин виноградника: что мне делать? Пошлю сына моего возлюбленного: может быть, увидя его, устыдятся. Но виноградари, увидев его, рас­суждали между собою, говоря: это наследник; пойдём, убьём его, и наследство его будет наше. И выведши его вон из виноградника, убили. Что же сделает с ними господин виноградника? При­дёт и предаст смерти виноградарей тех, и отдаст виноградник другим. Услышав же сие, сказали: избави Бог! Но Он, взглянув на них, сказал: что значит сказанное в Писании: камень, который отвергли строящие, сей сделался главою угла? Всякий, падающий на сей камень, разобьётся: а на кого он упадёт, того раздавит»

«В сие время первосвященники и книжни­ки искали наложить на Него руки, но боялись народа; ибо поняли, что о них сказал притчу сию. И, наблюдая за Ним, подослали коварных людей, которые, притворяясь благочестивы­ми, уловили бы Его в каком-либо слове, что­бы предать Его начальству и власти Игемона. И спросили Его: Учитель! Мы знаем, что Ты правильно говоришь и учишь, и не смотришь на лицо: но истинно пути Божию учишь. Сле­дует ли нам давать подать Кесарю или нет? И уразумев лукавство их, сказал им: что вы Меня искушаете? Покажите Мне денарий; чьё на нём изображение и надпись? Они отвеча­ли: Кесаревы. Он же сказал им: итак, отдайте Кесарю Кесарево и Божие Богу. И не могли уловить Его в слове пред народом; и, удивясь ответу Его, замолчали.»

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Когда мы видим, что Сам Иисус Христос, со­вершеннейший образец всех добродетелей, ста­новится целью для ядовитых стрел злобы тех самых людей, коим Его бесконечная благость оказывала одни благодеяния, то не можем не чувствовать, что здесь есть тайна: но во всяком случае, отсюда можно видеть, как велика долж­на быть злоба в сердцах, служащих играли­щем страстей: далее, - если наилучший из На­ставников испил такую чашу скорби, если не­благодарность преследовала Его, если Он был жертвою такой несправедливости, то не должно удивляться, что и мы все, грешники, испытаем такую же участь. Это научает нас быть состра­дательными к причиняющим нам зло и с само­отвержением переносить бедствия, кои, по воле Провидения, иногда поражают нас.

Святый Иоанн Златоуст, говоря о делах несправедливости в отношении к ближним и в частности о присвоение себе чужой собственности, как насильственном, так и совер­шаемом посредством обманов делах, которы­ми постоянно возмущается общество, выразил твердую истину, когда сказал, что несправед­ливость принадлежит к числу тех беспоряд­ков в мире, кои осуждаются, служат предме­том отвращения и страха преимущественно в других, тогда как в тоже время этот порок оставляют без внимания, терпят его, и пита­ют в самих себе. «Странно видеть, - говорит сей святый учитель, - ту заботливость, с ка­кою мы принимаем предосторожности против вероломства людей в отношении к нам, и как мало мы питаем недоверчивость в собственной верности по отношению к ним. Мы бдительны и внимательны, чтобы воспрепятствовать имеющим с нами дела причинить нам и малей­ший вред: но едва ли мы думаем, когда-нибудь о вреде, который мы им причиняем. Тем не менее, очевидно, что несправедливость, с ка­кою поступают с нами, менее для нас предосу­дительна, чем та, с какою мы действуем в от­ношении к другим; потому что, согласно с ис­тинами спасения, несравненно большее зло обманывать, нежели самому быть обманутым, причинять несправедливость, нежели перено­сить её, грабить ближнего, нежели самому тер­петь расхищение имущества». Мир об этом су­дит иначе; но вера, служащая правилом нашей жизни, утверждает это нравственное положе­ние, как непоколебимую, неподлежащую ни­какому сомнению истину. Отсюда следует, что христианин, который желает жить по началам закона Божия, должен иметь более осторож-' ной внимательности, чтобы не нарушить выгод своего ближнего, чем сохранять свои собствен­ные выгоды; он, главным образом, должен за­ботиться не о том, чтобы защитить себя только от худых намерений тех, кои приближаются к нему, но чтобы предохранять от них тех, кто к нему приближается, предохранять и самого себя от этих намерений. Эта истина считалась несомненною, даже в язычестве: можно ли же оспаривать её в религии Иисус Христовой?

Воздавать Кесарю Кесарево не значит пред­лагать ему дар, но платить долг: так Сын Божий не сказал «давайте», но «воздайте». В сих сло­вах начертан ясный и точный образ наших обя­занностей к представителям власти. Бесполезно распространяться об этом вопросе: он не может представить никакой трудности для всякого, кто хотя не много знает Священное Писание и в частности послания Св. Апостола Павла, кто знает что «сущия власти от Бога учинены суть». Скажем только, что все наши обязанно­сти к царям, правителям и вообще начальни­кам, сводятся к трём главнейшим: во-первых, повиновению и верности, за тем к ревностному выполнению возложенных на каждого по его званию обязанностей, наконец, к молитве за придержащия власти.

Нам необходима непрестанная осмотритель­ность, чтоб предвидеть и избегать сетей, рас­ставленных нам в мире. Спаситель принуж­дает Своих врагов к молчанию, заставляет их признать Его премудрость и удивляться ей. Между мудростью христианской и благоразу­мием человеческим находится такое же разли­чие, какое существует между плотью и духом, между Богом и человеком. Одна всегда беспо­койна, другая всегда тверда и мужественна, по­тому что не напрасно она утверждается в Боге.

Иисус предсказывает разрушение Иерусалима

Не задолго до своего многоскорбного стра­дания, Иисус обличал книжников и Фарисеев в их гордости, неправде и лицемерии, раскры­вая в Своей беседе их коварство и оплакивая город, служивший им местом жительства. Он так взывал к сему городу: «Иерусалим, Иеру­салим, избивающий Пророков и камением по­бивающий посланныя к тебе! Колико крат хо­тел Я собрать чад твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не восхотели того? Вот наступает время, когда все твои дома опустеют!» Потом, обратив Свой взор на храм Иерусалимский, Он рек ученикам Своим: ви­дите ли вси сии здания? Истинно говорю вам, все они будут разрушены, так что не останется здесь камня на камне.

Потом, когда Он был на горе Маслич­ной, приступили к Нему ученики Его наедине и спросили: скажи нам, когда это будет, и ка­кое будет знамение Твоего пришествия и кон­чины века? Иисус сказал им в ответ: береги­тесь, чтобы кто вас не прельстил. Ибо многие придут под именем Моим, говоря: Я Христос; и многих прельстят. Также услышите о войнах и о военных слухах. Смотрите, не ужасайтесь; ибо всему тому надлежит быть: но это ещё не конец. Ибо восстанет народ на народ, царство на царство, и будут глады, моры и землетря­сения в различных местах. Всё же сие начало скорбей. Тогда будут предавать вас на мучения,, и убивать вас; и вы будете ненавидимы всеми народами за Имя Моё. Тогда многие соблаз­нятся, и друг друга предавать будут, и вознена­видят друг друга. И многие восстанут лжепро­роки, и прельстят многих; и по мере того, как будет исполняться беззаконие, охладеет любовь многих. Претерпевший же до конца, спасётся. И проповедано будет сие Евангелие царствия по всей вселенной, во свидетельство всем наро­дам; и тогда придёт конец. Итак, когда увиди­те мерзость запустения, предсказанную Про­роком Даниилом, стоящую на святом месте, читающий да разумеет!... Ибо тогда будет скорбь великая, какой ей не бывало от начала мира, и не будет. И если бы не сократились дни те, то не спасся бы ни один человек; но для избранных сократятся дни те. Тогда, ежели кто вам ска­жет: вот здесь Христос или там; не верьте. Ибо восстанут лжи-христы и лжепророки и явят ве­ликие знамения и чудеса; так чтобы прельстить, если возможно, и избранных. Вот, Я вам это на­перёд сказываю. Итак, ежели скажут вам: вот Он в пустыне, не выходите: вот Он во внутрен­них комнатах, не верьте. Ибо как молния ис­ходит от востока и блистает до запада, так будет и пришествие Сына человеческого. Где будет труп, там соберутся орлы. И вдруг после скорби дней тех солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звёзды спадут с неба, и сийы небесные поколеблются. И тогда явится знамение Сына человеческого на небеси: и, видя сие знамение, восплачутся все племена земные и узрят Сына человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою. И пошлёт Он Анге­лов Своих с громким трубным гласом; и собе­рут они избранных Его с четырёх сторон света от края до края небес. Небо и земля прейдут; слова же Мои не прейдут. О дне же том и часе, исключая Моего Отца, никто не знает, ни Ан­гелы небесные. И будет в пришествие Сына че­ловеческого то же, что было во дни Ноевы. Ибо как во дни перед потопом люди ели, пили, же­нились и отдавали за муж, до дня в который во­шёл Ной в Ковчег; и не думали, пока не пришёл потоп и не истребил всех; так будет и прише­ствие Сына человеческого.

Итак, бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш придет. Но вы знаете, что если бы ведал хозяин дома, в который час придет вор, то не спал бы и не дал бы подкопать своего дома. Поэтому и вы будьте готовы; ибо не знаете, в который час Сын человеческий придет.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Нет, кажется, горячее той любви, какую имеет наседка к своим птенцам: Иисус Христос, по словам Св. Илария, через своё воплощение сделался подобным этой птице, с которою он сравнивает Себя; ибо Он в пречистой утробе Девы Марии сделался человеком для того, что­бы животворными крылами Своего святого че­ловечества покрыть человеков, чтобы сообщить им, как птенцам Своим, Божественную тепло­ту жизни бессмертной, и чтобы, даруя им новое рождение, научить их возвышаться, подобно птицам небесным, духовным полётом к Богу. А люди, сподобившиеся столь неоценённой благодати, увы! лучше желают пресмыкаться по земле, погружаются в чувственность и отре­каются от своего высокого назначения! Какая неблагодарность к столь благому Богу! Какое гибельное ослепление!. Но да трепещут они! ибо после времени милосердия должно насту­пить время правосудия. Благость Божия пред­видит бедствия, имеющие разразиться над ви­новными и предваряет их о том с нежностью, если же они отказываются внимать приговору, грозящему им страшным наказанием, то им не на кого, кроме как на себя, будет жаловаться, когда над ними отяготеет проклятие. Разруше­ние, постигнувшее Иерусалим вследствие пред- речений Иисуса Христа, есть страшный урок, и разительное удостоверение в исполнении того, что предсказано о конце времён. Бесстыдное нечестие везде произведёт неисчислимые опу­стошения, и множество людей будет уловлено в сети, распростёртые под ногами чад Церкви. Среди столь многих соблазнов, которые силь­ны увлечь и поколебать даже избранных, - кто может сохраниться не уязвленным, и пребыть непреткновенным и твёрдым в вере? Тот, кто напечатлеет на скрижалях своего сердца сло­ва Божественнаго Наставника, и кто возложит своё упование на Бога, с уверенностью, что Го­сподь никогда не оставляет, и всего более не оставляет в час страшной борьбы, своего добро­го раба, употребляющего искренно все свои уси­лия, чтобы пребыть ему верным.

Иисус умывает ноги своим ученикам

( Map. 14. Лук.22. Иоанн. 13)

В первый день опресночный, когда закалали пасхального агнца, ученики говорят Иисусу: где хочешь есть Пасху? Мы пойдём и приготовим Тебе. И посылает двух из учеников Своих и говорит им: подите в го­род; и встретится вам человек с кувшином воды; последуйте за ним. И куда он войдёт, скажите хозяину дома того: Учитель говорит: где горница, чтобы Мне есть пасху с ученика­ми Моими? И он вам покажет горницу боль­шую, убранную, готовую; там приготовьте нам. Ученики Его пошли и пришли в город, и нашли, как сказал им, и приготовили пасху. По наступлении вечера, Он приходит с двенад­цатью учениками Своими и говорит им: очень желал Я есть с вами сию Пасху прежде Моего страдания; ибо сказываю вам, что уже не буду есть её, пока она не совершится в царствии Божием». Итак, Иисус, зная, что пришёл час Его прейти из мира сего к Отцу, торжественно показал, что воз любя Своих сущих в мире, Он возлюбил их до конца. Во время вечери, ког­да уже диавол вложил в сердце Иуде Симонову Искариоту, предать Его, Иисус зная, что Отец всё отдал в руки Его, и что Он от Бога изшел и к Богу отходит, встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоят сался. Потом влил воду в умывальницу и на­чал умывать ноги ученикам, и отирать поло­тенцем, которым был препоясан. Подходит к Симону Петру: и сей говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь того, а уразумеешь после. Пётр говорит Ему: не умо­ешь ног моих во веки. Иисус ответствовал ему: ежели не умою тебя, не будешь иметь части со Мною. Симон Пётр говорит Ему: Господи! Не только ноги мои, но и руки, и голову. Иисус го­ворит ему: омытому нужно только ноги омыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все. Ибо знал Он предателя Своего; для того и сказал, не все вы чисты, Когда же умыл им ноги и на­дел одежду Свою; то возлегши, опять сказал им: знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня учителем и Господом, - и правильно го­ворите; ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам; то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам при­мер, чтобы и вы делали тоже, что Я сделал вам. Истинно, истинно говорю вам: раб не больше Господина своего, и посланник не больше По­славшего его. Если вы знаете сие; блаженны вы, когда то исполняете».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

От самой минуты Своего воплощения до смерти, Сын Божий для нашего спасения, имел главной целью уврачевать тот порок, ко­торый, кажется, служит в человеке корнем всех других— это гордость. Он ещё прежде дал разу­меть, что сердце Его есть пламенеющее горнило, заключающее в себе огнь Божественной любви, который возжечь на земле пришёл Он; но пре­жде всего Он возвестил, чтобы мы научились от Него, то есть из Его слов и примеров, что Он кроток и смирен сердцем, и не только во внеш­них Своих отношениях, но и в самой глубине Своей души, во всей искренности Своего серд­ца. (Матф.ХГ, 29) Он смирен, - и потому по­винуется всем предписаниям закона. Он готов дать человеку самый дивный залог Своей любви в установлении Святаго Причащения, таинства равно превышающего и наши понятия, и наши надежды, в котором могущество и благость Бо­жия обнаруживаются с таким величием, что не­возможно не признать здесь удивительного дела Существа Бесконечного. Но этому чуду силы должно было предшествовать чудо уничижения для научения Апостолов и назидания Церкви в последующие века: Он себе истощил, говорит Апостол Павел, зрак раба приим (Филипп. II, 7).

Сын Божий, провидя несправедливое чув­ство тех, кои самоуничижение считают для себя бесславием, вознамерился заранее низложить его, предупредить о сем Своих учеников и убе­дить их, что тщеславие есть свойство мел­ких душ, а смирение - доблесть душ великих и благородных. Итак, зная сердце человеческое, естественно склонное к гордости, суетной сла­ве, неуместному самолюбию, Иисус смиряется до умовения ног Апостолам и старается побу­дить их к подражанию Своему примеру. Если Я, Кого вы признаёте своим Господом и Учите­лем, Коим Я и действительно есмь; если Я, при всём Своём величии, не почёл недостойным уни­чижить Себя до умовения ваших ног, — то неу­жели может быть для вас постыдным и непри­личным подражать Мне? Я вам объяснил, и вы должны это помнить, что ученик не выше учи­теля, и что самая высшая степень, к которой он может стремиться, - это быть подобным Учите­лю. Самоуничижение с вашей стороны не будет велико, если вы старательно обратите внимание на то - кто вы; но оно доставит вам славу, если вы, вспоминая, Кто был Я, будете исполнять то, что делал Я. Итак, будем смирять себя, и вместе будем знать, что мы никогда не смиримся в той мере, как уничижил Себя Иисус Христос; ибо этот нищий, которому мы оказываем дела мило­сердия, этот нищий, который просит у нас ми­лостыни, - нищий пред которым мы смиряемся, есть не иной кто, как Сам Иисус Христос; Вся­кое дело милосердия, говорит Он, которое «вы сделали одному из сих братьев Моих меньших, вы Мне сделали» (Мф.23, 40).

Отцы Церкви в умовении ног видят образ внутреннего очищения, необходимого для до- стбйного приступления к Священной Трапе- зё... Увы! Пока мы в мире, невозможно не па­дать в некоторые, хотя малые прегрешения, которые омрачают красоту нашей души: итак, должно употреблять все усилия, чтобы посред­ством искреннего покаяния получить проще­ние даже в этих простительных грехах, пре­жде, нежели примем внутрь себя Бога, Кото­рый есть самая святость.

Вечеря Господа нашего

(Матф. XXVI, 26 и след. Марк. XIV, 22и след.

Лук. XXII, 19 и след. Иоанн. XIII, 16 и след.)

Наступил торжественный час, когда Иисус rffifХристос, установляя достопокланяемое та­инство Своего тела и Своей крови, благоволил наконец заменить древние жертвы тою жерт­вою, которая долженствовала в своем единстве заступить место всех их, а по своему превосход­ству, бесконечно превышать их своим достоин­ством и силою. «И когда они ели, Иисус, взяв хлеб и воздав хвалу, благословил его, преломил и дал ученикам Своим, говоря: Примите, иди­те: сие есть тело Моё, которое за вас предаётся, сие творите в Моё воспоминание. Он взял также и чашу после вечери, и воздав хвалу, подал им, говоря: пейте из неё все; ибо сия есть кровь Моя, нового завета, за многих изливаемая, во остав­ление грехов... Впрочем, вот рука предающего Меня, со Мною за столом.»

Иисус, Который хотел научить Свою Цер­ковь, что тайный грешник не должен быть От­лучаем от общественного причащения таинств, чувствовал в Самом Себе естественный ужас того преступления, плачевные последствия которого Он уже решился испытать на Самом Себе. «Он возмутился духом и сказал: истин­но, истинно говорю вам: один из вас предаст Меня. При сих словах ученики озирались друг на друга, недоумевая, о ком Он говорит, и по­гружённые в глубокую печаль, начали гово­рить Ему один за другим: не я ли, Господи? Но Он сказал в ответ: один их двенадцати, обмак­нувший со Мною в блюдо руку, сей Меня пре­даст. Впрочем, Сын человеческий отходит, как писано о Нём: но горе тому человеку, которым Сын человеческий предаётся; лучше бы не ро­диться тому человеку! При сем Иуда, предатель Его, вероятно опасаясь, чтоб его молчание не навлекло на него подозрения, спросил, подоб­но другим: Равви! Не я ли? Иисус говорит ему: ты сказал.» Ученики не поняли ответа Госпо­да, и всё ещё беспокойные, начали спрашивать друг друга, кто бы такой был между ними, ко­торый решится на такое дело? Один из них, ко­торого любил Иисус, возлежал у груди Иисуса. Ему Симон Пётр сделал знак, чтобы спросил, кто это, о ком говорит? Возлюбленный ученик, припадши к груди Иисусовой, сказал: Господи! Кто это? Иисус ответствует: тот кому Я обмак­нув кусок подам. И обмакнув кусок, подал Иуде Симонову Искариоту. После того как Иуда взял кусок хлеба, который подал ему Иисус, вошел в него сатана. Тогда Иисус сказал ему: что дела­ешь, делай скорее. Иуда понял это, но из возле­гавших никто не понял, к чему Он это сказал ему. А как у Иуды был ящик; то некоторые ду­мали, что Иисус говорил ему: купи, что нужно к празднику, или, чтобы он дал что-нибудь ни­щим. Итак, Иуда тотчас вышел; а была ночь.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Чудное таинство! Бог принеся Себя в жерт­ву за Своих тварей, освящает на все времена силу Своего высочайшего жертвоприношения установлением вечного священства, и в до- стопокланяемом таинстве соделывается пи­щею, залогом, печатию бессмертия!. «Боже­ственное Провидение, - говорит Франциск де Саль, - зная, что сие священное таинство Ев­харистии не может быть постигнуто нашими слабыми умами, благоволило дать множество доказательств сей истины как в Ветхом, так и в Новом Завете. Бог так обильно просветил

Пророков и даровал им столь высокое разуме­ние сего таинства, что нельзя не удивляться тому, что некоторые из них писали о нём; они говорили о нём так ясно, что почти невольно изумляешься, читая об этом и видя, как Бог дал Себя нам, чтобы до скончания мира пре­бывать с нами в наших храмах. Поистине, нам надлежало бы тысячу раз в день воздавать поклонение сему Божественному таинству, в благодарность за ту любовь, с какою в нем Господь пребывает с нами; и это было бы вели­ким утешением для нашей веры».

Поелику сущность сего жертвоприношения состоит в том, что предлагаемые и освящен­ные дары прелагаются в Тело и Кровь Господа Иисуса; то в оном представляется внутренним очам нашим таинственная смерть Иисуса Хри­ста, и вместе с сим даётся знать, что как на Гол­гофе кровь Господа отделилась от Его тела, так и в св. Литургии, словами освящения хлеб пре­существляется в тело Его и вино в кровь Его. Сия Жертва не может уже ныне быть крова­вою; ибо Спаситель, Своим воскресением, со- делался прославленным и бессмертным. Его естественная смерть должна была продолжать­ся только несколько часов, но после неё долж­на была совершиться Его таинственная смерть, ежедневно представляемая раздроблением ви­дов Его тела и крови, Иисус Христос неодно­кратно пролил Свою кровь, сию преизобилую- щую цену искупления; но нужно ещё, чтобы сия драгоценность была усвояема верующими. Крестные страдания Его, так сказать, собрали и приготовили это сокровище; св. Литургия разделяет его. Иисус Христос на кресте умер во­обще за всех людей; на св. престоле Он является умершим в особенности за каждого из нас.

Какое таинственное стечение чудес! В жерт­воприношении, которое совершается на св. пре­столе, Иисус Христос соединяет вместе и со­стояние Своей славы, и состояние Своей смер­ти: состояние Своей славы, чтобы заменить им уничижение Голгофское; состояние Своей смерти, чтобы всякому верующему усвоить пло­ды оной. Хотя Он и является здесь в состоянии смерти, однако же, пребывает бесстрастен. Его слава ослепила бы нас, Его смерть устраши­ла бы; нужно взаимное умерение той и другой: на св. престоле Он является в одно и тоже время и таким, каким пребывает на небе, и вместе, ка­ким был на кресте; здесь Он присутствует как на небе, но без видимого блеска славы, и как на кресте, но без страданий; на небе Он как Пер­восвященник, на кресте, как жертва; а на св. престоле Он то и другое.

Сколько тяжких мыслей, какой глубокий ужас внушает нам вероломство Иуды! Но тот, кто осмеливается недостойно причащаться, воз­обновляет это безмерное преступление. И не смотря на то, Господь щадит его. Почему же Бог так долготерпелив? - Потому, что Он вечен, от­вечает Блаж Августин.

Се человек! Распни его!

(Ев. Иоанн, гл. 19)

Божественный Спаситель подвергнут был жесточайшему бичеванию и бесчеловечно­му окровавлению. Пилат, думая, что Иудеи удо­вольствовались уже такими истязаниями и по­руганиями, вышел к ним снова и сказал: вот я вывожу Его к вам, дабы вы знали, что я не на­хожу в Нём никакой вины. Тогда вышел Иисус в терновом венце и багрянице, и Пилат сказал им: вот человек! Когда же увидели Его перво­священники и служители, то закричали: расп­ни, распни Его! Пилат говорит им: возьмите Его вы и распните; ибо я снова свидетельствую, что не нахожу в Нём никакой вины. Иудеи отвечали ему: мы закон имеем, и по закону нашему должен Он умереть, потому что Он сделал Себя Сыном Божиим. Пилат, услышав сие слово, больше ис­пугался. И опять вошёл в Преторию и сказал Иисусу: откуда Ты? Но Иисус не дал ему ответа. Пилат говорил Ему: мне ли не отвечаешь? Разве Ты не знаешь, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя? Иисус ответство­вал: ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше; посему, более греха на том, кто предал Меня тебе. С сего вре­мени Пилат искал отпустить Его. Иудеи же кри­чали: если отпустишь Его, то ты не друг Кесарю. Всякий, называющий себя Царём, противник Кесарю. Пилат, услышав сие слово, вывел Ии­суса и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон, по Еврейски Гаввафа. Тогда была пятница пред Пасхою, час шестый: и Пилат го­ворит Иудеям: вот Царь ваш! Но они закричали: казни, казни, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распять? Ответствовали перво­священники: нет у нас царя, кроме Кесаря. Тог­да, наконец, предал Его им на распятие, и взяли Иисуса, и повели.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Поймёт ли кто когда-нибудь тайну, заклю­чающуюся в сих простых словах Пилата: вот человек! Поистине, вот ужасное состояние, до какого грех довёл не только Сына Божия, Который сделавшись Испоручником человече­ства пред Богом Отцем Своим, должен был, - невинная Жертва, омыть грехи мира Своею кровью: но таково же плачевное состояние и самого человека, через грехопадение, ниспад- шего из того высокого чина, на который вознёс его Бог, поставив его царём творения и предна­значив его для блаженной и бессмертной жизни. Между тем, среди самого уничижения Спаси­тель постоянно сохраняет характер Своего не- гиблющего Царственного достоинства, которо­го символы и знаки являются раздранными во­круг Него, по-видимому, только для того, чтобы среди бесславия была возвращена Ему та слава, которую, к несчастью, утратил человек через гордость: «Благо мне яко смирил мя еси (Псал. CXVIII, 71)!» Так первая добродетель, кото­рой должен подражать ученик Иисуса Христа, взирая на своего Божественного Учителя, есть смирение, глубоко укоренённое в сердце, и от­туда распространяющее благотворное влияние на все способности души и тела. Сердце смирен­ное ужасается греха и с терпением переносит всё, чтобы только избегнуть его или загладить. Сердце смиренное отвергается самого себя; бо­ится более похвалы, чем презрения и при всех обстоятельствах мыслит только о том, чтобы воздавать славу Богу.

Многие удивляются молчанию, которое со­храняет Иисус пред Своими судьями, ибо мол­чание иногда принимается за согласие и, по- видимому, тогда, когда мы ничего не отвечаем на предлагаемые нам вопросы, мы подтверж­даем сим самым то, в чём нас обвиняют: посему Спаситель не подтверждает ли Своим молча­нием справедливости тех обвинений, которые взводят на Него враги Его? Совершенно нет: напротив, самым молчанием Своим Он опро­вергает уже обвинение. Тот имеет причину мол­чать, кто не имеет нужды защищаться. Пусть те, которые опасаются неудачи в своем деле, ду­мают о средствах защиты, и спешат говорить; что до Иисуса Христа, Он победоносен и тогда, когда Его осуждают, Он торжествует и тогда, когда произносят над Ним последний приговор. Сам Пилат должен сказать: я не повинен в кро­ви Праведника сего (Матф.ХХУП, 24). Таким образом, самое лучшее и правое дело есть то, которого не защищают, и которое, между тем, непоколебимо. Не то вполне правое дело, ко­торое поддерживается словами, но то, которое поддерживает сама истина. Правда не должна защищаться таким же образом, каким обыкно­венно защищается неправда.

Пилат выказывает при сем случае свою власть: а не подумает об обязанностях, кото­рые власть на него налагает? Великое несчастие иметь, подобно Пилату, власть в своих руках, и не иметь достаточно твердости, чтобы проти­востать зверским требованиям злых людей, за­мышляющих утеснение невинности. Лицепри­ятие или недостаток твёрдости доводит до вели­ких несправедливостей: а когда учинена вели­кая несправедливость, как поправить её?

Как? Ты называя Иисуса Праведником, - и ты же предаёшь Его неистовству народа? Не исторгаешь Его из жестоких рук его? Неспо­собный к чувствованиям благородным, мало­душный правитель допущает себе увлечься и, наконец, уступает ожесточённым воплям народа: да будет распят! А народ не смерти Его только требует, но хочет, чтобы Он умер позорною смертию - крестною! «Страшитесь Христиане, чтобы эта вина не обратилась на вас самих, — увещевает Св. Златоуст, - и если вы понимаете важность её, то вам нельзя этим не тронуться. Совесть не по нашей воле председя- щая в нас подобно судии, внутренно говорит каждому из нас: на что ты решишься? Вот твоё удовольствие с одной, твой Бог с другой сторо­ны: за кого из двух станешь ты, когда удержать то и другое вместе невозможно? Надобно тебе лишиться или твоего удовольствия, или твое­го Бога: и это предлежит решить тебе самому.

Страсть, сделавшаяся обладательницею нашего сердца, при чрезмерной нашей склонности к не- верностям, внушает нам такое решение: я хочу удовольствия». Но как же ты поступишь с тво­им Богом? (тайно вопрошает совесть: и могу ли я умолчать о Нём, когда мне не возможно не за­щищать права Его, вопреки твоим желаниям? «Мне нет до Него нужды (бесстыдно отвечает страсть); я хочу удовольствия, я уже решил­ся. - Но знаешь ли ты (вопиет совесть посред­ством своих угрызений), что, позволяя себе удо­вольствие, ты вновь распинаешь Сына Божия в себе самом? «Нет нужды, пусть Он будет рас­пят, только бы я был удовлетворён». Но какое же зло сделал Он, и за что ты так Его предаёшь? Моё удовольствие - вот моё право, а поели­ку Бог есть враг моего удовольствия, то я по­вторяю: да будет распят.» Вот печальное по­ложение грешника, попускающего врагам его спасения нечувствительно занять место в душе его. Если бы в начале борьбы с ними, он возъ- имел более решимости, то он стал бы выше их, и первая победа над ними повела бы его к мно­жеству других побед и утвердила бы успехи его в дальнейшей борьбе.

Иисус, несущий крест свой

(Лук. гл. 23)

Воины, на которых возложено было испол­нить смертный приговор, произнесённый на Иисуса, взяли Его, сняли с Него багряницу, оставив на Нём терновый венец, облекли Его в Его одежды и повели на казнь. «И неся крест свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по Еврейски Голгофа. На пути (при выходе из го­рода) встретили они некоторого человека, назы­ваемого Симоном, отца Александрова и Руфова, который проходил там, возвращаясь с поля до­мой. Так как Божественный Спаситель, изну­рённый усталостью, падал под тяжестью креста, то они и возложили ему на плеча крест, чтобы он нёс его за Иисусом. Между тем, за Иисусом шло великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали об Нём. Иисус же обратясь к ним сказал: дщери Иерусалимские! Не плачь- тё обо Мне, но о себе плачьте и о детях ваших. Ибо наступают дни, в которые скажут: блажен­ны неплодные и утробы не родившие, и сосцы не питавшие. Тогда начнут говорить горам: па­дите на нас, и холмам: покройте нас. Ибо ежели с зеленеющим древом сие делают, то с сухим что будет? Вели с Иисусом на казнь ещё двух злодеев и скоро пришли на Лобное место.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Вот великое зрелище, - восклицает Бл. Ав­густин ( Tract. 117. in loan.), - зрелище, которое нечестивый может обратить в предмет смеха, но которое, тем не менее, достойно удивления Ангелов и человеков! Иисус несёт древо Сво­ей казни, - это знак бесславия, но Он изменя­ет это позорное древо в Царский скипетр, пред которым преклонятся некогда Владыки мира - это несравненная слава!. Забудем на время бесчисленные обиды, горькие посмеяния, уда­ры, мучения, которым подвергнут был Боже­ственный Спаситель, от времени предания Его беззаконным Иудою в руки жестоких врагов даже до последнего издыхания, - остановимся на сем достойном удивления зрелище, которое представляет нам Сын Божий, благоизволивший умереть за тех самых людей, которые бес­человечно влекут Его на смерть. Он, по словам Иеремии, яко ягня незлобивое, ведомое на за- коление. Иерусалим, град неблагодарный! Ты с бесславием изгоняешь из недр своих своего Искупителя после всех благодеяний, которыми Он исполнил тебя! Его невинность, Его кротость не могут смягчить тебя, и, по-видимому, толь­ко раздражают ярость горделивых и кровожад­ных правителей твоих, но их ужасное торжество ускоряет их и твою погибель! Что до нас, то здесь уместно нам припомнить достойные памяти сии слова нашего Господа: если кто хочет быть Моим учеником, пусть возьмёт крест свой так же охотно, как Я несу Свой, и последует Мне; ибо сии скорбные обстоятельства страданий на­шего Божественного Учителя сильнее всего мо­гут пробудить в нас благочестивые чувствова­ния. При виде Иисуса, несущего крест Свой, мы почувствуем в себе искреннее сокрушение о том, что мы оскорбили Бога, поелику наши грехи де­лают, крест Спасителя столь трудным и тягост­ным; у срамимся нашего нерадения о служении нашему Владыке, столь много за нас претер­певшему; смиримся при мысли о нашей слабо­сти, отступающей пред крестом; победим в себе отвращение от него, и, примером нашего Боже­ственного Первообраза ободримся, чтобы всту­пить на святой путь крестный, и убедимся в не­обходимой потребности последовать Спасителю, неся крест свой, чтобы некогда иметь участие и в Его славе. Сколько преимуществ, сколько сокровищ заключено в кресте! Можно ли после сего изумляться тому, что древние опытнейшие подвижники единодушно советуют душам, же­лающим возвыситься до их совершенств, непре­станно размышлять о таинствах креста?

Есть люди, отвергающие крест; есть дру­гие, которые несут его с ропотом; наконец, иные несут его с леностью и едва поднимают его от земли. Но также есть люди, несущие его мужественно и высоко. Нужно наблюдать, к какому классу принадлежим мы, впро­чем, должно уверить себя, что все люди носят крест, не исключая и тех, которые даже отри­цаются нести его; носят его люди добрые; но­сят и порочные, и для сих последних он гораз­до тяжелее, нежели для первых, потому что не пользуются они подкреплениями Божествен­ной благодати, изображаемой для нас в лице доброго Киринеянина, помогающего Иисусу нести Его тяжкое бремя.

Не нз сострадания Иудеи заставляют Си­мона нести крест Спасителя, но из утончён­ной жестокости. Спаситель до того ослабел от претерпенных уже Им мучений, что коле­блется на каждом шагу; так как изнеможение Его очевидно, то они принуждены были дать

Ему пособие, но не за тем, чтобы смягчить для Него наказание, а за тем, чтобы продлить оное, ибо они боятся, как бы Он не умер пре­жде, нежели будет распят. Иисус знал их на­мерение, но как Он не отрицался нести бремя, долженствовавшее сокрушить Его, так не от­казывается и от предлагаемого Ему пособия, хотя оно долженствовало только продлить Его томления. Так ли вы несёте крест свой? Так ли вы облегчаете тяжесть его? Успокое­ние от крестоношения имеет ли у вас целью то, чтобы сделать вас способными лучше служить Богу, Церкви и обществу? Не слишком ли вы снисходительны к себе и строги к другим, по­добно Фарисеям, которые возлагали на народ бремена тяжёлые и неудобоносимые, а сами и пальцем не хотели двинуть их.

Евангелие повествует, что Симон Кири- нейский был принуждён нести крест Иису­сов. Это значит, что никто по природе не любит креста, но что должно делать над собой уси­лие и побеждать свое отвращение: - что Бог, по благости Своей, заставляет нас любвеобиль­ными понуждениями обратиться к Нему; что для нашего именно спасения, даже когда мы оказываем сопротивление этому, - для спасе­ния именно, Он даёт нам крест, посылает болез­ни, неприятности, слишком чувствительные и противные нашим склонностям огорчения. Иногда мир, видя как великий грешник остав­ляет его, и даже попирает его, чтобы возвра­титься к Богу, думает, что он вступает на путь религии или от досады или от отчаяния: таково обыкновенно мирское суждение; но когда бы и так это было; то какая это блаженная доса­да! Какое святое отчаяние!, Если и бывает это так, то скоро порыв досады проходит, а между тем человек незаметно предаётся служению Богу, и связуется узами любви, которая облег­чает иго Христово, первоначально казавшее­ся превышающим наши силы. Ибо случается, что иной, по прихоти своего воображения, или, следуя коварным советам, выбирает такой род жизни, где все, по-видимому, сулит ему счастье, но дело кончается роковым разочарованием; тогда как другой, вопреки своей воле, но из по­слушания, вступает на путь жизни, противной его желаниям, и благоговеет пред Провидением, лобызает крест свой и несёт его охотно, и дело оканчивается тем, что в этом именно пути он усматривает путь своего спасения.

Великая Голгофская жертва

(Матф. 27, Map. 15, Лук. 23, Иоанн. 19)

Когда Иисус пришёл на Лобное место, то дава­ли Ему пить уксусу, смешанного с желчью; но Он, отведав его, не хотел пить. С Ним распя­ли двух разбойников, одного по правую, друго­го по левую сторону; так исполнилось сказание в Писании: и к злодеям притчен (Ис. 53, 12). Тогда, молясь за Своих распинателей, Он сказал: Отче прости им; ибо не знают, что делают.

Написали же на верхней части креста по Ев­рейски, по Гречески и по Римски вину Его осуждения: Иисус, Назарянин> Царь Иудей­ский. Но первосвященники, прочитав эту над­пись, сказали Пилату: не пиши: Царь Иудей­ский, но что Он говорил: Я Царь Иудейский. Пилат ответствовал: что я написал, то написал.

Воины же, когда распяли Иисуса Христа, взяли одежды Его и разделили на четыре ча­сти, каждому воину по части, и хитон (нижнюю одежду); хитон же был не сшитый, а тканый весь сверху донизу. Итак, сказали друг другу: не станем раздирать его, а кинем жребий, кому он достанется. Так сбылоеь сказанное в Писа­нии: разделили ризы Мои по себе, и об одежде Моей метали жребий. Вот что сделали воины. После сего, они седши стерегли Его, чтобы кто не снял Его с креста и не унёс. Было около трёх часов дня, то есть, девять часов с утра, в то вре­мя как Иисус был распят:

Иисус, претерпевая смертные мучения, в то же время подвергнут был самым жестоким уко­ризнам. «Проходящие останавливались посмо­треть на Него и злословили Его, кивая главами своими и говоря: разрушающий храм и в три, дня созидающий! Спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий, сойди с креста. Вместе с простым народом и начальники насмехались над Ним. Первосвященники, книжники и старейшины ругаясь говорили: других спасал, а Себя Само­го не может спасти? Если Он. Царь Израйлев, пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него. Он уповал на Бога, пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему: ибо Он говорил: Я Сын Божий. Святый Царь Давид предсказал вси сии поношения; и Иудеи ненамеренно споспе­шествовали исполнению торжественно произ­несенного пророчества. ^ Также и воины руга­лись над Ним, и^ подходя, подносили Ему ук­сус. В дополнение оскорбления - разбойники, распятые с Ним, ругались над Ним. Однако ж, тогда как один из повешенных злодеев, злос­ловя Его, сказал: если Ты Христос, спаси Себя и нас, другой напротив, вдруг переменившись (по действию благодати) унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на тоже? И мы осуждены праведно; ибо достой­ное по делам нашим приняли; а Он ничего ху­дого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда придешь во Царствие Твоё. И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе: ныне же будешь со Мною в раю».

При кресте Спасителя стояли: Матерь Его, и сестра Матери Его, Мария Клеопова и Мария Магдалина. ИисуЬ, увидя Матерь и-ученика* ко­торого любил, стоящих, говорит Матери Своей: вот сын Твой! Потом говорит ученику: вот ма­терь твоя! И с того часа ученик сей взял Её к себе.

В шестом же часу настала тьма по всей зем­ле и продолжалась до девятого часа. В девятом часу возопил Иисус громким голосом, говоря: Элои! Элои! Лама Савахфани? Что значит: Боже Мой! Боже Мой! Почто Ты оставил Меня? Неко­торые из стоявших тут, услышав сие, говорили: вот, Илию зовёт. После сего Иисус, ведая, что всё уже совершилось (исключая одного только (незначительного) предсказанного обстоятель­ства) да сбудется Писание, говорит: жажду. Тут стоял сосуд, полный уксуса. Один из стоявших при кресте в это время побежал, взял губу, на­полнил уксусом и, наложив на трость, поил Его. А другие говорили: постой; посмотрим, придёт ли Илия спасти Его. Когда же Иисус вкусил ук­суса, то, видя, что всё предназначенное для Его жертвоприношения, исполнилось, сказал: со­вершилось! Потом, возгласив громким голо­сом, сказал: Отче, в руки Твои предаю дух Мой! И сказав сие и преклонив главу, предал дух».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Что сказать после сего повествования? Душа ощущает нужду только в молчании, чтобы сосредоточиться в себе и размыслить о высоких уроках, содержащихся в нём. Читая со внима­нием сие простое изложение Евангельское о по­следних страданиях и смерти Иисуса Христа, можно ли не чувствовать благоговения в духе и умиления в сердце? Сила истины такова,-что самый нечестивый не может не уважать её, ког­да она является в столь ясном свете; и Боже­ственный Промысл так устрояет, что она нахо­дит ревностных защитников себе среди самых отъявленных врагов своих. Посему мы намере­ны обратиться теперь не к Отцам Церкви, и не в их писаниях искать себе назидания: но поста­раемся найти себе удовлетворение в громких словах, вылившихся из-под пера одного из ко­рифеев философии скептической, когда он го­ворит о несравненной истории жизни нашего божественного Владыки: «Евангелие, - говорит Жан Жак Руссо, - эта Божественная книга, при одном размышлении о её содержании, рож­дает в душе любовь к её Писанию и желание ис­полнять Его правила. Никогда добродетель не говорила столь кротким языком; никогда самая высокая мудрость не выражалась с такою си­лою и простотою. Прочитав её, нельзя не почув­ствовать себя лучшим чем прежде (Эмиль том 4). Обратите, в самом деле, внимание на вели­колепные сочинения философов; как они малы пред сею книгою! Возможное ли дело, чтобы сия книга, вместе и столь высокая и столь му­драя была произведением ума человеческо­го? Возможное ли дело, чтобы Тот, Чью Исто­рию она содержит в себе, был простой только человек? Заметен ли в ней тон энтузиаста или честолюбивого основателя секты? Какая кро­тость, какая чистота в Его нравственности! Ка­кая трогательная приятность в Его наставле­ниях! Какая возвышенность в Его правилах! Какая глубокая мудрость в Его беседах! Какое присутствие духа, какая проницательность и справедливость в Его ответах, какое владыче­ство над Своими чувствованиями! Представьте человека, представьте такого мудреца, который умел бы так действовать, страдать и умереть - без слабости и без тщеславия? Когда Платон описывает своего воображаемого Праведника, покрытого поруганием, как злодея, и между тем достойного всех наград за добродетель свою, он очень сходно изображает Иисуса Христа; это поразительное сходство чувствовали даже Отцы Церкви, и нельзя не заметить его! Какое предубеждение, и какое ослепление было бы - сравнивать сына Софронискова с Сыном Ма­рии! Какое неизмеримое расстояние между тем и Другим! Сократ, умирающий без страданий, и не бесславной смертью, легко мог выдержать себя до конца, и если бы эта лёгкая смерть не прославила его жизнь, то можно бы было усо­мниться в том, оказался ли бы Сократ чем дру­гим, а не софистом! Он, говорят, изобрёл учение нравственное; но другие ещё до него исполняли на самом деле это учение, - он только выразил словами то, что другие делали, их примеры об­ратил в уроки... Притом, у своих ли он заим­ствовал ту возвышенную и чистую нравствен­ность, которой уроки и образцы преподавал он один? Смерть Сократа, спокойно любомудрствующего со своими друзьями, есть самая приятная, какой только можно желать; смерть Иисуса, испускающего дух Свой среди муче­ний, поношений, посмеяния и злословия всего народа, есть самая ужасная, какой только мож­но страшиться! Сократ, принимая чашу с ядом, утешает того, который подаёт её ему с плачем: Иисус среди ужаснейших мучений молится за Своих ожесточенных распинателей! Скажут ли, что Евангельская История выдумана для того, чтобы доставить удовольствие? Нет, нет; так не выдумывают: и обстоятельства жизни Сокра­та, в которых никто не сомневается, не с такою достоверностью засвидетельствованы, с какою обстоятельства жизни Иисуса? Христа. Притом утверждать это значило бы уклоняться от за­труднения, не разрешая его! Было бы более несообразности в том предположении, что мно­гие лица с общего согласия сочинили эту исто­рию, нежели в том, что Одно Лицо доставило им Своею жизнью один общий предмет для опи­сания; никогда бы писателям иудейским не вы­думать ни такого повествовательного тона, ни такой нравственности! Евангелие представляет признаки истины столь поразительные, столь соверщенно неподражаемые, что изобретатель таких характеров заслуживал бы большего удивления, чем сам его Герой (Письмо 1.4)

Всего, сказанного нами, слишком доста­точно, чтобы заградить уста неверующих про­шедшего, настоящего и будущего времени. Нет нужды присовокуплять к сему, что сам Вольтер - этот беспощадный разоритель всякой нравственности и всякой религии, равно как всякой здравой философии и достойной одобре­ния Политики, так непростительно злоупотре­блявший своим умом, сам Вольтер неоднократ­но не мог не отдать искреннего почтения Боже­ственному посланничеству Иисуса, умершего на кресте для спасения мира, Иисуса, на Цер­ковь Которого он нападал с неистовой яростью, и Которого самого он хотел сокрушить силою насмешек; так родоначальник новейших нече­стивцев сказал: «пример, поданный Иисусом Христом свят; Его нравоучение Божественно»...

Но к чему ж такая позорная казнь? Гово­рят неверующие. Не естественнее ли было Богу простить грех Адамов, нежели казнить его так страшно в лице собственного Сына? Что­бы узнать, были ли страдания Иисуса Христа излишни и недостойны Бога, - самое надёж­ное средство для сего судить по их следствиям. Смерть Богочеловека на кресте даёт нам по­нятие и о Божием правосудии, и о любви Его к нам, и, возбуждая в нас отвращение от греха, внушает нам глубочайшую благодарность за Его божественные благодеяния; от этого проис­ходило то, что столь многие души, долгое время косневшие в пороках и самолюбии, вступали на путь жизни святой и исполненной самопо­жертвований. Смерть Богочеловека на кресте внушает Христианину мужество скорее вы­терпеть ужаснейшие мучения, нежели изме­нить своей вере: отселе столь много мучеников всякого возраста, всякого сословия. Смерть Богочеловека на кресте поддерживает и уте­шает верующего в его скорбях, и облегчает для него муки смертные; отселе столько пра­ведников, являющих образцы терпения при всяких испытаниях, и совершенной покорно­сти. После сего послушаем ап. Павла к Корин­фянам: мы проповедуем, восклицает он, Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же без­умие; самим же званным, то есть, верующим, Иудеем же и Эллином Христа Божию силу и Божию премудрость (1 Кор.1, 23. 34). В самом деле, есть ли что изумительнее чудесного обра­щения мира проповедью о распятом Боге? Это чудо, однако ж, несомненно существует в тече­ние 1800 лет, не смотря на неслыханные усилия неверующих всех времён, и будет существовать до конца вселенной. Иисус Христос сказал: Аще аз вознесен буду от земли, вся привлеку к Себе; Он исполнил слово сие и совершит точно так же и Своё обетование - пребывать со Своею Церковью до скончания века.

Неверующие нашего времени, ещё более враждебные к Иисусу Христу, нежели Его со­временники, не краснея, подвергают подо­зрению Его чудеса, как те, которые Он совер­шил при жизни, так и бывшие при Его смерти. «Столь очевидные чудеса, говорят они, если бы они в самом деле были совершены, в состоянии были бы обратить к вере Фарисеев, Книжников и Начальников синагоги».

Но Апостолы действительно, с одной сторо­ны представляя пророчества Давида и Исаии, с другой повествование Евангелистов, обратили к вере во Христа всех тех между Иудеями и язычниками, которые охотно внимали им и добросовестно искали истины. А что весьма великое число людей осталось в неверии, этому удивляться не следует, когда мы сами ежеднев­но видим, до чего может дойти упорство и без­умие людей, решившихся ничему не верить. Предлагающие такое возражение размышля­ли ли когда о действии предрассудков, зави­сти и ожесточенной ненависти! В течение трёх лет, в которые Иисус прошёл Иудею, испол­няя её Своим учением и чудесами, отвращение и ярость против Него начальников Иудейских постоянно возрастали. Можно ли после сего изумляться, что предубеждённые против столь многих чудес, совершённых Иисусом Христом при жизни Его, не поверили чудесам Голгоф- ским? Отказываясь верить им, они являются неразумными, но последовательными; ибо одно и тоже побуждение ими руководствует, те же страсти их воодушевляют, те же начала управ­ляют ими. Да и не видим ли мы, в образе дей­ствий неверующих нашего времени, ответа на их ложное умствование? Чудо очевидное, не­пререкаемое, постоянно существующее, - чудо обращения мира не пробуждает в них веры! Им ли удивляться, что чудеса, бывшие при Кресте, не обратили к вере неверующих того времени?!

Что до нас, Христиане, то, желая созерцать Богочеловека во всём Его могуществе и славе, воззрим на Голгофу, в ту минуту, когда Он готов испустить последний вздох на кресте. Будем со­зерцать в Нём не воскрешающего мертвецов, не повелевающего ветрами и бурею, не прогоняю­щего бесов, ибо мы уже видели Его управляю­щим стихиями мира, жизнью и смертью; как подобает Владыке вселенной, не будем удив­ляться ни густой тьме, покрывшей землю, ни разверзающимся гробам, ни всеобщему коле­банию природы; но приникнем (что, несомнен­но, умилит нас) к тому, что отвечает Распятый Богочеловек - спокойный среди поруганий и мучений, на молитву отъявленного злодея; как в вознаграждение его веры, Он преклоняет твердейшее камня его сердце, смягчает, приме­няет и делает достойным величайшего обетова­ния: днесь со Мною будеши в Раю!...

Как возможно сие, о Иисусе? Херувимы с пламенным оружием стерегут врата рай­ские, воспрещая вход в них; - а Ты разбойни­ку обещаешь отворити врата сии! Истинно так!

Я Господь Херувимов, и Моему гласу покорны ад и его пламя. Но какой же Царь, входящий в свою столицу, был сопровождаем, когда зло­деем, или восседал ли когда подданный вместе с Царём на триумфальной колеснице? Но так, однако ж( действует наш великоименитый Царь. Вступая в Своё Царство, Он вводит туда с Собою человека прежде преступного, но теперь, сде­лавшегося таким, что его присутствие не может осквернить жилища святаго, - напротив, оно даже возвышает его славу; ибо слава Царства Небесного в том именно и состоит, что оно имеет Царя могущественного и благого, Который мо­жет и злодея сделать способным к участию в чи­стых наслаждениях райских. Так, когда, во вре­мя Своих благовествовательных путешествий, Он призывал к Своему Царскому дому мыта­рей и грешников, то сим самым и тогда ещё да­вал Он уразуметь, что Он может их переменить и освятить так, чтобы они сделались достойны­ми высших почестей и наград: - подобно врачу, которого искусство в блистательнейшем свете является тогда, когда оно с успехом борется про­тив болезней, признанных неисцелимыми.

Наконец, что же необыкновенного сделал сей разбойник, что удостоился особого попече­ния со стороны самого Спасителя, и так вне­запно перешёл от крестной казни к райским утехам? Чтобы объяснить сию тайну, сие не­сравненное чудо милосердия, достаточно одно слово: смиренное исповедание! Разбойник признаёт себя виновным и достойным смер­ти, и вместе безбоязненно и громогласно вслух всем исповедует невинность и Божественность Верховного Царя, Которого ослепление народа осудило на казнь: «Мы осуждены праведно, ибо достойное по делам нашим приняли; а Он ни­чего худого не сделал». Сим-то исповеданием выполняются все требования закона, за испол­нение которых обещается, по слову Пророка, прощение грехов: глаголи ты беззакония твоя прежде, да оправдишися (Ис. 43, 26). Не один грех, но вся жизнь обвиняет этого великого ис­поведника; и только после искреннего испове­дания своих преступлений, и непринужденно­го изложения своей веры в Иисуса Христа, он осмеливается обратиться к Нему с такими сло­вами: Помяни меня, Господи, когда придешь во царствие Твое. Научитесь из этого, какой плод исповедания; научитесь не отчаиваться в себе самих; помышляйте о бесконечном мило­сердии Бога нашего, и ускорите благотворное исправление ваших нравов.

Не должно искать причины страданий и смерти Иисуса Христа в злобе Иудеев; ибо никогда бы они не дошли до такой крайности бесчеловечия, если бы Иисус Христос не при­нял определения искупить наши грехи; кро­ме же того, если бы они были даже и способны на такое чрезвычайное дело, они не в состоя­нии были бы выполнить такого намерения. Само собою разумеется, что они были слиш­ком порочны, и слишком развращены, когда уже заслужили то, что Бог попустил им со­вершить такое ужасное преступление, какое только было когда учинено; но, тем не менее, справедливо и то, что они не суть главная и первая причина страданий Иисуса Христа, эта причина - грехи человеческие. Иисус Хри­стос пострадал и умер за наши преступления: предан бысть, по слову Апостола Павла (Рим. 4, 25), за прегрешения наша. Итак, грех есть настоящая причина смерти Иисуса Христа; Его убийцы — это мы, в собственном смысле. Мы не только содействовали умерщвлению Его, но каждый из нас может сказать, что он есть истинная причина смерти Его, поелику Он пострадал не только за всех людей вообще, но и за каждого из нас в частности. По сему- то Блаж. Иероним влагает следующие слова в уста Иисуса Христа: «Вы заставили Меня претерпеть сии мучения, — от вас и вместо вас, и из любви к вам Я претерпел их: Наес a te, haec pro te, haec propter te passus sum. По­сему, как многоценны должны быть для нас страдания Иисуса Христа, ибо каждый из нас может воскликнуть вместе со св. Павлом: Сын Божий возлюбил меня и предал Себя за меня! (Гал. 6, 20) Великий Апостол находит своё со­кровище там, где философы думают найти только бесславие: мне же да не будет хвали- тися, точию о Кресте Господа нашего Иисуса Христа! (Гал. 6, 14) На горе святой, освящён­ной последним вздохом Богочеловека, у под­ножия Креста, в общении с Его Божественною Материю, выплакавшею все слёзы, и при со­зерцании Его достопокланяемых язв, - вот где благовременно размышлять о заслуге страда­ний Его. Там душа возносится выше природы; там наслаждается она торжеством Божествен­ной любви; там она видит и познаёт мучения, которые претерпел Спаситель; там смеши­вает она свои слёзы с Божественною кровью, и в чувстве удивления и благодарности посто­янно повторяет слова: тако возлюби Бог мир; так мой Бог возлюбил меня!

Итак, будем же чаще повергаться у под­ножия Креста, так почерпнём мы всяческую благодать, потребную для нашего освящения. Если мы часто будем останавливаться пред до- стопокланяемым изображением нашего рас­пятого Бога, с нежною любовью созерцая Его, воссылая Ему теплые обеты, то мы увидим Его с упованием, когда оно в последний день нашей жизни, в минуту близкого предстояния нашего суду Божйю, представится нам, чтобы соеди­нить нашу последнюю жертву С жертвою Ии­суса Христа. Тогда обратим мы на крест уми­лённые очи,' -слабеющие руки наши сожмут его с любовью; наши губы прильнут к Нему со святою радостью. с живою радостью уви­дим мы Его явление, когда в конце веков Ии­сус паки придёт, вооружённый сим священным знамением, произнести Свои милосердные и правосудные приговоры на всех людей! Горе тому, кто вознерадит о сей спасительной набож­ности! Если дела, рассеянность, мирские удо­вольствия удаляли вас от креста вашего Бога, то какие мысли пробудит в вас крест в минуту вашего разрушения, опущенный на ваши очи? Каким ужасом исполнит Он вас во время всеоб­щего суда, когда один вид его будет укорять вас в том, что вы злоупотребляли Его благодатию, унижали Его заслуги?.

Святые жены во гробе Иисуса Христа

(Матф. 28, Лук. 24)

«В первый день недельный, весьма рано, с при­готовленными благовониями, Мария Маг­далина и другая Мария пришли ко гробу и нашли камень отваленным от гроба. И вошедши внутрь не нашли тела Господа Иисуса. Когда же недоуме­вали они о сем; се два мужа предстали перед ними в одеждах блистающих; и тогда, как они были в страхе, и потупили взоры в землю, сказали им: что ищите живаго между мертвыми? Нет Его здесь: воскрес; вспомните, как Он говорил вам, ещё будучи в Галилее, сказывая, что Сыну чело­веческому надлежит быть предану в руки чело- веков грешников и быть распяту, и в третий день воскреснуть. Они вспомнили слова Его».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Так как воскресение Иисуса Христа состав­ляет основание, на котором утверждаются до­казательства Его божественности и истины Его посланничества от Бога Отца для спасения мира; то Провидению угодно было, чтобы это событие было окружено всеми признаками, способнейшими подтвердить его подлинность в глазах всякого чистосердечного человека, добросовестно ищущего просветиться, рас­сеять свои сомнения, или сознаться в своих заблуждениях.

Святые жёны могут почитаться первы­ми, узнавшими это великое событие, которое на развалинах ветхого завета воздвигло новый закон, сильный торжеством Богочеловека, По­бедителя смерти и Спасителя мира.

«Если Христос не воскрес, - говорит Апо­стол Павел к Коринфянам, — то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера наша. Да и мы оказались бы лжесвидетелями перед Богом, поелику свидетельствовали бы о Боге, что Он воскресил Христа, которого Он не воскрешал (IKop.XV. 14. 15)» Пророки предсказали, что Мессия умрёт и после Своей смерти воскреснет. «Если Он и предаст Свою жизнь за грех, - го­ворит Исайя, - то Он опять будет жить, будет иметь многочисленное потомство, совершит судьбы Господни. Поелику душа Его претер­пела болезнь, то Он опять увидит свет и насы­тится благ (Ис. LIII. 10. 11)» Сам Иисус неод­нократно повторял Своим ученикам, что через три дня после Своей смерти Он со славою вос­станет из гроба. Иудеи убеждены до сих пор, что ожидаемый ими Мессия должен умереть и воскреснуть. Итак, весьма важно доказать, что история воскресения Иисуса Христа, изо­бражённая Евангелистами, свободна от всяко­го упрёка, от всякого подозрения на обман.

Бесполезно доказывать то, что очевидно для всех, кроме тех только, кого ослепляют страсти и заставляют ничему не верить. Мы по­лагаем смерть Иисуса Христа как событие оче­видное и неоспоримое; её делают несомненною чрезмерность страданий, которые Он претер­пел; удар копьём, которым был прободен Его бок, и наконец, помазание ароматами Его тела, и все обстоятельства, которые следовали за Его положением во гроб.

Далее, мы утверждаем, что ученики Иису­совы не унесли Его тела из гроба, в котором Он был погребён, ко входу в который Иудеи заста­вили привалить огромный камень, и который запечатали и окружили стражами, во-первых потому, что они не посмели бы отважиться на это. Они сами признаются в своей робости, не такие это были люди, чтобы употребить наси­лие против вооруженной стражи и посредством насилия унести труп из гроба, так хорошо за­щищаемого. Во-вторых, если бы они на это и осмелились, то не имели бы никакой при­чины желать того; в-третьих, если бы пожела­ли, то это было для них невозможно; наконец, если и могли, то не сделали этого. Они оправда­ны от подозрения в таком воровстве свидетель­ством стражей, когда последние возвестили Иу­деям о том, что произошло, и самими Иудеями, которые не обвиняли их в том, что они украли тело своего Учителя, но только в том, что про­поведовали о Его воскресении, несмотря на сде­ланное им запрещение.

Воскресение Иисуса Христа доказано не­опровержимыми свидетельствами. Оно дока­зано, во-первых, всеми Апостолами, которые утверждают, что в продолжение сорока дней они не только видели Иисуса Христа живым, но и осязали Его; что они беседовали, пили и ели с Ним, как и до Его смерти; все они положили жизнь свою во свидетельство этого события; и вся жизнь их до последней минуты была та­кова, что должна заслужить полную к ним до­веренность. Эта истина воскресения подтверж­дена обращением мира: в самом деле, сказать, что распространение Евангелия доказывает его Божественность, значит, сказать такую истину, которую очень легко доказать.

«Как, - говорит св. Иоанн Златоуст, - Апо­столы могли бы почесть себя призванными к завоеванию мира, если бы не видели Иисуса Христа воскресшим? Ужели они до того были нерассудительны, что отдались на волю случая в таком предприятии? Это было бы верхом не­разумия надеяться на какой - нйбудь успех без помощи Божественной силы». Дело шло о том, чтобы изменить привычки, устаревшие в про­должение длинного ряда веков, вдохнуть пре­зрение к наслаждениям этой жизни, вступить в борьбу со всеми страстями человеческими, и заставить род человеческий преклониться под иго смирения и самоотвержения. Если бы даже Апостолы были люди сведущие в науках, отличённые высокими почестями, обладавшие огромным богатством, окруженные всем бле­ском славы; то и тогда могли ли родиться в них столь смелые предположения? Но, в самом деле, что они были? Люди самого низкого происхо­ждения, занимавшиеся грубыми и необходи­мыми для их пропитания ремёслами, совершен­но преданные занятиям вовсе чуждым филосо­фии и почти неспособным к возвышению ума. Как возможно предположить, чтобы в таких людях могла родиться мысль о предприятии утвердить во всей вселенной веру в вымышлен­ное воскресение? Они могли убедить мир только необыкновенным и вечнопребывающим чудом; а Бог не творит чудес для того, чтобы поддер­живать ложь. Но это чудо существует. Церковь, по пророчествам Иисуса Христа, должна была испытать тысячи нападений, которые, однако Же, не сокрушили её, и которые найдут её всег­да непоколебимою. Итак, Евангелие истинно, итак, Иисус Христос воскрес.

Но, скажут, только по странному безумию мир позволил убедить себя. Странное, опасное безумие - верить, что душа бессмертна; что по­сле смерти мы подвергнемся приговору нелице­приятного Судии; что мы во всей нашей жизни отдадим отчёт Богу, который читает в глуби­не сердцем; что мы увидим злых наказанными, а добрых награждёнными! Как! Презирать блага и мимолётные удовольствия этого мира, чтить одну добродетель, не искать здесь - на земле на­грады за свои пожертвования, за свою благород­ную борьбу, ожидать её в другом мире и устрем­лять к небу все свой надежды; укреплять свою душу верою в будущие блага, не теряя бодро­сти ни при одном из настоящих зол,- всё это безумие? Напротив, не это ли верх мудрости? Не это ли истинно небесная философия?

Воскресший Иисус является Марии Магдалине

(Иоанн. XX)

«В первый, следовавший за смертию Боже­ственного Спасителя, день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было ещё темно, и видит, что камень, который закры­вал вход во гроб, отвален от гроба. Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому учени­ку, которого любил Иисус, и говорит им: унес­ли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его. Тотчас вышел Пётр и другой ученик и пош­ли ко гробу. Они побежали оба вместе: но дру­гой ученик бежал скорее Петра и пришёл ко гро­бу первый. И наклоняясь, увидел одни пелены лежащие: но не вошёл во гроб. Вслед за ним при­ходит Симон Пётр и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый в другом месте. Тогда вошёл и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и пове­рил. Ибо они ещё не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мертвых. Итак, уче­ники опять возвратились к себе. А Мария стояла подле гроба и плакала. И когда плакала, накло­нилась посмотреть во гроб. И видит двух Анге­лов, в белом одеянии сидящих, одного в голо­вах, а другого в ногах, где лежало тело Иисусово.

И они говорят ей: что ты плачешь? Говорит им: унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его. Сказав сие, обратилась назад, и увидела Ии­суса стоящего; но не узнала, что это Иисус, Ии­сус говорит ей: что ты плачешь? Кого ищешь? Она, думая, что это садовник, говорит Ему: если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его! Иисус говорит ей: Мария! Она об­ратись говорит Ему: Раввуни, что значит: Учи­тель! Иисус говорит ей: не прикасайся ко Мне, ибо Я ещё не взошёл к Отцу Моему; а поди к бра­тьям Моим, и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему, и к Богу вашему. Мария Магдалина идёт и возвещает ученикам, что видела Господа, и что Он сказал ей».

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Усердие Марии Магдалины опять видеть Иисуса и её мужество, которое не побоялось искать Его среди мрака ночи, суть отличитель­ные свойства души, преданной Богу и от чисто­го сердца желающей возвратиться к Нему. Ка­мень, отваленный от гроба, даёт нам разуметь, что Бог разрушает препятствия, по-видимому, самые неодолимые и уравнивает самые труд­ные пути для ищущих Его правым сердцем, нужно только искренно возжелать своего об­ращения, чтобы почувствовать сладость и силу благодати, которая совершает его. Ищите Го­спода, доколе можно обрести Его, восклицает Пророк Исайя (Исаии. 55, 6). Не отлагайте день от дня (Сир. 5, 8) до последнего конца жизни, из опасения * что вы напрасно будете ис­кать Его и не найдёте. Ищите Его во всякое вре­мя, по примеру Марии Магдалины, когда толь­ко можн,о обрести Его, ищите с раннего утра, при восходе солнца, т. е. тотчас, как Иисус Христос, Божественное солнце правды, прольёт в вашу душу несколько лучей Своей благодати. Вы можете вполне надеяться на милосердие Бога вашего, если обратитесь, к Нему в то вре­мя, когда какая-нибудь человеческая слабость удалила вас от Него, так же, как и св. Пётр, который удостоился получить прощение в сво­ём преступлении, потому что раскаялся в нём и очиетил его в ту же самую ночь, в которую со­грешил. Напротив, страшитесь Его правосудия, если будете упорствовать в своих неправдах; печальный опыт показывает, что когда человек начнёт прилагать грехи ко грехам, - угрызе­ния совести исчезают, пропадает всякий страх, и тогда грешник, совершенно спокойный, пьёт беззаконие как воду. Господь, обещающий нам помилование, не назначает никакого времени, в которое мы с полной уверенностью могли бы ожидать сего помилования. Те, которые с утра бодрствуют в искании Меня, найдут Меня, говорит Премудрый (Прит. 8.17). Итак, ищите Господа с самого утра вашей жизни, лишь толь­ко свет разума начнёт светиться на вас, а не до­жидайтесь того, чтобы посвятить Ему дряхлую старость, и идти к Нему тогда уже, когда мир бросает вас. Ищите Его, подобно Пророку, за­утра (Псал. 5. 9).Посвящайте Ему все первые минуты дня; с самой зари представляйте себя

Тому, на Кого вы всегда должны взирать как на начало и конец всех ваших действий.

Есть искушения, в которых побуждения к вере и надежде, по-видимому, совершенно скрываются для души; в своем смятении, она спрашивает, где Господь: но никогда Господь не бывает так близок к ней, как в сии самые минуты и ни мало не медлит явить Себя ей. Душа в подобных испытаниях должна прибе­гать к Петру и Иоанну, т.е. к какому-нибудь мудрому и просвещённому руководителю, ко­торый бы снова вдохнул веру в неё и привёл туда, где она опять должна найти Иисуса Хри­ста. Служители Церкви суть видимые Ангелы, коих Бог даровал нам, чтобы осушать наши слёзы и утешать наше внутреннее беспокой­ство. С доверенностью пойдём к ним; благо­дать соединена с их словами, и часто даже при одном нашем рассказе о наших страдани­ях, сделанном перед ними, возникает в нашей душе благодать утешения. Иисус, по Своей люб^и всегда готовый прощать, даже оставив­шим Его ученикам даёт имя братьев. Впрочем, душам любящим, которые остаются верными Ему до могилы, Он является прежде, чем дру­гим. Они-то получают первые утешения. Уме­ряйте вашу радость, как бы она свята и закон­на ни была, из опасения, чтобы она не увлек­ла вас к некоторому легкомыслию; Равным образом и то, чтобы слишком тревожиться и впадать в крайнюю печаль, когда Бог лиша­ет нас на время сладости Своих утешений, есть малодушие и недостаток упования на благость Господа, Который и в сие время не меньше свидетельствует Свою любовь и благоволение к нам, как и тогда, когда дарует нам утешения, потому что Он отнимает их только для того, чтобы побудить нас быть осторожнее и внима­тельнее к себе, и чтобы заставить нас возда­вать Ему честь и славу, которые подобают Ему. Эта смена радости и печали гораздо полезнее для нас, чем то постоянное спокойствие, кото­рого бы мы желали. Достоинство души не в том состоит, чтобы иметь более божественных уте­шений, но в том, чтобы покоряться воле Божи­ей, утверждаться в искреннем смирении и бо­лее наполняться любовью к Богу и ближнему.

Ученики шедшие к Еммаус

(Ев. Лук. гл. 24)

В самый день воскресения Спасителя, двое из учеников Его шли в селение, отстоящее стадий на шестьдесят (около десяти вёрст с по­ловиною) от Иерусалима, называемое Эммаус, и разговаривали между собой о всех сих при­ключениях. И когда они разговаривали и рас­суждали между собой, и сам Иисус подойдя по­шёл с ними. Но очи их были удержаны, и они не узнали Его. Он сказал им: что это за про­исшествие, о котором вы идучи рассуждаете между собой, и от чего печальны? Один из них, именем Клеопа, сказал Ему в ответ: неужели ты один, будучи в Иерусалиме, не знаешь о слу­чившемся в нём в сии дни? И сказал им: о чём?

Они сказали Ему: о Иисуее Назорее, Который был пророк, сильный в деле и слове перед Бо­гом и всем народом; как предали Его перво­священники и начальники наши для осужде­ния на смерть и распяли Его? А мы надеялись было, что Он избавит Израиля; но совсем тем, уже третий день ныне, как это случилось. Ещё же некоторые женщины из наших удивили нас; ибо бывши рано у гроба не нашли тела Его, и пришедши сказывали, что видели и явление Ангелов, которые говорят, что Он жив. И хо­дили некоторые из наших ко гробу, и нашли так, как и женщины говорили; но Его не виде­ли. Тогда Он сказал им: о несмыслённые и мед­лительные сердцем в веровании всему тому, что предсказывали пророки! Не так ли надле­жало Христу пострадать и войти в славу Свою? И начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нём во всём Писании. - Между тем приблизились к тому селению, в которое они шли; и Он показывал вид, что хочет идти далее. Но они Его удерживали, говоря: остань­ся с нами, потому что уже поздно, и день скло­нялся к вечеру. И войдя, остался с ними. И ког­да Он возлежал с ними за столом; то взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тут отверз­лись у них очи, и они узнали Его. И Он стал им невидим. Тогда они сказали друг.другу: не го­рело ли в нас сердце, когда Он говорил с нами на дороге и изъяснял нам Писание? И вставши в тот же час, возвратились в Иерусалим и наш­ли вместе одиннадцать Апостолов и бывших с ними, которые говорили, что Господь точно воскрес и явился Симону. И они рассказывали о происшедшем на пути, и как они узнали Его в преломлении хлеба.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Повествование о явлении Господа нашего ученикам, шедшим в Еммаус, представляет нам множество размышлений весьма назидатель­ных. Смерть Спасителя была для Его учеников испытанием, но испытанием уже предвозве­щённым; посему их вера с терпением должна была ожидать и дальнейшего исполнения пред­сказаний Спасителя. Два ученика, о которых говорится здесь, представляют нам подобие ослепления и слабости человека, который уда­ляется от Бога и ищет утешения в тварях. Сколь достойна сожаления та душа, которая в дни скорби оставляет свои духовные подвиги и ис­полнение священных обязанностей религии! Ибо в сие-то время и необходима помощь рели­гии более чем когда-нибудь, для того чтобы мы могли вооружиться мужеством, преодолевать печаль и терпеть с преданностью воле Божией. К чему, в этом случае, послужит нашей душе «развлечение», как называет его мир? Оно толь­ко отягчит её страдания, не исцеляя его, и даже сделает его вовсе неизлечимым.

«Добродетельный и истинно благочестивый человек, - говорит писатель книги о подра­жании Иисусу Христу, - повсюду имеет с со­бою своего Утешителя - Иисуса и часто взыва­ет к Нему: пребуди со мною Спаситель мой во всякое время и во всяком месте! Пусть вся моя радость состоит в произвольном лишении врех радостей человеческих. И если ты*; Господи, удалишь от меня Твоё утешение, то пусть по­корность твоей воле и Твоему правосудию, ни­спосылающему на меня скорби, заменит мне всевышнее утешение: ибо не всегда пребудет гнев Твой и строгость Твоих наказаний прод­лится только на время».

Укоризны, которые Господь обращает к сво­им ученикам, указывают нам два рода опасно­стей, угрожающих поколебать наше постоян­ство и нашу верность в служении к Богу. Часто люди мало заботятся о своём научении истинам Евангелия, - истинам неудобоприемлемым для повреждённой природы; отсюда происхо­дит недостаток света и духовной силы, чтобы проникать в глубину таинства креста, который есть таинство жизни человеческой, единствен­ная надежда спасения, единственный ключ, отверзающий для нас небо. Упрёк Спасителя, в этом отношении, есть одно из действий Его любвеобильного попечения о сердце, предаю­щемся малодушию более по слабости, нежели по причине порочности, и о самом грешнике, которого Он ищет отвлечь от его заблуждений.

Но как постыдно для нас то преступное не­внимание, какое оказываем мы к присутствию нашего Божественного Наставника, Который непрестанно сопутствует нам, как и странни­кам Эммаусским, вместе и как Царь, и как Пастырь, и как Судия! Как Царь, Он указы­вает нам путь Своим примером и повелевает следовать за Собою; как Пастырь, Он Своими заслугами и Своею благодатью, сопровождает нас и способствует нам и в удалении от зла и в исполнении добра; как Судия, Он испытывает наши поступки, чтобы каждому воздать долж­ную ему награду или наказание. Он Сам соделы- вается странником, чтобы научить нас, что и мы на земле не имеем постоянного жилища, но соз­даны для жительства более славного; что поэто­му на земле мы должны жить как наследники неба и вечности, а не как существа, которые жи­вут только на короткое время и заботятся толь­ко о настоящем, не помышляя о будущем.

По примеру учеников, шедших в Эммаус, будем молить Господа, чтобы Он пребыл с нами, особенно когда становится поздно, то есть, ког­да нам угрожают несчастия, происходящие от того греховного мрака, который распростра­няют в обществе и в душах порок и заблужде­ние. Мы всегда познаем нашего Божественно­го Наставника в преломлении хлеба, которое в Писании имеет три различные знаменования. Прежде всего, оно означает милостыню и вооб­ще все дела как духовного, так и телесного ми­лосердия, оказываемого нами ближнему. Раз­дробляй алчущим хлеб твой, говорит Пророк Исайя (LVIII, 7): вот средство познать Иису­са Христа и с избытком получить его милость. Далее, преломление хлеба означает слово Бо- жие. Если желаешь преуспевать в познании любви Иисус Христовой, то подражай тем двум ученикам, кои с ревностною готовностью внимают словам Господа, открывающего им таинство креста. Наконец, преломление хлеба означает таинство Святаго Причащения. Здесь во всей полноте и истине пламенеющие верою души познают Господа. Алчущие и жаждущие сего небесного хлеба и пития, они предуготов­ляют своё сердце и непрестанно, с духовною алчбою отверзают свои уста для принятия сего хлеба жизни и бессмертия.

Неверие святого Фомы

(Иоанн. Гл. 30.)

Вечером, в самый день Своего славного вос­кресения, который был первым днём неде­ли «когда двери дома, где собрались ученики, были заперты, по опасению от Иудеев, пришёл Иисус и стал посреди их, и говорит им: мир вам. Сказав сие, Он показал им руки и ноги, и бок Свой. Ученики обрадовались, увидя Господа».

Фома же, иначе называемый Дидим (Близ­нец), один из двенадцати, не был тут с ними, когда приходил Иисус. Другие ученики сказа­ли ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вло­жу руки моей в бок Его, не поверю.

«По происшествии осьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посре­ди их и сказал: мир вам. Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда, посмотри на руки Мои; подай руку твою и вложи в бок Мой, и не оставайся в неверии, поверь. Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой! Иисус говорит ему: ты поверил, когда увидел Меня: блаженны не видевшие и уверовавшие.»

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

«Не наше дело испытывать, - говорит святой Григорий, - как Иисус Христос мог войти в дом, где находились Его ученики, когда двери были заперты; но наш долг знать, что если бы мы по­стигали дела Божии, то от сего они не были бы для нас предметом удивления и вера не имела бы тогда в нас заслуги, когда бы она утверж­далась на разуме и опыте» (Бес. 16. на Еванг.) «Итак, не усиливайся, присовокупим со св^ Златоустом, проникнуть в божественные тай­ны: смиренно принимай, что Бог тебе открыва­ет, и своим любопытством не старайся Постиг­нуть того, что Он сокрывает от тебя». (Бес.4 на Матф.) «Это ппкяяйвает,' как заметил Блаж. Августин, что Тот, Кто рождаясь, бставил неприкосновенным девство Марии, Своей Мате­ри, мог и по воскресении пройти сквозь заклю­чённые двери». (Tract. 10. in loan.)

«Емляй скоро веру, легок сердцем». (Иис. Сир. 19, 4). Но было бы упорством и не верить свидетельству многих лиц достойных веры, по пристрастию к своему только убеждению. В вещах Божественных, вера должна предше­ствовать видению: «аще не уверуете, ниже има- те разумети (Пс.УП,6) тайн религии. Для на­шего назидания Провидение допустило такое упорство в одном из Апостолов; для предупре­ждения нашего неверия оно попустило обна­ружиться его неверию». Неверующие! - вос­клицает один благочестивый учитель, - вы часто повторяете, что потому не можете пове­рить чуду воскресения, что для удостоверения в оном, вы хотели бы сами быть свидетелями его. То, что вы теперь говорите, уже сказал дру­гой, во время, близкое к событию, и был убеж­ден. Неверие здесь было побеждено в самом последнем своем убежище. Неужели, чтобы сделать какое-либо событие достойным веры, нужно постоянное возобновление его во всё продолжение веков? Неужели Бог должен сно­ва являть себя всем тем, кто пожелает этого? И будет ли достойно Его премудрости умножать доказательства, по мере увеличения неверия людей и их презрения к тем доказательствам, которые Он уже дал? Иисус Христос отказал злонамеренным Фарисеям в чудесах, кото­рых они требовали от Него. Он не удостоил от­вета и пустое любопытство Ирода, с каким сей последний изъявлял желание видеть некото­рые чудеса: Он не восхотел снизойти со креста, как предлагали это враги Его, пригвоздившие Его ко кресту. Видя различные побуждения сих желаний, Он различно и действует; с благостию снисходит требованию ученика, правда, вино­вного, но не злонамеренного; не покорявшегося истине, но желавшего познать её; отказывавше­гося верить доказательствам Его воскресения, но и пламенно желавшего увериться в оной замедляемого в своей вере самым избытком своего желания и тем опасением, что оно не осу­ществится». Если ты имеешь несчастие, как св. Фома, колебаться сомнениями и недоумениями, то имей и ту же самую чистоту доброго намере­ния, как и он; как он, желай истины и она от­кроется тебе: проси у Бога познания оной, и Он покажет тебе её, - правда уже не в чувственных явлениях, но через невидимое действие Своей благодати. Истина будет первою наградою тво­его старания найти её; но и, наоборот, по спра­ведливости, заблуждение есть и должно быть первым наказанием каждого, кто останавлива­ется на нём с любовью.

Отцы Церкви предлагают различные при­чины, почему Спаситель мира должен был вос­креснуть с знаками Своего мучительного стра­дания. Блаж. Августин говорит, что сие было для исцеления нашего неверия, и чтобы убе­дить нас, что та же самая плоть, которая пре­терпела позорную смерть и была погребена, должна и воссесть одесную Предвечного Отца (Serm. 147 de temp.).

Итак, научимся никогда не разделять сих двух таинств: Иисуса распятого и Иисуса вос­кресшего. В смерти Иисуса Христа мы видим только немощи человека, и помышляя только о сём, могли бы ослабеть в своём мужестве: в Его воскресении мы видим только славу Бога и не найдём ничего для подражания: но соединяя Его смерть и Его воскресение, мы зрим Богочелове­ка, Который всецело есть основание той святой веры, которую мы имеем счастие исповедовать. Мы ни сколько не должны сомневаться в том, что члены нашего тела, кои здесь будут наиболее поражены страданием, там будут наиболее про­славленными: так что не только не должны мы печалиться при перенесении какой-либо тяж­кой болезни, но и должны ей радоваться; пото­му что, если мы уподобляемся Иисусу Христу в продолжение сей жизни, то мы будем подобны Ему и по смерти нашей, и те язвы и страдания, на которые в настоящее время мы смотрим не иначе как с чувством ужаса, будут тогда нашим утешением и торжеством. Святой Амвросий по­лагает, что Иисус Христос, будучи посредником между Богом и людьми, должен был сохранить Свои язвы, чтобы показать их Своему Отцу, как цену нашего искупления и таким образом пре­клонять на милосердие Его гнев, непрестан­но возбуждаемый нашими грехами, и чтобы не показывать их людям, то возбуждая их любовь и благочестие, то укоряя их в неблагодарно­сти и бесчувствии! Благочестивый Бернард го­ворит, что Сын Божий сохранил не только сии знаки и следы Своих ран, но и отверстия Своих пронзённых рук и бока, чтобы показывать греш­никам самую глубину Своего милосердия, пред­ложить им убежище, открыть путь к Своему сердцу и привлекать к Себе их сердце, открывая Своё. (Serm. 61. in Cant.).


Проповедь святого Петра

(Деян. гл. 2)

Весь Иерусалим был свидетелем чудесно­го обнаружения дара языков в Апостолах: «все изумлялись и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит? А иные, насмехаясь, го­ворили: они напились сладкого вина. Но Пётр с одиннадцатью Апостолами стал пред народом и начал говорить им возвышенным голосом: Иу­деи и все жители Иерусалима! Знайте это и вни­майте словам моим. Они не пьяны, как вы ду­маете; ибо теперь ещё третий час (девятый час утра по нынешнему счислению времени) дня; но это есть то, что предсказано пророком Иоилем: и будет в последние дни, говорит Бог, излию Дух Мой на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дщери ваши, и юноши ваши будут видеть видения, и старцам вашим будут снить­ся сны. И на рабов Моих, и на рабынь Моих в те дни излию Дух Мой, и будут пророчествовать. И покажу чудеса на небеси вверху, и знамения на земли внизу: кровь и огонь, и курение дыма. Солнце превратится во тьму и луна в кровь, прежде ежели наступит великий и славный день Господень, и всякий, кто призовёт имя Господне, спасётся. Израильтяне! Выслушайте слова сии: Иисуса Назорея, мужа, засвидетель­ствованного вам от Бога чудесами и явлениями, и знамениями, которые Бог сотворил чрез Него среди вас, как и сами знаете, по точному опре­делению и предведению Божию преданного, вы взяв убили, пригвоздив ко кресту руками безза­конных. Но Бог воскресил Его, расторгнув узы смерти, потому что не возможно было ей удер­жать Его. Ибо Давид говорит о Нём: всегда ви­дел я пред собою Господа, ибо Он одесную меня, дабы я не поколебался. Оттого возрадовалось сердце моё, и возвеселился язык мой; да и плоть моя упокоится в уповании; потому что Ты не оставишь души Моей во аде, и не дашь Свято­му Твоему увидеть тления. Ты дал мне познать пути жизни; Ты исполнишь меня радостью пред лицем Твоим. Братия! Да будет позволено пря­мо сказать вам о праотце Давиде, что он и умер, и погребён, и гроб его у нас до сего дня. Будучи же пророк и зная, что Бог с клятвою обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа по плоти и посадить на престоле его, он предвидел воскре­сение Христа, и потому говорил, что не оставле­на душа Его во аде, и плоть Его не видела тления. (Пс. 15, 10) Сего Иисуса Бог воскресил, чему все мы свидетели. Итак, Он, быв вознесён десницею Божиею, и приняв от Отца обещанного Святого Духа, излил то, что вы ныне видите и слышите. Ибо Давид не взошёл на небеса, но он говорит: «Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих. (Пс.109, 1). Итак, верно знай, весь дом Израилев, что Бог еоделал Господом и Хри­стом того самого Иисуса, которого вы распяли».

«Услышав сие, они умилились сердцем и ска­зали Петру и прочим Апостолам: «Братия! Что нам делать?» Пётр же сказал им: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса

Христа для прощения грехов, и получите дар Святаго Духа. Ибо обещание дано вам и детям вашим, и всем дальним, кого ни призовёт Го­сподь Бог наш. И другими многими словами он убеждал и увещевал, говоря: «Спасайтесь из сего развращённого рода», Итак, усердно приняв­шие слово его, крестились; и присоединилось в тот день душ около трёх тысяч. И они посто­янно прибывали в учении Апостолов, в обще­нии, в преломлении хлеба и в молитвах. И страх был на всякой душе; и много чудес и знамений делали Апостолы во Иерусалиме. Верующие же были всё вместе и имели все общее. Они прода­вали имения и всякую собственность, и разделя­ли их всем, смотря по нужде каждого. И каждый день единодушно пребывали в храме: и, прелом­ляя по домам хлеб, принимали пищу с веселием и в простоте сердца, восхваляя Бога, и любимы были всем народом. Господь же ежедневно присоединял спасаемых к церкви

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Если нам нужно будет когда-нибудь оправ­дываться в несправедливом обвинении, то пусть наше оправдание будет также кратко, как от­вет Святого Петра Иудеям, несправедливо обвинявшим Апостолов в опьянении. Похваль­но то смирение, чтобы сносить в молчании клевету, если она касается нас одних; но наш долг - со скромностью оправдываться, когда дело идёт о чести религии и славе Божией.

Первая проповедь Святого Петра представля­ет удивительный пример для подражания всем тем, кои призваны к возвышенной обязанности поучать священным догматам веры и защищать их. В сей проповеди мы замечаем частое употре­бление Священного Писания, ясно и правильно изъяснённого; образ выражения для всех понят­ный и трогающий сердца; силу доказательств, которая, при помощи благодати, всегда приво­дит к практическим следствиям. Таково должно быть слово и всякого проповедника, желающе­го принести истинную и прочную пользу своим слушателям; ему, так сказать, нужны не столь­ко обширные таланты, сколько Дух Божий; итак, пусть он учится быть более человеком Бо- жиим, нежели человеком мира сего.

Дух мира пробуждает страсти и питает все пороки, - причины разъединения и всякого рода беспорядков, и зол в обществе: Дух Божий сковывает страсти, истребляет все пороки и по­всюду посеевает мир, согласие, искренность, праводушие, единение, любовь и счастие!...


Сапфира, пораженная смертию

Апостолы, исполнившись Духа Святаго, со сме- вШялостью продолжали говорить слово Божие. У многочисленного же общества верующих было одно сердце и одна душа; и никто ничего из име­ния своего не называл своим, но все было у них общее. Апостолы же с великою силою свидетель­ствовали о воскресении Господа Иисуса Христа; и великая благодать была на всех их. Не было между ними никого бедного; ибо все владельцы поместьев или домов, продавая оные, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов, и каждому давалось, в чём кто имел нужду. Так Иосия, прозванный от Апостолов Варнавою, что значит сын утешения, Левит, родом Кипрянин, у которого была своя земля, продав её, принёс деньги и положил к ногам Апостолов.

Некто, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продал имение и утаил несколь­ко из цены, с ведома и жены своей, а некото­рую часть принёс и положил к ногам Апосто­лов. Но Пётр, по внушению Духа Божия, узнав о плутовстве сего лицемера, сказал: Анания, для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль - обмануть Духа Святаго и утаить часть из цены поместья? Не проданное не тебе ли принадлежало, и продажею приобретённое не в твоей ли власти находилось? Как пришло тебе на мысль такое дело? Ты солгал не челове­кам, но Богу. Услышав слова сии, Анания пал бездыханен: и великий страх объял всех, слы­шавших сие. И встав, юноши приготовили его к погребению, и, вынесши, похоронили. Часа через три после сего пришла жена его, не зная о случившемся. Пётр же спросил её: скажи мне, за столько ли вы продали поместье? Она сказа­ла: да, за столько. Но Петр сказал ей: что это вы согласились искусить уха Господня? Вот входят в двери погребавшие мужа твоего; и тебя выне­сут. Вдруг она пала у ног его и испустила дух. И войдя, юноши нашли её мертвою, и, вынесши, похоронили подле мужа её. И великий страх объял всю церковь и всех,,слышавших сие.

НАЗИДАТЕЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Особенная черта корыстолюбия состо­ит в том, что оно разделяет человека с самим собою, двоит его характер, скрывающийся под покровом лицемерия, и вносит всюду плу­товство, обман, несогласие и разделение. На­против, чудо христианской любви состоит в том, что она теснейшим образом соединяет людей, которые имеют часто совершенно проти­воположные виды и различные страсти, так что они представляются все имеющими одну душу и одно сердце, и отсюда, одни и те же желания, одни и те же наклонности и одни и те же при­вязанности. Бескорыстие — добродетель святаго общества Апостольского составляло славу пер­венствующей Церкви. К сему-то, достойному удивления, общению первых верующих впо­следствии призывал Апостол Христиан Ефес- ских, говоря: тщащееся блюсти единение духа в союзе мира; ибо у вас одно тело и один дух, так как вы и призваны к одной надежде звания вашего (Еф.4, 3.4).

Счастливо общество, среди которого не было ни одного бедного! Потому что богатые, обладаемые любовью к вечным благам, считали своею обязанностью не допускать своих братьев до оскудения временными благами. Дары, рас­точаемые ими, были тем великодушнее, чем бо­лее зависели от произвола их; дары сии с одной стороны были свидетельством взаимного благо­расположения между Христианами, с другой - презрения к земным благам, которое заповедует вера. Анания и Сапфира рассчитывали оказать внешнюю услугу обществу, повергнув к стопам апостолов всё свое имущество, но солгали каса­тельно целости дара своего. Напрасно нечести­вые защитники, от природы негодные, стараются оправдать важное преступление Анании и Сап­фиры. Не Св. Петр наказал сие преступление; ибо его слово могло ли без силы Божией иметь в себе столько могущества? Но Сам Господь, Которого премудрость может быть хотела предупредить другие соблазны и даже большие злоупотребле­ния. Какой спасительный страх в самом деле объ­ял всю церковь по случаю внезапной и страшной казни Анании и Сапфиры! Самое верное средство предупредить беспорядки, как в порядочном се­мействе, и среди образованного народа, как и бес­порядки одного лица, - это уметь наказывать первые уклонения, в своё время.

Анания и Сапфира представляют поразитель­ное изображение тех неразумных, которые ду­мают совместить дух мира сего с наружным ви­дом благочестия. Безумные! Что они оставляют для мира, то препятствует им наслаждаться удовольствием, проистекающим из, преданно­сти Богу; равно как на оборот и то, что они дают Богу, препятствует пользоваться удовольствия­ми, которых они ожидают от мира. А сколько подобных Анании в нынешнем веке притворства, коварства и сребролюбия. Столько ныне людей, которые открыто и громко говорят всякому встречному, что они друзья, защитники, даже мученики религии и здравой философии, если бы того потребовали обстоятельства, а в самом деле они готовы продать себя в услужение тому, кто даст им больше, - сплетники, хвалящие­ся хорошим тоном, просители или бесстыдные обещатели! Их мнения, их дарования, их перо, в одно и тоже время дружны с истиною и ло­жью, ласкательством и злословием, соблазном и хорошим примером. Они также неустрашимо смеются над добром, которое иногда своенравно превозносят похвалами, как и над злом, которое преследуют своею фарисейской ревностью. Та­ких людей везде много. Общественные летопи­си представляют нам великое множество таких странных людей, таких проповедников нрав­ственности на словах, таких беззаконных судей, таких значительных и гордых особ, которых ку­сок золота, ничтожные подарки, а иногда даже несколько медных грошей делают мягкими, как воск, услужливыми подобно рабам. Другие же легко допущают увлекать себя лестью, - этой фальшивой и ничтожной монетой тощих умов. Когда честный и бескорыстный человек с умом и совестью встречается с ними, они не понимают его языка; ибо скромность Христианская не есть низость, равно как смирение не есть уничиже­ние. Чтобы сделаться понятным для них, он дол­жен унизиться и ползать, а у него честь и нача­ла - не пустые слова и ложный блеск как у них. Бедные люди, им нужно плотнее прикрываться, даже личина их им изменяет! Религия их опла­кивает, разум их клеймит позором, человек с чувством бегает их, злой смеётся над ними, а между тем большой свет их терпит; но придёт смерть, а в вечности правосудие!!!

Обращение святого Павла

(Деян. гл. 9)

«Савл, дыша угрозами и убийством на уче- «В^®ников Господних, пришёл к Первосвя­щеннику и выпросил у него письма в Дамаск к синагогам, чтобы, кого найдёт последующих учению Христову, и мужчин, и женщин, связав, приводить в Иерусалим. Когда же он шёл и при­ближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с небеси; и, падши на землю, он услышал голос, говорящий ему: Савл! Савл! Что ты Меня гонишь? Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь; трудно тебе идти против рожна. Он в трепете и уЖасе сказал: Го­споди! Что повелишь мне делать? А Господь ему: встань и пойди в город; и сказано будет тебе, что надобно делать. Люди же, шедшие с ним, стоя­ли в оцепенении, голос слыша, а никого не видя. Савл встал с земли и с открытыми глазами ни­кого не видел. И повели его за руку, и привели в Дамаск. Три дня не видел он и не ел, и не пил.

Тогда был в Дамаске один ученик, име­нем Анания; и Господь в видении сказал ему: Анания! Он сказал: я Господи. Господь же ему: встань и поди на улицу, так называемую прямую, и сыщи в Иудином доме Тарсяни- на, по имени Савла; он теперь молится и видел в видении человека именем Ананию, пришед­шего к нему и возложившего на него руку, что­бы возв